Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Конкурс'
Оголошення про проведення відкритих торгів Комунальною Установою „Централізована бібліотечна система для дорослих” (видання періодичні на I півріччя ...полностью>>
'Автореферат'
КЛИНИКО-ИНСТРУМЕНТАЛЬНОЕ И МОРФОЛОГИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЯ НЕДОСТАТОЧНОСТИ МОЗГОВОГО КРОВООБРАЩЕНИЯ ПРИ НЕСТЕНОЗИРУЮЩИХ ПОРАЖЕНИЯХ АРТЕРИАЛЬНОЙ СИСТЕМЫ ...полностью>>
'Документ'
1-й ведущий. Всем известно, что наш славянский народ всегда славился гостеприимством. И на пирах бояр стало появ­ляться огромное количество блюд, дох...полностью>>
'Конкурс'
1.1. Муниципальный конкурс предметных методических служб (методических советов, научно-методических советов, кафедр, МО) МОУ проводится департаментом...полностью>>

М. Д. Вина и наказание

Главная > Документ
Сохрани ссылку в одной из сетей:

а) Необходимая оборона

Признание совершения виновным действия, которое по Уголовному кодексу считается преступлением, не всегда является достаточным основани­ем для применения к виновному мер уголовного наказания. Как сказано выше, суд обязан учитывать мотивы совершения действия, при чем в неко­торых случаях мотив действия служит только основанием для повышения или снижения меры наказания, а иногда мотив является обстоятельством, исключающим уголовную ответственность. К числу таких обстоятельств от­носится в первую очередь совершение преступления в состоянии необходи­мой обороны. Уголовным кодексом (ч. 1 ст. 13 УК РСФСР) устанавливается, что меры наказания «не применяются вовсе к лицам, совершившим дейст­вия, предусмотренные уголовными законами, если судом будет признано, что эти действия совершены ими в состоянии необходимой обороны против пося­гательств на Советскую власть либо на личность и права обороняющегося или другого лица, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны».

16

Государство не всегда в состоянии обеспечить каждому гражданину в любом месте и в любое время полную безопасность для его жизни, здоровья, имущества и других принадлежащих ему благ и прав. Было бы нецелесооб­разно поэтому запрещать гражданину самостоятельно охранять принадлежа­щие ему и охраняемые законом права. Подобное запрещение было бы поощ­рением для преступников и стимулировало бы их к совершению преступных деяний. Лицо, подвергающееся противозаконному нападению, имеет право нанести вред нападающему, и за причиненный вред оно не будет нести уго­ловной ответственности.

Необходимая оборона может признаваться правомерной и не влечет за собой уголовной ответственности, если вред был нанесен нападающему чело­веку, если это нападение было неправомерным и направленным против советской власти либо против личности или прав обороняющегося или другого лица, если нападение было наличным, представляло непосредственную угро­зу в момент обороны, т. е. уже началось и еще не закончилось. Не тре­буется, чтобы у лица, подвергшегося нападению, единственным средством избавиться от опасности было нанесение вреда нападающему. Было бы со­вершенно неправильно с воспитательной точки зрения, если бы предъявля­лось подобное требование. Человек, подвергшийся нападению, но обязан искать какой-либо другой выход из положения (например, убегать от напа­дающего): он имеет право сопротивляться, нанося вред преступнику. Не требуется также соответствия между вредом, который угрожал лицу, под­вергшемуся нападению, и тем вредом, который он нанес. Человек, которому преступник хотел выколоть глаза, или женщина, которую покушались изна­силовать, не могут быть подвергнуты наказанию, если они убили того, кто на них нападал.

Лишь в случаях резкого несоответствия между угрожавшей опасностью и причиненным нападавшему вредом можно говорить о наличии общественной опасности и необходимости применить наказание. Однако и здесь в большин­стве случаев мы будем иметь дело не с несоответствием между причиненным вредом и угрожавшим вредом, а с несоответствием между интенсивностью нападения и интенсивностью защиты. Так, если на кого-либо замахнулись ножом, желая его ударить, а он шашкой или топором отрубил кисть руки, то его деяние не может повлечь за собой уголовную ответственность; если же на кого-либо замахнулись линейкой, желая нанести удар, а тот отрубил кисть руки замахнувшегося линейкой, то налицо несоответствие между ин­тенсивностью нападения и интенсивностью защиты, в связи с чем должны быть признаны превышение пределов необходимой обороны и, следовательно, возможность применения наказания, хотя и более мягкого.

