Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
1 день. Прибытие в Санкт-Петербург. Встреча группы экскурсоводом. Завтрак в гостинице. Авторская экскурсия Е.И.Путиной «Незабываемый Санкт-Петербург» ...полностью>>
'Документ'
Перша інформаційна революція була пов`язана із виникненням писемності. Писемність створила можливість для накопичення та розповсюдження знаннь, для п...полностью>>
'Семинар'
Если участников много, расставьте указатели с буквами алфавита (А, Б, В… Я) или блоков (А—Д, Е—З… Э—Я). Участники быстрее найдут, где искать свою фами...полностью>>
'Документ'
(А) Які з перерахованих нижче випадкових величин (в.в.) є дискретними і які значення вони можуть набувати: а) число попадань в мішень при 10 незалежн...полностью>>

Олег мороз так кто же расстрелял парламент?

Главная > Документ
Сохрани ссылку в одной из сетей:

Олег МОРОЗ

ТАК КТО ЖЕ РАССТРЕЛЯЛ ПАРЛАМЕНТ?

(М. Издательство «Олимп», 2007)

СОДЕРЖАНИЕ

НЕСКОЛЬКО СЛОВ ОБ ЭТОЙ КНИГЕ

ОТ АВТОРА

I. ЛИБО РЕФОРМЫ, ЛИБО ГОЛОД

Наконец-то Ельцин решился…

Начало реформ, начало сопротивления

Конституционная ловушка

На улицы, на баррикады!

VI съезд. Первая попытка реванша

После съезда

Расставание с госсобственностью

Главный аграрий – генерал Руцкой

“Революционеры” наседают

Полгода реформ позади

II. ГАЙДАР ПРИНОСИТСЯ В ЖЕРТВУ

В ожидании путча

Геращенко торпедирует реформу

Битва за ваучер

В преддверии VII съезда

VII съезд. Свержение Гайдара

Премьер Черномырдин

III. СТРАСТИ ПО РЕФЕРЕНДУМУ

Конец перемирия

Плебисцит или конституционное

соглашение?

VIII съезд. Соглашение разорвано,

референдум отменен

“Особый порядок управления”

IX съезд. Ельцин на эшафоте

“Чемоданы” Руцкого

Народ сказал “да”

Что дальше?

IV. В ПРЕДДВЕРИИ МЯТЕЖА

Кровавый праздник

Приватизация становится необратимой

Конституционная морока

Отставка Баранникова

Покупают сторонников

Бюджетная диверсия

В канун мятежа

Последние мосты сожжены

V. МЯТЕЖ

Указ № 1400

Осада Белого дома

Последние попытки уладить дело миром

Бессмысленный и беспощадный

Финал трагедии

Горькая победа

ЗАКЛЮЧЕНИЕ. ТАК КТО ЖЕ «РАССТРЕЛЯЛ ПАРЛАМЕНТ»?

Вообще-то Великая либерально-демократическая революция, случившаяся в России в конце ХХ века, заняла более долгий срок, нежели тот, которому посвящена эта книга. Как известно, она состояла из двух этапов. Первый этап  конец восьмидесятых: демократизация, ослабление власти коммунистов. Второй  начало девяностых: решительный переход от одной социально-экономической формации к другой, от так называемого социализма (в действительности  от тоталитарного коммунистического режима) к капитализму (говоря по-современному, к рыночной экономике) и базовым демократическим ценностям. Об этом втором этапе революции и идет речь в данной книге. В ней с достаточной степенью подробности (хотя, разумеется, и не исчерпывающим образом) восстановлены все основные моменты происходившего в 1992  1993 годах противоборства двух главных политических сил тогдашней России, одна из которых возглавила фундаментальные перемены в стране, другая же яростно, не останавливаясь ни перед чем, сопротивлялась им.

Книга представляет собой переработанную и дополненную версию книги «Хроника либеральной революции» (М. «Радуга». 2005).

