Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Сказка'
Когда это случилось: десять, двадцать, тридцать, а может быть сто лет назад, а может этого еще и не было, а только будет лет через двести. Это не так...полностью>>
'Рабочая программа'
Рабочая учебная программа разработана на основе Федерального компонента государственного образовательного стандарта   основного  образования по искус...полностью>>
'Программа дисциплины'
Государственный университет – Высшая школа экономикиПрограмма дисциплины [Введите название дисциплины] для направления/ специальности [код направления...полностью>>
'Документ'
В статье рассматриваются актуальные проблемы современного общественного развития, анализируются предпосылки единения человечества в контексте возможн...полностью>>

Исторический факультет вопросы истории, международных отношений и документоведения (1)

Главная > Документ
Сохрани ссылку в одной из сетей:

С.Н. Качкина

У ИСТОКОВ ФОРМИРОВАНИЯ ТРАДИЦИЙ ДВУХ ТОМСКИХ ВУЗОВ

Благодаря многообразию вузов, Томск основательно закрепил за собой статус университетского города, который начал складываться еще в начале XX в., и во главе этого процесса стояли Томский императорский университет и Томский политехнический институт. Сейчас это одни из крупнейших вузов, работающие в самых разных направлениях подготовки и переподготовки специалистов. Каждый из вузов имеет свою четкую структуру и устоявшиеся традиции. Существует много работ об истории того и другого вуза, но нигде в них, к сожалению, не говорится о совместной их деятельности в первые годы существования. А ведь совместная деятельность имела весьма плодотворные результаты, которые оказали влияние на развитие самого города и формирование в нем университетской культуры. Об этом довольно часто упоминают газеты, издаваемые в этот период, – «Сибирская жизнь»1 и «Томский вестник» 2.

Сейчас же имеет место быть совершенно иная ситуация – два разных вуза, совместная деятельность которых сведена до минимума. Точнее даже будет сказать, что существует явная и неявная конкуренция между ними.

Первым этапам развития двух вузов и их совместной работе посвящена эта статья.

В 1888 г. был открыт Томский государственный университет, а в 1900 г. состоялся первый набор студентов в Томский технологический институт.

С возникновением двух вузов связано рождение новой культуры, которая ранее не была присуща Томску, но затем стала неотъемлемой его частью. Создателями этой новой культуры стали преподаватели и студенты двух вузов. Все они принадлежали к разным культурным средам и были носителями определенного образа мыслей, что, безусловно, откладывало отпечаток на формирование новой культуры.

Томск в обозначенный период был совсем небольшим городом3. И зарождавшаяся в нем корпорация преподавателей и студентов сначала университета, а затем и института была невелика. Именно по этой причине между вузами складывается довольно тесное взаимодействие, появляются общие цели и интересы.

Если говорить о студентах, то они, прежде всего, контактировали на различных официальных и неофициальных вечерах. Официальные вечера устраивались, главным образом, вузами. Чаще всего это было празднование годовщины открытия университета или института, куда приглашалась часть студентов и преподавателей. Неофициальные совместные вечера трудно проследить по источникам, но и нельзя говорить, что их не было, так как данное времяпрепровождение – отличительная черта студентов во все времена.

Особо хотелось бы отметить участие студентов того и другого вуза в революционных событиях 1905–1907 гг. В научной библиотеке ТГУ хранится рукопись, содержащая требования об изменении внутреннего порядка вузов. Эти волнения проходили на общем фоне студенческих революционных выступлений во всей стране.

Нередко студенты двух вузов жили вместе. Так, в одном из общежитий университета имелось несколько комнат, в которых жили студенты-технологи.

В целом для студентов той поры не было характерно разделение по принадлежности к вузу. Более значимым было для них вступление в землячество4, ведь в Томск ехали учиться со всех концов империи и, оказавшись в незнакомом городе, вместе им проще было адаптироваться к новым условиям. В рамках землячества студент мог рассчитывать на поддержку, в том числе и материальную, а также общение, узнавал все новости с родной земли.

