Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Программа дисциплины'
Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики»Программа дисциплины «Биографический метод в социологии» для направления 040100.68 ...полностью>>
'Статья'
На комплектование печатных изданий в Государственном Учреждении Культуры города Москвы «Централизованной библиотечной системы №1 Южного административ...полностью>>
'Доклад'
Напомню, что еще в конце прошлого года мы с Вами на заседании Президиума Союза заслушали доклад Губернатора В.И. Матвиенко, обсудили кризисные тенден...полностью>>
'Документ'
1. возможность снижения успеваемости, так как существенно усложняется содержание учебных предметов(особенно профильных).Учителя-предметники практикуют...полностью>>

Добротолюбие (3)

Главная > Документ
Сохрани ссылку в одной из сетей:

О сновидениях.

4. Достойно изыскания, как бесы в сонных мечтаниях напечатлевают и воспроизводят образы во владычественном нашем (уме). Подобное сему обыкновенно бывает с умом (и наяву), когда он, или видит глазами, или слышит ушами, или другим каким чувством восприемлет что со вне, и удерживает то в памяти; память же, приводя в движение то, что получила чрез тело, вносит образы во владычественный ум. Итак, мне думается, что демоны (в сновидениях), вносят образы в ум, приводя в движение память; потому что органы чувств в то время держатся сном в бездействии. Но спрашивается опять, как память приводят они в движение? Посредством ли страстей? Да, (если иметь во внимании страстные сны), и это явствует из того, что чистые и безстрастные не терпят ничего подобнаго. Но бывает и простое (безстрастное) движение памяти, происходящее от нас самих, или от святых сил, по которому (представляется, что) мы беседуем и вечеряем со святыми. Впрочем, надо иметь во внимании, что как какие образы душа воспринимает с телом, так память воспроизводит их и без тела (т.-е. страстно, или безстрастно). То же самое бывает и во время сна, когда тело покоится. Ибо как о воде можно вспоминать и при жажде и без жажды; так и о золоте можно вспоминать и с любостяжательностию, и без любостяжательности. То же бывает и в отношении к другим предметам. (Так на яву; так и во сне). А что ум находит (или сознает в себе во время сна) такия, или такия мечтания, то в этом различии усматривай злокозненность демонов (во всем имеющих в виду нашу погибель). При этом надобно еще знать, что демоны пользуются и внешними вещами для произведения мечтаний, напр. шумом волн, когда кто плывет.

5. Очень много способствует видам демонов и для всякаго их злоухищрения бывает весьма полезна наша раздражительность, приходя в движение не как требуется от нея естеством. Почему ни один из них не отказывается возбуждать ее днем и ночью. Но когда видят, что она связана кротостию, тогда наперед стараются под какими-нибудь, правыми будто предлогами, разрешить ее, чтоб пришедши в напряжение, она стала пригодною для возбуждения их зверских помыслов. Почему ни по праведным, ни по неправедным делам, не должно попускать возбуждаться ей, чтоб не дать таким образом опаснаго меча в руки внушающих нам недоброе, — что, как я знаю, делают многие по самым ничтожным поводам воспламеняясь более, нежели сколько подобает. Из за чего, скажи мне, так скоро приходишь ты в бранное положение; если презрел снеди, деньги и славу? Зачем питаешь пса, дав обет ничего не иметь? Если он лает и бросается на людей, то явно, что ты имеешь нечто внутри и желаешь то сберечь. Я уверен, что таковый далек от чистой молитвы, зная, что гнев есть губитель такой молитвы. Сверх того дивлюсь, как забыл он святых: Давида, который вопиет: престани от гнева и остави ярость (Пс. 36, 8), Екклезиаста, который заповедует: отстави ярость от сердца твоего, и отрини лукавство от плоти твоея (Еккл. 11, 10), Апостола, который повелевает воздевать во всякое время и на всяком месте преподобныя руки без гнева и размышления (1 Тим. 2, 8). Не другому чему научает нас гадательно и древний обычай — изгонять из дома собак во время молитвы; ибо этим дается разуметь, что в молящихся не должно быть гнева. Некто и из языческих мудрецов утверждал, что желчь и бедро не вкушаются богами, сам не разумея, как думаю, что говорил: ибо полагаю, что желчь символ гнева, а бедро — скотскаго вожделения.

А о том, что не должно заботиться об одеждах или яствах, излишне думаю и писать, когда Сам Спаситель в Евангелиях запрещает это, говоря: не пецытеся душею вашею что ясте и что пиете, или во что облечетеся (Матф. 6, 25). Ибо язычникам это пристало как неверующим, отвергающим Владычный Промысл и отрицающим Творца; а христианам должно быть это совершенно чуждо, после того, как они однажды навсегда уверовали, что и два воробья, продаваемые за один ассарий, состоят под смотрением св. Ангелов. Между тем у демонов есть обычай после нечистых помыслов влагать и помыслы многозаботливости, чтоб уклонился Иисус, народу помышлений сущу на мысленном месте, и чтобы слово, подавляемое заботливыми помыслами, осталось без плода (Матф. 13, 22). Отложив убо их, возвергнем на Господа печаль нашу (Псал. 54, 23) довольни сущими (Евр. 13, 5), чтоб, ведя скудную жизнь, и употребляя убогую одежду, день ото дня совлекаться нам сих породителей тщеславия. Кому же покажется, что ему срамно быть в убогой одежде, тот пусть посмотрит на св. Павла, как он пребывал в зиме и наготе (2 Кор. 11, 27), воодушевляясь несомненным чаянием получить венец правды (2 Тим. 4, 8). По поелику св. Павел назвал мир сей позорищем и поприщем (1 Кор. 9, 24); то посмотрим, можно ли облекшемуся в помыслы многозаботливости тещи к почести вышняго звания (Фил. 3, 14) Божия и бороться с властями, и началами, и миродержателями тьмы века сего (Ефес. 6, 12)? Я по крайней мере не утверждаю этого, научаемый самою этою чувственною историею (тем, что бывает на позорищах), потому что этому (борцу) конечно помешает одежда, спутывая его, как уму помыслы заботливости, если верно слово, говорящее, что ум неотлучно пребывает при своем сокровище. Ибо говорит: идеже есть сокровище твое, ту будет и сердце твое (Матф. 6, 21).