Превышение пределов необходимой обороны будет иметь место также в тогда, когда кто-либо защищается до того, как на него напали, или после того, как нападение уже закончилось. Определение этих моментов есть дело факта. Верховный суд РСФСР признал по одному делу, что оправдание об­виняемых необоснованно, поскольку смертельный удар ножом был ими нане­сен нападавшему уже после того как нападавший был сшиблен с ног и у него был отнят нож, т. е. когда он никакой опасности для обвиняемых не представлял и что здесь следует признать наличие преступления, предус-

17

мотренного либо ч. 2 ст. 142 УК РСФСР, либо ст. 139 УК РСФСР1. При определении меры наказания в подобных случаях следует учитывать то повы­шенное состояние психической возбужденности, в котором находится человек, полагающий, что на него нападут, или только что подвергшийся нападению.

б) Крайняя необходимость

Меры наказания не применяются также в случаях крайней необходи­мости, т. е. тогда, когда действия совершены для устранения опасности, ко­торая при данных обстоятельствах была неотвратима другими средствами (ч. 2 ст. 13 УК РСФСР). В этих случаях выдвигается требование, чтобы при­чиненный вред был менее тяжел, чем избегнутый. Когда человеку угрожает опасность и он совершает действия, предотвращающие эту опасность, то, хотя его действия сами по себе и причиняют кому-либо вред, но если этот вред меньше того, который ему угрожал, — его действия но могут быть признаны общественно-опасными и, значит, не должны влечь за собой уголовную от­ветственность.

Для признания крайней необходимости обстоятельством, исключающим общественную опасность деяния, требуется также, в отличие от необходимой обороны, чтобы причинение вреда было при данных обстоятельствах един­ственным средством предотвращения опасности.

Лицо, находящееся в состоянии крайней необходимости, может оберегать как общественный, так и личный (свой или чужой) интерес. Могут быть охраняемы жизнь, здоровье, телесная неприкосновенность, личная свобода, имущество и другие интересы.

Для совершения в состоянии крайней необходимости действия, не вле­кущего за собой применения мер наказания, требуется, чтобы опасность, как
и при необходимой обороне, была налицо, т. е. чтобы имелась непосредственная угроза охраняемому благу. Так, крайняя необходимость имела место,
когда в июле 1940 г. недалеко от станции Икша Ярославской ж. д., около
Москвы, во время происходившей массовки пионеров разразилась буря с
циклоном и вырванными бурей деревьями были ранены три пионера: у од­ного был пролом головы и перелом ключицы, у другого — перелом ключицы
и у третьего — сотрясение мозга. С помощью бывших в лесу колхозников
раненых донесли до опушки леса, где расположилась приехавшая на авто­мобиле компания, проводившая там выходной день. Руководители пионер­лагеря и колхозники попросили дать машину для доставки истекавших кровью
детей в Москву, но владельцы автомобиля отказались предоставить его и
сделали попытку уехать; тогда руководители пионеротряда и колхозники силой захватили машину. Действия лиц, захвативших машину, были совершены в состоянии крайней необходимости и потому не могли повлечь за собой уголовной ответственности.

Исключаются необходимость и возможность применения мер уголовного наказания и в тех случаях, когда лицо что-либо сделало или, наоборот, не сделало под влиянием непреодолимой силы. Если колхозник должен был явиться на лесозаготовки, но не мог прибыть, так как он заболел или пото-

1 Определение Уголовной кассационной коллегии Верховного суда РСФСР («Судебная практика», 1929, № 6, стр. 11). .

18

му, что воздушной бомбардировкой неприятеля был разрушен мост, или по какой-либо другой причине, которая была для него непреодолимой, то его нельзя привлекать за неявку к уголовной ответственности.

