Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Доклад'
Государственное образовательное учреждение начального профессионального образования «Профессиональное училище № 37» было основано 1 октября 1933 года...полностью>>
'Программа'
Определение, объект и предмет социальной педагогики. Основные категории социальной педагогики (социализация, факторы социализации, социум, микросоциу...полностью>>
'Закон'
1.1.О фундаменте науки «Генетика» и полном отсутствии такового у эволюционных воззрений. Законы генетики (Г. Мендель и др.) против домыслов Ч.Дарвина...полностью>>
'Документ'
Олійник Даниїла Іллівна. Інвестиційне забезпечення сталого розвитку телекомунікаційної галузі в Україні : дис. д-ра екон. наук: 08.07.04 / Державний ...полностью>>

Соколов Дмитрий – Лоскутное одеяло, или Психотерапия в стиле дзэн (2)

Главная > Документ
Сохрани ссылку в одной из сетей:

Ага, однажды ты залезешь сюда, а меня не будет, и тебе скажут: “Он куда-то уполз”. А тем временем я буду в городе, и решу тебя немного подождать, и стану чистильщиком обуви - или сыщиком! Вот, я всегда мечтал стать сыщиком! Между тем ты отправишься в пустыню, чтобы найти меня там...

  • Тебе никогда не надоедает болтать?

  • Надоедает. Иногда.

  • Тогда завязывай.

Тогда он завязал себя узлом и сказал:

- Я люблю тебя.

И сказка пошла дальше, а я пошел домой.

Д2. Лена и хорошие люди

СГ: Хорошо, ребята, давайте начнем. Меня зовут Александр Борисович, можно просто Саша, Саша Гранкин, я психотерапевт с двадцатилетним стажем. Веду группы с вот такими, как вы. Давайте мы начнем знакомиться, каждый скажет что-нибудь про себя, лучше что-нибудь интересное, в смысле, себе самому интересное. Что чувствует, что ожидает. Ну, давайте. Отсюда, с вас, хорошо?

Л: Меня зовут Лена. Я почти никого здесь не знаю, и я никогда не была в психологических группах. Я не знаю... Мне кажется, что те люди, которые сидят вокруг - приветливые, ну, добрые... Мне кажется, что психологи вообще отзывчивые люди, в общем...

СГ: И ты можешь себе представить, зачем ты нам это говоришь?

Л: Нет...

СГ: Ты говоришь: “Здравствуйте, хорошие люди. Я - хорошая девочка. Я пришла к вам”. А добрые люди тебе отвечают: “Шла бы ты на фиг, хорошая девочка”. Что ты сейчас чувствуешь?

Л: Что вы не хорошие люди...

Д3. Разговор ни о чем

СГ(заканчивая разговор с Леной): Хорошо, спасибо, понял... Это все, что ты хотела сказать?

Л (очень неуверенно): J&...

СГ (переводит взгляд на сидящую рядом с Леной Киру): Угу...

К: Теперь я?

СГ: Что вы со мной делаете?

К: Ничего.

СГ: Совсем ничего?

К: Совсем ничего.

СГ: Хорошо, продолжайте.

К: Ничего не делать?

СГ: Это уж как вам хочется.

К: Ну, добре. Меня зовут Кира Андреевна, или просто Кира, мне совершенно не хотелось бы показаться вам такой умудренной зрелой женщиной...

СГ: Это у вас написано спереди на футболке?

К: Простите?..

СГ: Ну, когда вы заходите в комнату, у вас есть какая то надпись здесь, на груди, - ну, например, “я зрелая опытная женщина”. А что написано сзади?

К: Где? Здесь?

СГ: Нет, повыше. На той же футболке, на спине. Передняя надпись - это как бы ваш парадный, преподносимый облик. На первые пять минут. А сзади - это тайное сообщение. Скажем, спереди написано “я - матрона”. А сзади?

К: Может быть, “уважайте мои седины”?

СГ: Ну да, “а кто не поклонится - убью!”

К: Нет, ну зачем убивать...

СГ: А что делать?

К: Ну что вы меня превращаете, прости господи, в старую ведьму?

СГ: Действительно, странно. Вроде сидела, ничего не делала. Ведь вам совсем не хотелось показаться умудренной годами женщиной?

К: Да хотелось, хотелось!

СГ: Зачем вы мне это так говорите?

К: Чтоб уже отстали.

