Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
Пропонується методика застосування моделі Дерева відмов для розрахунків вірогідності пожеж. Дана методика не суперечить ГОСТ 12.1.004-91 “Пожежна безп...полностью>>
'Методические указания'
Бюджет является основным инструментом государственного регулирования воспроизводственных процессов, централизованным денежным фондом государства, соз...полностью>>
'Документ'
2. «Энергосберегающий транспорт» - http: www.science-award.siemens.ru/information_last_years/powersaving_technologies/references/powersaving_transport...полностью>>
'Доклад'
Доклад подготовлен в соответствии с пунктом 2 статьи 33 Федерального конституционного закона «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федер...полностью>>

Е. Н. Юстовой «Измерение цвета (колориметрия)», спб, Изд-во спбГУ, 2000 г. [Три] лекции

Главная > Лекции
Сохрани ссылку в одной из сетей:

Рукопись 1933 года.

Приложение к книге Е.Н. Юстовой «Измерение цвета

(колориметрия)», СПб, Изд-во СПбГУ, 2000 г.

[ТРИ] ЛЕКЦИИ ПО ЦВЕТОВЕДЕНИЮ

Е.Н. Юстова

ПРЕДИСЛОВИЕ

Область науки, которой посвятил себя Николай Дмитриевич Нюберг, интересна и в настоящее время чрезвычайно актуальна; по широте и разнообразию применения она превосходит многие другие физические науки.

Цвет в его физическом понимании – существенная характеристика предмета. В ряде случаев он служит косвенным показателем многих других его свойств. Поэтому измерение цвета требуется в самых разнообразных отраслях промышленности и народного хозяйства.

Точное измерение цвета стало возможным с середины прошлого столетия, когда Максвелл и Грассман открыли законы сложения цветов. Цвет вошел в науку как трехмерный аффинный вектор, и колориметрия оформилась как физическая наука.

Первое важное практическое приложение колориметрии началось с появления цветных источников света. Зарубежные светотехники сочли необходимым в связи с этим видоизменить классическую колориметрию, введя в нее фотометрическую характеристику – гетерохромную яркость. Международная Комиссия по освещению (МКО) закрепила это действие изданием в 1931 году международных рекомендаций по цветовым измерениям. Этот шаг был неблагоприятным для колориметрии.

В Советском Союзе колориметрия стала развиваться в начале 30-х годов, когда в Ленинграде академик Д.С. Рождественский открыл в организованном им Государственном Оптическом институте (ГОИ) новую лабораторию цвета и цветовых восприятий, поручив руководство ею Л.И. Дёмкиной и Г.Н. Раутиану. Почти одновременно в Москве в Институте Экспериментальной медицины начали работать по колориметрии два физика – Н.Т. Фёдоров и В.И. Фёдорова из школы академика П.П. Лазарева.

Очень скоро для освоения сложной теории колориметрии потребовался специалист широкого профиля с солидной математической подготовкой. Им оказался Н.Д. Нюберг, который был зачислен консультантом ГОИ. В то время Н.Д. Нюберг был уже сформировавшимся специалистом. Еще задолго до того он начал свою деятельность с изучения теоретического наследства классиков естествознания – Максвелла, Грассмана, Гельмгольца, Щрёдингера – и в совершенстве овладел всей глубиной колориметрической науки. Эту науку он уже существенно преумножил собственными научными исследованиями и результатами.

Заслуги Н.Д. Нюберга в развитии советской колориметрии чрезвычайно велики. Будучи математиком по образованию (он окончил Московский государственный университет в 1925 году), а по характеру своих исследований – теоретиком, Н.Д. Нюберг всегда направлял свои исследования на решение чисто практических задач. Он всегда глубоко понимал эти задачи, умел отчетливо их формулировать и давать конкретные рецепты решения.

Его первой работой, благодаря которой он приобрел широкую известность, было решение задачи о цветовом теле. На основе математического анализа оптимальных спектров отражения он построил теорию цветового тела, определил границы и форму в цветовом пространстве. В 1935 году, следуя рекомендациям МКО, он математически сформулировал закономерности явления цветовой адаптации глаза, которые в дальнейшем послужили ему основанием для введения в колориметрию принципиально нового положения о «колориметрических условиях наблюдения», обеспечивающего точную формулировку понятия «цвет» (в колориметрии). В решении фундаментального для колориметрии вопроса о физиологических приемниках глаза и системе RGB Н.Д. Нюберг вскрыл ошибку Д. Джадда при определении главных осей физиологической системы и совместно с Е.Н. Юстовой в опытах над дихроматами нашел правильное направление этих осей в цветовом пространстве XYZ. Эти данные послужили основой и были использованы при построении рациональных инструментов: аномалоскопа и испытательных таблиц для профессионального отбора по цветовому зрению.