Не могут быть применены меры уголовного наказания и тогда, когда человек вследствие сложившейся обстановки не мог выполнить то, чего от него требовал закон. Так, например, врач, получивший вызов на один и тот же день и час в судебное заседание в качестве эксперта и в райвоенкомат в качестве члена врачебной комиссии, не может быть привлечен к уголовной ответственности за то, что он в одно из этих мест не явится.

в) Исполнение приказа

Подчиненный, исполняющий законный приказ своего начальника, не может нести ответственность за преступные последствия, наступившие в связи с исполнением этого приказания. Выполнение должностным лицом распоряжения начальника, отданного последним с преступной целью, не со­держит состава преступления, если должностное лицо не знало и не могло знать о преступных целях отдавшего распоряжение и если самые действия, которые совершены должностным лицом, по своему характеру независимо от приказа не могут считаться общественно-опасными1. Если между подчинен­ным и начальником имелось предварительное соглашение о совершении пре­ступления, то подчиненный является соучастником в этом преступлении и должен отвечать на основе общих положений о соучастии.

Дисциплинарные уставы, действующие в органах связи, на транспорте, устанавливают обязательность исполнения приказа начальника, за исключе­нием явно преступного. В тех случаях, когда подчиненный сознательно вы­полняет явно преступный приказ, юн, таким образом, должен нести уголов­ную ответственность.

г) Иные обстоятельства, исключающие общественную опасность и противоправность деяния

Кроме указанных выше обстоятельств, применение наказания исключается также, если деяние совершено во исполнение требования зако­на (например, вывоз конфискованного имущества, задержание преступника и т. д.), при исполнении профессиональных функций (например, врач, производящий хирургическую операцию), если соблюдаются специальные требования, предъявляемые порядком профессиональной деятель­ности, и если действие не направлено во вред общественным или личным интересам (так, например, будет отвечать хирург, производящий операцию против воли оперируемого, врач-гинеколог, производящий недозволенный аборт). Согласие потерпевшего исключает применение наказания в случаях, когда деяние направлено против благ, которыми лицо может

1 Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда СССР от 6 января 1943 г. по делу Джебратова и Васильевой (Судебная практика Верховного суда СССР, 1943, вып. V, стр 21).
19.

распоряжаться по своему усмотрению (при согласии не может быть кражи, изнасилования), однако убийство с согласия потерпевшего не исключает при­менения мер уголовного наказания.

11. ЗАДАЧИ НАКАЗАНИЯ

Вопрос о целях и задачах наказания в условиях социалистического государства является одним из важнейших вопросов советского уголовного права. Двуединая задача наказания — задача принуждения и задача воспи­тания — нашла свое классическое выражение в работах Ленина и Сталина.

В соответствии со ст. 3 Закона о судоустройстве СССР, союзных и авто­номных республик «советский суд, применяя меры уголовного наказания, не только карает преступников, но также имеет своей целью исправление и перевоспитание преступников».

Воспитательная сторона наказания не может и не должна быть отры­ваема от тех элементов принуждения, которые в нем имеются. Наказание в таком его виде является необходимым орудием в нашем государственном со­циалистическом строительстве.

Репрессия, являясь необходимым вспомогательным элементом в руках социалистического государства, меняет свой характер и свою направленность в различных фазах его развития, как меняются формы и функции самого со­циалистического государства. "Как указывает товарищ Сталин, в первую фазу развития социалистического государства, т. е. в период от Октябрьской рево­люции до ликвидации эксплуататорских классов, «Основная задача... состоя­ла в подавлении сопротивления свергнутых классов, в организации обороны страны от нападения интервентов, в восстановлении промышленности и сель­ского хозяйства, в подготовке условий для ликвидации капиталистических элементов. Сообразно с этим наше государство осуществляло в этот период две основные функции. Первая функция — подавление свергнутых классов внутри страны. Этим наше государство внешним образом напоминало преды­дущие государства, функция которых, состояла в подавлении непокорных, с той, однако, принципиальной разницей, что наше государство подавляло эксплуататорское меньшинство во имя интересов трудящегося большинства, тогда как предыдущие государства подавляли эксплуатируемое большинство во имя интересов эксплуататорского меньшинства»1.

