Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
Термин "финансы" происходит от латинского слова "finis" (финиш), означающего конец, окончание, а именно, завершение платежа, окон...полностью>>
'Документ'
Вопросы активизации учения учащихся относятся к числу наиболее актуальных проблем современной педагогической науки и практики. Реализация принципа ак...полностью>>
'Памятка'
При запуске программы происходит автоматическая проверка наличия обновлений на сайте, если обновление обнаружено, возникнет сообщение с предложением ...полностью>>
'Документ'
Во время осенних каникул я прочитал книгу «В стране легенд». Эта книга легенд и преданий средневековой Западной Европы. Легенды рассказывали о верной...полностью>>

[Текст]: научно-аналити-ческий журнал (издаётся с 2007 г.)

Главная > Документ
Сохрани ссылку в одной из сетей:

Е. Н. Бырдин, Ю. И. Воронина

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЯ

СУБЪЕКТИВНЫМ ПРАВОМ

Аннотация: в данной статье рассматривается особая разновидность юридически значимого поведения – злоупотребление правом. Данный вид поведения ещё недостаточно разработан в юридической науке. Авторы проводят сравнительный анализ злоупотребления правом с правомерным поведением и правонарушением, подчеркивая, что данный феномен нужно рассматривать как самостоятельный сложный вид правового поведения.

Annotation: This article deals with a special variety of a legally important conduct, i.e. misuse of right. This type of conduct has been insufficiently elaborated in jurisprudence. The authors are carrying out a comparative analysis of misuse of right with a lawful conduct and infringement, emphasizing the idea that this phenomenon should be examined as a separate complex type of a legal conduct.

Ключевые слова: правовое поведение, злоупотребление правом, правомерное поведение, правонарушение.

Key words: legal conduct, misuse of right, lawful conduct, infringement.

Принципиальный фактор, определяющий место и роль личности в государственно-организованном обществе, – её отношение к праву, выражаемое в совершаемых ею волевых, осознанных действиях. Такими действиями являются правовые поступки – правомерные и противоправные. Все остальные действия рассматриваются как юридически безразличные, т.е. не нуждающиеся в правовой оценке и в соответствующем государственном реагировании.

Основными видами юридически значимого (правового) поведения являются правомерное поведение и правонарушение. В юридической литературе также выделяют злоупотребление правом и объективно-противоправное деяние. Если в науке понятие объективно-противоправного деяния достаточно разработано, то категория «злоупотребление правом» трактуется разными авторами по-разному.

Вопрос о злоупотреблении правом рассматривался ещё римскими юристами. Причём сложность проблемы не позволяла решать её однозначно даже в пределах отдельной отрасли права. С одной стороны, утверждалось, что «тот, кто использует своё право, не ущемляет ничьих прав» («qui jure suo utitur, nemini facit injuriam»). С другой – один из принципов римского права запрещал шикану, то есть умышленное осуществление своего права исключительно с целью причинить вред другому лицу («malitiis non est indulgendum») [5, с. 113].

Для того чтобы понять природу злоупотребления правом, нужен интегративный подход, то есть обобщение на теоретическом уровне знаний, накопленных отраслевыми юридическими науками.

Следует отметить, что вопрос о целесообразности использования такой юридической категории, как «злоупотребление правом», является дискуссионным. В частности, противники категории злоупотребления правом считают, что данной категории в принципе не может существовать, поскольку в правовой действительности такого явления, как злоупотребление правом, нет. Право, полагают они, соглашаясь с римскими юристами, есть искусство добра и справедливости, а добром нельзя злоупотребить. Осуществление права, по их мнению, не может быть социально вредным и уж тем более общественно опасным. Другой аспект проблемы заключается в том, что сам термин "злоупотребление правом" является неприемлемым, поскольку соединяет в себе взаимоисключающие понятия. Говорить о злоупотреблении правом все равно, что говорить о сухой воде или горячем льде. Так, М.М. Агарков утверждал, что те действия, которые называют злоупотребление правом, на самом деле совершены за пределами права [1, с. 427].