Блестящая диссертация «Теоретические основы цветной репродукции», представленная Н.Д. Нюбергом в качестве кандидатской, была высоко оценена Ученым советом ГОИ, и ее автору была присуждена степень доктора физико-математических наук. Изданная в виде книги под тем же названием, она получила широкую известность за границей. Для наших работников полиграфии, фото-кинопромышленности и цветного телевидения эта книга стала настольной.

Теоретические исследования Н.Д. Нюберга нашли непосредственное практическое применение в метрологии цветовых измерений. Активно участвуя в работе Постоянной Колориметрической комиссии с 1956 года – года ее основания – и в цветовом семинаре ВНИИМ, он оказал существенное влияние на ход развития работ метрологов ВНИИМ в плане унификации и стандартизации цветовых измерений нашей страны и стран-членов СЭВ. При его научной поддержке и одобрении выполнялись основные работы ВНИИМ по колориметрии: атлас стандартных образцов цвета, который впоследствии был развит до тысячи цветов (АЦ-1000) и был принят в качестве единой меры цвета стран-членов СЭВ. При его одобрении и участии был обоснован компараторный метод измерения и стандартизации цветов, свободный от систематических погрешностей, обусловленных наблюдательским метамеризмом. Этот метод в дальнейшем был взят за основу при разработке Государственного специального эталона и общесоюзной проверочной схемы для средств измерения цвета (ГОСТ 8.205-76). Н.Д. Нюберг поднял вопрос о необходимости введения допусков на функции сложения цветов в международном стандарте, необходимых для правильной оценки точности цветовых измерений. С ним обсуждалась идея создания для этой цели специального колориметра с основными спектральными цветами.

Н.Д. Нюбергу мы обязаны четкостью формулировок основных понятий колориметрии при разработке основного колориметрического стандарта ГОСТ13088-67 «Колориметрия. Термины и буквенные обозначения».

Естественно, что на пути становления и развития колориметрии встречались многие трудности. В теоретическом плане было, как уже упоминалось, светотехническое толкование колориметрии. Н.Д. Нюберг отдал много сил в борьбе за восстановление классической колориметрии. В частности, это касается основного понятия колориметрии «цвет». Так как колориметрия на физических факультетах не преподается и в большинстве случаев колориметрией занимались фотометристы и светотехники с твердо сложившимися у них представлениями о цвете как качественной характеристике фотометрических величин, согласованного определения цвета очень трудно было достичь. Тем не менее, правильное определение этого основного понятия было выработано в результате жесткой дискуссии с участием широкого круга специалистов, в основном, – членов Постоянной Колориметрической комиссии при активной лидирующей роли Н.Д. Нюберга.

Вторжение «гетерохромной яркости» в качестве одной из координат цвета и, соответственно, кривой видности в состав кривых сложения, Н.Д. Нюберг считал серьезным тормозом в развитии научной колориметрии и, в частности, в построении ее метрологических стандартов. Он указывал, что, кроме ничем не оправданного снижения точности цветовых измерений за счет введения грубых гетерохромных равенств, такая трактовка цветовых понятий противоречит ясной и строгой теории цвета, мешает правильному пониманию колориметрии. Против такого искажения колориметрии Н.Д. Нюберг выступал самым решительным образом.

Уровень, которого достигла отечественная колориметрия, в значительной степени определился работами Н.Д. Нюберга. Написанные им книги: «Курс цветоведения», «Измерение цвета и цветовые стандарты», «Цветовая фотомеханическая репродукция», а также целый ряд научных статей в физических и биофизических журналах, посвященных изложению принципиальных вопросов колориметрии и цветового зрения, никогда не утратят своей ценности.