На второй фазе развития социалистического государства «отпала — от­мерла функция военного подавления внутри страны, ибо эксплуатация унич­тожена, эксплуататоров нет больше и подавлять некого. Вместо функции по­давления появилась у государства функция охраны социалистической соб­ственности от воров и расхитителей народного добра. Сохранилась полностью функция военной защиты страны от нападений извне, стало быть, сохрани­лись также Красная Армия, Военно-Морской Флот, равно как карательные органы и разведка, необходимые для вылавливания и наказания шпионов, убийц, вредителей, засылаемых к нашу страну иностранной разведкой. Сoxpa-

1 Сталин, Отчетный доклад на XVIII съезде партии о работе ЦК ВКП(б), 1939, стр. 54—55.

20

ниласъ и получила полное развитие функция, хозяйственно-организаторской и культурно-воспитательной работы государственных органов. Теперь основ­ная задача нашего государства внутри страны состоит в мирной хозяйствен­но-организаторской и культурно-воспитательной работе» 1.

Таким образом в первую фазу нашего развития главную роль играли те формы наказания, в которых основным было подавление свергнутых классов, а во вторую фазу на первом месте стоят воспитательные формы, и стороны наказания. В условиях пашей страны, где уничтожена эксплуатация человека человеком, основной становится задача воспитания, в наказании все большую роль играет его воспитательная сторона. Это, однако, ни в какой мере не оз­начает ослабления бдительности и репрессивной стороны наказания в отно­шении врагов народа и лиц, совершающих наиболее тяжелые преступления.

Выступая на XVIII съезде ВКП(б), тов. Молотов сказал: «Пришло время, когда вперед выдвигаются задачи воспитательного характера, задачи коммуни­стического воспитания трудящихся. Такая оценка роли коммунистического воспитания в данный момент отнюдь не умаляет той нашей обязанности, о которой говорил товарищ Сталин, — нашей обязанности держать народ в со­стоянии мобилизационной готовности на случай всяких неожиданностей».

Перед наказанием в советском уголовном нраве стоит задача, с одной сто­роны, воздействия на неустойчивых членов общества (п. «б» ст. 9 УК РОФСР) — так называемого общего предупреждения, а с другой стороны-— предупреждения новых преступлений лиц, их совершивших, и приспособления их к условиям общежития государства трудящихся (п.п. «а» и «в» ст. 9 УК РСФСР) — так называемое специальное предупреждение. В советском государстве наказание не имеет целью причинение физического страдания или унижение человеческого достоинства.

Индивидуализация наказания является одним из важнейших принципов советского уголовного права. Тов. Вышинский писал: «Нужно требовать от суда строгой индивидуализации наказания, помня, что разница в годах тюрь­мы имеет для каждого трудящегося человека, для каждого осужденного нема­ловажное значение, и не только для осужденного, но и для пролетарского государства, умеющего ценить людей, как самый ценный капитал,

В настоящее время мы более, чем когда бы то ни было, должны требовать, чтобы выносимые нами наказания соответствовали индивидуальному вреду того или другого человека, индивидуально выраженному преступле­нию» 2.

Война не изменила и не могла изменить основные принципы примене­ния наказания и его задачи в советском уголовном праве. Условия войны вызывают, конечно, необходимость некоторых изменений в нашей каратель­ной политике, как, например, усиление репрессии в отношении лиц, нару­шающих дисциплину (трудовую, финансовую и т. д.) и тем самым подры­вающих единство и силу советского народа.

При этом следует учесть, что в военное время при применении мер уголовного наказания особое значение приобретает воздействие не только на

1 Сталин, Отчетный доклад на XVIII съезде партии о работе ЦК ВКП(б), 1939, стр. 55—56.

2 Вышинский, Речь товарища Сталина 4 мая 1935 г. и задачи совет­ской юстиции, стр. 54.

