Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Доклад'
Для того чтобы принять участие в качестве выступающего на мероприятиях IV Российского Форума «Российским инновациям – российский капитал» 8-10 июня 2...полностью>>
'Документ'
3. Говорите себе: «В данный момент у меня блокада, торможение, я к этому хорошо подготовился, это пройдет, если я расслаблюсь. Я глу­боко вдыхаю, как...полностью>>
'Урок'
Духовний розвиток особистості завжди спирається на її власну активність і виявляється у формуванні запитів та інтересів, виборі ідеалів, у визначенні...полностью>>
'Документ'
, д.13/15), Храм Святого пророка Илии (ул.Ильинка, д.3/8,строение а) 7. Торгово-общественный комплекс "Шевалдышевское подворье" (ул.Никольск...полностью>>

От составителей (4)

Главная > Сборник статей
Сохрани ссылку в одной из сетей:

Разумеется, отождествлять древний миф со сравнительно молодым фольклорным жанром недопустимо, но подробное изучение тех фаду, главная тематика которых – судьба и трагическое в жизни, дают вполне определенный ответ на вопрос о концепте Судьбы в фаду. Например, в отличие от более раннего пиренейского романса, где тот или иной персонаж в случае нарушения каких-либо правил – чаще всего евангельских заповедей – подвергается наказанию, фаду дают примеры архаического, фаталистического понимания судьбы («Foi o destino»), и в таких случаях мы имеем дело, видимо, с тем глубинным слоем культуры, который роднит сравнительно молодой фольклорный жанр с самымми далекими его предшественниками.

Надо сказать, что фаду с подобной тематикой довольно много, и они представляют собой особый пласт этого жанра. Иногда фаду такого характера называют «fado choradinho» – «плачущее фаду». Как правило, трагическая заостренность более свойственна ранним, чем современным фаду. Нынешние фаду гораздо чаще, чем раньше, обращаются к повседневности, которая, может быть, и не так внешне «ужасна» и кровава, но не менее трагична.

Изучению концепта Судьбы, выражаясь современным языком, посвятили свои исследования и многие русские ученые ХIХ века, научные идеи которых развивались в рамках мифологической теории. В данном случае я имею в виду блестящие работы Ф.И. Буслаева, А.А.Потебни и А.Н.Веселовского. Это, прежде всего, статья А.А.Потебни «О доле и сродных с нею существах» [Потебня, 1989], написанная в 1867 году, и отстоящая от нее более чем на двадцать лет работа «Судьба-доля в народных представлениях славян» (1889) А.Н.Веселовского.

А.А.Потебня проанализировал славянские слова, относящиеся (пользуясь нынешней терминологией) к семантическому полю счастья-несчастья. По его мнению, славянское «Богъ может собственно значить часть, доля, счастье, а потом – божество» (стр. 472). «Бог, – пишет А.А.Потебня, – в подобных случаях (речь идет о невесте из украинской песни, которой Бог вручает счастливую долю) есть или христианская прибавка, которой и не старались примирить с языческим верованием, или языческое божество, посылающее долю» (стр. 508).

Далее А.А.Потебня приходит к выводу, что и Доля, и Горе («Повесть о Горе-Злосчастии») – суть некие мифические существа. По его мнению, народу до сих пор понятнее такой взгляд, что «счастье и несчастье... происходят от действия живого существа» (стр. 485). Ф.И.Буслаев в свое время писал о том, что Горе-Злосчастие является своеобразным двойником молодца; вслед за ним А.А.Потебня, развивая эту мысль, пишет о множестве «двойников», которыми окружен человек традиционной культуры: болезни, смерть, душа, домовой.

И все они представляются материальными существами.

А.Н.Веселовский попытался в свою очередь проследить то, каким образом складывается в народе сложное представление о доле, объединившее неоднородные элементы. Самым важным для него представляется вопрос о «прирожденности и случайности, непререкаемости и свободной воле, которая может изменить Долю» (См.: Веселовский, 1889, стр. 173). Говоря иными словами, соотношение предопределения и воли – ключевой вопрос его исследования.

Подходя к становлению представлений о доле не в статике, как это было у А.А.Потебни, а в динамике, Веселовскому удалось выделить четыре основных этапа в историческом развитии идеи судьбы у славян и, соответственно, четыре слоя в фольклорных представлениях со судьбе-доле.

Наиболее архаическими А.Н.Веселовский считает «представления о неотвязной доле или недоле» (idem, стр. 196), которая дана человеку от рождения и имеет характер неизбежности и неотъемлемости.

Позднее сформировалась мысль о том, что от доли можно уйти, убежать, и к представлениям о прирожденной доле примешалась идея случайности:»Новым моментом в развитии идеи судьбы явился мотив, устранивший представление унаследованности и неотменяемости: момент случая, неожиданности, счастья или недоли, навеянных со стороны» (стр. 211). Следовательно, судьбу можно изменить, добиться другой доли: «Воля выводит к освобождению от гнета фаталистического предания...» (стр. 223).

И, наконец, четвертый этап осмысления судьбы-доли связан с «течением литературно-христианским» (стр. 234): «Здесь, – пишет А.Н.Веселовский, анализируя былину о Василии Буслаеве, – вступало в свои права миросозерцание христианства: личная воля не освобождает мóлодца, наоборот, ведет его к греху, ибо не знает себе границ в христианских заповедях смирения, послушания» (стр. 250). В свою очередь Горе-Злосчастие, по мнению А.Н.Веселовского, – это «фантастический образ, в котором смешались народные представления о прирожденной или навязанной недоле, – и образ христианско-библейского демона-искусителя, нападающего на человека, когда, преступив заповедь, он сам отдается влиянию греха» (стр. 256).

Кроме того, одним из самых главных достижений в исследовании А.Н. Веселовского является, пожалуй то, что он, в отличие от А.А. Потебни, рассматривал представления о судьбе у славян не как единый нерсчлененный массив, а дифференцированно, стремясь выделить принадлежащее славянам в отличие от других индоевропейцев, а также определить конкретные особенности таких представлений у того или иного славянского народа. Например, он считал, что, сопоставив восточнославянскую долю и южнославянскую сречу, можно увидеть следующее различие между ними: «Второе представление свободнее первого, первое архаистичнее и коснее, ощущается как гнет – в форме недоли.»