В этой связи следует согласиться с А.А. Малиновским, который считает, что использование термина «злоупотребление» будет оправдано только в том случае, если оно станет употребляться не самостоятельно, а в словосочетании с другим уточняющим термином (например, «злоупотребление правами опекуна», «злоупотребление свободой массовой информации»). Тогда и само содержание понятия злоупотребления конкретным правом приобретет более очерченные признаки [3, с. 31].

Термин «злоупотребление» в его буквальном понимании обозначает употребление чего-либо во зло. В данном случае имеется в виду такое осуществление субъективного права, которое причиняет вред другим участникам общественных отношений (личности, обществу, государству). Однако не любая вредоносная реализация субъективного права является злоупотреблением. Вспомним, что по своей природе осуществление некоторых прав сопряжено с причинением вреда другим субъектам. Это относится, например, к осуществлению права на необходимую оборону и др. Реализация субъективного права только тогда становится злоупотреблением, когда конкретное право было осуществлено в противоречии с его назначением.

Юридические последствия злоупотребления правом нетрадиционны. Они не могут быть ни юридической ответственностью (это последствие правонарушения), ни тем более мерами поощрения (стимулирование социально полезного поведения). Законодательство России предусматривает такие последствия злоупотребления правом: признание недействительным его последствий (признание недействительной сделки, совершенной с целью, противной основам правопорядка и нравственности – ст. 169 ГК РФ); прекращение использования права без его лишения (ст. 72 ЖК РФ ограничивает возможность использования права на обмен жилого помещения, если он носит корыстный характер); отказ в государственной защите субъективного права (п. 2. ст. 10 ГК РФ).

Указанные взгляды учёных позволяют выделить основные признаки злоупотребления правом:

  • наличие у лица субъективного права;

  • деятельность по практической реализации субъективного права;

  • целевая направленность использования субъективного права в противоречии с его социальным назначением;

  • причинение ущерба общественным либо личным интересам;

  • отсутствие нарушения конкретных юридических запретов;

  • наличие юридических последствий злоупотребления правом.

Некоторые авторы в ряду основных признаков злоупотребления правом называют «установление факта злоупотребления правоприменительным органом» [4, с. 31]. Думается, что такой подход является не совсем оправданным. Проведём аналогию с правонарушением, под которым понимается любое общественно опасное (вредное), противоправное деяние деликтоспособного лица, независимо от того, был ли данный факт установлен компетентным органом или нет. В этой связи, есть основание говорить, например, о латентных злоупотреблениях правом.

Мнения учёных также расходятся в вопросе соотношения злоупотребления правом с правонарушением и правомерным поведением. Так, русский цивилист И.А. Покровский считал злоупотребление правом гражданским правонарушением: «Шикана есть не что иное, как самый обыкновенный деликт. То обстоятельство, что средством для причинения вреда является здесь осуществление права, никоим образом не может послужить оправданием, так как права предоставляются для удовлетворения собственных законных интересов, а не для причинения зла другим» [5, c. 118].

Аналогичную позицию занимают и некоторые современные авторы. Так, по мнению Т.С. Максименко, если вред намеренно причиняется другим лицам путём злоупотребления правом, то такое деяние является гражданским правонарушением. Более того, при злоупотреблении правом вред может быть причинён не только другим лицам, но и самому себе, однако общественный интерес требует наказания таких действий или, во всяком случае, их пресечения, недопущения впредь (например, несовершеннолетний расточитель может быть лишён права распоряжаться заработком, стипендией и другими доходами) [2, с. 247].

Ряд учёных придерживается иного мнения. Злоупотребление правом можно определить как нечто среднее между правомерным поведением и правонарушением, поскольку последние не исчерпывают всего многообразия поведения в правовой сфере. Злоупотребление правом в буквальном смысле – употребление лицом принадлежащего ему субъективного права во зло, т.е. вопреки интересам других лиц или общества. Причем, поскольку злоупотребление правом не связано с нарушением конкретных правовых запретов, предполагается, что лицо действует в полном соответствии с предписаниями закона, выполняя все возложенные на него обязанности [6, с. 430].

