Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
Методична робота вимагає високого індивідуального розвитку фахівців. Зміни, що відбуваються в культурно-дозвіллєвому| середовищі, інновації, що нестр...полностью>>
'Бюллетень'
Стоимостная оценка недр = Profitability evaluation of subsurface areas: учебное пособие / Ю. П. Ампилов ; Моск. гос. ун-т им. М.В. Ломоносова. - Изд. ...полностью>>
'Программа дисциплины'
Основная цель изучаемой дисциплины – дать представление о предельных возможностях микротехнологий, об основных направлениях развития современной нано...полностью>>
'Документ'
 Заболевания желчного пузыря, желудочно-кишечного тракта, обмена веществ, органов дыхания, сердечнососудистой системы, суставов и соединительных ткане...полностью>>

А. С. Пушкина На конференцию «Первые шаги в науку» Научно-исследовательская работа

Главная > Научно-исследовательская работа
Сохрани ссылку в одной из сетей:

Брянский городской лицей № 1 имени А.С. Пушкина

На конференцию

«Первые шаги в науку»

Научно-исследовательская работа

по литературе

«А.С. Пушкин и А. Мицкевич»

Выполнила

ученица 10 академического класса № 1

Кривонос Марина Сергеевна

учитель – Пузанова

Надежда Александровна

2012

Введение

Тема данной научно-исследовательской работы – «А.С. Пушкин и А. Мицкевич». Тема возникла не случайно. Наш лицей носит имя А.С. Пушкина, а это значит, что жизнь и творчество этого великого человека вызывают у лицеистов особый интерес. Ежегодно проходят научно-практические конференции, на которых учащиеся выступают с докладами. Наш выбор объясняется желанием интегрировать факты жизни и творчества А.С. Пушкина и А. Мицкевича с целью расширить, представление о путях развития русской и польской литератур и творчестве Пушкина.

Были поставлены следующие задачи:

  1. изучить и проанализировать литературу по исследуемой теме;

  2. определить отношение Пушкина к Мицкевичу и его творчеству;

  3. выяснить отношение Мицкевича к Пушкину и его творчеству;

  4. найти творческие переклички Пушкина и Мицкевича.

Структура работы: научно-исследовательская работа состоит из ведения, трех глав («Накануне дружбы», «А.С. Пушкин и А. Мицкевич в Москве и Петербурге» и «А.С. Пушкин и А. Мицкевич в 30-е годы»), заключения, списка использованной литературы и приложения.

В русском и польском пушкиноведении ХIХ – ХХ веков тема «А.С. Пушкин и А. Мицкевич» исследовалась, так как отношения между поэтами на разных этапах истории складывались неоднозначно. Однако история политической жизни эпохи и история отношений гениальных поэтов, сложившаяся в непростых политических отношениях государств, - не одно и то же. Убедиться в этом стало главной задачей нашего исследования.

Наша работа в несомненно значительной исследовательской проблеме «А.С. Пушкин и А. Мицкевич» является частью, так как способствует установлению истины в отношениях между поэтами: русским - А.С. Пушкиным и польским – Адамом Мицкевичем – поэтическими гениями славянства.

Вопрос о польской теме в пушкинском творчестве и пушкинской – в творчестве Мицкевича в литературоведении освещался. В работах польских исследователей, отталкивавшихся от отношения Пушкина к польскому восстанию 1830-1831гг. была распространена ошибочная мысль о том, что Пушкин был врагом поляков. Одним из них был Леонард Реттель (1805-1885). Он не только перевел c французского языка на польский известную статью А.Мицкевича «Пушкин и литературное движение в России», которую польский поэт написал, узнав о гибели Пушкина, и которая появилась 25 мая 1837 года во французском журнале «Глоб». Он же предпослал публикации этой статьи в собрании сочинений Адама Мицкевича свое «Вступительное слово переводчика».

