Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
В российской академической среде в настоящее время идут интенсивные дискуссии относительно того, насколько цели, определенные Болонскими документами,...полностью>>
'Документ'
Нормализация отношений между Московским патриархатом и Русской Православной Церковью за границей (РПЦЗ)1 стала одним из наиболее значительных событий...полностью>>
'Документ'
Если взять литературу как взвесь и немного отжать из нее закрученность сюжета, игры и мистификации, то во влажном остатке окажется основание писатель...полностью>>
'Документ'
От Черного до Белого моря простирался фронт сорок первого. И дрогнули детские сердца, их позвала тень Мальчиша – Кибальчиша. Мальчиш трубил беззвучно...полностью>>

Дагестан в политике противоборствующих держав на кавказе от Петербургского договора до Гюлистанского трактата (1723-1813)

Главная > Автореферат
Сохрани ссылку в одной из сетей:

События в Крыму имели глубокие последствия, коснувшиеся и Северного Кавказа. Однако, султан Мустафа III не признал русско-крымский договор 1772г., стал готовиться к реваншу, выдвинув на крымский престол Девлет – Гирея III. Выполняя замысел Стамбула, в июне 1774г. турецко-крымское войско под командованием Каплан-Гирея прибыло на Малку. Одновременно калга Шабаз-Гирей обошел Моздок, уничтожил казачьи поселения и атаковал станицу Наур, но был отбит. 3 июля и 4 августа в сражениях у реки Гунделен русские войска нанесли поражение противнику и заставляли его бежать из Кабарды.

Тем временем сокрушительное поражение турок от русских войск на Дунае под командованием А.В. Суворова заставило Порту просить Россию о мирных переговорах. 15 июля 1774г. был подписан русско-турецкий Кючук-Кайнарджийский мирный договор, признающий условия русско-крымского договора в Карасу касательно уступленных России территорий с правом покровительства над Кабардой.

Здесь же отмечается, что 21-я статья Кючук-Кайнарджийского договора гласила: «Обе Кабарды, то есть Большая и Малая, по соседству с татарами Большую связь имеют с ханами крымскими, для чего принадлежность императорскому российскому двору должна представлена быть на волю хана крымского, с советом его и старшинами татарскими». Поскольку крымским ханом являлся Сахиб-Гирей, признавший Кабарду и самого себя под покровительством России по договору в Карасу, то приведенная цитата означала подтверждение права российского сюзеренитета над Кабардой, оказывая влияние не только на нее, но и на другие части Северного Кавказа, в том числе на Дагестан. Как свидетельствуют источники, ознакомленное с условиями Кючук-Кайнарджийского договора большинство дагестанских владетелей весьма «сим известием были обрадованы».

В §3 «Дагестан в политике противоборствующих сторон во второй половине 70-х-начале 80-х гг. Георгиевский трактат и его влияние на развитие русско-дагестанских отношений» рассматривается место Дагестана в этих событиях в аспекте российско-османского соперничества, продолжения антироссийского курса западных держав, попыток Ирана вернуться в кавказское геополитическое пространство и т.д. Отмечается, что сложившаяся ситуация после Кючук-Кайнарджийского договора подвигла владетелей и старшин Дагестана наперебой обращаться за подданством и покровительством к России. В Петербурге охотно приветствовали такие обращения, но не желая обострять отношения с Турцией и ее западными покровителями, не решились объявить покровительство над Дагестаном. С другой стороны, частые вмешательства Стамбула и Бахчисарая вели к обострению феодальных междоусобиц, как это случилось в период междоусобной борьбы феодалов нагорного Дагестана с Фатали-ханом Кубинско-Дербентским.

В основе этого конфликта лежали не только овладение Дербентом Фатали-хана в 1759г., затем убийство аварских нуцалов и вражда с братом своей жены кайтагским уцмием Амир-Гамзой, но и чрезмерное усиление влияния Фатали-хана в Дагестане и стремление добиться такого же положения в Азербайджане и Грузии. Но для реализации этих планов требовалось нейтрализовать враждебно настроенных феодалов Дагестана. С этой целью он поддерживал союзнические отношения с шамхалом Муртузали и владетелем Бойнака крым-шамхалом Бамматом, чтобы с их помощью низложить казикумухского Магомед-хана и посадить на его место своего племянника. Фатали-хан и шамхал решили также низложить уцмия Амир-Гамзу и поставить на его место брата уцмия Устар-хана.

