Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Конспект'
развивающая – продолжить работу над развитием умения выделять главное в познавательном объекте, обобщать и систематизировать, способствовать совершен...полностью>>
'Программа дисциплины'
ВНЕСЕНА Кафедрой математические методы теории управления механико-математического факультета БГУ на основе стандартных программ, разработанных соотве...полностью>>
'Реферат'
Еще совсем недавно, 60—70 лет назад, начальное обучение было синонимом начальной школы. До Великой Октябрьской социалистической революции начальная шк...полностью>>
'Документ'
Основним документом, який засвідчує досвід роботи на тій чи іншій посаді та підтверджує загальний стаж роботи для пенсійного забезпечення, згідно зі ...полностью>>

Начало формы Конец формы Б. В. Соколов. Правда о Великой Отечественной войне (сборник статей)

Главная > Сборник статей
Сохрани ссылку в одной из сетей:

Начало формы

Конец формы

Б.В.Соколов. Правда о Великой Отечественной войне

(сборник статей)

Научно-популярное издание

Издательство "АЛЕТЕЙЯ"


Санкт-Петербург 1998

ББК 3705(Рос.)

Б. В. Соколов (98)

"Правда о Великой Отечественной войне" - одна из первых в российской

исторической науке серьезных попыток рассказать о тех фактах, которые действительно

имели место, но или тщательно скрывались, или получали противоположное

толкование. Цифры военных потерь СССР, вклад в победу над Германией наших

союзников по антигитлеровской коалиции (особенно США), правда о советской

экономике (точнее, правда о колоссальных приписках в годы войны) - все

это тоже наша история.

Известный московский исследователь, доктор филологических наук

Борис Вадимович Соколов на основе архивных документов, на языке цифр повествует

почти всегда горькую, но всегда правду.

Книга издается в авторской редакции. Мнение издателей не всегда

совпадает с мнением автора.

Для самого широкого круга читателей.

(c) Издательство "Алетейя" (г. СПб) - 1998 г. (c) Б. В. Соколов

- 1998 г.

Оглавление

Предисловие

Пиррова победа (новое о войне с Финляндией)

Собирался ли Сталин напасть на

Гитлера?

Сражение за Курск, Орел и

Харьков. Стратегические намерения и

результаты.

Роль ленд-лиза в советских военных усилиях, 1941-1945 гг.

Цена войны: людские потери СССР и Германии, 1939-1945

гг.

Людские потери России и СССР в

войнах, вооруженных конфликтах и иных демографических катастрофах XX в.

Русские коллаборационисты.

Люди-коллаборационисты - "дети

советских народов".

Советская экономика: правда и миф

Памяти моего отчима, Олега Григорьевича Лемтюжникова,


солдата и офицера

Великой Отечественной.

Предисловие

Вторая мировая война стала величайшей катастрофой, какую когда-либо

пришлось пережить человечеству. Составной частью второй мировой войны стала

советско-германская война, которая в нашей стране названа Великой Отечественной.

Советский Союз из всех стран-участниц понес наибольшие потери в людях и,

соответственно. Красная Армия нанесла наибольшие людские потери вермахту,

поэтому принято говорить о решающем вкладе СССР в победу над Германией.

Подчеркнем, что подобное утверждение на самом деле справедливо только в

терминах людских потерь. Один на один, без поддержки союзников по антигитлеровской