И тут же он задается вопросом: «Не это ли ощущение гнета, связанности, накопило в фантазии русского народа преимущественно отрицательные образы: Горя, Обиды, Кручины, Нужи; дало самому пониманию Судьбы-Судины, Судьбины, отвлеченному по существу, конкретное значение: Злой Судьбы, Недоли?» (стр. 259).

Как ни далека Португалия от России, исследуя представления о судьбе на материале фаду, приходится признать, что эмпирически ощущаемая похожесть психологии того и другого народа при изучении их фольклора дает много оснований для сопоставлений. Впрочем, здесь вспоминаются слова одного из крупнейших мифологов XX века Мирчи Элиаде: «Мне казалось, что я начинаю замечать элементы единства во всех крестьянских культурах от Китая и Юго-Восточной Азии до Средиземноморья и Португалии.» [Элиаде, 1995, стр. 205].

Для изучения концепта Судьбы в фаду первоочередным является обращение к так называемому fado choradinho («плачущему фаду»), составляющему целый слой в лиссабонской разновидности этих городских романсов.

При всей сложности отнесения определеннного произведения к тому или иному жанру, заметим, что «плачущее» фаду возможно признать фаду-балладами или тем, что называется у нас «жестоким» романсом. Причем к первой разновидности, очевидно, следует отнести те фаду, в которых имеется бытовой сюжет со вполне определенной трагической направленностью, ко вторым – сюжет о трагической любви; в данной статье основное внимание уделено фаду-балладам.

В статье Э.В. Померанцевой, озаглавленной «Баллада и жестокий романс» [Померанцева, 1974], непосредственно указывается на сложность дифференциации этих жанров, подчеркивается их родство: «Что же касается «собственно баллад» (по старой терминологии – «низших эпических песен»), они явно обнаруживают свою близость к песенной, особенно романсовой лирике» (стр. 203). Все же вполне возможно выделить по крайней мере один конституирующий признак баллады.

Как пишет в своем исследовании «Русская народная баллада» А.В. Кулагина [Кулагина, 1977]: «Рассмотрение тематики, основных сюжетов и мотивов балладных песен позволяет заметить, что элементы исследуемого жанра имеют ясно выраженную общую особенность – трагический характер». (Idem, стр. 27). О трагическом как признаке балладной эстетики писали В.Я. Пропп и Б.Н. Путилов [Пропп, Путилов, 1958, стр. 169]. Опираясь на работу А.В. Кулагиной, заострим внимание на наиболее значимых для нас моментах, отмеченных ею в балладе. «В балладах ... обычно побеждает зло, но гибнущие положительные герои одерживают моральную победу. Тематика баллад – трагическая участь человека в феодальном обществе, страдающего от набегов врага, социального неравенства, семейного деспотизма.» (Idem, ibidem). Поскольку русская баллада старше фаду, все перечисленное совершенно справедливо в первую очередь для жанра, ставшего одним из источников португальского городского романса – романса пиренейского.

«Следует учитывать, – пишет далее А. Кулагина, – что в ряде баллад трагическое не имеет возвышенного характера, так как связано не с высокими целями, патриотическими или нравственными подвигами, а низкими, узко личными стремлениями, имеет бытовую основу.» (стр. 28). «Трагическое проявляется обычно в преступлении (убийстве, отравлении), направленном против невиновной (выделено мной – Т.Т.) жертвы.» (Ibidem). «В балладах, – указывает также А.В. Кулагина, – создано несколько типов трагических героев» (стр. 29). Это – «губитель», «жертва» и «страдающий персонаж».

В фаду очень часто «губителями» становятся родители, а «жертвами» – невинно страдающие дети (например, в фаду без названия, исполняемом Антониу Маркешем, написано это фаду на музыку «Фаду Алберту»). Фабула фаду такова: cын спрашивает у отца, почему тот постоянно ходит пьяным, а соседи из-за этого зовут его несчастным дурнем. Отец отвечает, что крепкий напиток (aguardente, португальская водка) помогает ему видеть прекрасный образ умершей жены. Мальчик напивается, а несчастный отец, прибежавший домой по зову соседей, застает умирающего ребенка, который тоже «хотел увидеть маму».

В данном случае губитель и страдающий персонаж объединяются в одном лице – им предстает отец ребенка. Роковая ошибка, «буквальное понимание», не характер, а судьба – причина трагедии.

Подобное «буквальное понимание» иносказания играет трагическую роль в фаду из репертуара того же исполнителя (на музыку «Фаду Бритиньу»). Нужно сказать, что в этом фаду налицо фольклорное бытование литературного сюжета с почти неизбежной перестановкой либо заменой персонажей. Имеется в виду «Последний лист» О.Генри (в фаду мальчик забирается на дерево, чтобы привязать все листья покрепче, ведь врач предупредил его мать: муж ее не переживет зиму, и как только дерево в их саду сбросит листья, он умрет). Ребенок падает с дерева и разбивается, но успевает попросить мать о том, чтобы она успокоила отца: cыну удалось его спасти! («Роr isso levei as linhas // Para atar bem as folhinhas // E todas elas atei // Ele agora ja nao morre // Anda vai dizer-lhe, corre // Que eu morro mas que o salvei»), [da Costa, A. F., das Dores Guerreiro, М., 1984, pag. 236].

Трагическая история португальской Сони Мармеладовой (из репертуара Антониу Маркеша) – узнавшая отца в своем случайном знакомом девушка рассказывает об этой встрече матери («Ela a chorar com alguém vai // Sendo o seu pai que a vai manchar // Fitando-a bem, mesmo absorto // Cai quase morto, chora também»); потрясеннные происшедшим, обе умирают («А mãe ouvindo a narração// De comoção vai sucumbindo // A filha vendo morrer a mãe // Esmorecendo, morre também»). (Idem, pаg. 238).

С настойчивостью повторяется слово «morrer» – умирать – во всех фаду подобного типа.

В некоторых фаду гибель главного персонажа заменяется его безумием.

