Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
Если проанализировать параллельно историю техники и историю мистики, то мы сможем обнаружить мистические озарения и апокалиптические ожидания, которы...полностью>>
'Закон'
Настоящий Закон регулирует отношения, возникающие в сфере профилактики наркомании и токсикомании на территории Приморского края, и направлен на преду...полностью>>
'Документ'
«Українською землею двічі прокотився руйнівний воєнний вал, не обминувши жодного, навіть найменшого населеного пункту. Оборонні та наступальні бої, я...полностью>>
'Закон'
Виробництво нових товарів у більшості випадків розгля­дається як юридичний факт, що викликає виникнення відно­син власності. Усі дозволені власнику д...полностью>>

История посемья курской волости на рубеже эпох (IX-XI века)

Главная > Автореферат
Сохрани ссылку в одной из сетей:

На правах рукописи

Енуков Владимир Васильевич

ИСТОРИЯ ПОСЕМЬЯ – КУРСКОЙ ВОЛОСТИ

НА РУБЕЖЕ ЭПОХ (IXXI века)

Специальности 07.00.02 – Отечественная история

07.00.06 – Археология

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора исторических наук

Курск – 2007

Работа выполнена на кафедре истории России

Курского государственного университета

Официальные оппоненты:

доктор исторических наук,

профессор Винников Анатолий Захарович

доктор исторических наук,

профессор Петрухин Владимир Яковлевич

доктор исторических наук,

профессор Шинаков Евгений Александрович

Ведущая организация:

Институт археологии

Российской академии наук

Защита состоится 29 октября 2007 г. в 14 часов на заседании диссертационного совета Д 212.038.12 при Воронежском государственном университете по адресу: 394068, г. Воронеж, Московский пр-т, 88, ауд. 211а.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Воронежского государственного университета.

Автореферат разослан «__» __________ 2007 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

Акиньшин А.Н.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. В летописных статьях домонгольского времени имеются относительно многочисленные упоминания Курского княжения или Посемья (от древнего названия р. Сейм – Семь), игравшего заметную роль на политической сцене Южной Руси домонгольского времени. Во многом это являлось следствием важного стратегического положения региона, который имел выход как через гидросеть, так и через сухопутье в Северо–Восточную Русь, Волжскую Булгарию и степи.

Однако формирование Посемья как некоего социально–политического единства относится еще к периоду, предшествующему включению региона в состав Киевского государства. Изучение славянских социумов предгосударственного периода имеет обширную историографию, хотя большая часть исследований посвящена либо анализу отдельных сторон их истории, либо опирается на один из видов источников (письменных, археологических, лингвистических). В последние десятилетия все большее распространение получает точка зрения, согласно которой многие славянские объединения стояли на пороге создания собственной государственности. Однако нет сомнений в том, что ступени, которые они занимали на лестнице социально-политического развития, были разными. В этой ситуации ощущается заметный недостаток в конкретно-исторических исследованиях, базирующихся на синтезе разноплановых источников.

Содержание ранних этапов формирования Киевской Руси во многом определялось расширением ее территории, что достигалось разными путями, среди которых пока можно выделить только ведущие. Полюдье сменилось системой «погостов», параллельно проводились походы, направленные на захват племенных земель, причем процесс колонизации соседних земель с применением военной силы постепенно активизировался, что особенно хорошо заметно на примере деятельности киевских князей во 2-й пол. – кон. X в. В то же время характер экспансии в ее конкретных проявлениях и последовавший за ней процесс организации новых административно–территориальных единиц Руси в современной историографии изучены явно недостаточно. Археологический аспект этой проблемы подразумевает определение конкретных путей формирования древнерусской культуры во всем ее многообразии, ее соотношения с культурами предшествующего времени. Применительно к исследуемой территории речь идет о крайне дискуссионном комплексе вопросов финала роменской культуры и дальнейших судьбах ее носителей.

Объектом исследования является социально-политические и этнокультурные процессы в среде славян Восточной Европы накануне их подчинения Руси и на начальных этапах формирования новых административно–территориальных образований в составе государства. В кон. X – нач. XII в. эти компоненты древнерусской территориальной структуры обычно выступали в форме волостей, которыми владели князья из рода Рюриковичей, реализующие свои права либо непосредственно путем организации княжеских столов, либо через своих посадников.

Предметом исследования является история становления и развития Посемья в качестве сложного социально–политического образования «племенной» эпохи и последовавших за ней начальных этапов формирования Курской волости.