СГ: Действительно, что привязался, сукин сын? Это, знаете, как приходит ко мне пациентка, говорит: “Поработайте со мной”, а через три минуты говорит: “Что вы ко мне пристали?” Чувствуете сейчас злость ко мне?

К: Нет, вы очень милый человек...

СГ: А что чувствуете?

К: Пожалуй, некоторую тревожность.

СГ: Почему? Боитесь, что потолок на голову упадет, раздавит?

К: Нет...

СГ: Точно нет?

К: Меня нет... Вас - может быть...

Д—4. КАЖДЫЙ ДЕНЬ ДЗУЙГАН СИГЭН обращался к себе:

  • Подлинное “я” - и тут же отвечал:

  • Да, слушаю.

  • Проснись, проснись! - говорил он и тут же отвечал:

  • Хорошо, хорошо.

  • В будущем не давай другим повода презирать тебя и не позволяй оставлять тебя в дураках! - и отвечал:

  • Нет, нет.

Д—5. Поклонение дьяволу

СГ: Лена, ты можешь крикнуть? Л: Не знаю... СГ: Ну, крикни.

Л (после паузы): Нет, наверное, не могу. СГ: Как это - не можешь? Л (молчит, улыбается) СГ: А ты живая? Л: Да.

СГ: Ну, крикни.

Л: Чего это я буду на вас кричать? Вы мне ничего плохого пока не сделали.

СГ: То есть мне надо сделать что-нибудь плохое, чтобы ты крикнула?

Л: Наверное.

СГ: Слышь, Лен, а ты и в детстве трупиком была?

Л: Кем?

СГ: Ну, такой: “Ах, меня нигде нету. Нет-нет, не беспокойтесь, я тут, с краешку. Нет-нет, мне ничего не надо. Главное, чтобы вам было хорошо”. - “А ты дышишь?” - “Да так, немножечко. Вы только не беспокойтесь”. - “А ты какаешь?” - “Нет, что вы!” -“А писаешь?” - “Иногда. Чуть-чуть”.

Л (смеется)

СГ: Это у тебя мама была такой?

Л: Нет, такой была бабушка.

СГ: Вот только бабушку сюда не надо. А то сейчас начнется -если бы не дедушка, если бы не лошадь... Ну что, крикнешь?

Л: На вас - не буду кричать.

СГ: А на кого будешь? На себя будешь?

Л: За что?

СГ: За то, что дура такая, загнала себя в угол, где ни вдохнуть, ни выдохнуть.

Л (молчит).

СГ: Так не будешь на себя кричать?

Л: Нет...

СГ: А как себя будешь наказывать? Тайком?

Л (краснеет, молчит).

СГ: Весь вопрос, ребята, как мы собираемся поклоняться дьяволу. Потому что если человек этого не знает, то он будет делать это тихо и некрасиво... Ну, ладно. А вообще, ты когда-нибудь кричала на мужчин? Ну, показывала им открыто свою агрессию?

Л: Да...

СГ: И чем дело кончилось?

Л: Замуж вышла...

Д6. БОГАТЫЙ ТОРГОВЕЦ ПРИНИМАЛ В ГОСТЯХ странствующего знаменитого раввина.

Прислуживая гостю за столом, он нечаянно уронил жирный кусок мяса на его одежду.

- Ах, я идиот! - воскликнул хозяин. Он страшно огорчился. Пятно действительно было большим и уродливым.

Раввин вышел из-за стола, затем из комнаты. Минуту он отсутствовал, а затем вернулся к хозяину, который горестно охал и мотал головой. Одежда раввина была совершенно чиста. Он сел на свое место.

Хозяин просиял.

Он опять всплеснул руками и воскликнул:

  • Как замечательно!

  • А почему ты огорчился, - спросил раввин, - из-за одежды или потому что идиот?

  • Потому что идиот, - сказал хозяин.

  • Тогда я не понимаю, что изменилось, - промолвил гость.

  • Можешь огорчаться дальше.

Д7. Замануха

Кира: Представляете, сижу я недавно дома, на кухне, размечталась и вдруг говорю: “Хочу домой!” А моя дочка - ей девять лет -говорит: “Мама, ты же дома”. А я говорю: “Нет, хочу в ТОТ дом!” Понимаете? Вот в тот дом, где я маленькой была, а не в этот...

СГ: Да, ничего себе.

К: И что мне с этим делать?

СГ: Страдать.

К: Вы серьезно?

СГ: А как еще привлечь внимание родителей? Только грустью и депрессией.

К: Каких родителей? Мои ведь ничего этого не видели! Они вообще живут так далеко...