«Три лекции по цветоведению», прочитанные студентам полиграфического техникума, представляют собой лишь начало большого курса колориметрии, задуманного Н.Д. Нюбергом, работа над которым была прервана его тяжелой болезнью. Препятствием к написанию курса было и его увлечение так называемой «проблемой узнавания», которой он был всецело поглощен в последний период своей жизни, работая в организованной им Лаборатории проблем передачи информации Института Биофизики АН СССР.

Хотя понятие «цвет» в физическом смысле точно закреплено ГОСТ «Колориметрия. Термины и буквенные обозначения», рассмотрение этого слова в широком и разнообразном обыденном употреблении не утратило смысла. Нельзя препятствовать его применению в разнообразных аспектах, как в повседневной жизни, так и в научных изысканиях и, особенно, в изобразительном искусстве. Важно, чтобы люди, пользуясь этим понятием, считали своим долгом сообщить, что они под этим термином понимают.

В «Трех лекциях по цветоведению» смысл применения слова «цвет» в разных его аспектах рассмотрен с предельной четкостью. Поэтому лекции Н.Д. Нюберга, правильно освещающие основные исходные положения о цвете, в равной мере полезны как колориметристам, так и всем тем, кому в своей деятельности приходится иметь дело с цветом.

За выдающиеся заслуги Н.Д. Нюберг был награжден в 1950 году орденом «Трудового Красного Знамени».

Н.Д. Нюберг был глубоко принципиальным человеком и, к тому же, по своей природе – борцом. Он был непримирим к любой фальсификации науки и выражал свою непримиримость в самой категорической и даже гневной форме. Живость и горячность его характера часто бывали причиной острых ситуаций в научных дискуссиях, но Н.Д. Нюберг никогда не сводил со своими оппонентами личных счетов. По окончании непримиримого научного спора он всегда был готов протянуть руку своему противнику в знак человеческой к нему доброжелательности. В споре Н.Д. Нюберг никогда не терялся, даже когда оставался в одиночестве перед лагерем противника, и, благодаря глубине своих знаний и логике рассуждений, выходил победителем.

Всё же представляется, что путь Н.Д. Нюберга в науке был для него не без огорчений и разочарований, когда его правильные идеи бывали не поняты и встречали сопротивление со стороны мощного лагеря светотехников – отечественных и зарубежных.

Талант Н.Д. Нюберга и его вклад в науку не может не оценить новое, молодое поколение ученых-физиков, и это будет лучшим памятником и наградой Николаю Дмитриевичу.

Н.Д. Нюберг

ЛЕКЦИЯ 1

ВВЕДЕНИЕ

НАГЛЯДНЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О ЦВЕТЕ И НАУЧНАЯ ПОСТАНОВКА ВОПРОСА

Курс, который я буду читать, небольшой и в основном преследует чисто практические цели, связанные с вашей специальностью. Но сам предмет несколько своеобразен. Область, казалось бы, узкая, однако ее основы заложены учеными, наиболее выдающимися во всей мировой науке. Перечислю их в хронологическом порядке. Это Леонардо да Винчи, Ньютон, Ломоносов, Максвелл, Гельмгольц, вероятно мене известный вам замечательный математик и лингвист Грассман – один из творцов векторного анализа и сравнительного языковедения. На всех них мне придется остановиться, и все они очень много внимания уделяли вопросам цвета.

Такой интерес со стороны самых выдающихся ученых объясняется в значительной мере методикой решения вопросов цвета. На очень небольшом и по большей части общеизвестном материале в цветоведении более чем где-либо можно видеть важность, очень точно поставить научную задачу и всегда отчетливо понимать смысл каждого вводимого понятия. В отличие от большинства других предметов, мне придется сообщить вам очень мало неизвестных фактов. Всё новое будет состоять в сопоставлении разных фактов, часто из очень далеких областей знания, и в анализе их. Если запоминать придется очень мало, то думать придется много, причем моя роль будет состоять главным образом в том, чтобы помогать думать.

Основным в курсе, повторяю, будут чисто практические потребности вашей специальности, но мне бы очень хотелось, чтобы вам стало понятным, почему эта узкая область интересовала таких исключительных ученых, которых я назвал. Тогда курс будет иметь не только прикладное, но и общеобразовательное значение.