Географические рамки исследования охватывают земли по курскому течению Сейма и верхнему Пслу. Обоснование и детализация границ Посемья «докиевского» периода относятся к числу одной из задач работы.

Хронологические границы исследования включают в себя период с IX по XI в., который является переходным между двумя историческими эпохами в жизни восточных славян – родоплеменной и «цивилизационной», начало которой было связано со становлением и развитием первого раннегосударственного образования – Древней Руси. Завершающий этап первой из них, который можно условно определить как «докиевский», характеризуется появлением «союзов племенных княжений» или «вождеств», имеющих отдельные признаки государственности. В Посемье, являвшемся частью Северской земли, он приходится на IX–X вв. Новая историческая эпоха начинается с возникновением Руси с центром в Киеве, которая в своем развитии постепенно начинает обгонять другие социально-политические объединения. Частью этого процесса являлось расширение территории Руси за счет распространения власти киевских князей на соседние земли с последующим их освоением. В случае с Посемьем «киевский» этап, начало которому было положено военным вторжением русских дружин в кон. X в., приходится на XI в.

Цель и задачи исследования. Основной целью работы является реконструкция социально–экономических, политических и этнокультурных процессов, протекавших на территории междуречья Сейма и Псла в IX–XI вв. Для достижения этой цели были поставлены следующие задачи:

  • определение сущности известного по летописям термина «Посемье»;

  • выявление археологического эквивалента историческим понятиям «Посемье» и «семичи» в культурах I тысячелетия н. э. Днепровского Левобережья;

  • реконструкция истории Посемья в IX–X вв., включая как внутренние, так и внешние факторы его становления и развития;

  • определение судьбы объединения семичей в контексте исторических и археологических реалий;

  • определение характера взаимоотношений роменской и древнерусской археологической культур, включая хронологические аспекты;

  • анализ социально-политических и этнокультурных процессов в Курской волости после включения в состав Руси.

Историография проблемы. Начало изучения истории Курского княжества восходит к кон. XVIII в. и связана с именем С.И. Ларионова (1786). Его труд, судя по близкому изложению ряда фактов, использовался автором хорошо известного «Географического словаря Российского государства» А.М. Щекатовым, который полагал, что Курск был «…достоверно построен… вятичами» «прежде IX столетия» (Щекатов А.М., 1804). Начиная с этой работы получил распространение географический подход к трактовке термина летописей «Посемье».

В XIX – нач. XX в. курские краеведы неоднократно обращались к проблемам истории Курского княжения (Робуш С., 1849; Головащенко А.А, 1854; Танков А.А., 1913), однако их авторы зачастую начинали свои изыскания только с самого кон. XI в. Сюжеты курской истории попали и на страницы трудов известных русских историков, посвященных как ведущим социально–политическим формированиям Днепровского Левобережья – Переяславской и Чернигово–Северской землям (П.В. Голубовский, Д.И. Багалей, В.Г. Ляскоронский), так и проблемам древнерусской истории в целом (В.Н. Татищев, Н.М. Карамзин, М.П. Погодин, С.М. Соловьев и др.), однако основное внимание все также уделялось событиям, которые получили относительно подробное отражение на страницах русских летописей. Тем не менее отнесение курских земель к числу северянских уже практически не вызывало сомнений. Что касается термина «Посемье», то его трактовка с географических позиций оставалась неизменной как в краеведческой литературе, так и трудах историков: под ним понимались земли Курского княжения по Семи от Курска до Путивля и Выря включительно (Барсов Н.П., 1865; Багалей Д.И., 1882; Ляскоронский В.Г., 1897). А.А. Танков относил к Посемью также Глухов (Танков А.А., 1913).

В советской историографии обращения к вопросам истории Посемья оставались редкими, хотя в некоторых случаях были получены результаты, имеющие принципиальное значение для исторических реконструкций, обращенных к малоизученному «докиевскому» периоду. К их числу относится одно из наблюдений В.Л. Янина в исследовании, посвященном денежно-весовым системам русского средневековья (Янин В.Л., 1956). Автор обратил внимание на то, что в «Курской земле» в сер. X в. появляются обрезанные в кружок монеты, тяготеющие к идеальному весу в 1,02 г. По его мнению, это был номинал, соответствующий новой денежно-весовой системе, которая в XI в. получает широкое распространение на Руси. Этот факт, представляющий значительный интерес не только для региональной истории, в течение последующей четверти века остался практически незамеченным.