6. Из помыслов одни секут, другие посекаемы бывают; и то злыми посекаются добрые, то опять добрыми посекаются злые. Дух Святый внимает перворожденному помыслу (который берет первенство и преобладание), и по нему нас осуждает или принимает. Что же говорю я, вот что есть! Имею я какой нибудь помысл, напр. странноприимство, и имею его ради Господа; но он, когда находит искуситель, секом бывает тем, что тот внушает странноприимствовать славы ради. И опять имею я помысл странноприимства, чтоб показаться пред людьми, но и он, когда находит лучший помысл, секом бывает тем, что тот направляет добродетель нашу паче к Господу и понуждает нас творить то не для людей. Итак, если и в самых делах останемся наконец при первых помыслах, вторыми будучи только при том искушаемы; то по одним тем перворожденным помыслам получим и воздаяние, потому что как человеки и как состоящие в борьбе с демонами, не имеем мы силы всегда удерживать правый помысл нерастленным, — как, наоборот, и худой помысл не может оставаться в нас без того, чтоб не было покушения возстать против него помыслом добрым, потому что в вас есть семена добродетелей (незаглушимыя). Впрочем, если какой из посекающих помыслов закоснит, то занимает место искушаемаго (т.-е. совсем вытесняет первый помысл), и человек начинает действовать движимый уже этим наконец помыслом.

7. Между помыслами Ангельскими, человеческими и теми, кои от бесов, различие, как мы узнали помощию долгих наблюдений, таково: ангельские ищут узнать естество вещей и изследывают духовное их значение, как-то: для чего сотворено золото, и для чего оно разсеяно в виде песка где-то в дольних местах земли, и отыскивается с большим усилием и трудом? как найденное промывается водою, и предается огню, и таким образом вдается в руки художников, делающих из него для скинии светильник, кадильницу, чашицы и фиалы (2 Пар. 4, 21), из которых, по благодати Спасителя, не пьет уже ныне царь Вавилонский (Дан. 5, 3). Клеопа же приносит горящее от сих таинств сердце. Демонский помысл этого не ведает и не разумеет, а только безстыдно внушает одно стяжание чувственнаго золота, и предсказывает имеющия быть от того наслаждение и славу. А человеческий помысл ни стяжания не ищет, ни о том не любопытствует, чего символом служит золото, но вносит в мысль один простой образ золота, без страсти и любостяжания. Подобное же разсуждение придется изречь и о других предметах, если станет кто сокровенно упражнять ум свой по сему образцу.

8. Есть помысл который прилично назвать скитальцем. Он предстает братиям большею частию под утро, и водит ум из города в город, из веси в весь, из дома в дом; причем он сначала ведет простыя беседы; а потом, заговорившись с некоторыми знаемыми наидолжайше, растлевает свое состояние, соответственно качествам тех, с которыми встретился, удаляется мало-по-малу от сознания Бога и добродетели и забывает о своем звании и обете. Итак, отшельнику надо смотреть за этим бесом, наблюдая, откуда он приходит, и где пристает, потому что не даром и не как случилось, делает он такой большой круг, но делает это с намерением разстроить состояние отшельника, чтоб ум, распалившись всем этим, и опьянев от многих бесед, тотчас подпал демону блуда, или гнева, или печали, которые наиболее повреждают светлость устроения его. Но мы, если имеем намерение узнать яснее козни этого беса, не будем вдруг противоречить ему, и не станем открывать тотчас (отцам), как он мысленно строит в нас беседы, и каким способом мало-по-малу загоняет он ум в область смерти, потому что, от этого он тотчас убежит, не терпя, чтоб видели, как он делает все это; и мы таким образом ничего не узнаем из того, что узнать возжелали. Но лучше попустим ему на другой, или на третий день до конца доводить свою драму, чтоб узнав до точности его хитрые извороты, потом обращать его в бегство одним обличительным словом. Но поелику во время искушения случается уму быть возмущену и не видеть точно происходящаго в нас, то по удалении беса вот что надобно сделать: сядь и сам с собою припомни, что с тобою происходило, откуда ты начал и где ходил, в каком месте схвачен ты духом блуда, или печали, или гнева, и как потом было все прочее, что было: изучи все это и предай памяти, чтоб когда еще придет, уметь обличить его; заметь и самое место, скрываемое им, и не пойдешь уже более в след его. После сего, если захочешь привесть его в бешенство, обличи его тотчас, как только предстанет, и словом назови первое место, в которое вошел ты (мысленно в первом искусительном блуждании), потом второе и третье; потому что он сильно раздражается, не терпя посрамления. Доказательством же того, что благовременно (полезно) держать к нему такую речь, да будет для тебя бегство помысла от тебя; ибо ему невозможно стоять при таком явном обличении. За побеждением же сего демона последуют тягчайший сон, омертвение веждей с великим охлаждением, непомерная зевота и отягощение плеч, что все по усердной молитве разсеявает Дух Святый.

