Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Планы семинарских занятий'
Конституционное право Российской Федерации: Планы семинарских занятий для студентов 2 курса дневного отделения специальности “Юриспруденция” / Сост. ...полностью>>
'Автореферат'
Защита состоится 26 июня 2008 г. в часов на заседании диссертационного совета Д 002.017.02 Вычислительного центра им. А.А. Дородницына Российской ака...полностью>>
'Документ'
Широко распространено мнение, будто алкоголики — обреченные люди, которых “исправит только могила”. Такое неправильное мнение сеет пессимизм, бесперсп...полностью>>
'Доклад'
О деятельности Муниципального бюджетного образовательного учреждения города Мурманска детского сада компенсирующего вида № 82, расположенного по адре...полностью>>

Московский Государственный Университет Культуры и Искусств Высшая Школа Культурологии «Индийская диаспора как компонент культурной жизни современной Москвы» диплом

Главная > Диплом
Сохрани ссылку в одной из сетей:

История индийской диаспоры в России и Москве.

    1. 2.1 Генезис индийской диаспоры на территории России и Москвы.

Индийская диаспора в России имеет самую долгую историю в Европе. Первое упоминание об индийцах на территории России относится к IX веку, а с XVII века индийцы поселяются в разных городах нашей страны. Но перед этим следует рассмотреть такую этническую группу, как цыгане. Цыгане – это одни из первых индийцев, вышедших за пределы своей страны, и распределившиеся по всему миру, в том числе, и в России.

Согласно лингвистическим и генетическим исследованиям, предки цыган вышли из Индии в VI веке группой около 1000 человек. Предположительно они были подарены в качестве придворных музыкантов одним из индийских правителей персидскому правителю. По одной из версий, около 400 лет они провели в Персии прежде, чем начали постепенно расходиться по свету, на восток, обратно к Индии и в Среднюю Азию, и на запад, в Палестину, и через нее в Египет, и через Армению к Византии. При крушении Византийской империи цыгане начали мигрировать в Европу.18 В начале XV века значительная часть византийских цыган вела полуоседлый образ жизни. Они селились слободками, деревнями, собираясь компактно по признакам родства или профессии. Основными ремеслами были работа с железом и драгоценными металлами, вырезание из дерева предметов быта, плетение корзин. После завоевания Балкан мусульманами большая часть ремесленников осталась на своих местах, так как их труд был востребован.

При турках цыган стали впервые продавать в рабство. Торговля крепостными цыганами и пытки над ними практиковались вплоть до середины XIX века. В 1829 году Российская Империя одержала победу над турками, и часть земель отошла под ее контроль, с проживающими там и цыганами. В 1864 году рабство было законодательно запрещено.

В годы Второй мировой войны около 150 000 – 200 000 цыган в Центральной и Восточной Европе были истреблены нацистами. 30 000 из них были гражданами СССР. После войны цыгане Европы и СССР условно разделились на несколько культурных групп: цыгане СССР, социалистических стран, Испании, Скандинавии, Великобритании и Западной Европы. Внутри этих культурных групп культуры разных цыганских этногрупп сближались, тогда как сами культурные группы отдалялись друг от друга. Культурное сближение цыган СССР происходило на базе культуры русских цыган, как самой многочисленной цыганской этногруппы.

5 октября 1956 г. вышел Указ Президиума Верховного Совета СССР «О приобщении к труду цыган, занимающихся бродяжничеством», приравнивающий кочевых цыган к тунеядцам и запрещающий кочевой образ жизни. Реакция на указ была двоякой как со стороны местных властей, так и со стороны цыган. Местные власти исполняли этот указ, либо выдавая цыганам жильё и побуждая или принуждая их вместо кустарного ремесла и гадания официально трудоустраиваться, либо просто прогоняя цыган со стоянок и подвергая кочевых цыган дискриминации на бытовом уровне. Цыгане же либо радовались новому жилью и достаточно легко переходили в новые условия жизни (часто это были цыгане, имеющие по новому месту жительства друзей-цыган либо оседлых родственников, которые помогали им советом при налаживании новой жизни), либо же считали указ началом попытки ассимилировать, растворить цыган как этнос и всячески уклонялись от его исполнения. Те цыгане, что сначала приняли указ нейтрально, но не имели информационной и моральной поддержки, вскоре восприняли переход на оседлость как несчастье. В результате указа осело более 90 % цыган СССР19.

