Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
25-28 октября 2011 года Ростовская государственная консерватория (академия) им. С.В. Рахманинова проводит Международную научную конференцию «Менеджме...полностью>>
'Документ'
2. Автор вопроса однажды увидел в магазине вешалку, предназначенную, судя по этикетке, для верхней одежды определенного типа. Вешалка сделана в форме ...полностью>>
'Кодекс'
Настоящий Закон регулирует отношения, возникающие в связи с созданием и использованием произведений науки, литературы и искусства (авторское право), ...полностью>>
'Решение'
Распространение настоящего стандарта осуществляется в соответствии с действующим законодательством и с соблюдением правил,установленных Национальным ...полностью>>

Учебник содержит четыре раздела, каждый из которых сопровожда­ется кратким содержанием, определениями ключевых понятий раздела, а также контрольными вопросами Вкаждом разделе содержатся "Матери­алы для чтения",

Главная > Учебник
Сохрани ссылку в одной из сетей:

12

МЕСТО СОЦИОЛОГИИ СРЕДИ РАЗЛИЧНЫХ ОБЛАСТЕЙ ЗНАНИЯ

его содержание); оно индивидуализировано (это "неповтори­мое" литературное произведение или произведение искусст­ва) и "идиографично" (в терминологии неокантианцев, о которых речь шла ранее — см. 1.1.2); оно апеллирует не только к разуму, но и к чувствам; оно заключает многообразие смыс­лов, каждый из которых приобретает своеобразие в зави­симости от "контекста" (например, разное прочтение лите­ратурного произведения в различных конкретно-историче­ских условиях) и т.д.

Характеристика гуманитарного исследования будет непол­ной, если не сказать о влиянии на формирование гуманитар­ных способов познания так называемой "герменевтики". По­следняя культивировалась в древнегреческой философии и филологии и представляла собой искусство и теорию толко­вания текстов. Впоследствии герменевтика оказала влияние на философские взгляды многих мыслителей (в частности, В.Дильтея). Особую популярность она приобрела в западной философии в 50-х годах XX века в связи с опубликованием так называемого "Герменевтического манифеста" немецкого философа Х.-Г.Гадамера.

Как же отнестись к гуманитарным исследованиям и гума­нитарному знанию? Считать ли последнее разновидностью научного знания либо рассматривать как самостоятельный вид знания? Это дело вкуса. Точнее, все зависит от того, что понимать под наукой и научным знанием, каким критерием (идеалом научности) руководствоваться.

Если же исходить из тех признаков гуманитарного иссле­дования, которые сопоставлялись выше с характеристиками исследования естественно-научного, то целесообразно гума­нитарное знание выделять в относительно самостоятельный вид знания, занимающий промежуточное положение между наукой и искусством.

Такого рода разграничение целесообразно в связи с тем пониманием науки, которое сформировалось, как уже отме­чалось, в эпоху Нового времени. Даже в предшествующей Новому времени эпохе Возрождения, когда были созданы предпосылки для формирования престижа научного знания, такое разграничение не имело смысла. Более того, факти­чески не было разграничения между наукой и искусством. (Вспомним Леонардо да Винчи, о котором речь шла ранее.) "Настаивая на особой ценности познания и искусства, пред-

13

РАЗДЕЛ 1

ставители эпохи Возрождения не отделяли первое от второго и особо важное значение придавали гуманитарной образован­ности, знанию словесности"10.

Интерес к гуманитарному знанию вновь возрастает во вто­рой половине XX века. Этот интерес находит всевозможные проявления и, в частности, выражается в том влиянии, кото­рое оказывает гуманитарное знание на естественные науки (так называемая "гуманитаризация" естествознания). Этот процесс "гуманитаризации" непосредственно коснется и со­циологии и станет важным фактором.

Итак, получив некоторую информацию о специфике науки (научном знании и научной деятельности), а также выяснив, в чем различие естественных и общественных наук и отличие последних от гуманитарного знания, ответим на следующий вопрос: что имеют в виду, когда относят социологию к науч­ному знанию об обществе?