9. Ненависть к демонам много содействует нам ко спасению, и много пригодна в делании добродетелей; и однакоже воспитывать ее у себя, как некое доброе порождение, мы не в силах, потому что ее разсеявают в нас духи сластолюбия и душу опять воззывают к содружеству и свыкновению с ними. Но Врач душ сие содружество, лучше же неудобоисцелимую гангрену, врачует оставлением, попуская нам ночью и днем терпеть от них что-либо страшное. Вследствие этого душа опять восходит к первообразной (нормальной) ненависти к ним, научаемая говорить к Господу словами Давида: совершенною ненавистию возненавидех я: во враги быша ми (Псал. 138, 22). Ибо тот совершенною ненавистию ненавидит врагов, кто ни делом, ни мыслию не согрешает,—что есть знак наивеличайшаго и перваго (какое было в Адаме) безстрастия.

10. О демоне же, делающем душу безчувственною, должно ли и говорить что? Я по крайней мере боюсь писать о нем. Как это душа выступает из собственнаго устроения своего, в то время, как он находит, и страх Божий и всякое благоговеинство отлагает, грех не ставит в грех и беззаконие не считает беззаконием, о страшном суде и вечной муке вспоминает, как о простом (голом) слове, и посмевается тем огненному всепотрясающему воистину перевороту, — и Бога хотя исповедует, но повелений Его знать не хочет. Бьешь себя в грудь, когда она движется ко греху, и она не чувствует; говоришь ей от Писаний, и она как ослепшая, не видит, и как глухая, не слышит; представляешь ей поношение от людей, она ни во что ставит то, стыд пред ними, и не чует того, подобно свинье, которая, закрыв глаза, разломала загородку свою. Этого демона наводят помыслы тщеславия, если попускаем им долго закосневать в себе; и от него, аще не быша прекратилися дние оны, не бы спаслася всяка плоть (Матф. 24, 20). Он из числа редко нападающих на братий (т.-е. киновитов, общежительных). Чему причина очевидна, ибо при виде бедствий других, когда или болезнь кого схватывает, или поражает внезапная смерть, он тотчас обращается в бегство, так как душа, исполняясь при этом сострадания, приходит в сокрушение, и ослепление, навлеченное на нее демоном, падает с очей ея. Этого мы (отшельники) лишены, по причине пустыни и редкости у нас немощных. Подавая средство этого особенно демона обращать в бегство, Господь в Евангелиях повелел навещать больных и посещать находящихся в темнице, когда говорит: болен бех, и посетисте Мене; в темнице бех, и приидосте ко Мне (Матф. 25, 36). При этом надобно знать, что если кто из отшельников, подвергшись нападению этого демона, не принял помыслов блудных, или жилища своего не оставил от уныния, то это значит, что он воспринял с небес нисшедшия ему терпение и целомудрие. Блажен он, сподобившись такого безстрастия! Те же, которые дав обет подвижнически пребывать в благоговейном Богоугождении, предпочитают водворяться среди мирян, да остерегаются этого демона. Но больше что говорить, или писать о нем, я стыжусь даже людей.

О духе печали.

11. Все демоны учат душу сластолюбию, один демон печали этого не делает; но разстроивает помыслы вступающих в пустынь, пресекая всякое удовольствие душевное и изсушая ее печалию, так как мужу печальну изсышут кости (Притч. 17, 22). Умеренно впрочем нападая, он делает отшельника благоискусным; ибо располагает его презирать все блага мира сего и отвращаться от всякой утехи. Но когда он долго и сильно томит, тогда пораждает помыслы, которые советуют отшельнику извести душу свою; или понуждают ее бежать далеко от места того; что помыслив, и пострадал некогда Иов, будучи томим от него; ибо сказал: аще бы возможно было, сам бых себе убил, или молил бых иного, дабы ми то сотворил (Иов. 30, 24). Символом этого духа служит эхидна, которой яд в малом количестве даемый уничтожает другие яды, а принятый неумеренно убивает принявшее его живое существо. Сему демону предал Павел Коринфскаго беззаконника; потому скоро и опять писал к ним, — говоря: утвердите к нему любовь, да не како многою скорбию пожрен будет таковый (2 Кор. 2, 7. 8). Таким образом этот томящий людей дух бывает причиною и добраго покаяния. Почему и св. Иоанн Креститель, уязвленных им и к Богу прибегших назвал порождениями эхидн, говоря: кто сказа вам бежати от будущаго гнева? Сотворите убо плод достоин покаяния: и не начинайте глаголати в себе: отца имамы Авраама. Глаголю бо вам, яко может Бог от камения сего воздвигнути чада Аврааму (Матф. 3, 7—9). Впрочем всякий, кто, подражая Аврааму, изшел из земли своей и от рода своего (Быт. 12, 1), стал чрез то сильнее этого демона.

12. Кто победил гнев, тот победил бесов; кто же поработился ему, тот чужд монашеской жизни и далек от путей Спасителя нашего; ибо Господь, как говорится, путям Своим научает кротких (Псал. 24, 9). Потому и неуловим бывает ум отшельников, что убегает в юдоль кротости. Ибо ни одной почти добродетели так не боятся бесы, как кротости. Ее стяжал великий оный Моисей, названный кротким, паче всех человек (Числ. 12, 3). И св. Давид отнесся о ней, что она достойна памяти Божией, когда сказал: помяни Господи Давида и всю кротость его (Псал. 131, 1). Но и Сам Спаситель повелел нам быть подражателями Своей кротости, говоря: научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем: и обрящете покой душам вашим (Матф. 11, 29). Но если кто от яств и питий воздерживается, а гнев злыми помыслами раздражает в себе, то он подобен преплывающему море кораблю, у котораго кормчим сидит бес. Потому, сколько сил есть, надобно смотреть за этим нашим псом, и обучать его, чтоб он волков только терзал, а не кусал овец, показывая всякую кротость ко всем людям (Тит. 3, 2).

