Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Инструкция'
Документационное обеспечение управления в банковской сфере в связи со спецификой образующихся в данной отрасли документов регламентируется не только ...полностью>>
'Документ'
Храм – витвір мистецтва, вираження культури та релігії народу, створений архітектором, який ввібрав у себе погляди, переконання та вірування кожного ...полностью>>
'Документ'
«Маски суть застывшие выражения и превосходные эхо-сигналы чувств, одновременно правдивые, сдержанные и преувеличенные. Живые организмы, соприкасаясь...полностью>>
'Внеклассное мероприятие'
Зал празднично оформлен. Участники вечера, изображающие героев произведений А.С.Пушкина, о чем-то оживленно беседуют. На авансцене справа стоит кресло...полностью>>

Конкурс на лучшую работу по русской истории «Наследие предков молодым. 2008» Номинация «История Руси (допетровская эпоха) (3)

Главная > Конкурс
Сохрани ссылку в одной из сетей:

IV Всероссийский конкурс на лучшую работу по русской истории

«Наследие предков – молодым. 2008»

Номинация «История Руси (допетровская эпоха)»

«К вопросу о влиянии природно-географических условий на форму общественно-экономического и политического устройства в истории кочевнических обществ»

Тишин В. В.

Исторические судьбы всего множества народов, проживающих на необъятных пространствах бывшего СССР, тесно и неразрывно связаны между собой. События по-разному определили место и роль каждого из них в общем всемирном историческом процессе, однако, все они заслуживают должного внимания со стороны исследователя.

Издревле история оседло-земледельческих славянских народов, которым история определило место ядра российского государства, неразрывно связана с кочевыми народами южных степей. На протяжении всего исторического периода становления российской государственности и в течение всего процесса создания единства государственного пространства на территории России отношения оседлых земледельцев и кочевых скотоводов всегда были динамичными и разнообразными – от жестокой вражды и войн на физическое истребление до создания симбиотических форм военных и политических объединений. Историческая картина российской истории не будет выглядеть полной без четкого понимания роли кочевых скотоводческих народов, населявших южные зоны умеренного климатического пояса.

Кочевничество (номадизм) как историческое явление до сих пор остается предметом множества научных исследований. Научная литература по различным вопросам кочевничества огромна1. Однако, ряд вопросов на протяжении всей истории кочевниковедения остаются дискуссионными.

Так, например, на наш взгляд, до сих пор не получила должного внимания проблема места исторической географии в кочевниковедческих исследованиях. Недостаточно разработан вопрос о степени влияния естественно-географических условий на генезис кочевничества2.

Кочевничество постоянно рассматривалось практически без взаимосвязи с окружающей естественной средой, и, соответственно, исключительно как примитивная по сравнению с оседлым земледелием форма хозяйства. Это - либо распространенная в кон. XIX в. теория о трехступенчатом развитии форм хозяйства охота - скотоводство - земледелие, либо концепция о стадиальной смене кочевого хозяйственного уклада полуоседлым или оседлым3.

Высказывание К. Маркса о том, что «из определенной формы материального производства вытекает, во-первых, определенная структура общества, во-вторых, определенное отношение людей к природе» и «их государственный строй и его духовный уклад определяется как тем, так и другим»4 определяло и во многом продолжает определять второстепенное место исторической географии в отечественной исторической науке5.

Для возникновения кочевого скотоводства как формы ведения хозяйства необходимы соответствующие природные условия, своеобразный физико-географический полигон, в рамках которого происходит становление экономического уклада. Кочевое скотоводство как тип хозяйственной деятельности характеризуется экстенсивностью в силу невозможности модификации орудий производства, ограниченность сфер разделения труда, постоянной необходимости расширения пастбищных и охотничьих угодий, что делает его потенциальную динамику полностью зависимой от экологической обстановки.