Все это ускорило создание антикубинской коалиции, в которую вошли кайтагский уцмий Амир-Гамза, казикумухский хан Магомед, аварский нуцал Умма-хан, мехтулинский владетель Али-Султан, засулакские кумыкские князья, брат Фатали-хана Абдулла-бек, грузинский царь Ираклий II и др. Решающая битва между ними произошла в 1774г. на Гавдушанском поле вблизи Худата, где Фатали-хан потерпел поражение и бежал в Сальяны, откуда обратился с просьбой о помощи к Екатерине II, а затем тайно пробрался в Дербент. Тем временем, казикумухский хан Магомед занял Кубу, а уцмий Амир-Гамза осадил Дербент, но под давлением российских властей вынужден был отказаться от наказания Фатали-хана.

Для наказания уцмия Амир-Гамзу из Кизляра в Кайтаг направился генерал де Медем, к которому присоединился отряд шамхала Муртузали. В марте 1775г. русские войска вместе с отрядом Муртузали нанесли поражение Амир-Гамзе недалеко от Дербента. Прибывший к победителям Фатили-хан послал ключи от Дербента Екатерине II вместе с ходатайством о принятии в российское подданство.

Эти события еще больше осложнили обстановку в Дагестане, вызвали вмешательство Ирана и Турции. Как отмечал Р. М. Магомедов: «Русские резиденты сообщали о беспокойстве в Иране, когда «ключи от Персии» (Дербента – Р.К.) – оказались в руках русских войск: но еще больше волнения это вызвало в Турции, – там пошли слухи, что в Дербенте 40000 русских войск и что этим нарушен договор 1774г. Турецкие представители даже посетили Дербент и были приняты русским командованием. Пришлось русскому правительству официально заверить Турцию, что Россия не намерена «присвоить город Дербент».

Однако Дербент не избавился от угрозы внешнего давления. Правивший в то время в Иране Керим-хан Зенд с опасением взирал на то, как азербайджанские земли объединяются под властью Фатали-хана, который шел на тесное сближение с Россией. Недовольный этим Керим-хан вместе с правящей османской верхушкой потребовал вывода русских войск из Дагестана. В декабре 1775г. Екатерина II заверила их в том, что войска будут выведены, но оставшиеся по просьбе Фатали-хана 500 человек ушли из крепости лишь в начале 1777г.

Одновременно Керим-хан искал поддержку у уцмия Амир-Гамзы, чтобы с его помощью свергнуть Ираклия II и посадить на грузинский трон сторонника Ирана внука Вахтанга VI Александра Бакаровича. Но реализовать этот замысел не далось. Амир-Гамза оказался в сложном положении, так как Фатали-хан сумел склонить на свою сторону племянника Фатали Магомеда-хана, подарив ему выстроенную недалеко от Дербента новую крепость, а также старшего сына от первой жены казикумухского хана Магомеда-Шахмардан-бека, признав под его властью Гюнейский, Кабирский, Кутуркюринский и Курахский магалы, образовавших «буферное» Кюринское ханство.

Это означало, что после смерти Керим-хана Зенда в 1779г. самой влиятельной фигурой Восточного Закавказья остался Фатали-хан, при котором стали проходить совещания феодальных владетелей. Одно из них в феврале 1783г. состоялось в дербентской резиденции Фатали-хана с участием шамхала Муртузали, уцмия Амир-Гамзы, Али-Султана Дженгутаевского и других владетелей, на котором было приняли решение готовиться к совместному походу против Ираклия, чтобы возвести на картли-кахетиский трон проирански настроенную креатуру Керим-хана Зенда Александра Бакаровича.

Эти известия крайне встревожили российское правительство, готовившегося к заключению Георгиевского трактата с Ираклием II о союзе России с Грузией и российском покровительстве над ней, чему могли воспрепятствовать поход указанных владетелей в Грузию и замена Ираклия II политически ненадежным Александром Бакаровичем. Но этому походу не суждено было сбыться. Создавшиеся региональные условия и влияние важнейшего внешнеполитического фактора – присоединения в апреле 1783г. Крыма к России, закрывшего главный канал османо-крымской агрессии против народов Северного Кавказа, ускорили свершение важного исторического события – подписание Георгиевского трактата 26 апреля 1783г.

