Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
В данной части мы рассмотрим уже достигнутый уровень образования еврейского населения в сравнении со всем и городским населением (по данным переписей...полностью>>
'Документ'
В силу ст.4 закона РФ "О защите прав потребителей" продавец обязан передать потребителю товар надлежащего качества, однако это требование З...полностью>>
'Документ'
Право международной торговли: предмет, особенности. Место в юридической системе: соотношение права международной торговли с международным торговым пр...полностью>>
'Автореферат'
Защита диссертации состоится «16» декабря 2009 г. в 11 часов на заседании Диссертационного совета Д 002.039.01. при Учреждении Российской академии на...полностью>>

Необходимость снижения экологической опасности как императив глобального мироустройства (философский анализ)

Главная > Автореферат
Сохрани ссылку в одной из сетей:

Так процесс формирования экологического сознания демонстрирует ак­тивную роль сознания (в особенности философского) в преобразовании че­ловека, его мировоззрения, оценки своего места и роли во взаимоотношении с окружающей средой и собственной деятельности.

Философско-космологическое осмысление коэволюции русскими косми­стами заключается в попытке построить обобщающую целостную картину мира на основе синтеза знаний об эволюции человека, его взаимодействии с природой, средой обитания. Русский космизм поставил ряд принципиально новых проблем, касаю­щихся единства человека и космоса, морально-этиче­ской ответ­ственности человечества в ходе космической экспансии: 1) совре­менное нанотехнологическое движение, основоположни­ком которого явля­ется Н. Федоров, 2) формирование космического мировидения (К. Циолков­ский), 3) преобразование формальной логики в космическую (вообра­жаемую) логику Единого (Н. Васильев), 4) осмысление религиозной (православной) философии на онтогносео­логической основе (Н. Бердяев), 5) создание био­космической теории этногенеза (Л. Гумилёв), 6) перекодировка космического интеллектуального инструмента­рия на человечески-знаковые словесно-се­мантические поля интеллек­та (В. Нали­мов), 7) переход человечества на авто­трофный цивилизационный и культу­рологический уровень (В. Вернадский). Самое главное - русские мыслители сформулировали стратегическую цель будущего человечества - овладение автотрофными механизмами при­родной и социальной действительности28.

Итак, специфика русской космической школы подчеркивается в: то­тальном рассмотрении всех форм человеческой жизнедея­тельности через призму космологических ориентиров; органическом совмещении онтологи­ческих и гносеологиче­ских пред­ставлений с учетом иерархического харак­тера земных и космических наблю­дателей; софийной духовности (положи­тельно-нравственное начало), высту­пающей системообразующим фактором космологической то­тальности; автотрофности (как антиэнтропийном самоор­ганизующем на­чале), выступающей в качестве эволюционного механизма приобще­ния человека к Космосу29. Тем самым космизм претендует на глобаль­ный мировоззренческий подход, не претендуя на «покорение» при­роды, что объясняется преоблада­нием сущностно философского подхода в его взаимосвязи с обобщающим системным знанием.

Таким образом, в истории философского осмысления проблемы взаимо­отношения чело­века и природы четко прослеживаются две основные линии:

1) линия антропоцентризма – а) античный рационализм (образование космоса и происхождение естественных процессов объясняется рациональ­ными причинами; космос – модель мира с формами и духовными структу­рами, свойственными полису); б) теоцентризм Средневековья (он сменил ан­тропоцентризм, ограничил роль человека в мироздании, но абсолютизиро­вал роль Бога как демиурга и конструктора мира); в) эмпиризм и рациона­лизм Нового времени (идеи самоценности разума, осознание важности це­ленаправленного экспериментально-опытного изучения мира); г) немецкая классическая философия (рациональное господство человека над при­родой и обществом); д) технократические концепции ХХ века;

2) экологическая линия – а) мифология (в синкретическом виде); б) ран­няя натурфилософия (милетская школа, Гераклит) и пифагорейцы (идеи космоцентризма как закона миропорядка и гармонии человека с природой; общество – полис строится по образцу космоса); в) восточная культура (ее универсальность, компилятивность, гибкость взаимопонимания человеком природы, единства и гармонии с ней); г) космологизм Возрождения (совер­шенствование сознания и достижение гармонии с природой в духе античных традиций); д) «эколого-эстетическая» диалектика Шеллинга и Вико (цело­стное понимание природы, утверждение единства и гармонии человека с ок­ружающим его миром и самим собой); е) русский космизм (софийная духов­ность и автотрофность как системообразующие факторы и эволюционные механизмы приобще­ния человека к Космосу);