На сегодняшний день насчитывается около миллиона цыган в России. Они заняты различными видами деятельности, от ведения собственного бизнеса до театральной и музыкальной деятельности.

Итак, цыгане – это первые индийцы, вышедшие за пределы своей страны. Но сейчас их можно считать только далекими потомками тех индийцев. А когда же сами индийцы оказались в нашей стране и основали здесь диаспору?

А.Ф. Малиновский, русский историк, исследователь старинных грамот и летописей, пишет в своей книге «Известие об отправлениях в Индию российских посланников, гонцов и купчин с товарами и о приездах в Россию индийцев – с 1469 по 1751 год», что первый официальный приезд индийского гонца в Москву зафиксирован в сентябре 1533 года.20 Ниже привожу подлинные слова старинной летописи, которая хранится в библиотеке Главного Московского Архива Министерства иностранных дел по №9, лист 251 на обороте и 252:

«Из индийских же стран в Москву первый приезд воспоследовал при великом князе Василий Иоанновиче. В сентябре месяце 1533 года прибыл в столицу России индиец под названием гостя Таусеин Хозя и привез от индийского владетеля Бабур-Падши грамоту, чрез которую предлагал он российскому государю быть с ним в дружбе и братстве. Когда Таусеин Хозя продал в Москве все товары свои, то при отпуске его вручена была ему ответная государева к Бабур-Падше грамота, в которой написано было: «чтоб люди промеж их ездили; а о братстве к нему великий князь не приказал, потому что не ведает его государства, неведомо: он государь, или государства тому урядник»21.

Из вышесказанного следует, что в то время Россия была не в курсе политических дел, происходивших на территории Индии. Великий князь и его окружение относились к гостям из далекой страны с недоверием. У индийцев же интерес к России, а в частности, к Москве был чисто деловой. Они стремились в Москву, чтобы вести успешную торговлю. В столице в середине XVI века индийские товары были в диковинку, и довольно быстро вошли в моду, а поскольку конкуренция отсутствовала, индийские купцы начали обогащаться за счет московской знати. Откуда же индийцы узнали о России? И о том, что здесь можно завязать торговые отношения?

Конечно же, главную роль здесь сыграло знаменитое путешествие Афанасия Никитина. В 1469 году Афанасий Никитин с товарами вышел из Твери, и начал по Волге свое «хождение за три моря». Вот как он описывает собственные впечатления об Индии того времени: «И есть тут Индийская страна, и люди ходят все голые: голова не покрыта, груди голы, волосы в одну косу плетены… и детей у них много. Мужи и жены все черны. Куда бы я ни пошел, так за мной людей много, - дивятся белому человеку. А князь их – фата на голове, а другая на бедрах; бояре у них ходят – плечи обернуты, а другой бедра. Слуги же княжеские и боярские – фата на бедрах обогнута, щит да меч в руках, а другие с копьями, или с ножами, или с саблями, или с луками и с стрелами. И все голые, босые и сильные».22 Это описание индийцев в ту пору стало своего рода «классическим». На Руси индийцев считали любопытными, сильными, но дикими. Дикость заключалась в понимании русских людей, конечно, в том, что индийцы, как неоднократно подчеркивал Афанасий Никитин, ходили «голые». Интересно также описание быта индийцев, которое далее приводит путешественник:

«Индийцы совсем не едят мяса: ни баранины, ни курятины, ни рыбы, ни свинины, - хотя свиней у них очень много. Едят же они 2 раза в день, а ночью не едят; ни вина, ни сыты не пьют. С бусурманами не пьют и не едят. А еда у них плохая, и друг с другом не пьют, и не едят, даже с женой. Едят рис да травы разные, а варят их с маслом и молоком. А едят все правою рукой, левою же ни за что не возьмутся; ножа не держат, а ложки не знают. А от бусурман скрываются, чтобы не посмотрел на еду. Если же бусурман посмотрел на еду, и индиец уже не ест»23. Так своеобразно путешественник описывает кастовые различия индийцев. Бусурманами он называет могол (монгол) из династии Тимура, которые завоевали Индию в 1398 году. А в грамоте от 1533 года речь идет о потомке Тимура – Бабуре. Бабур 27 апреля 1526 года занял Дели и объявил себя императором Индии. С этого времени начинается период так называемой империи Великих Моголов. В России же, поскольку после путешествия Никитина, более подобные шаги практически не предпринимались до XVII века, мало, что знали о переменах в Индии, и поэтому жили и представляли себе индийцев по старым стереотипам.