Несколько по-иному строились отношения внутри преподавательских корпораций двух вузов. Прежде всего они были коллегами, и их взаимодействие шло по линии сотрудничества с целью поднятия образовательного уровня населения и усовершенствования учебного процесса в Томске. Главным образом это отразилось в организации публичных чтений профессорами двух вузов для жителей города, которые сопровождались опытами и использованием других наглядных материалов. Эти лекции всегда вызывали большую заинтересованность у населения, и много людей с огромным интересом приходили послушать и посмотреть на то, что для них приготовили лекторы. Со своими увлекательными рассказами о местах, посещенных экспедицией, выступал профессор ТТИ В.А. Обручев5, занимательными опытами сопровождались лекции профессора ТТИ Н.П. Чижевского6. Не менее интересными были лекции профессоров ТИУ – В.В.Сапожникова 7, читавшего лекции по ботанике, А.А. Кулябко8, рассказывавшего о туберкулезе, столь распространенном недуге в те времена, и других заболеваниях. Также многие другие профессора внесли огромный вклад в просвещение жителей Томска.

Помимо научной деятельности, многие из профессоров занимались и творческой деятельностью. Среди них были талантливые писатели, художники, музыканты. И самое большое членство в Томском отделении Императорского музыкального общества9 имели как раз – таки преподаватели вузов. Нередко профессора вступали туда вместе со своими супругами, которые тоже занимались музыкой.

Совместно работали профессора в рамках дальнейшего расширения народного образования, участвуя в обществе попечения о народном образовании: совместными усилиями часть профессоров боролась за право получения женщинами высшего образования в Сибири.

Неизбежным процессом для того и другого вуза стало их внутреннее развитие. К началу двадцатых годов как в университете, так и в институте стали появляться новые факультеты. Так, в ТИУ появляются историко-филологический и математический факультеты, а в ТПУ – теплоэнергетический факультет. Преподавательская и студенческая корпорации разрастаются, так как число поступающих лишь увеличивалось с годами, и рос штат преподавателей. Таким образом, совместная деятельность вузов постепенно сходит на нет. Заинтересованность друг в друге падает, тем более что с приходом новой власти, как преподаватели, так и студенты организовались в группы в соответствии с принадлежностью к дореволюционной школе. Студенты дореволюционного приема продолжали носить форму и старались общаться в своем тесном кругу. Преподаватели также старались держаться в рамках своего круга. Каждая из этих групп продолжала держаться обособленно, и связь уже терялась не только между вузами, но и внутри каждого из них.

Таким образом, можно заключить, что, несмотря на то, что в дореволюционный период ТИУ и ТТИ, были отдельными образовательными структурами, между ними шло постоянное взаимодействие, имевшее плодотворные результаты. Но, к сожалению, в силу того, что росли сами вузы, увеличивался состав преподавателей и студентов, а также в связи с реформами в области образования, предпринятыми новой властью впоследствии, два вуза становятся отдельными образовательными структурами. Теряются общие цели и задачи, и каждый вуз начинает работать уже на себя, создавая свой имидж, свои традиции.

В советский период создается Дом ученых, целью которого было все-таки объединение преподавателей всех вузов Томска, чтобы они не стояли обособленно друг от друга, а имели тесный контакт.

Сейчас это два совершенно разных вуза-соперника, которые работают в соответствии с теми нормами и правилами, которые устоялись в каждом из них за долгие годы существования.

Примечания

1 «Сибирская жизнь» – ежедневная, общедоступная газета, с 1908 г. – газета политическая, литературная и экономическая. Издатель – П.И. Макушин, И.А. Малиновский и М.Н. Соболев. М., Бейлин, В.Л. Малеев Сиб. Товарищество печатного дела. Томск. 1897–1920 годы: Справочник сибирских газет. Томск, 1996. Вып. 1. С.169.

2 «Томский вестник» – газета общественно-политическая, литературная и экономическая. В 1913 году газета политическая, общественная, церковная, литературная и экономическая. Издательство печатного товарищества. Томск. 1912–1915: Справочник сибирских газет. Томск, 1996. Вып. 2. С. 69.

3 На 1900 г. население составляло 63 335 человек, из них преобладали крестьяне, потомственные дворяне, мещане. Энциклопедический словарь. СПб., 1902. Т. 33 С. 490.

4 Землячество – исконный тип студенческих организаций, охватывающий студентов с одной родины. К участию в землячествах привлекала не только возможность материальной поддержки, но также жажда общения с людьми, боязнь одиночества.