/. 1.3. Социология научное знание об обществе. Социология и история

Американский социолог Н.Дж.Смелзер, характеризуя со­циологию как способ изучения людей, пишет, что "социо­логию можно определить как научное изучение общества и общественных отношений"!*.

Далее он задает вопрос: "Что мы имеем в виду, когда говорим о научном изучении общества и общественных от­ношений?", и в качестве примера ссылается на социологиче­ское исследование, отвечающее, по его мнению, эталону на­учности. Характеризуя исследовательский проект, который, как считает Н.Дж.Смелзер, соответствует этому эталону, он указывает на следующее: во-первых, фиксируются факты, из­влекаемые из реальной жизни; во-вторых, "исследование структурировано таким образом, чтобы его можно было ана­лизировать по частям"; в-третьих, полученные эмпирические результаты обосновываются, исходя из определенной теории; в-четвертых, предметом исследования были социальные от­ношения12.

Если не принимать во внимание последнее обстоятельство (предметом исследования были социальные отношения), пе­речисленные признаки соответствуют физическому идеалу научности (используемому наряду с математическим и гу-

14

МЕСТО СОЦИОЛОГИИ СРЕДИ РАЗЛИЧНЫХ ОБЛАСТЕЙ ЗНАНИЯ

манитарным)13, который утвердился в период Нового вре­мени со становлением и развитием эмпирического естество­знания. Именно этот идеал подвигнул к середине XIX века позитивиста Огюста Конта заявить о необходимости создания социологии как позитивной науки об обществе. В соответ­ствии с этим Риккерт и Виндельбанд, отличая науки о куль­туре (исторические) от наук о природе (естествознание), не считали возможным относить социологию к первым. Реша­ющим фактором была в данном случае приверженность опре­деленным идеалам, эталонам научной деятельности. Эта при­верженность определяла и выбор познавательных средств, способов исследования. Идеалы, нормы научной деятельно­сти изменялись, менялись и модели науки. Эта смена в зна­чительной степени сказывалась на облике социологии, обус­ловливая многообразие, вариативность социологических спо­собов изучения общественных явлений. Смена идеалов и норм научной деятельности, формирование различных мо­делей науки — важнейший компонент совокупности обще­ственных факторов, которые оказывали существенное воз­действие на социологию и в период становления, и на всех этапах ее последующего развития (об этом речь будет идти в разделе 2). Тем не менее применительно к социологии (как и применительно к науке вообще) можно и нужно говорить о некоторых инвариантах (постоянных характеристиках) "на­учности". К таким характеристикам (о чем уже шла речь ранее) относятся: а) стремление к достижению непредвзятого (ценностно-нейтрального) знания; б) использование специ-' альных методов, которые обеспечивают в той или иной сте­пени достижение этой цели.

Особая проблема, которая возникает в связи с различным пониманием научности социологии, — проблема взаимоот­ношения социологии и исторической науки. Вопрос об их взаимоотношении постоянно возникал и обсуждался с той или иной силой на протяжении всего периода оформления и развития социологии.

Историю некоторые мыслители вообще выводили за пре­делы научного знания. В одних случаях она отождествлялась с философией как постигающая смысл мира и необходимо включающая предвзятость (Б.Кроче, Р.Коллингвуд). В других историческое знание рассматривалось как чисто описатель­ное в противоположность научному, устанавливающему за-

15

РАЗДЕЛ

коны. Такая позиция характерна была для уже известных нам Риккерта и Виндельбанда. Они считали (см. 1.1.2), что имен­но историческое знание является эталоном знания гумани­тарного, индивидуализирующего, использующего идиогра-фические (описывающие неповторимое, своеобразное) мето­ды исследования. Это знание противопоставлялось не только естествознанию, но и социологии, относимой ими, как и ес­тествознание, к генерализирующим (обобщающим) наукам.

