Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
Курс входит в базовую часть профессионального цикла ООП по направлению подготовки 040700 «Организация работы с молодёжью» квалификация выпускника бак...полностью>>
'Автореферат'
Работа выполнена на кафедре теории и современной таджикско-персидской литературы Таджикского национального университета. Научный руководитель: доктор...полностью>>
'Публичный отчет'
2. Проведение инициационного (для разработки концепции информационной кампании) социально-психологического исследования представлений о ВИЧ/СПИДе и ВИ...полностью>>
'Документ'
История нашего Отечества свидетельствует, что во главе ее армии и флота всегда находились великие военачальники, которые делали ему честь и добывали ...полностью>>

Игорь Михайлов Рождённая и погибшая под Вязьмой

Главная > Документ
Сохрани ссылку в одной из сетей:

1

Смотреть полностью

Игорь Михайлов

Рождённая и погибшая

под Вязьмой

(Боевой путь 248 стрелковой дивизии

первого формирования)

Вязьма

2010

Рождённая и погибшая под Вязьмой.

Боевой путь 248 стрелковой дивизии первого формирования.

Моим землякам-вязьмичам,

воевавшим в 248 стрелковой дивизии,

светлой памяти ветерана дивизии

Шубина Алексея Сергеевича,

светлой памяти моего отца

Михайлова Геннадия Михайловича

ПОСВЯЩАЕТСЯ

ОГЛАВЛЕНИЕ:

  1. Предисловие.

  2. Источники по истории 248 сд.

  3. Формирование дивизии. Командир дивизии Кароль Сверчевский.

  4. Боевая подготовка дивизии в июле – сентябре 1941 года.

  5. В Вяземской оборонительной операции.

  6. Один из двенадцати тысяч шестидесяти шести человек.

  7. Послесловие.

ПРИЛОЖЕНИЯ:

Приложение 1. Командно-начальствующий состав 248 сд.

Приложение 2. Подчинение дивизии с июля по октябрь 1941 года.

Приложение 3. Список граждан, призванных в 248 сд сборным пунктом

Вяземского РВК.

Приложение 4. Список офицеров-смолян, призванных в 248 сд.

Источники и литература.

Предисловие.

В послевоенные годы советской эпохи иметь книги о своём боевом пути разрешалось только тем соединениям Красной Армии, которые дошли до Победы. К сожалению, этой возможностью воспользовались не все Советы ветеранов, часть из них так и не оставила нам историй своих дивизий или бригад. Ну, а написать историю какой-либо разгромленной в тяжёлые 1941-1942 годы дивизии, пусть даже прославленный ранее, например, 25-й Чапаевской или 27-й Омской – с честным рассказом о её последних боях – такое не позволялось никому. Повествования о поражениях и тяжёлых потерях считалось грязным пятном на светлом облике Победы. Таким образом, от народа пытались спрятать истину, которую он знает ещё с древних времён: войны без потерь и поражений не бывает. Вся эта политика самообмана и самоуспокоения рухнула в 1991 году, когда стали явью последствия демографических, экономических и политических потерь 1941 года.

Сегодня уходят из жизни последние ветераны самого трудного, нелёгкого периода Великой Отечественной войны. Рассказать будущим поколениям о войне то, что они не успели написать и опубликовать – теперь это долг их наследников, долг историков и краеведов. Святой долг перед их памятью, их большими свершениями, их Великой Победы. Одной из основных форм таких повествований о войне должны стать научно-популярные издания о всех войсковых соединениях наших Вооружённых Сил, которые участвовали в той поистине великой войне. Именно подобные произведения, созданные на основе пусть даже не всегда полных сведений из различных архивных источников из немногих воспоминаний ветеранов, послужат путеводной нитью и для других исследователей тех событий, и в первую очередь для родственников, воевавших и погибших в рядах этих соединений защитников Родины.

Создать такие книги под силу лишь тем, кто всю свою жизнь посвятил изучению родного края, исследованию событий Великой Отечественной войны, сбору материалов по истории отдельных воинских частей и соединений нашей армии. Одним из таких самоотверженных, кропотливых и упорных энтузиастов является автор представляемой читателю книги о 248-й стрелковой дивизии первого формирования – историк из Вязьмы Игорь Геннадьевич Михайлов, давно изучающий Вяземское окружение 1941 года.

В его книге сделана попытка воскресить из забытья судьбу одной из двухсот двадцати советских стрелковых дивизий, полностью уничтоженных противником в сражениях Великой Отечественной войны. Легендарные или только что созданные, опытные или совсем необстрелянные, они оказывались на направлении главных ударов немецких войск, попадали в окружения и затем, в безуспешных попытках вырваться из них, исчезали навсегда из списков соединений Красной Армии. К сожалению, вместе с ними чаще всего исчезали и их документы, поэтому воссоздание истории каждой такой дивизии – работа не из лёгких. И тем весомее становится каждая дата, каждое название населённого пункта, каждый номер подразделения и, конечно, каждая фамилия бойцов и командиров, которые автору удалось внести в историю боевого пути 248-й стрелковой дивизии первого формирования. Перед нами открывается ещё одна малоизвестная страница войны – бои северо-западнее Вязьмы в октябре 1941 года.

И, прежде всего, перед нами – памятник. Пусть не из гранита и бронзы, а из бумаги и картона. Главное, что он появился. Памятник в честь погибших, пропавших без вести и оставшихся в живых бойцов и командиров 248-й стрелковой дивизии. Памятник, который словом автора и фактами из документов показывает, где и как выполняли свой воинский долг перед Отечеством оказавшиеся в этой дивизии ещё совсем недавно мирные жители Московской, Смоленской и других областей России. Показывает, в каких условиях они находились, как готовились воевать. И, главное, - показывает, где они сражались и погибали, где следует искать их могилы. Ведь главная идея издания книги о погибших и пропавших в исторической безвестности дивизиях нашей армии – это даст толчок к выяснению судеб тысяч пропавших без вести защитников Отечества, которые и есть внутренняя сущность военных терминов «дивизия», «полк», «батальон». Без устали определять судьбы пропавших на полях сражений означает постоянно увековечивать ряды героев той войны и тем самым умножать боевую славу нашего народа. Этой благородной цели и служит книга, которая теперь перед вами.

К.А. Степанчиков

Эксперт-консультант поискового

движения России и стран СНГ

Слово к читателю.

Более шести десятилетий минуло со дня окончания одной из самых страшных войн в истории человечества – Второй Мировой. Однако до сих пор события той войны не дают покоя её ветеранам, их детям и внукам. Увы, в наше время все громче слышны голоса, призывающие пересмотреть её значение, итоги и показать фашистскую Германию и её союзников только как государства, вступившие в войну за расширение своих территорий. Более того, горько и больно становится, когда видишь, что внуки и правнуки победителей фашизма не утруждают себя заботой о сохранении памяти уходящей всё дальше в историю Второй Мировой войны и её составной части – Великой Отечественной. Эту войну вёл народ огромной страны, называвшейся Союз Советских Социалистических Республик, и сегодняшняя Россия – наследница ушедшей в прошлое великой державы.

Во имя всех погибших, искалеченных и пострадавших, во имя всех переживших самую кровавую войну в истории человечества, во имя всех последующих поколений мы не имеем права забывать о тех, кто, пройдя через муки и горе той страшной войны, победил, спас нашу Родину и мир от коричневой чумы фашизма. Эта книга посвящена им.

Начиная с 1999 года в составе группы исследователей – бойцов поисковых отрядов Смоленской области – автор работал в Центральном Архиве Министерства обороны РФ по сбору информации и материалов для подготовки очередной годовой программы «Вахты Памяти» на территории Смоленской области. Эти поездки всегда проходят под руководством директора Смоленского областного центра героико-патриотического воспитания молодёжи «Долг» Нины Германовны Куликовских. На протяжении всех этих лет автор собирал материал о Вяземской оборонительной операции 1941 года. И вот во время очередной поездки в 2005 году я обнаружил для себя интересный факт: среди дивизий, участвовавших в Вяземской операции, две (108-я и 248-я стрелковые дивизии) были сформированы в Вязьме. Факт прямо-таки удивительный, т.к. ничего подобного об этом ни читать, ни слышать не приходилось. Естественно, были приложены все усилия, чтобы собрать об этих двух дивизиях как можно больше информации.

Более всего автора заинтересовала боевая судьба 248-й стрелковой дивизии. И тому было несколько причин.

Во-первых, эта дивизия была сформирована в Вязьме в июне – начале июля 1941 года. Вначале предполагалось, что вся дивизия (или большая её часть) будет сформирована из призывников и воинов запаса Вяземского и ближайших районов Смоленской области. Увы, эти прогнозы не подтвердились.

Во-вторых, об этой дивизии первого формирования известно крайне мало, т.к. она фактически вела боевые действия всего несколько дней и, попав в окружение под Вязьмой, прекратила своё существование. Так появилась интересная подробность формирования дивизии: она была рождена в Вязьме и погибла под Вязьмой.

В-третьих, при работе с фондом 248-й дивизии первого формирования были обнаружены списки лиц, призванных сборным пунктом Вяземского РВК. Их анализ выявил такую горькую деталь: абсолютное большинство призванных в 248-ю сд в тот период в «Книге Памяти Вяземского района» не упоминалось. Автор очень надеется, что когда-нибудь сможет выяснить судьбу хотя бы кого-то из них.

В-четвертых, по мере сбора информации о судьбе 248-й дивизии было решено описать её короткий боевой путь. В ЦАМО многие фонды дивизий начинаются с «Исторического формуляра» соединения, в котором описывается его боевой путь, перечисляются бойцы и командиры, награждённые боевыми орденами, приводятся списки командного состава. У 248-й дивизии первого формирования такого исторического формуляра в архиве нет…

С военной историей Вязьмы в годы Великой Отечественной войны связаны несколько десятков дивизий и бригад Красной Армии. Всего автор выявил таковых 63 соединения. Наиболее подробно в нашем городе знают только о судьбе 2-й и 7-й дивизиях народного ополчения г. Москвы. В память о 7-й дивизии народного ополчения Бауманского района г. Москвы на 242-м километре автотрассы Москва – Минск установлен памятник ополченцам-бауманцам, в их честь названа одна из улиц города, ежегодно в Вязьму приезжает делегация московских ветеранов войны, школьников, представителей властей ныне Басманной управы. В память о 2-й дивизии Сталинского района Москвы, сражавшейся под деревней Богородицкое в октябре 1941 года, установлен памятный знак на месте последнего боя этой дивизии. В деревню Богородицкое и в Вязьму также приезжают ветераны, школьники, дети и внуки фронтовиков. Очень часто в местных СМИ или книгах, посвященных описанию событий Великой Отечественной войны на вяземской земле, появляются статьи об этих дивизиях, или о дивизиях, освобождавших Вязьму в 1943 году. Кроме того, школьники и студенты пишут рефераты и творческие работы об их боевом пути. Но о 108-й и 248-й дивизиях, которые мы, вязьмичи, с полным правом можем называть вяземскими дивизиями, в Вязьме ничего не знали. Как, впрочем, мало вязьмичи знают о боевой судьбе и других соединений Красной Армии, воевавших на вяземской земле или погибших под Вязьмой.

В июне 2006 года в Вязьме на краеведческой научно-практической конференции автор сделал небольшой доклад о боевой судьбе двух вяземских дивизий. Летом 2007 года в программе «Вязьма – вчера, сегодня, завтра» Вяземского информационного центра был показан сюжет с информацией о 248-й сд, позже в газете «Вяземский вестник» была напечатана часть списков вязьмичей, призванных в 248-ю дивизию. Самое горькое оказалось то, что никто не откликнулся на эту публикацию. Неужели в Вязьме не осталось никого из родственников солдат, уходивших на фронт в самом начале войны в рядах этой дивизии, или, может быть, сами родные забыли о своих героических предках?

В 2007 году автору посчастливилось познакомиться с сыном одного из ветеранов названной дивизии Шубиным Сергеем Алексеевичем. Его отец Шубин Алексей Сергеевич был врачом в одном из её полков. Завязалась переписка. Сергей Алексеевич любезно предоставил копии некоторых документов из их семейного архива, вырезки из газет. Судьба молодого военврача Алексея Шубина тронула до глубины души, так возникла идея написать отдельную главу в истории дивизии, посвящённую одному человеку. Он, рядовой участник событий, волею судьбы прошедший тяготы и испытания немецкого плена, смог выжить и вернуться домой. Автор надеется, что в дальнейшем ему удастся установить фронтовые судьбы ещё многих ветеранов 248 дивизии первого формирования, установить судьбы своих земляков - вязьмичей, воевавших в этой дивизии. Вполне возможно, что когда-нибудь юные вязьмичи будут совершать походы по местам боёв 248 дивизии, а благодарные жители Москвы и Вязьмы установят на месте боёв дивизии 4-6 октября 1941 года памятный знак, увековечивающий негромкий подвиг её воинов.

История 248-й стрелковой дивизии 1-го формирования насчитывает всего

несколько месяцев 1941 года. Боевой опыт дивизии и того меньше – всего несколько дней. И, тем не менее, её боевой путь достоин того, чтобы изучать его и на примере мужества воинов этой дивизии воспитывать молодое поколение в духе патриотизма.

Автор выражает слова искренней благодарности за помощь и поддержку Куликовских Нине Германовне, Шубину Сергею Алексеевичу, Степанчикову Константину Анатольевичу, Фетисову Андрею Ивановичу, Аскерко Людмиле Петровне, Демидовой Инне Васильевне, Михайловой Марине Геннадьевне, Какуеву Альфреду Леонидовичу, Подколзину Илье Николаевичу, Кулакову Виктору Евгеньевичу, Романову Николаю Ивановичу, работникам читального зала ЦАМО и особенно Поповой Валентине Оттовне. Автор благодарит доктора исторических наук, профессора Смоленского Государственного университета Евгения Александровича Сикорского.

Источники по истории

248-ой стрелковой дивизии

1-го формирования.

Историю 248-й дивизии следует писать, опираясь на документальные источники, отражающие боевую судьбу этого соединения. В связи с тем, что дивизия была сформирована в самом начале Великой Отечественной войны и прекратила своё существование уже в декабре 1941 года, все основные документы по истории дивизии осели в фондах Центрального архива Министерства обороны Российской Федерации (далее ЦАМО). Хотя, как предполагает автор, какие-то документы могут находиться в Центральном архиве Федеральной Службы безопасности (ЦА ФСБ РФ). В связи с тем, что основной личный состав дивизии был призван из Москвы и Московской области, дополнительные сведения могут быть обнаружены в Московских архивах. Всем, кто заинтересуется судьбой 248-й дивизии первого формирования, ещё предстоит много исследовательской работы, и, возможно, нас ждут впереди удивительные факты и открытия. В любом случае данная работа – первая попытка исследования истории одного из войсковых соединений, существовавшего пусть и недолго, но достойного изучения его наряду с другими соединениями, прошедшими боевыми дорогами Великой Отечественной войны. История 248-й дивизии – это маленький вклад в общую картину событий, имён, подвигов и трагедий самой страшной и кровопролитной войны в истории России.

Всю документальную базу по истории 248-й дивизии 1-го формирования в ЦАМО можно разделить на две части. К первой относится непосредственно фонд самой дивизии – № 1531, который имеет две описи и несколько дел. Вторая часть этой базы – документы, отражающие боевую жизнь дивизии, сохранившиеся в фондах тех фронтов и армий, в которые она входила. Это фонд Резервного фронта – № 219, фонды 24-й армии – № 378 и 49-й армии – № 404. Отдельно необходимо сказать о фонде Западного фронта – № 208, в котором отложилась часть документальных источников, имеющих сведения о боевых действиях 248-й дивизии в последние дни её существования.

Охарактеризуем коротко каждый из фондов ЦАМО, содержащий сведения о 248-й дивизии. Само наличие в ЦАМО отдельного фонда 248-й стрелковой дивизии 1-го формирования говорит о том, что какая-то часть штаба или тыловых служб дивизии смогла выйти из окружения под Вязьмой, или, что вероятнее всего, просто смогла его избежать. Например, 134-я, 214-я, 229-я, 244-я и некоторые другие стрелковые дивизии первого формирования вообще не имеют в архиве собственного фонда. Это вызвано тем, что, оказавшись в окружении под Вязьмой в октябре 1941 года, штабы этих и других соединений вынуждены были уничтожить или надёжно спрятать свои документы, чтобы они не достались врагу.

В фонде 248-й дивизии, как уже говорилось выше, сохранилось несколько дел, отражающих работу штаба в период формирования дивизии: списки командно-начальствующего состава, приказы о назначении и перемещении комначсостава, приказы о зачислении на довольствие рядового и сержантского состава. Помимо этого в фонде имеются дела Политотдела дивизии. Данные документы позволяют изучать жизнь дивизии в период её боевой подготовки и учёбы в июле – сентябре 1941 года. Политдонесения отражают основные мероприятия командования и политотдела по сколачиванию подразделений, укреплению и повышению боевого духа личного состава. Общей особенностью документальной базы 1531 фонда является то, что документы охватывают период с 28 июня по 1 октября 1941 года, т.е. до момента начала боевых действий дивизии.

Важные сведения о боевой жизни дивизии сохранились в фондах Резервного и Западного фронтов, а также в фондах 24-й и 49-й армий. Специфика подчинённости требовала от штаба нижестоящего соединения передачи в штаб вышестоящего армейского звена всей оперативной и иной информации как о деятельности всего соединения, так и, в случае необходимости, о деятельности какого-либо подразделения или части. В то время, когда дивизия занимала рубеж обороны в тылу основных сил Западного фронта, по архивным фондам 49-й армии и фондам Резервного фронта можно проследить ежедневную боевую жизнь дивизии. В оперативных сводках, приказах, боевых донесениях, переговорах «по прямому проводу» отражена вся работа дивизии по подготовке оборонительных рубежей, выполнению приказов о перемещении частей и занятии новых рубежей обороны, боевой состав дивизии и другая оперативная информация. Фактически все эти документы носят однообразный характер. После выполнения приказа о занятии нового рубежа обороны в оперативных сводках и других документах о деятельности 248-й дивизии постоянно упоминаются фразы: «Положение частей дивизии без изменений. В частях дивизии проводились работы по усовершенствованию оборонительного рубежа и занятия по боевой и политической подготовке».

Всё резко изменилось 1 октября 1941 года. 49-й армии, в состав которой в тот момент входила 248-я сд, был отдан приказ о подчинении армии Ставке Верховного Главного командования и перемещении её частей в новый район. Фактически одновременно с этим 2 октября немецко-фашистские войска начали мощное наступление на Москву. Выполняя приказ Ставки, части 248-й дивизии начали передавать свои участки обороны другим частям и 2 – 3 октября выдвигаться в район станций погрузки.

В связи с прорывом фронта на участке 30-й армии, дивизию, уже находившуюся большей своей частью на марше, спешно возвращают в прежние районы обороны. К этому времени штаб 49-й армии выбыл в новый район – 248-я дивизия оказалась без руководства вышестоящего штаба. 5 октября дивизия вошла в состав 32-й армии. Особенностью данного периода является то, что в ЦАМО фонд 32 армии первого формирования насчитывает всего три дела: два из них подшивка ежедневной армейской газеты «Боевой путь» в период с 26 августа по 30 сентября 1941 года и третье дело «Книга учёта начальствующего состава Полевого управления армии» (1). Соответственно в фонде 32-й армии нет документов дивизий, входивших в состав этой армии в период её существования. До момента, когда отдельные части дивизии вступили в бой с врагом, т.е. до 4 октября, в фонде 49-й армии имеется одна из последних оперативных сводок самой 248-й дивизии – это сводка № 144 на 21-00 от 2 октября 1941 года. Есть также несколько оперативных сводок штаба 49-й армии, до того как он выбыл в новый район сосредоточения. Последняя из обнаруженных сводок штаба армии – это сводка № 104 к 19-00 от 3 октября 1941 года. Во всех этих документах отмечается лишь деятельность 248-й дивизии по выполнению приказов о передаче обороняемых участков и выдвижении в район станций погрузки, а затем возвращении её на старый рубеж обороны.

4 – 12 октября 1941 года – короткий период боевых действий 248-й дивизии. О событиях в это время мы можем узнать из скупых фраз переговоров по БОДО (вид специальной связи на телеграфной ленте) между штабами Резервного и Западного фронтов, донесений оперативной группы штаба Западного фронта. Главным источником наших знаний о боях дивизии в эти дни являются донесения одного из заместителей командующего Западным фронтом – генерал-лейтенанта Степана Андриановича Калинина.

3 октября в связи с прорывом фронта 30 армии, туда приказом командующего Западным фронтом генерал-полковником И.С. Коневым был направлен С.А. Калинин, с задачей навести порядок в войсках и организовать отпор врагу. Приезд Калинина в район прорыва не смог изменить ситуацию, т.к. генерал-лейтенант не имел в своём подчинении никаких войск. Единственное, что попытался сделать Калинин – организовать отпор врагу имеющимися в тот момент на участке прорыва частями. Ежедневно с 3 октября Калинин посылал в штаб Западного фронта короткие отчёты о боевых действиях в районе станции Канютино, посёлка Холм-Жирковский, а потом о боях на восточном берегу реки Днепр. В ЦАМО автору удалось обнаружить несколько таких донесений Калинина от 3, 4, 5 и 6 октября 1941 года. Именно эти донесения и стали главным источником сведений о боях 248-й дивизии с 4 по 6 октября. После 6 октября информация о 248-й дивизии почти не встречается в отечественных оперативных документах. Возможно, главной причиной этого явилось то, что дивизия понесла в ходе боёв 4 – 6 октября очень большие потери и как боевое соединение она перестала представлять собой самостоятельную боевую единицу. Судьба дивизии после 6 октября – одна из главных загадок, требующая дополнительных поисков.

Незначительные сведения, но от того не менее важные для нас, сообщают нам немецкие источники о последних днях существования дивизии. В разведывательных сводках штаба 9 армии вермахта можно обнаружить некоторые упоминания о частях 248 сд. Так, например, благодаря именно этим источникам нам известно о том, что после боёв 4 – 6 октября остатки 899 и 902 стрелковых полков были слиты в один полк. Именно немецкие источники фактически подтверждают информацию о том, что бои в районе деревни Богородицкое 12 – 13 октября были последними в короткой боевой судьбе 248 дивизии.

Подводя итог обзору документальных источников по истории 248-й дивизии первого формирования, можно сказать, что в ЦАМО сохранилось довольно много документов, отражающих период формирования и боевой подготовки дивизии с июня по октябрь 1941 года, а также имеются документы, содержащие информацию, позволяющую изучить в общих чертах боевые действия дивизии с 4 по 13 октября 1941 года.

Как предполагает автор, в ЦАМО или что более вероятно, в Центральном архиве ФСБ России, наверняка можно найти доклад или донесение командира дивизии генерал-майора Сверчевского о последних боях 248-й сд в октябре 1941 года. Выйдя из окружения, командир такого ранга обязательно должен был представить в Военный Совет фронта или армии свой подробный доклад о действиях подчинённого ему соединения. Поэтому впереди нас ждёт изучение этого и других документов, пока не доступных для исследователей.