21

виновного, но и на окружающих. Однако морально-политическое единство советского народа в военное время, на которое неоднократно указывал товарищ Сталин, огромная моральная сила нашей армии и нашего флота которая проявилась в период Отечественной войны, служат достаточным основанием для того, чтобы усиление репрессии выражалось лишь в некото­ром повышении наказаний, применяемых за отдельные преступления, без каких-либо, принципиальных изменений в нашей карательной политике.

Применение в военное время наказания в виде лишения свободы на срок 2—3 года, в особенности в отношении лиц, подлежащих призыву в армию, иногда не может быть признано достаточно эффективным наказани­ем. Преступные элементы в условиях военной обстановки могут предпочесть «отсидеться» в тюрьме или в лагере, избегая отправки их на фронт. Поэто­му вместо лишения свободы на 2—3 года значительно целесообразнее напра­вление подобных лиц в действующую армию, в соответствующие штрафные части.

Воспитательная сторожа наказания во время войны не только не поте­ряла своего значения, но в некоторых случаях значительно его усилила, что, в частности, выражается в целиком оправдавшей себя практике приме­нения примечания 2 к ст. 28 УК РСФСР. Отсрочка исполнения приговора и направление осужденных на фронт оказались вполне эффективными. Среди лиц, направленных после осуждения на фронт, очень немногие снова, совер­шили преступление; подавляющее большинство осужденных оправдывает оказанное им доверие. Известно не мало случаев проявления подобными ли­цами геройства и самопожертвования, но мало случаев снятия с осужденных судимости и освобождения от дальнейшего отбытия наказания, а некоторые из них были награждены орденами и медалями.

В отношении лиц, виновных в совершении злодеяний на временно оккупированной фашистами советской территории, кем бы ни были эти лица — военнослужащими или гражданскими лицами фашистских государств или негодяями, предавшими свою советскую родину и совершавшими на времен­но оккупированных фашистами территориях убийства, изнасилования и тому подобные преступления против мирного, ни в чем не повинного населения,— перед советским судом стоит задача сурового наказания за совершенные этими лицами преступления.

Указ Президиума Верховного Совета СССР от 19 апреля 1943 г., уста­навливающий возможность применения смертной казни через повешение и ссылки на каторжные работы, Краснодарский и Харьковский процессы немецко-фашистских злодеев и их пособников показывают путь, по которому должен идти советский суд, сурово карая фашистских бандитов за тягчайшие злодеяния, совершенные на нашей земле.

12. ОБЩИЕ ПРИНЦИПЫ НАЗНАЧЕНИЯ НАКАЗАНИЯ

После того как суд установил наличие вины и у него нет сомнений в том, что подсудимый подлежит наказанию за учиненное им деяние, перед судом возникает следующий, не менее сложный вопрос: «какое именно нака­зание должно быть назначено подсудимому» (п. 5 ст. 320 УПК РСФСР).

Определение наказания — важнейшая часть судебного процесса. Для

22

правильного определения меры наказания требуется прежде всего правильная квалификация совершенного преступления. В статьях Особенной части Уго­ловного кодекса определенные преступления связываются с определенными наказаниями: в зависимости от тяжести преступления, от последствий и опасности его назначается большая или меньшая мера наказания. Непра­вильно квалифицируя преступление, не применяя того закона, который сле­дует применить, или применяя закон, не подлежащий применению (пп. 1 и 2 ст. 416 УПК РСФСР), суд тем самым создает предпосылки для неправиль­ного определения меры наказания. Если недопустима ошибочная квалифика­ция преступлений, которая влечет за собой ошибку в определении размера наказания, то тем более недопустимо, чтобы суд, исходя из субъективно понимаемой необходимости определения более высокого наказания, сознательно неправильно квалифицировал преступление с целью определить более высокое наказание (квалифицируя, например, кражу как грабеж, грабеж — как разбой, убийство — как бандитизм и т. д.).

«Судебная практика свидетельствует о склонности судов к завышенной мере наказания. Поэтому при сравнительно ничтожной отмене приговоров по мягкости наказания процент приговоров, измененных в сторону смягчения наказания, довольно значителен» 1. Определение общей меры наказания за преступления есть право законодателя, и суд не может произвольно квали­фицировать преступления, исходя из правильно или неправильно понимае­мой им задачи усиления меры наказания в данном случае. Во всех случаях, когда «допущенная судом ошибка повлекла за собой постановление иного наказания, нежели то, которое должно было быть определено судом при надлежащем применении закона», приговор подлежит отмене или изменению (ст. 416 УПК РСФСР).