5 В.А. Обручев (1863, село Клепенино, Тверская губерния – 1956 Москва) – геолог, палеонтолог, географ, писатель-фантаст. С 1901 по 1912. Обручев работал в Томском технологическом институте и был первым деканом его горного отделения. [Электронный ресурс]. Режим доступа: свободный.

6 Чижевский Н.П. (1873–1952) – советский учёный в области металлургии и коксохимии, академик АН СССР (1939). В 1909 г. преподаватель, в 1910–1923 заведующий кафедрой железа Томского технологического института (с 1911 – профессор). Читал публичные лекции: Сибирская жизнь. 1915 г. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.misis. ru/tabid/1421/language/ru-RU/Default.aspx, свободный.

7 Сапожников В.В. (1861–1924) – заслуженный ординарный профессор по кафедре ботаники. Профессора Томского Университета: Биографический словарь / отв. ред. С.Ф. Фоминых, С.А. Некрылов, Л.Л. Беруц, А.В. Литвинов. Томск, 1996. Вып. 1. С. 227

8 Кулябко А.А. – (1866–1930) – заслуженный ординарный профессор по кафедре физиологии. Профессора Томского Университета: Биографический словарь / отв. ред. С.Ф. Фоминых, С.А. Некрылов, Л.Л. Беруц, А.В. Литвинов. Томск, 1996. Вып. 1. С. 133.

9 Томское отделение Императорского русского музыкального общества было открыто в Томске в 1979 г., хотя уже имело отделения во многих крупных городах России. Цель общества организовывать концерты, формировать эстетический вкус слушателя и способствовать расширению музыкальных школ. Куперт Т. Музыкальное прошлое Томска. Томск, 2006. С. 97.

М.М. Матюжина

ДОМАШНЕЕ ВОСПИТАНИЕ ДВОРЯН В РОССИИ XIX В.

НА ПРИМЕРЕ ВОСПИТАТЕЛЬНОГО ПРОЦЕССА С.Д. ШЕРЕМЕТЕВА

В современной России наблюдается тенденция к индивидуализации обучения. Ныне действующий закон впервые после 1917 г. создал правовую базу для организации домашних школ. Но не даром говорят, что новое – это хорошо забытое старое. Опыт организации домашнего воспитания в дворянской семье в XIX в. может стать показательным для современных родителей1.

По форме обучения воспитание в России XVIII – XIX вв. можно разделить на общественное и домашнее. С конца XIX – начала XX в. историков интересовало зарождение и развитие общественной формы обучения. Тему домашнего образования авторы обходили стороной. Скорее всего, это связано со спецификой источников (частные архивы самих наставников и дворянских семей) и тем, что гувернёрами обычно становились малоизвестные в истории люди2. Например, мнение известного историка педагогики П.Ф. Каптерева – лишь воспроизведение, существовавшего в обществе стереотипа об иностранцах гувернерах3. Ключевский выделял три волны гувернеров: «немудреных педагогов» царствования Елизаветы, «образованных гувернеров вольнодумцев» екатерининского времени, и «иезуитов» – воспитателей поколения декабристов4. Великий русский педагог К.Д. Ушинский, выделяя некоторые положительные стороны домашнего образования, все же считал его погоней за чинами и положением в обществе5. В советский период из-за классового подхода интерес к теме пропал совсем. В настоящее время в литературе наметилось две тенденции: в учебниках по-прежнему тему домашнего образования обходят стороной или повторяют негативную оценку деятельности иностранных гувернеров; появились статьи, главы в монографиях, посвященные теме домашнего воспитания6.

Объектом данной статьи является система домашнего воспитания дворян в XIX в. Предметом исследования выступает практика домашнего воспитания в России XIX в. на примере воспитания С.Д. Шереметева.

Цель статьи – выявить, как в процессе домашнего воспитания подрастающее поколение дворян становилось полноценным членом своего сословия, сохранив русскую ментальность, несмотря на иностранное влияние гувернеров. Для достижения поставленной цели подробно рассматривается домашнее воспитание С.Д. Шереметева, одного из представителей дворянского сословия. При этом особое внимание обращается на то, как в повседневной жизни дворян происходила трансляция этических норм, идеалов и этикета от одного поколения к другому.

В соответствии с поставленной целью было выявлено, что повседневная жизнь дворян регулировалась «правилами учтивости и изысканности». Именно bon ton (хороший тон) формировал особый стиль дворянской жизни.