О тщеславии.

13. Из всех помыслов, только помысл тщеславия многопредметен, обнимая почти всю вселенную, и всем бесам отворя двери, как какой злой предатель какого-нибудь города. Он окрадывает ум отшельника, и, наполняя его множеством словес и вещей, губит молитвы его, которыми напрягается он врачевать раны души своей. Этот помысл распложают все побежденные уже демоны, чрез него получая опять вход в душу, и делая таким образом последняя горша первых (Лук. 11, 26). От этого помысла раждается и помысл гордости, низринувший с небес на землю печать уподобления и венец доброты (Иезек. 28, 12). Но отскочи от него, не закосневая в нем, чтоб не предать иным живота нашего, и жития нашего немилостивым (Прит. 5, 9). Обращает в бегство этого демона усердная молитва и то, чтоб ничего произвольно не делать и не говорить такого, что ведет к проклятому тщеславию.

14. Когда ум отшельников приобретет немного безстрастия, тогда, взяв коня тщеславия, начинает он носиться по городам, неудержимо упояваясь похвалами и славою своею. Но, по смотрению Божию, сретив его дух блуда, и заключив в какой-нибудь хлев, научает его тем,—не оставлять одра прежде выздоровления и не подражать тем нетерпеливым больным, которые, имея еще в себе остатки недуга, пускаются в дорогу, или начинают ходить в бани, и от того впадают в прежния болезни. Посему сидя в келлии, будем лучше внимать себе самим, чтоб, преуспевая в добродетели, соделаться нам неподвижными на зло, обновляясь в ведении, сподобиться множества различных созерцаний, а возвышаясь в молитве, яснее узреть свет Спасителя нашего.

15. Всех злодейств демонских описать я не в состоянии, и исчислять все злокозненности их стыжуся, боясь вместе и за простейших из читателей. Впрочем послушай о злоухищрениях духа блуда. Когда кто приобретет некое безстрастие в похотной части, и смрадные помыслы сделаются у него холодноватыми, тогда он вводит (в мысли его) мущин и жен и представляет их играющими между собою, а отшельника делает зрителем их срамных дел и телодвижений. Но это искушение не из числа закосневающих (в уме); потому что внимательная молитва и крайне-стеснительная диэта с бдением и упражнением в духовных созерцаниях, прогоняют его, как безводное облако. Но бывает, что этот лукавый касается даже и плоти, возбуждая в ней неразумное распаление, и строит тысячи других козней, которыя нет нужды обнародовать и предавать письмени. Многопомощно против таких помыслов воскипение гнева, устремленное на демона их, который крайне боится этого гнева, когда он воскипает по поводу помыслов, потому что он этим разстраивает все его замыслы. И сие-то значат слова: гневайтеся и не согрешайте (Псал. 4, 5). Полезное врачевство, прилагаемое к душе во время искушений. Подражает этому демону и демон гнева, представляя (в мечтах ума) отшельнику, будто кто-нибудь из родителей, или друзей, или родственников его терпит обиды от людей ничтожных, и приводя тем в движение гнев его, с внушением сказать что-нибудь злое, или сделать тем, которые мечтаются ему в уме (обижающими). Это надобно замечать, и скорее исторгать мысль из таких воображений, чтоб, закосневая в них, она во время молитвы не была дымящеюся головнею. Искушениям же таким подвергаются наиболее люди гневливые, легко разжигаемые к устремлениям (против других), которые далеки от чистой молитвы и от дознания Спасителя нашего Иисуса Христа.

16. Помышления века сего Господь предал человеку, как овец доброму пастырю, придав ему в помощники вожделение и ярость, чтоб яростию обращал он в бегство помышления волков (бесовския), а вожделением душевно любил овец (добрые помыслы), и пас их, подвергаясь многократно с ног сбивающим ветрам и дождям. Дал Он ему притом и закон, как пасти овец, и место злачно и воду покойную (Псал. 22, 2), и псалтирь и гусли, и жезл, и палицу (и постановил), чтоб от сей паствы (и пастбищ) и питался он, и одевался, и собирал сено нагорное (Прит. 27, 25). Кто бо, говорит, пасет стада, и от млека стада не яст? (1 Кор. 9, 7)? Итак отшельнику должно день и ночь стеречь сие стадо, чтоб какое-либо порождение (овечье—ягненок) не было похищено зверями, или не попалось в руки разбойников; а если случается что подобное в дебри где-нибудь, тотчас надобно исхищать (похищенное) из уст льва или медведицы (1 Цар. 17, 34. 35). Бывают же зверохищными — помышление о брате, если оно пасется в нас с ненавистию; помышление о женщине, если оно вращается в нас с срамным вожделением; помышление о сребре и золоте, если оно водворяется с любостяжательностию; — даже помышления о святых дарованиях, если они пасутся в уме с тщеславием. Тоже надобно сказать и о других помышлениях, если они похищаемы бывают страстями. Не днем только должно блюсти (стадо свое), но хранить и ночью бодрствуя. Ибо случается, что иной, замечтавшись срамно и лукаво, теряет свое. Сие-то означает сказанное св. Иаковом: овцы звероядной не принесох тебе: аз воздаях от мене самого, татьбины денныя и татьбины нощныя. Бых во дни жегом зноем, и студеностию в нощи, и отхождаше сон от очию моею (Быт. 31, 39. 40). Если от преутруждения приразится к нам уныние, то, востекши на камень ведения, начнем беседу со псалтирию, ударяя в струны ведения добродетелями. Будем же пасти овец опять и под Синайскою горою, чтоб Бог отцев наших и нас возввал из купины (Исх. 3, 1. 4), и даровал нам силу знамений и чудес.