Различие вер только портило отношения двух народов. В своей книге «Хождение за три моря» Афанасий Никитин предостерегал соотечественников, что верования индийцев захватывают и «поедом душу едят». Он писал: «И позабыл я всю веру христианскую, и праздники христианские не знаю – ни великого дня, ни Рождества христова, ни среды, ни пятницы. А возвращаюсь я на Русь и думаю: погибла вера моя, постился я их постом. Месяц я мяса не ел, а все хлеб да воду, да травы всякие»24. А что может быть страшнее для истинно русского человека, чем потеря веры? Индийцев стали воспринимать так, словно бы они покушались на христианскую веру, и заманивали путешественников для обращения в свою религию.

Следовательно, когда индийский гость приехал с грамотой к великому князю, ему не только дружбы не предложили, но и постарались побыстрее выпроводить за границу. Только благодаря диковинным товарам, что привез с собой индиец, ему разрешили и впредь торговать на территории Руси.

Для индийских купцов открытие русского рынка было большой выгодой, как говорилось уже ранее. Потому что в то время при Бабуре индийцев всячески преследовали, как по национальной, так и по религиозной причине. Индией завладели мусульмане, отобрав все земли у индийских крестьян. Единственным средством к достижению богатства оставалась торговля.

Однако на постоянное местожительство индийцы в Москву еще не переезжали. Мало того, из-за всё того же недоверия, великий князь сделал не Москву, а Астрахань свободной зоной для торговли с индийцами, - подальше от столицы.

По данным все той же летописи, в 1594 году индийцы попали под неожиданное покровительство Бориса Федоровича Годунова. Врачебные принадлежности и редкие произведения индийского искусства будоражили воображение русской знати о богатствах Индии. Годунов лично делал заказы у индийских купцов, и попытался максимально сблизиться с далеким Великим Моголом. Тем более в то время в Индии к власти пришел внук Бабура – Акбар (1555-1605), известный своими либеральными взглядами по отношению к индусам, и готовый идти на сотрудничество с другими народами25.

В 1646 году царь Алексей Михайлович назначил постоянное «купеческое посольство к индийскому шаху» (так титуловали тогда в России Великого Могола). Купеческое посольство состояло из казанского купца Никиты Сыроежина и астраханского жителя Василия Тушканова. Однако, когда в 1647 году, российское посольство добралось до Индии, в ней самой произошел неприятный инцидент – ссора между персидским и индийским шахами, не поделившими Хоросанскую область. Чтобы отомстить индийскому правителю, персидский шах обманом завлек российское посольство к себе и «удерживал несколько дней». В связи, с чем возникло недоразумение, в ходе которого индийская сторона стала менее радушно относиться к российским посланникам, считая их союзниками персидского шаха.26

Несмотря на встретившееся препятствие в прямых отношениях с правителем Индии, царь Алексей Михайлович продолжил оказывать особенное покровительство приезжавшим в Астрахань для торговли и поселившихся там индийцам. Итак, мы может установить точную дату возникновения на Руси индийской диаспоры, - это 1648 год. И, следовательно, Астрахань – первый город, где начала свою жизнь индийская диаспора в России.

Обосновавшись и прочно укрепившись в Астрахани, а также ободренные защитой самого царя, индийцы начали приезжать торговать и в Москву. Однако, в дружеские отношения, которые стали складываться между русскими и индийцами, неожиданно вмешались армяне. Они перекупали товары по дороге у индийцев и перепродавали в Москве по завышенным ценам. На какое-то время индийские купцы перестали приезжать в Астрахань, и их отношения с русскими пребывали в застое. Но, как отмечает летопись, «царь Алексей Михайлович, усмотрев происки армянских купцов в присвоении себе индийской торговли, запретил покупать что-либо индийского у сих же армян»27. И вновь индийские купцы начали посещать Москву, но селиться им здесь так и не было разрешено.