коалиции, СССР с Германией, Сталину с Гитлером было бы не справиться. Англия

и США не только поставляли в нашу страну критически важные виды сырья,

материалы и технику, без которых не мог поддерживаться необходимый для

нужд войны уровень советского производства, но и отвлекли на себя почти

весь германский флот и подавляющую часть авиации, а в последний военный

год, когда силы Красной Армии были уже во многом истощены, - до 40% сухопутных

сил вермахта. Данные вопросы тщательно ретушировались и затемнялись в советской

историографии. Об этом либо вовсе не говорили, либо повторяли традиционное

утверждение о низкой доле англо-американских поставок по отношению к общему

объему советского производства. Насчет потерь предпочитали помнить лишь

их общую величину в 20 млн., без уточнения, какую их часть составляют потери

Красной Армии и как они соотносятся с потерями вермахта. В последние месяцы

существования коммунистического режима официальная цифра потерь была поднята

до 27 млн., а затем, уже в годы торжества демократии, уменьшена до 26,6

млн., причем потери вооруженных сил власти стараются исчислять всего лишь

в треть от этого числа и почти что приравнять к потерям вермахта и его

союзников на Восточном фронте.{1} Вопрос же о том, что Советский Союз во

второй мировой войне был не жертвой агрессии, но самым настоящим агрессором,

определенно не формулировался ни в прежней советской, ни в нынешней российской

историографии. Хотя факт советского нападения на Финляндию теперь общепризнан,

но ему нашли оправдание в необходимости обеспечения безопасности СССР в

преддверии будущего столкновения с Германией, а также в неуступчивости

финской стороны, на которую пытаются возложить часть ответственности за

военный конфликт. Между тем советская агрессия против Финляндии принципиально

ничем не отличалась от германской против Польши, а мирная аннексия Прибалтики,

Бессарабии и Буковины - от германской столь же мирной аннексии Австрии

и Чехии. Сталин и Гитлер были диктаторами, возглавлявшими тоталитарные

государства и стремившимися к гегемонии в Европе. На пути к этой гегемонии

военное столкновение между СССР и Германией было неизбежно и лишь от воли

случая зависело, кто же начнет первым. После публикации книг Виктора Суворова

и бурной полемики вокруг них любому непредвзятому наблюдателю стало очевидно,

что советское нападение на Германию готовилось практически одновременно

с операцией "Барбаросса" и абсолютно независимо от нее. Если бы Балканская

кампания вермахта по каким-либо причинам затянулась, Сталин успел бы ударить

первым, что, впрочем, не повлияло бы принципиальным образом ни на ход,

ни на исход второй мировой войны.

Ответить на все перечисленные вопросы необходимо прежде всего

для того, чтобы осознать роль и место нашей страны в мире раньше и теперь.

Западные союзники не питали симпатий ни к Гитлеру, ни к Сталину, но в силу

объективных причин вынуждены были поддержать последнего. Причины эти отнюдь

не сводились к тому, что Германия, ущемленная Версальским миром, в поисках

реванша сначала должна была столкнуться со сторонами-победителями в первой

мировой войне. Здесь был и глобальный, более глубокий аспект. И коммунизм,

и национал-социализм одинаково стремились к мировому господству. Однако

в экономическом и военном отношении Германия была значительно сильнее СССР.

Это превосходство определялось не столько количеством танков или самолетов,

выплавкой чугуна и стали, добычей угля и нефти, сколько уровнем подготовки

рабочих и военнослужащих, общим культурным и образовательным Уровнем населения,

который в Германии был гораздо выше. Победа более сильного Гитлера в войне

несла соответственно и гораздо большую угрозу как интересам США и Англии,

так и всему человечеству в целом. А эта победа отнюдь не была невероятным

событием даже в условиях реально сложившейся антигитлеровской коалиции

(например, в случае, если бы германский атомный проект удалось реализовать

прежде американского и еще до вступления союзных войск на территорию Рейха).

В данном случае интересы России и человечества совпали. Если бы Германия

победила, СССР перестал бы существовать, основная часть русской территории

была бы оккупирована и Россия не могла бы возродиться в качестве действительно

независимого государства. Потери мирного населения, даже если бы война

была молниеносной и продолжалась недолго, вряд ли были бы меньше, чем они

оказались в Великой Отечественной войне. Тогда большинство военнослужащих

погибло бы в лагерях, а еще более значительная часть жителей оккупированных

(и неоккупированных) территорий стали бы жертвами голода. Кроме того, было

бы дополнительно истреблено не менее 2 млн. евреев и цыган, а также немалое

число лиц других национальностей, по тем или иным причинам неугодных нацистам.