В этой статье Реттель никаких вопросов по поводу перевода не поднимает. Ссылаясь на личное знакомство с Мицкевичем, он рассказывает о пребывании польского поэта в России и его отношениях с Пушкиным. Реттель излагает свое понимание вопроса о Пушкине и польском восстании 1830-1831 годов.

Автор полагает, что Пушкин не занял в своем народе такого положения, какое в Польше занял Мицкевич, и что Пушкин не повлиял, как Мицкевич, на преобразование литературы своей страны.

Знаток творчества Пушкина, Мариан Топоровский в своей книге «Гений и царизм» (Варшава, 1971) характеризовал отношение русского поэта к польскому восстанию 1830-1831годов весьма односторонне, говоря, что «Недавний изгнанник за вольнолюбивые стихи отнесся к восстанию решительно неприязненно. Стоял на позиции государственного патриотизма». В авторе стихотворений «Клеветникам России» и Бородинская годовщина» исследователь усматривал то послушного исполнителя царского закона, то ястреба на древках царских полков, то воинственно обеспокоенного двуглавого орла, то кота, ходившего не по золотой, а по железной цепи на анчаре, дереве яда и смерти.

В польском обществе всегда был высок авторитет Томаша Ежа (Зигмунта Милковского). В своем открытом письме о Пушкине от 17 июня 1899 года из Женевы, опубликованном в польской газете «Nowa Reforma» 21 июня того же года, Томаш Еж утверждал: «Пушкин-поэт великим является лишь для своих, нас же это совсем не касается, так как он не оказал ни малейшего влияния на нашу литературу…».

Так ли это ? Исследования XX века, посвященные отношениям А.С. Пушкина и Мицкевича, дают основания для других выводов. В частности, это работы, собранные в издании «А.С. Пушкин в воспоминаниях современников» (в 2- х томах). Издательство «Художественная литература», 1985 г.; «Статьи о Пушкине» М.А. Цявловского, издательство АН СССР 1962 г.; Статья Б.М. Модзалевского «Пушкин – ходатай за Мицкевича» в книге «Пушкин и его современники»; статья Т. Цявловской «Рисунки Пушкина», издательство «Искусство», 1970 г. и другие.

В частности, Т. Цявловская пишет: «… сразу после смерти Пушкина Мицкевич напечатал в Париже прекрасных некролог с ценнейшими воспоминаниями и подписал его: Un ami de Pouchkine. И действительно – он выступил в этом некрологе как верный друг великого поэта».

Постепенно (хотя и не очень активно) складывался другой подход к осмыслению этой темы, когда отношения поэтов, гениальных поэтов, много значивших в истории национальных литератур, рассматривались в плане человеческих, творческих. Исследователи при этом такие отношения считали наиболее значительными, чем временные, вызванные какими бы то ни было переменами в жизни народов.

Глава 1.

Накануне дружбы

У А.С.Пушкина и Адама Мицкевича еще до момента их личного знакомства таились многие предпосылки духовной близости. Связи личные и идейные с освободительным движением декабристов, понимание истинной художественности как глубокой народности и национальной самобытности, схожесть судьбы ссыльных и зависимых от одного и того же самодержавия – все это подготавливало ту почву, на которой вырастет дружба двух поэтических гениев славянства.

Узнавание личности и творчества А.С.Пушкина для Адама Мицкевича начиналось в аспекте особо повышенного интереса и внимания его и филоматских друзей к вестям из Петербурга и России о событиях, лицах, происшествиях, характеризовавших нарастание в русском обществе сил оппозиции и сопротивления царю. Переписка филоматов в 1819-1823 годах, в которой живейшее участие принимал Адам Мицкевич, сперва студент Виленского университета, а потом учитель словесности в Ковно, дает возможность предположить, что первые слова о Пушкине польский поэт услышал как о смелом вольнодумце, высланном на юг за свою непокорную музу.