Мироощущение дворянского сословия во многом определялось его ролью и положением в государстве. У дворянского сословия в целом существовало уважительное отношение к службе, которая рассматривалась как исполнение долга перед Отечеством. Более престижной считалась военная карьера, однако ко второй половине XIX в. общество признало необходимость и важность гражданского служения. Существовал ряд профессий, которые могли запятнать честь дворянина, и, как ни странно, кроме творческих профессий среди них значится и преподавание.

Дворянин рождался, воспитывался и проводил большую часть своей жизни в усадьбе, как и многие поколения его семьи до и после него. Переход к современному пониманию детства и роли семьи в воспитании свершился в XIX в. К началу века в усадьбах уже были и детские комнаты, и детская одежда, и игрушки7. Однако отношение к детям было двойственным. В мемуарах можно обнаружить как следы трепетных родительских чувств, так и полного отстранения родителей от функций воспитания. Посторонние люди – няни и гувернеры – избавляли родителей от утомительной обязанности делать детям замечания по поводу их поведения в обществе.

Но усадьба была не просто домом, ее можно назвать особым социумом. Кроме родителей и детей, в ней находились разные поколения родственников: бабушки и дедушки, тети и дяди, старшие братья и сестры, дальние родственники. В ней можно было встретить постоянных друзей дома, а иногда и «приживалок». Ежедневное взаимодействие нескольких поколений дворянской семьи способствовало трансляции этических норм, идеалов и этикета от одного поколения к другому. Жестким правилам поведения ребенка учили все понемногу. Принадлежность «воспитателей» к одному кругу общества и патриархальность дворянского быта, тяготеющего к воспроизводству в каждом следующем поколении устоявшейся системы отношений, четко определяли стиль поведения участников воспитательного процесса8. Именно поэтому повседневная жизнь в усадьбе формировала ценностные ориентиры дворянина – любовь к «малой родине» и своей семье, религиозную принадлежность, чувство долга и любовь к прекрасному (литературе, музыке, театру, архитектуре и т.д.).

Усадебная жизнь предопределила необходимость создания системы домашнего обучения. Более того, в XIX в. домашнее образование отвечало уже устоявшейся традиции воспитания детей «просвещенного меньшинства». Индивидуальный характер обучения, учитывающий особенности личности воспитанника, позволял усвоить требуемый объем знаний в сжатые сроки. Это делало домашнее воспитание еще более привлекательным – в связи с необходимостью приобретения чинов дворянство стремилось к «укороченному образованию»9.

Учебный план, предлагаемый дворянину, включал знание нескольких языков, прохождение курса наук, начитанность, чтобы поддержать даже самый сложный разговор, светские познания, умение танцевать и играть на каком-нибудь музыкальном инструменте.

Модель эта явно ориентирована на западные образцы. Особенно в ней просматриваются идеи Локка, который хотел воспитать не простого человека, а джентльмена, отличающегося «утонченностью в обращении».

Специфическая особенность домашнего воспитания: существование двух взаимосвязанных сторон – дворянина-нанимателя и иностранца-гувернёра, от которых зависел уровень обучения. В семьи высшего дворянства гувернеры поступали по рекомендации от своих предыдущих нанимателей или протекции друзей и родственников семьи. Хорошие гувернёры были известны в обществе, и в их профессиональных качествах не приходилось сомневаться. Осознанный выбор гувернёра, составление подробного образовательного плана и постоянный контроль процесса обучения практически полностью исключали возможность занятия должности гувернёром авантюристом. Появление же в России подобного феномена свидетельствует скорее о низком культурном уровне самих дворян, слабо представлявших, что именно необходимо их детям. Ярким доказательством этому является то, что воспитанием детей высшего дворянства занимались высокообразованные гувернёры.

Очевидно, что позволить себе организовать домашнюю школу и воспитательный процесс, аналогичный частному случаю С.Д. Шереметева, могли только столь же богатые аристократические семьи. Именно они нанимали несколько гувернёров, приглашали штат преподавателей к себе в усадьбу, отправляли детей путешествовать как по России, так и за рубеж. Поэтому воспитательный процесс С.Д. Шереметева является репрезентативным для данной группы, объединенной общим стилем жизни.