Для всего человечества в случае торжества Гитлера открылась бы перспектива

череды новых войн с неясным исходом и с большой вероятностью применения

оружия массового поражения.

Советский Союз, даже одержав военную победу, все равно экономически

остался слабее как бывших союзников, так и поверженных противников. Всего

45 лет понадобилось для его краха в результате "холодной войны". Коммунизм,

равно как и национал-социализм, мог продлить свое существование только

путем достижения мирового господства. С появлением ядерного и термоядерного

оружия эта цель сделалась абсолютно недостижимой. Но тем самым была утрачена

цель и для существования Советского Союза. Надежды на расширение территориальных

пределов своего господства посредством "мировой революции", которые питали

номенклатуру во времена Ленина и Сталина, уже при Хрущеве сошли на нет.

По мере того, как с развитием термоядерного оружия уменьшались возможности

военного шантажа по отношению к остальному миру, а противостояние с Западом

в различных регионах требовало все больше средств, неэффективная экономика

СССР приближалась к коллапсу. Номенклатурное стремление урвать как можно

больший кусок национального пирога вызвало в конечном счете перестройку

и крушение тоталитаризма и империи.

Сегодня, полвека спустя после окончания второй мировой, мы пытаемся

объективно оценить, чем была эта война для нашего народа и других народов

СССР, каким именно образом и почему была достигнута победа, которую в советской

мифологии и наследовавшей ее российской традиционно называют "великой".

Да, она была великой, но только принесенными жертвами, а не достигнутыми

результатами. С точки зрения вечности, несколько территорий, которыми СССР

завладел на четыре с половиной десятилетия, да десяток сателлитов, удержавшихся

в советской орбите и того меньше, - достижения ничтожные. Такой вывод,

конечно, крайне болезненный для национального самолюбия. Поэтому проблемы

военных потерь, подлинные советские планы в 1939-1941 гг. и роль западной

помощи до сих пор вызывают жаркие споры, что подтвердила как дискуссия

вокруг суворовских книг, так и упорное стремление тесно связанных с Министерством

обороны исследователей, не останавливаясь перед прямыми фальсификациями,

всячески занизить потери советских вооруженных сил и завысить потери вермахта

- дабы подтвердить слова поэта "да, мы умеем воевать". Обратное доказал

провал чеченской авантюры и беспристрастное собственно научное исследование

итогов Великой Отечественной войны.

Заметим, что тенденция занижать собственные потери и завышать

потери противника совсем не нова и свойственна не одной только советско-российской

традиции. В той или иной степени ею страдают и страдали военные всех стран

и во все времена. Однако в демократических государствах гражданская власть

способна эффективно ограничивать воображение людей в погонах, поскольку

общество заинтересовано в максимально полном учете собственных жертв и

в возможно более точной оценке потерь противостоявшей стороны, чтобы реально

учитывать опасность, которая может исходить от противника в будущем, и

иметь реальное представление об эффективности собственных вооруженных сил.

В России, практически не знавшей настоящей демократии, для фальсификации

военных потерь издавна существуют самые благоприятные условия. Тут можно

начать с великого А. В. Суворова, чью фамилию в качестве псевдонима использовал

автор "Ледокола". По преданию, когда после взятия Измаила один из подчиненных

спросил Александра Васильевича, как показать в донесении потери турок,

будущий генералиссимус, не долго думая, ответил: "Пиши поболе, чего их,

супостатов, жалеть". Супостатов не жалели, по крайней мере на бумаге, и

в позднейших войнах. Особенно астрономических и очень далеких от истинных

величин достигли потери противника в Великую Отечественную, однако и позднее

супостатам приходилось туго, если не в сражениях, то в победных реляциях.