В жизни мы постоянно, описывая те или иные предметы, почти всегда, между прочим, говорим о цвете. Указанием цвета пользуются чуть ли ни во всех самых разнообразных областях науки и техники. Хотя такие указания, может быть, и не всегда точны, но во всяком случае общепонятны. У каждого человека имеется большой запас общепринятых наглядных представлений о цвете, и, казалось, при научном исследование следовало бы начинать с них и идти далее путем их уточнения и систематизации.

Так и пытались многие подходить к вопросу, и в том числе знаменитый поэт Гёте, довольно известный химик Оствальд и многие другие. Но все их научные теории оказались неверными и сейчас имеют чисто исторический интерес. Верным оказался совсем другой путь, опирающийся гораздо больше на физику, чем на привычное наглядное представление о цвете. Именно на этом пути, как постараюсь показать, получают ясное объяснение в конечном итоге и наглядные представления.

Всё же я начинаю свои лекции с рассмотрения наглядных представлений о цвете, но это будет не началом научного систематического изложения, а только введением. Его цель – дать понять, почему путь научного исследования не тот, который на первый взгляд кажется наиболее естественным.

Дело в том, что наши наглядные представления о цвете чрезвычайно сложного происхождения. Они выработались на основе жизненного опыта в определенной, но очень сложной обстановке и тесно связаны как с этой обстановкой, так и с той разнообразной ролью, которую играет зрение в жизни. Только в силу привычки наши наглядные представления о цвете кажутся простыми.

Глаз, как известно, реагирует на свет, и всё, что мы видим, в конце концов, сводится к тому, что излучения разного спектрального состава по-разному действуют на светочувствительные окончания зрительного нерва. Поэтому с объективной точки зрения простейшим элементом является действие на глаз отдельного излучения какого-то определенного спектрального состава. Много сложнее те условия, в которых работает глаз в жизни. Во-первых, в жизни на разные участки сетчатки глаза действуют одновременно очень много разных излучений. Это очень важно, так как благодаря этому мы видим не какой-то один цвет, а видим предметы, их объемную форму, пространственное расположение и т. д. Во-вторых, в жизни роль зрения вовсе не в том, чтобы отличать излучения одного спектрального состава от другого. Цвет, действующий на глаз, это только средство, позволяющее нам узнавать предметы и различные их особенности. Простой пример может показать, насколько сложны задачи, решаемые с помощью зрения в жизни.

Представим себе первобытного человека, к которому через заросли прокрадывается тигр. Очевидно, что для самого существования человека важно возможно быстрее узнать тигра и соответственно прореагировать. Всякий по собственному опыту может себе представить, что в подобных условиях можно оказаться на вершине близкого дерева раньше, чем успеешь что-либо сообразить. Ясно, что в подобном случае дело идет об условном рефлексе на очень сложную комбинацию действующих на глаз излучений. Спектральный состав каждого из излучений в отдельности и даже то или иное отдельное цветовое ощущение является чем-то весьма второстепенным.

Подобные, хотя не столь острые задачи выполняются зрением на каждом шагу, причем узнавание предмета и его свойств всегда гораздо важнее и отдельного цветового ощущения и спектрального состава действующего света.

В таких условиях возникли наши наглядные представления о цвете. Они самым тесным образом связаны с процессом узнавания предметов, т. е. с действием на глаз не одного какого-то излучения, а целых, иногда очень сложных, групп разных излучений.

И всё же простейшим элементом во всех случаях является действие на глаз отдельного излучения. Именно с исследования этого и начинается научное цветоведение.

Наглядные представления о цвете очень мало могут помочь в этом, т. к. их связь с действием отдельных излучений очень сложна. Поэтому в основе научного цветоведения лежат эксперименты, проводимые в искусственно упрощенной физической обстановке. В течение курса мы увидим, как от этих простейших опытов, вначале очень далеких от всего, к чему мы привыкли, постепенно мы сможем дойти и до более сложных вопросов. Весь курс в целом будет доказательством того, что всё в конце концов сводится к действию на глаз света.

Однако, прежде чем начинать научное изложение, я всё же вынужден остановиться хотя бы в общих чертах на происхождении наглядных представлений о цвете. Это надо сделать по той причине, что невозможно говорить о цвете, не прибегая к наглядности, но относиться к ней надо критически, чтобы это не породило недоразумений.