Но тут уже возникли внутренние проблемы с индийской торговлей. В 1684 году 15 августа индиец Луда Тарий подал царевне Софии Алексеевне во время ее шествия из Новодевичьего монастыря, челобитную на астраханских воевод, где обвинил последних в притеснении.28 Интересно, что просьба его была удовлетворена. Но в 1688 году московские торговые люди подали государям царям Иоанну Алексеевичу и Петру Алексеевичу жалобу на индийских купцов в Москве. Благодаря придворным интригам, московские купцы добились своего, и индийцы все были высланы из Москвы опять в Астрахань.

Понадобилось много лет, чтобы индийских купцов в который раз опять допустили до торговли в Москве. Это случилось при Петре I, а толчком к такому решению послужила переписка императора с Хусейном Али, который в 1714 году стал вице-королем Декана. И в 1715 году в Москве появилось первое поселение индийской диаспоры, в основном состоящее из купцов, а также небольшого числа врачей, оставшихся при купцах, так как индийцы доверяли, и доверяют, только своей медицинской практике.

Далее нестабильная политическая обстановка в Индии: захват страны Надир Шахом, усиление Ост-Индской компании, Семилетняя война между англичанами и французами на территории Индии, - все это только способствовало бегству индийцев из Индии, и поиску спокойной жизни в новых землях, - а именно в России. Благодаря чему, индийская диаспора в Москве значительно расширилась и закрепилась.

    1. 2.2 Отражение истории Индии в истории московской диаспоры индийцев.

За почти трехсотлетнюю историю существования в Москве индийская диаспора пережила удивительные, и порой трагические перемены и ситуации.

Несмотря на то, что Петр I официально разрешил селиться индийцам в Москве, и всячески покровительствовал им, жизнь диаспоры не была спокойной. Москва, – исконно купеческий город, имела свою влиятельную и богатую гильдию купцов, которой вовсе не нравилось то, что «иноземные обезьянки», - как называли купцы индийцев за маленький рост и смуглый цвет кожи, занимают вполне достойное место на московском рынке. Прибыль индийцев росла, богатела и диаспора. И уже в 1734 году многие из разбогатевших индийцев потянулись в Санкт-Петербург, а те, кто остался в Москве, начали селиться ближе к центру. Естественно, эти успехи не могли радовать московское купеческое общество. В период с 1736 по 1740 годы в Москве зафиксировано шесть пожаров, в ходе которых были уничтожены несколько домов, где жили представители индийской диаспоры.29

Однако индийская диаспора стойко переживала свои неприятности. Мода на индийские диковины прочно держалась в России, поэтому товарооборот продолжал расти год от года.

Одно из важнейших событий для индийской диаспоры в сфере ее духовной жизни произошло в августе 1746 года. Российской империей уже правила императрица Елизавета Петровна. Диаспора обратилась к ней с просьбой разрешить постройку первого индуистского храма в столице. Под действием своего окружения, взбунтовавшегося от наглости индийцев, им было отказано, но вместе с тем, чтобы не терять дружеских связей с диаспорой, Елизавета Петровна послала приглашение для индийской жреческой верхушки с целью нанесения визита в столицу. Это был большой успех для индийской диаспоры. Индийцы – все без исключения верующие люди, тяготились отсутствием в Москве индуистских храмов и других религиозных сооружений. Они отказывались переходить в православную веру, даже, несмотря на очевидную выгоду этого шага. 30

Различие вер, естественно, только усугубляло враждебную обстановку вокруг диаспоры. Также москвичам были чужды и непонятны обычаи индийцев и их образ жизни. Диаспора в Москве не отказалась от своих традиционных жизненных укладов. Разные касты жили отдельно друг от друга, и общались только в связи с возникшими деловыми вопросами. Основные виды деятельности индийцев в Москве в то время, как уже говорилось выше, - это торговля и медицина. Причем, врачи исконно были из варны брахманов, а купцы – из варны кшатриев. Следовательно, врачи ставились выше купцов, хотя и существовали, в основном, за их счет, так как москвичи не пользовались услугами индийских докторов. Особенно хорошо это варновое различие прослеживается в следующей любопытной заметке из полицейской хроники Москвы за 1762 год, где сказано, что «один купец из индусов, почувствовав себя больным, не послал за врачом, как это обыкновенно делается, а сам отправился к нему, однако, по дороге ему стало совсем скверно, и он умер, так и не получив медицинской помощи».31

Такое поведение было совершенно непонятно для русских. В книге «О нравах и обычаях индийцев» автор – Г.С. Лебедев, пишет после этой заметки свое мнение, которое бытовало среди русского населения, что «даже скотина проявляет по отношению друг к другу больше заботы»32. Просто москвичи не были осведомлены о жизни индийцев, и о их строгой варновой системе.