Во всяком случае в польском пушкиноведении и по сей день первым отзывом о Пушкине считается письмо филомата Винцента Пелчинского к Юзефу Ежовскому, одному из организаторов общества «филоматов», товарищу Адама Мицкевича, 17/19 ноября 1820 года из Петербурга:

«Здесь обнаружился немалый поэтический талант в одном 19-летнем молодом человеке, несколько стихотворений которого и одна небольшая поэма очень удались, написаны счастливо и сильно. Но, так как его Муза не знала хорошо указов, его за то выслали на границу с Персией, чтобы Муза немножко попарила в воздухе».

Для филоматов и юного Адама Мицкевича другим вероятным источником знакомства с литературной жизнью Петербурга и Москвы первой половины 20-х годов был профессор И.Н. Лобойко, который, получив кафедру русского языка и литературы в Виленском университете, установил добрые отношения с филоматской молодежью. Этот член Вольного общества любителей российской словесности проявлял большой интерес к творчеству лично и близко ему знакомого К.Ф. Рылеева.

Вполне вероятно, что «друзья науки» (т.е. филоматы, члены университетского нелегального культурно-просветительского общества студентов-патриотов, по уставу которого они обязывались под присягой «трудиться на благо родины, науки и добродетели, влиять примером и советом на учащуюся молодежь») в рассказах И.Н. Лобойко о литературной жизни и борьбе в России, о творчестве К.Ф. Рылеева, о литературно-критической деятельности А.А. Бестужева, игравшей видную роль в утверждении прогрессивного романтизма, о стремительно росшей известности А.С. Пушкина находили немало созвучного и общего с программной статьей А. Мицкевича «О поэзии романтической», опубликованной как предисловие к двухтомнику его поэтических произведений, изданному в Вильно в 1822 году. Филомат Мицкевич, знакомясь с русской литературной жизнью, не мог не заметить того, что творчество К.Ф. Рылеева и молодого А.С. Пушкина возвращали поэзии то высокое гражданское назначение, которое являлось главной идеей и пафосом статьи «О поэзии романтической».

Заочному знакомству филомата Мицкевича с лучшими людьми русского общества и русской литературы суждено было перерасти в счастье личных встреч, общения, живой дружбы, которая принесет прекрасные плоды и польской, и русской литературам.

После раскрытия «Филоматического общества» и царской расправы над его членами Адам Мицкевич, высланный в глубь России, 8 и 9 ноября 1824 года приехал в Петербург. В течение двух с половиной месяцев пребывания в Петербурге, потом во время поездки через Витебск и Киев на юг, пребывания в Одессе, путешествия по Крыму, возвращения в Москву в те дни декабря 1825 года, когда туда пришла весть о событиях на Сенатской площади,- в этот период жизнь и творчество Адама Мицкевича отмечены множеством жизненных и творческих событий, которые сделали просто неизбежным личное знакомство польского поэта с А.С. Пушкиным. Точки соприкосновения были разнообразны: идейные, творческие и житейские.

В 1825 году Адам Мицкевич, живя в Одессе, путешествуя по Крыму и слагая «Крымские сонеты», не раз вспоминал Пушкина и обращался к поэме «Бахчисарайский фонтан», первым изданием вышедшей в 1824 году.

Может быть, начиная свой сонет «Аю-Даг» стихом «Мне любо, Аюдаг, следить с твоих камней», Мицкевич на какой-то миг почувствовал себя тем путником, о котором Пушкин восклицал в концовке поэмы «Бахчисарайский фонтан»:

Поклонник муз, поклонник мира,
Забыв и славу и любовь,
О, скоро вас увижу вновь,
Брега веселые Салгира!
Приду на склон приморских гор,
Воспоминаний тайных полный, —
И вновь таврические волны
Обрадуют мой жадный взор.
Волшебный край! очей отрада!
Все живо там: холмы, леса,
Янтарь и яхонт винограда,
Долин приютная краса,
И струй и тополей прохлада...
Всё чувство путника манит,
Когда, в час утра безмятежный,
В горах, дорогою прибрежной,
Привычный конь его бежит,
И зеленеющая влага
Пред ним и блещет и шумит
Вокруг утесов Аю-дага...