17. Разумное естество, умерщвленное грехом, Христос пробуждает (к покаянию) созерцанием всех веков (т.-е. бывшаго, бывающаго и паче имеющаго быть); а Отец Его сию душу, умирающую потом смертию Христовою (в крещении или покаянии отвращающуюся от греха), воскрешает познанием Его Самого. И сие-то значит сказанное Апостолом Павлом: аще умрохом со Христом, веруем, яко и живы будем с Ним (Римл. 6, 8).

18. Когда ум, совлекшись ветхаго человека, облечется в того, который от благодати, тогда и свое устроение узрит он во время молитвы, подобным сапфиру или небесному цвету, что Писание именует и местом Божиим, какое видели старцы на горе Синайской (Исх. 24, 10).

19. Из нечистых демонов одни искушают человека, как человека, а другие встревоживают человека, как безсловесное животное. Первые пришедши влагают в нас помыслы тщеславия, или гордости, или зависти, или осуждения, которые не касаются ни одного из безсловесных; а вторые, приближаясь, возбуждают гнев или похоть не по естеству их; ибо эти страсти общи нам и безсловесным, и сокрыты в нас под природою разумною (т.-е. стоят ниже ея, или под нею). Почему Дух Святый, имея в виду помыслы, бывающие с людьми, как с людьми, говорит: Аз рех: бози есте и сынове Вышняго вси: вы же, яко человецы умираете, и яко един от князей падаете (Псал. 81, 6. 7). Имея же в виду помыслы, движущиеся в человеке, как в безсловесном, что говорит? Не будите яко конь и меск, имже несть разума: броздами и уздою челюсти их востягнеши, не приближающихся к тебе (Псал. 31, 9).

20. Когда какой враг, пришедши, уязвит тебя и ты желаешь, по написанному, обратить его меч в сердце его (Псал. 36, 15), то поступи как тебе сказываем. Разлагай (делай анализ) сам себе вложенный им помысл, кто он, из чего состоит, и что собственно в нем поражает ум. Что это говорю я, вот что есть. Пусть наслан им на тебя помысл сребролюбия. Разложи его на ум принявший его, на помышление о золоте, на самое это золото и на сребролюбную страсть. Наконец спроси: что из всего этого есть грех? Ум ли? Но как же он есть образ Божий? Или помышление о злате? Но и это кто может сказать, имеющий ум? Так не самое ли золото грех? Но зачем же оно сотворено? Итак, остается положить грех в четвертом (т.-е. в сребролюбной страсти), что не есть ни самостоятельная по сущности вещь, ни понятие о вещи, но сласть какая-то человеконенавистная, раждающаяся из свободнаго произволения, и понуждающая ум зле пользоваться тварями Божиими, каковую сласть пресекать и повелевает закон Божий. Когда будешь ты это разследывать, помысл исчезнет, будучи разложен на то, что он есть, и демон убежит, как скоро мысль твоя восхитится горе, окрыляемая таким ведением.

Если же ты не хочешь обращать против него его же меч, а желаешь прежде поразить его с помощью своей пращи, то возьми и ты камень из своей пастушеской сумки, и вот в какое войди умозрение: как Ангелы и демоны приражаются к нашему миру, а мы к ихним мирам не приражаемся? Ибо ни Ангелов не можем мы более приблизить к Богу, ни бесов сделать более нечистымн не приходит нам в голову. Также (и о том войди в умозрение), как денница, восходящая заутра спаде на землю (Исаии 14, 12), и мнит море, яко мироварницу, и тартар бездны, яко пленника, возжигает же бездну, яко пещь медную (Иов. 41, 22. 23), всех возмущая своею злобою, и над всем начальствовать желая? Умозрение о сих предметах очень уязвляет демона и обращает в бегство все его полчище. Но так действовать возможно только для тех, которые несколько очистились и прозирают сколько-нибудь в причины того, что совершилось. Но нечистые не умеют держать такого умозрения, и даже, быв научены другими обаявать, не будут услышаны, когда во время брани, внутри у них стоит пыль столбом и все в смятении по причине страстей. Ибо всеконечно необходимо всему полчищу иноплеменников стать смирно, чтоб один Голиаф выступил против нашего Давида. Так и при других нечистых помыслах будем употреблять и (указанное прежде) разложение (анализ помысла), и этот (вторый) вид брани.

21. Когда какие-нибудь нечистые помыслы слишком скоро обратятся в бегство, поищем причины, почему так случилось. По редкости ли вещи, потому, т.-е., что трудно достигнуть предмета помысла, или по присущему нам безстрастию, не смог нам сделать ничего враг. Например, если кто из отшельников помыслит, будто ему вверено духовное правление первенствующаго града, и он не закоснит в мечтаниях по сему помыслу, то очевидно, что это случится по первой причине (по недостижимости предмета); но если кто замечтает, что становится правителем кое-какого города (и следовательно дело очень может быть сбыточным), и он также отнесется к помыслу (с презрением), то этот блаженный причастен безстрастия. Равно и при других помыслах откроется (почему бежали помыслы так скоро), если употребим тот же способ изследования. Это необходимо нам знать для оживления нашего усердия и усилий, ибо чрез это мы узнаем, перешли ли мы Иордан, и находимся близ града фиников (Второз. 34, 3), или еще в пустыни пребываем, и нас бьют иноплеменники.