В процессе сбора информации и материалов о 248-й дивизии автор опирался не только на фонды ЦАМО. Кроме фондов ЦАМО, информация о 248-й дивизии имеется в сборниках документов, посвященных первому периоду Великой Отечественной войны и Московской битве. Это сборник документов в серии Русский архив – «Великая Отечественная: Ставка ВГК. Документы и материалы. 1941 год», сборник документов «Битва под Москвой: Хроника, факты, люди: В 2-х книгах». О биографии командира дивизии генерал-майоре Карле Сверчевском автор нашёл сведения в военном биографическом словаре «Великая Отечественная. Командармы», в «Большом энциклопедическом словаре» под редакцией А.М. Прохорова и некоторых других словарях и справочниках. Сведения о действиях и судьбе 248-й дивизии первого формирования встречаются в работах Л. Н. Лопуховского, Б.И. Невзорова, А.В. Исаева, И.Ф. Хомич, В.И. Хомич и других авторов (более подробно о выходных данных перечисленных изданий смотрите «Источники и литература». – И.М.).

К сожалению, автору пока не удалось обнаружить воспоминаний или мемуаров кого-либо из ветеранов, воевавших в 248 дивизии в тот период. Исключением из этого являются сведения о судьбе военного врача медсанбата 902 стрелкового полка Шубина Алексея Сергеевича, сообщённые его сыном Сергеем Алексеевичем Шубиным, за что автор выражает ему огромную благодарность и признательность.

В результате анализа всей собранной документальной базы и материалов в научно-популярной литературе автору удалось собрать небольшой собственный фонд источников, позволяющий описать боевую судьбу 248 стрелковой дивизии первого формирования, отразив все основные этапы в короткой боевой судьбе этого соединения.

Формирование дивизии.

Командир дивизии Кароль Сверчевский.

История 248-й стрелковой дивизии началась 28 июня 1941 года. В связи с началом Великой Отечественной войны в Советском Союзе начал осуществляться план Мобилизационного развёртывания Вооружённых сил страны. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 июня 1941 года об объявлении в отдельных местностях Советского Союза военного положения такое положение было введено и на территории Смоленской области (2). Согласно плану мобилизационного развёртывания в разных округах Советского Союза организационно мобилизационные отделы этих округов приступили к осуществлению мероприятий необходимых для формирования новых войсковых соединений. Причём, мобилизованные по призыву воины запаса, направлялись сборными пунктами военкоматов в места формируемых соединений, расположенных на территории другой области и даже другого округа. Так, например, как удалось выяснить автору, мобилизационные ресурсы Смоленской области передавались на формирование дивизий в Московский и Орловский военные округа (3).

И вот, руководствуясь Директивой №10221 Военного Совета Московского военного округа от 27 июня 1941 года и предписанием Управления кадров Красной Армии № УК 1/15300 от 27 июня к новому месту назначения – в город Вязьму выбыл генерал-майор Карл Сверчевский с группой офицеров для формирования дивизии. На следующий день 28 июня Сверчевский подписал приказ № 1. Процитируем его дословно: «Приказ по войсковому соединению 248 стр. див. № 1 от 28 июня 1941 года. Город Вязьма. Сего числа прибыл в город Вязьму и приступил к формированию 248 Стр. Дивизии. Основание: Предписание Управления кадров Красной Армии № УК 1/15300 от 27 июня 1941 г. и директива Воен. Совета М.В.О. №10221 от 27 июня 1941 г. Командир 248 стр. дивизии генерал-майор Сверчевский» (4).

Судя по аналогии формирования других дивизий в этот же период, на формирование соединения отводилось 14 суток. За это время необходимо было принять приписной состав, согласно штату формируемого соединения, распределить его по подразделениям, зачислить на все виды довольствия, назначить командиров, сформировать все отделы и службы управления, приступить к созданию подразделений и обучению личного состава. В обеспечении дивизии всем необходимым принимали участие местные органы военного управления и власти. Об этом можно судить хотя бы по такому факту. В период формирования командование дивизии получило от сборного пункта Вяземского РВК 300 исправных машин для автопарка (5).

Основной задачей сборного пункта Вяземского райвоенкомата стал призыв воинов запаса на действительную военную службу. С первых дней войны тысячи вязьмичей получили на руки повестки примерно такого содержания: «Призванному в ряды Красной Армии тов. _________________ (вписывалась фамилия и инициалы призываемого. – И.М.). ПОВЕСТКА. Для отправки Вас на действительную военную службу приказываю явиться к «___» час «___» ___________ 1941 г. (указывалась время и дата. – И.М.) по адресу: г. Вязьма, ул. Ленина. Райвоенкомат. На руках иметь: приписное свидетельство, членам ВЛКСМ и ВКП (б) – комсомольский или партийный билеты. На отправку явиться в теплой одежде, кожаной обуви, остриженным под машинку и обязательно иметь при себе: две пары белья, два полотенца, два носовых платка, кружку и ложку, вещевой мешок для хранения собственных вещей. За опоздание и неявку будете привлечены к ответственности. Военный комиссар Вяземского района ______________ (подпись)» Кстати, военным комиссаром Вяземского РВК в тот период, вероятнее всего, был интендант 1 ранга Мотовилов (6).

Согласно докладу Смоленского областного военного комиссариата мобилизация военнообязанных рядового и младшего начальствующего состава в возрасте до 50 лет была объявлена по области с 4 июля и завершилась к 12 июля 1941 года (7). Большая часть призванных Вяземским комиссариатом воинов запаса и призывников Вязьмы и Вяземского района, вероятнее всего, походным маршем были отправлены или в район города Гжатск (ныне Гагарин Смоленской области), или в район города Юхнов (ныне Калужская область).

Помимо распределения в разные части, призывники и воины запаса Вязьмы и Вяземского района стали направляться, в том числе, и в подразделения формируемой в городе дивизии. В приложении 3 публикуется список граждан, призванных в 248-ю сд сборным пунктом Вяземского РВК в июне – июле 1941 года. Первоначальная версия автора о том, что все направленные сборным пунктом Вяземского РВК являются жителями Вязьмы и Вяземского района, позже не подтвердилась другими источниками и данными. Например, это не подтверждается «Книгой Памяти Вяземского района». Абсолютное большинство фамилий из публикуемого списка – 105 из 126 или 83,3%, не упоминаются в «Книге Памяти Вяземского района» (8). Как известно, документов Вяземского военкомата по призыву июня – сентября 1941 года не сохранилось. Сопоставляя данные о количестве населения Вязьмы и Вяземского района в границах 1941 года с количеством мужского населения, подлежащего призыву на воинскую службу, можно предположить, что в первые месяцы войны в ряды Красной Армии из Вязьмы и района было призвано от 5 до 8 тысяч человек. Вообще, персональные списки вязьмичей ушедших в первые месяцы войны в действующую армию, это тема большого серьёзного исследования, которое имеет все основания быть успешным.

Согласно мобилизационному плану основной костяк формируемой в Вязьме дивизии составили военнообязанные запаса призванные в армию в Московском военном округе. В справке Политотдела 248 сд о комплектовании дивизии сказано следующее: «Рядовой состав прибыл в основном из Москвы и Московской области. По возрасту рядовой состав относится к 1908, 1909, 1910, 1911 годам (9). Судя по дивизионным документам, дивизия находилась на формировании в районе Вязьмы до 13 июля 1941 года. Из ресурсов московского военного округа в дивизию прибыло 12034 командиров и рядовых (10) Не завершив его полностью, в этот день Военный Совет 24 армии Резервного фронта, также располагавшийся в Вязьме, отдал приказ № 03/оп, согласно которому перед 248 дивизией была поставлена первая боевая задача: «248 сд 14.7.41 г. сосредоточить на рубеж (иск) Мальцево, Княжино. Занять и прочно его оборонять. Не допустить прорыва танков и мотомехчастей противника на этом направлении. Один усиленный стрелковый батальон выдвинуть в полосу заграждения на рубеж: Волково, Лукшина, Новики с задачей измотать противника на заграждениях. Граница слева: Марково, Княжино. ст. Касня. В полосе дивизии строительными организациями продолжить готовить три стрелковых участка на главной полосе обороны, два на тыловом рубеже. Войскам же ускорить оборудование полевой обороны» (11).

Даже приступив к выполнению приказа и выступив в назначенный район, дивизия продолжала заниматься укомплектованием. На 22 июля 1941 года дивизия насчитывала 13534 человека, в то время как по штатам она должна была насчитывать 14706 человек (12) Согласно документальным источникам, комплектование отдельных подразделений продолжалось вплоть до начала августа 1941 года (13). На 1 августа в дивизии насчитывалось 13855 человек (14) В упоминаемой выше справке Политотдела дивизии, датируемой 6 августа, говорится: «Личным составом дивизия укомплектована полностью» (15).

И хотя дивизия получила боевую задачу, она, конечно, еще не стала настоящим боеспособным соединением – командованию предстояла большая работа по приведению соединения в полную боевую готовность. Всё в той же справке по Политотделу дивизии имеется следующее важное замечание: «Военная подготовка рядового состава не одинаковая. Есть часть бойцов, которые совсем не служили в Красной Армии. Зато есть другая часть бойцов, которые являются участниками борьбы с белофиннами (имеется в виду советско-финляндская война 1939 – 1940 годов. – И.М.). Артиллерийские полки укомплектованы артиллеристами. Хуже дело обстоит с батальоном связи. Имуществом батальон связи обеспечен на 50%. Кадры слабые. Начальник штаба батальона не связист. Зенитных орудий в дивизии нет. 45-миллиметровых противотанковых пушек в полках нет. 76- миллиметровые орудия не имеют бронебойных снарядов» (16).

В то время было очень важно, какое количество коммунистов, кандидатов в члены ВКП (б) и комсомольцев насчитывалось в соединении. На начало августа в 248 дивизии было 549 членов ВКП (б), 333 кандидата в члены ВКП (б) и 731 член ВЛКСМ (17), т.е. всего 1613 человек, что составляло примерно 11% от всего состава дивизии. Коммунисты и комсомольцы в основном были сосредоточены в стрелковых и артиллерийских полках. Проверяющий дивизию инспектор Политотдела 35 стрелкового корпуса батальонный комиссар Степанов сделал следующий вывод: «Политико-моральное состояние дивизии вполне здоровое. Случаев дезертирства или самовольных отлучек в дивизии нет. Аморальные поступки насчитываются единицами» (18).

Командно-начальствующий состав дивизии составляли кадровые военные, направленные в дивизию согласно приказам ГУК НКО (Главное управление кадров Народного комиссариата обороны. – И.М.), штабов военных округов и других инстанций. Офицерский состав прибывал в дивизию из разных регионов и городов – Москвы, Ленинграда, многих областей России, из республик бывшего Советского Союза: Украины, Белоруссии, Грузии и др. Политруки среднего и младшего звена в основном были призваны из запаса, старший политсостав – кадровые офицеры. В приложении 4 приводится список офицеров, призванных в 248-ю сд и проживавших до начала войны в Смоленской области (в современных её границах).

К моменту направления в действующую армию боевой состав 248-й стреловой дивизии выглядел следующим образом: 899-й, 902-й, 905-й стрелковые полки (сп), 711-й легкий артиллерийский полк (лап), 774-й гаубичный артиллерийский полк (гап), 302-ой отдельный истребительный противотанковый дивизион (оиптд), 320-й разведывательный батальон (рб), 412-й саперный батальон (сапбат), 644-й отдельный батальон связи (обс), 277-й медико-санитарный батальон (медсанбат), 242-я отдельная рота химической защиты (орхз), 502-й автотранспортный батальон (атб), 259-я походная хлебопекарня (пхп), 370-й дивизионный ветеринарный лазарет (двл), 926-я почто-полевая станция (ппс), 656-я полевая касса Госбанка (пкг).

Остановимся теперь коротко на биографии командира 248 дивизии генерал-майора Карла Сверчевского. Поляк по национальности, Кароль Сверчевский родился 22 февраля 1897 года в Варшаве. В отечественной литературе упоминается как Карл Карлович Сверчевский. Во время Октябрьской революции 1917 года принимал активное участие в составе боевой дружины при заводе «Проводник» Благушо-Лефортовского района города Москвы в боях против юнкеров. Затем в составе 1-го Московского отряда Красной гвардии воевал с войсками Центральной рады в районах городов Рыльск, Глухов, Сумы, Путивль, Конотоп, станции Ворожба, потом с германскими войсками в районе города Орша. В апреле 1918 года вступил в Красную Армию, в составе которой служил почти всю свою дальнейшую жизнь (кроме периода Гражданской войны в Испании в 1936-1938 годах и с момента формирования Армии Войска Польского с августа 1943 года до 1947 года). В годы гражданской войны Кароль Сверчевский участвовал в боевых действиях против Деникина на Южном фронте (сентябрь 1918 – май 1920 года), где был командиром взвода, командиром роты, батальона в составе 21-го сводного Московского советского полка. В июне – июле 1920 года в должности командира батальона 510 стрелкового полка 57 стрелковой дивизии воюет на Западном фронте против белополяков, затем в мае – июне 1921 года командир батальона командных курсов Красных коммунаров, участвует в подавлении восстания под руководством Антонова на Тамбовщине. Был дважды ранен. За бои на Северном Донце в апреле 1919 года награждён орденом Красного Знамени (1927 год). После Гражданской войны на различных должностях от командира взвода до начальника сектора 4-го управления штаба РККА. В 1924 – 1927 годах слушатель Военной академии имени М.В. Фрунзе.

С апреля 1931 года по 1936 в распоряжении штаба РККА выполнял специальную работу, т.е., вероятнее всего, был военным советником где-то за границей. В июле 1936 года под именем Карл Вальтер появляется в Испании, воюет на стороне Республиканского правительства против франкистов. За время войны в Испании командовал 14 бригадой, затем 35 дивизией Республиканской армии «El Coruero», в отдельных операциях командовал корпусом и оперативной группой войск. В боях проявил себя как храбрый командир, умеющий руководить боем общевойсковых соединений. Был награждён Республиканским правительством Испании орденом «Ляура ди Мадрид» («Лавры Мадрида» 1 степени) и Указом Президиума Верховного Совета СССР орденами Ленина и Красного Знамени. Летом 1938 года в связи с болезнью вынужден был покинуть Испанию. Находился на лечении в СССР.

С июня 1939 был назначен старшим преподавателем кафедры общей тактики Военной академии имени Фрунзе. После поражения Республиканского правительства Испании в СССР оказалась большая группа офицеров, которая была преобразована в испанский особый корпус в составе Военной академии. С января 1941 года начальником этой особой группы по ходатайству генерал-майора Р.Я. Малиновского (также участника боёв в Испании) был назначен Кароль Сверчевский.

Начало войны застало испанский корпус и его командира в летних лагерях на Кубани, откуда Сверчевский выехал в Москву. С июня по октябрь 1941 года генерал-майор Сверчевский – командир 248 стрелковой дивизии. В ходе Вяземской оборонительной операции 248 сд в составе войск 32 армии оказалась в окружении северо-западнее Вязьмы, в ходе этих боёв дивизия понесла невосполнимые потери и практически престала существовать. Сам командир с группой красноармейцев вышел из окружения в районе Теряевой Слободы на участке 316 стрелковой дивизии генерала Панфилова. В ноябре 1941 года Кароль Сверчевский вначале поступил в распоряжение Военного Совета Западного фронта, затем Главного управления кадров Народного комиссариата обороны. 27 декабря 1941 года он назначен командиром 43 запасной стрелковой бригады в составе Сибирского военного округа. В феврале 1942 года был назначен начальником Киевского пехотного училища, которое в тот момент находилось в городе Ачинск. С июня 1943 года – Сверчевский начальник филиала Высших Стрелково-тактических курсов усовершенствования комсостава пехоты «Выстрел» в городе Новосибирск.

В августе 1943 года стал заместителем командира 1-го польского армейского корпуса, в апреле 1944 года стал заместителем командующего 1-й Польской армии (с 21 июля 1944 г. 1-я армия Войска Польского). В августе – сентябре и с 19 декабря 1944 года до 4 августа 1945 года командующий 2-ой армией Войска Польского. Эта армия принимала участие в Берлинской и Пражской наступательных операциях. В 1944 году бывший командир 248 сд получил звание генерал-полковника.

С сентября 1945 года Сверчевский – командующий войсками Познанского военного округа Польши. С февраля 1946 года он Второй вице-министр национальной обороны Польши. 28 марта 1947 года во время инспекционной поездки Кароль Сверчевский был убит украинскими националистами близ города Санок (Польша). Похоронен на воинском кладбище «Повонский» в Варшаве. Кароль Сверчевский был награждён орденом Ленина, тремя орденами Красного Знамени, орденом Суворова 1 степени, медалями, а также иностранными орденами и медалями (19).

Боевая подготовка дивизии

в июле – сентябре 1941 года.

После получения первой боевой задачи части 248 стрелковой дивизии приступили к её выполнению. Дивизии предстояло занять фронт обороны шириною примерно в 25 километров, прикрывая Новодугинское направление и выход к важным авто и железным дорогам Вязьма – Ржев. Главная полоса обороны дивизии проходила в верхнем течении реки Днепр по левому восточному её берегу от деревни Мальцево (28 км западнее Новодугино) до деревни Княжино (45-48 км юго-западнее Новодугино). Через линию обороны дивизии с запада на восток шли несколько дорог, наиболее важными из которых являлись: дорога от переправы на реке Днепр у деревни Глушково до села Волочёк (ныне Нахимовское) и далее через Белоусово, Коробаново на Высокое, через Александрино к авто и железной дорогам Вязьма – Ржев; и еще одна дорога от села Волочёк на северо-восток до Тишино, Муравишники через Пустошку на Липецы и далее к тем же магистралям Вязьма – Ржев.

16 июля новым приказом № 04/оп штаба 24 армии 248 дивизии была уточнена задача: « 248 сд с 3/392 кап (3 батареей 392 корпусного артполка И.М.), 3/18 ап ПТО (3 батареей 18 артполка противотанковой обороны И.М.), подготовить и упорно оборонять полосу оборону передним краем Бонакова, Рудакова, Казариново, Княжино, с задачей не допустить прорыва противника в направлении раз. (разъезда. – И.М.) Александрино» (20).

Итак, главной задачей дивизии в те дни стала подготовка оборонительного рубежа, входящего в систему Ржевско-Вяземской линии обороны. День за днём бойцы и командиры дивизии с помощью местного населения и мобилизованных в трудовые батальоны работали на рытье окопов, противотанковых препятствий, строили различные оборонительные сооружения. Так, в справке по инженерному оборудованию районов 24 армии от 19 июля 1941 года отмечалось, что на участке обороны 166 и 248 дивизий были выполнены следующие работы:

Наименование работ Участки

166 – 248 сд

1. Противотанковый ров км. 40

2. Др. противотанк. препятствия

(завалы, эскарпы и пр. км) 38

3. Полевые оборонительные точки шт

(пулемётные гнёзда, ПТО, КП и др) 148

4. Противотанковые препятствия км 44

5. Сообщения км 19

6. Окопы п/м 23000

7. Минные поля кол-во мин шт. по всем участкам

поставлено 29000

8. Подготовлено точек к разрушению 10 мостов

9. Железно-бетонные сооружения шт 2

10 Дерево-земляные сооружения 8 (21).

Строительство оборонительных сооружений приносилось даже в жертву боевой подготовке. В двадцатых числах июля в 248-ю дивизию прибыл с проверкой член Военного Совета 24 армии дивизионный комиссар Иванов. Точно не известно, как она проходила, но её результатами проверяющий оказался настолько недоволен, что обратился напрямую, минуя штаб Резервного фронта, к Маршалу Тимошенко, командующему Западным направлением, о том, чтобы в 24-й армии заменили 248-ю сд на какую-нибудь другую дивизию. Незамедлительно из штаба фронта последовала грозная телеграмма: «Военный Совет фронта требует от Военного Совета 24 армии:

  1. Проверить весь личный состав дивизии и использовать его по соответствующим специальностям, выделив менее подготовленный состав в подразделения обслуживания.

  2. Принять решительные меры к повышению боевой подготовки частей 248 сд, в особенности бойцов дефицитных специальностей, в том числе пулемётчиков, артиллеристов, связистов и т.д.

  3. 27.7.41 донести о принятых мерах по повышению боеспособности 248 сд, о результатах работы по вопросу подготовки недостающих специальностей подчеркнуть особо» (22).

Здесь хотелось бы сделать небольшое отступление. Много книг и статей

в отечественной историографии и литературе написано о судьбе дивизий народного ополчения. Спору нет – высочайший патриотический порыв сотен тысяч граждан, вступивших в народное ополчение, заслуживает нашего уважения и восхищения. Имея возможность остаться в тылу, многие не помышляли о том, как уберечься от призыва, наоборот, имея «бронь» или непригодные по физическому состоянию или возрасту, они делали всё возможное, чтобы попасть на фронт. Родина была в опасности – и оставаться в стороне в такой момент было равносильно её предательству. В мемуарах многих военачальников и самих участников народного ополчения можно встретить слова о том, что эти дивизии не имели высокой боевой готовности, личный состав дивизий был плохо обучен военному делу, плохо вооружён. Но не только дивизии народного ополчения постигали премудрости военной науки на ходу. Пример 248-й дивизии этот факт лишний раз подтверждает. Сформированные в первые недели войны из воинов запаса, эти дивизии, хотя, бесспорно, были более боеспособны, чем дивизии народного ополчения, но всё же, откровенно говоря, так же представляли из себя соединения, которым еще только предстояло стать настоящими боевыми частями, способными достойно противостоять опытному и беспощадному врагу.

В то время как в тылу Западного фронта создавался фронт Резервных армий, в состав которого, в том числе, входила 24 армия с 248 стрелковой дивизией, обстановка на Западном направлении складывалась чрезвычайно напряжённая. 10 июля войска группы армий «Центр» силами 2-ой танковой группы из района Шклова и 3-ей танковой группы из района Витебска нанесли два мощных удара в направлении Ельни и Духовщины, стремясь окружить большую группировку советских войск в районе Смоленска. Началось грандиозное Смоленское сражение. 13 июля авангарды 7-ой и 20-ой немецких танковых дивизий достигли Велижа и Демидова, 15 июля 20-я танковая дивизия противника заняла Рибшево и Пречистое, 7-я танковая дивизия вышла на автотрассу Москва – Минск западнее Ярцево, а 18-я моторизованная дивизия вышла к Усвятам (23). В этот же день 29-я моторизованная дивизия из состава 2 танковой группы противника овладела южной частью Смоленска (24). Советское командование принимало все меры для того, чтобы остановить врага, но 20 июля 10-я немецкая танковая дивизия вышла к Ельне, почти завершив окружение трёх советских армий в районе Смоленска (25).

Чтобы уничтожить врага, прорвавшегося восточнее Смоленска, Ставка Верховного Главного Командования решает провести наступательную операцию, в связи с чем была проведена некоторая перегруппировка войск (26). 21 июля Военный Совет 24 армии отдал боевой приказ № 08/оп: «1. Противник, высадившийся авиадесантами в районах оз. Щучье, Дедово, Ярцево, Починок, пытается танковыми частями, при поддержке бомбардировочной авиации прорваться в направлении Белый, вдоль автострады Ярцево – Вязьма, Каськово – Дорогобуж, Ельня.