История формирования экологического сознания на разных этапах раз­вития человеческой цивилизации показала, что оно является как бы духовным мостом, переброшенным через пропасть развития человеческого общества из прошлого в будущее. Происходит трансформация экологического созна­ния – сближение интересов и потребностей индивидуальных и коллективных субъектов. Мотивы и побуди­тельная сила для этой интеграции – еди­ная цель: выживание человечества перед угрозой экологического кризиса.

Новая третья линия - коэволюционный подход – появилась как коллек­тивный научный «продукт», результат революционного экологического ми­ровидения (отдельными учеными, научными коллективами, научными шко­лами) и международного сотрудничества в решении проблемы взаимоотно­шения человека и природы в условиях глобального экологического кризиса, когда построение системы снижения экологической опасности стало реаль­ной необ­ходимостью. Основополагающие идеи – идеи о биосфере, посте­пенном пе­реходе ее в ноосферу как этапы единого целого мирового процесса развития мироздания с общими законами. Постепенно формируется общее планетар­ное экологическое сознание, носителем которого станет человече­ство как всеобщий познающий и деятельностный «эко-социо-геополитиче­ский» субъ­ект.

Третий параграф «Активная при­рода субъекта экологической дея­тельности – носителя экологического сознания» раскрывает особенности субъектного аспекта снижения экологической опасности, в которой познаю­щему экологическому субъекту принадлежит основополагающая роль. Ведь субъект явля­ется носителем экологического сознания, познания и самой эко­логической деятельности как специфически определенной предметно-прак­тической дея­тельности. Экологический субъект тесно взаимодействует с эко­логическим объек­том, т.е. окружающей средой (природой и всей средой оби­тания во всем ее бесконечном многообразии), представляющей собой усло­вия существования для субъекта и в его лице для всего человечества. Эколо­гический субъект и экологический объект друг без друга не суще­ствуют. Взаимодействие субъекта и объекта взаимообусловлено целостно­стью самой системы их взаимосвязи посредством экологической деятельно­сти.

Экологический субъект имеет двойственную природу. С одной стороны, он является частью окружающей среды, ее элементом – как природный орга­низм, получающий от природы все компоненты, необходимые для физико-химико-биологического существования и обмена веществ с окружающей средой – воздух, воду, солнечную энергию, продукты флоры и фауны и др. В этой роли «потребителя» экологический субъект «сливается» со своей есте­ственной природной средой обитания. С другой стороны, экологический субъект – это социальное существо, производящее материальные блага, ко­торые он получает при экономическом, техническом, производственном взаимодействии с окружающей средой. В этой своей роли производителя и творца экологический субъект «поднимается» над природной средой обита­ния, преобразует ее, управляет ею и создает «вторую природу», искусствен­ную среду обитания как материальный или идеальный результат производст­венной, культурной, познавательной деятельности человека.

В своей деятельности экологический субъект проявляет активность, так как заинтересован в своем существовании, в соблюдении гармонии с ок­ружающей средой во взаимодействии с ней. Ведь от результатов этого взаи­модействия зависит жизнь самого субъекта и сохранение необходимых для его функционирования и жизнедеятельности условий. В своей активной эко­логической деятельности субъект преобразует тот или иной фраг­мент объек­тивной реальности в целях его и своей экологи­ческой безопасности, поэтому экологический объект дается субъекту в фор­мах его деятельности. Но субъ­ект преобразует и себя.

Но не нужно забывать, что и объект обладает активностью. Тем бо­лее это касается природы как органической системы: она не пассивна, она ак­тивна. Ее взаимодействие со средой, воспроизведение себя за счет среды – процесс не чисто реактивный (воздействие среды на систему – адекватная реакция), а именно активный: взять из среды то, что нужно именно данной системе, только нужное и ничего «лишнего». «Лишнее» – это уже возму­щающее воз­действие на систему. Такое воздействие случается, оно даже не­избежно. Природа реагирует на любые действия экологического субъекта – конструктивные или разрушительные. Как живая система, она способна от­верг­нуть их начисто, частично или, по меньшей мере, нейтрали­зовать. Но если в случае конструктивных действий субъекта мы наблюдаем гармонию чело­века с природой как субъекта с объектом, то противоположный тип дей­ствий субъекта может дать эффект в форме экологического кризиса или даже эко­логической катастрофы. Объект среагирует тоже двояко: в первом случае он «впишется» в конструктивный проект субъекта, а во втором – «сработает на разрыв» гармонии чисто механически, точнее, органически, как система по отношению к «инородному телу», «врагу», т.е. «не умному», «ограничен­ному» в экологическом плане субъекту.