С раннего детства жизнь С.Д. Шереметева протекала согласно строгому распорядку дня: ранний подъем, уроки и прогулки, прием пищи. Нетрудно себе представить, насколько дисциплинирует такая жизнь. Но воспитанник – это, прежде всего, ребенок, поэтому в его расписанной поминутно жизни находилось место и игре. Воспитанием графа занимались не только гувернёры, но и родственники и близкие друзья семьи, особенно Татьяна Васильевна Шлыкова, которая «знакомилась со всеми учителями, с иными сходилась и даже дружилась»10.

Для одного ребенка была создана домашняя школа, в которую ежедневно приходили учителя и занимались с ним индивидуально. Тем не менее мемуарист не раз с грустью пишет: «Наказанием для меня были всегда уроки танцевания… Эти уроки потому были особенно скучны, что я был один»11. Усадебная жизнь и домашнее воспитание привели в определенной степени к изоляции воспитанника от сверстников, общение с которыми было ограниченным – поездки в гости, вечера у великих князей и т.д. При этом даже детское взаимодействие осуществлялось в рамках этикетных норм.

В мемуарах С.Д. Шереметев не описывает отдельно план своего обучения. Косвенно выделить его составляющие позволил сравнительный анализ преподававшихся в домашней школе предметов с планом, разработанным Голицыным для его племянников. В домашней школе Шереметева первое место по значимости занимало преподавание закона Божьего. Шереметевы особое внимание уделяли религиозному воспитанию, так как православие для них являлось не просто вероисповеданием, но и самой крепкой связью со всеми поколениями семьи. Более того, в мировоззрении дворянского сословия православие отождествлялось с чувством истинной любви к своему Отечеству. Дети с раннего детства наравне с взрослыми принимали участие в религиозных обрядах.

Далее С.Д. Шереметев рассказывает о преподавании русского языка и словесности, истории России. Изучение иностранных языков – французского, немецкого, английского – упоминается автором вскользь, как само собой разумеющееся. Данному обстоятельству есть простое объяснение: с самого раннего возраста С.Д. Шереметева воспитывали иностранные гувернеры – француз Руже и немец Гренинг. Знание языков совершенствовалось через ежедневное общение с носителями языка и с родственниками воспитанника, которые в повседневной жизни говорили на французском языке. Вот и получалось, что в большей степени существовала необходимость изучения родного языка. Кроме живых языков, в программу обучения входила латынь, знание которой требовалось для поступления в университет.

Математика, всеобщая история, география, физика, чистописание также входили в учебный план Шереметева. Когда было принято решение направить воспитанника на военную службу, план был дополнен фортификацией, артиллерией, тактикой, химией, топографией и законоведением.

Если А.М. Голицын при разработке учебного плана колебался в необходимости включения в него светских дисциплин, не был уверен в их количестве и времени, которое им будет уделяться, то в практике воспитания С.Д. Шереметева светской стороне отводилась значительная роль. Ему преподавали рисование, музыку, танцы. Приобщение к светской стороне дворянского стиля жизни происходило посредством пассивного включения воспитанника в светские мероприятия взрослых. Детские собрания у великих князей приучали следовать светскому церемониалу с раннего возраста.

К сожалению, мемуары не раскрывают все методы преподавания, которые использовали учителя. Тем не менее, можно с уверенностью говорить о применении методов наглядного обучения (разрезание сырого картофеля для изучения стереометрии), беседы при преподавании закона Божьего и лекции на уроках тактики. Самым распространенным методом, судя по запискам, было повторение пройденного материала.

В воспитательном процессе С.Д. Шереметева нашел отражение метод путешествия. В юности он посетил святые места России по списку, составленному отцом. Летом – осенью 1861 г. состоялся «гранд-тур» по Европе, который включал Германию, Швейцарию, Францию и Северную Испанию. Во время путешествия воспитанник познакомился с нравами, обычаями, городской и сельской жизнью Запада. Но путешествие было не только познавательным времяпрепровождением. Воспитанник на полгода оказался оторван от семьи, родной страны, привычного распорядка жизни. Путешествие стало своеобразным испытанием для воспитанника.