Споры о взаимоотношении истории и социологии воз­никли с новой силой в связи с утверждением в социологии так называемого структурно-функционального подхода (о нем речь будет идти позже, в разделе 3). В данном случае имеется в виду одна из его особенностей: сосредоточение внимания на стабильности общества, его равновесном состо­янии и недооценка изменений, смены состояний. Поскольку последнее составляет суть исторического знания, постольку на этой основе противопоставлялись история и социология.

Однако социология анализирует общественные явления не только в статике, но и в динамике, в процессе их изменения. Разница только в том, как, какими способами делают это история и социология. Различия этих способов Риккерт и Виндельбанд охарактеризовали довольно-таки правильно: первая описывает исторические явления во всем их своеоб­разии и неповторимости, вторая анализирует логику истори­ческого процесса, его закономерности и типичные тенден­ции. Имеются у исторической науки и свои специфические, отличные от общенаучных, методы познания, которые харак­теризуют ее как гуманитарное знание. Нельзя не согласиться и с тем, что историческое сознание является важным компо­нентом мировосприятия и, безусловно, содержит в себе и определенную оценку происходящих событий (см. 1.2.2).

И все же социология, претендующая на непредвзятость, "чистоту" знания, стремящаяся не принимать во внимание неповторимое и случайное, не может обойтись без истории. Более того, исторический подход просто-таки необходим для сколько-нибудь глубокого социологического исследования и является неотъемлемой составляющей социологического об­общения (генерализации).

Для того, чтобы убедиться в этом, достаточно обратиться к работам крупных социологов, результаты исследования ко­торых отнесены к социологической классике. Например, Пи-

16

МЕСТО СОЦИОЛОГИИ СРЕДИ РАЗЛИЧНЫХ ОБЛАСТЕЙ ЗНАНИЯ

тирим Сорокин (американский социолог российского про­исхождения), формулируя правила и раскрывая механизмы социальной мобильности (перехода из одной социально груп­пы в другую), в своем труде "Социальная и культурная мо­бильность" использует богатейший исторический материал, охватывая самые различные периоды истории и устанавливая общее, типичное в необычайно многообразных способах из­менения социального состояния или, как говорят социологи, "статуса" различных социальных групп14.

С другой стороны, результаты социологических исследо­ваний становятся со временем серьезным источником, обо­гащающим историческое знание и углубляющим наши пред­ставления об определенном историческом периоде15.

Что касается отнесения исторической науки к гуманитар­ному знанию, то в этом также есть резон. Дело не только в том, что исторические события — результат деятельности людей, наделенных сознанием, либо представляют собой раз­личные проявления духа, а потому требуют особых способов изучения. Как писал, например, Р.Дж.Коллингвуд: "Исто­рическое знание — знание того, что дух совершил в прошлом, и в то же время воспроизведение его действий, увековечи­вание деяний прошлого в настоящем" 1(\

Дело еще и в другом. Историк получает знание о прошлых событиях на основании свидетельств других людей, благодаря текстам, составленным в лучшем случае современниками. Здесь действительно имеет место отношение субъект-субъект, а не субъект-объект. Но если даже не иметь в виду этого опосредования свидетельствами (то есть субъективностью свидетеля, используемого как источник), можно ли объяс­нить историческое событие (например, Французскую рево­люцию 1789 — 1792 годов), не поняв того, о чем думали, что испытывали участники этого события? Но означает ли по­нимание исторических событий непременно сопереживание, способность чувствовать то, что чувствовали другие? И что означает сопереживание?

Для иллюстрации трудности, возникающей в данном слу­чае, пользуются аналогией с чувственным восприятием. На­пример, могут ли жители северных стран "знать вкус" экзо­тического плода, который никогда не попадает на север? Но существует другой путь познания: описать вкусовую гамму, сославшись на известные северянам вкусовые ощущения,

17

РАЗДЕЛ

объединение которых даст представление о... плоде. Это и будет знание о вкусе, ибо знания "всегда есть сведение не­известного к известному"17.