Этот трактат, названный «Дружественным договором», состоявший из 13 основных и 4 сепаратных артикулов, содержал такие статьи, которые были важны не только для Картли-Кахетинские царства, и для других народов Кавказа, в частности Дагестана. Договор провозглашал добровольное принятие российского подданства Ираклием II, что означало присоединение Восточной Грузии к России, защиту ее от внешних врагов, всестороннюю помощь в экономической, политической, военной и др. областях.

По-видимому, активная поддержка Россией Ираклия II отбила охоту и дагестанских владетелей к реализации задуманной акции. Как только стало известно о подписании Георгиевского трактата, владетели Дагестана поспешили засвидетельствовать свою верность России. Первым из них на этот путь встали тарковский шамхал Муртузали, аварский нуцал Умма-хан, владетели Кайтага и Казикумуха.

Таким образом, несмотря на старания Порты привлечь горцев Дагестана к начавшемуся в марте 1785г. восстанию Ушурмы в Чечне (в источниках шейх Мансур – Р.К.), дагестанские владетели продолжали интенсивно ориентироваться на Россию. В конце 1786 - начале 1787гг. в подданство России были приняты шамхальство Тарковское, Аксаевское, Костековское и Эндиреевское владения. В течении 1787г. с просьбой о принятии российского подданства обратились в Кизляр владетели Аварии, Казикумуха, Кюре и Табасарана.

В §4 «Русско-турецкая война 1787-1791гг. и усиление роли Дагестана в кавказской политике противоборствующих сторон» показано усиление роли Дагестана в названом аспекте накануне и в ходе войны. Подчеркивается, что западные державы продолжали снабжать Турцию деньгами, вооружением и инструкторами, исходя из корыстных интересов. Как признает турецкий историк Т. Унал, Англия и Франция пришли на помощь Турции «побуждаемые собственными интересами».

Рассчитывая на их поддержку, готовясь к новой войне, в пограничные с Кавказом турецкие крепости султан отправил соответствующие фирманы, а в Дагестан – специального порученца по важным делам (капиджи-баши) с 80000 червонцами и 30 халатами для вручения их местным владетелям и старшинам для возбуждения их против России. По замыслам Стамбула, активную роль в этих делах должны были сыграть в Дагестане – Умма-хан Аварский, в Чечне – Ушурма Алдынский.

Что касается Умма-хана Аварского, эти надежды на него не оправдались, но зато имели некоторое продолжение в Чечне. 15 июля, 18 и 19 августа 1785г. сторонники Ушурмы попытались овладеть Кизляром, но были отбиты с большими потерями. Не помогло новоявленному шейху и то, что сам султан Абдул-Хамид I (1774-1789) и комендант крепости Анапа Сулейман-паша заверяли его в мощной поддержке с участием шамхала Тарковского и хана Аварского, что оказалось весьма далеким от реальной действительности. Не получив обещанной поддержки, потерпев новые поражения, летом 1787г. Ушурма бежал из Чечни в Закубанье. Как отмечает турецкий историк К. Картлы, «…в истории цивилизованного мира шейх Мансур был всего лишь одновременным героем».

Судя по происходящим событиям, ситуация складывалось в пользу России. Недовольная этим, Порта продолжала накалять обстановку. Русско-турецкие отношения вновь обострились, подогреваемые Англией, Францией, Пруссией и Голландией. 27 июля 1787г. великий визир вручил российскому послу в Стамбуле Булгакову ультиматум, предусматривающий пересмотр условий Кючук-Кайнарджийского договора 1774г. и Георгиевского трактата 1783г. Не получив ответа на этот ультиматум, 24 августа 1787г. Турция объявила войну России. 20 сентября Екатерина II издала манифест об объявлении ответной войны Турции.

Военные действия начали турецкие войска нападением на Кинбурн, где потерпели крупное поражение. Одновременно русские войска оттеснили внезапно вторгшиеся крымские отряды за Кубань. Указанные неудачи толкнули Порту на усиление антироссийских происков на Кавказе. Так, в одном из фирманов, отправленных в Дагестан по этому случаю, султан Абдул-Хамид внушал владетелям и старшинам: «…по случаю настоящей у меня с Россией войны предписанию сим всей мухаммедского исповедания народам стараться денно и ношно вооружаться против России». Но призывы из Стамбула не нашли поддержки в Дагестане: фирманы султана владетели Дагестана доставили кавказскому командованию, заверяя Петербург в своей верности России.