Как правило, это выражается либо глаголом «enlouquecer-se» либо заменяется конструкцией «ficar (estar) louco».

В фаду «Funesta brincadeira de Carnaval» («Роковая карнавальная шутка») губителем невинной жертвы – собственной дочери – опять становится отец. Явившись перед зятем в маске во время карнавала, он сообщает, что ему известна тайна жены молодого человека – родимое пятно на груди. Беспечно танцевавшая до этого пара поражена. Вдоволь насладившись произведенным эффектом («depois de muito ter rido»), незнакомец срывает маску: «Foi seu sogro; nesse dia // Brincou em dia fatal // Pensando que mal nao fazia // Mas a filha enlouquecia // Em dia de Carnaval.»

Здесь особенно показательны два момента – 1) говорится о том, что несчастье произошло не из-за особо злобного характера отца, это случилось в роковой день («brincou em dia fatal»); 2) таким днем стал день карнавала, маскарада, когда зло рядится в добро, а добро – в зло.

Судьба-рок довлеет над богатыми и бедными. Два несчастных отца – маркиз Мариалва («A Última Tourada Real de Salvaterra») и простой мельник («Azenha Velinha») теряют сыновей. С первым это происходит по роковой случайности – кровь молодого графа проливается во время тоурады, его смертельно ранит бык («Toureava nesse dia // Ante nobre fidalguia // O jovem Conde dos Arcos // Cujo sangue valoroso // Por capricho desditoso // Na arena ficava em charcos»); сын мельника погибает во время ненастья, и отцу не удается спасти ни сына, ни себя («Era uma tarde de Inverno // O céu parecia um inferno // Estavam os astros em guerra // ... Mas, ai, a ponte quebrou-se // O moleiro, como fosse // Na cheia da ribeirinha // Levou o filho consigo»). Трагизм событий подчеркивается и тем обстоятельством, что в фаду подобного типа гибнут, как правило, либо дети, либо молодые люди, только начинающие жить.

Вопреки ожиданиям, фаду XIX века не воспевает ни смелость тореадора, ни жестокую красоту боя, для него характерно отношение к тоураде почти такое же, как и к маскараду: арена – место, где, как правило, разыгрывается трагедия. Печальна судьба жены тореадора, ведь в любой день тоурады бык может убить ее любимого, превратив ее саму во вдову («Eu não quero amor toureiro, // Só se mudar de sentido, // Pode vir um boi matreiro, // Ficar mulher sem marido») [Tinop, 113]. (Исключение составляет только фаду Северы (самой знаменитой исполнительницы фаду прошлого века), где она сравнивает двух тореадоров – своего возлюбленного графа Вимиозу и друга своей соперницы, тоже певицы.) [Tinop, 80].

Как видим и на примере предыдущих фаду, здесь также присутствует представление о судьбе как о начале, неподвластном человеку, то есть относящееся к фаталистическому миросозерцанию (по определению А.Н. Веселовского). Отметим также, что подобный взгляд на судьбу характерен как для фаду первого периода (20-70-е годы ХIX века), так и для фаду, появившихся позднее.

Мотив «отцов и детей» имеет и другую сторону – несчастье родителей, и таких фаду, как правило, решающую роль играет жестокость детей. Например, в фаду «Роковое подаяние» («Esmola Fatal») бедная старуха, одетая в лохмотья, оказывается, получила их от своей дочери вместе с письмом, в котором та рассказывает о своей благополучной жизни и удачном замужестве. Несчастная мать проклинает дочь и сходит с ума («... E passados segundos estava louca!»).

Заметим, что для фаду весьма свойственно то, что преступление как таковое встречается очень редко (пожалуй, можно назвать лишь убийство на почве ссоры в фаду «Fado Mal-Falado em Alfama»), и чаще всего трагедия связана с несчастным случаем, либо, если позволительно так выразиться, происходит «преступление посредством слова».

Итак, анализ фаду-баллад, «плачущих фаду», показывает, что для них характерна трагическая направленность, одноконфликтность. Трагический герой баллад – обычный человек, но даже если это представитель дворянства (граф Мариалва), то его социальное положение не играет главенствующей роли в развертывании конфликта, а лишь подчеркивает мысль о том, что ударам судьбы подвержены все. Конфликт в фаду-балладе носит бытовой характер. Эмоционально-эстетический эффект производит стремительно и напряженно развивающееся действие (ср. : Кулагина, 1977, стр. 94).

Событие, о котором повествуется в фаду-балладе, обычно заканчивается трагически, и это выражено глаголами «morrer» («morrer enforcado») и enlouquecer-se (cходить с ума), и в данном случае это явления одного порядка – безумие как ментальная смерть и собственно смерть, вызывающие сострадание у слушателей.

В подавляющем большинстве фаду идея судьбы предстает как рок, чаще всего гибнут «без вины виноватые», и причиной трагического исхода является несчастный случай, а также вызыванное неправильным (буквальным) пониманием иносказание.

Еще раз подчеркнем, что мифологическое миросозерцание, определяющее содержание концепта Судьбы в фаду, роднит этот относительно молодой жанр городского фольклора с наиболее древними пластами фольклора традиционного и отличает его, к примеру, от средневекового пиренейского романса, в котором особенно сильна христианская трактовка судьбы-кары как наказания за совершенные грехи – к примеру, в романсах «Дон Родриго», «Божья кара» («Justiça de Deus») [Pinto-Correia, J. D.]. Кстати, то, что Судьба представлялась людям не всегда одинаково, прозорливо подмечено в словарной статье «fado» Жозе Педру Машаду, где он цитирует Святого Августина и Саллюстия, дабы проиллюстрировать христианский и языческий взгляды на судьбу.

Литература

Н.М.Азарова. Португальские fados и концепт судьбы. В сб. «Судьба в контексте разных культур», М. 1994, стр. 278-283.

А.Н. Веселовский. Судьба-доля в народных представлениях славян. В кн.: Разыскания в области русского духовного стиха. ХI – XVII, Спб., 1889.

А.В. Кулагина. Русская народная баллада. М., 1977.

Э.В. Померанцева. Баллада и жестокий романс. В сб. «Русский фольклор». XIV, Л., 1974, стр. 202-209.