СГ: Ааа, каких родителей. Да уж, конечно, не твоих несчастных папы с мамой. Что они могут! А вот настоящих родителей, истинных, небесных, которые видят каждую твою слезу, и чем больше ты будешь плакать, тем больше принесут тебе игрушек, счастья... Чего ты там еще хотела вчера? А, смысла жизни. Этого - навалом. Только надо достаточно поплакать.

Д8. Сумочка с нежной кожей

СГ: Скажите, зачем вам нужно держать эту сумочку на коленях?

Надежда: Я очень люблю эту сумочку, и мне нравится держать ее при себе... Так уютнее.

СГ: Ага... С сумочкой уютнее... Ну, и что бы вам сказала эта сумочка? Если бы она умела говорить, как в сказках Андерсена, что бы она сказала мне, вам?

Н Я сумочка, очень изящная, из такой нежной кожи... Во мне много красивых вещей...

СГ: И что поэтому?

Н Поэтому меня будут беречь...

СГ: Умная сумочка. Холить и лелеять?

Н Да, холить и лелеять!

СГ: Улавливаете сходство сумки с собой?

Н Нет, почему?

СГ: Совсем-совсем не улавливаете?

Н Ну нет, я, например, думаю, в отличие от сумочки. Она просто набита красивыми вещами...

СГ: А вы?

Н А я... Ой! (закрыв лицо руками, смеется).

СГ: Так, отлично, есть инсайт. Надя, что вы сейчас ко мне чувствуете?

Н: Интерес.

СГ: То есть возбуждение?

Н: Можно так...

СГ: Почему-то думают, что возбуждение - сексуальное чувство. Это может быть просто возбуждение к мужчине, который что-то знает и может научить.

Н: Да, конечно.

СГ: А может, сексуальное. Ты стыдишься? У тебя с этим проблемы. Что ты сейчас чувствуешь?

Н: Ой, что чувствую, ой, что чувствую... (Наклоняется вперед, закрывает лицо руками, смеется)

СГ: Ой, ой, щас я вам так и скажу...

Н: (машет головой) Не скажу.

СГ: А может, раскроешь... цветник?

Н (отрицательно мотает головой).

СГ: Что тебе мешает?

Я: Столько людей...

СГ: “Александр Борисович, только ты и я. Когда мы останемся наедине...”

Н: Да это у вас проблемы, доктор!

СГ: У меня - безусловно. Я слишком падок на сумочки с нежной кожей.

Н: О боже, у меня от смеха болит голова!

СГ: Это симптом. Ну, ничего. Сегодня пришел симптом - завтра придет мужчина.

Н: Нет, нет, хватит. Хватит мужчин.

СГ: Ой, ну что ты мне рассказываешь. Прямо ты сейчас бросишь водить глазками и начнешь работать.

Н: Может, и начну.

СГ: Посмотри мне в глаза.

Н. не может, хохочет.

СГ: Ну, не сейчас. Но кокетство - это уже хорошо. Эту энергию потом можно будет направить по делу. Главное - оторвать ее от мужчин. Мужчины к ней на самом деле не относятся. И если они этого не понимают и сунутся - ой, как им несдобровать... Ой, что с ними будет...

Я: Мне их не жалко.

СГ: Вот именно.

Д9. Маленький закаканный ребенок и большой асфальтовый каток

А: Андрей. У меня много работ, я многое умею делать. Вообще-то я врач, и работаю в психотерапии последние несколько лет. Вот, заинтересовался вашей методикой, оказался здесь.

СГ: Что ты сейчас чувствуешь?

А: Хорошо я себя чувствую, мне интересно.

СГ: И как тебе ее выступление? (кивает на Надю).

А: Выпендривается слегка... Играет, конечно.

СГ: А можно принять то, что не все люди осознаны?

А: Да, вполне можно. Я могу.

СГ: А можешь представить себе, как я к тебе отношусь?

А: Вы ко мне?

СГ: Ну, зачем ты переспрашиваешь?

А: А, простите. Как вы ко мне относитесь - ну, с симпатией, я полагаю.

СГ: А еще?

А (молчит).

СГ: Ну, сыграй меня, вот здесь на стульях, спроси и ответь себе за меня. Интересный разговор получится.

А (за себя): Как ты ко мне относишься?

А (за терапевта): Как кошка к мышке. Поиграю и съем.

СГ: Ничего себе фантазия. Ну-ну, продолжай.