2. 24 А, выделив из своего состава управление 53 СК (стрелкового корпуса И.М,) 166 сд, 91 сд и 89 сд в течение 21-22.7 производит перегруппировку и оборонительные работы в полосе обороны.

3. …

4. 248 сд, с 392 кап, 575 кап, 396 кап, 18 ап ПТО, 6 мотоинжбатом занять и прочно оборонять рубеж: Банакова, выс. 195 (5 км южн. Лукашево), Рохлино, Серково. Граница слева: (иск) Духовщина, Потелица, (иск) ст. Вадино, (иск) Богдановщина, (иск) Шутово, (иск) Новое Село…» (27).

После получения данного приказа части 248 дивизии приступили к его

выполнению. И уже на следующий день 21 июля в 16-00 подразделение разведбата дивизии вступили в бой в районе Крапивня – Городно с отрядом противника в составе 50 человек с двумя легкими танками и 4-5 мотоциклистами. В результате скоротечного боя противник вынужден был отступить. Разведбат захватил двух пленных, один мотоцикл и несколько винтовок противника (28). Насколько можно судить по документам, это был первый бой частей 248-й стрелковой дивизии в ходе войны. Судя по всему, разведбат 248 дивизии, наткнулся на отряд 20-ой немецкой танковой дивизии.

Исходя из новой задачи, дивизия выдвинулась немного вперёд и заняла фронт обороны: Крекшино – Сумароково с передним краем по реке Днепр (29). Главными задачами дивизии в этот момент оставались ведение разведки перед передним краем обороны и усовершенствование оборонительных рубежей на фронте дивизии. По сравнению с прежней боевой позицией фронт дивизии в двадцатых числах июля сместился на юг. Теперь главный рубеж обороны дивизия занимала по восточному берегу реки Днепр, что представляло собой очень удобную позицию. Протяжённость участка, который должна была оборонять дивизия, составляла примерно 30 километров. Главная задача дивизии – прикрывать несколько дорог, ведущих от Днепра в глубь обороны. Наиболее важными из них являлись дороги:

  1. На северном фланге дивизии в полосе её обороны остался контроль над переправой у деревни Глушково до села Волочёк (ныне Нахимовское) и далее через Белоусово, Коробаново на Высокое, через Александрино к авто и железной дорогам Вязьма – Ржев;

  2. Немного южнее близ деревень Сельцо (на западном берегу Днепра), Тиханово (на восточном берегу Днепра) шла дорога через Шаблыкино, Пигулино, через Хмелиту до города Вязьма, важному транспортному узлу шоссейных и железных дорог.

  3. От поселка Холм-Жирковский на юг параллельно Днепру по его западному берегу шла хорошая автодорога, упиравшаяся в магистраль Москва – Минск. От этой дороги к Днепру вело несколько просёлочных дорог, и у деревень Стешино (9 км юго-восточнее Холм-Жирковский), Борялово (11 км юго-восточнее Холм-Жирковский), Жмакино (14 км юго-восточнее Холм-Жирковский) были переправы на восточный берег Днепра. От этих населенных пунктов далее на восток или юго-восток шли просёлочные дороги, наиболее важной из которых была дорога: Жмакино – Григорьево – Холм, Гутарово – Михалёво – Аксентьево – Богдановщина – Городище – Истомино (на трассе Москва – Минск). От Михалёво и до трассы Москва – Минск дорога также шла почти параллельно Днепру.

В начале октября именно по ним (особенно по дорогам, идущим от переправ Тиханово и Глушково) будет развиваться немецкое наступление в глубь советской обороны. Именно поэтому необходимо так подробно остановиться на характеристике рубежа обороны 248-й стрелковой дивизии.

Ещё одной особенностью оборонительного рубежа 248 дивизии было расположение рек. Кроме уже упоминавшегося Днепра, в тылу главного оборонительного рубежа дивизии протекала река Вязьма, которая в районе населённого пункта Устье (6 км юго-восточнее Холм-Жирковский) впадала в Днепр. На северном фланге дивизии в районе Крекшино в Днепр впадала ещё одна небольшая река Немощёнка.

Но вскоре дивизия вновь получила новую, немного измененную полосу обороны. 30 июля Ставка ВГК отдала приказ № 00583 о формировании Резервного фронта (30). 24 армия этого фронта получила более удлинённую полосу обороны, соответственно вновь изменилась полоса обороны 248 дивизии. На 1 августа дивизия занимала фронт в границах: справа (иск) Новодугинская, (иск) Ольшанка, Волково, Скляево; слева: (иск) станция Касня, (иск) Холм, Новики, (иск) Плющеево (31).

В начале августа стало совершенно ясно, что попытки советских войск окружить войска группы армий «Центр» в районе Смоленска завершились неудачей. В результате контрнаступления советских войск удалось выйти из окружения остаткам 16, 19 и 20 армий в районе Соловьёвой переправы. На своём левом фланге в тяжёлые бои в районе Ельни втянулась 24 армия. Командование Резервного фронта приступило к подготовке наступления на ельнинском направлении. Растянутость фронта 24 армии мешала концентрации главных сил армии для предстоящей операции, поэтому правофланговые части 24 армии было решено передать в подчинение нового командования. К этому времени в распоряжении Резервного фронта находилось управление 35 стрелкового корпуса, которое 6 августа преобразовывалось в управление 35 армии. Директивой Ставки ВГК № 00732 от 6.08.1941 г. в состав Резервного фронта включалась 35 армия, в состав которой 24 армия выделяла 248, 194, 260, 220, 298 стрелковые дивизии и 4 дивизию народного ополчения города Москвы (32). 11 августа Директивой Ставки ВГК № 00850 35 армия переименовывалась с 00 часов 12 августа в 49 армию в составе Резервного фронта (33).

С 6 августа 1941 года части дивизии, усиленные 1 батареей 392 артполка, заняли оборону на широком фронте. В связи с тем, что главным направлением, которое прикрывала дивизия, можно считать новодугинское, дадим ориентировку населённых пунктов, занимаемых частями дивизии относительно станции и посёлка Новодугино:

а) 899 стрелковый полк оборонял рубеж – Валутино (31 км западнее Сычёвка, 42 км северо-западнее Новодугино), Михалёво (28 км западнее Сычёвка, 35 км северо-западнее Новодугино), Круча (30 км юго-западнее Сычёвка, 33 км северо-западнее Новодугино), Куроши (24 км юго-западнее Сычёвка, 26 км северо-западнее Новодугино), Аленино (31 км юго-западнее Сычёвка, 26 км западнее Новодугино), Сименково (41 км юго-западнее Сычёвка, 32 км западнее Новодугино) – полк прикрывал Сычёвско-новодугинское направление, ширина фронта 52 – 55 километров;

б) 905 полк – 3 батальон на рубеже Головино (35 км юго-западнее Новодугино), Волочёк (36 км юго-западнее Новодугино), Каменец (38,5 км юго-западнее Новодугино); 2 батальон – Сельцо (48 км юго-западнее Новодугино), Стешино (51 км юго-западнее Новодугино), Григорьево (52 км юго-западнее Новодугино); 1 батальон в полосе предполья на рубеже – Бельково, Сластиха – полк занимал оборону по восточному берегу Днепра и прикрывал новодугинское направление, ширина фронта 35 – 40 километров;

в) 902 стрелковый полк оборонялся на фронте – Юдино (35 км западнее Новодугино), Митюково (40 км западнее Новодугино), Гришково (47 км юго-западнее Новодугино), Кашкино (50 км юго-западнее Новодугино) – полк занимал оборону по восточному берегу Днепра, прикрывал новодугинское направление, ширина фронта 20 километров (34).

На этот раз фронт обороны дивизии оказался очень растянутым и составлял по прямой более 60 километров. Все эти, на первый взгляд, не- значительные изменения в расположении частей дивизии (частично дивизия продолжала занимать рубеж по восточному берегу Днепра) приносили много неудобств. Необходимо было осваивать новый участок обороны, обустраивать его, корректировать сектора обстрела, налаживать взаимодействие с соседями. С другой стороны – наверняка, части дивизии занимали рубежи, уже частично подготовленные другими соединениями, и, потом, такое перемещение примерно на одном участке фронта позволяло командованию максимально подробно изучить местность, дороги, что, несомненно, могло пойти на пользу при ведении боевых действий. Но в целом, конечно, такие передвижения один раз в две – три недели были не на пользу дивизии.

И вновь на новом рубеже части дивизии строили оборонительные сооружения и продолжали рыть тяжёлую землю. Как потом будет отмечено в одном из разведдонесений штаба 9 немецкой армии, один из пленных 248 дивизии показал, что его дивизия в течение трёх месяцев использовалась на строительстве позиций вдоль реки Днепр (35).

Не только строительством оборонительных сооружений были заняты основные силы дивизии. Командование уделяло большое внимание укреплению подразделений, проводились занятия по боевой подготовке, отлаживалось взаимодействие между соединениями, политотдел дивизии активно вёл среди личного состава политическую работу и пропаганду.

Много материала для изучения настроений среди рядового состава и среднего звена командного состава дают ежедневные политдонесения. Очень часто политдонесения дивизии в июле – сентябре 1941 года начинаются с одной и той же фразы: «Политико-моральное состояние личного состава здоровое». Не вдаваясь в споры о значении и роли политкомиссаров и политотделов в годы Великой Отечественной войны, следует сказать, что вышеупомянутая фраза о состоянии дивизии говорила о том, что дивизия имела высокий боевой дух и морально была готова к выполнению боевых задач.

Полистав политдонесения, попробуем вникнуть в повседневную жизнь частей дивизии до той поры, пока она находилась в тылу основных сил, прикрывавших московское направление. Выдержки без купюр, с сохранением стиля донесения, позволяют нам лучше понять особенность внутренней жизни дивизии в то время. Итак.

Донесение от 11 августа: «Части, занявшие новые рубежи, проводят среди бойцов работу, направленную на укрепление линии обороны и повышение боеспособности части, и сами занимают в этой работе авангардную роль. Так: коммунист 2 минроты 899 сп тов. Туршу является примерным бойцом в роте, пользуется большим авторитетом среди бойцов, он всегда проводит беседы в отделениях среди своей роты, читку газет, где особое внимание уделяет боевым эпизодам, которыми мобилизовывает бойцов на быстрое и качественное выполнение оборонительных работ. В отделении, где числится товарищ Туршу 7.8.41 г. – оборонительные окопы и бомбоубежище были оборудованы на 2 ½ часа раньше положенного времени… Комсомольцы 3 минроты этого же полка тов. Латынцев и Кулаков за отличную работу по отрытию окопов получили благодарность… Хорошо проводит занятия по отдельным видам тактической подготовки командир отделения 2 пульроты, участник боёв на Халхин-Голе, тов. Вашилин. Он приводил пример, какую роль сыграл штыковой бой на Халхин-Голе в разгроме врага. После приведения в исполнение приговора о дезертире в беседе среди бойцов красноармеец Малкин б/п (беспартийный. – И.М.) 2 с.р. 902 сп (2 стрелковая рота 902 сп. – И.М.) заявил: «Что позорней этой смерти нет, лучше умереть героем отечественной войны, чем быть предателем». Красноармейцы этого полка имеют много желающих пойти на передовую линию, бойцы часто задают вопросы «Почему мы не двигаемся вперед»… С большим подъёмом проходит сбор средств среди бойцов и командиров в фонд обороны страны… на сегодняшний день в полевую кассу № 656 сдано в фонд обороны страны 42550 рубл. Многие бойцы частей дивизии высказывают недовольство тем, что полевая почтовая станция № 650 до сих пор не получает корреспонденцию, особенно из Москвы, а 8, 9, 10 авг. не получены центральные газеты».

Донесение от 18 августа: «Партийно-политическая работа в частях и подразделениях направлена на укрепление оборонительного рубежа и усиление боевой подготовки личного состава дивизии. В связи с этим во всех частях проводятся беседы на темы: «Значение маскировки», «Лучше смерть, чем фашистский плен», «Воин Красной Армии в плен не сдаётся», «Провал Гитлеровского плана разгрома СССР в молниеносной войне»… Во всех частях и подразделениях продолжается работа по укреплению оборонительного рубежа… В течение 15.8.41 г. 902 сп отрыл 7 окопов для станковых пулемётов, расчищен сектор обстрела 8,5 га. (гектар. Прим. И.М.). Отрыто 6 ДЗОТ и 94 стрелковых окопа, натянуто проволоки 250 метров… Проведены учебные стрельбы командно-политического состава из ручного оружия. Результаты стрельб оказались неудовлетворительными. Так, например, «отлично» - 1, «хорошо» - 3, не выполнило – 21 чел. По полку ( в данном случае имеется ввиду 771 артполк. Прим. И.М.) даны указания заниматься ежедневной практической стрельбой лицам командного состава… Приказ № 270 Ставки Верховного Командования Красной Армии (36) получен и разослан 17.8. Вечером 17.8 командованием дивизии проведено совещание со всеми командирами и комиссарами частей дивизии, на котором зачитан приказ. Командованием дивизии приказано довести немедленно приказ до всех командиров и всех красноармейцев каждой части и учреждения дивизии… 16.8 в 11-30 в районе деревни Петраково Холм-Жирковского района фашистским бомбардировщиком были сброшены две фугасные бомбы и несколько зажигательных бомб. Осколками фугасных бомб ранено 5 детей и женщина. Трое детей ранены тяжело и доставлены в медсанбатальон дивизии. Дети из колхоза «Новое Петраково» Тахановского сельсовета: Мария Громова 8 лет, Таня Воробьёва 3 лет, Наташа Иванова 8 лет, которые направлялись к матерям, занятыми на оборонительных работах. Мною (начальником политотдела дивизии батальонным комиссаром Грызловым. Прим. И.М.) дано указание комиссарам частей провести беседы среди личного состава об этом зверстве фашистских налётчиков… Наряду с положительными фактами имеются в дивизии и отрицательные моменты… командир автобата 502 тов. Попов, б/п 13.8.41 г. был командирован в г. Ржев за получением продуктов, не доезжая 25 км. до г. Ржев во время ночной стоянки тов. Попов организовал коллективную выпивку, вовлёк в это дело остальных водителей и красноармейцев т.т. (товарищей. Прим. И.М.) Осанова, Гуськова, Васина, Унганкова и Корнаухова. Командование автобатальона предаёт тов. Попова суду Военного Трибунала… В дивизии продолжается сбор средств в фонд обороны страны. Всего сдано в полевую кассу № 656 наличными деньгами 115905 рублей и облигациями гос. займа 1665 рублей».

Политдонесение от 23 августа: «Коммунисты и комсомольцы 771 лап горячо приветствуют приказ № 270 и отвечают на него образцовой работой. 21.8 по всем подразделениям проведены беседы на тему: «Бои в окружении – нормальный вид боя».

Донесение от 25 августа: «Проверка работниками Политотдела доведения приказа Ставки Верховного Главного Командования № 270 до всего личного состава дивизии показала, что красноармейцы, командиры и политработники сделали правильные выводы из приказа… В деле повышения боевой подготовки отдельных частей сыграли проведённые сборы специалистов. Так, в 902 сп охвачено сборами: разведчиков – 236 чел., наблюдателей и связных – 122 чел., связистов – 142 чел., станк. пулемётчиков – 347 чел., ручных пулемётчиков – 330 чел., миномётчиков 120 м/м – 56 чел., 82 м/м – 106 чел., 50 м/м – 168 чел., подрывников – 99 чел. Эти сборы дали некоторые практические навыки в знании вооружения. Проведённые стрельбы дали следующие показатели: из стрелявших 100 разведчиков упражнение выполнено на «отлично» - 23 чел., на «хорошо» - 42 чел., «посредственно» - 49 чел.; из стрелявших 100 станк. пулемётчиков: на «отлично» - 16 чел., на «хорошо» - 35 чел., «посредственно» - 49 чел.; из стрелявших 102 ручных пулемётчиков – на «отлично» только 9, на «хорошо» - 15 чел., «посредственно»- 54 чел., не выполнили – 24 чел.; из 100 миномётчиков хорошо стреляли – 32 чел., «посредственно» - 44 чел., не выполнили – 24 чел. Эти результаты говорят о необходимости дальнейшего усиления подготовки пулемётчиков и миномётчиков в 902 сп… В 905 сп закончены также сборы миномётчиков 120 м/м батареи. В результате сбора сколочены боевые расчёты, а проведённая стрельба признана отличной… В 664 отдельном батальоне связи красноармейцы и командиры также овладевают стрелковым, военно-химическим и санитарным делом, изучают устав, проходят строевую подготовку, овладевают штыковым боем. 24 августа в батальоне были проведены стрельбы из винтовок, метание гранат и бутылок с жидкостью. Из 241 участника, стрелявших по 1 упражнению, дали отличные результаты – 98 чел., на «хорошо» - 66 чел., «посредственно» - 46 чел., не выполнили упражнения – 31 чел.; к ним относятся красноармейцы, стрелявшие впервые. С ними назначено дополнительное занятие. В батальоне примерно 50% радистов не могут самостоятельно обслуживать радиостанцию, в связи с чем с радистами по специальной программе опытными командирами проводятся занятия».

Донесение от 1 сентября: «Вся партийно-массовая и политическая работа направлена на дальнейшее укрепление оборонительных участков и боевую и политическую подготовку бойцов частей и подразделений. 412 осб (отдельный сапёрный батальон. Прим. И.М.) в районе Тихоново производит постройку моста через реку Днепр… В 899 сп установлены единые дни политзанятий по специальной тематике, разосланной Политотделом. Ежедневно с бойцами проводятся читки газет и беседы о боевых эпизодах… Командир отделения 1 с.р. – комсомолец Пантелеев хорошо организовал практические занятия с бойцами, каждый боец знает боевую задачу, сектор огня и т.д. За хорошую организацию окопных работ и правильную организацию огня командиром дивизии – Генерал-майором (т.е. Сверчевским. – И.М.) Пантелееву объявлена благодарность… Прибывший 1 стр. б-н (строительный батальон, составленный из мобилизованного на работы гражданского населения. –И.М.) насчитывает 1196 чел… В б-не есть один фельдшер, медикаменты отсутствуют; питание строителей налаживается. Санобработка отсутствует. Нач-ку сан. службы дивизии приказано 31.8 немедленно организовать обмывку всех строительных б-нов средствами прибывшей роты «дезинфекции белья»… По данным полевой кассы № 656 Госбанка, поступило в кассу по состоянию на 1 сентября в фонд Обороны наличными 227671 руб. и облигациями гос. займов 2995 руб. – всего 230666 рублей. Во всех частях и подразделениях личным составом приняты решения о ежемесячном отчислении определённых добровольных взносов в фонд Обороны до конца войны. Частями дивизии оказывается значительная помощь колхозам в уборке урожая и вывозке хлеба в счёт поставок. Так, 2 эшелоном штаба скошено 20 га (гектар. – И.М.) ржи, намолочено 700 пудов зерна, связано снопов с 15 га и т.д.»

Донесение от 11 сентября: «Политбеседы и информации посвящены, главным образом, боям на Западном фронте в связи с крупнейшим достижением советских войск и взятием гор. Ельни…С большим подъёмом прошли 10.9 беседы с личным составом 320 орб (отдельного разведывательного батальона. – И.М.) на тему: «Разгром немецких дивизий в р-не Ельня». На беседе с красноармейцами 1 роты кр-ец Осипов заявил: «Победа в р-не Ельня означает начало разгрома фашистской армии», кр-ец Васильев: «Мы готовы сегодня развивать героический успех частей Красной Армии, сражавшейся под Ельней». Беседы прошли на высоком уровне, вызвали большой интерес… Политсостав 774 гап проводит большую партийно-политическую работу, направленную на дальнейшее укрепление боевой выучки… Во 2-ой батарее дивизиона кр-цем Зимичевым, участником боёв с белофиннами, проведена беседа на тему «Взаимная выручка в бою», присутствовало 45 чел. Во 2 и 3 дивизионах проведены политинформации на темы: «Строго хранить военную и государственную тайну», «Дисциплина – залог победы над врагом».

Политдонесение «О работе концертной группы в частях и подразделениях 248 стрелковой дивизии»: «За период с 8.9 по 16.9 вкл. Концертной группой армии дано 18 концертов, из них 5 концертов – в 899 сп, 3 концерта – в 902 сп, 3 – в 905 сп, 1 - в батальоне связи, 1 – в санитарном батальоне, 5 концертов при командном пункте дивизии для отдельных подразделений и начсостава. На концертах присутствовало около 9000 ч., в том числе до 1000 чел. из местного населения. Все концерты неизменно происходили с большим подъёмом и успехом. Бойцы, командиры и политработники дивизии горячо встречали артистов. Большим успехом пользовались т. Ранеев, т. Гоциридзе, т. Орленева и др. члены концертной бригады…»

Донесение от 24 сентября: «В подразделениях частей дивизии производились практические занятия по строевой, стрелковой и тактической подготовке… В 899, 902, 905 сп и др. частях дивизии производили отрывку землянок, окопов и др. оборонительные работы… В подразделениях частей дивизии произведены политзанятия на тему: «Красная Армия в борьбе с германскими захватчиками в 1918 г.». В ОРХЗ 242 (отдельная рота химзащиты. – И.М.) на тему: «Фашизм – лютый враг человечества». В 905 сп на тему: «Повышение революционной бдительности – долг каждого воина Красной Армии». В 902 сп на тему: «Трус и паникёр – худший враг в бою». «Воин РККА в плен не сдаётся и оружия на поле боя не бросает»… Бойцы и командиры в своих выступлениях выражают здоровые настроения и правильно реагируют на происходящие события…Кр-ц 5 с.р. 902 сп тов. Бутуров б/п говорит: «Нам понятно, что за плен у фашистов, лучше смерть, чем сдаться в плен». Кр-ц Жиганов заявил: «Трусов надо сейчас выявлять, а на поле боя уничтожать. В плен я не сдамся. Если же мне придётся погибнуть, то дорого обойдётся гадам моя смерть»… Наряду с превосходящим большинством бойцов со здоровыми настроениями, в подразделениях имеются отдельные случаи нездоровых настроений, например: кр-ц Комаров б/п из б/ зажиточной семьи 6 с.р. 902 сп в беседе заявил: «При встрече с большой группой фашистов – я уверен, что они меня зарежут, они все верзилы, здоровые, а я худенький, слабый»… Личным составом 277 омсб (отдельный медико-санитарный батальон – И.М.) оказана помощь колхозам по уборке урожая. Так, в колхозе деревни Борцы было убрано 21 га. ржи. Политруком т. Крашевым колхозникам дер. Борцы сделан доклад на тему: «О международном положении». Доклад был прослушан с большим вниманием и вызвал большой интерес среди колхозниц. За всё время войны в колхозе был сделан доклад впервые. На докладе присутствовало 56 колхозниц. После доклада силами личного состава б-на был организован медпункт во главе с в / врачом (военврачом. И.М.) 3 ранга Габай и 2-х медсестер Шмитко и Мулаевой по оказанию медпомощи».