А.А. Потебня. Слово и миф. М., 1989.

В.Я. Пропп, Б.Н. Путилов. Былины в двух томах. М., 1958.

Мирча Элиаде. Аспекты мифа. М., 1995.

A.Firmino da Costa, M. das Dores Guerreiro. O Trágico e o Guerreiro 1984; Contraste. O Fado no bairro de Alfama. Lisboa, 1984.

J. David Pinto-Correia. Romanceiro Tradicional Portugues. Lisboa, 1984.

Pinto de Carvalho (Tinop). História de Fado. Lisboa, 1984.

ОТ СОСТАВИТЕЛЕЙ 1

Л.Н.Степанова 3

50 лет испанистике в МГУ: как это начиналось 3

В.С.Виноградов 7

Кафедра иберо-романского языкознания двадцать лет 7

В.С.Виноградов 13

К проблеме лингвокультурологического изучения фразеологии (на материале сопоставления устойчивых оборотов испанского и русского языков с названиями некоторых церковных понятий) 13

А.Г.Воронова 20

Семантические парадоксы эпитета humano в сонетах Камоэнса 20

Д.Л.Гуревич 33

Особенности употребления сочетания quer dizer в разговорной португальской речи 33

В.Б.Земсков 47

Культурный синтез в Латинской Америке: культурологическая утопия или культурообразующий механизм? 47

Г.Э.Карсян 56

Метод создания смысловых имен собственных в эсперпенто Р. дель Валье-Инклана «Дочь капитана» 56

Л.Н.Лапшина-Медведева, М.Ю.Сидорова 62

Лингвостилистические особенности метафоры в романе С.Алегрии «В большом и чуждом мире» 62

Л.Л.Мартынова 70

Значение португальской модальной частицы sempre 70

O. M. Мунгалова 87

Речевые акты «Пожелание» и «Поздравление» в пиренейском варианте испанского языка. 87

М.Ф.Надъярных 100

Особенности ранней культурологии Жилберто Фрейре 100

Б.П.Нарумов 113

Соотношение языка, этноса и государственности на Иберийском полуострове 113

Ю.Л.Оболенская 124

Переводческая мысль в Испании ХII – ХVIII веков 124

Е.В.Огнева 145

Перестановка акцентов: от книги – к ее «антикниге» («Арфа и тень» Алехо Карпентьера и «Райские псы» Абеля Поссе) 145

М.П.Осипова 153

Переводы библейской «Песни Песней» и испанская духовная литература XVI века 153

А.Ю.Папченко 163

Некоторые социолингвистические аспекты функционирования андалузского диалекта испанского языка 163

А.В.Садиков 170

Хуан Луис Вивес – теоретик перевода 170

Сантана Аррибас Андрес 178

О некоторых аспектах обучения переводу юридических и административных текстов 178

О.А.Сапрыкина 187

Образ автора в творчестве Ф.Лопеша 187

Н.Г.Сулимова 194

Вопросы синтаксиса в первых испанских миссионерских грамматиках 194

Н.Г.Сулимова 201

«Дескриптивная грамматика испанского языка», 1999 г.: основные положения и принципы построения 201

Т.Г.Торощина 208

Фаду и судьба 208

1 Так было не везде. Мне, например, приходилось встречать испанских эмигрантов во Франции, и они мне буквально со слезами на глазах жаловались, что здесь их считают париями, людьми второго сорта.

2 Интересно отметить, что сейчас в Испании в сотрудничестве с Министерством образования и культуры проводится большая работа по созданию Архива войны и эмиграции (Archivo de Guerra y Exilio), где будут собраны материалы, отражающие деятельность интернациональных бригад, Детей войны, участников Сопротивления и Эмиграции. В марте 1998 года ответственный секретарь Архива Мария Долорес Кабра доложила об этом проекте в Москве. В Москве в Испанском центре уже действует инициативная группа. В 1999 году предполагалось собрать «Детей войны» («Niños de la guerra») на встречу в Мадриде. Подобная встреча ветеранов Интернациональных бригад уже была проведена в Мадриде в 1996 году. (АВС, 27–3–98).

3 Когда писались эти строки, пришло печальное известие: в Мадриде на 98-ом году жизни скончалась Мария Луиса Гонсалес. Вечная ей память!

1 См., например, некоторые из последних монографий: В.В.Воробьев. Культурологическая парадигма русского языка. Теория описания языка и культуры во взаимодействии. – М., 1994; он же. Лингвокультурологическая парадигма личности. – М., 1996; М.К.Голованивская. Французский менталитет с точки зрения носителя русского языка. – М., 1997; А.Вежбицкая. Язык, культура, познание. – М., 1996.

1 Рассматриваемые фразеологизмы выбраны из следующих лексикографических источников: Испанско-русский фразеологический словарь. – М., 1985; Мaría Moliner. Diccionario de uso del español. T. 1. – Madrid, 1966, T. 2. – Madrid, 1967; Refranero español. Libro de los proverbios morales de Alonso de Barrios. – Madrid, 1977; Пословицы русского народа. Сборник В.Даля. – М., 1957; Крылатые слова. По толкованию С.Максимова. – M., 1955; Русские пословицы и поговорки. – М., 1983; Словарь русских пословиц и поговорок. – М., 1966; В.П.Аникин. Русские народные пословицы, поговорки, загадки и детский фольклор. – М., 1957.

1 Grande Enciclopédia Portuguesa e Brasileira. – Lisboa–Rio de Janeiro. T. 8. P. 421.

2 Saraiva A.J., Lopes O. História da Literatura Portuguesa. – Porto. P. 338.

3 Бенвенист Э. Словарь индоевропейских социальных терминов. – М., 1995. С. 343.

4 Роттердамский Эразм. Философские произведения. – М., 1987. С. 41.

5 Besse M.G. Camões. Sonetos. Mem Martins, 1992. P. 21.

6 Чанышев А.Н. Курс лекций по древней и средневековой философии. М., 1991. С. 395.

7 Там же. – С. 397.