Постараемся разобрать первым делом, чтó мы понимаем, когда в разговорном языке упоминаем слово «цвет» или названия конкретных цветов. Скажу сразу, что в разных случаях «цвет» в разговорном языке, оказывается, имеет разные значения. Их-то мы и постараемся выяснить.

Часто говорят, что цвет есть ощущение. И действительно, иногда называя цвет, мы имеем в виду цветовые ощущения, подобные тому, как слова «звук» или «теплота» также употребляются для обозначения соответствующих ощущений. Гораздо чаще других цвет служит для описания различных объектов, и здесь, как и в случае звука или теплоты, дело идет об объективных свойствах предметов, которые отражены в соответствующих ощущениях. По аналогии со звуком естественно было бы считать, что цвет в объективном смысле должен пониматься как свойство света. Такое употребление слова «цвет» также встречается. Так, например, при рассмотрении спектра разным длинам волн соответствуют разные цвета, и физики, когда не требуется большой точности, вместо того, чтобы указывать длину волны, указывают цвет спектральной линии. Однако и в этом смысле слово «цвет» употребляется не очень часто, по крайней мере в разговорном языке.

Чаще всего мы говорим о цвете предметов, которые нас окружают. Почти все такие предметы не испускают собственного света, а только отражают его. Например, мы говорим, что снег белый, кровь красная, глина коричневая и т. д. Свет, отраженный таким предметом, может быть различным, в зависимости от освещения. В разных условиях тот же предмет может и выглядеть по-разному. Следовательно, то, что мы называем «цветом» предмета, не является ни свойством света, ни цветовым ощущением. То, что отличает друг от друга несветящиеся предметы, это их способность отражать свет. Нетрудно убедиться, что эту отражательную способность предметов мы по сути дела и характеризуем, указывая их цвет. Так, например, мы называем белыми все те предметы, которые отражают весь падающий свет без заметного поглощения. Красный, желтый, коричневый цвет предмета опять-таки определяется тем, как этот предмет отражает свет.

Для удобства дальнейшего изложения условимся называть объективные отражательные свойства предмета его «окраской». Нетрудно заметить, что в разговорном языке слово «цвет» и названия конкретных цветов чаще всего употребляются для обозначения окраски предметов.

Если попросить кого-нибудь привести конкретный пример какого-либо цвета – белого, красного, зеленого, коричневого, – то почти всегда назовут предмет соответствующей окраски. Даже при описании цвета светящихся предметов их часто сравнивают с предметами определенной окраски. Так, наверно, каждый слышал выражение «кроваво-красный диск солнца».

То, что под «цветом» мы обычно понимаем окраску предметов, объясняется легко тем, что почти все предметы, с какими мы имеем дело, не испускают собственного света, а для таких предметов характерным признаком является окраска. Сложен вопрос, как мы узнаем окраску предметов. По-настоящему ответить на него мы сможем только в конце курса. Сейчас ограничусь только образным описанием без надлежащего обоснования. Окраску предметов мы узнаём только путем сравнения их между собой. Обычно вся совокупность того, что мы видим, позволяет довольно правильно судить об освещении и его распределении в пространстве. Это каждый знает по своему опыту.

Оценивая цвет какого-либо предмета, мы помимо нашей воли делаем как бы бессознательную «поправку на освещение», как эту мысль выразил Гельмгольц. Это и позволяет обычно очень точно оценивать окраску предметов. Правда, дело будет обстоять так, только пока условия наблюдения близки к обычно встречающимся в жизни. В непривычных условиях, например, при резко "цветном" освещении, окраска предметов узнаётся с трудом, а иногда возможны и большие ошибки.

Так как под «цветом» мы почти всегда понимаем окраску предметов, то наши наглядные представления о цвете являются представлениями об окраске предметов и тесно связаны с теми бессознательными сравнениями предметов со всем, что его окружает, которые позволяют нам узнавать окраску предметов. Отсюда и сложность наших наглядных представлений о цвете.

Причиной той или иной окраски предмета является то или иное красящее вещество, поэтому мы очень часто говорим: «цвет», а подразумеваем красящее вещество. Так, например, белые или прозрачные предметы, не содержащие красителя, называют «бесцветными» вместо того, чтобы сказать «бескрасочные»; рисунок, сделанный одной краской, называют «одноцветным» (вместо «однокрасочными»); печать в три краски называют «трехцветной», даже смешение красок часто называют «смешением цветов».