Таким образом, общим признаком злоупотребления правом и правонарушения является причинение вреда интересам личности, общества или государства. Многие авторы трактуют данное явление как правонарушение, но, на наш взгляд, подобный вывод не вполне адекватно отражает его содержание, так как не предусмотрена юридическая ответственность за вред, причинённый в результате злоупотребления субъективным правом. Вместе с тем, отсутствие юридической ответственности злоупотребления правом не дает оснований и для характеристики его как поведения правомерного, ибо последнее всегда социально полезно. Полагаем, что данный феномен нужно рассматривать как самостоятельный сложный вид правового поведения.

Заслуживает внимания классификация злоупотреблений субъективным правом на правомерные и противоправные, разработанная А.А. Малиновским. По его мнению, «правомерные злоупотребления правом происходят при реализации субъектом своих прав в виде использования правовых предписаний. Поскольку субъектом соблюдаются запрещающие нормы, он не совершает правонарушений и не подлежит юридической ответственности. Другой формой злоупотребления правом являются противоправные и наказуемые деяния. Однако это не любые правонарушения, а только такие, которые совершаются субъектами, реализующими свои права, свободы или властные полномочия. Обычное нарушение правового запрета нельзя рассматривать в качестве противоправного злоупотребления правом. Действительно, убийца или грабитель, осуществляя объективную сторону своего деяния, никоим образом не реализует тем самым своих субъективных прав. Другое дело, когда субъект, реализуя свои законные права, выходит за рамки правовых предписаний и совершает такие преступления, как «Злоупотребление должностными полномочиями» (ст. 285 УК РФ), «Злоупотребления при выпуске ценных бумаг» (ст. 185 УК РФ), «Злоупотребление полномочиями частными нотариусами и аудиторами» (ст. 202 УК РФ) и др.» [3, с. 32]. Таким образом, А.А. Малиновский, выделяя противоправные злоупотребления правом, по сути, относит их к правонарушениям.

В отличие от правомерного поведения, которое направлено не только на формальную реализацию правовой нормы, но и фактическое достижение цели её принятия, феномен злоупотребления правом как раз заключается в осуществлении субъективного права в противоречии с его социальным назначением. Придерживаясь мнения о том, что злоупотребление правом всегда связано с использованием субъектом своего права, данный вид правового поведения нельзя относить и к правонарушению, так как последнее не предполагает реализацию права. Противоправное злоупотребление правом следует рассматривать, например, как форму (способ) совершения правонарушения. В частности ч. 1 ст. 159 УК РФ определяет мошенничество как «хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием…».

С точки зрения дальнейшего развития теории злоупотребления субъективным правом, разделение данной категории на правомерное и противоправное не вполне оправданно. В противном случае происходит смешение понятий и утрачивается смысл выделения и изучения злоупотребления правом как отдельного вида юридически значимого поведения.

В завершение отметим, что, несмотря на попытки законодателя воспрепятствовать, ограничить или исключить возможное злоупотребление субъективным правом, идеальным средством достижения этой цели являются «добрые нравы» или «добрая совесть» субъектов права. То есть индивид, реализуя субъективное право, должен руководствоваться не только правовым, но и нравственным сознанием.

В качестве попытки ограничить негативные последствия злоупотребления правом субъектами можно рассматривать принятие формально определенных моральных обязательств перед обществом (например, присяги, кодексов этики, чести и др.).

Термин «злоупотребление правом» довольно точно выражает имеющее место в правовой действительности негативное явление. Для исключения возможности произвольного его толкования правоприменителями, субъективизма и оценочных подходов, законодателю необходимо предусматривать возможное злоупотребление правом уже на этапе правотворчества, вносить коррективы в разрабатываемые правовые нормы.

Литература

1. Агарков М.М. Проблема злоупотребления правом в советском гражданском праве / Известия АН СССР. Отделение экономики и права. 1946. № 6.

2. Гражданское право России. Ч. 1: учебник для вузов / Под ред. З.И. Цыбуленко. М., 1998.

3. Малиновский А.А. Злоупотребление правом: теоретические аспекты // Журнал российского права. 1998. № 7.

4. Морозова Л.А. Принципы, пределы, основания ограничения прав и свобод человека по российскому законодательству и международному праву // Государство и право. 1998. №7.

5. Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. М., 1998.