Донесение от 30 сентября (в этот день началась операция «Тайфун» войска 2 танковой группы Гудериана нанесли удар на Орловском направлении. – И.М.): «В подразделениях частей дивизии производились практические занятия по строевой, стрелковой, тактической, химической подготовке, штыковому бою, инженерному делу и изучению материальной части оружия в соответствии с составленным расписанием. В 899, 902, 905 сп и др. частях дивизии производились усовершенствование землянок, стрелковых окопов, ходов сообщения, заготовка лесоматериалов для перекрытий, ремонт дорог и др. оборонительные работы… В 902 сп в боевой подготовке упор взят на стрелковую подготовку. Проведённые стрельбы по 1 упражнению личным составом 4 с.р. показали следующие результаты: 1 взвод: «отлично» - 9, «хорошо» - 5 и «посредственно» - 13 чел. Общий бал 3,8. 2 взвод: «отлично» - 15, «хорошо» - 8, «посредственно» - 1 и «плохо» - 2 чел. Общий бал 4,2. 3 взвод: «отлично» - 14, «хорошо» - 9, «посредственно» - 8 и «плохо» - 4 чел. Общий бал 3,7. Пульвзвод: «отлично» - 5, «хорошо» - 3, «посредственно» - 1. Общий бал 4,4. Хозяйственники: «отлично» - 2, «хорошо» - 3, «посредственно» - 1 и «плохо» - 4 чел. Общий бал 2,5. Общий бал выполнения по роте – 3,8… Произведенные результаты стрельб показывают, что в подразделениях частей ещё недостаточно занимаются вопросами боевой подготовки с личным составом, занятым на хозяйственных работах. В 774 гап батареями 2-го и 3-го д-нов проводились боевые стрельбы из гаубиц. Общую оценку произведённых стрельб по 2-му дивизиону получила 4 батарея – «отлично», 5 батарея – «хорошо». Отлично стреляла 8 батарея 3-го д-на расчёты работали слаженно и быстро. Все снаряды пошли в цель. За отличное выполнение стрельб огневым взводам 3 батареи объявлена благодарность… В подразделениях частей дивизии широко внедряется боевая и красноармейская песня и художественная самодеятельность… Частями дивизии оказана помощь местным колхозам по уборке и вывозке урожая. Так, например, 320 орб в течении 26 и 27 сентября оказана помощь колхозу им. Сталина дер. Киселёво, а после работы проведена беседа с колхозниками на тему: «Разгром немецких дивизий под Ельней». 277 омсб оказал помощь колхозам деревень Борцы, Головково, Белоусово, Ивановское и Мокрищево, в которых убрано 8 га ржи и 24 га льна» (37).

Как видно из Политдонесений, в августе – сентябре 1941 года части 248 стрелковой дивизии в первую очередь занимались различными оборонительными работами, постепенно улучшали свою боевую подготовку, в частях дивизии велась активная работа по укреплению морального духа солдат и командиров. Анализ этих и других документов позволяет сделать вывод: к началу немецкого наступления на Москву в октябре 1941 года 248 дивизия подошла вполне подготовленным боевым соединением, занимая достаточно хорошо оборудованный оборонительный рубеж.

С 17 августа 1941 года части дивизии занимали оборонительную полосу:

902 сп – оборонял участок: Мокрищево (44 км западнее Ново-Дугино), Кошкино (49 км юго-западнее Ново-Дугино), Осинки (41,5 км юго-западнее Ново-Дугино);

905 сп – Сельцо (48 км юго-западнее Ново-Дугино), (иск) Ларино

(51,5 км юго-западнее Ново-Дугино), Княжино (46 км юго-западнее Ново-Дугино);

899 сп – двумя батальонами занимал рубеж на западном берегу реки Днепр по линии: Троица (8,5 км северо-западнее Холм-Жирковский), Рудакова (5 км северо-западнее Холм-Жирковский), Ивашково (7 км севернее Холм-Жирковский), Нестерово (2,5 км северо-западнее Холм-Жирковский), Большанск (3 км юго-западнее Холм-Жирковский) и одним батальоном занимал рубеж в тылу первой линии обороны дивизии – Настасьино (37 км юго-западнее Ново-Дугино), Селишки (39 км юго-западнее Ново-Дугино).

Штаб дивизии находился в деревне Алексеевское (38 км юго-западнее Ново-Дугино).

Главный рубеж обороны дивизии проходил по восточному берегу реки Днепр и впадающей в Днепр реки Немощёнка, общей протяженностью 25 километров. Под контролем дивизии находились три важнейшие дороги, проходившие в верхнем течении Днепра, это:

А) Недалеко от впадения реки Немощёнка в Днепр дорога от Болышево – Высокое – Кобылино на Андреевское (оттуда можно было двигаться в направлении Сычёвки, Гжатска и Вязьмы);

Б) Переправа через Днепр у Глушково и далее, как уже описывалось, на Волочёк (ныне Нахимовское) через Белоусово, Коробаново на Высокое, через Александрино к авто и железной дорогам Вязьма – Ржев;

В) Переправа через Днепр у деревень Сельцо, Тиханово и далее через Шаблыкино, Пигулино, Хмелиту до города Вязьма, важному транспортному узлу шоссейных и железных дорог.

До начала октября 1941 года, когда началась немецкая операция «Тайфун», положение частей дивизии практически больше не менялось. Дивизия полностью освоила занимаемый рубеж и, вероятно, была готова встретить врага упорной обороной. Но развернувшиеся в конце сентября – начале октября 1941 года события на Брянском фронте, а затем и на участках Западного и Резервного фронтов внесли изменения не только в планы советского командования, но и в боевую судьбу десятков частей и соединений, в том числе и 248-й дивизии. К моменту вступления в боевые действия в ходе Вяземской оборонительной операции на 1 октября 1941 года 248 стрелковая дивизия насчитывала 12066 человек (38).

В Вяземской оборонительной операции.

30 сентября на Орловском и 2 октября на Вяземском и Брянском направлениях немецко-фашистские войска группы армий «Центр» приступили к осуществлению грандиозной по масштабам операции, целью которой являлось окружение и взятие Москвы. За несколько дней до этого тяжелой катастрофой для советских войск закончилось сражение в районе Киева, где войска Юго-Западного фронта (по немецким источникам) потеряли только пленными 665 тысяч человек (39), в отечественной историографии упоминается, что общие потери фронта составили 700544 человека (40). В итоге на юге советского фронта образовалась брешь, которую немедленно нужно было наполнить войсками и техникой, подготовить новые рубежи обороны. В такой сложной для советской стороны обстановке началось немецкое наступление на Москву.

Первый удар по советской обороне, прикрывавшей подступы к столице СССР, нанесла 2 танковая группа под командованием генерал-полковника Гудериана. 30 сентября его 24 и 47 моторизованные корпуса выступили в направлении Севска (41). Левофланговые части Брянского фронта не смогли сдержать наступления врага. Контратаки советских частей успеха не имели, враг продолжал упорно продвигаться вперед. Но в тот момент Ставка ВГК была больше обеспокоена ситуацией на юге и первоначально немецкому удару в направлении Севска не придала большого значения.

Преследуя цель - наполнить войсками участок Юго-Западного фронта, Ставка Верховного Главного Командования в 01 час 50 минут 1 октября 1941 года отдает Директиву № 002488 командующим войскам Резервного фронта и 49 армией о подчинении армии Ставке и её задачах: «Для прикрытия орловского, курского и харьковских направлений Ставка Верховного Главного командования приказывает: Выделить из состава войск Резервного фронта 49-ю армию в качестве резервной армии и развернуть её на фронте от р. Ревна до р. Десна, станции Кокоревка, р. Усожа, Дмитриев-Льговский, р. Харасея, р. Свапа, Новая Ивановка, станция Краснополье, Большая Писаревка, Богодухов, Черемушная, Мерефа… В состав армии включить: 220, 248, 194 и 303 стр. дивизии, 29, 31 и 41 кавал. дивизии, 551, 603, 702 и 689 артполки ПТО, 451, 452, 453-й сапёрные батальоны, три истребительных авиаполка (42)

248 стрелковую дивизию Ставка предполагала развернуть на фронте Суджа, Александровка. Дивизия должна была с 18-00 3 октября приступить к погрузке на станции Касня для убытия в новый район сосредоточения (43).

В ходе разворачивающихся событий на Брянском фронте переброску частей 49 армии можно было бы расценивать и как укрепление нашей обороны на орловском и курском направлениях. Но 2 октября враг нанёс два главных мощных удара на московском направлении. Вскоре это наступление заставило полностью изменить все планы советского командования.

На рассвете 2 октября 1941 года к осуществлению операции «Тайфун» приступили главные силы группы армий «Центр». В связи с тем, что целью нашего исследования не является описание всех событий Вяземской оборонительной операции, кратко остановимся на общем анализе обстановки на участке Западного и Резервного фронтов в первой половине октября 1941 года. Создав многократное превосходство на участках прорыва, немецко-фашистские войска при сильной поддержке авиации стали вбивать мощные танковые клинья в советскую оборону. Один удар они нанесли из района севернее Духовщины силами 56 и 41 моторизованных, 6 и 5 армейских корпусов. Второй – из района Рославля силами 40 и 46 моторизованных, 7, 12 и 13 армейских корпусов. Общей задачей наступающих немецких войск было: прорвать советскую оборону на всю глубину, подвижными соединениями выйти в район Вязьмы, где замкнуть огромное кольцо, в котором должны были оказаться основные силы Западного и Резервного фронтов. После уничтожения окружённых войск гитлеровское командование предполагало продолжить уже почти беспрепятственное наступление на Москву, её дальнейшее окружение и захват. Уже к исходу 3 октября передовой отряд танковой бригады 56 моторизованного корпуса вышел к переправам через Днепр и захватил неповрежденными мосты в районе деревень Тиханово и Глушково – это был важный успех врага, теперь его наступление могло развиваться сразу в нескольких направлениях с выходом в тыл основным силам Западного фронта. Вернуть эти переправы себе, отбросить врага за Днепр, отсечь немецкую пехоту от танков и остановить наступление врага восточнее Днепра – вот те главные задачи, которые встали перед советским командованием в те суровые дни.

В первую очередь командующий Западным фронтом отдал приказ о создании группы под командованием одного из своих заместителей – генерал-лейтенанта Болдина. В состав группы Болдина вошли 152 стрелковая дивизия, 101 мотострелковая дивизия и 126, 128, 147 танковые бригады, части группы должны были нанести удар с юга на север в направлении станции Канютино и отсечь пехоту противника от танков (44). Но выдвижение частей группы в назначенные районы сосредоточения происходило под непрерывным воздействием немецкой авиации, что существенно замедляло скорость движения колонн. К тому же части 30 армии не смогли сдержать напор врага, который продвигался слишком мощно и быстро. Поэтому во второй половине дня 3 октября передовые отряды 101 мсд и 128 Тбр сходу вступили в бой с танками и пехотой врага в районе посёлка Холм-Жирковский, но и это не смогло в корне изменить ситуацию – враг вышел к Днепру. Второй задачей для Западного фронта явилось создание прочного заслона советских войск на восточном берегу Днепра. Эта проблема требовала принятия срочных и согласованных мер, ведь на том берегу находились части другого фронта, а значит, нужно было добиться разрешения Ставки оставить их, или, по крайне мере, успеть сменить новыми частями, не ослабляя тем самым фронт на участке прорыва. Беда была в том, что в тот момент достаточной согласованности между штабами Западного и Резервного фронтов как раз и не было. Каждый фронт самостоятельно пытался решить возникшую проблему: Западный фронт – ликвидировать прорыв на участке 30 армии, Резервный фронт – ликвидировать прорыв на участке 43 армии в районе Варшавского шоссе.

Что же в это время происходило на восточном берегу реки Днепр, где до 2 октября оборону занимали части 49 армии Резервного фронта? В день немецкого наступления на Москву войска армии приступили к подготовке и постепенной сдаче своих участков обороны частям 32 армии. В частности, 905 стрелковый полк 248 дивизии приступил к сдаче своего участка частям 140 стрелковой дивизии, остальные части 248 дивизии готовились к этому, а во второй половине дня или в ночь на 3 октября, по всей видимости, первые колонны дивизии выступили в район станции Новодугино для погрузки в эшелоны. Авиация противника, безраздельно господствуя в воздухе, в течение дня 2 октября несколько раз бомбила боевые порядки 248 сд (45). Севернее участка 248 дивизии также приступили к убытию в район станций погрузки части 220 стрелковой дивизии. Фактически получалась, что войска Резервного фронта, выполняя приказ Ставки, отдавали в руки противника всю территорию в верховьях Днепра без какого-либо сопротивления. В немецких штабах благодаря разведданным, доставленным авиацией, только гадали: «Что это, неужели русские разгадали замыслы немецкого командования и приступили к отводу частей, чтобы избежать окружения?» Командование Западного фронта, обеспокоенное ситуацией на участке 30-й армии, просило командование Резервного фронта, чтобы 220-я и 248-я дивизии не покидали свои участки до полной смены их новыми частями.

В первой половине дня 3 октября 902, 905 стрелковые полки и артиллерия 248 дивизии выступили в район станции Новодугино для погрузки в эшелоны. Исходя из последующих событий, можно предположить, что первым полностью убыл в новый район 905 полк, затем артиллерия и далее подразделения 902 полка. 899 стрелковый полк продолжал занимать прежний рубеж обороны. Во второй половине дня после напряжённых переговоров между штабами Западного и Резервного фронтов погрузка дивизии была отменена, части спешно стали возвращаться на прежний рубеж обороны. Вечером последовал приказ Ставки ВГК № 002565, разрешивший оставить в составе Резервного фронта 248 дивизию. К исходу 3 октября в районе глушковской переправы, уже захваченной немецким передовым отрядом, оставались только рота спецбата и два батальона 902 стрелкового полка. По всей видимости, в этот день боя в районе переправы не было, противник ограничивался массовыми налётами авиации и бомбёжками по восточному берегу Днепра и районам Волочёк, Каменец, Настасьино, Облецы. Посланный командующим Западным фронтом в район прорыва противника генерал-лейтенант Калинин в деревне Тычково встретился с командиром 248 дивизии генерал-майором Сверчевским. Было принято решение: с утра 4 октября наличными силами дивизии атаковать противника в районе Тиханово и Глушково с задачей отбросить его части за Днепр (46). Во второй половине дня 3 октября в район действий 140 дивизии выехал командующий 32 армией генерал-лейтенант Вишневский, которому было поручено объединить под своим командованием все части, находящиеся на восточном берегу Днепра в одну группу для противодействия наступлению противника.

В связи с тем, что два этих генерала будут иметь самое непосредственное отношение к боям 248 дивизии в последующие два – три дня, остановимся кратко на их военной биографии.

Степан Андрианович Калинин, русский, родился 28 декабря 1890 года в деревне Панкратовка ныне Егорьевского района Московской области. В русской армии с 1912 года, в 1913 году получил первое военное образование (учебная команда), а в 1917 году окончил Псковскую школу прапорщиков. Во время Первой мировой войны воевал на Западном фронте. В 1917 году вступил в партию большевиков и в Красную гвардию. С 1918 года в Красной Армии. В годы Гражданской войны был военным комиссаром штаба продармии, командиром стрелковой бригады, начальником сектора штаба войск внутренней службы, помощником командующего войсками Приволжского военного округа. Воевал на Южном фронте, против повстанцев в Пензенской и Тамбовской губерниях. В межвоенный период закончил Высшие академические курсы, Курсы усовершенствования высшего начальствующего состава, курсы партийно-политической подготовки командиров-единоначальников при Военно-политической академии имени Толмачёва. В этот же период находился на разных командных должностях: от командира дивизии до командующего войсками Сибирского военного округа. В 1940 году С.А. Калинину было присвоено звание генерал-лейтенанта. С началом Великой Отечественной войны формировал 24-ю армию и стал её командующим. Эта армия принимала участие в Смоленском сражении. С августа 1941 года помощник командующего войсками Западного фронта, с октября – в распоряжении Народного Комиссара обороны СССР, с ноября командующий Приволжского военного округа. С марта 1944 года С.А. Калинин – командующий войсками Харьковского военного округа, но 24 июня того же года отстранён от должности и арестован. После окончания войны Калинин был уволен из Вооружённых Сил, а в 1951 году осуждён на 25 лет. В 1953 году судимость с Калинина была снята, в 1954 он реабилитирован, восстановлен в воинском звании генерал-лейтенанта с увольнением в запас с надлежащим пенсионным обеспечением. Умер Степан Андрианович Калинин в Москве в 1975 году. Был награждён двумя орденами Ленина, двумя орденами Красного Знамени, медалями (47).

Сергей Владимирович Вишневский, русский, родился 18 апреля 1893 года в городе Рогачёв, ныне республика Беларусь, в дворянской семье. В 1912 году закончил кадетский корпус в городе Сумы, в 1914 году Елизаветградское кавалерийское училище. Участник Первой мировой войны, воевал на Юго-Западном фронте, командовал взводом, эскадроном. С 1918 года в Красной Армии. В Гражданскую войну был помощником и временно начальником штаба бригады, командиром кавалерийского полка, бригады. Участвовал в боях против вооружённых формирований Махно и басмачей на Туркестанском фронте. В межвоенный период закончил курсы усовершенствования высшего комсостава при Военной академии имени Фрунзе, Военную академию имени Фрунзе, находился на разных должностях от командира кавалерийского полка до помощника генерал-инспектора кавалерии РККА. С 1933 по 1940 год был преподавателем тактики Военной академии имени Фрунзе. В 1940 году Вишневскому было присвоено звание генерал-майора. Незадолго до начала операции «Тайфун», в сентябре 1941 года, был назначен командующим 32 армии Резервного фронта. Вместе с войсками армии попал в окружение под Вязьмой, при выходе из окружения 22 октября 1941 года при попытке перехода по льду реки Угра с обмороженными ногами был захвачен в плен. Находился в военной тюрьме города Летцен, потом в офицерском лагере Хаммельсбург, позже был помещён в тюрьму в городе Нюрнберг, в Флёссенбургском концлагере, затем в концлагере Дахау. Был освобождён американскими войсками 30 апреля 1945 года, после находился в Советской военной миссии в Париже. Проходил спецпроверку НКВД, в декабре 1945 года С.В. Вишневский был возвращён на действительную службу в Красную Армию. В 1947 году окончил ВАК при Высшей военной академии имени Ворошилова и с этого же года преподаватель Военной академии имени Фрунзе. С 1949 года был уволен в запас. Умер Сергей Владимирович в 1967 году в городе Москве. Был награждён орденом Ленина, орденом Красного Знамени, двумя орденами Красной Звезды, медалями (48).

Но вернёмся к событиям Вяземской оборонительной операции. С 4 октября развернулось сражение за восточный и западный плацдармы на берегах Днепра. На западном берегу в сражение против 56 моторизованного и 5 армейского корпусов врага вступили главные силы группы генерал-лейтенанта Болдина. На восточном берегу готовились вступить в сражение стрелковые дивизии из состава 49 и 32 армий Резервного фронта. Исход этого сражения определял во многом весь дальнейший ход событий на вяземском направлении. К началу боевых действий за восточный плацдарм Днепра определились главные силы противостоящих друг другу группировок. С немецкой стороны – это 6 и 7 танковые дивизии и вступившая в бой позже 129 пехотная дивизия, с советской стороны - это 18, 140, 248 стрелковые дивизии и позже вступившая в бой 143 танковая бригада.

4 октября, обходя посёлок Холм-Жирковский с севера, к переправе в районе Глушково стали выходить основные силы 7 немецкой танковой дивизии, которые сосредоточились на западном берегу Днепра. Одновременно с этим, южнее глушковской переправы, весь день за Холм-Жирковский шло ожесточённое встречное танковое сражение. В результате его немецкая 6 танковая дивизия при поддержке пехоты смогла отразить все атаки советских частей из состава группы Болдина и также выйти основными силами к переправе в районе Тиханово. Главные силы немецких танковых дивизий не стали в этот день переправляться на восточный берег Днепра. Видимо, на это были две причины: во-первых, в дивизиях ощущался дефицит горючего, и, во-вторых, немцы боялись продвигаться вглубь советской территории, не уничтожив в районе южнее Холм-Жирковского группировку войск под командованием Болдина.

В этот день 902 стрелковый полк 248 дивизии, успевший основными силами вернуться в район Каменец, Облецы 1-е и 2-е, Бараново, Волочёк, смог активными действиями пехоты при поддержке артиллерии отразить небольшую атаку противника, стремившегося укрепить плацдарм на восточном берегу Днепра. С другой стороны, немцы, захватив глушковскую и тихановскую переправы, не позволили советским частям вернуть их себе. Немецкие войска в этом районе удерживали в своих руках деревни Глушково, Сельцо, Тиханово, Аладьино, Устье. По советским источникам, в районе Тиханово – Глушково находилось всего около батальона немецкой пехоты и 20 танков. По немецким источникам, к исходу дня 4 октября основные силы 7 танковой дивизии полностью вышли в район Глушково, по этим же источникам весь день в районе переправ шел бой. Ожесточенные бои в воздухе вела авиация.

Около полудня командующий 56 моторизованным корпусом генерал танковых войск Шааль отдал приказ: «Закрепить успех, корпусу продолжить наступление через Каменец и Пигулино, через вторую линию советских укреплений с обеих сторон от Хмелиты до автотрассы Москва – Минск». По донесению генерал-лейтенанта Калинина в штаб Западного фронта, вечером 4 октября основные силы 248 дивизии всё еще были на марше и полностью должны были подойти только к середине ночи. Оборону по восточному берегу Днепра держали: от устья реки Вязьма до Сопотова 140 стрелковая дивизия, севернее части 248 дивизии, во втором эшелоне за 248 дивизией уже выходили в район Зилово – Волочёк полки 18 стрелковой дивизии. Утром 5 октября командир дивизии генерал-майор Сверчевский намеревался мощной атакой частей дивизии выбросить противника за Днепр (49). Так завершился еще один день Вяземской операции для 248 дивизии – по существу, дивизия только вступала в боевые действия.

Следующие два дня определили судьбу вяземской дивизии и сыграли в ней роковую роль. В эти два дня вместятся все недолгие месяцы боевой подготовки дивизии, все политзанятия и лекции по укреплению боевого духа бойцов и командиров, для тысяч из них эти дни навсегда разделят их жизнь на «до» и «после», а для многих вообще станут последними днями в их жизни.

5 октября обе противоборствующие стороны намеревались решительными действиями уничтожить противника: одна – продолжить наступление на Вязьму, другая – восстановить оборону по реке Днепр. Иными словами, сражение за плацдармы на Днепре вступало в свою решающую стадию.

В этот день 248 стрелковая дивизия перешла в подчинение командующего 32 армией генерал-лейтенанта Вишневского и к утру занимала фронт обороны от Крекшино до устья реки Вязьмы, сосредоточившись основными силами 902 и 899 стрелковых полков на фронте: от восточнее Глушково до Казариново и занимая в глубину район Облецы 1-е, Бараново, Тычково.