Весьма искусен, как мне кажется, и изобретателен на обольщения демон сребролюбия. Он часто, утеснен будучи крайним отречением от всего, берет на себя вид эконома и нищелюбца, радушно принимает странннков, которых вовсе и нет, посылает, что потребно другим нуждающимся, посещает городския темницы, выкупает продаваемых, прилепляется к богатым женщинам и указывает кому оне должны благосострадать, а другим, у которых влагалище полно, внушает отречься от мира; и таким образом мало-по-малу, обольстивши душу, облагает ее помыслами сребролюбия и передает помыслу тщеславия. Этот вводит множество прославляющих Господа за такия его (отшельника) распоряжения, а некоторых заставляет потихоньку говорить между собою о священстве, предсказывает смерть настоящаго священника, и прибавляет, что ему именно не избежать (избрания), что бы он ни делал для того. Так бедный ум, опутавшись такими помыслами, с теми, которые не принимают его—препирается, тем, которые принимают,—усердно раздает подарки, и с благодарностию радушно принимает их, некоторых же упорных (противников) предает судьям и требует изгнать их из города. Между тем как такие помыслы вращаются внутри, предстает демон гордости, частыми молниями бороздит воздух келлии, напускает крылатых змий и, последнее зло, лишает ума. Но мы, молясь, да сгинут такие помыслы, постараемся в благодарном расположении, сжиться со скудостию. Ничтоже бо внесохом в мир сей, яве, яко ниже изнести что можем: имуще же пищу и одеяние, сими довольни будем (1 Тим. 6, 7. 8), помня, что сказал далее св. Павел: корень всем злым сребролюбие есть (— 6, 10).

22. Все нечистые помыслы закосневают в нас по причине страстей, низвергающих ум во всегубительство и пагубу. Ибо как мысль о хлебе у голоднаго закосневает по причине алчбы, и мысль о воде у жаждущаго по причине жажды; так помыслы о деньгах и срамные помыслы, раждающиеся от обильных яств, тоже закосневают в нас по причине (соответственных) страстей. Подобное сему откроется и в отношении помыслов тщеславия, равно как и других помыслов. Но невозможно, чтоб ум, подавляемый такими помыслами, предстал Богу и украсился венцем правды. Сими помыслами поглощен был треокаянный оный ум, который по притче Евангельской, отказался от вечери Боговедения (Лук. 14, 18—20). Равным образом и тот, связанный по рукам и ногам и вверженный во тьму кромешную, имел из сих же помыслов сотканное одеяние, которое Звавший признал недостойным брачнаго пира (Матф. 22, 11—13). Брачное одеяние есть безстрастие разумной души, отвергшейся мирских похотей. Какая же тому причина, что долго остающияся в нас помышления о вещах чувственных растлевают ведение, — об этом сказано в главах о молитве.

23. У демонов, противящихся деятельной жизни, есть три первостоятельные, за которыми следует все полчище этих иноплеменников, и которые первыми стоят на брани, и посредством нечистых помыслов вызывают душу на грех:—во-первых, которым вверено стремление чревоугодия; во-вторых, те, которые подущают сребролюбию, в-третьих, те, которые позывают нас искать человеческой славы. Итак, если желаешь чистой молитвы,—блюдися от гнева; если любишь целомудрие, воздерживай чрево,—не давая ему в сытость хлеба, и скудостию воды удручая его. Бодрствуй в молитве и памятозлобие далеко отжени от себя; словеса Духа Святаго да не оскудевают у тебя и в двери Писаний толцы руками добродетелей. Тогда возсияет в тебе безстрастие сердца, и ты узришь ум свой в молитве блестящим подобно звезде.

У св. Нила Синайскаго—идет выбор до 27-й главы. Приложим и их. В предыдущих 23-х главах содержатся его—24 главы.

25. Когда демон чревоугодия, после частых и сильных борений, не сможет растлить установившагося воздержания, тогда влагает в ум желание строжайшаго подвижничества; ради чего выводит на среду известное о Данииле,—ту скудную жизнь, и семена (служившия ему единственною пищею) (Дан. 1, 16), припоминает ему и других некоторых отшельников, которые всегда так жили, или в новоначалии,—и понуждает стать их подражателем, чтоб погнавшись за неумеренным воздержанием, не успел он и в умеренном, когда тело по своей немощи окажется безсильным для того. Думаю, что им справедливо не верить таким внушениям, и не лишать себя хлеба, елея и воды. Ибо братие опытом дознали, что такая диэта есть самая лучшая, только всего этого принимать не досыта, и однажды в день. И было бы дивно, еслиб кто досыта вкушая хлеба и воды, мог получить венец безстрастия. Безстрастием же я называю не удаление от дел греховных, ибо это называется воздержанием, но отсечение страстных в сердце помыслов, которое св. Павел назвал и духовным обрезанием сокровеннаго Иудея (Рим. 2, 29). Если кто падает духом, слыша такия слова, тот да приведет себе на память сосуд избран (Деян. 9, 15),—Апостола, который в гладе и жажде совершал свое течение, Этому демону подражая и дух уныния, сей противник истине, внушает терпеливому мысль об удалении в глубочайшую пустыню, призывая его возревновать Иоанну Крестителю, и начатку отшельников—Антонию, чтоб не вынесши долговременнаго и вышечеловеческаго уединенничества, бежал он со стыдом, оставя свое место, а этот, хвалясь после того сказал: укрепихся на него (Псал. 12, 5).