А (за терапевта): Ты говоришь какие-то умные слова, крепишься, а сам, как москаль в том анекдоте, идешь прямехонько к яме.

А (за себя): Да откуда вы все это знаете?

А (за терапевта): А так, решил.

А (за себя): И как вы ко мне относитесь?

А (за терапевта): С боольшим уважением.

СГ: Приехали. Сам-то понял, что сказал?

А: Неа.

СГ: Ну, давай, разберем, проанализируем.

А: Ну, конечно, мы сейчас проанализируем, раскопаем и найдем маленького закаканного ребенка на горшке, ткнем в него пальцем и скажем: “Смотри, Андрей, это ты”. И будем очень радоваться, пожмем друг другу руки, какие мы тут крутые аналитики.

СГ: Зачем ты мне это говоришь?

А: А это мышка пищит перед смертью...

СГ: Ну-ну, мышка... А то, что ты же и мышка, ты же и кошка, понимаешь?

А: Да, вполне.

СГ: Ты как одна моя пациентка. Она мне говорит: “Доктор, я не могу тут с вами долго разговаривать. В шесть часов на Октябрьской площади я должна попасть под асфальтовый каток. Он уже выехал”. Я говорю: “Да ладно, давайте поговорим”. Она: “Нет, он уже выехал. Пора”.

Д10. Разговор с мамой

СГ: Слушай, что ты всё время смущаешься?

А: Я смущаюсь? Да, наверное.

СГ: Смущение, в принципе, - это предательство. Ты отказываешься сам от себя. И я не вижу причин - сейчас - это делать. Что тебя заставляет?

А: Не знаю... Привычка...

СГ: Или тебе мама так говорила? “Сиди, сынок, тихо, смущайся, не то еще ляпнешь что-нибудь не то...”

А: Мама... Да, говорила...

СГ: А ты ей что говорил?

А: Я ей... ничего не говорил...

СГ: Нет, ты говорил, ты своим поведением говорил: “Хорошо, мамочка, будет исполнено, мамочка, буду смущаться, буду всю жизнь сидеть тихонько на стуле и не пукать без твоего разрешения”.

А: Да нет, почему, я и не слушался ее тоже...

СГ: Для вида. А теперь слушаешься. Да или нет?

А: Слушаюсь...

СГ: Хреново. Ну, поговори с ней, посади ее на стул, встань на колени и скажи: “Спасибо, мамочка, я на всю жизнь теперь такой пришибленный, что уберегло меня от страшных опасностей”. Давай, устрой разговор.

Л: Посадить ее на этот стул?

СГ: Что ты сейчас со мной делаешь?

А: Слушаюсь... Хорошо, здесь сижу я, здесь сидит моя мама...

СГ: Ты как раскланиваешься во все стороны.

А (что-то говорит тихо)

СГ:А?

А: Слушай, ты мне дашь поработать или нет?

СГ: Я что, мешаю?

А: Мешаешь.

СГ: Ну, понятно, если бы я не мешал, всё давно было бы сделано.

А: Так... Здесь сижу я, здесь сидит моя мама. (Садится на свой стул). Мама! (молчит).

СГ: Что, сыночек?

А: Я... Я не знаю... (Пересаживается на стул мамы). Сынок, ты что-то хотел?

СГ: Я? Да так, хотел пожелать тебе доброй ночи.

А (Пересаживается на свой стул): Мама, я хотел поговорить с тобой. (Пересаживается на стул мамы). Может, лучше завтра? (На своем стуле) Нет, сейчас. Я уже вырос, мама. (За маму) Не вижу. (За себя) Ты не видишь, а я вырос. И я не могу больше слушать всё, что ты мне говоришь. У меня есть свой ум. (За маму) Конечно, у тебя есть свой ум, но два ума лучше. (За себя) Это так, я не спорю, но я хочу сам решать, что мне делать, а что нет. (За маму) Ну, решай. (Обращаясь к Саше) Ну, всё.

Д10*. СГ: Всё? А я чуть было не заснул. Перлз спал на своих группах, надо и мне научиться. Так что сказала мама?

А: “Решай сам”.

СГ: А, ну чудесно. Ты закончил работу?

А: Да.

СГ: Молодец, садись. Ты собой доволен?

А: Не очень.

ГС Чего?

А: Ничего не изменилось.

СГ: А, ты заметил? По-моему, тоже, это было жалкое подобие левой руки. “Мамочка, асиеяй?” - “Асисяй, сынуся”.