8 Dicionário Enciclopédico Luso-Brasileiro. – Porto, 1993. T 2, P. 720.

9 История философии. Запад – Россия – Восток. Книга 2: Философия XV–XIX веков. Под редакцией проф. Н. В. Мотрошиловой. – М., 1996. С. 46-48.

10 Saraiva A.J., Lopes O. Op. cit. P. 332.

11 Ibid. P. 333.

12 Camlong A. Le vocabulaire du sonnet portugais. – Paris, 1986. P. 89.

13 Besse M.G. Op. cit. P. 37.

14 Dicionário dos Sinónimos poético e de Epítetos da Língua Portuguesa. – Porto, (год не указан). P. 708.

1 Здесь и далее цит. по Português Fundamental. Métodos e Documentos. – Lisboa, 1987. Первая цифра означает номер контекста в издании, вторая – страницу; во всех цитируемых примерах соблюдается орфография оригинала.

2 Под невозможностью здесь следует понимать невозможность выхода за рамки устного разговорного дискурса, который накладывает на речевую свободу говорящего определенные ограничения. Например, необходимость учитывать фактор включенного времени, что исключает допущение длительных пауз и, как следствие, правильную композицию сообщения.

1 См.: Цивилизационные исследования. – М., 1996. С. 233–243.

2 См.: Цивилизационные исследования. – М., 1996. С. 233–243.

3 Указ. соч. С. 22-23.

4 Указ. соч. С. 223-243.

5 Гирин Ю. К проблеме интерпретации латиноамериканской культуры. // Латинская Америка. 1996. № 10. С. 109.

6 См.: Ахиезер А.С. Россия: критика исторического опыта. – Новосибирск. 1997–1998. Т. 1, 2.

7 На латиноамериканском материале этот вопрос был поставлен нами в статье «Латиноамериканская культура как предмет междисциплинарного исследования» // Iberica Americans. Культуры Старого и Нового Света в их взаимодействии. СПб., 1991.

8 См.: Iberica Americans. Механизм культурообразования в Латинской Америке. – М., 1994; Iberica Americans. Тип творческой личности в латиноамериканской культуре. – М., 1998. С. 21.

9 Используем термин, введенный в кн.: Пелипенко А.А, Яковенко И.Г. Культура как система. – М., 1998. С. 21.

10 Ainsa F. Identidad cultural de Iberoamérica en su narrativa. – Madrid, 1986.

11 Кофман А.Ф. Латиноамериканский художественный образ мира. – М., 1997.

1 Real Academia Española. Diccionario de la lengua Española. – Madrid, 1947.

2 «1. Burla, rina con voces o acciones...; 2. Fam. embrollo, enredo».

3 golpe que se da en la boca con la mano abierta o con el botón de la espada de esgrima (DRAE).

4 taco, cilindro de madera con que se cierra y preserva el ánimo de las piezas de artillería (DRAE).

5 el que ayuda en el matadero al encierro de las reses mayores (DRAE).

6 el que en las fiestas de toros asiste a los lidiadores (DRAE).

7 rufián (DRAE).

8 rufián, hombre que trafica con mujeres públicas (María Moliner. Diccionario de uso del español». – Madrid, 1975).

9 astuto, sagaz (DRAE).

100 hombre joven (Manuel Seco. Diccionario de dudas y dificultades de la lengua española. – Madrid, 1986).

111 Ruca Fernández С. El léxico del teatro de Valle-Inclán. // Cuadernos Hispanoamericanos. 1981. № 3. P. 35.

1 Бикертон Д. Введение в лингвистическую теорию метафоры. // Теория метафоры. – М., 1990. С. 284–306.

2 Страницы указываются по изданию: Alegría C. El mundo es ancho y ajeno. – Madrid, 1983.

3 Арутюнова Н.Д. Предложение и его смысл. – М., 1976; Золотова Г.А. Коммуникативные аспекты русского синтаксиса. – М., 1982.

4 Сornejo Polar A. La novela peruana: siete estudios. – Lima, 1977. P. 55-56.

5 Сornejo Polar A. Op. cit. P. 56.

1 И. Боске называет эту форму Imperfecto retrospective» (Bosque, 3912).

1 Morreira Leite, D. O carater nacional brasileiro. – S.P., 1983. P. 207–208.

2 Torres A. O problema nacional brasileiro. Introdução a um programa de organização nacional. – S. P., 1982. P. 15–16.

3 Freyre G. Região e tradição. – Rio de Janeiro. 1941. P. 25–27.

4 См. статьи из кн.: Freyre G. O brasileiro entre os outros hispanos. – Brasília, 1975.

5 Freyre G. Casa-Grande e Senzala. – Rio de Janeiro, 1981. P. 5.

6 Ibid. P. 108.

7 Freyre G. Op. cit., P. 335.

8 Freyre G. Op. cit. P. XXX–XXXI.

9 Freyre G. Op. cit. P. 16.

100 Freyre G. Op. cit. P. 25.

111 Freyre G. Op. cit. P. 26.

122 Freyre G. Op. cit. P. 145.

133 Freyre G. Op. cit. P. 155.

1 Santoyo J.-C. Teoría y crítica de la traducción: antología. – Barcelona, 1987.

2 Coseriu E. El hombre y su lenguaje. – Madrid, 1977. P. 216–226; ibid. Vives y el problema de la traducción // Tradición y novedad en la ciencia del lenguaje. – Madrid, 1979. P. 86–102.

3 Здесь и далее при цитации испанских источников по указанной в сноске 1 антологии Х.С.Сантойо используется сокращение А и дается номер страницы.

4 См., например, включенные в эту же антологию отрывки из прологов Хайме Конеса к переводу «Истории Трои» 1367 г., Педро Лопеса де Айала к переводу Ф.Моньера 1390 г., Энрике де Вильена к его переводам с латыни и каталанского 1417 и 1426 гг.

5 Жизнь и творчество этих – увы! – почти неизвестных в России выдающихся гуманистов эпохи Возрождения, без сомнения, должны стать темой отдельных и обстоятельных исследований. Подробнее о деятельности Вивеса и его работах о языке и переводе см.: Оболенская Ю.Л. Хуан Луис Вивес и европейская переводческая традиция //Ломоносовские чтения 1994. – М., 1994. С. 54–60.