Как бы то ни было, историческое познание действительно специфично в силу ряда обстоятельств и отличается по ис­пользуемым познавательным средствам не только от наук естественных, но и от наук общественных. Что касается со­циологии, то ее брак с историей то расторгается, то заключа­ется вновь (переходя порой в трогательную привязанность, как это происходит, например, в настоящее время — см. 2.2.4). И это в значительной степени обусловлено тем, как видоизменяется социология, какой облик она принимает в тот или иной период своего развития.

Что касается "гуманитарное™" исторического знания, как и гуманитарности литературоведения, то это совсем не свиде­тельствует о недостаточности их познавательных возможнос­тей. М.М.Бахтин считал, что такую форму знания следует считать "не научной, но инонаучной формой знания, имею­щей свои внутренние законы и критерии точности"18.

Справедливости ради следует сказать, что историческая наука и литературоведение, искусствоведение и особенно лингвистика используют не только гуманитарные способы познания, но и сугубо научные — "сциентистские" (напри­мер, структуралистские — в лингвистике, демографичес­кие — в исторических исследованиях и др.). В значительной степени обогащается социология, опирающаяся на результа­ты всех этих областей знания, получаемых самыми различ­ными способами.

1.2. Социология и вненаучные формы знания

1.2.1. Социология и обыденное знание

Обыденное знание формируется в процессе повседневного опыта, обыденной жизни людей, непосредственной практи­ческой деятельности. Оно отличается от любого целенаправ­ленно формирующегося знания, являющегося результатом деятельности людей, специально, профессионально этим за­нимающихся: так фольклор как народная художественная де­ятельность отличается от профессионально создаваемого ис-

18

МЕСТО СОЦИОЛОГИИ СРЕДИ РАЗЛИЧНЫХ ОБЛАСТЕЙ ЗНАНИЯ

кусства, народная медицина от знаний, добываемых меди­цинской наукой, обыденные правовые представления от пра­вовых норм, формулируемых представителями правовой нау­ки и т.д. Для обыденного знания, которое называют еще "здравым смыслом", характерны свои, отличные от научных, средства познания: допущение противоречивости (В.Г.Федо­това считает даже, что противоречивость — неотъемлемое свойство обыденного знания19), эмоциональная окраска (свидетельствующая о явной заинтересованности), особые способы обоснования, состоящие, в частности, в простой ссылке на авторитеты и др.

Специфике обыденного сознания особенно в последнее десятилетие посвящено много философской и социологичес­кой литературы20.

Однако особая проблема — различие обыденного пости­жения общественной жизни и научного ее изучения. В рамках этой общей проблемы особое значение (в связи с распрост­ранением социологического знания, расширением масшта­бов ее использования) приобретает взаимоотношение социо­логии и здравого смысла.

Работающие социологи постоянно сталкиваются с пред­рассудком, который особенно распространен среди руково­дителей разного уровня: считается, что для руководства людьми вполне достаточно практического опыта, получаемых в процессе повседневной жизни знаний. Обычно, когда "ру­ководители" знакомятся с информацией, полученной спе­циальными способами, которыми пользуется социолог, они говорят: "Мы это все знали, и не надо было проводить спе­циального изучения". На самом деле представления "опыт­ных", "знающих" людей не в меньшей степени грешат тем, что отличает любые обыденные представления: субъектив­ностью в отборе информации, неполнотой, а порой случай­ностью запомнившихся данных и др. Примеров такого рода "заблуждений" и "неточностей" в оценке реальной ситуации можно привести множество: "подводит" именно обыденное сознание и уверенность в том, что оно достаточно для ориен­тации в общественной действительности.