Однако правильная квалификация преступления еще не создает всех необходимых предпосылок для правильного определения меры наказания. Эта было бы возможно лишь в том случае, если бы в нашем законодательстве с каждым преступлением связывалась лишь одна, твердо определенная мера наказания (так называемые абсолютно определенные санкции), т. е. если бы суд имел право, квалифицировав преступление, установить только одну опре­деленную меру наказания. Между тем в действующем советском законода­тельстве, как известно, установлены за большинство преступлений такие наказания, которые дают возможность судебным органам в рамках санкций, предусмотренных законом, определять большую или меньшую меру наказа­ния. Так, например, квалифицировав совершенное преступление по ст. Д09 УК РСФСР, суд имеет право назначить наказание от шести месяцев до де­сяти лет лишения свободы.

Лишь в небольшом числе статей Уголовного кодекса предусмотрены твердо определенные меры наказания (например, п. «б» ст. 581, п. «г» ст. 1937, п. «е» ст. 162 и некоторые другие); эти статьи являются исклю­чением; как общее же правило наказание предусмотрено от известного мини­мума до определенного максимума, и суд в праве определять меру наказания в указанных в законе рамках. Когда в законе установлена абсолютно опреде-

1 Голяков, Некоторые вопросы науки и судебной практики в решениях Пленума Верховного суда СССР («Советская юстиция», 1940, № 5, стр. 8).

23

ленная мера наказания, суд лишен возможности учитывать особенности кон­кретного случая и личность виновного. Такое положение вещей в большинстве случаев является нецелесообразным, и суду даются более или менее широкие рамки для выбора наказания.

«Карая преступника, советский суд назначает наказание, учитывая степень вины преступника и опасности для общества совершенного им пре­ступления... В каждом отдельном случае наказание должно быть целесооб­разным и сочетать карательные и воспитательные стороны как в интересах государства, так и для конкретного виновника преступления» 1.

При определении меры наказания суд должен руководствоваться ука­заниями Общей части Уголовного кодекса, пределами, указанными в той статье его Особенной части, в которой предусматривается данный вид пре­ступления, и своим социалистическим правосознанием. Суд должен при этом учитывать общественную опасность совершенного преступления, обстоятель­ства дела и личность совершившего преступление (ст. 45 УК РСФСР).

Определяя меру наказания, суд должен таким образом учитывать сте­пень и характер опасности преступника и совершенного им преступления, личность преступника, мотивы преступления, а также — насколько самое преступление в данных условиях места и времени является общественно-опасным.

Мера наказания должна назначаться в точном соответствии с уголов­ным законом, а размер наказания должен соответствовать тяжести совершенного преступления. Только такой приговор, который вынесен в соответ­ствии с законом, будет соответствовать социалистическому правосознанию и будет справедлив. Основным вопросом, подлежащим разрешению суда при определении меры наказания, является вопрос об общественной опасности совершенного преступления.

Вынося приговор, суд может назначить наказание, только предусмотренное законом. Суд не имеет права определять наказание, превышающее максимум, установленный соответствующей статьей Уголовного кодекса. Поэтому нельзя по ч. 1 ст. 136 УК РСФСР приговорить кого-либо к расстрелу, нельзя по ст. 139 УК РСФСР назначить наказание в 5 лет лишения свободы, нельзя по ст. 160 УК РСФСР приговорить кого-либо к лишению свободы вообще и т. д. Пределом меры наказания являются санкции, установленные статьями Особенной части за данное преступление. Если в статье указан лишь минимум наказания, а максимальные пределы наказания не установлены, то суд не имеет нрава превышать те максимальные пределы, которые установлены Общей частью Уголовного кодекса (ст. ст. 28 и 30 УК РСФСР). Суд не имеет права применять меры наказания, которые отсутствуют в перечне Уголовного кодекса соответствующей союзной республики, так как этот перечень является исчерпывающим.