НЕСКОЛЬКО СЛОВ ОБ ЭТОЙ КНИГЕ

Получив текст этой книги, честно говоря, собирался просто его полистать, но пока не прочел все,  не смог остановиться. Я не знаю других работ об этом  действительно ключевом  отрезке нашей истории (с октября 1991-го по октябрь 1993 года), в которых так сочетались бы профессиональная объективность и искренняя гражданская позиция автора. Если быть до конца точным,  есть несколько англоязычных монографий, но  нет наших! Точней  не было, пока автор не сделал эту важнейшую книгу.

Мне кажется, что работа общества по осознанию и оценке нашей собственной новейшей истории  только начинается. И то, что сделал Олег Мороз в своей книге,  может быть, самое трудное: первый шаг.

Спасибо ему за это.

Анатолий Чубайс

ОТ АВТОРА

Когда писал эту книгу  о событиях 1992  1993 годов,  не переставал удивляться: вроде бы совсем недолгий срок миновал со времени тех событий, которым она посвящена, − каких-то 14 − 15 лет, − между тем уже мало кто о них помнит. Хуже того, место реальных фактов, относящихся к той поре, в головах людей заняли всякого рода мифы и выдумки. На основе этих мифов сплошь и рядом сочиняются всякого рода «аналитические» произведения, нередко весьма объемистые, призванные популярно нам объяснить, почему все случилось так, а не иначе, и как мог бы пойти ход истории, если бы у руля стоял сам «аналитик» или его единомышленники.

Должен признаться, и сам я, когда приступал к работе, имел отнюдь не полное представление о том, что свершилось в те годы, хотя общая канва происходившего, центральные, ключевые факты мне, разумеется, были известны. Как бы то ни было, желание освежить и пополнить собственную память было одним из главных мотивов, которые мной двигали во время работы. Мне было просто самому интересно узнавать все новые и новые детали и подробности.

Но самым важным, конечно, я считал напомнить обо всем случившемся другим, особенно тем, кто почти все уже забыл.

Одним из самых расхожих клише, характеризующим ту эпоху, нынче стало словосочетание «расстрел парламента». Подразумеваются трагические события, случившиеся в Москве 3  4 октября 1993 года. Во многом это клише сформировалось благодаря телевизионной «картинке», передававшейся тогда в эфир американской телекомпаний CNN: четыре танка, стоящие на Новоарбатском мосту, стреляют по Белому дому. В представлении многих этот эпизод воспринимается как символ, исчерпывающим образом описывающий все, что произошло в то время: одна сторона применяет грубую силу, проливает кровь, другая  безвинная жертва этого насилия.

Между тем события той поры невозможно понять, ограничиваясь лишь рамками 3  4 октября. Октябрьские события 1993 года начались еще в конце 1991-го...

I. ЛИБО РЕФОРМЫ, ЛИБО ГОЛОД

НАКОНЕЦ-ТО ЕЛЬЦИН РЕШИЛСЯ…

Сдвинемся ли мы когда-нибудь с места?

26 октября 1991 года. Мы разговариваем с госсекретарем РФ Геннадием Бурбулисом. Разговор происходит в Белом доме, в том его крыле, что повернуто к мэрии, бывшему СЭВу, – как раз к тому месту, где два года спустя, 3 октября, начались главные события первого дня мятежа. Сидим в “комнате отдыха” позади обширного кабинета Геннадия Эдуардовича.

Меня интересует главным образом один вопрос: когда же наконец, черт возьми, кончится это топтание на месте? После августовского путча прошло уже два месяца. И вот, вместо того, чтобы принять какие-то энергичные меры, поставить страну на твердые рельсы, взять какой-то новый курс, Ельцин “расслабляется” в Сочи. Страна между тем летит в тартарары… Я пытаюсь добиться от Бурбулиса, в то время, пожалуй, одного из самых близких к президенту людей, хоть сколько-нибудь вразумительного ответа на это мое – да и не только мое – недоумение. Однако Бурбулис отделывается общими словами.

Я:

– Чем объяснить, что после блистательной августовской победы произошел столь же блистательный сентябрьско-октябрьский провал? Я имею в виду двухмесячное беспомощное переминание российского руководства с ноги на ногу перед порогом реформ на фоне стремительно ухудшающегося положения в стране.