Во многих языках и цветовое ощущение, и красящее вещество вообще обозначаются одним и тем же словом, т. е. сам язык не располагает средствами различать эти понятия. Так, например, в европейских языках: Farbe (нем.), Couleur (франц.), Сolour (англ.), χρομα (греч.) – единственное слово соответствующего языка, как для того, так и для другого понятия. Русское слово «цвет» в его современном смысле стало употребляться довольно поздно, первоначальный его смысл – «цветок», т. е. предмет определенной окраски. Аналогичное наблюдается в языках самых различных языковых групп.

Тесно связано с нашей привычкой понимать под «цветом» окраску предметов очень распространенное выражение: «разные оттенки того же самого цвета». Поэтому часто задают естественный вопрос: «В чем разница между цветом и оттенком?»

Как почти все разговорные выражения, слово «оттенок» не вполне определенное по смыслу. Оно имеет смысл только в тех пределах, в каких является общепринятым без специальных пояснений. Мы остановимся на его вероятном происхождении как на хорошей иллюстрации к нашим привычным представлениям о цвете.

Рассматривая то, что нас окружает, мы, естественно, стремимся в первую очередь выделить определенные предметы из всего остального. Однако даже однородно окрашенный объемный предмет в разных своих частях выглядит по-разному.

Это особенно хорошо можно видеть на произведениях живописи при рассмотрении их вблизи. На выступающих частях предмета видны почти белые, или белые «блики»; во впадинах цвет темнее так же, как и в тени. Кроме того, главным образом в тенях можно заметить так называемые «рефлексы», т. е. освещение светом, отраженным соседними предметами. Такие рефлексы наблюдаются постоянно. Особенно хорошо это выразил Леонардо да Винчи: «Всякая точка освещена всем тем, что она видит», т. е. светом, идущим от всех предметов, видимых с этой точки. Таким образом, каждый такой предмет представляет собой большую группу цветов, которую мы невольно объединяем, выделяя отдельные предметы из их окружения. Заметим, что слово «оттенок» имеет корень «тень», а в наших наглядных представлениях слово «цвет» по преимуществу связано с понятием об окраске предметов. Тогда выражение «различные оттенки того же самого цвета» можно расшифровать так: это различные цвета, какие мы привыкли видеть на поверхности однородно окрашенных предметов и привыкли объединять по признаку принадлежности к одному и тому же предмету.

Слово «оттенок» обозначает или вообще всякие небольшие различия в цвете – «желтый с зеленоватым оттенком», «серый с красноватым оттенком» и т. д.,– либо цвета, различающиеся сильнее, но соответствующие по-разному освещенным частям однородно окрашенного объекта.

Мы, как правило, не будем в дальнейшем пользоваться словом «оттенок» и, во всяком случае, никогда не будем говорить о разных оттенках «того же самого цвета». В каком бы смысле ни понималось слово «цвет» (о научном его понимании мы скажем позже), одинаковыми мы будем называть цвета только, когда они для глаз полностью неотличимы. Для всего дальнейшего это имеет большое принципиальное значение, чтó я прошу твердо усвоить. В частности, разные оттенки мы всегда будем считать разными цветами, каково бы ни было различие между ними по величине и в чем бы оно ни выражалось.

В разговорном языке слово «цвет» имеет, как мы видели, много разных значений, и, если за этим не следить, соответствующие понятия легко смешиваются, в особенности понятия цветового ощущения, лучистой энергии, т. е. света и красящего вещества или окраски предметов. Особенно часто явления, связанные со свойствами одного понятия (например, свойствами красок), переносят на другое, например, свет или цветовое ощущение и наоборот. Это порождает много недоразумений. Мой педагогический опыт говорит мне, что, несмотря на все мои предупреждения, вы, наверное, особенно первое время, будете нередко делать такие ошибки. Против этого только одно средство: очень тщательно следить за своими формулировками, чтобы всегда ясно сознавать, о чем идет речь.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Ix международная конференция «прикладная оптика-2010»

    Документ
    Научно-производственный концерн «Оптические системы и технологии»,Государственный оптический институт им. С.И. Вавилова (ГОИ), Санкт-ПетербургНаучно-исследовательский и технологический институт оптического материаловедения, Санкт-Петербург

Другие похожие документы..