6 Vives I.L. De Ratione Dicendi. – Lovaina, 1533.

7 О том, как восторженно она была встречена современниками, можно судить по письму Родриго Манрике (именитого ученика Вивеса) своему учителю из Парижа от 9 декабря 1533 г.: «...Todos los (los libros «De Ratione...» – Ю.О.) han recibido con gran aplauso... grande es la alabanza que has conseguido a juicio de los sabios...» en: Vives J.L. Epistolario. – Madrid, 1988. Р. 468. И Доле, и Лютер не могли не обратить внимание на это издание, поскольку к тому времени Вивес, один из членов признанного историками триумвирата, возглавившего европейское Возрождение (двумя другими были, как известно, его друзья и единомышленники – Эразм Роттердамский и Томас Мор), был особо почитаем не только выдающимися учеными, но и высшим духовенством и монархами.

8 Здесь и далее цит. по изд. в испанском переводе: Vives J.L. Obras completas. – Madrid, 1948. Однако в тех случаях, когда анализируются ключевые понятия концепции Вивеса, мы обращаемся к изданию на латыни указанному в сноске 6.

9 Сравним с определением св. Иеронима: «Не от слова к слову, а от значения к значению». Цит. по кн.: Федоров А.В. Основы общей теории перевода. – М., 1983. С. 25.

100 Судьба великого валенсианца удивительна и трагична. Родившись в Валенсии в 1492 г., в 1508 г. он уезжает на учебу в Сорбонну, там узнает, что по приговору инквизиции был сожжен его отец, а прах матери был сожжен и развеян 20 лет спустя после ее смерти. Постоянные странствия, творчество, слава и почитание монархов (к его советам прислушивался Карл V, Генрих VIII, он был наставником Марии Тюдор, преподавал в университетах Лувена и Оксфорда) завершаются десятилетием нищеты и болезней, а в 1840 г. он был похоронен с почестями за счет городской казны в Брюгге (Фландрия).

111 Кстати, ничего особенно нового в то время не было изобретено. Первый королевский указ о цензуре был издан еще в 1502 г. их королевскими величествами Изабеллой и Фердинандом «De los libros y sus impresiones, licencias y otros requisitos para su introducción y curso» Pragmática dada por los Reyes Católicos el 8 de julio de 1502. В нем под страхом потери всего имущества или огромных штрафов запрещалось издание, распространение и даже ввоз из-за границы книг (как на испанском, так и на иностранных языках) без разрешения специальных цензурных комиссий (Audiencias), в которых участвовали представители духовенства и светской власти.

122 Не могу согласиться с утверждением исследовательницы франко-испанских литературных и языковых взаимосвязей Брижит Лепинет, которая настаивает на отсутствии сколько-нибудь оригинальных концепций перевода в трудах испанских просветителей, по ее мнению, во всем следовавших за французами. В статье, посвященной первым испанским переводам «Приключений Телемака» Ф.Фенелона, Лепинет сама себе противоречит, приводя примеры оригинальных разъяснительных переводов названия выдающегося произведения: например, издание 1799 в испанском переводе обрело название «El espíritu del Telemaco o Maximas y reflexiones políticas y morales del celebre poema intitulado ‘Las aventuras de Telemaco’...(Quaderns de filologia Estudios linguistics. I. – Valencia, 1995. P. 63–82).

133 Так, по данным Юнеско, опубликованным в 1986 г., за один только 1981 в Испании опубликовано 3180 переводов художественной литературы; для сравнения в СССР – 2896, Франции – 1708, Японии – 1014, Италии – 770, Англии и США – соответственно 320 и 311.

1 См., например, работу Н.А. Ильиной «Диалог теоретической науки и великих географических открытий», где исследовательница отмечает, что Колумб «смело вступает в диалог с Тосканелли..., включает в него Жоана IV, католических королей... Кроме того, Колумб вовлек в диалог самый большой авторитет католического мира – «Слово Божие».

2 Так, наряду с известными высказываниями людей, писавших о Колумбе, им иногда приписываются и вовсе произвольные суждения. Ламартину, например, который всегда превозносил Колумба, в уста вкладываются обвинения; смысл инвектив Бартоломе де лас Касаса изменен; позиция Жюля Верна предстает в неожиданном свете. Все это – ловушки, в которые должен попасть доверчивый читатель и которые должен обойти недоверчивый автор комментариев.

1 Didier, Hugues. San Juan de la Cruz como «Consummatum est» de la Biblia en la historia de la latinidad cristiana. // Actas del Congreso Internacional Sanjuanista. Valladolid: Junta de Castilla y León, 1993, V.III (Pensamiento), P.344.

2 Didier, Op.cit., P.345.

3 Blecua, J.M. Introducción. // Fray Luis de León. Cantar de los Cantares de Salomón. Madrid, 1994, P.12.

4 Подробнее об Индексах запрещенных книг см. Sainz Rodríguez, P. Introducción a la historia de la Literatura Mística en España. Madrid, 1984.

5 Здесь и далее цит. по изданию Fray Luis de León. Cantar de los Cantares de Salomón. Madrid, 1994.

6 Fray Luis de León, Op.cit., pp.51-52. Далее фрай Луис указывает, что у него не всегда получалось дословно следовать оригиналу, и приходилось иногда добавлять «словечко–другое», но такое добавленное словечко он обязательно помечал: «Bien es verdad que trasladando el texto, no pudimos tam puntualmente yr con el original. y la qualidad de la sentencia y propiedad de nuestra lengua nos forço a que anadiesemos alguna palabrilla que sin ella quedara obscurissimo el sentido: pero estas son pocas, y las que son van encerradas entre dos rayas desta manera {}», Ibid, P.52-53.

7 Fray Luis de León. Op.cit., P.47-48.

8 Здесь и далее Cántico Espiritual Св. Хуана цитируется по изданию: San Juan de la Cruz. Obras completas. 5.a edición crítica. Madrid, Editorial de Espiritualidad, 1993.

9 Подробнее об образных и вербальных соответствиях между двумя произведениями см. Thompson, Colin P. El poeta y el místico. Un estudio sobre «El Cántico Espiritual» de San Juan de la Cruz. Madrid, 1985.