6. Теория государства и права: учебник для вузов / Под ред. В.М. Корельского, В.Д. Перевалова. М.: НОРМА, 2000.

В. В. Горовенко, Ю. В. Ляшенко,

Н. В. Тарков, А. И. Фаурян

ЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЕ ПРАВОМ

КАК ФОРМА НЕДОБРОСОВЕСТНОГО ПОВЕДЕНИЯ

Аннотация: в данной статье рассматривается понятие «злоупотребление правом». Исследуется как этимологическое значение данного слова, так и суть рассматриваемого явления. Приводятся критерии недобросовестного осуществления субъективного права. Делается вывод о необходимости закрепления в законе видового разнообразия данной формы недобросовестного поведения.

Annotation: The present article deals with the notion “misuse of right”. The etymological meaning of the given word as well as the essence of the phenomena is investigated. The criteria of the unfair performing of a subjective right are given. The conclusion concerning the necessity of attaching a kind variety of the unfair behaviour in a law is made.

Ключевые слова: субъективное право, злоупотребление правом, критерии недобросовестного поведения, виды злоупотреблений субъективным правом.

Key words: subjective right, misuse of right, criteria of unfair behaviour, kinds of misuse of a subjective right.

Мы живем в очень интересное время – в нашей стране произошла первичная стабилизация новой структуры общественных связей. Завершился зигзаг отечественной истории, общество вернулось к той системе экономических отношений, которая была демонтирована в 1917 г. Для регулирования указанных отношений, по сути, заново была построена система отечественного законодательства, и настал момент, когда можно оценить – а что, собственно, получилось? Попытка рефлексии на этот счет позволяет выявить ряд актуальнейших проблем, которые тормозят развитие нашего общества. Одной из таких проблем является злоупотребление субъективными гражданскими правами.

Изучение данного вопроса показывает, уровень распространенности данного явления совершенно не соответствует усилиям, предпринимаемым учёным сообществом, правоприменителями и законотворцами для его минимизации. Если отдельные исследователи предпринимают попытки научного анализа понятия злоупотребления правом, то практика применения ст. 10 ГК РФ, закрепляющей в настоящее время понятие злоупотребления правом, судебными органами крайне незначительна1.

Для разрешения данной ситуации необходимо предпринять дополнительные усилия и найти ответ на два основных вопроса: Что такое злоупотребление правом? Каково видовое разнообразие данного явления?

Следует отметить, в разных правовых семействах данным вопросам уделялось особое внимание. Как и во многих иных случаях, истоки понятия «злоупотребления правом» можно найти еще в римском праве, хотя исследователи отмечают, что в тот период самого понятия не существовало, поскольку действовал принцип – qui jure suo utitur, neminem laedit (тот, кто пользуется своим правом, никому не причиняет вреда). Вместе с тем, в отдельных случаях римские юристы заявляли о недопустимости того или иного поведения, составляющего реализацию права. Так, профессор И.С. Перетерский, анализируя дигесты Юстиниана, приводит высказывание Цельса о том, что «нельзя снисходить к злобе», речь идет о случае, когда собственник, продав дом, счищает с его стен картины или гипсовые украшения с целью навредить покупателю. В другом случае, рабовладелец, уличенный в жестоком обращении с рабом, мог быть принужден к продаже раба.

В целом же очевидно, что в римском праве представление о злоупотреблении правом применялось при решении конкретных дел [5, с. 27-29].

В романо-германском правовом семействе на рубеже ХIХ-ХХ вв., законодательно было закреплено такое понятие, как «шикана» (или «запрет придирок»), т.е. злоупотребление правом с единственной целью – причинить вред другому лицу.

Англосаксонское правовое семейство в сфере права собственности выработало такое понятие, как «зловредность», под которым понимается действие или бездействие, в силу которого для лица незаконно создается надоедание, помеха или беспокойство при пользовании недвижимостью путем причинения последней физического ущерба либо иного вмешательства в пользование недвижимостью, угодьями, выгодами или иными подобными правами, либо путем воздействия на здоровье лица, его комфорт и удобства. Если такое надоедание, помеха или беспокойство создают нарушения владения, то это не препятствует иску о зловредности [3, с. 55-56].