Таким образом, мы полагаем невозможным при исследованиях особенностей кочевничества как исторического явления обхождение без привлечения понятийного аппарата специальных научных дисциплин, которые могут быть использованы в качестве прикладных в ходе историко-географических исследований. Прежде всего, это касается таких понятий как экосистема, ландшафт, популяция, биоценоз, биогеоценоз, а также хозяйственно-культурный тип и антропогеоценоз. Если первая группа целиком заимствована нами непосредственно из области естественно-научных дисциплин, то два последних требуют особого внимания, поскольку без них представляется затруднительным любое исследование, так или иначе касающееся экономического уклада докапиталистических обществ.

Понятие хозяйственно-культурных типов как исторически сложившихся комплексов хозяйства и культуры, типичных для различных по происхождению народов, но обитающих в сходных географических условиях и находящихся примерно на одинаковом уровне исторического развития, было сформулировано в работах советских этнографов и археологов6.

Теория антропогеоценозов как элементарных составляющих хозяйственно-культурных типов была выдвинута выдающимся отечественным исследователем антропологом В.П. Алексеевым. Антропогеоценоз – это «симбиоз между хозяйственным коллективом и освоенной им территорией (или, говоря иначе, коллектив в сочетании с эксплуатируемой им территорией) на ранних этапах человеческой истории можно назвать антропогеоценозом»7

В.П. Алексеев подразделяет антропогеоценозы в зависимости от их внутренней структуры на два класса (или типа). Классификация носит стадиальный характер. Первый тип характеризуется преобладанием природной среды, в значительной степени влияющей на интенсивность хозяйственной деятельности, численность хозяйственных коллективов, направление динамики и устойчивости данного антропогеоценоза. Так разрушение естественных биоценозов приводит к разрушению целостности антропогеоценоза. Такими антропогеоценозами являются присваивающие хозяйства собирателей и охотников, охотников и рыболовов, а также производящие хозяйства экстенсивного характера как у племен, занимающихся подсечно-огневым земледелием и кочевников. У последних численность коллектива ограничена, что способствует налаженности функциональных связей, вследствие ограничения численности стада, вызванного ограничением свободных пастбищ8. Таким образом, если исключить экстремальные исторические ситуации, такие как грабежи оседлого населения и прочие способы добычи прибавочного продукта, кочевники практически полностью зависят от условий географической среды, связанных с возможностью естественного расширения территории пастбищ9. Второй тип включает в себя производящие хозяйства, менее зависимые от природы10.

Поскольку антропогеоценозы складываются в естественно очерченных географических регионах, необходимо также отметить, что и каждая группа, составляющая хозяйственный коллектив, в данном антропогеоценозе, не только зачастую эндогамна, но и отличается формирующимся в данных ландшафтных условиях, а также, как следствие, на основе возникших в рамках данного антропогеоценоза общественных взаимодействий оригинальным стереотипом поведения.

Одновременно с природными процессами на их фоне протекает развитие процессов общественного уровня, таких как складывание общих этических и нравственных норм на основе общего языка, и мы, таким образом, можем говорить о понятии этноса относительно данных коллективов11. Изменение стереотипов поведения может быть связано как с влиянием естественных факторов, так и с культурным влиянием со стороны. В данном случае речь идет о т.н. «динамике антропогеоценозов во времени»12. Разрушение одного лишь компонента антропогеоценоза в силу тех или иных причин ведет к разрушению всей его структуры. Переселение хозяйственного коллектива на новый ландшафт влечет изменение антропогеоценоза равно, как и совершенствование способов производства. Изменение антропогеоценоза влечет и изменение функциональных связей внутри него. Как справедливо отмечал Г.Е. Марков: «Окончательное закрепление определенных пастбищ за скотоводами – признак начала разложения кочевничества, перехода к полуоседлому (отгонному) или интенсивному оседлому хозяйству»13.

Таким образом, теоретически существует возможность перехода от антропогеоценозов первой ступени к антропогеоценозам второй ступени вследствие стремления хозяйственного коллектива к более полному и широкому удовлетворению своих потребностей и, как следствие, интенсификации производства, что осуществляется, однако, при благоприятных исторических и географических условиях14.