Эти заверения имели определенную основу. Как отмечается в рапорте от 13 июля 1788г. находившегося в Дагестане генерала Алексеева, касательно политических настроений шамхала Тарковского и уцмия Кайтагского, он «видел их преданными людьми России». Ссылаясь на многочисленные сообщения, поступающие из Нагорного Дагестана, 3 ноября 1788г. генерал Горич также сообщал: «…хотя здесь со стороны турков распространяются разные слухи, как-то об отставке турецких войск на Кавказ и Дагестан…но горцы сами видят, что то несбыточно». Но такое положение не удовлетворяло Порту, решившей поддержать шейха Мансура пропагандой «джихада» среди горцев. Неслучайно, что сразу же после восшествия на престол новый султан Селим III (1789-1807) издал фирман, призывающий их соединиться с турками для совместного выступления против России. Не полагаясь на одного Мансура, Порта наводнила горные края своими агентами и специальными посланниками. Разъезжая повсюду с султанскими воззваниями и фирманами турецких пограничных пашей, они призывали к «священной войне» против России.

Извещая горских владетелей о намерениях турок начать активное наступление на Кавказе, султан завершал свой фирман словами: «Кто виде сей мой фирман будет затем держаться стороны неверных, тот сущий вероотступник и я никогда не перестану преследовать и коль скоро попадется в мои руки, тот же час повешен будет». Не ограничиваясь этим, султан Селим выдал серию воззваний от 25 марта, 24 апреля и 14 июня 1790г., адресованных владетелям Северного Кавказа, Дагестана и Закавказья с заверением обеспечить мощное наступление в их поддержку во главе с сераскером Батал-пашой и неугомонным поборником «джихада» шейхом Мансуром.

Следует отметить, что за этими воззваниями последовали конкретные дела. Так, согласно рапорта шамхала Баммата генералу Горичу, воззвание от 25 марта, помимо закавказских владетелей, было адресовано к нему, кайтагскому уцмию, «равнож и всем дагистанским владельцам-казикумухскому, чунгутейскому, акушинскому и аварскому Умахану…с повелением иметь движение к городу Кизляру…город Кизляр атаковать». Кроме того, по заблаговременно намеченному плану, Батал-паша должен был покорить Кабарду и захватить Кизляр, чтобы выйти на побережье Каспия. Но попытка реализации этого плана в конце сентября обернулась катастрофой: турки были разбиты, Батал-паша попал в плен, а Ушурма бежал в Анапу.

21 июня 1791г. русские войска под командованием Гудовича взяли Анапу, пленили коменданта крепости Мустафу-пашу, сына Баттал-паши Таяр-пашу и шейха Ушурму, который был сослан в Шлиссельбургскую крепость, где и скончался в 1794г. За проявленную доблесть в этих операциях русское правительство отметило наградами и чинами дагестанцев – Г. Чепалова, М. Ахмедханова, У. Хамзина, И. Аджиева, А. Алхазова, Д. Таймасханова. Русско-турецкая война 1787-1791г.г. близилась к концу.

Громкие победы русской армии под командованием А.В. Суворова при Кинбурне, Фокшанах, Рымнике и Измаиле, успехи русского флота под руководством адмирала Ф.Ф. Ушакова принудили Порту просить о заключении мира. 29 декабря 1791г. был заключен русско-турецкий Ясский мирный договор, подтвердивший условия Кючук-Кайнарджийского договора касательно Кабарды, присоединение к России Крыма по Манифесту Екатерины II от 8 апреля 1783г., установление протектората России над Молдавией и Валахией и, согласно Георгиевскому трактату 1783г., – над Картли-Кахетинским царством Ираклия II.

Ясский договор 1791г., как и Кючук-Кайнарджийский трактат 1774г., не имевший прямого отношения к Дагестану, сильно повлиял на выбор внешнеполитического курса владетелями и старшинами горного края. В 1791г. в Петербург прибыла делегация, состоявшая из владетелей Засулакской Кумыкии, шамхала Тарковского, хана Дербентского и др. 19 апреля 1793г. генерал Гудович повторно принял присяги «на вечное подданство России» от кумыкских князей и шамхала Тарковского. В октябре того же года дербенсткий Ших Али-хан присягнул на верность России. Процесс развития русско-дагестанских отношений продолжал нарастать.