Бурбулис:

– Хотя я и не оцениваю последние два месяца как блистательный провал, я понимаю, что неудовлетворенность этим периодом очень сильна…

Я:

– Вон под вашими окнами люди стоят с плакатами: “Ельцин, действуй смелее!”. Это сегодня у всех на устах.

Бурбулис:

– Пауза была необходима, чтобы осознать принципиальную новизну ситуации. Надо было выработать новую стратегию. Сегодня она выработана. Главное ее содержание – радикальные реформы. Не приступать к этим реформам мы сегодня не можем.

Я:

– Вы хотите сказать, что выработать эту стратегию нельзя было быстрее, чем за два месяца? Так ли уж необходимо было Ельцину уходить в отпуск в столь критический момент? Одни говорили, что он пишет книгу о путче, другие – что он играет в теннис… Это в то время, как все рушится и летит к чертовой матери.

Бурбулис:

– Я считаю, что это было оправданно. Была острейшая необходимость сменить обстановку. “Отпуск” позволял Борису Николаевичу определить новый курс и как раз покончить с этой затянувшейся паузой.

Я:

– Но все-таки политик, руководитель страны, наверное, должен принимать решения, в том числе и по каким-то основополагающим вопросам, достаточно оперативно. Это же политик, а не философ. Что было бы, если бы во время путча Ельцин удалился для размышлений на гору Афон? В конце концов, то, что надо делать, было ясно давно…

Бурбулис:

– Да, стратегические задачи и цели были ясны, но в каких конкретных формах их решать и добиваться, – над этим пришлось до последнего времени думать.

Я:

– Вот здесь, в Белом доме, тепло, уютно, повсюду ковры лежат. Эта обстановка уюта, комфорта, довольства, спокойствия, конечно, не соответствует атмосфере растерянности, тревоги, смятения, которая там, за окном. Может быть, стоило бы здесь кое-где просверлить потолки, чтобы капало? Или выставить из двух хотя бы одну раму, чтобы поддувало? Может быть, тогда появились бы дополнительные стимулы действовать более энергично?

Бурбулис:

– Этот укор я не принимаю. Может быть, в будущем нам или тем, кто придет за нами, будет грозить этот “комфорт власти”, однако сегодня он нам не грозит. Большинство из нас и прежде, и теперь напрямую связаны с реальной жизнью, той самой, которая, говоря вашими словами, там, за окном.

Похоже, топтание на месте заканчивается

С Бурбулисом я беседовал, напомню, 26 октября 1991 года, а два дня спустя, 28-го, на открытии второго этапа V съезда народных депутатов РСФСР (первый этап проходил в июле) Борис Ельцин выступил с энергичным обращением к народам России, к съезду, свидетельствовавшим о том, что он наконец решился. Не только по содержанию, но и по стилю это был манифест, воззвание, призыв:

– Обращаюсь к вам с решимостью безоговорочно встать на путь глубоких реформ и за поддержкой в этой решимости ко всем слоям населения… Настало время принять главное решение и начать действовать… Действовать решительно, жестко, без колебаний… Положение напряженное. Трудно с продовольствием, товарами первой необходимости… Все сложнее купить товары, на которые установлены жесткие цены. Не помогают нормирование, карточки и талоны… Только после распада Центра полностью раскрылась бездна, в которой оказалась экономика, – промотанный золотой запас, исчерпанные валютные резервы, долги… На грани разрушения финансовая система. Инфляция достигла критической точки… В последнее время со стороны других республик СССР идет буквально рублевая интервенция в Россию, покупают товары, а взамен оставляют “деревянные” рубли. Тем самым увеличивая и без того огромный разрыв между денежной и товарной массой... 55 процентов семей живут ниже черты бедности. Обстановка не улучшается. Победа демократии и свободы не покончила с экономическим кризисом…

Разумеется, Ельцин счел нужным объяснить и то, чем была вызвана его затянувшаяся двухмесячная спячка, двухмесячное бездействие. Объяснение было вполне благопристойное:

– После поражения путча… был большой соблазн сразу, на горячую голову, начать широким фронтом экономическую, финансовую и другие реформы. И скажу прямо – давление на нас было и со стороны демократических сил, и со стороны депутатов, и со стороны средств массовой информации. Но начинать серьезнейшие реформы в совершенно новой обстановке без подготовки было бы верхом безответственности. Чтобы не превратить реформы в авантюру, чтобы не провалить их, нужно было взять паузу. Внести значительные коррективы в нашу тактику, в характер и последовательность действий… Сегодня выработаны конкретные меры по осуществлению пакета реформ… У нас есть уникальная возможность за несколько месяцев стабилизировать экономическое положение и начать процесс оздоровления. Мы отстояли политическую свободу. Теперь надо дать экономическую…

Ельцин считает нужным предупредить всех – реформы будут нелегкими:

– Должен сказать откровенно – сегодня, в условиях острейшего кризиса, провести реформы безболезненно не удастся. Наиболее трудным будет первый этап. Произойдет некоторое падение уровня жизни, но исчезнет наконец неопределенность, появится ясная перспектива… Реальные результаты получим уже к осени 1992 года…

Это неосторожное обещание президента потом долго ему будут припоминать. В действительности, как мы знаем, результатов пришлось ждать гораздо дольше, но тогда ориентир был “озвучен” такой – конец 1992-го. Более отдаленные сроки вряд ли могли бы кого-то вдохновить.

В своем обращении Ельцин излагал программу реформ, над которой все последние недели на одной из правительственных дач работала команда Гайдара. Об этой работе мало кто знал – она велась в обстановке секретности. Еще и отсюда, из этой секретности, проистекало общее недоумение по поводу затянувшейся паузы.

– Реформа пойдет по ряду направлений одновременно, комплексно и динамично, – продолжал Ельцин. – Первое направление – экономическая стабилизация. В ее основе – жесткая денежно-финансовая и кредитная политика, налоговая реформа, укрепление рубля. Но самая болезненная мера – разовое размораживание цен в текущем году. Без нее разговоры о реформах, о рынке – пустая болтовня… Второе – приватизация, создание здоровой смешанной экономики с мощным частным сектором. Особое значение для России имеет придание большей динамики земельной реформе, создание принципиально новой ситуации в аграрном секторе уже к весне 1992 года...

И снова Ельцин предупреждает – самым тяжелым испытанием станет либерализация цен:

– Хуже будет всем примерно полгода. Затем – снижение цен, наполнение потребительского рынка товарами, а к осени 1992 года, как обещал перед выборами, стабилизация экономики, постепенное улучшение жизни людей…

Размораживание цен, конечно, всех страшит. Президент успокаивает:

– Либерализация цен будет сопровождаться мерами по социальной защите населения… Будет создана адресная система социальной помощи наиболее уязвимым слоям населения и детям…

В действительности социальная защита оказалась, пожалуй, самым слабым местом российских экономических реформ. Реформаторы мало о ней думали. К тому же на пути соцзащиты встала самая подлая, самая непреодолимая в условиях России сила – тупорылая отечественная бюрократия.

Ставка реформаторов изначально делалась на самую энергичную, самую активную часть населения:

– Будут отменены все ограничения на рост индивидуальных заработков и возможности человека честно заработать… Наряду с мерами по макроэкономической стабилизации в ближайшее время начнется форсированное развитие мощного частного сектора в российской экономике.

Однако и здесь российское чиновничество, сохранившиеся в целости и неприкосновенности гоголевские “кувшинные рыла” мигом понастроили кучу препон. Эти препоны, позволяющие им грести под себя, сытно кормиться, вольно брать взятки, – основа основ их всегдашнего чиновничьего благополучия. При этом, тормозя реформы, вставляя им палки в колеса, они на всех перекрестках – сами и через оплаченных борзописцев – станут трубить, что во всех бедах народных виноваты реформаторы, что они все делают не так, да и вообще либерализм – и экономический, и всякий иной – никогда не укоренится в России, нет, мол, здесь для него почвы.

Но все это – сопротивление, саботаж, прямые диверсии – было впереди. А тогда, в момент выступления президента, вновь вспыхнула надежда, что Россия сумеет-таки вырваться из традиционной кучи дерьма. Как сказал бывший первый премьер независимой России Иван Силаев, мы снова увидели “нашего Ельцина”.