Применение метода контент-анализа позволило поновому подойти к рассмотрению отношений между гувернёром и воспитанником. Контент-анализ показал, что граф явно недолюбливал своего воспитателя Гренинга и с уважением относился к Руже. Постараемся интерпретировать следующие факты: Руже покинул должность гувернёра графа, когда тому было 14 лет, при этом он был в хороших отношениях с Татьяной Васильевной Шлыковой, которую очень любил мемуарист. В переходный возраст развития личности при графе остался только Гренинг. Возможно, он действительно был нуд­ным и несимпатичным человеком. Однако примем во внимание, что во всех воспоминаниях и художественных произведениях гувернёр неизменно отрицательный персонаж, в про­тивоположность няне персонажу всегда положительному. Но трудно вообразить, чтобы все они поголовно были такими бес­сердечными мучителями, какими рисуют их воспитанники. Кроме того, именно Гренинг, а не Руже, сумел найти общий язык с отцом С.Д. Шереметева, который уделял большое внимание процессу воспитания.

Скорее всего, дело в том, что у гувернёра была уж очень неблагодарная роль: постоянно, ежечасно следить за тем, чтобы ребенок соблюдал все правила поведения. Только благодаря такому контролю и постоянному общению на иностранном языке маленький дворянин превращался в типичного представителя дворянского сословия. В свою очередь семья, усадебная жизнь и православие компенсировали иностранное влияние, прививая с раннего детства любовь к России.

Примечания

1 Домашнее образование: pro et contra // Лиц. и гимназ. образование. 2001. № 1. С. 75.

2 Милюков П.Н. Очерки русской культуры. СПб., 1899. Т. 2; Кизеветтер А. Русское общество в восемнадцатом столетии. Ростов,на/Д., 1905; Каптерев П.Ф. История русской педагогии. Пг., 1915.

3. Каптерев П.Ф. Указ. соч. С. 243.

4 Ключевский В.О. Сочинения: в 9 т. М., 1989. Т. 5. Курс русской истории. С. 154, 157–158, 224–225.

5 Ушинский К.Д. О нравственном элементе в нашем воспитании // Избранные педагогические произведения. М., 1968. С. 309, 312–315, 319.

6 Берелович В. Образовательные стратегии русских аристократов. Воспитание сирот Голицыных (1782–1790) // Европейское просвещение и цивилизация России. М., 2004. С. 318 –328; История гувернерства в России // Вопросы образования. М., 2006. № 3. С. 285–290; Чудинов А.В. Французские гувернёры в России конца XVIII в.: стереотипы и реальность // Европейское просвещение и цивилизация России. М., 2004. С. 330–341.

7 Арьес Ф. Ребенок и семейная жизнь при старом порядке. Екатеринбург, 1999. С. 140–142.

8 Муравьева О.С. Как воспитывали русского дворянина. М., 1995. С. 177–178.

9 Сергеева С.В. Домашнее образование в России в первой половине XIX в. // Педагогика. 2003. № 7. С. 88.

10 Воспоминания 1853–1861 // Мемуары графа С.Д. Шереметева. М., 2005. Т. 2. С. 201.

11 Там же. С. 200.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Исторический факультет вопросы истории, международных отношений и документоведения (2)

    Документ
    Редакционная коллегия: д-р ист. наук В.П. Зиновьев, канд. ист. наук А.В. Литвинов (отв. ред.), д-р ист. наук Н.С. Ларьков, д-р ист. наук Б.Г. Могильницкий, д-р ист.
  2. П. П. Румянцева Издательство Томского университета

    Документ
    Редакционная коллегия: профессор В.П. Зиновьев, доцент А.В. Литвинов, ассистент П.П. Румянцев (отв. редактор), аспиранты С.А. Меркулов, А.Н. Сорокин, Д.
  3. Исторический факультет (2)

    Документ
    Побегуц К.В. 2 к. Принципы включения археологических объектов в туристическо-рекреационную структуру Алтайского края. Науч. рук. Кунгуров А.Л., к. и. н.
  4. «Международные отношения» (2)

    Библиографический указатель
    Библиографический указатель «Международные отношения» издается один раз в год отделом Справочно-библиографического и информационного обслуживания научной библиотеки МГИМО(У).
  5. Анализ деформации психо-социальной идентичности нерона: в фокусе полидисциплинарного исследования кризиса римского общества

    Автореферат диссертации
    Работа выполнена на кафедре истории древнего мира, средних веков и методологии истории исторического факультета ФГОУ ВПО Национального исследовательского Томского государственного университета

Другие похожие документы..