26. Тоже, что гл. 68—Евагр. перв.

27. Демоны не знают наших сердец, как думают некоторые из людей. Ибо Сердцеведец один сведый ум человеч (Иов. 7, 20) и создавый наедине сердца их (Псал. 32, 15). Но то из слов, какия произносятся, то по каким-либо движениям тела, они узнают многия из движений, происходящих в сердце. Положим, что мы в разговоре обличали тех, которые нас злословили. Из этих слов демоны заключают, что мы относимся к ним нелюбовно, и берут от этого повод влагать нам злые против них помыслы, приняв которые, мы подпадаем под иго демона памятозлобия, и этот непрестанно потом распложает в нас против них помыслы мстительные. Посему справедливо Дух Святый обличает нас, говоря: седя на брата твоего клеветал еси, и на сына матере твоея полагал еси соблазн (Псал. 49, 20), отворял, то-есть, дверь помыслам памятозлобия, и возмущал ум во время молитвы, представляя непрестанно лице врага своего, и его имея таким образом за бога. Ибо на что ум взирает непрестанно во время молитвы, то справедливо признать его богом. Потому будем избегать болезни злословия, никого не будем поминать злом, или извращать лица свои, при воспоминании о каком-либо ближнем. Ибо злые демоны с любопытством наблюдают всякое наше движение, и ничего не оставляют неизследованным из того, чем можно воспользоваться против нас,—ни вставания, ни сидения, ни стояния, ни поступи, ни слова, ни взора, — все любопытствуют, весь день поучаясь на нас льстивным (Псал. 37, 13), чтоб во время молитвы осрамить смиренный ум и блаженный его погасить свет.

12. Евагрия монаха—Изречения.

1. Авва Евагрий сказал: избегай беседы о мирском, чтоб ум твой не возмущался и правило безмолвия твоего не было нарушено.

2. Говорил также: много значит молиться без развлечения, а еще более петь (псалмы) без развлечения.

3. Еще говорил: помни всегда об исходе твоем, не забывай вечнаго суда, и сохранишь душу твою от всякаго греха.

4. Еще говорил: не будь искушений, никто бы не спасся.

5. Сказал авва Евагрий: начало спасения—самоукорение.

6. Он же сказал: если впадешь в малодушие, молись; но молись со страхом и трепетом, молись усердно, бодренно и трезвенно.

7. В начале своего монашескаго жительства авва Евагрий пришел к некоторому старцу, и сказал ему: авва! преподай мне душеспасительное слово. Старец сказал ему: если хочешь спастись, то к кому бы ты ни пришел, не говори прежде нежели он спросит тебя.

8. Однажды по какому-то делу было собрание в келлиях, и авва Евагрий говорил тут. Пресвитер говорит ему: мы знаем, авва, что еслибы ты был на своей стороне, уже давно бы мог быть епископом и начальствовать над многими; а теперь ты сидишь здесь как странник. Авва Евагрий, хотя был тронут сим, но не смутился и кивнув головою сказал: точно так, отец, но единою глаголах,—второе не приложу (Иов. 39, 35).

9. Евагрий в своем Гностике говорит: мы научились у праведнаго Григория, что главных добродетелей четыре: разумность (φρονησις), мужество, целомудрие и справедливость. Дело разумности, говорил он, состоит в том, чтоб созерцать умныя святыя силы; дело мужества—стоять в истине, и, хотя бы встретилось противоборство, не уклоняться к несущему; приняв семена от перваго земледельца,—отвращаться от всевателя (врага), свойственно, по его мнению, целомудрию. А дело справедливости—воздавать каждому по достоинству.

10. Там же говорит он: столп истины,—Василий Каппадокийский говорит: знание, происходящее от людей, усовершается постоянным занятием и упражнением; а, происходящее от благодати—правдою, кротостию и милосердием: первое могут приобретать и люди страстные; а последнее в состоянии принимать только безстрастные, которые во время молитвы зрят свет, осиявающий их ум.

11. Еще говорил он там: Ангел Тмуитской церкви Серапион сказал, что ум очищается, упоеваясь духовным ведением, любовь врачует гнев, воздержание обуздывает похоть и пожелание.

12. Еще: Дидим говорил: непрестанно беседуй сам с собою о Промысле и о суде, и предметы их старайся содержать в памяти. Промысл особенно виден в возведении нас от греха и неведения к добродетели и ведению.

КОНЕЦ

1 Дотоле работа под навесом, или в сенях, кои назывались иногда внешнею келлиею.

2 В монастыре св. Саввы за час до утрени дают колокол, и все по келлиям кладут положенные поклоны 1500 поясных и 150 земных с молитвою Иисусовою.

3 Т.-е. когда кто-нибудь собирал всех отшельников и угощал их при церкви.

4 Это не в келлии, а на общих трапезах. Вино, обычно, виноградное, домашняго изделия, небольшой крепости.

5 Этим внушается жить так, как обязывает одежда.

6 Уединенники жили разсеянно по пустыни; посреди пространства, келлиями их занимаемаго, была церковь, куда собирались на общую молитву. Церковь поверялась избранному, одному или нескольким. Макарий Великий, однажды воротившись в скит после посещения св. Антония, сказал братиям, на вопрос их о том, что им заповедует великий Авва: не хорошо, говорит, что у вас нет приношения, т.-е. Литургии. Тогда поспешили устроить церковь. Это образчик того, как устроял жизнь уединенников св. Антоний.

7 Уединенники жили каждый особо от других, но все сселение их раздробленное было нечто единое, и имело одного главу, как напр.: оба Макария, Амон, в скиту келлиях и в Нитрии.