Гармония и благолепие

Это был последний съезд, на котором между президентом и большинством депутатского корпуса царили гармония и благолепие. Президент и российские депутаты все еще чувствовали себя соратниками в борьбе с союзным Центром, с дышащей уже на ладан, но еще живой КПСС. Ельцин:

– Настало время сказать четко и ясно – в России одна власть: российский Съезд и Верховный Совет, российское правительство, российский Президент! Идет динамичный процесс освобождения институтов власти из-под пяты КПСС... Ни одна партия впредь не будет самозваной хозяйкой в российском государстве.

Как видим, в перечислении органов единой российской власти Ельцин, лаская слух депутатов, еще ставит на первое место Съезд и Верховный Совет, себя же, президента, уступчиво задвигает на последнее. Пройдет совсем немного времени, и из-за этой очередности в перечислении между ним и депутатами развернется смертельная борьба.

Кстати, в своем обращении Ельцин выдвинул ряд максим, которые по разному поводу и с разным чувством вспоминались в последующие годы. Вспоминаются и теперь. Так, правительство, которому президент предполагал поручить реформы, он поименовал “правительством народного доверия”. Эту торговую марку, забыв про Ельцина, в дальнейшем, как мы знаем, постоянно использовал Зюганов, подразумевая, естественно, свой, коммунистический совмин, который, если ему дадут, неминуемо приведет Россию в очередное светлое будущее.

Далее, Ельцин заверил, что для облегчения работы этого самого правительства будет исключено дублирование его функций в любых органах, включая администрацию президента. Как мы знаем, это обещание выполнялось лишь в течение небольшого срока, когда в Кремле вообще не понимали, что делать. В дальнейшем, как всегда, нашлось много жаждущих порулить. Президентская администрация во многом стала дублировать правительство уже при Ельцине, а еще больше – при его преемнике.

Наконец уже при Путине отступили и от приведенного выше ельцинского заклинания о том, что “ни одна партия впредь (то есть во веки веков. – О.М.) не будет самозваной хозяйкой в российском государстве”. Тут более прозорливым пророком оказался Черномырдин с его афоризмом: “У нас какую партию ни создавай, – всегда получается КПСС”. Получившаяся при Путине КПСС-2 – “Единая Россия” – вновь заявила свои претензии на роль самозваной единоличной всероссийской хозяйки.

Ответом на благожелательные речи президента было столь же благожелательное отношение к нему депутатов. Разумеется, вполне лояльно по отношению к президенту высказывался и свежеиспеченный председатель ВС Руслан Хасбулатов: лютая взаимная ненависть, драка не на жизнь, а на смерть между ним и Ельциным – все это было еще впереди. Хасбулатова избрали на спикерский пост лишь накануне, 29 октября. На первом этапе съезда, в июле, несколько туров голосования не дали результата: ни Хасбулатов, ни его соперник Сергей Бабурин не набрали проходных баллов.

Сейчас удивительно вспоминать, что на должность парламентского руководителя Хасбулатов был выдвинут “Демократической Россией” – как верный и преданный соратник Ельцина. Правда, часть демократов отказалась его поддерживать, ставя ему в вину “авторитарный стиль” управления парламентом и “проявление высокомерия” по отношению к депутатам. Однако Ельцин буквально за уши протаскивал своего первого зама на освободившийся высокий пост (как ранее, в июне 1990-го, тащил его в первые вице-спикеры). Так что в конце концов он на нем – с шестой попытки! – и оказался.

Конечно, кое-какие трения между президентом и депутатами возникали уже и тогда, но кто ж мог предвидеть, до каких масштабов они разрастутся уже в скором времени. А то, что верный и преданный ельцинский соратник примется гасить очаги конфликта… керосином, – о таком вообще невозможно было помыслить.

– Ничего удивительного для меня нет в том, что какие-то недоразумения возникают между Верховным Советом и президентской властью, – миролюбиво вещал Хасбулатов в те дни в одном из интервью. – Это вполне объяснимо, и не надо драматизировать эту ситуацию… Президент накапливает опыт. И Верховный Совет накапливает опыт взаимодействия на партнерских началах. Какие-то коллизии возможны и в будущем, и характеризовать сегодняшнюю ситуацию как кризисную неверно.