Теория злоупотребления правом известна также странам мусульманского правового семейства, нашедшая отражение в трудах мусульманского ученого-правоведа Махмуда Фатиха, опубликовавшего в 1913 г. свою работу «Мусульманское учение о злоупотреблении правом» [9, с. 8]. Особенностью концепции данной правовой семьи является допущение в отдельных случаях такого поведения, которое в других правовых системах было бы расценено как злоупотребление правом.

В теории злоупотребления субъективным гражданским правом вопросы сущности этого явления оказались тесно переплетены с этимологией термина, используемого для его обозначения [10, с. 72]. В словаре В.И. Даля дается следующее толкование слова «злоупотреблять»: «употреблять во зло, на худое дело, ко вреду, во вред себе или другому, извращать, обращать хорошее средство на худое дело» [6, с. 685]. Подробный лексический анализ данного термина был проведен д.ю.н. О.А. Поротиковой, отметившей в своей работе «Проблема злоупотребления субъективным гражданским правом», что если перевести вышесказанное на юридический язык, то деяние, которое можно назвать злоупотреблением и не нарушить при этом лексического значения слова, должно отвечать ряду необходимых признаков.

В частности, как отмечает исследователь, оно предполагается активным поведением лица, с достаточной степенью осознания того, что подобное поведение порицаемо обществом. Этот вид поведения должен быть направлен на причинение вреда себе или иным лицам либо объективно причинять вред при отсутствии изначальной цели навредить. Злоупотребить можно, имея в наличии какое-либо доступное, приобретенное или предоставленное средство. В данном случае значимым является понятие «хорошее средство». Предполагается, что назначение у средства позитивное, его надлежащее применение общеполезно. Индивид приобретал его, руководствуясь стремлением удовлетворить допустимые потребности. При злоупотреблении чем-либо происходит процесс подмены целей использования вещи или права. Анализ слова «злоупотребление» имеет целью показать, что в контексте рядом с ним может и должно стоять существительное, положительная смысловая нагрузка которого бесспорна. Опираясь на это, можно сделать вывод, что субъективное право, благодаря своей изначальной положительной направленности, может выступать средством для злоупотребления. С точки зрения языкового анализа, в словосочетании "злоупотребление правом" отсутствует противоречие [12, с. 126-150].

Вопрос о сущности рассматриваемого явления в отечественной цивилистике не имеет однозначного решения.

Можно выделить две противоположные точки зрения, высказывавшихся в советский период развития отечественной науки. Профессор М.М. Агарков указывал, что те действия, которые обычно называют злоупотреблением правом, на самом деле совершаются за пределами права [1, с. 427]. Подобной же точки зрения придерживается и профессор В.П. Грибанов, указывая, что о злоупотреблении правом речь может идти лишь в случае, когда управомоченным субъект, действуя в границах принадлежащего ему субъективного права, использует такие формы его реализации, которые выходят за установленные законом пределы осуществления права [5, с. 46].

Противоположную точку зрения высказывал в свое время М.И. Бару, считавший, что рассматриваемый термин имеет право на существование и выражает такие существующие в действительности отношения, где управомоченный субъект допускает недозволенное использование своего права, но при этом всегда внешне опирается на субъективное право [2, с. 118].

Несмотря на то, что за последние 10 лет были предприняты попытки критического переосмысления рассматриваемой проблемы, существенного прогресса, к сожалению, достигнуть не удалось. Так, в Концепции совершенствования общих положений гражданского кодекса Российской Федерации1 категория «злоупотребление правом» упоминается, но сущность его не раскрывается, и в предложениях по совершенствованию законодательства понятие «злоупотребление правом» также отсутствует.

С другой стороны, судебная практика, отраженная в информационном письме № 127 от 25.11.2008 г. «Обзор практики применения арбитражными судами ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», показывает, что суды в целом понимают суть рассматриваемой категории, более того, в одном из судебных постановлений содержится весьма ценный вывод, обнажающий суть злоупотребления правом. Рассматривая спор об освобождении имущества, переданного в доверительное управление, из-под ареста, суд, установив наличие недобросовестного поведения учредителя управления, направленное на сокрытие имущества от обращения на него взыскания, совершенно справедливо указал на злоупотребление правом. Авторы Концепции, анализируя вышеуказанное информационное письмо, констатировали, что речь идет о форме злоупотребления правом.