100 Didier. Op.cit., P.347.

111 Fray Luis de León. Op.cit., P.182-183.

122 О перипетиях инквизиционных процессов фрая Луиса см. подробнее P. Miguel de la Pinta Llorente. Estudios y polémicas sobre fray Luis de León. Madrid, 1956.

133 Цит. по Blecu, Op.cit., P.16.

144 Ibid. P.18-19.

155 Fray Luis de León. Op.cit., P.46-47.

166 Официальное предупреждение прозвучало буквально так: «Fallamos atento los autos e meritos del dicho proçesso que devemos de absolver y absolvemos al dicho mro. frai Luis de Leon de la instançia deste Juizio, con que en la sala deste Sancto Off. sea reprehendido y adbertido que de aqui adelante mire como y adonde trata las cosas y matterias de la calidad y peligro que las que deste proçesso resultan, y tenga en ellas mucha moderaçion y prudençia como conviene para que çesse todo escandalo y occasion de herrores», цит. по Blecua. Op.cit., P.26.

177 López-Baralt, L. San Juan de la Cruz y el Islam. Madrid, 1990, P.35.

188 Ср.: «Ay, quam hermoso amado mio y {tambien} dulce. tambien nuestro lecho florido», Fray Luis de León. Op.cit., P.57.

199 В самом деле, почему Суламифь завоевывает сердце Соломона буквально «одним глазом своим»? О спорах среди библеистов касательно толкования этого места в «Песне» см. подробнее López-Baralt. Op.cit., P.43. Ср. также с русским синодальным переводом: «…пленила ты сердце мое одним взглядом очей твоих» (4, 9).

200 Fray Luis de León. Op. cit., P.91.

211 Об этом см. подробнее работу López-Baralt, L. San Juan de la Cruz y el Islam. Madrid, 1990.

1 Под диалектизмами имеются ввиду разноуровневые характеристики диалекта, которые лежат за пределами литературной нормы. Различаются диалектизмы фонетические, грамматические, словообразовательные, лексические. (Лингвистический Энциклопедический Словарь. М., 1990).

2 Об этом говорит М. Галеоте, исследуя функции диалектизмов в художественном произведении: «...es bien sabido que la utilización reflexiva de la lengua es importante para descubrir determinadas actitudes lingüísticas». См. Galeote M. Contribución al análisis sociolingüístico. // El habla andaluza. Actas del Congreso. Sevilla, 1977. P.479

3 Специфика диалектальной картины испанского языка, по мнению В. Гарсия Диего, заключается в следующем: «En todo estudio del castellano habrá que tener muy en cuenta su condición de complejo dialectal. El castellano solo tiene conciencia defensiva frente a los grandes dialectos conservados, como el gallego o el catalán. Sobre los dialectos inconsistentes barridos por el, y, en parte, solapadamente subsistentes, el castellano obra sin cautela, aceptando lo que encuentra. Esta es la paradoja de que el español es dialectalmente pobre frente al francés y el italiano y es más rico en dialectalismos.» García de Diego V. El castellano como complejo dialectal y sus dialectos internos//RFE,1950, p. 107.

4 Эта сфера функционирования диалекта в данном случае не рассматривается специально.

5 Г. В. Степанов отмечает: «С лингвистической точки зрения язык художественной литературы может быть более разнообразным и емким, нежели литературный язык: он может выходить за пределы норм литературного языка, включать в себя образцы иной языковой практики соответствующей страны и эпохи. Языковые явления художественного произведения, которые лежат вне литературной нормы речи, помимо коммуникативной функции, призваны выполнять особое задание эмоционального, художественного воздействия.» Степанов Г. В. О стиле художественной литературы. // Вопросы языкознания,1952, № 5, C.24.

6 Степанов Г.В. Там же, C.37

7 Galeote M. Op cit, P. 474.

8 Например: Cristóbal de Castro «Luna, Lunera», Luís Berenguer «El mundo de Juan Lobón», José Barriga Coronel «Perfiles de la vida de un sacerdote siempre joven», Manuel Barrios «Vida, pasión y muerte en Río Quemado» и т. д.

9 В качестве примеров можно привести: Javier de Burgos «La boda de Luís Alonso o la noche del encierro», López Pinillo «A tiro limpio», Serafín y Joaquín Alvarez Quintero «Los borrachos» и др.

100 Calderón M. El interés por las variedades locales en la reproducción literaria de las hablas andaluzas. // El habla andaluza (Actas del congreso) Sevilla, 4 -7 marzo, 1997, p.418-419.

111 Juán Ramón de Moguer. La carbonerilla quemada // Poesías selectas, Madrid, 1987.

122 Alvar M. Poesía española dialectal, Madrid, 1980, P.7.

133 Carracosa J.- L. El habla en Canal Sur Satélite. // El Habla Andaluza (Actas del Congreso), Sevilla, 4-7 marzo, 1997, P. 421-432. Для проведения исследования языка передач спутниковых каналов андалусийского радио и телевидения автор статьи пользуется лично собранными данными – записями приблизительно сорока пяти часов программ теле- и радиовещания.

144 Алексеев П. М. Корреляция лексических групп в газетных текстах. // Иностранные языки, ч. II. Ленинград, 1973, C. 243.

155 Frago García J. A. Rasgos de la fonética dialectal en textos perodísticos andaluces.// LEA, 1, 1987, pp. 153-154.

1 См., например: V. García Yebra. La traducción en España durante el reinado de Juan II. En: V. García Yebra. Traducción: historia y teoría. Madrid: Gredos, 1994; его же: La traducción en el Siglo de Oro. Там же, с. 135-151; его же: Un teórico de la traducción hispanoflamenco. Там же, с. 171-186; А.В. Садиков. Лекции по истории перевода. Рукопись. Гл. 6. Перевод в Испании: от арабского вторжения до конца XVII века; Е.С. Сыщикова. Перевод в Испании в «Золотом веке». Дипломная работа. М.: Московский гос. пед. университет, 1998.

2 Цит. по: J.-C. Santoyo. Teoría y crítica de la traducción: Antología. Bellaterra (Barcelona): Publicacions de la Universitat Autónoma de Barcelona, 1987, P. 54-57.