Как и всех нормальных людей, нового спикера в ту пору больше беспокоило другое – очевидная потеря темпа в исправлении тяжелого, почти катастрофического экономического положения:

– Со времени августовского путча мы не видим никаких реальных действий со стороны правительства. Это очень опасно…

Соответственно, основную задачу парламента Хасбулатов, судя по его словам, усматривал в том, чтобы всячески содействовать президенту и правительству в проведении реформ:

– …Главное, надо отработать четкое взаимодействие с президентом. Отношения должны строиться на основе партнерства и доброжелательности. Мы должны создавать для президента свободное правовое поле деятельности, не связывать ни президента, ни правительство, принимать нужные законы для того, чтобы исполнительная власть могла решительно двинуть вперед самое глубокое экономическое реформирование.

Пройдет короткий срок, и спикер, прилагая воистину нечеловеческие усилия, станет делать все вопреки этой своей декларации.

Впрочем, “правильные” слова он не раз будет произносить и позже. Но то – слова…

Съезд дает реформам зеленый свет

В полном соответствии с этими декларациями провел свою работу и V съезд. 1 ноября он принял постановление:

“Одобрить основные принципы экономической реформы, изложенные в обращении президента РСФСР”.

Хочу особо обратить внимание читателя на это постановление и на это одобрение. Депутаты одобрили и экономическую стабилизацию, в основе которой жесткая денежно-финансовая и кредитная политика, и укрепление рубля, и приватизацию, и земельную реформу, и самую болезненную меру – разовое размораживание цен даже еще в “текущем”, то есть 1991-м, году (на самом деле она начала осуществляться с отсрочкой, лишь в январе 1992-го). В дальнейшем народные избранники станут всячески открещиваться от реформ, изображая дело так, что это, мол, Ельцин с Гайдаром придумали невесть что, а они, депутаты, ни сном, ни духом не помышляли ни о чем подобном и всегда были против этих придумок, которые они именовали не иначе как “шоковой терапией” и “антинародным курсом”. Но документ – вот он, перед вами. Все его могут прочесть и убедиться: СЪЕЗД ПРИНЯЛ НА СЕБЯ ТАКУЮ ЖЕ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА РЕФОРМЫ, КАК ПРЕЗИДЕНТ И ПРАВИТЕЛЬСТВО.

Другим пунктом постановления Съезд обязывал Верховный Совет до 1 января 1992 года “принять необходимые для обеспечения экономической реформы законы по перечню, согласованному с президентом РСФСР”.

Ельцин запросил у депутатов дополнительных полномочий на время реформ, и такие полномочия опять-таки были ему предоставлены. Это звучало так:

“Президент РСФСР… до принятия Закона РСФСР “О Совете Министров РСФСР” самостоятельно решает вопросы реорганизации структуры высших органов исполнительной власти. До проведения выборов глав администраций краев, областей, автономной области и автономных округов, городов и районов главы администрации назначаются президентом РСФСР или по его поручению главой администрации вышестоящего уровня по согласованию с соответствующими Советами народных депутатов и с учетом мнения народных депутатов РСФСР от соответствующей территории”.

Более того, президенту предоставлялось право самостоятельно решать судьбу глав республик. При необходимости он теперь мог также соответствующим образом реагировать на решения любых органов исполнительной власти:

“Президент РСФСР вправе приостанавливать действия главы исполнительной власти (президента) республики в составе РСФСР, а также решения других органов исполнительной власти на территории РСФСР, если они противоречат Конституции РСФСР и законам РСФСР”.

В дальнейшем депутаты будут буквально из кожи лезть, чтобы лишить президента предоставленных ему дополнительных полномочий. И это станет одной из самых жарких точек ожесточенной борьбы между ними и Ельциным.

Как мы знаем, спустя годы аналогичные “дополнительные полномочия” – право по своему усмотрению назначать глав субъектов Федерации – Путин получил от раболепствующих депутатов без всякой оговорки об их временном характере. Настало совсем другое время.