В том же сонете, обращаясь к «юному барду», Адам Мицкевич вспоминает о своей встрече 29 мая 1825 года с Густавом Олизаром в имении последнего, расположенном под Аю-Дагом. Граф в своих воспоминаниях утверждает, что сонет «Аю-Даг» был посвящен Мицкевичем ему и что к нему относится приведенное выше обращение. Может быть, тогда Густав Олизар ознакомил Адама Мицкевича со своим стихотворением «Пушкину», написанным в 1821 или первой половине 1822 года, которое долгое время пролежало в бумагах великого русского поэта и лишь в 1938 году было опубликовано в польском оригинале и русском переводе. Пушкин встречался с графом Олизаром в Кишиневе, Каменке, Киеве и получил от него в 1822 году большое стихотворное послание на польском языке. Олизар сватался к М. Н. Раевской, но получил отказ от отца её, основанный на различии религий и национальностей. Может быть, в связи с этим и написано Пушкиным утешительное послание Олизару («Графу Олизару»), идея которого в том, что поэзия преодолевает национальные различия и предрассудки:

Но глас поэзии чудесной

Сердца враждебные дружит –

Перед улыбкой муз небесной

Земная ненависть молчит,

При сладких звуках вдохновенья,

При песнях… лир…

И восстают благословенья,

На племена нисходит мир…

Замысел Пушкина был оптимистичен, поэт верил в возможности русско-польских дружеских отношений, уповая в этом прежде всего на искусство, поэзию.

При всех различиях, которые имеются между сонетом Адама Мицкевича «Аю-Даг» и стихотворением А.С. Пушкина «Графу Олизару», в них есть характерный общий мотив, мотив силы искусства, силы поэзии, в которой прекрасно и высоко разрешаются конфликты и беды певцов.

В поэме «Бахчисарайский фонтан» (1821-1823) А.С. Пушкин выразил художественную и нравственную правду о великой силе любви, которая также не признает различий положений и национальностей. Сюжетной основой произведения послужило предание о том, как в польскую княжну Марию Потоцкую, похищенную и плененную татарами, влюбился крымский хан Керим-Гирей, который после смерти Марии поставил ей в Бахчисарае мраморный памятник в форме фонтана, названного «фонтаном слез».

Об этом предании Пушкин слышал и читал не раз. В одном, например, из писем к А.А. Дельвигу поэт сообщал: «В Бахчисарай приехал я больной. Я прежде слышал о странном памятнике влюбленного хана. К* поэтически описывала мне его, называя la fontaine des larmes. Вошед во дворец, увидел я испорченный фонтан: из заржавой железной трубки по каплям падала вода».

В книге будущего декабриста И.М. Муравьева-Апостола «Путешествие по Тавриде», прекрасно известной Пушкину, рассказывалось: «Странно очень, что все здешние жители непременно хотят, чтобы эта красавица была не грузинка, а полячка, именно какая-то Потоцкая, будто бы похищенная Керим-Гиреем. Сколько я ни спорил с ним, сколько ни уверял их, что предание сие не имеет никакого исторического основания и, что во второй половине XVIII века не так легко было татарам похищать полячек, все доводы мои остались бесполезными: они стоят в одном: красавица была Потоцкая; и я другой причины упорству сему не нахожу, как разве приятное и справедливое мнение, что красота женская есть, так сказать, принадлежность рода Потоцких».

Исторической достоверности предания отказывался верить и польский писатель Эдмонд Хоецкий, утверждавший, что никогда ни одна Потоцкая не была похищена в ханский гарем.

Несмотря на основательность подобных сомнений, Пушкин художественно принял и романтически развил крымскую легенду о княжне Потоцкой.

Создатель «Крымских сонетов» был захвачен и тронут пушкинской поэзией, которая оплакала горестную судьбу польской пленницы Марии, погубленной неволей и ханской страстью. Подобно Пушкину, поверившему народному преданию, Адам Мицкевич в одном из «Объяснений» к своим сонетам говорил, что «на основе народного предания о бахчисарайской могиле русский поэт Александр Пушкин с присущим ему талантом написал поэму «Бахчисарайский фонтан».