Мы не согласны с таким подходом. На наш взгляд, недобросовестное поведение участника гражданских правоотношений представляет собой содержание злоупотребления правом. Другими словами – именно злоупотребление правом представляет собой форму недобросовестного поведения управомоченного лица. При этом мы исходим из следующих соображений. Право, как надстроечное явление экономического (социального) базиса общества, вовлекая что-либо в сферу своего действия, сообщает этому предмету особую форму (правовою форму).

Профессор В.П. Грибанов справедливо указывал на необходимость разграничивать само субъективное право и его осуществление, что «различие между содержанием субъективного права и осуществлением состоит, прежде всего, в том, что содержание субъективного права включает в себя лишь возможное поведение управомоченного лица, тогда как осуществление права есть совершение реальных, конкретных действий, связанных с превращением этой возможности в действительность [5, с. 44].

Таким образом, возможность лица удовлетворить свой интерес имеет форму субъективного права, действие же управомоченного субъекта по реализации предоставленной ему возможности имеет форму осуществления гражданских прав. Но такая форма имеет свою противоположность – злоупотребление правом.

Следовательно, под злоупотреблением правом необходимо понимать особый вид осуществления гражданского права, представляющий собой форму недобросовестного поведения управомоченного лица. Какое же поведение управомоченного лица следует признавать недобросовестным? По нашему мнению, недобросовестность образуется в тех случаях, когда субъективное право используется в противоречии с целью его предоставления или недопустимым способом1.

Анализ выше приведенного определения позволяет выделить следующие признаки злоупотребления правом:

1) волевое поведение субъекта, повлекшее ущерб другого лица либо создание препятствий для реализации прав другого лица;

2) осуществление субъектом своего права недобросовестно;

3) реализация умышленно либо неумышленно субъектом своих прав противоправным способом в рамках дозволенного ему законом общего типа поведения;

4) осуществление субъективных гражданских прав в противоречии с целью правонаделения.

Идентификации злоупотребления правом на практике упирается в необходимость разграничения собственно злоупотребления и действиями субъекта за пределами своего права. Следует подчеркнуть, что злоупотребить можно только имеющимся правом. Такой подход нашел свое отражение в судебной практике, что, безусловно, следует признать оправданным. Другими словами нельзя осуществить злоупотребления правом, выйдя за пределы своего права. В момент выхода субъекта за пределы правоосуществления, он утрачивает ту возможность, которую пытался осуществить, а значит, и злоупотребить ею он не может.

Иной подход как мы видели, давал основание некоторым авторам вообще сомневаться в необходимости существования анализируемой категории. Еще раз подчеркнем, что злоупотребление будет иметь место только тогда, когда субъект соблюдает формально-юридические пределы осуществления права, нарушает иные критерии правоосуществления, в частности этические, целевые или функциональные.

Не менее острой проблемой является определение видового разнообразия злоупотребления правом. Прежде всего, вызывает сомнение обоснованность использования в законе словосочетания «формы злоупотребление правом». Как было показано выше, злоупотребление правом само по себе является формой недобросовестного поведения участника правоотношения. Следовательно, было бы более правильно говорить о видовом разнообразии особой формы осуществления гражданского права.

Исходя из данного методологического посыла, можно отметить, что ст. 10 ГК РФ содержит в себе следующие виды злоупотреблений:

а) шикана – действие лица с четким намерением, т.е. с прямым умыслом, причинить вред другому лицу (редкое явление в праве);

б) использование лицом своих гражданских прав в целях ограничения конкуренции;

в) злоупотребление доминирующим положением на рынке, т.е. создание монополистами благоприятных для себя условий в ущерб своим контрагентам или, что опаснее, потребителям.