Различают индивидуальный и коллективный (групповой) субъекты. Ин­дивидуальный экологический субъект – это индивидуум, онтологи­ческий экологический субъект, отдельный ученый, специалист, исследова­тель с его природно-социумными (в том числе экологическими) характери­стиками, ак­тивность которого направлена на экологический объект. Коллективный (групповой) экологический субъект – это совокупность входящих в него ин­дивидуальных субъектов (без них он не существует), об­ладает теми же функ­циями, только более масштабного и общественного ха­рактера, т.е. является носителем «определенных норм деятельности, позна­ния и коллективного сознания, «коллективных представлений», как система взаимоотношений входящих в него индивидов, … существует в пространстве и времени и предполагает отношения с другими коллективными субъек­тами».30 Коллектив­ным экологическим субъектом можно считать научный коллектив, сообщество, социальную группу, нацию, общество в целом. Мы считаем, что во взаимодействии индивидуального и коллективного экологических субъек­тов образуется нечто «третье» - человечество, обладающее экологиче­ским сознанием как новым типом общественного сознания. Человечество становится новым типом эколо­гического субъекта для решения глобальных проблем современности и эко­логического кризиса в первую очередь. Но та­кая трансформация экологического сознания обеспечивается сбли­жением ин­тересов и потребностей индивидуальных и коллективных субъек­тов. Мотивы и побуди­тельная сила для этой интеграции – еди­ная цель: выжи­вание челове­чества перед угрозой экологического кризиса.

В четвертом параграфе «Индивидуальный субъект как наблюда­тель, активатор, проектировщик. Рациональное и иррациональное субъ­екта» даются характеристики познающего экологического субъекта. Дис­сертант приводит точку зрения В.С. Степина, отмечающего набор признаков по­знающего субъекта постнеклассической науки. Он должен не только: иметь профессиональные знания; усвоить этос науки (установку на поиск ис­тины и установку на рост ис­тинного знания); не только ориентироваться на неклассические идеалы и нормативы объяснения и описания, обоснования и доказательности знания (относитель­ность объекта к средствам и операциям деятельности); но и осуществлять рефлексию над ценностными основаниями научной деятельности, выраженными в научном этосе. Такой набор призна­ков познающего субъекта постнеклассической науки можно считать «гносео­логическим паспортом – кодексом» экологического субъекта.

Во взаимоотношении субъектов про­является рациональное и иррацио­нальное в каждом субъекте, что делает эти взаи­моотношения условием появ­ления многообразия теоретических интерпрета­ций, решений, проектов. В ус­ловиях постнеклассической науки изменился подход к познаю­щему субъ­екту. Как отмечает Л.А. Микешина31, субъект предстает «человеком – мыс­лящим, познающим, действу­ющим, чувствующим – в целостности всех его ипостасей и проявлений». Экологический субъект в своей экологической деятельности в процессе восприятия информации, при сравнении и выборе проектов, приня­тии решений, интерпретации текстов, в процессе формиро­вания научного знания очень часто использует иррациональные механизмы (интуицию, сте­ретотипы, эмоции и др.), не подверженные механизму рассу­ждения. И эти иррациональные моменты научного поиска часто выполняют важную эври­стическую роль. У. Матурана обратил внимание на то, что при познании мен­тальная модель субъекта важнее информационной, поступаю­щей от органов чувств.32 Это происходит потому, что само творчество зави­сит от ментально­сти субъекта и обусловлено этой «живой» рационально­стью, в ко­торой проявляются как логические, так и дологические и антропо­логические особенно­сти познающего субъекта как гносео-онтического, на­званные С.И. Масаловой гибкой рациональностью,33 которую можно считать «когнитив­ным паспортом» любого познающего субъекта, в том числе эколо­гического субъекта. Заметим, что гибкая рациональность проявляется именно в процессе на­учного поиска, когда еще не найдены логические эквиваленты мысли, когда интуиция еще «блуждает» (Е.Н. Князева, С.П. Курдюмов34) в лабиринтах сознания. Как отмечает Т.Г. Лешкевич, «в процессе новых от­крытий рацио­нального меньше, чем интуитивного и внерационального. Глу­бинные слои человеческого Я не ощущают себя полностью подчиненными разуму, в кло­кочущей стихии бессознательного слиты вожделения, ин­стинкты, аф­фекты».35 Но при выходе из состояния «блуждания» субъект обре­тает себя уже в результатах своего научного поиска – формах более строгой (точной) «жест­кой» рациональности, т.е. в вербально оформленных гипотезах, теориях, схемах, сценариях, моделях и т.п., стремясь к максималь­но достижимой оп­ределенности, точности, доказательности, объективной ис­тинности рацио­нального знания.