Не только этим примечанием, но и характером поэтического восприятия бахчисарайской старины «Крымские сонеты» творчески соприкасались с поэмой «Бахчисарайский фонтан». Сонет Мицкевича «Бахчисарай» своим философским и очень предметным созерцанием следов неумолимой власти времени, обращающего некогда грозное, могучее, молодое в тлен, запустенье и печаль, был внутренне близок художественному видению и настроению автора поэмы «Бахчисарайский фонтан».

Также вслед Пушкину Адам Мицкевич в сонете «Гробница Потоцкой» создает образ, близкий созданному русским поэтом образу несчастной пленницы, дочери Польши, угасшей на чужбине. Лирический герой сонета, поэт-изгнанник, предвидит, что в разлуке с родиной и он «здесь … кончит дни в забвенье». Яркая художественность сонета, его романтические метафоры, эпитеты, сравнения воспринимаются как вдохновенное и оригинальное развитие пушкинских стихов о конце Марии, пушкинских метафор о Марии, позванной из пустыни мира родной улыбкой в небеса, о новом ангеле, озарившем свет.

Образы, выразительные средства Мицкевича таят в себе следы реминисценций. Пушкинский мотив пустыни мира из-за утраты мгновений жизни дорогих обернулся в сонете «Гробница Потоцкой» образом юной розы, которая увяла оттого, что мгновения прошлого промчались мимо нее, как золотокрылые мотыльки, и бросили, как червя, в глубину ее сердца воспоминаний боль. Поэтическая одушевленность и фантазия пушкинских стихов о небесах, позвавших Марию, ангела озарений, оказались как бы воссозданными и продолженными в метафоре Мицкевича о громадной дуге звезд на небе к северу, зажженных над польской стороной огнем очей польки, потушенных могилой и обращенных к родине:

Дугою к северу мильоны звезд взошли.

Кто мог в одну стезю их слить волшебной силой?

Не ты ль огнем очей, потушенных могилой,

На Польшу яркий путь зажгла в ночной дали?

Определенным подтверждением мысли о том, что пушкинская поэма «Бахчисарайский фонтан» была одним из источников, питавших воображение и мастерство создателя «Крымских сонетов», является статья Адама Мицкевича, анонимно опубликованная в апрельском номере журнала «Московский телеграф» в 1827 году. В этой статье, оценивая перевод пушкинской поэмы на польский язык, сделанный Адамом Рогальским и опубликованный в Вильно в 1826 году, А. Мицкевич рассуждал о достоинствах подлинника, как о выдающейся художественной ценности, которой он искренне захвачен, увлечен и потому недоволен слабостью передачи их на польский язык: «Произведение Пушкина – одно из прекраснейших в новой русской литературе… Оно требует от переводчика больше таланта и вдохновения. Сила стиля, богатство выражений, гармония стиха оригинала стиха исчезли в переводе, правда, плавном, но слабом и часто неверном».

Вообще, образ Марии и мотивы, связанные с историей Польши, заметно усиливали интерес польского общества к поэме «Бахчисарайский фонтан». В отличие от других южных поэм А.С. Пушкина это произведение уже при жизни поэта имело три издания в переводе на польский язык: в 1826 в Вильно в переводе Адама Рогальского; в 1828 году в Варшаве в переводе Жабы Наполеона Феликса; в 1834 году в Варшаве в переводе Адольфа Витковского.

«Крымские сонеты» раскрыли русским друзьям во всей полноте поэтический талант Мицкевича. Они прозвучали как новое поэтическое слово в польской литературе. Мицкевич возродил в польской поэзии форму сонета и сумел поднять его на большую высоту. Каждый его сонет – подлинный шедевр, яркий и выразительный по глубине мысли, по четкости ее выражения. Пушкин в известном стихотворении «Сонет»(1830), перечисляя мировых мастеров этой формы, поставил имя Мицкевича рядом с именами Данте, Петрарки, Шекспира, Камоэнса, Вордсворта:

Под сенью гор Тавриды отдаленной

Певец Литвы в размер его стесненный

Свои мечты мгновенно заключал.