А: А что надо было сделать?

СГ: Тебе или мне?

А: Хорошо, что ты бы на моем месте сделал?

СГ: Это серьезный вопрос. А что делал на своем месте?

А: Я сейчас вспомнил: когда учился на первом курсе, то хотел перейти на другой факультет - на философский. И пришел поговорить об этом с мамой. Она сказала... что-то типа: “Через мой труп”. Я сказал, что я всё равно перейду... Короче, мы ссорились полночи. А в конце она сказала: “Если ты сделаешь это, ты сделаешь несчастной свою жизнь и мою”.

СГ: Зачем ты мне это рассказываешь сейчас?

А: Так... вспомнил...

СГ: Зачем ты мне это сейчас рассказываешь?

А: А? Ты просил вспомнить, я рассказал.

СГ: И как это поможет тебе разобраться?

А: Не знаю. Может, мне лучше сесть на место?

СГ: Слушай, а ты можешь маме прямо сказать, что ты о ней думаешь и что ты к ней чувствуешь? Прямо, и не убегать от конфликта, если он есть, а пережить его.

А: Знаешь, сколько раз я его уже переживал?

СГ: Не знаю. Думаю, что ты никогда его не переживал. Ты всегда манипулировал маминой значимостью, выставляя ее садисткой, и никогда прямо не говорил ей, что ты к ней чувствуешь.

А: Наверное, я не могу ей этого сказать. Она не поймет.

СГ: Здесь сказать, здесь! Для себя.

А: (долго молчит) Знаешь, Саша, я, по-моему... Я знаю, что я запрещаю себе сказать. Я могу сказать ей всё, что угодно, но я не могу сказать ей, что я её ненавижу, а... так получается, что к этому всё сходится.

СГ: И кого ты по этому поводу намерен играть?

А: Я не хочу играть; но и сказать ей этого я не могу.

СГ: Вот так гнев превращается в горечь... Одна минута гнева, если её не пережить, может дать несколько дней горечи. А горечь можно превратить в несколько лет депрессии.

А: Да, наверное, это так...

СГ: Что ты сейчас чувствуешь?

А: Вот эту самую горечь.

СГ: Ну, крикни, разрядись. Здесь хорошая обстановка. И маме никто не расскажет.

А (сидит, молчит).

Кто-то из группы: Блин, хочется уже крикнуть за тебя, или убить тебя на фиг.

А (поворачивается): Ну, убей!

СГ: “Умру! Погибну! Но не предам святых идеалов!”

А: Ну ладно, смейтесь...

СГ: Слушай, открывай общество жертв родительского насилия. Сразу куча народа запишется. Вон Лена - Лен, пойдешь, в общество к Андрею?

Лена (смеется): Пойду... Но не хочется...

СГ: А кому хочется? Что поделаешь - надо. “Мы путей не выбираем”. Там, где есть долг и вина, вообще нет выбора.

Д—11. БОЛТАЮТ ДВА МАЛЫША в автобусе. - Как тебя зовут?

  • Саша.

  • А меня Рома. Как тебя зовут?

  • Вова.

-А меня Виталик.

  • Сколько тебе лет?

  • Семьдесят.

  • Да ну, если бы тебе было семьдесят, ты был бы уже старым. Даже когда человеку двадцать, он уже старый.

  • А ты что будешь делать, когда тебе будет семьдесят лет?

  • У меня есть друг Валера по фамилии Алеша. Мы с ним поедем на поливальной машине на пенсию.

Д12. Кира: ВЫ К ЛЮДЯМ НЕУВАЖИТЕЛЬНО относитесь.

СГ: А что делать...

Андрей: Вернер Эрхардт обращался обычно к участникам: “Жопы!”

СГ: Ну зачем... А тоже хорошо. Ведь когда я обращаюсь к тебе “Кира”, ты же знаешь, хоть приблизительно, что я обращаюсь не ко всей тебе, и отвечать ты мне будешь соответственно. Если я сейчас спрошу у тебя, есть ли у тебя любовник и чем отличается секс с ним от секса с мужем, ты же мне не ответишь. То есть ты знаешь, к какой части тебя я обращаюсь, называя тебя Кирой. Вот и чудесно. А теперь представь, что в тебе есть часть, которую иначе не назовешь, как жопой. То есть не представь, а почувствуй. Не ягодицы. А - ну, понимаешь. И уже наше с тобой общение обогатится. Иногда я буду говорить: Кира, и ты мне будешь врать одно, а иногда: Жопа! - и другое. А там, глядишь, еще что-нибудь обозначится.