8 У другаго: как плачет тот, у кого в доме есть мертвец.

9 Верно, изречений или правил вообще... Книга указываемая не дошла до нас.

10 У Паисия: об устроении.

11 Обычай доселе на востоке взять кусок за столом и вложить его в уста другаго, в знак особаго расположения.

12 У Паисия: им

13 Или так: когда сделаешь рукоделие свое, не небреги, но попекись о нем, чтоб не пропало даром,—и проч.

14 У Паисия: в немже претыкаемся.

15 κταται εχθραν. — У св. Исаии εχθρα означает вражью силу, — толпы бесов. Приобретать их есть — наживать, — привлекать.

16 Не толкают, — может быть, в двери милости Божией, чтоб плод был от молитвы.

17 Μηλωταριον — милоть — монашеская одежда (пояс), по правилу св. Пахомия — из козлиной кожи.

18 Изображенное в слове сем приемлет Иоанн, яко крестивший Господа Иисуса; ибо крещаемый должен исповедать (крестившему), что делает.

19 У Паисия — на полях против закона написано: "страх", — как и требуется содержанием следующих слов.

20 *) У Паисия здесь стоит: «еже не считати себе, творит тя упразднитися плакати». В греч. рук. сего нет. В Лат. стоит: «кому ненавистны собственныя страсти, тот пребывает в плаче в слезах».

21 У Паисия: «воздушных».

22 *) У Паисия здесь стоит такое положение: "Два бо вещества суть содержащая душу": — Два предмета занимают душу, или две заботы.

23 На слане — на морозе. Мех на морозе сжимается и делается жестким и твердым.

24 Здесь разумеются не человеческия добрыя дела, а блага от Бога.

25 Столп на Востоке — не груда камней, а высокое жилое здание, для безопасности от злых людей.

26 Μονολογιστος — однословный, одним словом — решительный. Старцы многие, когда встречалось недоумение, молились и получали разрешение.

27 Разумеется самоотверженная решительность.

28 Сам ли кто себя томит без толку, или духовным отцем разим бывает, сердце только раны принимает: бьют его — и больно, а пользы нет. Подобно тому, когда больному дают не то лекарство.

29 Раствор — смешение разных стихий, напр., воды, вина. Три сказанныя добродетели должны быть всегда во взаимно-проникновении. Любоимание разстраивает их союз.

30 Тогда хватится, что дурно делал нерадя.

31 Не немилосердное, а вообще окамененное, нечувствием страждущее. Здесь духовно толкуется отверзтие заключенных врат пред св. Петром. Злострадание есть самоозлобление внешними лишениями, а сокрушение — стертие — умное биение сердца представлениями истин сокрушительных. Два эти отваливают камень от сердца.

32 Здесь разумеется какое-либо действительное событие, в роде того, что зовется: "нечаянная радость".

33 71-я гл. в Савв. рукописи и в изд. Migne — такая: Безсовестно (без цели и порядка) трудящийся во всем беден, а текущий с надеждою вдвойне богат.

34 Может быть та только мысль, что из двоих тот выше, кто разумеет сие.

35 Павел Препростый.

36 Перифраз, по причине сжатости фразы греческой.

37 Это похоже на слово старца, при вопросе: впускать ли помыслы? Впусти, говорил, и потом борись и гони.

38 Противополагается сему не вера, а расположения сердца, служащия источником дел.

39 Греч. слово дает мысль: как засматриваются в зеркале на свою нарядность.

40 Ослов не погоняют кнутом, а колят в бедра шилом, воткнутым в палку.

41 Кассиан пишет, что рукава у них простирались лишь до локтей.

42 Чтоб преодолевая огорчения, не притупили мы раздражения и гневливости, живя среди других

43 Разумеет св. Григория Нисскаго.

44 Может быть после того, как все демоны прогнаны и поражены — становится на трупах их пораженных и пр.

45 В Дост. Сказ.: теряем память о Боге.

46 По Палладию, — самому Евагрию. Но Евагрий здесь приводит изречения прежних старцев, а не свои.

47 Давать и брать фраза — фраза выражающая все сделки житейския, и все сношения с другими. В даянии и приятии тоже, что в твоих сношениях и сделках с другими.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Добротолюбие (1)

    Документ
    В предисловии к первому тому нашего Добротолюбия помянуто, что в томе втором будут помещены иноческие уставы святых Пахомия, Кассиана, Василия Великого и других отцов.
  2. Добротолюбие (2)

    Документ
    Св. Варсануфий родом был Египтянин. С юных лет горел он желанием вести подвижническую жизнь. Проходя однажды мимо конскаго ристалища, он вошел в него и, видя, как там каждый старается обогнать другаго, сказал себе мысленно: "видишь,
  3. Совесть в духовно-нравственной системе «добротолюбия»

    Автореферат
    Защита диссертации состоится «17» декабря 2010 года в часов на заседании Диссертационного совета Д 212.302.02 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора и кандидата философских наук при ГОУ ВПО «Шуйский государственный
  4. Ця книга розміщена на сайті (5)

    Книга
    Ця книга розміщена на сайті – ласкаво просимо відвідати наш сайт, щоб скачати іншу християнську літературу безкоштовно, а також задати питання на нашому форумі.
  5. Сочинения святителя игнатия брянчанинова

    Документ
    Можно ли сегодня найти человека, который бы никогда не соприкасался с техникой, понимаемой в самом широком смысле слова? Навряд ли. Ведь с момента изгнания прародителей из рая начинается история техники как “тактики всей жизни в целом”1

Другие похожие документы..