Так, в российских донесениях число уничтоженных чеченских "боевиков" превысило

численность взрослого мужского населения республики. Неприятельские потери

всегда исчисляли по принципу одного анекдота про Чапаева, который мы приведем

в несколько смягченном виде: "Здорово, Петька, а где же твоя шашка? - Ох,

Василий Иванович, ехал я к тебе, десять казаков мне попалось. Всех порубал,

о последнего шашку сломал. - А если говорить правду? - Ну, Василий Иванович,

не десять казаков было, а трое. Зарубил я их, но шашку сломал. - А если

говорить правду? - Ну, не трое, один казак был, но шашка сломалась. - А

если все-таки правду сказать? - Вижу, Василий Иванович, ничего от тебя

не скроешь. Слушай, как было дело. Еду я, вдруг вижу: из-за кустов голая

задница торчит. Ткнул я в нее шашкой, шашка там и осталась. - Эх, Петька,

за что тебя люблю, так это за то, что ты всегда говоришь правду. На, держи

шашку".

По этой причине нельзя брать в качестве основания для расчетов

данные одной стороны о потерях другой (за исключением числа пленных). Однако

данные о собственных потерях тоже не идеальны и, как правило, страдают

неполнотой: в боевой обстановке трудно проследить судьбу каждого солдата

и учесть все жертвы. Здесь играет роль и абсолютный размер потерь - чем

он больше, тем относительно выше доля неучтенных потерь. Кроме того, многое

зависит от характера общества. В Англии и США, родственники почти всех

военнослужащих прилагали усилия к тому, чтобы выяснить их судьбу, и военные

ведомства вынуждены были посылать извещения практически на всех погибших

и пропавших без вести, в частности, и по юридической необходимости: вопросы

наследования и пр. Те же закономерности действовали и в Германии, где тоталитаризм

еще не успел истребить эти традиции гражданского общества. В СССР уже успело

укорениться отношение к человеку как к простому винтику государственной

машины. Советские люди практически не имели собственности, и на практике

родным погибших и пропавших без вести далеко не всегда требовались юридически

строго оформленные документы о судьбе близких. К тому же у многих бойцов

и командиров все родные погибли в ходе войны, а миллионы других были перемещены

в результате эвакуации на Восток или отправлены на работы на Запад, в Германию.

Поэтому посчитать в первые послевоенные годы более или менее точно потери

как Красной Армии, так и мирного населения было невозможно. Поскольку давление

со стороны общественности отсутствовало, более или менее подробный и точный

подсчет жертв второй мировой войны в СССР так и не был произведен. Из-за

этого обстоятельства мы вынуждены основывать свои подсчеты на оценке общей

численности населения СССР к началу и концу войны, а также на некоторых

косвенных данных, коррелирующих с уровнем безвозвратных потерь войск. В

целом же приходится отказаться от распространенного среди широкой публики

мнения, что рано или поздно наши потери в войне удастся установить чуть

ли не поименно или хотя бы с точностью до десятков тысяч человек. Этого

не будет никогда, и точность исчисления военных потерь населения СССР всегда

будет колебаться в пределах нескольких миллионов. Чисто теоретически можно

попытаться более точно установить потери Красной Армии, сравнив данные

о численности всех ее частей на различные даты за всю войну. Командиры

сплошь и рядом эту численность завышали, дабы получить больше продовольствия,

боеприпасов и других единиц снабжения, а также чтобы приуменьшить потери.

Однако в основном подобное искажение было бы устранено в процессе вычитания,

поскольку можно предположить, что завышено было большинство данных. Тем

не менее, подобный проект вряд ли осуществим, так как требует слишком много

времени и средств.

То, что людские потери, которые понесла Красная Армия в Великой

Отечественной войне, многократно превысили потери вермахта на советско-германском

фронте, признают большинство исследователей. Такое соотношение определялось

коренными пороками советской системы, нивелировавшей личность, лишавшей

людей стремления проявить инициативу и вообще проявлять самостоятельность.

Следствием этого стали низкие индивидуальные боевые качества бойцов и командиров,

неспособность командующих и их штабов адекватно руководить большими массами

войск и их стремление добиться успеха любой ценой, не считаясь с жертвами.