Следует отметить фундаментальные монографии И.И. Ляпушкина (1968) и О.В. Сухобокова (1975). В этих работах непосредственно «посемьская» тематика не рассматривалась, хотя материалы региона и вошли в них составной частью. Однако без этих исследований представить себе дальнейшее изучение круга вопросов, связанных с роменскими древностями, невозможно.

В понимании сущности термина Посемье продолжал господствовать географический подход, который встречается и в настоящее время (Мавродин В.В., 1940; Кучера М.П., 1987; Поляков Г.В., 1996). Однако в этой позиции появляются бреши. А.Н. Насонов впервые высказал сомнение, можно ли включать вырьские города в Посемье (Насонов А.Н., 1951). Четверть века спустя эти взгляды получили развитие в работе А.К. Зайцева. Опираясь на исторические, археологические и некоторые другие источники, исследователь пришел к выводу о том, что государственное освоение Посемья было связано с Владимиром Святославичем и завершилось в кон. X – нач. XI в. Территория Посемья, по его мнению, охватывала только часть бассейна Сейма (в пределах его курского течения) и верхний Псел (Зайцев А.К., 1975). Объективно такое решение вопроса подразумевало отрицание изначальных географических основ термина, однако исследователь в своих изысканиях далее не пошел, продолжая видеть в Посемье территориальное определение земель Курской волости-княжения.

К ранней истории Курска обращался Г.Н. Анпилогов, который связал его возникновение с конкретными направлениями деятельности киевских князей. Он предположил, что город был основан после походов Владимира на вятичей в 981 и 982 гг. (Анпилогов Г.Н., 1979).

В 1980-х гг. начинает постепенно увеличиваться удельный вес исследований, в которых сюжеты ранней «курской» истории рассматриваются с опорой на археологические источники. Начало этому было положено раскопками 1971–1973 гг. Большого Горнальского городища. Впервые в истории изучения не только Посемья, но и всего Днепровского Левобережья был исследован памятник, интерпретация которого в качестве «племенного центра» или «протогорода» не вызывает сомнений (Куза А.В., 1981). Этнокультурная характеристика процесса освоения Русью территории племенного Посемья на материалах погребальных памятников была представлена в работах А.Е Шинакова, особо отметившего быструю, в пределах рубежа X–XI вв., «русификацию» ближайшей округи Курска (Шинаков Е.А., 1980; 1982; 1991). Этот вывод подтвердил А.П. Моця, предположивший, что государственное освоение «Курского Посеймья» исходило из района летописного Перяславля Русского (Моця А.П., 1990). А.П. Моце принадлежит и конкретизация маршрута сухопутного пути из Киева в Булгар, сыгравшего заметную роль в исторических судьбах семичей (Моця А.П., 1985). Три крупнейшие станции для отдыха караванов – Зеленый Гай, Горналь и Гочево – располагались на курском участке трассы.

В 1980-е – нач. 1990-х гг. наблюдается определенный хронологический «перекос» в подходе к историческим реконструкциям. Накопление информации о роменских древностях значительно опережало процесс изучения древнерусских памятников, однако «племенная» тематика обычно рассматривалась только в тех случаях, когда она затрагивала проблемы формирования Киевского государства. К числу исключений относятся изыскания А.А. Узянова, который выделил на территории летописных северян семь групп концентраций поселений, отождествив их с «малыми племенами» (Узянов А.А., 1991). А.А. Узяновым был сделан и еще один чрезвычайно важный для понимания характера исторических процессов вывод о заметных различиях в системе расселения в роменское и древнерусское время (Узянов А.А., 1985; 1993).

Начиная с 1990-х гг. археологические исследования в регионе приобрели поступательный и стабильный характер, при этом был в определенной мере преодолен «роменский» перекос. Выявление пласта поселенческих древностей этапов становления древнерусской культуры позволило уточнить характер финала роменцев. Первые результаты изучения культурных напластований в Курске, которые, как считалось долгое время, были практически уничтожены современной застройкой, позволили выявить динамичную картину развития города (Енуков В.В., 1998). В сер. 1990-х гг. нами была сформулирована гипотеза, согласно которой в поисках «Посемья» и «семичей» необходимо обратиться к эпохе, по времени предшествующей началу широкой колонизационной деятельности Руси в восточном от Среднего Поднепровья направлении (Енуков В.В., 1992; 1995; 1997; 1998). В это же время к проблеме путей развития Посемья в «докиевский» период обратились Ю.Ю. Моргунов и С.П. Щавелев, которыми была предпринята попытка на основе привлечения широкого круга источников определить место, которое занимал Курск и его округа в процессе формирования русской государственности. Построения авторов, касающиеся направлений колонизации, предпринятой «северными конфедератами», к которым были отнесены скандинавы, кривичи и частично новгородские словене, существенным образом отличаются от общепринятой в историографии картины взаимоотношений во 2-й пол. IX в. Северной и Южной Руси (Моргунов Ю.Ю., Щавелев С.П., 1997).