Наиболее близко к решению вопроса о влиянии природно-географических условий на форму общественно-экономического уклада кочевников подошли в 60-е гг. XX в. С.И. Руденко и Л.Н. Гумилев. Если концепция С.И. Руденко, выработанная на основе выводов С.Е. Толыбекова, о трех формах кочевания15 стала обще признанной и получила дальнейшее развитие в историографии последующих лет, прочно утвердившись в науке, то с Л.Н. Гумилевым сложнее.

В настоящей работе мы хотим привлечь внимание к теории ученого, отчетливее всего отраженной подготовленном им в 1968 г. докладе «Этно-ландшафтные регионы Евразии за исторический период»16. В многочисленных трудах Л.Н. Гумилева получила дальнейшую разработку концепция С.И. Руденко о региональных особенностях кочевания. Л.Н. Гумилев доказывал, что не только форма кочевания, но еще и общественно-политический уклад кочевников Евразийских степей зависит от природно-географических условий территории их обитания. Ученый рассматривал те же ландшафтные зоны, что выделил С.И. Руденко. Предложенная концепция не вызвала никаких ответных откликов от коллег-ученых, оставшись незамеченной в широких научных кругах.

Вместе с тем, вопрос об исторической преемственности социально-политического устройства и соответствующих государственных институтов у кочевых обществ Евразийских степей был поднят в 90-х гг. XX в. в работах В.В. Трепавлова, обратившего внимание на неразработанность темы17. По мнению ученого определенная «государственная традиция» складывается в непосредственной связи со способом определенной деятельности и, хотя не обязательно отражается в материальной культуре, но существует как неотъемлемая часть культуры духовной. Данная концепция, таким образом, признает у различных, но населяющих одну и ту же территорию обществ наличие формирующихся на основе практики и исторической памяти в виде традиций стереотипных представлений о государственном строительстве18.

Цель настоящей работы – оценка степени влияния природно-географических условий на общественно-политический строй кочевников Евразийских степей, а также подтверждение необходимости дальнейшей научной разработки поднятого ученым вопроса. Мы считаем одной из задач данной работы пересмотр научных тезисов указанной статьи Л.Н. Гумилева на основе привлечения более широких данных исторических источников.

Исходя из условия экстенсивности характера кочевого скотоводства, нам представляется обоснованным рассматривать формы общественно-экономических отношений у кочевых обществ в относительной статике и даже некоторой законсервированности, полагая их уровень постоянным при прочих равных условиях, а именно: природно-климатических и внешнеполитических. Следуя такому подходу, мы получаем возможность применять при исследовании отдельных внутренних аспектов, касающихся кочевых обществ, сравнительно-сопоставительный метод согласно принципу диахронии, т.е. условно пренебрегая хронологическим принципом, но не пространственным.

Иными словами, мы можем с некоторой долей условностей и оговорок в рамках одного ландшафтного региона механически переносить данные об общественно-экономическом устройстве кочевников одного периода, наиболее ярко освещенного источниками, на кочевников наиболее «темных» исторических периодов, отчасти реконструируя некоторые аспекты их жизни, не считая это ошибкой. Данные археологии, несомненно, ценны для восстановления социальной структуры исследуемых кочевых обществ, однако, они мало могут помочь при реконструкции общественной организации. Поэтому ретроспективный характер большинства сделанных нами заключений выглядит оправданным.

Вместе с тем, говоря о влиянии природно-географических условий на общественную организацию, представляется важным привлечь к рассмотрению следующий установленный наукой факт. «Наблюдения показали, что структура стада обезьян в большей мере обусловлена экологически, чем генетически. Обезьяны одного вида, живущие в разных условиях, оказываются дальше друг от друга по организации стада, чем обезьяны разных видов, живущие в сходных условиях. Установлено, что у обезьян, живущих в лесу, организация стада более аморфна и лабильна, чем у обитателей саванны, а в пределах саванны организация более жестка в экстремальных условиях, а именно в засушливой саванне»19. Поскольку африканские саванны и евразийские степи сходны по характеру флоры, а также, соответственно, обнаруживают сходства со степными и полупустынными районами субтропической зоны Евразии, мы полагаем теоретически возможным и исторически оправданным перенести некоторые сведения о единых, на наш взгляд, моментах жизни первобытных человеческих стад, тождество которых установлено с жизнедеятельностью некоторых подвергавшихся наблюдению приматов, на схему развития кочевых общностей.