Когнитивные характеристики индивидуального экологического субъекта влияли на выполняемую им роль и результаты его экологи­ческой деятельно­сти. Познающий субъект выполняет активную направляющую познаватель­ную, организационную, конструктивную функцию, оставаясь при этом са­мим собой. «Постнеклассический этап рациональности характеризуется со­отнесенностью знания не только с активностью субъекта и со средствами по­знания, но и с «ценностно-целевыми структурами деятельности». Человек входит в картину мира не просто как активный ее участник, а как системо­образу­ющий фактор. В контексте новой парадигмы субъект есть одно­вре­менно и наблюдатель, и активатор»36. Ю.А. Жданов указал еще на одну ипо­стась экологического субъекта в лице В.И. Вернадского – быть новатором мысли. Как отмечает, «он настолько обогнал свое время, что лишь сейчас мы догадываемся о значении ученого для настоящего и будущего. Он дал нам биосферное и космическое мышление уже не в терминах мистицизма и на­турфилософии, а на базе строгой и точной науки».37

Кроме роли наблюдателя, активатора, эрудита, познающий субъект в экологической деятельности может выполнять роль «планировщика» – на­ходить смыслы и связи определенной идеи с проявлениями соответствующей установки, определять готов­ность человека к определенному поведению, со­ответствующему критериям коэволюции и гармонического взаимодействия с природой. В этой ситуации возникает необходимость в обеспечении адап­тивности в природе, управлении интеллектуальными систе­мами по выпол­нению задач, моделировании своего поведения. И экологический субъект вынужден так поступать, потому что на «Вызовы» природы нужно давать - проектировать и осуществлять – «Ответы». Но и в этой роли познающий субъект выступает целостно как «гносео-онтический субъект» (С.И. Маса­лова38), т.е. в совокупности своих рацио­нально-иррациональных характери­стик. Эколог-планировщик выносит раз­витие сознания на принципиально новый уровень, так как устанавливает проявления новых информационных связей между элементами прежнего уровня сознания и в то же время прово­дит исследования переживаний, пове­дения, психологического состояния, интересов и мотивов в единстве в усло­виях выживания общества на основе коэволюции человека и природы как двух феноменов объективного мира. Так, Н.Н. Моисеев рассмотрел множественность интересов субъектов в усло­виях организационной и социальной иерархии и неизбежной неполной ин­формированности субъектов. Ученый использовал теоретико-игро­вые кон­струкции, благодаря которым предложил подход к численному ана­лизу и синтезу сложных иерархических систем управления и построил информаци­онную теорию этих систем, в ос­нове которой лежит модель, описывающая нетождественность целей системы и отдельных ее элементов, принятие ре­шений каждым из них в условиях неполной информированности. Так скры­тое ир­рациональное, проявленное субъектом во множественности интересов, по­лучило рациональное информационно-математическое оформление – интер­претацию в теории, что стало своего рода вехой в развитии экологического сознания.

Итак, анализ роли экологического субъекта как наблюдателя, актива­тора, эрудита, новатора мысли, планировщика и т.п. подтверждает вывод психологов, что «субъект и есть та инстанция, на кото­рой непосредственно разворачивается акт развития деятельности».39

В пятом параграфе «Коллективный субъект интеграции экологиче­ского созна­ния и деятельности. Экологические организации и движения» разверты­вается представление о природе коллективного экологического субъекта, его деятельности, структуре, функциях и роли, которые имеют свою специфику, отличную от индивиду­ального субъекта, накладывающую отпечаток на статус в обществе.