Д13. Этюд о непосредственном самовыражении

СГ: Так, у нас полчаса до конца, давайте немного поделимся своими чувствами за день.

Надя: Знаете, вчера я на вас злилась.

СГ: Это хорошо.

Н: Я злилась, глядя на то, как вы работали - и с Андреем, и с Леной.

СГ: Это плохо.

Н: А сегодня я просто наслаждалась.

СГ: Это хорошо.

Я: И еще я хочу сказать Андрею, что как я вчера к нему хорошо относилась, так и сегодня, без изменений.

СГ: Это плохо.

Н: Ну вот, смотрите, с вами можно нормально разговаривать?

СГ: Нет. Зато со мной можно кричать. Давай крикнем.

#:Ааа!!!

СГ: Молодец. Дай я тебя поцелую.

Д14. РЮНЗЮ СПРОСИЛ У РЭНДЗАЯ:

  • Как приходит просветление? Рэндзай ответил:

  • Как ветер пробегает по траве. Рюнзю поклонился.

Д15. КОГДА ДОКЕН СПРОСИЛ У ЭЙНЕНУ:

“ЧТО ТАКОЕ ПРОСВЕТЛЕНИЕ?”,

тот засмеялся и сказал: “Ты этого не знаешь”.

Д16. Интервью с Сашей Гранкиным в короткий период увлечения дзэн буддизмом

  • Так в чем же состоит цель такой терапии?

  • Цель состоит в том, чтобы убивать людей. Когда все убиты, появляется живой человек.

  • Стоп, стоп, стоп! Так вы работаете убийцей или психотерапевтом?

  • Я работаю липучкой для трансферов. И почти всегда ловлю образ комнатного бога. Я - отец народа, как Пушкин. Они меня ловят, чтобы использовать, как родителей, для борьбы с собой, но я ловчее и сильнее, и я уворачиваюсь, и вовремя отнимаю сисю.

  • То есть вы как бы поздний родитель, проводящий ребенка ко взрослости, причем вам это удается лучше, чем биологическим родителям, потому что вы сильнее.

  • И еще скромнее.

-А это в чем выражается?

  • Когда ТаоВу, китайский мастер дзэн, сидел однажды, погруженный в медитацию, и к нему подошел некий монах, спросивший: “В чем величайшая глубина учения?”, то Тао Ву встал со своей скамеечки, опустился на колени и сказал: “Ты пришел сюда издалека, но боюсь, я ничего не смогу тебе ответить”.

  • То есть дохлый номер, нет никакой истины, ничего найти невозможно и т.п.?

  • Ничего невозможно найти ТАК. За вопросом должен стоять весь человек, действие должно быть абсолютным, и пока этого нет, я играю в Станиславского и лениво говорю: “Не верю”. На самом деле я еще скромнее и не думаю, что я что-то сильно могу усилить. Созревание - внутренний процесс, и я для него - символ, хорошо, если красная тряпочка.

  • Созревание сознания или бессознательного?

  • Ни того, ни другого. Бессознательное у всех гениальное, это без вопросов. Сознание тоже у кучи народа отличное, не хуже моего, то есть гипертрофированное. Отношения между ними - вот это главное.

  • Дружат - не дружат?

Господи, да хоть вообще берут друг друга в расчет. А то ведь как: сознание, например, живет так, как будто бессознательного нет, инфлируется, и начинается кошмар и психосоматика. А сознание всё гонит интеллектуализации и рационализации во всё возрастающем количестве.

  • И чтобы вывести человека из рационализации, вы смеетесь над ним?

  • Я смеюсь над масками, я не смеюсь над людьми. Мы все в одном корыте свои маски полощем. Так что можно и посмеяться.

  • А если людям это не нравится?

  • Я легионер, а не проститутка.

сон легионер* (с—11, **,. 77)



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Соколов Дмитрий – Лоскутное одеяло, или Психотерапия в стиле дзэн (1)

    Документ
    Вы не поверите, но эта книга исследует серьезнейшие вопросы – корни и мифологию психотерапии. Параллельно она разрабатывает образ “положительного героя” в психотерапии - человека, который работает самим собой, - а также расширяет
  2. A rel="nofollow" href=" (6)

    Документ
    РУКОВОДСТВО walters o. s. - religion and psychopathology. Религия и психопатология walters o.s. - religion and psychopathology.

Другие похожие документы..