С утра 5 октября на фронте дивизии, вероятнее всего, разыгрался встречный бой – наступающая моторизованная пехота 7 танковой дивизии противника, постоянно подвергаясь контратакам частей 248 дивизии, в первой половине дня не смогла прорвать советскую оборону. Южнее 248 дивизии героическое сопротивление противнику оказывали части 140 стрелковой дивизии. Как позже будет записано в разведсводке 56 армейского корпуса: «…противник неоднократно и безуспешно атаковал плацдармы…». Во второй половине дня, около 15-30, при сильной поддержке с воздуха немецкая 7 танковая дивизия силами танкового и одного моторизованного полков начала новое наступление вдоль дороги Глушково – Волочёк на Каменец. За населённый пункт Каменец произошёл ожесточённый бой, основная тяжесть которого выпала, скорее всего, на 902 стрелковый полк. В это время 899 полк предпринимал попытки контратаковать противника в направлении Казариново, Тиханово, а 905 полк еще был на марше и в бою участия не принимал. В районе северо-западнее Каменец находился один из стрелковых полков 18 дивизии (бывшая дивизия народного ополчения г. Москвы), но этот полк, по всей видимости, не смог принять участия в бою за Каменец. К исходу дня, в 18-00 7-я танковая дивизия доложила в штаб 56 моторизованного корпуса: «Каменец взят после ожесточённого боя!». Также неудачей завершились попытки 899 полка 248 дивизии совместно с частями 140 дивизии отбить у врага Тиханово.

Во втором эшелоне за 902 полком в районе Каменец – Волочёк находился один полк 18 дивизии, который не смог сдержать удара врага и вынужден был отступить от Волочка в северо-восточном и юго-восточном направлениях. К исходу дня 7-я танковая дивизия врага заняла Волочёк и вышла к высотам юго-восточнее Настасьино, продвинувшись за день более чем на 15 километров в глубь советской обороны. Южнее, в районе Тиханово, немецкая 6-я танковая дивизия смогла лишь незначительно расширить свой плацдарм на восточном берегу Днепра. В отчёте за день генерал-лейтенант Калинин докладывал в штаб Западного фронта, что два полка 248 дивизии дрались хорошо, но противник прорвал их фронт обороны, командование дивизии приняло меры к задержанию отступающих частей и наведению в них порядка. Как итог дня короткая фраза: «Положение тяжёлое».

Выход немцев в район Волочёк был важным успехом в развитии «Тайфуна» – теперь их наступление могло развиваться в северо-восточном направлении на Сычёвку и в юго-восточном направлении на Вязьму. И до первой цели немецкого наступления – Вязьмы на этом участке фронта оставалось всего 45 – 50 километров. Советскому командованию нужно было принимать срочные меры, чтобы предотвратить прорыв врага в тыл основных сил Западного фронта.

Осознав к исходу 5 октября всю катастрофичность складывающейся ситуации на участках Западного и Резервного фронтов, Ставка ВГК разрешила войскам Западного фронта начать отступление и передала в состав фронта войска 31 и 32 армий. В 22-30 Ставка отдала приказ об отступлении войск Резервного фронта на новый рубеж обороны. Но все эти приказы уже не успевали за разворачивающимися на фронте событиями. В штабе 248 дивизии ночью 6 октября было принято решение: утром силами 905 стрелкового полка, частями 18 дивизии и 143 танковой бригады нанести согласованный удар по прорвавшейся вражеской 7 танковой дивизии в направлении Волочёк с задачей оторвать пехоту от танков и восстановить положение на восточном берегу реки Днепр. Но инициативой уже безраздельно владела немецкая сторона, и с утра 6 октября немецкие танковые дивизии возобновили наступление в общем направлении на Вязьму.

В 7-00 немецкие танки двинулись вперед, но сначала вынуждены были отражать атаку советских 248 и 18 дивизий. За скупыми строчками оперативных донесений скрываются героические действия многих бойцов и командиров. Так, например, в донесении оперативной группы штаба Западного фронта об этом бое упоминается очень коротко: «Прибывший делегат донёс, что атака 248 сд и 18 сд успеха пока не дала». Вероятно, наиболее ожесточённый бой частей 248 дивизии в этот день произошел в районе деревни Настасьино (48 – 50 км северо-западнее Вязьмы). Согласно немецким источникам, только около половины двенадцатого дня танки 7 тд прошли через Дерново (6 км северо-восточнее Хмелита, 35 км северо-западнее Вязьма). Как следует из немецких источников, командующий 3 танковой группой генерал-полковник Гот постоянно торопил танковые дивизии – нужно было как можно скорее замкнуть котёл в районе Вязьмы, и каждый час промедления грозил тем, что из котла могли уйти значительные силы советских войск.

Тем временем немецкая 6 танковая дивизия также продолжила своё наступление в направлении Вязьмы. Во второй половине дня 6 октября сопротивление советских частей было окончательно сломлено и немецкие танковые колонны двинулись к Вязьме. Около 18-00 7 октября передовой отряд 7 тд противника вышел на автотрассу Москва – Минск в районе совхоза Красное Село. К 16-00 остатки двух полков 248 дивизии (902 и 899 сп) вышли в район Азарово (45 км северо-западнее Вязьма), Петраково (51 – 52 км северо-западнее Вязьма), Пигулино (45 км северо-западнее Вязьма). Анализируя развитие событий 6 октября 1941 года на фронте 248 дивизии, можно предположить, что дивизия в ходе немецкого наступления оказалась разрезанной на две части: какая-то часть дивизии из района Волочёк, вероятно, отступила в восточном направлении, а остатки 899, 902 и большая часть 905 стрелковых полков, и, видимо, остатки двух артполков после боя в районе Настасьино отошли в южном направлении. Отступление на юг привело к тому, что основные силы дивизии во главе со своим командиром оказались вместе с другими дивизиями 16, 19, 20, 24, 32 армий и группы Болдина в главном котле западнее Вязьмы. То, что какие-то подразделения после боёв в районе Каменец – Настасьино отступили в северо-восточном направлении, подтверждают немецкие источники. Так, например, в утреннем донесении разведотдела 9 армии от 8 октября встречаем такую запись: «В полосе 41 армейского корпуса (корпус наступал на Сычёвку. Прим. И.М.) подтверждена 248 сд (902, 905 и 899 стрелковые полки).

Таким образом, сражение за восточный плацдарм Днепра было выиграно противником. На фронте 248 дивизии, 140 дивизии и на фронте 220 дивизии противнику удалось прорвать советскую оборону и выйти на оперативный простор в тыл войск Западного фронта. Развивая своё дальнейшее наступление, вражеские танковые и моторизованные дивизии из состава 41 и 56 моторизованных корпусов стали продвигаться в направлении Сычёвки и в направлении Вязьмы. В первой половине дня 7 октября 1941 года у Вязьмы соединились немецкие 7 танковая дивизия из состава 56 моторизованного корпуса 3 танковой группы и 10 танковая дивизия из состава 40 моторизованного корпуса 4 танковой группы – тем самым, был создан огромный «котел» западнее Вязьмы, в котором оказались десятки советских дивизий и несколько танковых бригад, сотни тысяч советских бойцов и командиров.

В ходе боев 4 – 6 октября 248 стрелковая дивизия понесла очень большие потери. В первой половине дня 7 октября остатки дивизии сосредоточились в районе Бараново, Зюньково, Тупичино (35 км северо-западнее Вязьма), имея в своём составе всего около 1500 бойцов и командиров. Ещё один отряд из состава 248 дивизии совместно с остатками 140 дивизии отошёл в район Хмелита – Ломы, где по приказанию командарма-19 должен был занять оборону (50). Начинался последний этап в жизни 248 дивизии – бои в окружении северо-западнее Вязьмы.

7 – 8 октября окружение под Вязьмой окончательно приобрело свои очертания: северо-западнее Вязьмы в окружении оказались части 19, 32, частично 30 армий и части оперативной группы Болдина (десять стрелковых дивизий в полном составе, две стрелковые дивизии частично, одна мотострелковая дивизия, одна кавалерийская дивизия и пять танковых бригад – всего 19 соединений), юго-западнее Вязьмы в окружении оказались части 16, 20, 24 армий (15 стрелковых дивизий полностью, частично две стрелковые дивизии и остатки двух танковых бригад – всего 19 соединений) (51).

Как уже говорилось выше, 248 стрелковая дивизия, как дивизия 32 армии, оказалась в окружении в составе северо-западной группировки. О последних днях 248 дивизии почти нет никаких документальных сведений. Из коротких фраз оперативных документов, из немецких источников, отдельных воспоминаний участников тех событий постараемся примерно восстановить боевой путь дивизии и хронологию её последних боёв.

Под воздействием усиливающегося давления пехотных дивизий противника дивизия вместе с другими частями группы Болдина и 32 армии отступала в юго-восточном направлении, пока не вышла в район Лепешкино (20 км северо-западнее Вязьмы), Шутово (18 км северо-западнее Вязьмы), Богородицкое (18 км северо-западнее Вязьмы). 8 и 9 октября части северо-западной группировки, по всей видимости, не предприняли ни одной крупной попытки прорвать кольцо окружения. Этому мешали дождь и неразбериха в управлении войсками. 10 октября сразу на нескольких участках фронта войска северо-западной группировки предприняли несколько атак с целью прорвать кольцо окружения, но все они не принесли успеха. О 248 дивизии в эти дни в отечественных источниках вообще не упоминается. Может быть, дивизия к тому времени как боевой организм перестала существовать? И уже не отечественные, а немецкие источники сообщают нам о том, что в котле среди частей северо-западной группировки советских войск ещё находятся остатки всех трёх полков дивизии. Странным выглядит упоминание о 248 дивизии в утренней сводке разведотдела немецкой 4 танковой группы от 9 октября. В ней упоминается о том, что перед фронтом 5 танковой дивизии отмечены остатки 248 дивизии.

Объясним, почему это упоминание выглядит странным. Дело в том, что немецкая 5 танковая дивизия держала юго-восточную стенку Вяземского котла на фронте Мирзино (23,5 км южнее Вязьма) – Бели (21,5 км южнее Вязьмы), и появление частей 248 дивизии более чем в 40 километрах от её более вероятного нахождения выглядит очень сомнительно. Возможно, какой-то отдельный отряд из состава дивизии и мог появиться на южном участке котла – внутри него была большая неразбериха, части стали распадаться на отдельные отряды, управление войсками было нарушено, а в некоторых случаях вообще утеряно. И всё же следует предположить, что основные силы 248 дивизии, находящиеся в окружении, 8 – 12 октября были в районе Лепешкино – Богородицкое – Дороховка (12 км северо-западнее Вязьмы). 11 октября 1941 года войска группировки 19, 32 армий и группы Болдина предприняли общий штурм немецкой обороны. В своей книге «Вяземская катастрофа 41-го года» кандидат военных наук Л. Н. Лопуховский приводит дословный приказ Военного Совета 19 армии о подготовке и плане прорыва немецкой обороны 11 октября. В этом приказе 248 стрелковая дивизия никак не упоминается. Но всё же, благодаря воспоминаниям отдельных участников тех событий, можно говорить о том, что остатки 248 дивизии приняли участие в общем штурме и, вероятнее всего, были приданы на усиление головной 2 стрелковой дивизии, штурмовавшей деревню Богородицкое.

Этот штурм стал последним боем 248 дивизии. Генерал-майор Сверчевский, как вспоминает бывший начальник штаба 32 армии полковник Бушманов, с почерневшим лицом явился к командарму-19 Лукину и доложил, что его дивизии больше нет. Это последнее упоминание о действиях дивизии в Вяземском окружении.

В вечернем донесении разведотдела 9 армии от 12 октября среди советских частей, прорывающихся в районе Богородицкое встречаем упоминание о 248 дивизии: «…902 и 905 полки, предположительно уничтожены, остатки вошли в 899 сп.»

Возможно, после неудачи под деревней Богородицкое отдельные отряды из состава дивизии смогли какими-то путями пройти через вражеские заслоны и выйти из окружения. Например, как уже упоминалось, с небольшой группой бойцов вышел из окружения командир дивизии генерал-майор Сверчевский. По оценке кандидата исторических наук Б.И. Невзорова, из окружения вышел всего 681 человек из состава 248 сд. По отечественным источникам, тылы дивизии, транспорт и медико-санитарный батальон были обращены на укомплектование вышедшей из Вяземского окружения 144 стрелковой дивизии Западного фронта. Уже с 27 октября 1941 года 144 дивизия вновь вела боевые действия на фронте в районе Терехово, Локотня, Крюково в составе 5 армии Западного фронта. Вяземская оборонительная операция 1941 года стала первой и последней операцией, в которой пришлось участвовать 248 стрелковой дивизии 1-го формирования. Большая часть личного состава дивизии погибла в боях 4 – 11 октября 1941 года или попала в плен, из которого, вероятнее всего, потом смогли вернуться немногие.

27 декабря 1941 года приказом Народного комиссара обороны Союза ССР № 00131 248 стрелковая дивизия в числе многих других дивизий, погибших в боях лета – осени 1941 года, была исключена из состава Красной Армии и стала считаться расформированной. Так завершилась короткая, как выстрел, судьба 248 дивизии первого формирования.

Как же оценить вклад 248 стрелковой дивизии в общее дело борьбы со смертельным для нашей Родины врагом – немецким фашизмом? Конечно, несколько дней боёв из 1418 дней Великой Отечественной войны – это немного. Однако дивизия, как и сотни других соединений Красной Армии, до конца и честно выполнила свой долг перед Родиной. Мне долго не удавалось найти какого-либо яркого документального подтверждения героической борьбы дивизии против немецких оккупантов. И, как мне кажется, такое подтверждение всё же удалось найти. И доказательством этой героической борьбы может служить признание самих фашистских генералов.

Так, 7 октября 1941 года командующий 3 танковой группы генерал-полковник Герман Гот получил приказ о его назначении командующим 17 армией. Перед отъездом к новому месту службы он изъявил желание осмотреть места недавних боёв его дивизий за Днепровский плацдарм. Далее процитируем дословно немецкий документ: «Генерал-полковник Гот еще раз посетил 8.10 41-й и 56-ой моторизованные корпуса. Территория в Настасьино (место боёв 248 дивизии 5 – 6 октября. Прим. И.М.) несёт в себе заметные следы боёв. Командующему ещё раз пришлось убедиться в том, что 7-я танковая дивизия при таком сильном вражеском сопротивлении (выделено мной И.М.) никак не могла быстрее наступать от Каменец на Вязьму». Согласитесь, в устах врага эти слова звучат как признание весомого вклада 248 стрелковой дивизии в общее дело борьбы с фашизмом (52).

Один из двенадцати тысяч

шестидесяти шести человек.

В первой половине октября 1941 года в боях под Вязьмой пропали без вести несколько сотен тысяч бойцов и командиров Красной Армии. Абсолютное большинство из них оказалось в немецком плену. Многие не вынесли тягот фашистской неволи и погибли в суровую зиму 1941 – 1942 годов. Тогда в Германии ещё не все осознавали, что война приняла затяжной характер и что вопрос об отношении к военнопленным станет крайне важным для фашистского рейха. В первую для советских военнопленных зиму отношение к ним было самое пренебрежительное и жестоко равнодушное: «Чем больше вас сдохнет, тем меньше у нас будет проблем», - такова была логика поведения немцев в отношении к военнопленным. Циничное отношение к судьбе советских военнопленных объяснялось ещё и тем, что немцы считали их представителями низшей расы. Нам, живущим сегодня, просто не дано понять, через какие мучения пришлось пройти миллионам наших соотечественников, вернувшихся после войны домой. И даже после этого возвращения строка в биографиях и характеристиках «был в плену» как клеймо определяла на долгие годы и даже десятилетия судьбу человека.

Все эти муки с лихвой выпали на долю военврача санроты 902 стрелкового полка 248 стрелковой дивизии Шубина Алексея Сергеевича. Он один из тех двенадцати тысяч шестидесяти шести человек, кто числился в составе 248 дивизии на 1 октября 1941 года. Сколько их попало в плен, сколько выжило, сколько смогло дожить до победного мая 45-го года – не- известно. Во время войны пропадали без вести не просто отдельные люди, но даже дивизии и целые армии. И наш рассказ о судьбе всего одного человека, рядового участника трагических событий октября 1941 года – дань памяти не только военврачу Шубину, но и всем, кто прошёл через суровое горнило Великой Отечественной войны (53).

Своё повествование мы начнём со странного открытия, сделанного сыном Алексея Сергеевича – Сергеем Алексеевичем Шубиным в середине 1990-х годов. К пятидесятилетию Победы в Москве в нескольких томах вышла Книга Памяти погибших и пропавших без вести в годы Великой Отечественной войны. В 14 томе этого издания на странице 464 Сергей Алексеевич Шубин с удивлением прочитал следующую информацию о своём отце: «Шубин Алексей Сергеевич – 1918 г.р., г. Москва, младший военврач 902 сп 248 сд. Погиб в декабре 1941 года» (54). В этой записи совпадало всё с данными о военвраче 902 полка, кроме одного – в декабре 1941 года Алексей Шубин был жив и находился в немецком плену. Кстати, то, что в декабре 1941 года Алексея Шубина признали погибшим, вполне объяснимо. Дело в том, что 27 декабря приказом Народного комиссара Обороны СССР 248 дивизия, как и многие другие дивизии Красной Армии, была расформирована. Поэтому к данному сроку многих из тех, о чей судьбе не было известно точно или имелись с чьих-либо слов хоть какие-то данные, признавали убитыми или пропавшими без вести. Такая же судьба постигнет, как зафиксировано в Книге Памяти Вяземского района, например, вязьмичей: Борисова Дмитрия Кирилловича, Никонорова Петра Фёдоровича, Прицепова Григория Николаевича (См. «Приложение 3»). И хотя военврач Шубин остался жив и после различных проверок вернулся домой к родным, где-то в недрах архивов было недосуг выверить все необходимые данные, устранить выяснившуюся ошибку, – для нашей Родины этот военврач числился погибшим с декабря 1941 года. Впрочем, только ли один Алексей Шубин был официально вычеркнут из жизни и из памяти во время той страшной войны? Списки призванных в 248 дивизию вязьмичей подтверждают, что нет.

За короткими строчками «Книг Памяти» о том или ином человеке сокрыты целые миры, наполненные красками и звуками. Расскажем о судьбе Алексея Сергеевича Шубина подробнее. Он родился в тревожном и трудном 1918 году в Петрограде 16 июня. Вскоре семья Шубиных переехала в Москву. Его отец – Шубин Сергей Алексеевич был врачом, работал в Свердловском районе города Москвы в разных туберкулёзных диспансерах, был депутатом Свердловского района столицы. После войны Сергей Алексеевич Шубин стал заслуженным врачом РСФСР, был награждён орденом Ленина. С 1955 по 1966 годы работал главным врачом туберкулёзного санатория имени Герцена 4-го Главного управления Минздрава СССР. Мать Алексея Сергеевича – Чеслава Яковлевна – работала техником-рентгенологом и была награждена орденом «Знак почёта». Так что выбор молодого Алексея Шубина – посвятить свою жизнь медицине – был вполне логичен и объясним. Перед самой войной он закончил 2-й Московский медицинский институт. Еще до войны в 1935 году Алексей познакомился с красивой девушкой Ольгой Гусевой, которая также училась в том же институте. Студенты собирались пожениться, но началась война.

Через неделю после её начала 29 июня по повестке военкомата Советского района Москвы Алексей Сергеевич был призван на действительную военную службу и зачислен в качестве военврача в 248 стрелковую дивизию, которая формировалась в Вязьме. Началась новая боевая жизнь. В сентябре 1941 года Алексей Шубин, находясь в командировке в Москве, смог забежать домой, чтобы повидаться с родными. На память у родителей он оставил свою пилотку, которая и сегодня хранится в семье Шубиных как одна из главных семейных реликвий. Один раз в год – 9 мая внучка и правнук надевают её в память о своём деде и прадеде. После того приезда в Москву связь с Алексеем Шубиным прервалась на несколько лет – в начале октября 1941 года дивизия, в которой он служил, попала под стальной каток немецкой 7-й танковой дивизии.

По словам сына, Алексей Сергеевич не любил вспоминать о войне и мало что рассказывал о ней. Но из всех воспоминаний и рассказов отца он так описывает те несколько дней октября 1941 года, определившие судьбу его отца. Выполняя приказ командования, 902 стрелковый полк, в котором служил военврач Шубин, выступил в район железнодорожной станции для погрузки в вагоны. Когда полк прибыл на станцию, поступил другой приказ – срочно вернуться назад. Алексей Шубин был в составе того батальона, который вернулся в район прежней дислокации (у переправы через Днепр в районе деревни Глушково) одним из первых.

Утром 4 октября, когда батальон подходил к глушковской переправе, совершенно неожиданно для наших солдат батальон подвергся обстрелу с противоположного берега Днепра, но самое неожиданное и обидное для наших солдат было то, что обстрел вёлся с их же собственных позиций сутками, ранее оставленными по приказу сверху. Но более страшными, чем артиллерийско-миномётные и пулемётные обстрелы противника, для бойцов 902 полка оказались налёты вражеской авиации. Кто как мог – окапывался по обе стороны от дороги Глушково – Волочёк. От этих налётов полк понёс очень большие потери, ещё не вступив в бой с противником.

4 и 5 октября 902 полк вёл бой, но, не имея поддержки артиллерии и авиации, не смог оказать серьёзного сопротивления врагу. Кстати, как вспоминал Алексей Сергеевич, недалеко от места боя находилась наша артиллерийская батарея, но она не произвела ни одного выстрела.

5 октября Алексея Шубина контузило – немецкий снайпер попал ему в край каски, которую пулей выгнуло вовнутрь, не причинив серьёзного вреда, но несколько часов кроме звона в ушах он ничего не слышал. К вечеру 5 октября, вероятно около 15-30, пехота полка стала покидать свои наспех оборудованные позиции. Попытки офицеров остановить отступающих ни к чему не привели… Через некоторое время оставшиеся на позициях бойцы и раненые увидели, как по дороге от Глушково на Каменец двигалась немецкая танковая колонна. Первый танк стрелял очередями по кустам, по дороге, а на других сидела немецкая пехота. Группа бойцов и офицеров, в которой находился Алексей Шубин, затаилась у обочины дороги в кустах, где они скрывались до темноты, после чего ушли в лес. Поздней ночью эта группа пришла в какую-то деревушку. Что за деревня, Алексей Шубин не знал. Судя по карте и возможностям пройти ночью, это могла быть деревня Филиппово, находящаяся в одном километре южнее Глушково. Хотя как знать, может быть, это могли быть и более отдалённые деревни, например: Тычково, Михалёво, Романьково, Никифоровка, Симаново, Селишки.

Прибыв в деревню, группа расположилась в домах на её обеих окраинах. Спустя некоторое время Алексей Шубин вышел на двор и заметил, что на огороде находятся какие-то люди. По его словам, он спросил: «Кто здесь?» В ответ услышал на русском языке произнесённую фразу: «Не бойтесь, это бойцы русской армии». Для того времени этот ответ был очень странным, поскольку в СССР уже более двадцати лет никакой русской армии не было, а была только Рабоче-крестьянская Красная Армия. Своими сомнениями он поделился с офицером, изучавшим в избе карту, на что услышал приблизительно такой ответ: «Нечего этим клистирным трубкам сеять панику. Немцы ночью не воюют». Несколько бойцов, в том числе и Алексей Шубин, всё же вышли на террасу. А через 20 – 30 минут по дому, в упор, с крыши соседнего дома по ним ударил немецкий пулемёт. Стоявшая рядом с Шубиным молодая медсестра была убита, остальные, упав на пол, остались живы, но были взяты в плен. Группу пленных немцы вывели на картофельное поле. С каждым часом пленных становилось всё больше. У Алексея Шубина немцы при обыске отобрали все перевязочные материалы и часы, но сохранили 2-х литровую бутыль спирта. Советские бойцы, узнав, что у военврача имеется спирт, выпросили его. Разведя костёр, они стали печь в нём выкопанные на поле картофелины. Немцы этому не противились. О чём они думали тогда ночью, поедая печёную картошку и глуша спирт, не запивая его водой? Утром пленных построили в колонну и погнали в лагерь. За время плена Алексею Шубину пришлось пройти через несколько лагерей: Белый, Гжатск (ныне Гагарин), Вязьма, Починок, Орша, Барановичи, Каунас (9 форт), Александорфф, лагерь военнопленных в Германии у самой границы с Голландией.