Однако действия и размышления социолога постоянно со­пряжены с механизмами и законами функционирования обы­денного сознания, простого здравого смысла. Во-первых, од­ним из распространенных инструментов социологического

19

РАЗДЕЛ 1

изучения являются опросы. Для правильной постановки во­проса, а тем более для корректной интерпретации ответов социологу должны быть известны особенности обыденных представлений, ибо именно с ними, как правило, ему при­ходится иметь дело. Во-вторых, обыденные представления являются важной составляющей, включенной в исследова­тельские установки самого социолога, его размышления и интерпретацию получаемого им в результате исследования материала. Данная особенность социологического знания часто абсолютизируется, ее значение преувеличивается. Это особенно четко обнаруживается в позициях представителей так называемой "социологии повседневности"21 и феноме­нологического направления22. Последнее, как уже отмеча­лось, относится к тому типу концепций, в которых чрезмерно преувеличивается специфика познания общественных явле­ний, роль субъективности в данном познании. Социальный мир в данных теориях, по существу, отождествляется с субъ­ективными представлениями, а социологический анализ рас­сматривается как анализ исследователем собственных зна­чений, в которых реализуется обыденное знание самого со­циолога.

Нужно сказать, что для настоящего периода развития за­падной социологии, связанного с разочарованиями в сциен­тистском подходе к изучению общественных явлений, харак­терно не только возрастание интереса к "нестрогим" методам гуманитарного знания, но и реабилитация "здравого смыс­ла", обыденных представлений (см. 2.2.4). Причем особую роль обыденного повседневного сознания в социологических исследованиях связывают со спецификой социального позна­ния вообще. Как считает современный английский социолог Уильям Аутвейт, "совершенно очевидно, что социальные науки продолжают быть ближе к мышлению на основе здра­вого смысла, которое во всяком случае имеет наибольшее распространение и влияние в социальном мире"23.

Объясняется это, по мнению У.Аутвейта, тем, что в области социальных наук "ученый направляет свое внимание к объек­ту изучения, который уже неким образом определен в совре­менной жизни и в обыденном языке"24

Не отрицая воздействия обыденных представлений на со­циологический исследовательский процесс, следует иметь в виду прежде всего то, что задача социолога состоит все же

20

МЕСТО СОЦИОЛОГИИ СРЕДИ РАЗЛИЧНЫХ ОБЛАСТЕЙ ЗНАНИЯ

именно в преодолении, нейтрализации своей субъективно­сти. Более того, социология, как и всякая наука, располагает для этого специальными познавательными средствами, ис­следовательскими процедурами, которые в той или иной сте­пени обеспечивают решение данной задачи (см. 3.2). Полу­ченное знание обладает рядом преимуществ (если работа про­ведена профессионально) в сравнении с обыденными пред­ставлениями: оно более адекватно самой действительности (объективно), отражает относительно существенные (законо­мерные) характеристики, более полно и выражено в обобщен­ном виде, а не в виде отдельных случаев и примеров.

Более того, в результате специального социологического изучения объект, нас интересующий, не просто описан и объяснен, он еще и "измерен", охарактеризован количествен­но, что дает нам право полученное знание отнести к "точно­му". Однако знанию, полученному социологическими сред­ствами, присущи те недостатки, которые характерны для научного знания вообще: теряется целостность восприятия (вспомним оценку науки А.А.Потебней: "Наука раздробляет мир..." и т.д. — см. 1.1.1). Определившаяся ранее система понятий оказывается не способной выразить быстроизменя-ющуюся действительность. Требование доказательности об­условливает порой излишнюю осторожность и узость выво­дов. Повседневные же представления более гибки, более ярки и образны. Они способны уловить то, что только возникает, что не приняло развитые формы, в чем можно разобраться лишь ухватив целое. Смелость догадки и проникновенность интуиции дают возможность уяснить то, что принимается без обоснования, сокращая, таким образом, путь к реализации идеи.

В оригинальном заключении к своей книге социолог Г.С.Батыгин попытался, как он пишет, "взглянуть на проб­лему социологического познания извне, выйти в области по­граничные, туда, где пересекаются светотени и пролегает ли­ния контраста между наукой и ненаукой, линия, лишь издали кажущаяся жесткой и непроницаемой"25.