В некоторых случаях суд не имеет права назначать максимальную меру наказания. Так, расстрел не может быть применен к беременным женщинам (ст. 22 УК РСФСР);

1 Голяков, Некоторые вопросы науки и практики в решениях Пленума Верховного суда СССР («Советская юстиция», 1940, № 5, стр. 7—8).

24

расстрел не может быть применен также в тех случаях, когда лицо осуж­дается за контрреволюционное преступление и хотя срок давности истек, но суд ее не применил (это не относится к преступлениям, предусмотренным .ст. 5813 УК РСФСР).

В Особенной части Уголовного кодекса по наиболее опасным преступ­лениям установлен предел меры наказания, ниже коего суд не в праве на­значать; по всем же остальным преступлениям определен лишь высший предел наказания, к которому может приговаривать суд (ст. 46 УК РСФСР).

В некоторых случаях суд имеет право назначать наказание ниже низшего предела, установленного законом. Ст. 51 УК РСФСР устанавливает: «В том случае, когда по исключительным обстоятельствам дела суд приходит к убеждению о необхо­димости определить меру социальной защиты ниже низшего предела, ука­занного в соответствующей данному преступлению статье настоящего коде­кса, или перейти к другой, менее тяжелой мере социальной защиты, в этой статье не обозначенной, — он может допустить такое отступление, но не иначе, однако, как точно изложив в приговоре мотивы, вызвавшие это отступление».

Смягчая наказание в соответствии со ст. 51 УК РСФСР, суд должен обязательно мотивировать такое снижение в приговоре.

В соответствии с имеющимися директивными указаниями руководящих судебных органов по некоторым составам преступлений следует лишь в исключительных случаях применять ст. 51 УК РСФСР. Так, эта статья не должна применяться к лицам., совершившим преступления, предусмотренные законом 7 августа 1932 года. Лишь в исключительных случаях можно назначать наказание ниже низшего предела к лицам, совершившим престу­пления, предусмотренные ст.ст. 107 и 162 УК РСФСР.

В тех случаях, когда соответствующей статьей Уголовного кодекса предусматривается то или иное наказание и, помимо того, устанавливается сниженное наказание в пределах, указываемых этой же статьей, при наличии смягчающих обстоятельств, для такого снижения наказания не требуется ссылки на ст. 51 УК РСФСР и на соответствующие статьи УК других союз­ных республик. Так, например, нельзя ссылаться на ст. 51 УК РСФСР при назначении по закону 7 августа 1932 г. наказания в 10 лет лишения свободы.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Наказание как экзистенциальная ситуация

    Документ
    Ключевые слова и выражения: наказание, вина, раскаяние, кара, карательные притязания, возмездие, прощение, единичность, гуманность, помилование, правосудие, судьба, свобода, локализация бытия, уголовная политика.
  2. Наказание и поощрение

    Документ
    Наказание и поощрение – два диаметрально противоположных и одинаково необходимых метода воспитания. Что они из себя представляют? Поощрение – это проявление положительной оценки поведения ребенка.
  3. Курс уголовного права в пяти томах. Том Общая часть: Учение о наказании / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М.: Зерцало, 2002. Курс уголовного права. Том Общая часть "Учение о наказании" >См. Курс уголовного права. Общая часть

    Документ
    Уголовный кодекс РФ 1996 г. впервые в отечественном и зарубежном уголовном законодательстве сформулировал понятие наказания. В ст. 43 сказано: "наказание есть мера государственного принуждения, назначаемого по приговору суда.
  4. 1. 1 Коллаборационизм и дискурс вины

    Реферат
    Калмыки – монголоязычный народ, проживающий с начала XVII в. в границах Российской империи / СССР / Российской Федерации. Его численность варьирует с 200 тыс.
  5. Дифференциация и индивидуализация наказаний, назначаемых военнослужащим российской федерации

    Диссертация
    - УК РСФСР - Уголовный кодекс РСФСР, принят третьей сессией Верховного Совета РСФСР пятого созыва 27 октября 1960 г., введен в действие с 1 января 1961 г.

Другие похожие документы..