С середины XVIII века ситуация не исправилась, а даже, наоборот, стала еще более тяжелой. Российская империя вела в то время сугубо прозападную политику, и к переменам на востоке относилась сквозь призму европейской точки зрения. В далекой Индии народы непрерывно воевали за свою независимость, однако, Английская Ост-Индская компания удерживала одну победу за другой. Удивительно, но все то, что происходило за несколько тысяч километров, на другом конце континента, сразу же отзывалось в Москве. Московская элита чутко следила за успехами колониальной политики Англии. И чем уверенней последняя чувствовала себя на территории Индии, тем хуже становилось отношение к индийцам в Москве. К началу XIX века Англия значительно расширила свои владения: к ней перешли Бенгалия, Бихар, Орисса, Соединенные провинции, Бомбейское президенство и большая часть Южной Индии. Захват Индии несомненно облегчался тем, что она была страшно раздроблена. На руинах империи Моголов возник ряд мелких государств, которые вели между собой непрерывные войны. Лучше всего тогдашнюю обстановку в Индии обрисовал Карл Маркс: «Неограниченная власть Великого Могола была свергнута его наместниками, могущество наместников было сломлено мараттами, могущество мараттов было сломлено афганцами, и пока они воевали против всех, налетел британец и оказался способным покорить их всех. Страна, где обособлены друг от друга не только магометане и индусы, но и каста от касты, была обречена на то, чтобы стать добычей завоевателей».33

Эти печальные для индийского народа события трагично сказались и на индийской диаспоре. Лишившись покровительства правителей Индии, а также поддержки императорского двора, индийская диаспора оказалась один на один со своими давними неприятелями – московским обществом. Можно сказать, что на фоне великой войны на территории Индии, развернулась микровойна на территории Москвы.

Англичане превратили Индию в рынок сбыта своих товаров. Экономика Индии стремительно разрушалась. Таким образом, промышленный переворот в Англии, в частности развитие текстильной промышленности, повлек за собой подрыв основ индийской общины. Как сказал один из английских генерал-губернаторов, «бедствию этому едва ли найдется аналогия в истории человечества. Равнины Индии белеют костями хлопкоткачей».34 Индийская диаспора оказалась без материальной поддержки со стороны своей родины. Индийские купцы, жившие за счет товаров, привозимых из Индии, остались без средств к существованию. Они не были в состоянии прокормить не только касту брахманов-врачей, но и самих себя. Это было поистине кризисное время для всего индийского народа, жившего во всех частях света. Оставались в более выгодном положении лишь те индийцы, которые смогли наладить работу собственных фабрик. Но таковых оказалось немного.

Московское общество, наоборот, переживало период триумфа. Победы англичан воспринимались, словно свои собственные. Новым символом престижа для московской элиты стал слуга-индус.35 Индийцы, оказавшиеся в безвыходном положении, шли на службу в московские дома. Их одевали в белые одежды, чтобы подчеркнуть смуглый цвет кожи, и обыкновенно ставили служить привратниками, для того чтобы шокировать гостей, входящих в дом. На службу в такие дома поступали индийцы из касты кшатриев. Почти все свое жалование они отдавали индийской диаспоре, которая распределяла деньги не в пользу семьи работника, а в пользу брахманов, чей роскошный образ жизни особенно не менялся, несмотря на все бедствия, которые переживала остальная часть диаспоры. Этот факт послужил мнению среди русской части населения, что индийцы – далеко не умный народ. Никому не могло прийти в голову, что индиец станет добровольно отдавать свое жалование брахманам, которые относятся к нему свысока, лишь только потому, что так было заведено испокон веков. Однако это было именно так. Прожив несколько десятилетий вдали от родины, индийцы сохранили обычаи и традиции своего общества.