По словам сына Алексея Сергеевича, одним из самых страшных лагерей, в которых пришлось оказаться его отцу, был Вяземский лагерь военнопленных. У немцев он именовался Дулаг – 184 (55). С первых дней своего существования и вплоть до освобождения Вязьмы в марте 1943 года в этом лагере существовали невыносимые условия для советских военнопленных. После освобождения Вязьмы Чрезвычайная Комиссия по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков в городе Вязьме определила что: «… Общее число убитых и замученных советских граждан в городе Вязьме превышает 30 тысяч человек» (56). Точной цифры, к сожалению, сегодня не назовёт уже никто.

Напомним, что после завершения боёв под Вязьмой немцы сгоняли в город огромное количество захваченных пленных. Условия содержания в лагере были невыносимыми. Об этом написала в своих воспоминаниях медсестра 19 армии София Анваер. Пленных почти не кормили, заставляли выполнять тяжёлые работы, не оказывали им надлежащей медицинской помощи. Вот только некоторые цитаты из воспоминаний Софии Анваер: «… Грузовик въезжает во двор и останавливается посередине. Я вижу пленных, которые со всех сторон медленно тянутся к этому грузовику, впившись в него голодными глазами. Пулемёты на вышках тоже, как по команде, поворачиваются в эту же сторону. Гитлеровцы на грузовике поднимают руки со сжатыми в них гранатами. Я медленно встаю. Нужно идти. Там, около грузовика, меня наверняка убьют. Это лучше, чем умирать так, как умирает лежащий рядом на полу боец. Грязные худые руки скребут цементный пол. Полузакрытые, со слипшимися от гноя ресницами глаза смотрят куда-то вверх. По грязному синеватому лицу ползают вши. Изо рта раздаётся натужный хрип. Мёртвых и умирающих больше, чем живых, а живые больше похожи на мёртвых, вставших из могилы. Я не хочу умирать так… И потому мне надо идти… К мукам голода и холода присоединялась жажда. В подвал, где была вода, пройти уже было нельзя, вход в него закрывала гора трупов. Люди пили, отцеживая через тряпку жидкую грязь со двора, перемешанную тысячами сапог…» (57). Как вспоминает один из старожилов Вязьмы – Николай Иванович Романов, лагерь располагался в цехах недостроенного перед войной авиазавода. Но кроме него в городе и ближайшей округе было еще несколько лагерей или мест для содержания советских военнопленных. Пленных было так много, что немцы некоторые места просто огораживали колючей проволокой и так содержали пленных до их отправки в свой тыл. Пленные, одетые кто в чём, вынуждены были ночевать под открытым небом в вырытых кое-как норах (58). И это в октябре – ноябре, когда шли дожди, снег, ударили морозы!

Зимой 1941 – 1942 годов условия жизни в лагере стали ещё не- выносимее, люди умирали от голода, холода, болезней, тяжелых условий работы. Вот как описывает своё пребывание в Вяземском лагере боец 329 стрелковой дивизии Шинкарёв Иосиф Фёдорович, попавший в плен в марте 1942 года в результате боёв частей 33 армии под Вязьмой (стиль автора сохранён):

«…Вяземский концлагерь, тоже встретил неласково. Обмерших (так в тексте, видимо следует читать «замерзших») красноармейцев, которые хотели погреться у печки, полицаи лагерные стали бить касками и угрожать на будущее. На нарах сидели бывшие военнопленные, на которых было страшно смотреть, – живые скелеты. Сколько их погибло в эту зиму? Все кладовые были забиты шинелями погибших, которыми топили печки, для поддержки тепла в бараке. Немцы ещё надеялись покорить нашу Родину и вели себя нахально. С русским народом, а особенно с пленными, обращались хуже и жесточе (так в тексте), чем римские рабовладельцы. Кормили баландой с порченой гнилой картошкой, заправленной березовыми опилками-мукой, хлеб из семян льна, который не удержишь в руках, т.к. он рассыпался как песок. Но и этого давали с очень маленькой нормой – один раз в день. Вот поэтому заключённые были очень истощённые и выходили из жизни (так в тексте И.М.). Работа была очень тяжёлая. Немцы восстанавливали разрушенные здания железнодорожного депо. Вот весь этот мусор, кирпич и должны были пленные грузить на железнодорожные платформы, которые увозили за город. Если не выполняли нормы, то для них применяли палки или резиновые шланги, от которых уже пострадавший был не жилец. За лето из нашей партии, которая была заключена в концлагерь, осталось 5 человек, истощённые, битые, но ещё держались на ногах…» (59).

В самом крупном из лагерей, который находился на территории нынешних машиностроительного завода, хлебозавода и мясокомбината, работал врачом Алексей Сергеевич Шубин. По его воспоминаниям, в лагере ежедневно в те дни умирало до 100 человек. Советские медики создали подпольную группу для спасения пленных. Некоторые из них, в том числе и Алексей Шубин, владели немецким языком и поэтому старались обманывать своих врагов. Зная, кого немцы собираются уничтожить, врачи меняли фамилии этим людям или писали в списках, что данный пленный уже умер – так удалось спасти десятки людей. Никто из группы врачей не оказался предателем, поэтому все остались живы.

За время пребывания в немецком плену Алексей Шубин совершил две попытки побега. О первой расскажем немного подробнее. Когда советских солдат загоняли в вагоны для перевозки по железной дороге, одному из них удалось пронести в рукаве пилку. Во время следования состава было решено пропилить несколько досок и бежать. Но здесь возникла одна непредвиденная проблема. Находящиеся в вагоне пленные разделились на три группы. Самая большая группа не хотела бежать, но и не противилась тем, кто на побег решился, – им было всё равно. Около двадцати человек решили непременно бежать. И ещё одна группа, оказавшаяся в меньшинстве, стала активно протестовать против побега, объясняя это тем, что когда немцы всё узнают, то пострадают все, кто останется в вагоне. Между группами противников и сторонников побега возникла вначале словесная перепалка, которая переросла в настоящую драку. В результате победителями вышли сторонники побега. И вот, выбрав удачный момент, двадцать смельчаков группами по два-три человека в течение нескольких дней бежали из вагона. Поначалу всё вроде бы складывалось удачно. Спустя какое-то время несколько бежавших групп собрались вместе. Все они, в том числе и Алексей Шубин, зашли в какую-то большую деревню, где жители накормили наших солдат. Но, накормив беглецов, жители не сказали главного – рядом с деревней находятся немцы. Ничего не подозревавшие пленные спокойно приняли следующий план: трое или четверо остались в деревне, а четверо других решили сразу идти дальше. На развилке дорог, недалеко от деревни, наши увидели немецких мотоциклистов – нервы не выдержали, и один из солдат бросился бежать в лес, за ним бросились другие. И вот она солдатская судьба на войне: двое из группы бросились вправо от дороги, и как потом, оказалось, попали к партизанам, а двое, в том числе Алексей Шубин, побежали влево. Откуда же им было знать, что в лесу, в котором они искали спасение, находится немецкая часть: двое беглецов прибежали в самые лапы немцев и вновь оказались в плену. Потом Алексей Шубин все-таки совершил ещё один побег и даже смог дойти почти до линии фронта. Но вновь был пойман немцами и отправлен в лагерь.

По воспоминаниям самого Алексея Сергеевича, самыми страшными из лагерей, где пришлось ему побыть, кроме Вяземского лагеря, были ещё два – это лагерь в Каунасе, расположенный в бывшей крепости и лагерь Александорфф. Лагерь в Каунасе назывался «Девятый форт», немцами он именовался «Предприятие № 1005 – Б». Это была настоящая фабрика смерти – в её застенках немцы уничтожили около 80 тысяч человек (60). В лагере «Александорфф» молодой врач Шубин вновь, как и в Вязьме, работал при лагерном госпитале для военнопленных. И здесь Алексей Сергеевич сам, находясь в трудном положении, старался спасать жизни обречённых на смерть пленных. Как мне кажется, будет вполне уместно привести большую цитату из письма бывшего пленного этого лагеря Долинкина Александра Ивановича, спасённого от смерти Алексеем Сергеевичем Шубиным.

«Здравствуйте, дорогой Алексей Сергеевич!

Вы, конечно, не ожидали этого письма, так как прошло уже 17 лет, как прекратилась наша переписка.

Однако все эти годы мысль написать Вам узнать, как Вы живёте, – не даёт мне покоя. Пожалуй, не менее сотни раз, в кругу своей семьи, я рассказывал за эти годы, как Вы спасли меня от смерти, как только благодаря Вам и только Вам я остался жив и вернулся домой, к своей семье, к своим детям…

Я не знаю, чем можно измерить благородство, красоту, силу и глубину Вашего поистине героического поступка. Я не знаю, как благодарить человека, благодаря которому отец вернулся к детям, муж к жене.

Не будет преувеличением, если я скажу, Алексей Сергеевич, что Вы мой спаситель! («Вы мой спаситель» подчеркнуты автором письма. И.М.).

…И представьте себе, Алексей Сергеевич, другой раз как-то не верится, думаешь: «Неужели всё это было? Неужели мы всё это пережили и остались живы? Неужели мы были свидетелями и участниками этих страшных ужасов и страданий?...

Вы, наверное, помните, дорогой Алексей Сергеевич, как нас доходяг привезли целый эшелон в лагерь Александорфф (это было, кажется, весной 1944 года). Я, в числе других, как безнадёжный, был направлен в блок (кажется № 6), это был барак, что налево от главных ворот лагеря… Наш барак был ограждён дополнительно несколькими рядами колючей проволоки и отделён от остальной территории лагеря. Помнится, нас даже не выгоняли на «апель» («плац». – И.М.), мы были безнадёжные и обречённые. Эсэсовцы считали, что мы никуда не денемся, кроме как в ту яму. Помните ту огромную яму – овраг, куда сваливали мертвецов.

Тогда мне было ясно, что дни мои сочтены, надежды на спасение нет. Я чувствовал, что дохожу, что силы меня покидают. От истощения я еле вставал с нар, кружилась голова, полная апатия и безразличие ко всему окружающему. Казалось, еще немного, и меня, как и сотни других, выволокут за ноги в тамбур, затем бросят в вагонетки и отвезут в яму…

Я не буду писать о том, что творилось у нас в бараке, скажу лишь, что было ужасное и невероятное. Вы это знаете. Вы помните, дорогой Алексей Сергеевич, Вы заполнили на меня анкету в штубе («канцелярия». – И.М.) нашего барака. Если память не изменяет, я тогда весил – 48 или 51 кг!?... Груда костей, настоящий музей ….. страшный скелет.

Я помню, Вы сказали, что записываете меня своим земляком. С тех пор Вы меня систематически, последовательно подкармливали и лечили. Ваша поддержка как раз и была той решающей силой, которая дала возможность стать на ноги, выжить, несмотря ни на что. Я помню, как Вы где-то достали мне бутылку рыбьего жира, а это для меня – безнадёжного дистрофика, было неоценимо. И так, час за часом, день за днём, Вы возвращали меня к жизни.

Можно ли это забыть? Может ли это не волновать меня, мою жену, моих шестерых детей?»

Вероятно, в том же 1944 году Алексей Шубин совершил третью попытку побега, но кто-то его выдал немцам, и те жестоко наказали беглеца. К середине года он находился в состоянии крайнего истощения, вплоть до появления трофических язв. И в этой ситуации, когда казалось, что ещё немного – и его ждёт смерть, с точностью повторилась ситуация Вяземского лагеря. Один русский врач согласился помочь Алексею. На соседних нарах умер от туберкулёза один из пленных. Алексей Сергеевич договорился с врачом о том, что тот запишет фамилию умершего на него. Сам Алексей одел одежду с его номером, и с диагнозом туберкулёз был отправлен в другой немецкий лагерь для инвалидов, на границе с Голландией. Режим этого лагеря был гораздо мягче, и Алексей Шубин смог выжить. После войны он искал того самого врача, который спас его от голодной смерти в лагере «Александорфф», но все попытки оказались тщетны.

Приближался конец войны. Зная о том, что где-то на подходе войска союзников, пленные лагеря подняли мятеж. Охрана лагеря (пожилые немцы), которым самим, по всей видимости, не терпелось вернуться домой, сопротивления не оказали. Но на следующий день мимо лагеря проходила колонна немецких войск с танками и пушками, двигающаяся к фронту. Пришлось вновь «вооружить» стариков немцев и выставить их на охрану лагеря. Те не выдали мятежников, и через несколько дней лагерь был освобождён войсками канадской армии. Поначалу Алексей Шубин работал в объединённом госпитале, вместе с канадскими и американскими врачами в городе Ольденбург. Канадцы предлагали русскому врачу уехать в Канаду, обещали дом и работу. К тому времени многие пленные уже были наслышаны об отношении советских властей к тем, кто оказался в плену. Но желание вернуться на Родину, к родным оказалось сильнее любых страхов и опасений. Алексей Шубин принял мужественное решение: «Я - возвращаюсь!»

С августа 1945 по январь 1946 года бывший пленный Шубин находился в советской зоне оккупации в Германии в городе Мальхов, где проходил спецпроверку. Тогда же произошло важное событие в его жизни. В Мальхов через все препоны и трудности приехала его невеста тоже военврач Ольга Гусева. То, что предшествовало этой встрече, требует отдельного короткого рассказа.

В 1943 году Ольга Гусева закончила тот же медицинский институт, что и её жених. С декабря 1943 года она находилась на военной службе – работала врачом эвакогоспиталя 2838. С этим госпиталем Ольга Гусева прошла по Смоленщине, Белоруссии, Польше. Кстати говоря, она даже вместе с госпиталем оказалась поначалу в Вязьме, там, откуда в июле 1941 года вместе с 248 дивизией уходил на фронт Алексей Шубин. Но Вязьма была настолько разрушена, что помещений для госпиталя не нашли, и госпиталь уехал в район Ельни. В сентябре 1944 госпиталь в составе 2-го Белорусского фронта прибыл в Польшу, а затем – в апреле 1945 в Германию. Совершенно случайно в июле 1945 года Ольга встретила другого врача, Татьяну Кулиновскую, которая знала до войны Алексея Шубина. В беседе с Кулиновской Ольга сказала, что её жених пропал без вести. Татьяна Кулиновская запомнила имя и номер госпиталя, в котором служила Ольга. Уже в конце лета в госпиталь приехал офицер, который привёз от Кулиновской письмо, в котором сообщалось, что Алексей нашёлся. Но поскольку на письме не была указана фамилия адресата, офицер передал его замполиту госпиталя, а тот, не утруждая себя дальнейшими выяснениями, письмо сжёг. И, тем не менее, Ольга Гусева узнала – её жених жив и находится в лагере в городе Мальхов. С большими трудностями, в сентябре, она смогла добраться до Мальхова. Как написал в письме её сын Сергей Алексеевич: «Её спасли только офицерские погоны». Тогда же молодые люди и поженились. Вот уж, воистину, любовь сокрушает всё!

В этом месте необходимо сделать одно очень важное пояснение. Может быть, не каждому сегодняшнему читателю будет понятен отважный и до безрассудства смелый поступок молодой девушки. Её жених находился на спецпроверке. Вообще-то это было обычное дело в то время – органы контрразведки СМЕРШ проверяли всех, оказавшихся в плену. При каких обстоятельствах попал в плен, как вёл себя в это время, сотрудничал ли с немцами, сотрудничал ли с власовцами – проверяли всё и очень тщательно. Достаточно было какого-либо доноса, подозрения, и судьба человека могла обернуться не долгожданной свободой, а новым сроком, а, возможно, и расстрелом. И вот в такой ситуации, когда судьба Алексея Шубина еще не была известна окончательно, его невеста даёт согласие выйти за него замуж. Наверняка, она понимала, что если её жениха осудят по какой-либо статье, значит ей, в лучшем случае, достанется доля ждать его, а в худшем, как члена семьи «врага народа», её саму могут репрессировать. И, зная всё, она презрела это, потому что любила его. Мы восторгаемся подвигом жён декабристов. Но этот подвиг простой русской девушки в сентябре победного сорок пятого, не сравним ли с подвигом дворянок Х1Х века? Она победила смерть и страх. Она добилась свидания со своим женихом в Мальхове, и ещё там, в Германии, начальство госпиталя зарегистрировало их брак. Свадьба состоялась в госпитале, в котором служила Татьяна Кулиновская, а жениха привезли туда из той зоны, где он продолжал находиться на спецпроверке. Уже потом в Москве семья Шубиных распишется в ЗАГСе по всем советским законам вторично. Завидуйте, юные и молодые, такой любви и задумайтесь: каждый ли способен на подобный подвиг!?

В 1947 году в молодой семье родился сын, которого в честь деда назвали Сергеем – Сергей Алексеевич Шубин. На этом, как покажется читателю, можно было бы поставить точку. Но это был ещё не финал этой истории.

Только в январе 1946 года для Алексея Шубина закончился период спецпроверки, после чего он выехал с санитарным эшелоном в Москву. И 12 февраля 1946 года он наконец-то вернулся домой. Но мытарства бывшего пленного не закончились. Еще несколько лет, в основном ночью, Алексея Шубина возили на допросы на Лубянку. Следователи всё искали компрометирующие Шубина факты, прибегали к перекрёстным допросам. Но, видимо, еще были живы те, кто мог подтвердить мужественное и достойное поведение в плену Алексея Сергеевича Шубина, рассказать о его побегах и деятельности по спасению пленных. И ведь каждый вызов на допрос был как последнее прощание – никто не знал, вернётся ли он домой. В 1953 году допросы прекратились. А в 1957 году Шубин Алексей Сергеевич был награждён орденом Отечественной войны 2 степени. Ещё раньше в 1945 году его жена, теперь Шубина Ольга Павловна, была награждена орденом Красной Звезды.

После войны Алексей Сергеевич Шубин успешно продолжил медицинскую карьеру. Вместе с выдающимся советским хирургом-онкологом академиком Николаем Николаевичем Блохиным стоял у истоков создания Института экспериментальной и клинической онкологии при Академии Медицинских наук СССР, где и проработал всю дальнейшую жизнь. Стал кандидатом медицинских наук. Одним из первых в СССР применил метод электронной микроскопии. По итогам выполненных исследований опубликовал 46 научных работ. Щедро передавал накопленный опыт другим – под его руководством 5 его учеников защитили кандидатские диссертации. Умер Алексей Сергеевич в 1987 году.

Семья Шубиных и сейчас живёт в Москве. Жена Алексея Сергеевича Ольга Павловна умерла в марте 2009 года. Его сын, благодаря которому автор и узнал об удивительной судьбе военврача 902 полка 248 дивизии Алексея Шубина – Шубин Сергей Алексеевич – ныне пенсионер. Но еще в молодости Сергей Алексеевич решил продолжить медицинскую династию Шубиных. В 1973 году он закончил 1-й Медицинский институт, по окончании которого работал врачом-эпидемиологом в 3-ем управлении при Министерстве здравоохранения СССР. С 1988 года – главный иммунолог одного из районов Москвы. У Сергея Алексеевича двое детей и пятеро внуков. Несмотря на слабое здоровье, он до сих пор живо интересуется военной судьбой своего отца: ищет информацию о 248 дивизии, пытается установить все обстоятельства боёв 4 – 6 октября 1941 года в районе глушковской переправы на Днепре. А в сентябре 2007 года Сергей Алексеевич поехал вместе с сыном по местам боевого пути своего отца. В частности, он посетил Вязьму и возложил цветы к скромному монументу, на место, где когда-то находились огромные ямы-могилы Вяземского Дулага 184. Потом их путь лежал к далеким тихановской и глушковской переправам. Кстати, современные снимки тех мест были сделаны Сергеем Алексеевичем именно во время той поездки. Нить, которая соединяет военное прошлое семьи Шубиных с настоящим, не порвалась.

Послесловие.

248-я стрелковая дивизия в годы Великой Отечественной войны рождалась трижды. Её первое формирование охватывает период пребывания в действующей армии с 15 июля по 27 декабря 1941 года. Дивизия второго формирования просуществовала ещё меньше – с 10 апреля по 30 июня 1942 года. Фактически дивизия провоевала с 20 по 28 мая 1942 года и погибла в окружении под Харьковом. 248-я дивизия третьего формирования будет называться Одесская Краснознамённая, её срок в действующей армии определяется датами: с 6 сентября 1942 по май 1945 года (61). За годы войны через 248-ю стрелковую дивизию разных формирований прошли десятки тысяч советских бойцов и командиров и, как сама дивизия, так и каждый из её бойцов, до конца выполнивших свой воинский долг перед Родиной, достойны того, чтоб о них помнили, чтобы их имена были увековечены в истории.

На 1 октября 1941 года 248-я стрелковая дивизия первого формирования насчитывала двенадцать тысяч шестьдесят шесть человек. Если считать, что в данной работе мы смогли рассказать о судьбе только двух её человек: командире дивизии генерал-майоре Сверчевском и военвраче санитарной роты 902 стрелкового полка Шубине, - остаются не написанными двенадцать тысяч шестьдесят четыре главы в её коротком боевом пути.

Вязьма. 2008 – 2010 годы.

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. Центральный архив Министерства обороны Российской Федерации (далее ЦАМО) фонд 32 армии первого формирования.

2. Кульков Е., Мягков М, Ржешевский О. Война 1941-1945. / Под ред. О.А. Ржешевского. – М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2005. С.343.

3. ЦАМО Ф.117. Оп.12915. Д.49. Л.21.

4. ЦАМО Ф.1531. Оп.1. Д.10. Л.8.

5. Скрытая правда войны: Неизвестные документы. – М.: Русская книга, 1992. С.66.

6. Текст повестки приведён на основе копии повестки Шубина Алексея Сергеевича, призванного в 248 сд военкоматом Советского района г. Москвы 29 июня 1941 года. Копия повестки любезно предоставлена сыном Шубина А.С. Сергеем Алексеевичем Шубиным. Архив автора.

7. ЦАМО Ф.117, Оп.12915. Д.48. Л.352. Данные о райвоенкоме – ЦАМО Ф.117. Оп.12915. Д.48. Л.268-270.

8. Более подробно смотрите приложение 3 в данной книге и статью Михайлов И. Начало пути в Вязьме // Вяземский вестник. 2007. № 29. 19.07. С.6.

9. ЦАМО Ф.1531. Оп.1. Д.14. Л.2.

10. ЦАМО Ф.117. Оп.12915. Д.48. Л.269.

11. ЦАМО Ф.219. Оп.679. Д.12. Л.12. Следует пояснить, что обозначает встречающееся в документах сокращение «иск», т.е. «Исключительно». Это означает, что зона ответственности того или иного подразделения определялась до указанного населённого пункта.