Цикл «Крымских сонетов» Мицкевич объединил одной темой - темой родины, поэтического служения ей и дал ему основного героя - патриота, видящего единственную цель жизни в служении своему народу, изгнанника и скитальца, ищущего пути к осуществлению этой цели. Мысль о родине, тоска по ней, раздумья о своей судьбе изгнанника не покидали поэта в течение всего его путешествия по Крыму. На крымскую землю Мицкевич вступил, мучимый чувством одиночества, пережитыми разочарованиями, сознанием своей скованности, невозможности осуществления волновавших его высоких стремлений. Не случайно Пушкин в «Путешествии Онегина» писал, вспоминая своего польского друга и подчеркивая то, что патриотический мотив – основной мотив «Крымских сонетов»:

Там пел Мицкевич вдохновенный
И, посреди прибрежных скал,
Свою Литву воспоминал...

Стоит отметить, что в первоначальных вариантах последняя строка гласила: «Стихи бессмертные слагал» и «Свои сонеты он слагал». Но Пушкин изменил обе редакции и написал: «Свою Литву воспоминал», посчитав этот стих лучшим не только потому, что он более конкретен в сравнении с двумя – безлико привычными. Избранный и окончательный вариант был решительно лучшим потому, что он, как уже нами сказано, отражал главную общую патриотическую идею, объединявшую сонеты.

В «Крымских сонетах» мы находим не только восточный колорит в описании природы, но и «восточную мудрость». Восточные мотивы давно были известны европейской литературе, приобрели особый смысл у романтиков. На этом фоне рушились трагические судьбы романтических героев Байрона. Многие поэты искали нравственные и философские идеалы на Востоке. А.С. Пушкин в «Кавказском пленнике» и «Подражаниях Корану», стремился воплотить чувства европейца, упоенного Востоком, его раздумья над судьбами одряхлевшей европейской цивилизации. Во многом близок к этой позиции и Мицкевич. Но он стремился усилить восточный колорит, подражая стилистике арабской поэзии, «притворяясь правоверным мусульманином», как об этом сказал В.Г. Белинский. «Крымские сонеты» неповторимо оригинальны.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Научно-исследовательская работа по русскому языку «Источник пополнения словарного запаса русского языка»

    Научно-исследовательская работа
    «Перед вами громада - русский язык», - сказал однажды великий писательН.В.Гоголь. Нельзя не согласиться с этими словами. Действительно, русский языкнастолько грандиозен, что ни один человек не может изучить его в совершенстве,постичь все его тайны.
  2. Научно-исследовательская работа Ученицы 11 Акласса средней общеобразовательной школы №3 г. Полярные Зори

    Научно-исследовательская работа
    Роковая женщина в жизни и литературе – это та, привязанность к которой гибельна для мужчины, которая приносит несчастья, бедствия. Часто энергия её неукротима, поступки безрассудны.
  3. Научно-исследовательская работа студентов (3)

    Научно-исследовательская работа
    Иероним Босх, кто он? Что могут дать нам плоды его творчества? Ведь за 5 веков, разделивших нас, все изменилось! Или нет? Разброд. Реформация. Босх впитал настроение эпохи.
  4. F научно-исследовательская работа

    Научно-исследовательская работа
    В муниципальном общеобразовательном учреждении «Средняя общеобразовательная школа № 1» города Валуйки Белгородской области в 2011 – 2012 учебном году обучается 1102 человека.
  5. Научно-исследовательская работа студентов (нирс) 10. 1 Информационно-аналитический обзор (2)

    Научно-исследовательская работа
    Для принятия коллегиальных решений в БГУ действует Совет по научно-исследовательской работе студентов и аспирантов (НИРСА) БГУ, возглавляемый проректором по научной работе Паньковым В.

Другие похожие документы..