3 См.: E. Coseriu. Vives y el problema de la traducción. En: E. Coseriu. Tradición y novedad en la ciencia del lenguaje. Madrid, 1977, P. 86-102.

1 Santana Arribas, A. «Reflexiones y Apuntes Teórico-Prácticos sobre la Situación Actual de la Traducción Poética en España» // Мир на северном Кавказе через языки, образование, культуру / (Тезисы докладов II Международного Конгресса 15-20 сентября 1998 года) / Симпозиум III / Языковые контакты: междисциплинарный анализ (Часть II) ─ Пятигорск 1998.

1 Molina A. Arte de la lengua Mexicana y castellana. Madrid, 1945 (1546); Olmos A. Grammaire de la langue nahuatl… Paris, 1875 (1547); Nebrija A. Gramática de la lengua castellana. Oxford, 1926 (1492); Villalón C. Arte breve y compendiosa para saber hablar y escribir en la lengua castellana. 1558.

2 См. Бокадорова Н.Ю. Принципы грамматического описания в период формирования национальных литературных языков. АКД. М., 1975, C. 13-14.

3 Подробнее см.: Сулимова Н.Г. Появление термина «подлежащее» (supuesto) в испанских миссионерских грамматиках. // Терминоведение. Выпуск 1-3. М., 1998.

4 Santo Tomás D. Gramática o arte de la lengua general de los Indios de los Reynos del Perú. Leipzig, 1891 (1560).

5 Valdivia L. de. Arte y gramática general de la lengua que corre en todo el Reyno de Chile. Leipzig, 1887 (1606); Torres Rubio D. Arte de la lengua aymara... Lima, 1967 (1616); Lugo B. de. Gramática de la lengua general del Nuevo Reyno llamada Mosca. Madrid, 1978 (1619).

6 Torres Rubio, D. de. Op.cit., p.40.

7 Restivo P. Linguae guarani grammatica hispanice … Stuttgart, 1892 (1724).

8 Подробнее см.: Сулимова Н.Г. Концепция синтаксической структуры пассива в испанской миссионерской грамматике. // В сб.: Функциональные исследования. Вып. 6. М., 1998, с.46-51.

9 Olmos A. Op.cit., p.100.

10 Olmos A. Op.cit., p.137.

11 Lopez F. Compendio y methodo dela suma de las reglas del arte del idioma ylocano. Manila, 1792 (1627).

1 Gramática descriptiva de la lengua española. Dirigida por Ignacio Bosque y Violeta Demonte. Preámbulo de Fernando Lázaro Carreter. Indices a cargo de M.ª Victoria Pavón Lucero. – Madrid, Editorial Espasa Calpe, 1999, 3 tomos, 5351 pág.

2 Характерный пример – появление в 1999 г. нового издания академической «Орфографии», в работе над которым приняли участие Академии Языка всех стран Латинской Америки.

3 “…la obra que el lector tiene en sus manos constituye la gramática más detallada que se haya escrito nunca sobre nuestra lengua, y –si descontamos algunas gramáticas francesas clásicas- una de las más exhaustivas que se hayan publicado nunca para cualquier idioma.”(op.cit., pág. XIX)

1 “…la mayor empresa gramatical acometida en este siglo, llamada a tener una trascendencia enorme en nuestra cultura”. (op.cit., pág. XIII)

5 “Se le asigna, además, una función normativa llamémosla oficial, ajena a averiguaciones como las que siguen, las cuales no ponen sus miras en el bien hablar y el bien escribir.” (op.cit., pág. XIII)

6 “…en el sentido en que describir significa mostrar o representar un objeto «explicando sus distintas partes, cualidades o circunstancias» (DRAE)”. (op.cit., pág. XXI)

7 “El resultado es una composición múltiple, sinfónica, de la que surgen melodías que pretendemos armónicas.” (op.cit., pág. XXIV)

8 “La gramática es la disciplina que estudia sistemáticamente las clases de palabras, las combinaciones posibles entre ellas y las relaciones entre esas expresiones y los significados que puedan atribuírseles.” (op.cit., pág. XIX)

1 Кроме того, что в оригинальной цитате одно понятие вольно заменяется другим, сама цитата не выделена, поэтому не вполне ясно, где мнение А.Ф.Лосева дополняется рассуждениями автора статьи.

2 Ant. O mesmo que pranto (то же, что плач).

3 Вполне правдоподобно, что у аллегории звезда – судьба есть и древний семантический «фундамент»: в «Сравнительном словаре мифологической символики в ндоевропейских языках – Образ мира и миры образов» М.М. Маковского (Маковский, 1996) читаем: 3. Слова со значением «судьба» могли соотноситься с астральной символикой (звезда, небо): ср. др.-англ. sid «судьба», но лат. sidus «звезда»; и.-е. *dhugh- «судьба», но гот. peihsv»гром».



Скачать документ

Похожие документы:

  1. От составителя (3)

    Документ
    «Публичные библиотеки обеспечивают городским и сельским жителямсвободный доступ к информации, образованию, культуре.Они предоставляют услуги и оказывают помощь всем гражданам.
  2. От составителей (1)

    Документ
    Настоящий сборинк посвящен юбилею крупнейшего российского иберо-романиста, заслеженного деятеля науки, члена Союза Писателей России, выдающегося переводчика испанской и латиноамериканской литературы, известного общественного деятеля, профессора В.
  3. От составителей (3)

    Документ
    Проблемы становления христианства, возникновения его учения, различных внутренних течений представляют интерес не только для специалистов историков и философов, но и для достаточно широкого круга читателей.
  4. От составителей (2)

    Документ
    Классический труд С.Л. Рубинштейна «Основы общей психологии» относится к числу наиболее значительных достижений отечественной психологической науки. Широта теоретических обобщений в сочетании с энциклопедическим охватом исто­рического
  5. От составителя (1)

    Документ
    От миллиарда к миллиарду: история нефтедобычи в Ханты-Мансийском автономном округе – Югре : рек. библиогр. список / Гос. б-ка Югры, Отд. краевед. лит.

Другие похожие документы..