V глава «Дагестан на кавказской арене в конце XVIII-начале XIX в. Гюлистанский договор 1813г.», состоящая из трех параграфов, посвящена показу роли Дагестана в системе русско-иранских, русско-турецких и ирано-турецких отношений, формировавшихся под активным воздействием Англии и Франции вплоть до присоединения Дагестана к России.

В §1 «Дальнейшее укреплении позиций России на Кавказе. Георгиевский договор 1802г.» отмечается, что после Ясского трактата российское руководство предприняло активные шаги для привлечения на свою сторону владетелей и старшин Кавказа, особенно Дагестана. Подтверждение тому – указ Екатерины II главнокомандующему И.В. Гудовичу укреплять приверженность к России шамхала Тарковского, ханов Дагестана, Аварии, Казикумуха и др. владетелей, внушая им, что «по мере усердия их престолу нашему излиется на них и наша императорская милость». Выполняя этот указ, в апреле 1793г. Гудович привел «в вечное подданство России» засулакских кумыкских князей и шамхала Тарковского, в октябре – Ших Али-хана Дербентского. Переговоры о принятии российского подданства велись и с другими владетелями Дагестана.

Однако с середины 90-х гг. положение на Кавказе резко обострилось. Захвативший власть в Иране в 1794г. Ага Мухамед-хан Каджар открыто заявил, что намерен подчинить своей власти всех кавказских владетелей, дабы они «признали его самодержавным правителем Персии», подтвердив это присылкой ему своих аманатов. Получив отказ, летом 1795г. он захватил Ереван, осаждал Шушу, 12 сентября опустошил Тбилиси, угнав оттуда в рабство около 12000 человек. Хотя эта устрашающая акция склонила Ших Али-хана отправить свои поздравления Ага Мухаммед-хану, большинство кавказских владетелей, в том числе шамхал Тарковский, уцмий Кайтагский, кадий Табасаранский, владетель Дженгутаевский и др. стали готовиться к сопротивлению, наперебой обращаясь за помощью к России.

Екатерина II не замедлила отреагировать на эти события. Имея собственные виды на Кавказ, и, в первую очередь на Дагестан, она повелела Гудовичу: в случае вступления иранских войск в Ширван и занятия ими Шемахи и Баку, русским войскам занять Дербент, не «оставить без покровительства шамхала Тарковского, уцмия Кайтагского и самого хана Дербенского».

Выполнением этой задачи занялся отряд генерал-майора Савельева, благосклонно встреченный владетелями шамхальства Тарковского, Дженгутая, Кайтага, кадиями Акуши и Табасарана. Но в виду того, что на сторону Ага Мухаммед-хана склонились Ших Али-хан Дербентский, Сурхай-хан Казикумухский и Гусейн Кули-хан Бакинский, к участию в операции подключился и граф А.В. Зубов, который совместно с отрядом Савельева при полной поддержке населения города 20 мая 1796г. овладел Дербентом. Ших Али-хан был смещен и заменен своей сестрой Парид-жи-ханум, придерживавшейся российской ориентации. После овладения русскими войсками с таким же успехом Кубу и Баку, поступил приказ Павла I в ноябре 1796г. оставить этот край и вернуться на Кавказскую линию.

Весть об уходе русских войск была воспринята по-разному на Кавказе и сопредельных странах. Обрадованный случившимся Ага Мухаммед-хан, обращаясь к тарковскому шамхалу и ко всем дагестанцам, убеждая их в том, что русские войска ушли, «убоясь могущего им последовать одоления» с его стороны, заверял: «Верьте, что вскоре буду в Азербайджане и …не оставлю послушных мне моею милостию, а противников строго буду наказывать». Одобряя этот курс иранского правительства, прибывшие ко двору шаха французские эмиссары Оливье и Брюгьер занялись активным подстрекательством его к новому походу. Однако после убийства Ага Мухаммед-хана в мае 1797г. новый шах Фатх Али-хан (в источниках Баба-хан – Р.К.) отменил этот поход, и иранские войска покинули Закавказье.