Мы исходим также из выводов Г.Е. Маркова, рассматривавшего кочевнические общества в качестве доклассовых и доказавшего, что кочевничество, преобразуясь в особый хозяйственно-культурный тип из оседлого пастушества, проходило стадию первобытнообщинных отношений, и уровень общественной организации кочевников замкнулся после разложения первобытных институтов20.

Перейдем к непосредственному рассмотрению ландшафтных зон. Л.Н. Гумилев выделял Центральномонгольский, Алтае-тяньшаньский и Арало-каспийский. Волго-терская долина выделялась в отдельный земледельческий район. Однако, на основе исследований П.Н. Савицкого21 представляется возможным выделить Причерноморские степи вместе с венгерской пуштой в отдельный ландшафтно-культурный район.

Монголия и Забайкалье при наибольшем теоретическом уровне увлажнения именно в летний период отличаются нестабильностью погодных условий, выражающихся в сильных снежных бурях зимой или засушливых летних периодах22, что описано, например, Дж. Плано Карпини23 или Сюй Тином24. Местные народы по данным источников «кочуют с места на место в зависимости от [наличия] воды и травы [для скота] без постоянных [маршрутов]»25. Это обуславливает необходимость создания зимних и стойбищ. Факт их наличия зафиксирован в истории26. Летние стоянки располагались у речных долин27. Чередование же степей с немногочисленными, зато густыми лесными полосами, раскинувшимися вдоль речных долин, ограниченных на севере таежными лесами и на востоке Хинганскими горами, что так же особо привлекало внимание средневековых авторов28, позволяло использовать дополнительные способы добычи пропитания, такие как охота, как облавная, групповая, так и более сложная, лесная одиночная, и рыболовство, примеры которых мы наблюдаем в «Сокровенном сказании»29. Осторожного отношения требуют упоминания между делом китайских источников о возможности выращивании хлеба у хун-ну30. В то же время только Терхинская стела, датируемая кон. 50-х гг. VIII вв., говорит о «пашнях» (taryγlaγym) в долине рр. Селенга, Орхон и Туула31, но никакой источник более не упоминает о возможности занятия земледелием. Китайская хроника «Цянь Хань шу» ошибочно сравнивает местные, насыщенные мелким гравием, территории к северу от Гоби с пустыней32, а Дж. Плано Карпини отмечает, что земля здесь «смешана с хрящом, редко глиниста, по большей части песчана»33. Хроника «Тан шу» характеризует почву верховий р. Селенги как «дресвяная и солонковатая»34. Автор сочинения «Хэй да ши люе» Сюй Тин описывает мелкий песок и мелкие камешки35. Из скота здесь больше всего разводили овец36.

В открытой степи между ее обитателями неизбежны были контакты самого разного характера. Кочевали здесь семьями (аилами), входящими в большой патриархальный род, за каждой из которых была закреплена определенная территория для выпаса скота37. Племенная (родовая) территория, как определил ее Г.Е. Марков, - это «совокупность пастбищ, на которых племя пасло свои стада в данное время», т.е. юрт - у тюрок, нутуг - у монголов38. В хозяйстве широко использовалось домашнее рабство («прислужники»)39. Сущность этого института у кочевников наиболее подробно и обстоятельно изучена С.Г. Кляшторным40.