На протяжении 1990-х гг. «северянская» тематика с позиций археологических источников активно разрабатывалась А.В. Григорьевым (1990; 1990; 1993 и т.д.). Результаты исследований были изложены в монографии «Северская земля в VIII – начале XI века по археологическим данным» (2000). Автор выдвинул гипотезу органичного и взаимовыгодного существования Северской земли под протекторатом Хазарии, что привело к атрофированию у северян ремесленной деятельности. Специально «посемьская» проблематика в работе не рассматривается, хотя автор вскользь высказывает сомнение в том, что Посемье могло сформироваться в IX–X вв. (Григорьев А.В., 2000).

В начале 2000-х гг. автор настоящего исследования подвел в ряде работ некоторые итоги изучения Посемья, в первую очередь на «племенной» стадии его развития. В них были развиты высказанные ранее идеи, при этом предлагались аргументы в пользу сложного характера сформировавшейся племенной структуры, имевшей отдельные признаки государственности.

Таким образом, следует констатировать, что комплекс вопросов, связанных с историей Посемья и Курской волости на начальных этапах его становления, на сегодняшний день относится к числу недостаточно разработанных.

Теоретические основы и методы исследования. В исторической науке XIX – нач. XX в. изучению славянских социумов накануне появления Киевской Руси уделялось скромное внимание, что объясняется двумя основными причинами. Во-первых, это было следствием лапидарности сведений письменных источников. Во-вторых, самое широкое распространение имели построения, согласно которым Древняя Русь относилась к «родовому» или «общинному быту». На этом фоне заметно выделялись взгляды основоположника «торговой теории» В.О. Ключевского. Как он полагал, образовавшиеся в сер. IX в. «городовые области» или «торговые округи» и «варяжские княжества» нарушили единство племенных территорий, дав начало первой форме Русского государства – Киевскому княжеству (Ключевский В.О., 1987).

Заметный рост интереса к истории восточнославянских племен наблюдается в 1920-е – 1930-е гг., когда начинается активный процесс усвоения советской исторической наукой теории общественно–экономических формаций. Наиболее обстоятельно феодализм на Руси был обоснован в трудах Б.Д. Грекова, в концепции которого выделялось два ведущих положения: земледелие как основа экономики Древней Руси и феодальная собственность на землю. Жесткие рамки формационного подхода неизбежно вели к поискам ростков феодализма в предшествующую эпоху. В результате Б.Д. Греков пришел к выводу о том, что становление феодальных отношений у восточных славян приходится на VI–VIII вв.

В послевоенное время при разработке «племенной» тематики стали все чаще привлекаться данные археологии (Рыбаков Б.А., 1947; Третьяков П.Н., 1948; 1953). Постепенно становится ясно, что построения Б.Д. Грекова не подтверждаются источниками. Л.В. Черепнин пришел к выводу, что верховным собственником на землю на ранних этапах формирования Руси выступало государство в лице князя, а дани являлись формой феодальной ренты (Черепнин Л.В., 1953). Со временем взгляд на дань как форму раннефеодальной эксплуатации занимает преобладающее в историографии положение (Рапов О.М., 1968; 1977; Кизилов Ю.А., 1969; Свердлов М.Б., 1978; 1983; Янин В.Л., 1981; Абрамович Г.В., 1981; Горский А.А., 1982; 1986; Милов Л.В., 1983 и др.). Утверждается схема двухступенчатого построения славянских догосударственных обществ, состоящих из «племенных княжеств» и «союзов племенных княжеств», наиболее полно обоснованная А.А. Горским. Исследователь вслед за Б.А. Рыбаковым отнес «семичей» к редким случаям дошедших до нас названий «племенных княжеств» (Горский А.А., 1982; 1986; 1988).