Нельзя сказать, что Сталин и другие советские руководители не знали об

этих недостатках Красной Армии, но, очевидно, они, хотя бы подсознательно,

чувствовали их неустранимость при существующей системе правления, которую,

естественно, не собирались менять. Тоталитаризм Гитлера был куда моложе

- до начала войны он господствовал в Германии только 6 лет. К тому же фюрер

принципиально не допускал резких перемен в армии и промышленности, стремясь

сохранить их в качестве эффективных орудий для будущей войны. В СССР ситуация

была иная. Красная Армия и советский военно-промышленный комплекс были

созданы после Октябрьской революции, до основания разрушившей и прежнюю

армию, и прежнюю промышленную и сельскохозяйственную структуру России,

полностью ликвидировавшей элементы свободного предпринимательства, сохранившиеся

в нацистской Германии. Поэтому сила советского тоталитаризма была только

в способности мобилизовать все ресурсы страны на нужды войны, создать многочисленную

и оснащенную боевой техникой армию, сохранить контроль над населением в

условиях самых тяжелых поражений на фронте. Однако эффективно использовать

мощные вооруженные силы или создать действительно независимую от поставок

извне военную экономику, по примеру германской, Сталин не мог, в частности,

и из-за значительной промышленной отсталости России в 1917 г. по сравнению

с Германией, и сохранения этой отсталости вплоть до 1941 г.

Получилось так, что единственная статья настоящего сборника, рассказывающая

о конкретном сражении Великой Отечественной войны, посвящена Курской битве.

Тут есть элемент случайности: в 1993 г. Военно-исторический исследовательский

институт Министерства обороны ФРГ пригласил автора на конференцию в Ингольдштадт,

рассматривавшую именно это сражение. Однако в случайности можно увидеть

и закономерность. Именно Курская битва стала крупнейшим сражением не только

Великой Отечественной, но и всей второй мировой войны. С момента германского

нападения на СССР к тому времени прошло уже целых два года, и все преимущества,

которые вермахт получил из-за внезапности вторжения, давно утратили свое

значение. Советский Союз полностью развернул свой военный потенциал, смог

использовать значительные поставки по ленд-лизу и имел укомплектованную

людьми и техникой армию с двухлетним опытом боев, по численности и вооружению

серьезно превосходившую противника. Тем не менее, как было показано в нашем

докладе, с точки зрения военного искусства Красная Армия Курскую битву

проиграла, поскольку при том огромном превосходстве, которым она обладала,

достигнутые относительно скромные результаты не оправдывают донесенные



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Приграничные сражения красной армии в начале великой отечественной войны

    Автореферат диссертации
    Защита состоится «29» февраля 2012 г. в «1300» часов на заседании диссертационного совета Д 212.136.03 при Московском государственном гуманитарном университете им.
  2. Ветераны Великой Отечественной Войны, фронта и тыла педагоги, ученые и сотрудники Уральского государственного экономического университета. Данная книга

    Книга
    В 39 Ветераны Великой Отечественной войны, фронта и тыла -педагоги, ученые и сотрудники Уральского государственного экономического университета / Под ред.
  3. Социально-демографический портрет Чесменского района в годы Великой Отечественной войны ( 1941 – 1945 гг.)

    Документ
    Динамика численности населения является важнейшим результатом воспроизводственных и миграционных процессов. Количество населения страны, прежде всего, зависит от числа родившихся и умерших, от масштаба прибывших в страну и выбывших за ее пределы.
  4. «Письма в газету «Кировская правда» в годы Великой Отечественной войны»

    Курсовая
    «Кировская правда» — еженедельная общественно-политическая газета, старейшая из ныне существующих в Кировской области. Она была основана 21 декабря 1917 года и носила название «Вятская правда».
  5. Книга детально освещает малоизвестную страницу истории Великой Отечественной войны сотрудничество граждан СССР с нацистами на оккупированных территориях

    Книга
    «Ермолов И. Три года без Сталина. Оккупация: советские граждане между нацистами и большевиками. 1941–1944. (На линии фронта. Правда о войне)»: ЗАО Центрполиграф; Москва; 2010

Другие похожие документы..