С уходом иранских войск возникли более благоприятные условия для присоединения Восточного Кавказа к России, однако Павел I, считавший границей России Кубань, Терек и Сулак, надеялся создать без столкновения с Ираном и Турцией зависимое от себя федеративное государство из дагестанских и азербайджанских владений, удерживая «народы горские…в кротости и в повиновении ласкою», но такая попытка потерпела неудачу.

На этом фоне более успешно развивались русско-дагестанские отношения. Весной 1799г. шамхальство Тарковское вновь было принято в подданство России с присвоением шамхалу Мехди чина генерал-лейтенанта российской службы с годовым жалованьем 6000 руб. Тогда же в подданство России были приняты владения Аксаевское, Костековское, Эндиреевское и Андийский союз сельских общин. В июне – сентябре 1799г. вступили в российское подданство кайтагский уцмий Рустем-хан в чине служителя 4 класса с годовым жалованьем 200 рублей, табасаранский майсум Сограт-бек с тем же чином, но с жалованьем 1500 рублей и покорившийся России Ших Али-хан Дербентский.

Однако этот процесс тормозился тем, что и новый правитель Ирана Фатх Али-шах продолжал гегемонистскую политику своего предшественника, выбрав главной мишенью Грузию, привлекая для этого грузинских царевичей и дагестанских владетелей, в частности, Умма-хана Аварского. Неслучайно в донесении главнокомандующего в Грузии генерала Кнорринга Александру I от 22 июня 1800г. особенно подчеркивалось, что «сын Баба-хана Аббас-Мирза, посланный от него с 30000 войском к стороне Дагестана, имеет от него, Баба-хана приказание привести в должное ему повиновение Грузию, Дагестан и Ширван».

Хотя поражение Умма-хана Аварского от русских войск 8 февраля 1801г. у р. Йорги несколько умерило воинственный пыл правящей иранской верхушки, но попытки реванша не прекращались. К этому Фатх Али-шаха подталкивали Турция и западные державы, обнадеживая своей помощью. Подписанный 4 января 1801г. англо-иранский договор, имевший антироссийскую направленность – наглядное тому подтверждение. Наряду с Англией, активное влияние на внешнюю политику Ирана оказывала Франция. Неслучайно вслед за английским послом Джоном Малькомом в Тегеране появились эмиссары Парижа полковник Себастиани и Давид Мелик-Шахназарян, предлагавшие шаху совместные действия против России. Надеясь на их поддержку, шахское правительство продолжало подстрекать кавкасзких владетелей, в том числе дагестанских: Казикумуха, Кайтага, Дженгутая и др.

Активность иранских правителей и их сторонников на Кавказе подвигло российское руководство на более значимые действия, направленные на укрепление взаимоотношений с дагестанскими и азербайджанскими владетелями. С этой целью им было предложено прибыть в Георгиевск для обсуждения условия союза. В переговорах по этому вопросу приняли участие представляли шамхальства Тарковского, ханства Дербентского, уцмийства Кайтагского, майсумства и кадийства Табасарана, а также посланники из Азербайджана Бакинского и Шемахинского ханств.

Переговоры, начавшиеся в сентябре, завершились 26 декабря 1802г. подписанием так называемого Георгиевского договора. Договаривающиеся обязались сохранять преданность России; разбирать все споры «по-дружески»; в случае нападения Персии «ополчаться единодушно всем к прогнанию их неприятеля»; оказывать посильную помощь друг другу войсками. Статьи 5,6,7,8,9 предусматривали активное развитие торговли Дагестана с Россией и судоходства на Каспии и т.д.

В § 2 «Принятие российского подданства владетелями и старшинами Нагорного Дагестана. Присоединение Джаро-Белоканских союзов сельских общин» показывается влияние Георгиевского договора 1802г. на дальнейшее сближение Дагестана с Россией и консолидацию совместных усилий в борьбе против ирано-турецкой агрессии. Первым шагом на этом пути стало то, что с одобрения императора Александра I в апреле 1803г. преемник Умма-хана Аварского Султан Ахмед-хан в торжественной обстановке дал клятву на подданство России, обнародовал текст присяги и подписал условия присоединения Аварского ханства к России. В документе отмечалось, что русским купцам, приезжающим в Аварию, представляются равные права с аварцами, «как людям одного государства». Сообщая о состоявшейся в Хунзахе знаменательной акции, сменивший Кнорринга новый главнокомандующий на Кавказе П.Д. Цицианов подчеркивал, что торжественная церемония прошла «в собрании многих знаменитых подвластных владельцев и старшин народных».