Колонизация Индии англичанами воспринималась в российском обществе однозначно: Англия несет для Индии «свет знаний и цивилизацию». В начале XX века, когда англичане окончательно завладели территорией Индии, в Москве одна за другой печатались книги по теме колонизации. В этих книгах авторы особенно подчеркивали, как повезло «отсталой Индии с ее новыми хозяевами». Прослеживались мысли о том, что подобным образом нужно поступать с индийцами, находящимися в России, в частности, в Москве, - отобрать имущество и отправить на службу, сделав их положение, едва ли не хуже, чем положение крепостных крестьян.36

Эти произведения отличались однобокостью взгляда на вопрос, а также заведомой предвзятостью. То, что идет от англичан – хорошо, то, что идет от индийцев – плохо. И почти всегда автор затем проводил параллель с конфликтом московского общества и индийской диаспоры. Англичане ставились на пьедестал добрых миссионеров, несущих знамя добра, образования и веры в темную, глухую страну, где живут «черные обезьянки». Удивительно, как умнейшие русские историки того времени попадали под влияние московской и в целом российской общественности. Например, можно сравнить две книги абсолютно разных авторов – княгини О.А. Щербатовой и русского историка, профессора Московского университета Панюшкина Н.Н.

Княгиня Ольга Щербатова написала довольно большую книгу об Индии, но далеко не научного, а скорее светского характера. Этот труд возник на почве впечатлений о поездке в Индию самой княгини и ее супруга. Княгиня была приглашена в Дели английской элитой, проживающей там, и, естественно, находилась под большим влиянием колонизаторов. Так, в своей книге она приходит к выводу, что Англия – это лучшее, что случилось с Индией за все время существования последней, что индийцы только и созданы для того, чтобы быть слугами «белых», что нужно уничтожить женское образование, и прочие почти расистские взгляды на туземное население.37

В отличие, от «любительского» произведения княгини, книга историка Николая Николаевича Панюшкина, казалось бы, должна содержать объективные оценки и факты сложившейся ситуации. Историк должен беспристрастно судить о том, что происходит в мире. Удивительно, но книга профессионального историка включает в себя не менее резкие выпады против индийцев. Так Н.Н. Панюшкин отмечает, что «туземцы отлично вписались в цивилизованный мир, предложенный им английскими джентльменами»38. Или: «если бы не пришедшие вовремя англичане, индийцы уничтожили произведения искусства своих же предков»39. И еще: «без сомнения, англичане помогли Индии встать на путь цивилизационного общества».40 Словно бы до англичан у индийцев не было своей цивилизации, своего общества, своей культуры! Поразительно, как два разных автора могли написать одинаково бездарные и однолинейные книги. Причем, что еще удивляет, и княгиня Щербатова, и профессор Панюшкин, восторгаются произведениями искусства индийских мастеров, но при этом никто из них не хочет признать, что это творения рук тех самых «черных обезьянок», которые только с приходом англичан «узнали, что такое свет знаний». В той же книге княгини Щербатовой озвучена тема индийцев в Москве. Она отмечает, что индусам, благодаря кастовой системе, - свойственное врожденное чувство подчинения. Следовательно, они «созданы для того, чтобы служить». Далее идет подробное описание одного светского приема в Москве, где гостям прислуживали сплошь индийцы41.

Надо заметить, что в Москве того времени обе эти книги имели успех. Это подтверждает уже один факт, что «Взгляд на английскую внешнюю политику из России» за период с 1902 по 1903 годы выдержал два издания.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Рочев двухкратный рекордсмен Коми асср и рсфср по лёгкой атлетике, чемпион Коми по летнему многоборью и двухкратный чемпион Республики по зимним видам спорта

    Документ
    В дни празднования юбилея государственности Коми в Ижме будут чествовать людей, которые внесли огромный вклад в развитие района и республики 2006/08/04
  2. Мадина Тлостанова Деколониальные гендерные эпистемологии москва

    Документ
    В книге анализируется становление ряда моделей гендерной эпистемологии, связанных с философией деколониального поворота, прослеживаются их точки соприкосновения и отталкивания от западных феминистских теорий, гендерных дискурсов третьего
  3. Конституции Российской Федерации Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным закон (1)

    Закон
    «Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц,
  4. Конституции Российской Федерации Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным закон (2)

    Закон
    «Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц,
  5. Габович Евгений История под знаком вопроса. "Нева", спб-Москва, 2005

    Документ
    К сожалению, у нас нет доступа к последней, исправленной версии текста книги. Приносим извинения за встречающиеся опечатки и несоответствия с текстом печатного издания.

Другие похожие документы..