Коллективный субъект – более сложная по сравнению с индивидуаль­ным субъектом система по структуре и управлению. В коллективном субъ­екте связаны воедино и выражае­мые посредством деятельности информаци­онные каналы, цели и функции организации, идеология (корпоративная, управленческая и общественная), интересы и поведение, формальные и не­формальные отношения работников между собой и с представителями внешнего окружения; уровень организа­ционного и индивидуального разви­тия и культуры, информированность, ме­тоды работы с информацией, ме­тоды научного исследования и др. Конечно, весомым элементом структуры и деятельности коллективного субъекта является научный результат. Но он – «подвижная структура». Система управления структурами коллективного экологического субъекта как системой является формой реального воплоще­ния сложившихся в ней связей и отно­шений в соответствии с условиями, принципами построения, функциониро­вания и преобразования этой системы.

Особенности деятельности коллективного субъекта таковы. С одной стороны, он выполняет свою экологическую деятельность в более сложных условиях по сравнению с индивидуальным субъектом, так как необходимо выра­ботать общие «правила игры», взаимопри­емлемые для существования и функционирования для всех членов объедине­ния, сообщества. С другой сто­роны, общие связи, усилия облегчают работу коллективного субъекта, так как происходит общественное разделение научного труда, появля­ется возмож­ность благоприятного финансирования научных исследований со стороны государства, осуществляется помощь со стороны заинтересованных органи­заций и др. С третьей стороны, появляется конкуренция, выраженная иногда в недобросове­стной рекламе, манипулировании сознанием общественности посредством СМИ и т.п. Все это заставляет коллектив заботиться и о собст­венной безопасности (информационной, организационной, научной и иной), сохранении собствен­ного имиджа на «рынке» научных идей, особенно эко­логических. Тем не менее, общая цель сближает людей, заставляет их выра­батывать нормы поведения, регулировать отношения во избежание кон­фликтов и в на­правлении усилий в одно русло. Это обусловлено и наличием нравственных и правовых регулятивов.

История развития коллективных экологических исследований показы­вает эффективность конструктивного подхода в решении экологических про­блем, вырабатываемого коллегиально. Конструируется не только общая ра­бота, но и деятельность каждого субъекта научного сообщества, раскрыва­ются иные его ипостаси. Научная школа как «коллектив­ный исследователь» формиру­ется не сразу, но длительно во времени и не по приказу, а кропотли­вым трудом науч­ного лидера – поисковика научных талантов, «фильтрую­щего» молодежь. Лидер научной школы выступает как индивидуальный субъект в рамках кол­лектива и наблюдателем, и активатором, и эрудитом, и новатором мысли, и «планировщиком», и воспитателем, т.е. профессиона­лом высочайшего класса, который сам стал «научным продуктом», результа­том своей материн­ской научной школы, выпестовавшей его.

История становления научной коллективной мысли, генезис идей и их эволюции показали действенность взаимодействия всех направлений форми­рования структуры научного экологического сообщества – организацион­ного, гносеологиче­ского, логического, методологического, аксиологического. Они складывались почти одновременно в античной культуре и определили сущность, струк­туру и философские основы науки как формы познания.

Первые научные школы в истории науки – философские школы, которые сложились в античной Греции (милетская, эгейская, пифагорейская, школа атомистов, школы Сократа, Платона, Аристотеля и др.) мы можем смело на­звать и первыми «экологическими» коллективами как родоначальниками коллективного экологического субъекта. Собственно экологические коллек­тивные исследования, их рождение, развитие и достаточно зрелые научные формы изучения экологических про­блем в рамках научного сообщества воз­никают лишь в 19 в. Этому способст­вовал ряд научных открытий содержа­тельного характера, сделанных уче­ными как индивидуальными субъектами - Ю. Либихом, Ч. Дарвиным, Ч. Элтоном, Э. Геккелем, В.В. Докучаевым и др. В XX в. В.И. Вернадский создал учение о «биосфере» и уче­ние о «ноо­сфере» (идея планетарной цивилизации). Это было начало новой эры в не­обходимости разра­боток новых взаимоотношений человека и природы, сво­его рода «ноосфер­ный поворот» в общественном сознании.