Как известно, Б.Я. Владимирцов связывал образование классового общества у монголов непосредственно с переходом от куренного способа кочевания, т.е. общинного хозяйства41, к аильному способу кочевания - индивидуальному хозяйству42. Вместе с тем, хотя и утверждая, что курень как форма общественной организации, присущая первобытно-общинному строю, изжила себя к кон. XII в., ученый не отрицал, что курень сохранялся в качестве пережитка в военной организации общества. Л.Н. Гумилев же, говоря о сосуществовании куреней и аилов, полагал, что смена способа кочевания диктовалась лишь внутренней ситуацией в степи: куренная система, вызванная соображениями безопасности, господствовала в степи в неспокойное время, сменяясь аильной, когда твердая и сильная верховная власть прекращала усобицы и взаимные грабежи43. Такого же мнения придерживается Г.Е. Марков44. Кроме того, нам курень представляется видом социально-экономического взаимодействия, носивший изначально больше организационный характер, нежели кровно-родственный45.

Образование отдельных родов, отпочковывавшихся от материнского, происходило, судя по всему, с потрясающей динамикой46. Со временем кровное родство стало уступать «генеалогическому», фиктивному47, что можно рассматривать как непосредственный показатель распада родового строя. Курень, таким образом, изначально был естественной формой организации и, похоже, совпадал с родовой общиной как основной хозяйственной единицей. Впоследствии с распадом родов курень оставался формой совместного существования, но уже на уровне своеобразных соседских общин, не предусматривающих близкой кровнородственной связи между ее членами или не предусматривающих ее вообще48.

Организация в крупные объединения с сильной ханской властью была необходима для создания возможности совместной обороны кочевий, а также для регулирования отношений между владельцами скота и кочевий в тех сферах, где они уже не могли регулироваться родовыми обычаями. Примеры подобных контактов особенно ярко демонстрируют сцены детства Темучжина из «Сокровенного сказания»49. Рядовые кочевники, больше всего страдавшие от взаимных набегов и угона скота (баранты), в первую очередь были заинтересованы в установлении порядка. Сформировавшаяся кочевая аристократия, как обосновал Б.Я. Владимирцов, также стремилась к порядку внутри кочевий и была заинтересована в объединении под руководством сильного военного вождя, который бы смог организовывать масштабные грабительские походы на внешних врагов50.

Сначала предводитель (хан) выбирался на сходках глав родов или куреней - хурултаях, что является явным типичным признаком распада родового строя и периода военной демократии51. Затем со временем родовые старейшины превращались в обыкновенную родовую аристократию. Выборная ханская власть постепенно усиливалась, находя опору уже не в знатных родовичах, а в верной лично ему дружине, состав которой, как удалось показать Б.Я. Владимирцову, в результате активно пополняется выходцами из кочевой аристократии52. Таким образом, формировалось типичное раннефеодальное общество.

Так возникает военизированное политическое объединение, названное Л.Н. Гумилевым «ордой». Орду Л.Н. Гумилев определял не как этническое53, а военно-организационное понятие54, «некоторое количество совместно живущих людей, определенным образом организованных», характеризующееся как высшая форма военной демократии, при этом полагая обязательной является именно организация, а не общность происхождения, языка, религии или нравов55. Ученый полагает, что подобные объединения являлись носителями демократических принципов56.

У нас нет поводов сомневаться в том, что орды – это модификация куреней57.

В источниках под термином «орда» перед нами предстают примеры обыкновенных стойбищ, расположенных, однако, в определенном строгом порядке - юрты подчиненных группируются вокруг юрты предводителя58. Соответствующая организация была свойственна и политическим объединениям кочевников Монголии (центр - крылья).

Б.Я. Владимирцов, разработавший теорию «кочевого феодализма» на примере общественного строя монголов, утверждал, что суть феодальных отношений у кочевников состоит в том, что феодальный сеньор руководил кочеванием зависимых от него людей, распоряжаясь пастбищами путем указывания маршрутов кочевания и мест стоянок. Вместе с тем, зависимость выражалась в обязанностях являться на военную службу по призыву сеньора, а также служить загонщиками при облавных охотах59. Это была коллективная форма зависимости, в результате которой целые роды превращались в «крепостных вассалов» других родов, названная ученым unaġan boġol (правильно – ötegü boġol60), складывавшаяся в результате постоянных войн, бушевавших в степи. Аналогичная форма вассальной зависимости существовала и у древних тюрков в форме социального института qul61, и также у хуннов62. Таким образом, сущность феодальных отношений у кочевников Монголии состояла не в земельной зависимости, а в личной63.