12. ЦАМО Ф.219, Оп.692. Д.47. л.42.

13. ЦАМО Ф.1531. Оп.1. Д.10. Л.18 – 87.

14. ЦАМО Ф.219. Оп.692. Д.2. Л.54.

15. ЦАМО Ф.1531. Оп.1. Д.14. Л.2.

16. Там же. Д.14. Л.2.

17. Там же. Д.14. Л.2.

18. Там же. Д.14. Л.2.

19. Составлено по: ЦАМО Ф.1531. Оп.1. Д.1. Л.8. Д.14. Л.1. Большой энциклопедический словарь. Изд. 2-е, переработанное и дополненное. – М.: научное издательство «Большая Российская энциклопедия», 1998. С.1068, Великая Отечественная. Командармы. Военный биографический словарь. – М.; Жуковский: Кучково поле, 2005. С.205-206, Кто был кто в Великой Отечественной войне. Люди. События. Факты. Краткий справочник. – М.: «Республика», 1995. С.219, Моложавенко В.С. Костры памяти: Повесть-хроника. – Ростов на Дону: Кн. Изд-во, 1985. С.173, Хомич И.Ф., Хомич В.И. Мы вернулись! Военно-исторический архив // 2006. № 11. С.145-146.

20. ЦАМО Ф.219. Оп.679. Д.12. Л.15-16.

21. Там же. Д.12. Л.31.

22. Там же. Д.12. Л.51.

23. Гот Г. Гудериан Г. Танковые операции., «Танки – вперёд!» / Пер. с

нем. – Смоленск: «Русич», 1999. С.110, 211.

24. Гудериан Г. Воспоминания солдата. / Пер. с нем. – Смоленск: «Русич», 1998. С.236.

25. Там же. С.240.

26. Русский Архив: Великая Отечественная: Ставка ВГК. Документы и

Материалы. 1941 год. Т.16 (5 – 1). – М.: ТЕРРА, 1996. С.81, 83, 84, 85,

87.

27. ЦАМО Ф.219. Оп.679. Д.12. Л.41.

28. Там же. Д.12. Л.52.

29. Там же. Д.12. Л.52.

30. Русский Архив: Великая Отечественная: Ставка ВГК. Документы и

Материалы. 1941 год. Т.16 (5 – 1). – М.: ТЕРРА, 1996. С.98.

31. ЦАМО Ф.219. Оп.679. Д.12. Л.146.

32. Русский Архив: Великая Отечественная: Ставка ВГК. Документы и

Материалы. 1941 год. Т.16 (5 – 1). – М.: ТЕРРА, 1996. С.106-107.

33. Там же. С.113.

34. ЦАМО Ф.404. Оп.9711. Д.9. Л.2.

35. ЦАМО Ф.500. Оп.12463. Д.623. Т.1. Л.219.

36. Приказ Ставки ВГК № 270 «Об ответственности военнослужащих за

сдачу в плен и оставление врагу оружия» от 16 августа 1941 года.

Кульков Е., Мягков М, Ржешевский О. Указ Соч. С.358-362.

37. Выписки из Политдонесений 248 дивизии составлены по: ЦАМО

Ф.1531. Оп.1. Д.14. Л. 13 – 167.

38. Составлено по: ЦАМО Ф.208. Оп.2579. Д.2. Л. 205 – 208. Ф.404.

Оп.9711. Д.9. Л.16.

39. Типпельскирх К. История Второй мировой войны. Т. 1. 1939 – 1943. –

С-Пб.: Полигон, 1994. С.194.

40. Россия и СССР в войнах ХХ века: Статистическое исследование. –

М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2001. С.270

41. Гудериан Г. Указ соч. С.308 – 309.

42. Русский Архив: Великая Отечественная: Ставка ВГК. Документы и

Материалы. 1941 год. Т.16 (5 – 1). – М.: ТЕРРА, 1996. С.214 – 215.

43. Там же. С. 214 – 215.

44. ЦАМО Ф.208. Оп.2511. Д.34. Л.106-107.

45. Составлено по: ЦАМО Ф.219. Оп.679. Д.30. Л.170, Д.79. Л.94 – 95.

Ф.404, Оп.9711. Д.9. Л.114 – 115, Д.12. Л.212.

46. Составлено по: ЦАМО Ф.219, Оп.679. Д.30. Л.183 – 189, 194 – 198,

Ф.208. Оп.2511. Д.11. Л. 67. Д.130. Л. 55, Битва под Москвой.

Хроника, факты, люди: В 2-х кн. – М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2001. Кн. 1.

С.219.

47. Составлено по: Великая Отечественная. Командармы. Военный биографический словарь. – М.; Жуковский: Кучково поле, 2005. С.87 – 88, Командный и начальствующий состав Красной Армии в 1940 – 1941 гг.: Структура и кадры центрального аппарата НКО СССР, военных округов и общевойсковых армий. Документы и материалы. – М.; СПб.: Летний сад, 2005. С.149.

48. Составлено по: Великая Отечественная. Командармы. Военный биографический словарь. – М.; Жуковский: Кучково поле, 2005. С.34 – 35, Свердлов Ф. Советские генералы в плену. – М.: 1999. С.185 – 187.

49. Составлено по: ЦАМО Ф. 208. Оп. 2511. Д.11. Л.67 – 68. Д. 130. Л.85 – 88. Ф.219. Оп.679. Д.3. Л.147. Д.30. Л.194 – 208. Ф.1070 Оп.1. Д.151. Л.27 – 28, Государственный музей-заповедник «Хмелита» (далее ГМЗХ) КП-3732/ Д.5. Л. 10 – 13, Гальдер Ф. От Бреста до Сталинграда: Военный дневник. Ежедневные записи начальника Генерального штаба сухопутных войск 1941 – 1942 гг. / Пер. с нем. – Смоленск: Русич, 2001. С.403.

50. Составлено по: ЦАМО Ф.208. Оп.2511. Д.7. Л.53, 64 – 72. Д.11. Л.63 – 64, 71. Д.99. Л.46 – 47. Д.130. Л.107. Ф.219. Оп.679. Д.30. Л.209 – 213. Д.65. Л.141. Д.70. Л.167 – 169. Ф.500. Оп.12462. д.757. Л.84,102, 113. Оп.12463. Том. 1. Д.623. Л.219. Т.2. Д.623. Л.25. ГМЗХ. КП-3732/ Д.5. Л.14 – 22. Лопуховский Л.Н. Вяземская катастрофа 41-го года. – М.: Яуза, Эксмо, 2007. С.376. Материалы по истории Русского освободительного движения. Выпуск 4. – М.: 1999. С.421. Московская битва в хронике фактов и событий. – М.: Воениздат, 2004. С.157. Русский архив: Великая Отечественная: Ставка ВГК. Документы и материалы. 1941 год. Т.16 (5 – 1). – М.: ТЕРРА, 1996. С.221-222.

51. Подсчитано автором.

52. Составлено по: ЦАМО Ф.206. Оп.265. Д.3. Л.93. Ф.500. Оп.12462. Д.673. Л.37. Ф.1370. Оп.1. Д.4. Л.10, ГМЗХ. КП-3732/ Д.1. Л.2-3. Д.5. Л.22 – 25, Битва под Москвой. Хроника, факты, люди: в 2-х кн. – М.: ОЛМА – ПРЕСС, 2001. – Кн. 1. С.314, Елисеев В.Т. Документы Центрального архива МО РФ о Вяземском окружении, потерях в Московской битве и новой концепции по истории вооружённой борьбы на советско-германском фронте в 1941 – 1945 гг. Военно-исторический архив // № 12. 2006. С.66, Залесский К.А. Кто был кто в Третьем рейхе. Библиографический энциклопедический словарь. – М.: ООО «Издательство АСТ»: ООО «Издательство Астрель», 2002. С. 230 – 231, Лопуховский Л.Н. Указ. соч. С.630 – 631, Материалы по истории Русского освободительного движения. Выпуск 4. – М.: 1999. С.421, Моложавенко В.С. Костры памяти: Повесть-хроника. – Ростов на Дону: Кн. Изд-во, 1985. С.173, Невзоров Б.И. Пылающее Подмосковье. Военно-исторический журнал // № 11. 1991. С.22, Сводки разведотдела командования 4 танковой группы 26 сентября – 14 октября 1941 года. Военно-исторический архив // № 11. 2006. С.26.

53. Сведения о судьбе Шубина А.С. любезно предоставлены его сыном Шубиным С.А. Архив автора.

54. Книга Памяти погибших и пропавших без вести в Великой Отечественной войне 1941 – 1945 годов. Т – 14. – М.: Центр по изданию книги Памяти Москвы, 1994. С.464.

55. Дугас И.А., Черон Ф.Я. Советские военнопленные в немецких концлагерях (1941 – 1945). – М.: «Авуар консалтинг», 2003. С.336.

56. …Все судьбы в единую слиты… По рассекреченным архивным документам. К 60-летию освобождения Смоленщины от немецко-фашистских захватчиков / Авторы-составители: Н.Г. Емельянова, А.М. Дедкова, О.В. Виноградова, Г.В. Гаврилова, В.А. Кононов. – Смоленск: Маджента, 2003. С.101.

57. Анваер С. Плен. Наука и жизнь // 1995. № 5. С. 9 – 10.

58. Воспоминания жителя города Вязьмы Романова Н.И. Архив автора.

59. Письмо Шинкарева И.Ф. с воспоминаниями о Вяземском лагере военнопленных хранится в архиве школьного краеведческого музея средней школы № 5 г. Вязьмы.

60. Дворников Е. Девятый форт помнит. Правда // 16.06.1984. С.2.

61. Великая Отечественная война 1941 -1945 гг.: Действующая армия. Научно-справочное издание. – Жуковский; М.: Кучково поле; Аними Фортитудо, 2005. С.456, материалы эксперта-консультанта поискового движения России К.А. Степанчикова.

ПРИЛОЖЕНИЕ 1.

Командный состав

248 стрелковой дивизии*.

Командир дивизии: генерал-майор Карл Сверчевский.

Заместитель командира дивизии по политической части, военный комиссар дивизии: полковой комиссар Лоскутов В.К. (июль), бригадный комиссар Иванов (август-октябрь)

Начальник штаба дивизии: майор Нестеренко Д.Д. (июль – начало августа), майор Коноплянский В.А. (август – октябрь).

Начальник 1-го отделения (оперативный отдел): майор Коноплянский В.А. (июль – начало августа), после майор Уткин В.К.

Начальник 2-го отделения (шифровальный отдел): капитан Александров Н.И.

Начальник 3-го отделения (отдел связи): майор Тамаров П.В.

Начальник 4-го отделения (отдел кадров): капитан Невский А.И.

Начальник 5-го отделения (отдел тыла): майор Самарин Д.Н.

Начальник 6-го отделения: младший лейтенант Тарасов Г.

Начальник отдела политической пропаганды: батальонный комиссар Грызлов Н.Н.

Начальник артиллерии дивизии: полковник Самойлов В.И.

Начальник инженерной службы: майор Молчанов В.И.

Начальник химической службы: майор Тараканов Н.Ф.

Начальник интендантской службы: майор Петров П.Ф.

Начальник ОВС: интендант 3 ранга Свекровкин Ф.А.

Начальник ПФС: старший лейтенант Багрянцев В.П.

Начальник автотракторного снабжения: военный инженер 3 ранга Ульянецкий А.М.

Дивизионный врач: военврач 3 ранга Канцельсон Б. Б.

Дивизионный ветеринарный врач: военветеринарный врач 2 ранга Кадымов А.Г.

Начальник финансового отдела: интендант 2 ранга Андреев В.Ф.

Начальник административно-хозяйственной части: техник интендант 1 ранга Бурмистров П.В.

Комендант штаба дивизии: лейтенант Бондаренко М.И.

Редактор дивизионной газеты: лейтенант Вандышев А.Г.

Командир 899 стрелкового полка: полковник Ромашин Ф.Н.

Военный комиссар 899 полка: старший политрук Рудченко Г.К

Начальник штаба 899 полка: Герой Советского Союза капитан Маричев В.П.

Командир 902 стрелкового полка: майор Журавлёв А.В.

Военный комиссар полка: старший политрук Холод А.М.

Начальник штаба полка: капитан Аташок А.М.

Командир 905 стрелкового полка: Чешенко И.Д. затем капитан Шарбидзе (или Торбидзе)

Военный комиссар полка: батальонный комиссар Лях

Начальник штаба полка: капитан Андреев А.Н.

Командир 774 гаубичного артиллерийского полка: полковник Сокольский Н.В., после Самсонов И.П.

Военный комиссар полка: батальонный комиссар Федотов Г.И.

Начальник штаба полка: фамилия и звание неустановленны.

Командир 771 легкого артиллерийского полка: майор Усков Н.В.

Военный комиссар полка: батальонный комиссар Вихарев И.И.

Начальник штаба полка: капитан Бирков Л.И.

Командир 302 отдельного артиллерийского дивизиона ПТО: капитан Селиненко Г.С.

Военный комиссар дивизиона: политрук Ходяков И.Н.

Командир 320 отдельного разведывательного батальона: капитан Горчинский А.М.

Военный комиссар батальона: политрук Якименко И.Д.

Командир 664 отдельного батальона связи: старший лейтенант Железняков С.Л.

Военный комиссар батальона: старший политрук Хинчин С.Д.

Командир отдельного 412 сапёрного батальона: старший лейтенант Яковлев И.Н.

Военный комиссар батальона: политрук Силантьев И.В.

Командир 242 отдельной химической роты: старший лейтенант Меркулов А.И.

Военный комиссар роты: фамилия и звание не установлены.

Командир 502 автотранспортного батальона: капитан Волков А.Т.

Военный комиссар батальона: старший политрук Дятлов А.М.

Командир 277 медико-санитарного батальона: военврач 3 ранга Иванов В.А.

Примечание:

* Звания, фамилии и должности даны на июль – начало августа 1941 года и указаны в порядке упоминания в штатно-должностных приказах дивизии.

ПРИЛОЖЕНИЕ 2.

Подчинение 248 сд

1-го формирования

в период нахождения в боевом составе войск Красной Армии с июля по октябрь 1941 года

Дата

Фронт

Армия (корпус)

13.7 – 05.8. 1941 г.

Резервный фронт

24 армия

06.8. – 9.8.1941 г.

Резервный фронт

35 стрелковый корпус, 35 армия

10.8 – 4.10.1941 г.

Резервный фронт

49 армия

5.10.1941 г.

Резервный фронт

32 армия

6.10. – 14.10.1941 г.

Западный фронт

32 армия

ПРИЛОЖЕНИЕ 3.

Список граждан, призванных в 248 стрелковую дивизию сборным пунктом Вяземского районного военного комиссариата в июне – июле 1941 года*.

Источник: ЦАМО Ф.1531. Оп.1. Д.1. Л. 22 – 23, 27 – 30.

  1. Аверкин Д.Я. – рядовой запаса, шофёр, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  2. Акимов Б.П. – рядовой запаса, шофёр, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  3. Акимов Павел Васильевич – телефонист, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  4. Аненков Н.В. – рядовой запаса, красноармеец стрелок, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  5. Аненков Ф.В. (или Ф.Б.) – рядовой запаса, красноармеец стрелок, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района ни одного варианта Аненкова с инициалами «Ф.В.» или «Ф.Б.» нет. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  6. Антонов (или Актонов) Иван Игнатьевич – телефонист, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. Ни одного из вариантов фамилии с такими инициалами в Книге Памяти нет. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  7. Антушевич В.П. – рядовой запаса, шофёр, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  8. Борисов Дмитрий Кириллович – старший приёмщик почтово-полевой станции дивизии, рядовой, красноармеец, 1917 г.р., русский, образование 7 классов, беспартийный. Адрес: Вяземский район, Лосьминский с/с, с. Лосьмино. Упоминается в Книге Памяти Вяземского района Т.1. С.111. Пропал без вести в декабре 1941 г. Данная дата, вероятнее всего, связана с приказом о расформировании дивизии в декабре 1941 года. В связи с тем, что на момент расформирования дивизии судьба Борисова Д.К. была неизвестна, он был признан без вести пропавшим. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» есть упоминание о Борисове Д.К в донесениях о безвозвратных потерях Западного фронта за 29.12.1943 г.

  9. Бубнов – рядовой запаса, шофёр, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района Т.1, С.117 – 118 упоминаются: Бубнов Василий Михайлович, Бубнов Владимир Иванович, Бубнов Денис Михайлович, Бубнов Илларион Архипович, Бубнов Тимофей Михайлович. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» есть упоминания о трёх Бубновых призванных Вяземским РВК: Бубнов Владимир Иванович 1915 г.р. – пропал без вести в 1943 г.; Бубнов Павел Фёдорович 1895 г.р. – 29.03.1942 г. осуждён на 10 лет лишения свободы; Бубнов Александр Иванович 1917 г.р. – погиб 20.12.1941 г.

  10. Булычёв Н.П. – рядовой запаса, шофёр, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  11. Викулов – рядовой запаса, шофёр, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  12. Воронин Михаил Гаврилович – начальник радиостанции, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  13. Гаврилов Николай Кириллович (?) – телефонист, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» упоминается Гаврилов Николай Тимофеевич, рядовой, стрелок, беспартийный, 1906 г.р., д. Маслово, Вяземского района Смоленской области, призван Вяземским РВК 15.5.1941 г. – пропал без вести в декабре 1941 г. Дочь Гаврилова Любовь Николаевна, проживала: д. Маслово, Масловский с/с Вяземского района Смоленской области. Источник: ЦАМО Ф.58, Оп.977520, д.1021.

  14. Глазков А.И. – рядовой запаса, шофёр, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  15. Громов Иван Дмитриевич (?) – авиасигнальщик, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» упоминаются: Громов Иван Михайлович, 1899 г.р., рядовой, стрелок, беспартийный, д. Большая Гусевка Вяземского района Смоленской области, призван Вяземским РВК 31.7.1941 г. – пропал без вести в декабре 1943 г. Жена – Громова Наталья Михайловна, Жулинский с/с, д. Большая Гусевка. Источник: ЦАМО Ф.58, Оп.977520, д.685; Громов Иван Михайлович – рядовой, стрелок, беспартийный, 1900 г.р., д. Большая Гусевка Жулинского с/с Вяземского района, призван Вяземским РВК 30.06.1941 г. – пропал без вести в декабре 1943 г.. Жена Громова Наталья Михайловна, д. Большая Гусевка. Источник: ЦАМО Ф.58, Оп.977520, д.453.

  16. Гурский Иван Николаевич – радиотелеграфист, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  17. Гущин А.С. – младший сержант запаса, коновод, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  18. Дровников Е.И. – рядовой запаса, коновод, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  19. Другов Владимир Сергеевич – разведчик, рядовой, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  20. Евграфов Алексей Андреевич – старший разводящий, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  21. Елохимов (?) Кузьма Никитович – старший телефонист, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  22. Ермаков Василий Егорович – начальник радиостанции, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района Т.1. С.275 упоминается Ермаков Василий – рядовой, родился 1893 г., д. Гадино, Семлёвского района. Призван Семлёвским РВК. Пропал без вести в 1941 – 1945 гг. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» упоминается Ермаков Василий Фёдорович 1891 г.р., гражданский. Смоленская область, Вяземский район, д. Алексеевка, будка № 3 – умер от болезни 05.06.1943 г. Жена Ермакова. Донесение о безвозвратных потерях за 03.07.1943 г.

  23. Ефимов (?) Пётр Васильевич – начальник поста, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  24. Ефремов Александр Семёнович – шофёр, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  25. Жильников А.Х. – рядовой запаса, коновод, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  26. Зайцев Григорий Дмитриевич – старшина, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  27. Зайцев Илья Иванович – старший телефонист, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  28. Залознов М.М. – рядовой запаса, старший писарь, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  29. Иванов Владимир Николаевич – ветеринарный врач 3 ранга ветеринарного лазарета дивизии, 1906 г.р., русский, образование высшее беспартийный. Жена Мария Ивановна, трое детей. Адрес: г. Вязьма, ул. Двойная слобода, д.3. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» упоминается Иванов Владимир Николаевич, 1922 г.р., старший телефонист 171 миномётного полка, призван Вяземским РВК – ранен 29.8.1942 г., умер 12.9.1942 г. Мать Иванова У.И. – Смоленская область Вяземский район, Исаковский с/с д. Волково. Похоронен: Калининская обл. Ржевский р-н, юго-восточнее д. Щетинино 1 км в лесу.

  30. Кабанов – рядовой запаса, шофёр, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района Т.1. С.372 - 373 упоминаются: Кабанов Александр Георгиевич, Кабанов Аркадий Степанович, Кабанов Иван Григорьевич, Кабанов Максим Ефимович, Кабанов Михаил Васильевич, Кабанов Михаил Фёдорович.

  31. Калинин Иван Игнатьевич – командир отделения, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  32. Кара…. Михаил ………. – шофёр, других данных нет.

  33. Каракулин И.Ф. – рядовой запаса, красноармеец стрелок, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  34. Каралов (?) Пётр Николаевич – радиотелеграфист, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  35. Карантов П.З. – младший сержант, старший писарь, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  36. Карасёв А.Б (или А.В.) – рядовой запаса, шофёр, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района Карасёва с инициалами «А.Б.» или «А.В.» нет. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  37. Кирьяков Николай Иванович – разведчик, рядовой, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  38. Кихиценко (?) Данил Фёдорович – разведчик наблюдения, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  39. Коверзин Егор Григорьевич – телефонист, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  40. Колесников А.П. – рядовой запаса, красноармеец стрелок, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  41. Колубович Николай Васильевич – разведчик, рядовой, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  42. Корнев Г.М. – рядовой запаса, шофёр, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  43. Корчагин (?) Яков Иванович – телефонист, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  44. Костенко Александр Семёнович – радиотелеграфист, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  45. Костин Дмитрий Митрофанович – телефонист, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  46. Кочев Михаил Фёдорович – шофёр, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  47. Кочегаров Александр Алексеевич – телефонист, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  48. Красавин Василий Васильевич – авиасигнальщик, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  49. Краснов В.Т. – рядовой запаса, шофёр, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  50. Кривой – рядовой запаса, шофёр, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  51. Круглов Г.Д. – рядовой, наборщик типографии, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  52. Крупин И.В. – младший сержант запаса, старший писарь, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  53. Крюков В. П. (или В.Ц.) – рядовой запаса, коновод, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района Крюкова с инициалами «В.П.» или «В.Ц.» нет. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  54. Лебедев Т.Н. – старший сержант запаса, старший писарь, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района Т.2. С.18, упоминается Лебедев Тимофей Никифорович, сержант, 612 сп 144 сд. Родился: 1913 г., д. Авдеево Вяземского района. Призван Вяземским РВК. Умер от ран 3.02.1942 г., МСБ. Похоронен: д. Н-Головино Уваровского района Московской области. Аналогичные данные о судьбе Лебедева Тимофея Никифоровича есть в объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал». Вполне вероятно, речь в данном случае может идти об одном и том же человек, т.к. вышедшие из окружения бойцы и командиры 248 сд в октябре 1941 г. были направлены на укомплектование 144 сд.