Кроме содержательного развития научных знаний («мозга» коллектив­ного субъекта) формировалось и «тело» его – непосредственно коллективные сообщества экологов: первые экологические общества на Западе в Европе (Вели­кобритания) и США в начале ХХ в. (1913-16 гг.), в 1968 г. был создан Римский клуб по инициативе А. Печчеи; начинается выпуск первых специа­лизированных экологических журна­лов. Появляются научные результаты – научные труды, пробуждается интерес к специальному изучению экологии человека, разрабатываются схемы по­строения формализованных моделей и количественных оценок взаим­ного влияния экологических, демографи­ческих и экономических характери­стик и др. Кроме чисто научной «начинки» (на­учных кадров, ученых), коллективный экологический субъект получил зна­чительную политическую «стать»: государства, политические и общест­вен­ные движения, заинтересованные в сохранении стабильности системы «об­щество – природа», активно включились в экологическое движение как спо­соб решения проблем экологического кризиса. Стремление к снижению эко­логической опасности стало велением времени, политическим императивом. Началось активное международное сотрудничество коллективных экологи­ческих субъектов, разросшихся до «эко-социо-геополитических» субъектов.

Международное сотрудничество в ре­шении глобальных проблем имеет определенные условия, предпосылки (естественные, научные, социально-экономические и др.) и осуществляется в определенных фор­мах: 1) меж­дуна­родные правительственные союзы и организации (МПО); 2) меж­дународные не­правительственные объединения (МНПО); 3) региональные формы между­народного сотрудничества. К сожалению, международное сотрудни­чество проходит в острой борьбе. Обнаружились две позиции сторон – а) конструк­тивная, учитывающая интересы всего человечества, и б) деструктивная, учитываю­щая интересы лишь некоторых (развитых) стран и политических сил. Задача построения системы снижения экологической опасности – до­биться от мирового сообщества признания конструктивных направлений раз­вития всей цивилизации.

Итак, совокупность действий по формированию «тела» и «мозга» кол­лективного экологического субъекта привело к положительному результату: человечество на всех уровнях (межнациональном, межправительственном, национальном, региональном, городском, муниципальном, индивидуально-личностном и групповом, научном и бытовом) постепенно обретает власть над собственными страхами в противостоянии с природой, приучает себя к мысли о необходимости консолидации сил и выработки коллективных пла­нов и осуществления немедленных действий по сохранению стабильности во взаимоотношениях общества и природы, в достижении компромиссов между противостоящими политическими силами, соблюдении толерантности, тер­пимости, необходимости принятия решений с учетом мнения и националь­ных интересов сторон, и т.д. Через многообразные государственные и обще­ственные организации формируется экологическое сознание уже не отдель­ного коллективного субъекта, а более глобального – человечества.

    1. Глава третья «Философско-методологические основы формирова­ния системы снижения экологической опасности» состоит из четырех па­раграфов, в которых раскрываются подходы, парадигмы, система философ­ских принципов экологической безопасности, закладывающих ее методоло­гический фундамент.

    2. В первом параграфе «Подходы к становлению экофилософской мето­дологии» анализируются основные научные подходы, приемлемые в целях формирования методологии снижения экологической опасности – дея­тельностный, праксиологический, системный, междисциплинарный, ноо­сферный. Плюрализм методологических подходов с приоритетом соблюде­ния снижения экологической опасности в решении экологического кризиса на благо человечества позволяет разнообразить аспекты видения проблемы, а также выбора путей, методов и способов практической их реализации.

Деятельностный подход как наиболее основательный в теоретическом плане и проверенный опытным путем играет ведущую роль в раскры­тии творческого потенциала экологического субъекта, обладая поистине неис­черпаемыми возможностями и результативностью в достижении цели. Со­держанием экологической деятельности является целесообраз­ное и творче­ское освоение и преобразование среды обитания. Автор осуществляет кате­горизацию экологической деятельности в по­знавательных разрезах, опреде­ляя ее структуру – субъекты, объекты, знаки и символы, связи и взаимоот­ношения (между субъектами и объектами, между субъ­ектами). Экологиче­ский субъект в процессе преобразования внешнего мира де­лает себя дея­тельным субъек­том, а осваиваемые им явления приро­ды – объектом своей деятельности. Одновременно субъект преобразует себя, с одной стороны – противопоставляя себя объекту, с другой стороны – сливаясь с ним. Эколо­гическая деятельность есть единство опредмечивания и рас­пред­мечивания как непрерывный пере­ход из формы действующей способности человека в форму предметного во­площения и обратно. Деятельностный подход как ис­следовательская экологическая про­грамма предполагает выбор содержатель­ного теоретического экологического ядра, идеала исследования. В качестве такового история науки имеет два идеала в аспекте взаимоотношения чело­века и природы: исторически первым был космоцентризм, его сменил ан­тропоцентризм. В настоящее время есть возможность третьего понимания деятельности – в контексте идеала коэво­люции, т.е. взаимодействия и взаи­мообусловленности ее естественных и ис­кусственных компонентов, нового понимания проектности в культуре.