Сопоставляя "истину разума" и "правду жизни", расска­зывая, как проводится опрос в непосредственных производ­ственных условиях, Г.С.Батыгин называет опрос "подобием игры понарошку", тогда как "настоящая" "правдишняя жизнь" выражалась в лаконичных репликах рабочих, участ-

21

РАЗДЕЛ I

ников этой правдишней жизни , удивительно точно и емко. И может быть прав Г.С.Батыгин, когда пишет: "Для того, чтобы понимать жизнь, мало изобретать особые средства по­знания. Надо жить в этом мире, страдать, любить, радоваться доброму, ненавидеть злое и уметь высказывать все, что пере­жито. Не в этом ли подлинная социология?"26.

В этом отношении особый интерес представляет так назы­ваемая "социологическая публицистика" — сплав социоло­гического знания, представлений, рожденных в повседневной жизни, и литературных, художественных средств изложения. В журнале "Социологические исследования" в течение не­скольких лет ведется рубрика, где публикуются статьи, мно­гие из которых написаны известными журналистами: Ю.Ще-кочихиным, О.Чайковской, А.Файном и другими27.

Эти статьи, а также по сути социологические очерки А.Стреляного, Н.Шмелева и многих других в значительной степени восполняли пробел в добротном социологическом исследовании "перестроечной" жизни, помогали понять про­исходящие в этот период процессы.

1.2.2. Социология и философия

Выясняя взаимоотношение социологии и вненаучных форм знания, особо следует обратить внимание на то, что отличает ее (социологию) от философии и что их роднит. При этом вспомним мудрые замечания физика Фейнмана: "Если философия не наука, то это не значит, что с ней что-то не благополучно. Просто не наука она и все". Более того, фи­лософия имеет свои преимущества и приоритеты в сравнении с любым научным знанием.

Известный немецкий социолог второй половины XIX века Макс Вебер называл естествоиспытателей "взрослыми деть­ми", потому что они способны были верить в то, что наука хоть в малейшей степени может "объяснить нам смысл мира или хотя бы указать, на каком пути можно напасть на след этого "смысла", если он существует"28. Ссылаясь на мнение Льва Толстого, М.Вебер считает, что сама наука "лишена смысла потому, что не дает никакого ответа на единственно важные для нас вопросы: "Что нам делать?", "Как нам жить?". А тот факт, что она не дает ответы на эти вопросы, совершенно неоспорим"29.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Понятие и типология цивилизаций. Место и роль россии в системе мировых цивилизаций

    Документ
    Термин «цивилизация» (от лат. civilis— гражданский, государственный, политический, достойный гражданина) был введен в научный оборот французскими просветителя­ми для обозначения общества, в котором царствуют свобода, справедливость и правовой строй.
  2. Содержание: личность в зеркалах теорий

    Документ
    15. ТЕОРИЯ ЛИЧНОСТИ В ПЕРСПЕКТИВЕ. ЛИЧНОСТЬ В ЗЕРКАЛАХ ТЕОРИЙ Теорий личности очень много, но отнюдь не все из них попадают в учебники.
  3. Учебник для вузов (1)

    Учебник
    Г. В. Игнатенко, Заслуженный деятель науки Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор О. И. Тиунов, Заслуженный деятель науки Российской Федерации,
  4. Учебник для юридических вузов и факультетов

    Учебник
    В последнее время вышла в свет целая серия учебников, учебных пособий, курсов лекций, иных изданий по теории государства и права. В них достаточно основательно, нередко — на высоком научно-литературном уровне, освещаются основные
  5. Учебник для вузов (4)

    Учебник
    В учебнике изложены стадии проектирования и содержание проектно-сметной документации, порядок её разработки, нормативная база определения сметной стоимости объектов железнодорожного строительства.

Другие похожие документы..