Разработка методологических основ генезиса русской государственности в 1990-х гг. приобретает определенную специфику. Наблюдается отказ от «феодальной» терминологии, публикуются работы, отрицающие если не полностью, то в заметной части результаты исследований советского периода. Появляется возможность без оглядок на официальную идеологию обратиться к проблеме роли норманнов и Хазарии в становлении русской государственности. Как ответная реакция, в отдельных исследованиях опять утверждается полное отрицание участия североевропейского элемента в политогенезе, вплоть до создания «новой гипотезы происхождения государства на Руси» с очередным объявлением славянского происхождения Рюрика (Анохин Г.И., 2000) или южнобалтийского (не скандинавского) всех варягов (Фомин В.В., 2004).

Признаком оживления в изучении теоретических проблем древнерусской истории, имеющим конструктивное начало, явились исследования Е.А. Мельниковой (Мельникова Е.А., 1993; 1995). Автор, корректно оценивая и используя достижения науки советской эпохи и привлекая современные наработки в других областях гуманитарных знаний, в первую очередь в социальной антропологии, пришла к выводу о том, что ранний период становления Руси (до распространения крупного землевладения) следует вынести за рамки формационных определений. В числе предпосылок возникновения государства выделены внутренние, создаваемые производящим хозяйством и ведущие в первую очередь к стратификации общества, и внешние (война и торговля), которые, как правило, дают результат только в совокупности. На стадии «племенного» или «ранжированного» общества возникает соподчиненность территориальных образований различного уровня (местных, областных, региональных), которой соответствует иерархия вождей. «Вождийства» (chiefdom) являются предшественниками всех известных примитивных государств.

В основном согласен с этими построениями Е.А. Шинаков, автор последней из числа крупных обобщающих работ, посвященных политогенезу славян до ранних этапов сложения Древнерусского государства (Шинаков Е.А., 2002). Исследователь выступает сторонником многообразия форм становления государственности при общих стадиально-этапных чертах. По его мнению, потестарные образования восточных славян обладали «разноуровневостью» и «разнотипностью», однако в целом соответствовали этапу «вождеств» (chiefdom).

Заметная близость позиций Е.А. Мельниковой и Е.А. Шинакова наблюдается и в оценке роли международной торговли, которая рассматривается как главный фактор возникновения городов Восточной Европы, оказавший значительное влияние на первоначальное развитие государства. Фактически к определяющей роли торговли в возникновении на территории Северной Руси как городов, так и раннегосударственных структур пришел Е.А. Носов (Носов Е.А., 2005). Мысль об изначально более высокой торговой активности населения Северной Руси по сравнению с Южной получает распространение (Макаров Н.А., 2005), при этом отмечается, что Южная Русь была вовлечена в более разветвленную систему торговли (Ениосова Н.В., Сарачева Н.В., 2005). В целом роли торговли в процессах урбанизации и генезиса государства начинает уделяться повышенное внимание.

Таким образом, наиболее продуктивное, на наш взгляд, методологическое направление, которое в отечественной историографии постепенно складывалось в течение последней четверти века, в своей основе сочетает ряд результатов наработок советской исторической науки и англо–американской социальной антропологии. Ее сторонников отличает эволюционный подход к решению политогенетических проблем. Однако научное направление «эволюционистов» включает в себя несколько течений. Наибольшее распространение в отечественной науке получил «стадиальный эволюционизм», сформулированный в работах Э. Сервиса, М. Фрида, Р. Карнейро, что, на наш взгляд, вполне объяснимо. Так, исследования Р. Карнейро в немалой степени обращены к стадиальной последовательности в развитии вождеств предгосударственного периода (Карнейро Р., 2000), представление о котором в конкретных условиях Восточной Европы было достаточно схематичным. Кроме того, в этой концепции фиксируются явления, имеющие аналоги из числа известных в «племенной» истории восточных славян.

В основу настоящего исследования был положен комплексный анализ разнообразных источников, главным принципом использования результатов которого является совпадение и непротиворечивость полученных результатов. К числу конкретных методов, позволяющих извлечь историческую информацию для дальнейшего ее синтеза, относятся сравнительно-исторический, типологический, статистической обработки материалов, картографирования, а также гидронимический, стратиграфический, планиграфический и топографический анализы.