Праксио­логический подход обусловлен появлением экологической прак­сио­логии, способной исследовать не только особенно­сти структуры экологи­ческой деятельности, но и разрабатывать практические рекомендации по по­вышению эффективности экологической деятельности, в том числе и науч­ной. В качестве важнейших средств повышения эффективности трудовой деятельности экологического характера можно считать планирование дея­тельности, распределение имеющихся материальных и человеческих ресур­сов, организационное обеспечение и систематическое руко­водство процес­сами реализации плановых, рубежный и итоговый контроль за результатами выполнения приня­тых планов, их корректировку, перераспределение средств по итогам кон­троля.

В формировании системы снижения экологической опасности большую роль играет системный подход, пришедший на смену локальному подходу к экологической проблеме. Акаде­мик В. И. Вернадский признан основополож­ни­ком изучения окружающей среды как единой системы. Системный подход служит конструктивным принципом, максималь­но широким и гибким осно­ванием, методологиче­ским инструментом, аналитическим и синтетиче­ским средством организации общественно-на­учного познавательного содержа­ния сис­темы глобального снижения экологической опасности. Система сни­жения экологической опасности рассматривается с двух сто­рон: 1) как гипо­тетический объект: ученые выявляют вероятност­ный ха­рактер поведения ее составляющих – человека и среды обитания; 2) как реальный объект: она должна обладать реальными свойствами, ка­чествами, параметрами, которые должны быть жесткими, незыблемыми, ста­бильными и обеспечивать сниже­ние не только «внешней» экологической опасности, но и самое систему снижения экологической опасности, т.е. «внутреннюю» безопасность. Итак, системный подход может обеспечить магистральный путь форми­рования экологического сознания, алгоритмов экологической деятельности и по­строения глобальной системы снижения экологической опасности, двигаясь по кото­рому, можно реализовать идеалы единства научного знания, которое станет гно­сеологическим ядром формирования единства человечества и его эколо­гического сознания.

Междисциплинарный подход к решению проблемы формирования сис­темы снижения экологической опасности порожден методоло­гией современ­ной науки постнеклассического этапа ее развития и соответствует гносеоло­гическому биному «объект познания предмет ис­следова­ния» – положе­нию, выдвинутому Б. М. Кедровым: «один предмет изучается сразу многими науками, и одна наука изучает сразу различные предме­ты». Становлению междисциплинарного подхода в большей степени способ­ствует гибкое един­ство дифференциации и интеграции, определяющее временное доминиро­ва­ние одного из этих процессов в различных ус­ловиях или на конкретных ста­диях функциониро­вания познания. Интеграция стала наиболее значима при решении проблемы экологического кризиса, необходимости выработки но­вой системы – глобальной системы снижения экологической опасности как магистрального пути управления взаимодействием человечества с планетар­ными естественными процессами. При этом важные интегрирующие функ­ции выполняют филосо­фия, а также такие научные дисциплины, как матема­тика, логика, киберне­тика, вооружающие науку системой единых методов.