Возможность существования феодальных отношений в Монгольских степях оправдывает сам факт сезонной формы кочевания как основной формы производственной деятельности, по сути являющейся полукочевым скотоводством и не представлявшей чистого кочевничества64. Территория, условно закрепленная за одним родом, юрт или нутуг, состоит из пастбищных угодий, часть из которых в зависимости от численности табунов и стад может находиться в простое, когда необходимые земли задействованы для выпасов65.

Примерами централизованных кочевых держав в Монголии, по мнению Л.Н. Гумилева, были: империя Хун-ну (209 г. до н.э. – 48 г. н.э.), держава Сянь-би (155 - 235 гг.), каганат Жуань-жуань (350-е – 555 гг.), каганат восточных тюркютов (545 - 747 гг.), Уйгурский каганат (747 - 840 гг.), государство киданей Ляо (907 - 1124 гг.), Кераитское ханство (XII в. – 1203 г.), Монгольская империя (1206 - 1368 гг.). Представляется возможным добавить сюда также сеяньтоский каганат (629 - 646 гг.) и возникший на его осколках первый уйгурский каганат (647 - 688 гг.).

Централизованный характер державы Хун-ну вытекает из зафиксированных историей фактов, сопутствующих ее основанию. Изложенная китайскими хронистами легенда о воцарении Мо-дэ дает очень интересный материал для возможных заключений. Однако, ее содержание требует очень осторожного и критичного отношения66. Тем не менее, суть описания сводится к тому, что княжич Мо-дэ изначально опирался на собранных вокруг себя преданных лично ему людей, готовых исполнять любую его волю. Всех, отказывавшихся исполнять приказы, сомневающихся или медливших с исполнением, казнили67.

О централизации сяньбийцев, занявших Центральную Монголию во время упадка хун-ну, косвенно говорят косвенные данные из «Хоу Хань шу», согласно которым молодой вождь Тан-ши-хуай, завоевавший авторитет в народе личными заслугами («все поколения боялись его и повиновались ему» в передаче И.В. Кюнера68), «установил закон и запреты; правый и виновный не смел бы нарушать их»69. Позже он разделил народ на три части (крылья?), во главе которых стояли назначенные им люди, полностью ему подчиненные70.

У жуань-жуаней «государь и вельможи при жизни получали почетные наименования по делам»71, т.е. у них не было господства патриархальных отношений. Один из предводителей «бесчеловечно поступал с своими людьми; почему они убили его», поставив вместо него его брата72. О скотоводстве подробных данных нет, но только об охоте73. Жуань-жуани, судя по всему, являли собой военизированную демократическую орду, существовавшую засчет грабежей и внешней эксплуатации, для которых коллективная охота была тренировкой74, и основная сила которой состояла из «беглых и изменников»75.

О демократическом устройстве древних тюрков говорил еще В.В. Бартольд76. Демократический характер военизированной тюркской орды подтверждается анализом рунических памятников VII – VIII вв. Тюркское понятие иль/эль (il/el) может употребляться как в значении «племя, племенной союз», имея, таким образом, политический оттенок, так и в значении «народ», имея обобщенный смысл77. Древнетюркский вечный эль представлял собой систему взаимодействия военной (орда) и родоплеменной организации, составлявший крылья78. Крылья носили названия толис (восточное) и тардуш (западное), управляясь назначаемыми каганом людьми из его рода (шад)79. Ордой являлась сама военизированная организация собственно тюрок, где беги (begler) представляли служилую аристократию, а рядовые общинники эры (erler) - эксплуатируемого непосредственного производителя. Вместе с тем, покоренные племена составляли крылья эля, сохраняя свою внутреннюю социальную структуру. Вся масса, соответственно, тюркских рядовых общинников и скотоводов, а также зависимые племена представляли собой народ – bodun80. Все это в совокупности выражалось формулой «türk begler bodun» - «тюркские беги и народ» [КТб, стк. 22]. Это не противоречит установленной форме феодальных отношений у кочевников. Таким образом, тюркский эль – раннефеодальное государственное образование81, выросшее из орды периода военной демократии. Уйгурский каганат был преемником тюркского82. В уйгурских рунических памятниках встречаются социальные категории «именитых» (atlyγ) и «простого народа» (igil qara bodun)83.