Наконец, заслуживает внимания и еще одно постановление Съезда, принятое 1 ноября:

“В целях правового обеспечения перехода к рыночной экономике Съезд народных депутатов РСФСР постановляет:

1. Установить до 1 декабря 1992 года следующий порядок правового регулирования проведения и обеспечения радикальной экономической реформы в РСФСР:

1. Законы РСФСР, Указы Президента РСФСР и иные акты, принятые в обеспечение экономической реформы в РСФСР, подлежат приоритетному исполнению…”

Одним словом, Съезд абсолютно четко обозначил свою позицию: НЕТ НИЧЕГО ВАЖНЕЕ РАДИКАЛЬНОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ РЕФОРМЫ, имеющей целью обеспечить переход страны к рыночной экономике; радикальная экономическая реформа – вот главный приоритет, рядом с которым другие приоритеты бледнеют и гаснут. Загадка из загадок: какие мутации должны были произойти в депутатских мозгах, чтобы этот главный приоритет вдруг сделался в их представлениях преступным антинародным курсом?

Впрочем, радикальные оппозиционеры уже и на V съезде, и сразу после него не уставали твердить о гибельности предложенного Ельциным курса. Сергей Бабурин:

– Когда ситуация в республике станет окончательно ясной даже самым непосвященным (то есть, надо полагать, когда реформы потерпят крах. – О.М.), наши депутатские группы, прежде всего “Россия”, должны быть готовыми предложить альтернативную программу сегодняшнему экономическому курсу, чтобы спасать Россию.

Беда заключалась в том, что никаких вразумительных альтернативных программ ни тогда, ни после оппозиционеры так и не сумели придумать. Придумали, было, академики для Примакова в 1998 году, но он по здравому размышлению – при всем политическом консерватизме хватило-таки у него простого ума, обычной трезвости, – быстренько от нее отказался.

Итак, V съезд народных депутатов дал реформам зеленый свет. Никаких серьезных препятствий для них впереди вроде бы не просматривалось. Зародилась надежда, что при общих дружных усилиях всех ветвей власти, поддержанных народом, эти реформы пойдут так же или почти так же споро, как, допустим, в Польше или в Венгрии (хотя, конечно, совсем беспрепятственного скольжения по паркету при демонтаже “социализма” не было ни в одной стране).

Оставалось сколотить команду реформаторов.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Олег мороз красные больше не вернутся

    Документ
    Казалось бы, к тому времени Россия уже прочно встала на демократические рельсы, и сдвинуть ее с этих рельсов уже не сможет ничто. Однако по мере приближения выборов становилось ясно, что это, увы, не так.
  2. Конституция сахарова

    Документ
    Одно из самых значительных исторических событий XX века – распад коммунистической империи, какую представлял собой Советский Союз. Еще в середине восьмидесятых годов ничто вроде бы не предвещало этого распада: большинству людей СССР
  3. Международная Книга предлагает Вашему вниманию очередной каталог книжных новинок по художественной литературе, философии, религии, истории, политике и праву, экономике, научно-технические издания и прочим рубрикам (29)

    Книга
    Международная Книга предлагает Вашему вниманию очередной каталог книжных новинок по художественной литературе, философии, религии, истории, политике и праву, экономике, научно-технические издания и прочим рубрикам.
  4. Олега Платонова Государственная измена вд 16 Jul 08 11 Как мир научился ненавидеть Израиль. ЕфГ 5 Aug 08 11 10 афоризмов гч 11 Aug 08 11 статья

    Статья
    Опечатки. 0т Арнольда Амромина From: 14 Jan 2008 FW: Opechatka Разослано: 14 Jan 2008 Первопечатник Иоганн Гутенберг стал, естественно, и первоопечатником (каламбур Ильфа и Петрова).
  5. Кто они, донские казаки? / Николай Нестеров. Волгоград: Изд-во вгпу «Перемена», 2008. 327 с.: ил

    Документ
    В книге Николая Нестерова, уроженца г. Урюпинска (бывшей станицы Хоперского округа Войска Донского), знакомого с темой казачества не понаслышке, значительное место уделено его малой родине.

Другие похожие документы..