Ноосферный подход в системе снижения экологической опасности при­зван обеспечивать адаптивность в природе. Как способ безопасного и точ­ного эко­логического познания, он играет роль навигатора, экологического «штурмана» в деятельности экологического субъекта – он «наво­дит» содер­жание экологической деятельности на соответствие с целями построения системы снижения экологической опасности. В роли «маяка» ноосферный подход «высвечи­вает» новые рубежи и ориентации формирования методоло­гии экологиче­ского познания, адекватной новым задачам снижения экологи­ческой опасности, с учетом согласования человеческой де­ятельности и при­родных ритмов, кри­териев коэволюции и гармонического взаимодействия с природой. Кроме того, ноосферный подход раскрывает еще раз роль эколо­гиче­ского субъекта как «планировщика» в управлении интеллектуальными эко­логическими и иными системами на пути превра­щения биосферы в ноо­сферу. Для большей наглядности перехода к ноосфере как весьма сложного и грандиозного по своим масштабам социально-экологического феномена Э.В. Ги­русов и Г.В. Платонов позволили себе прибегнуть к небольшой аллегории семейно-бытового характера, но выражающей логику ноосферно-эпистемического процесса: «Представим себе семью, в которой растет своенравная и даже зловредная в подростковом возрасте внучка (техно­сфера). По мере своего взросления под добрым влиянием бабушки (био­сферы) и родителей (антропосферы, человечества) девушка постепенно смяг­чается, гуманизируется, становясь для старших членов семьи верным и за­ботливым другом и помощницей. Так из ранее перманентно конфликтного семейства (социосферы) постепенно формируется дружная и счастливая се­мья (ноосфера)»40.

В совокупности перечисленные функции и роли (навигатора, экологи­ческого «штурмана», «маяка», «планировщика») ноосферного подхода в комплексном сочетании с другими подходами активизируют и разворачи­вают деятельность экологического субъекта в соответствии с целями и зада­чами действительно планетарного экологического сознания и его безо­пасно­сти.

Во втором параграфе «Парадигмы экологического сознания» развер­ты­вается представление о парадигмальности проблемы снижения экологиче­ской опасности. Экологические парадигмы – различные варианты поиска опти­маль­ных форм организации процессов взаимодействия общества и при­роды, осо­бенно во времена экологических кризисов. При изучении эволюции экологического сознания и формирования сис­темы снижения экологической опасности появляется возможность понять и объяснить раз­витие, смену и взаимодействие экологических парадигм; объяснить возможности нового по­нимания в третьей четверти ХХ в. ар­хитектоники на­уки – плюралистичной, многоуров­невой, междисциплинар­ной, исхо­дящей из посылки принципиаль­ной вариабельности бытия. Задача парадигмального подходараскрыть за­кономерный харак­тер не­линейного процесса возникновения, сосуществова­ния и конкуренции раз­личных экологических парадигм в стабильные и не­стабильные пе­риоды раз­вития социума и при­роды. Большинство ученых до­пус­кают сосуществование различных парадигмальных установок (полипара­диг­мально­сти) в одних и тех же ус­ловиях снижения экологической опасности при опре­деляю­щей роли одной из парадигм. Остается, правда, при этом не­ясным, ка­кие именно экологические парадигмы следует признать допусти­мыми, а ка­кие – нет. Тем самым на первый план необходимо выдвигается за­дача определения предпочтительных «стандартов» функ­ционирования сис­темы снижения экологической опасности.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Глава 1 устойчивое развитие императив современности

    Реферат
    В преддверии XXI века слово «выживать» («survive») — одно из наиболее употребляемых в национальном и международном лексиконе. Традиционная философская проблема бытия человека становится реальной практической проблемой повседневной
  2. Александр Сергеевич Панарин Глобальное политическое прогнозирование Аннотация Предлагаемый учебник

    Учебник
    Предлагаемый учебник является первым опытом отечественной политологии в области исторической динамики глобального мира, долговременных последствий процесса глобализации.
  3. Альной философии: пространственные структуры, порядок общества, динамика глобальных систем под редакцией профессора В. Б. Устьянцева Саратов 2010

    Документ
    В книге обсуждаются философские и теоретико-методологические аспекты жизненного пространства цивилизаций, пространства города и личности, власти и порядка, а так же динамики глобального социума; анализируется трансформация институциональных
  4. Тамбовского Государственного Университета им. Г. Р. Державина, исследуются актуальные проблемы методологических оснований историко-философской науки, философские традиции отдельных стран и народов, рассматриваются закон

    Закон
    В сборнике материалов Международной научной конференции «Этика и история философии», посвященной 60-летию кафедры философии Тамбовского Государственного Университета им.
  5. П. А. Сорокина Москва Санкт-Петербург Сыктывкар 4-9 февраля 1999 года Под редакцией д э. н., проф., академика раен яковца Ю. В. Москва 2000

    Документ
    Возвращение Питирима Сорокина. Материалы Международного научного симпозиума, посвященного 110-летию со дня рождения Питирима Александровича Сорокина. Под редакцией Ю.

Другие похожие документы..