Каганат Се-янь-то по сообщениям китайских хроник также был основан авторитетным предводителем, равно как и сменивший его первый Уйгурский84.

Государство Чингисхана также было основано при помощи лично верной вождю военизированной структуры. Кроме степных аристократов, выступавших с подвластными им людьми, существовала социальная категория «людей свободного состояния» (düri-yin gü’ün), представлявшая некоторого рода маргинальные слои общества, исключенные из господствующей системы родовых отношений85. Появление подобных свободных от родовых отношений элементов уже является признаком начала разложения родовых институтов. Держава Чингисхана находилась в состоянии войны с соседями постоянно с момента своего образования. Это во многом определило ее централизованный милитаристический характер86.

Указание киданей и подразумевание империи Юань к такому типу держав Л.Н. Гумилевым мнится здесь ошибочным87. Е-лю Амбагай действительно объединил восемь киданьских племен88, которые ранее составляли союз с поочередным председательством вождей каждого племени через три года. Завоевав же Китай, они отказались от кочевой жизни89. Юань – пожалуй, типичная китаизированная «варварская» империя90.

Кераитское же ханство имело структуру орды – ханская ставка и два крыла91, Кераитский хан в кон. XII в. имел огромный золотой шатер92 и гвардию из тысячи человек93. Семь племен, составлявших кераитское объединение, состояли в кровном агнатном родстве друг с другом94, территория кераитов, таким образом, представляла собственность рода95. Этот факт моментально пресекает попытки рассматривать кераитов в качестве племенной конфедерации.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Конкурс на лучшую работу по русской истории «Наследие предков молодым. 2008» Номинация «История Руси (Допетровская эпоха) (5)

    Конкурс
    Период правления Ивана Грозного традиционно считается одним из важнейших в отечественной истории. Проведенные им реформы и преобразования подвергли коренной перестройке практически все сферы государственной и общественной жизни страны.
  2. Конкурс на лучшую работу по русской истории «Наследие предков молодым. 2008» Номинация «История Руси (допетровская эпоха) (1)

    Конкурс
    Актуальность данной темы в том, что с именем святого равноапостольного великого князя Владимира связано одно из самых значительных событий в истории славян – во времена княжения Владимира Русь приняла святое крещение1.
  3. Конкурс на лучшую работу по русской истории «Наследие предков молодым. 2008» Номинация «История Руси (допетровская эпоха) (2)

    Конкурс
    Проблема христианизации сибирского региона до сих пор не стала предметом специального научного исследования. Изучались лишь некоторые аспекты проблемы, по отдельным народам Сибири, в ограниченных хронологических пределах, в основном
  4. Конкурс на лучшую работу по русской истории «Наследие предков молодым. 2008» Номинация «История Руси (допетровская эпоха) (6)

    Конкурс
    История мировой политики и влияния внешнеполитических факторов на развитие государств в Средневековье достаточно хорошо изучены. Однако место Руси в средневековой европейской истории и роль геополитического фактора в её собственной
  5. Конкурс на лучшую работу по русской истории «Наследие предков молодым. 2008» Номинация «История Руси (допетровская эпоха) (4)

    Конкурс
    Соборное уложение 1649 года было первым печатным памятником русского права, само, будучи кодексом, исторически и логически оно служит продолжением предшествующих кодексов права - Правды Русской и судебников, знаменуя вместе с тем

Другие похожие документы..