  55. Левин …… Ильич – телефонист, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района Левин с отчеством Ильич не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  56. Леонов А.Е. – младший сержант запаса, старший чертёжник штаба артиллерии дивизии, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  57. Липкин Н.С. – младший сержант, старший писарь, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  58. Малахов Н.Н. – младший сержант запаса, заведующий складом, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  59. Марфутенко К.Е. – рядовой запаса, коновод, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  60. Медведев Егор Васильевич – телефонист, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  61. Мирашлов (?) Василий Алексеевич – телефонист, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  62. Мирошников П.П. – командир отделения, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  63. Морозов Василий Васильевич – радиотелеграфист, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  64. Мочалов Иван Андреевич – командир отделения, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  65. Муромцев А.Г. – рядовой, наборщик типографии, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  66. Наумов С.И. – рядовой запаса, красноармеец стрелок, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  67. Нечаев Юрий ………. – помкомвзвода, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  68. Никифоров К.И. – сержант запаса, старший писарь, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  69. Никоноров Пётр Федорович – помощник начальника почтово-полевой станции дивизии, он же контролёр переводных операций, техник-интендант 2 ранга, 1899 г.р., русский, образование 6 классов, беспартийный. Жена Никонорова Дарья Григорьевна, один ребёнок. Адрес: г. Вязьма, ул. Красная, д.7, кв.10. Упоминается в Книге Памяти Вяземского района Т.2. С.129. Пропал без вести в декабре 1941 г. Данная дата, вероятнее всего, связана с приказом о расформировании дивизии в декабре 1941 года. В связи с тем, что на момент расформирования дивизии судьба Никонорова П.Ф. была неизвестна, он был признан без вести пропавшим.

  70. Новиков Г.М. – рядовой запаса, шофёр, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  71. Орехов Сергей Петрович – разведчик, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  72. Орлов Василий Е…… - командир отделения, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района Орлов Василий, у которого отчество начинается на «Е» не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  73. Павлов Николай Иванович – разведчик, рядовой, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района Т.2. С.160 упоминается два Павловых Николая Ивановича и один Павлов Николай. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  74. Павлов Н.И. – рядовой запаса, красноармеец стрелок, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. Другие данные по Павлову с инициалами «Н.И.» смотреть: Павлов Николай Иванович. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  75. Петров Пётр Иванович - призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  76. Петухов И.М. – рядовой запаса, шофёр, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района Т.2. С.190 упоминается Петухов Иван Михайлович, рядовой, 1104 сп. Родился: Тумановский район. Призван Тумановским РВК. Умер от ран 6.03.1944 г. Похоронен: Дубровенский район, Витебская область, Белоруссия.

  77. Подворотников (?) Максим Д…… - телефонист, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается.

  78. Поляков (?) С.А. – рядовой запаса, шофёр, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района Поляков с инициалами «С.А.» не упоминается

  79. Попов П.П. – рядовой запаса, коновод, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  80. Посников – рядовой запаса, шофёр, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  81. Потапов Александр Максимович – старший телефонист, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  82. Прицепов Григорий Николаевич – начальник почтово-полевой станции дивизии, техник-интендант 2 ранга, 1915 г.р., русский образование начальная средняя школа, член ВЛКСМ. Жена Жукова Евдокия Васильевна, двое детей, мать Анна Семёновна. Адрес: г. Вязьма, ул. Пролетарская, д.20. Упоминается в Книге Памяти Вяземского района Т.2. С.209. Пропал без вести в декабре 1941 г. Данная дата, вероятнее всего, связана с приказом о расформировании дивизии в декабре 1941 года. В связи с тем, что на момент расформирования дивизии судьба Прицепова Г.Н. была неизвестна, он был признан без вести пропавшим. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данные о Прицепове Григории Николаевиче дополняются следующим: начальник почтово-полевой станции 248 сд, пропал без вести в октябре – декабре 1941 г. Источник: ЦАМО Ф.33, Оп.11458, д.105

  83. Пронин Яков Илларионович – шофёр, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  84. Рослов Владимир Назарович – телефонист, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  85. Рощин – рядовой запаса, шофёр, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района Т.2. С.234 упоминаются Рощин Алексей Кузьмич, Рощин Василий Иванович, Рощин Пётр Кузьмич, Рощин Тихон Кузьмич.

  86. Рощукин Я.Г. – рядовой запаса, красноармеец стрелок, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  87. Руднев (?) Ф.Ф. – рядовой запаса, шофёр, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается.

  88. Сакаев (?) Тигран (?) Евгеньевич. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  89. Саранский (?) Иван Ильич – командир отделения, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  90. Сафоккин Григорий Сергеевич – шофёр, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  91. Сендякин Николай Николаевич – телефонист, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  92. Слепокуров Игнат Кириллович – авиасигнальщик, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» упоминается Слепокуров Игнат Кириллович – 09.02.1913, солдат, пехотинец 248 сд. 12 сентября 1941 г. на Днепре попал в плен. Умер в плену. Адрес родных: Воронежская обл, Слепокуровский район, с. Сенное.

  93. Соболев Василий Иванович – разведчик наблюдения, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  94. Соловьёв Иван Иванович - призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района Т.2. С.308 упоминается Соловьёв Иван Иванович, рядовой. Родился 1899 г., Вяземский район, д. Костылёвка. Призван Вяземским РВК, погиб в бою 25.03.1943 г., похоронен Сталинградская обл. г. Камышин.

  95. Соломенцев А.П. – рядовой запаса, красноармеец стрелок, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  96. Степанов Д.А. – рядовой запаса, шофёр, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  97. Сударушкин В.Ф. – на момент призыва рядовой 2 года службы, писарь, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  98. Сучков – рядовой запаса, шофёр, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района Т.2, С.333 упоминаются Сучков Александр (Алексей) Сафронович, Сучков Алексей Борисович, Сучков Андрей Сафронович, Сучков Сафрон Аверьянович.

  99. Тар…. Василий Георгиевич

  100. Терёхин Алексей Александрович – командир отделения, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется. В объединённой базе данных упоминается Терёхин Алексей Александрович 1916 г.р., младший сержант, командир отделения 3 ОЗМД 3 миномётной роты. Ивановская обл., Юрьевецкий район, с. Соболево. Попал в плен в Харьковской области, умер в плену.

  101. Терновский С.А. – сержант, фотограф, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  102. Тимофеев Фёдор Григорьевич – разведчик наблюдения, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района Т.2. С.347 упоминается Тимофеев Фёдор Григорьевич, рядовой. Родился Семлёвский район. Призван Семлевским РВК. Пропал без вести в ноябре 1943 г.

  103. Тиртов (или Тиршов) Николай Петрович - призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. Ни одного из вариантов фамилии в Книге Памяти Вяземского района нет. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  104. Титов П.И. – командир отделения, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района Т.2. С.349, упоминается Титов Пётр Иванович, старший сержант, 180 ИСБ 22 ИСБр 59 А. Родился: 1920 г. Кокоревский с/с Вяземского района. Призван Вяземским РВК. Погиб в бою 14.04.1945 г. Похоронен: Германия, г. Нейссе. В объединённой базе данных кроме выше названных данных имеются дополнения: родился Кокоревский с/с, колхоз имени Молотова, призван в октябре 1940.

  105. Туманов П.В. – рядовой запаса, красноармеец стрелок, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  106. Тяпков С.Д. – рядовой запаса, повар, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  107. Фатеев Г.П. – младший сержант запаса, писарь, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  108. Фикошкин Василий Павлович – шофёр, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» такой фамилии не встречается.

  109. Филатов Николай Иванович – разведчик, рядовой, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  110. Хамсиков Пётр Емельянович – старший телефонист, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» такой фамилии не встречается.

  111. Хибик (или Хибин) Иван Митрофанович – телефонист, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. Ни одного из вариантов фамилии в Книге Памяти Вяземского района нет. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» упоминается Хибин Иван Митрофанович 1911 г.р., Воронежская обл., г. Комиссаржевск, д.23, кв.7 – призван Комиссаржевским РВК 28.6.1942 г. Пропал без вести в Курской области в составе 121 сд.

  112. Хорыповкин (или Хорыновкин) А.Г. – рядовой запаса, повар, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района ни один из вариантов фамилии не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  113. Цыплаков Дмитрий Романович – старший телефонист, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется. В объединённой базе данных встречается Цыплаков Дмитрий Романович 1910 г.р. Саратовская область, Романовский район. Призван Балашовским РВК в июле 1941 г.. Полевая почта 2068 в г. Балашов. Сестра – Пархоменко Мария Ивановна, адрес: г. Балашов, ул. Черкасская, д.2.

  114. Шевчук Иван Николаевич – телефонист, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  115. Шепилов С.С. – рядовой запаса, шофёр, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  116. Широков Иван Григорьевич – разведчик, рядовой, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  117. Ширяев Фёдор Александрович – старший телефонист, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  118. Шитиков Ф.С. – рядовой запаса, шофёр, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» упоминается Шитиков Фёдор Сидорович 1903 г.р., Смоленская область, д. Труд, рядовой. Погиб в бою 27.08.1942 г. в Ленинградской области, санитар 286 сд. Призван Октябрьским РВК г. Ленинграда.

  119. Шитов Михаил Андреевич – старший телефонист, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  120. Шумилин (или Шумалин) С.С. – младший сержант запаса, старший писарь, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района ни одного из вариантов фамилии нет. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  121. Чепелев М.К. – рядовой запаса, красноармеец стрелок, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  122. Чехлов Николай Васильевич – командир отделения, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  123. Юдин П.Ф. – рядовой запаса, красноармеец стрелок, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  124. Юдин Т.Г. – рядовой запаса, красноармеец стрелок, призван Вяземским РВК не позже 30.06.1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района не упоминается. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» данных на 01.12.2009 г. о призыве в Вяземском районе Смоленской области не имеется.

  125. Яковлев Николай Иванович – разведчик, рядовой, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Других данных о нём не обнаружено. В Книге Памяти Вяземского района Т.2. С.459, упоминается Яковлев Николай Иванович, рядовой пп 16653, стрелок. Родился 1918 г.. д. Степаньково Вяземского района. Призван Вяземским РВК, погиб в бою 26.03.1944 г. В объединённой базе данных ЦАМО «Мемориал» выше названные данные дополняются следующим: призван Вяземским РВК 14.10.1939 г., младший сержант 561 АМХП 22 армии.

  126. …………. Ефим Семёнович – разведчик, призван Вяземским РВК не позже 3 июля 1941 г. Фамилия неразборчива. Других данных не обнаружено.

Примечание

* Все данные даны на момент призыва в июне - июле 1941 года.

Информацию из объединённой базы данных ЦАМО «Мемориал» подготовил Фетисов Андрей Иванович г. Москва. За что автор выражает ему особую благодарность.

ПРИЛОЖЕНИЕ 4.

Список офицеров-смолян,

призванных в 248 стрелковую дивизию*.

Источник. ЦАМО Ф.1531. Оп.2. Д.1. Л. 1 – 136.

899 стрелковый полк**

Евсеенков Фёдор Арсентьевич интендант 1 ранга, замдел хозчасти – 1896 г.р., беспартийный (далее б/п), русский, жена Ксения Алексеевна, детей 4 чел. Адрес: Ярцевский район Харьковский с/с, к-з «Коммунар».

Никитин (или Никишин) Никанор Николаевич лейтенант , командир 3-й стрелковой роты – 1901 г.р., член ВКП(б), русский, жена Ефросинья Фёдоровна. Адрес: Ново-Дугинский р-н, ул. Октября д.1.

Черкин Михаил Израмович (?) младший лейтенант, командир пулемётного взвода 4 роты – 1920 г.р., б/п, еврей, холост, отец Чиркин И.Ю. Адрес: г. Смоленск, пер. Смирнова, д.20.

664 Отдельный батальон связи

Викторов Михаил Иванович младший лейтенант, начальник телефоно-телеграфной станции – 1914 г.р., русский, женат, 3 детей. Адрес: Высоковский р-н, д. Васильево.

902 стрелковый полк

Лосев Николай Фёдорович фельдшер ветеринар – 1901 г.р., б/п, русский, жена Александра Васильевна, дети – 1, место рождения Дорогобужский р-н, д. Новая. Адрес местожительства: Московская обл, г. Ступино, дер. Ступино, ул. Первада …, д.12.

502 автобат

Емельянов Иван Емельянович воентехник 1 ранга, пиротехник подвижного артиллерийского склада дивизии – 1910 г.р., б/п, русский, жена Агрипена Анатольевна, дети – 3 чел., Адрес: Андреевский р-н, Иньюшинский с/с, Изолированные хутора.

905 стрелковый полк

Селянинов Павел Сергеевич капитан, начальник связи и помощник начальника штаба полка по связи - 1890 г.р., б/п, русский, жена Селянова, 1 дочь. Месторождения г. Смоленск, адрес местожительства: г. Москва, пер. Садовский, д.96, кв.9.

Смирнов Николай Данилович младший лейтенант командир 1-го стрелкового взвода – 1909 г.р., б/п, образование высшее, жена, 1 ребёнок. Месторождения: Смоленская обл., п/о …(?), д. Черикова (?), адрес местожительства: г. Куйбышев, ул. Куйбышевская, д. 87, кв. 4.

Кулагин Николай Петрович младший лейтенант, командир 1-й пулемётной роты – 1911 г.р., кандидат ВКП (б), русский, холост, Адрес: Сафоновский р-н, Пушкинский с/с, д. Матросово.

Раковский Георгий Ефимович адъютант командира (?) 2-го батальона – 1895 г.р., русский, женат. Адрес: Смоленский р-н, д. Глухово. Местожительства: станция Левобережная Октябрьской жд, д. 37, кв. 7.

Кондрашов Константин Борисович младший лейтенант, командир пульбата 2-го батальона – 1918 г.р., кандидат ВКП (б), образование высшее, жена Белогуерновская (или Белоцерковская) 1 сын. Адрес месторождения: г. Рудня, местожительства: Ярославская обл. г. Дашков, ул. Володарского, д. 58, кв. 1.

Богачёв Марк Захарович младший лейтенант, командир пулемётного взвода 7-й стрелковой роты – 1913 г.р., член ВЛКСМ, женат. Адрес: месторождения: Шумяческий р-н, д. Соколовка, местожительства: станция Трикотажная Красногорского р-на, Снос…. д. 28.

774 гаубичный артполк

Подненко Сергей Васильевич лейтенант, командир 1-го огневого взвода, 1-й батареи, 1-го дивизиона – 1919 г.р., член ВЛКСМ, закончил артучилище, холост, отец Василий Владимирович. Адрес: Ельнинский р-н, д. Фёдорова.

771 легкий артполк

Образцов Герман Сергеевич командир взвода штабной связи – 1913 г.р., б/п, образование высшее, русский, жена Образцова Елена Александровна, 2 детей. Адрес: месторождения г. Сычёвка, местожительства: Московская обл, г. Люберцы.

Фоменков Николай Сергеевич младший воентехник, младший артиллерийский техник 1-го дивизиона – 1920 г.р., член ВЛКСМ, русский, холост. Адрес: Руднянский р-н, Наов…. (?) с/с, д. Карабаново.

Медсостав частей 248 сд

Обухов Георгий Анисимович военврач 3 ранга, врач рентгенолог – 1894 г.р., б/п, образование высшее, русский, жена Мария Яковлевна, 2 детей, мать Агафья Емельяновна, уроженец г. Ярцево. Адрес местожительства: г. Москва, Гоголевский бульвар, д. 29, кв.19.

Медсостав 774 гап

Буглимова Зинаида Даниловна фельдшер медицины – 1919 г.р., член ВЛКСМ, русская. Адрес: Слободской р-н Тогопа (?) с/с, д. Отрадье (?).

Примечания:

* в данных списках учтены смоляне исходя из границ Смоленской области после 1943 года;

** списки даны в порядке упоминания персоналий в Книге отдела кадров 248 сд «Комначсостав всех частей 248 сд»

Источники и литература:

Документальные источники:

- Государственный музей заповедник «Хмелита» (ГМЗХ)

КП-3732/ Д.1, 5.

- Книга Памяти погибших и пропавших без вести в Великой Отечественной войне 1941 – 1945 годов. Т – 14. – М.: Центр по изданию книги Памяти Москвы, 1994. – 688 с.

- Сводки разведотдела командования 4 танковой группы 26 сентября – 14 октября 1941 года. Военно-исторический архив // № 11. 2006. С.11 – 36.

- Центральный архив Министерства обороны Российской Федерации (ЦАМО РФ)

Ф.117. Оп.12915. Д.48, 49.

Ф.208. Оп.2511. Д. 7, 34, 99, 130, 215, 512, 514.

Ф.208. Оп.2579. Д.2.

Ф.219. Оп.679. Д. 3, 12, 20, 30, 63, 65, 70, 79.

Ф.219. Оп.684. Д.1-А.

Ф.219. Оп.692. Д.2, 47.

Ф.376. Оп.10803. Д.38.

    Ф.378, Оп.1. Д.6, 8, 9.

Ф.404. Оп.9711. Д.9, 12.

Ф.500. Оп.12462, Д.673, Д.757, Оп.12463. Д.623. Т.1, Т.2,

Ф.1070 Оп.1. Д.151.

Ф.1370. Оп.1. Д.4.

Ф.1531. Оп.1. Д.1 – 14. Оп.2. Д.1.

Сборники документов:

- Битва под Москвой. Хроника, факты, люди: в 2-х кн. – М.: ОЛМА – ПРЕСС, 2001. – Кн. 1. – 926 с.

- Командный и начальствующий состав Красной Армии в 1940 – 1941 гг.: Структура и кадры центрального аппарата НКО СССР, военных округов и общевойсковых армий. Документы и материалы. – М.; СПб.: Летний сад, 2005. – 272 с.

- Русский Архив: Великая Отечественная: Ставка ВГК. Документы и

Материалы. 1941 год. Т.16 (5 – 1). – М.: ТЕРРА, 1996. – 448 с.

- Скрытая правда войны: Неизвестные документы. – М.: Русская книга, 1992. – 380 с.

Справочники и энциклопедии:

- Большой энциклопедический словарь. Изд. 2-е, переработанное и дополненное. – М.: научное издательство «Большая Российская энциклопедия», 1998. – 1456 с.

- Великая Отечественная война 1941 -1945 гг.: Действующая армия. Научно-справочное издание. – Жуковский; М.: Кучково поле; Аними Фортитудо, 2005. – 664 с.

- Великая Отечественная. Командармы. Военный биографический словарь. – М.; Жуковский: Кучково поле, 2005. – 408 с.

- Залесский К.А. Кто был кто в Третьем рейхе. Библиографический энциклопедический словарь. – М.: ООО «Издательство АСТ»: ООО «Издательство Астрель», 2002. – 942 с.

- Кто был кто в Великой Отечественной войне. Люди. События. Факты. Краткий справочник. – М.: «Республика», 1995. – 416 с.

- Научная библиотека ЦАМО Справочник «Стрелковые дивизии» Часть 3. Инв. № 6398.

- Свердлов Ф. Советские генералы в плену. – М.: 1999. – 246 с.

Исследовательские работы, статьи, воспоминания:

Анваер С. Плен. Наука и жизнь // 1995. № 5. С. 9 – 10.

Великая Отечественная война. 1941 -1945. Военно-исторические очерки.

Книга первая. Суровые испытания. – М.: Наука, 1998. – 554 с.

Воспоминания жителя Вязьмы Романова Н.И. Архив автора.

Воспоминания и письма Шубина С.А. Архив автора.

Гальдер Ф. От Бреста до Сталинграда: Военный дневник. Ежедневные записи

начальника Генерального штаба сухопутных войск 1941 – 1942 гг. /Пер. с

нем. – Смоленск: Русич, 2001. – 656 с.

Дворников Е. Девятый форт помнит. Правда // 16.6.1984. С.2.

Дугас И.А., Черон Ф.Я. Советские военнопленные в немецких концлагерях

(1941 – 1945). – М.: «Авуар консалтинг», 2003. – 385 с.

Елисеев В.Т. Документы Центрального архива МО РФ о Вяземском окружении, потерях в Московской битве и новой концепции по истории вооружённой борьбы на советско-германском фронте в 1941 – 1945 гг. Военно-исторический архив // № 12. 2006.

Исаев А.В. Котлы 41-го. История ВОВ, которую мы не знали. – М.: Яуза,

Эксмо, 2006. – 400 с.

Лопуховский Л.Н. Вяземская катастрофа 41-го года. – М.: Яуза, Эксмо,

2007. – 640 с.

Материалы по истории Русского освободительного движения. Статьи,

документы, воспоминания. Выпуск 4.- М.: 1999.

Михайлов И.Г. Их боевая судьба начиналась в Вязьме. Боевой путь 108 и 248

стрелковых дивизий в годы Великой Отечественной войны // Материалы

краеведческой конференции «Вязьма с древнейших времён до наших дней».

Издательство «Смоленская городская типография», 2006. С.209 – 228.

Михайлов И.Г. Начало пути – в Вязьме // Вяземский вестник. 2007. № 29.

С. 6.

Моложавенко В.С. Костры памяти: Повесть-хроника. – Ростов на Дону:

Кн. Изд-во, 1985.

Невзоров Б.И. Московская битва: феномен Второй мировой. – М.:

«СиДиПресс», 2001. – 240 с.

Невзоров Б.И. Пылающее Подмосковье. Военно-исторический журнал // № 11. 1991.

Симуков Д. Сосед из СС // Вечерняя Москва. 2005. № 158.

Хомич И.Ф., Хомич В.И. Мы вернулись! Военно-исторический архив // 2006. № 11.

Игорь Михайлов

Рождённая и погибшая

под Вязьмой

(Боевой путь 248 стрелковой дивизии

первого формирования)

Вязьма

2010

1

Смотреть полностью


Скачать документ

Похожие документы:

  1. Предисловие составителя ни один обман в науке не вечен; в истории он возможнее, но

    Документ
    Предлагаемая энциклопедия не является оригинальной, а представляет собой компиляцию (потому составитель иногда фигурирует под псевдонимом К°) работ по истории специализирующихся в этой дисциплине учёных (в основном, российских и советских)
  2. Степан карнаухов евгения

    Документ
    День был редкостный для весенней Москвы - яркое солнце, наконец-то, вырвавшееся на безоблачное сине-голубое небо, оповещало, что приход весны неизбежен, скоро растает слежавшийся почерневший снег и обнажит знаменитые московские бульвары
  3. Тысяча лет одного рода

    Документ
    В 2001 году исполняется 1139 лет Русскому государству. Именно в 862 году по современному летосчислению на Руси и появился варяг Рюрик, который основал великую династию русских правителей.
  4. Тишина настала такая, что было слышно, как потрескивают свечи перед образами. Аможет, это потрескивали, вставая дыбом, волосы на головах прихожан

    Документ
    Тишина настала такая, что было слышно, как потрескивают свечи перед образами. А может, это потрескивали, вставая дыбом, волосы на головах прихожан? Ни скрипа, ни слова, ни шороха не вплеталось в этот треск, жуткий сам по себе.
  5. «Родолюбие»

    Книга
    Книга Велесовых Радений написана верховодой Русско-Славянской Родноверческой Общины «Родолюбие» волхвом Велеславом. Она повествует о Родноверческих обрядах и радениях (Духовных практиках), совершаемых современными последователями

Другие похожие документы..