Источниковая база исследования. Вопросы реконструкции истории славян Восточной Европы догосударственного периода отличаются исключительной сложностью, что во многом объясняется крайней лаконичностью летописных сведений. На общем фоне Посемье отличает относительное «изобилие» сведений письменных источников, что особенно заметно при его сравнении с образованиями примерно того же социально–политического «ранга». Информация о ранней истории Курска содержится в «Житии Феодосия Печерского», источнике сложном и многоплановом, в котором дается картина города сер. XI в. В «Поучении» Владимира Мономаха фигурируют «семечи» или «семцы». Варианты трактовки этого понятия предлагались самые разнообразные, однако в исследованиях последних десятилетий в них, как правило, видят название «племени», которое во времена Владимира Мономаха уже представляло собой анахронизм. Не подлежит сомнению существование раннего пласта сведений и в «Слове о полку Игореве». Среди них имеются отдельные географические реликты, в первую очередь, связанные с «польским» коридором, который пролегал по водоразделу Сейма и Псла. Эти сведения совпадают с многочисленными следами языков «поля» в летописных статьях широкого хронологического диапазона, анализ которых дает основание для вывода о территориальном единстве двух районов, составляющих Посемье, – «сеймского» и «псельского».

Исключительную ценность имеют упоминания в летописях «Посемья» как особого региона Древнерусского государства. Их контекстный анализ позволяет определить относительную хронологию этого понятия, а также предположить его изначальную социально–политическую сущность. В некоторых случаях оказалось возможным привлечь сведения письменных источников нового времени, что в первую очередь касается историко–географических представлений. К их числу относятся «Переписи польских дорог». Немаловажными при реконструкции исторической топографии древнего Курска, внешние проявления которой практически уничтожены, являются описания Курского острога и план перепланировки города по конфирмату Екатерины II.

Высокую степень значимости при изучении заявленной темы имеют данные археологии. Процесс формирования этих принципиально новых для исторических реконструкций источников относится к XIX в. История археологического изучения «курских древностей» вплоть до нач. XXI в. на сегодняшний день подробнейшим образом проанализирована в целом ряде работ, в том числе монографического характера (Щавелев С.П., 1997; 2002; Кашкин А.В., 1998; Зорин А.В., Стародубцев Г.Ю., Шпилев А.Г., 2000), а также в докторской (Щавелев С.П., 2002) и кандидатской (Старобудцев Г.И., 2006) диссертациях. Отметим, что к нач. XXI в. база данных археологии значительно пополнилась, что сделало возможным проведение на ее основе реконструктивных исследований. Заметная часть материалов, использованная в работе, была получена в ходе исследований археологической экспедиции Курского государственного университета под руководством автора начиная с 1988 г. (раскопки исторического культурного слоя Курска и Рыльска, Ратского городища, Липинского археологического комплекса, ряда других памятников).



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования (5)

    Документ
    Словарь (первое, втрое меньшее по объёму и микроскопическое по тиражу изд. — 1997 г.) содержит основные факты биографий, перечни основных научных трудов, итоговые оценки творчества более чем 230 учёных и краеведов гуманитарного профиля
  2. Предисловие составителя ни один обман в науке не вечен; в истории он возможнее, но

    Документ
    Предлагаемая энциклопедия не является оригинальной, а представляет собой компиляцию (потому составитель иногда фигурирует под псевдонимом К°) работ по истории специализирующихся в этой дисциплине учёных (в основном, российских и советских)
  3. Отчет о результатах самообследования деятельности Курского государственного университета

    Публичный отчет
    1 сентября 1934 г. в городе Курске был открыт Педагогический институт (Постановление Совета Народных Комиссаров РСФСР от 22 июля 1934 г. № 661), затем он был переименован в Курский государственный педагогический университет (Приказ
  4. Дворниченко А. Ю., Кащенко С. Г., Флоринский М. Ф. Отечественная история (до 1917 г.)

    Документ
    Дворниченко А.Ю., Кащенко С.Г., Флоринский М.Ф. Отечественная история (до 1917 г.): Учеб. пособие / Под ред. проф. И.Я. Фроянова. - Москва.: УИЦ "Гардарики", 2002.
  5. Среди многих проблем отечест­венной истории одной из самых важ­ных и интересных является проблема своеобразия исторического развития феодальной Руси

    Документ
    Среди многих проблем отечест­венной истории одной из самых важ­ных и интересных является проблема своеобразия исторического развития феодальной Руси. При общности ос­новных социально-экономических и политических процессов, свойствен­ных

Другие похожие документы..