Однако судебная практика знает и иные виды злоупотреблений, не закрепленных напрямую в законе, но активно используемых субъектами правоотношений в своих целях. Так, в настоящее время можно говорить о следующих видах злоупотребления, нуждающихся в нормативном закреплении:

  • злоупотребление органов управления юридического лица своими полномочиями;

  • злоупотребление правом на свободное формирование условий договора (нарушение баланса интересов сторон путем формирования повышенной ответственности экономически или юридически более слабой стороны);

  • злоупотребление правом путем заключения сделок по реализации имущества, предназначенного к удовлетворению претензий кредиторов;

  • злоупотребление правом на защиту (например, предъявления иска о недействительности сделки при невозможности виндикации);

  • злоупотребление правом на совершение сделок (совершение сделок с целью обхода закона).

а) злоупотребление правом с целью обогащения, т.е. с целью получения имущественной выгоды (наживы);

б) злоупотребление правом с целью избегания (уклонения) от выполнения своих обязанностей;

в) злоупотребление правом с целью воспрепятствования, блокировки реализации субъективных прав кредиторов на их защиту и восстановление;

г) злоупотребление правом с целью собственного обогащения (когда субъекту безразлично по большому счету материальное либо психическое положение пострадавшего; он увлечен своей целью – обогатиться, в том числе с помощью имеющихся у него правовых средств);

д) небрежное осуществление субъектом, принадлежащих ему прав, задевающее права и законные интересы других лиц (culpa lata) (Данный вид был сформулирован по аналогии с римским частным правом, где он именовался «рачительный хозяин». Бесхозяйственность в определенных случаях должна признаваться злоупотреблением правом, поскольку, например, аварийное состояние здания или строения может быть источником опасности для собственников расположенных рядом строений, а также для случайных прохожих).

Литература

1. Агарков М.М. Проблема злоупотребления правом в советском гражданском праве // «Известия АН СССР, отделение экономики и права – 1946 г., № 6.

2. Бару М.И. О ст. 1 Гражданского кодекса // Советское государство и право. – 1958, № 12.

3. Белов А.П. Злоупотребление правом во внешнеэкономической деятельности // Право и экономика. – 2000, № 3.

4. Волков А.В. Теория концепции: "Злоупотребление гражданскими правами". Волгоград, 2007.

5. Грибанов В.П. Осуществление и защита гражданских прав. Изд. 2-е, стереотип. – М.: «Статут», 2001.

6. Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка. М., 1989. Т. 1. С. 685.

7. Доманжо В. Ответственность за вред, причиненный путем злоупотребления правом. М.: 2002. С. 5.

8. Емельянов В. Пределы осуществления гражданских прав // Российская юстиция. 2002, № 6.

9. Исмагилов Р.Р. Злоупотребление правом или право злоупотребления // Право и политика. Международный научный журнал. – 2000, № 7.

10. Катков В.Д. К анализу основных понятий юриспруденции. Харьков, 1903.

11. Крачковский И.Ю. Коран / Пер. с араб. – М., 1990.

12. Поротикова О.А. Проблема злоупотребления субъективным гражданским правом. М.: "Волтерс Клувер", 2007.




Скачать документ

Похожие документы:

  1. Лекция №1 Предмет и методы политологии

    Лекция
    Как самостоятельная наука политология начинает склады­ваться в середине XIX в., что было обусловлено, в первую оче­редь, качественными изменениями, происходившими в механиз­мах и способах организации политического процесса.
  2. Титова Н. Е. История экономических учений: Курс лекций (1)

    Курс лекций
    Целью курса лекций является освоение студен­тами исторического наследия и идейного богатства учёных различных эпох в области экономической мысли. Изучение концепций и теорий отдельных школ и направлений, существовавших в прошлом и
  3. Титова Н. Е. История экономических учений: Курс лекций (2)

    Курс лекций
    Целью курса лекций является освоение студен­тами исторического наследия и идейного богатства учёных различных эпох в области экономической мысли. Изучение концепций и теорий отдельных школ и направлений, существовавших в прошлом и
  4. Титова Н. Е. История экономических учений: Курс лекций (3)

    Курс лекций
    Целью курса лекций является освоение студен­тами исторического наследия и идейного богатства учёных различных эпох в области экономической мысли. Изучение концепций и теорий отдельных школ и направлений, существовавших в прошлом и

Другие похожие документы..