Наряду с Аварией, важное место в кавказской политике России заняли расположенные на границе с Дагестаном, на стратегически важных позициях наступления Ирана и Турции густонаселенные дагестанцами, отличающиеся сплоченностью и мужеством Джаро-Белоканских союзы сельских общин. Выполняя указания из центра, в марте-апреле 1803г. Цицианов направил для покорения этих областей крупный отряд под командованием генерала Гулякова, подкрепленный грузинской милицией. Воспользовавшись тем, что джарцы поддерживали антироссийски настроенных грузинских царевичей Александра, Юлона, Таймураза и др., эти силы учинили страшный погром в Белоканах, о чем свидетельствуют донесения Гулякова и самого Цицианова.

Падение Белокан ослабило позиции Джара, в связи с чем джарцы вынуждены были заявить, что Джарская область присоединяется к «царству грузинскому» (находившемуся в подданстве России Картли-Кахети – Р.К.), обязывается ежегодно выплачивать российским властям 220 пудов шелка; селения Джары, Белоканы, Катех, Талы, Мухах и Джиних дают аманатов; русским властям предоставляется право располагаться в селениях по указанию начальства и т.д. Выработанные условия касались и Элисуйского султанства, которое было включено «в общее верноподданство», якобы по просьбе специально выделенных сельскими джамаатами уполномоченных.

Однако упрочению позиций России в этом крае препятствовали Фатх Али-шах и переписывающиеся с ним отдельные дагестанские владетели. Сказанное подтверждается донесением генерала Лазарева Кноррингу в октябре 1802г. о том, что «Баба-хан пишет дагестанским владельцам Ахмед-хану и Султан Ахмеду, а также хамутайскому владельцу письма, чтобы тогда, когда пошлет он корпус свой в Грузию, и они шли туда же». На основании этого сообщения сам Кнорринг рапортовал в Петербург: «Получены известия, якобы Баба-хан писал некоторым дагестанским владетелям и к Хан-бутаю Сурхай-хану Казикумухскому, прося их собрать войска…и приспособиться к тем, кои он на Грузию послать намереваться».

Таким образом, у российского правительства оказалось немало поводов, ускоривших заверение Джаро-Белоканской операции. Воспользовавшись тем, что отдельные грузинские и дагестанские владетели часто нападали на принявшие российское подданство Картло-Кахети, генерал Цицианов резко усилил силовые методы полного покорения Джары и Талы. Активизация политики царизма на этом направлении означало, что «данный район превращается в оплот российских интересов на границе Дагестана».

Для достижения этих целей применялись не только методы словесного устрашения, но и физического истребления непокорных. Не получив дани шелком от джарцев и талийцев в марте 1804г., Цицианов предупредил их: «Богом вас уверяю, что не будете вы есть джарского хлеба, пока не заплатите требуемого. Вот вам последнее мое слово». Поступая подобный образом, Цицианов беспощадно расправлялся с населением Джары и Талы.

Разумеется, что действия российской стороны не остались без реакции со стороны Ирана и антироссийски настроенных горских владетелей. Как сообщил русским властям в конце 1802г. один из информаторов: «Карабаг Ибрагим-хан прислал весть в Дагестан, что Александру (грузинскому царевичу – Р.К.) назначено от Баба-хана 10000 туманов жалованья с той целью, чтобы Дагестан склонился на сторону Александра и Сурхай-хана».

Достоверность этих сведений вскоре подтвердилась. Нанеся поражение отряду Гулякова в октябре 1803г. у деревни Мугало Закатальского ущелья, Сурхай-хан потребовал от заменившего погибшего Гулякова генерала Орбелиани, чтобы русские военачальники вывели свои силы из джарских областей. Однако в связи с примирением джаро-белоканцев с российским командованием осенью 1803г. Сурхай-хан покинул территорию Джары и Талы.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Гази-кумухское ханство в системе социально-политических образований дагестана и во взаимоотношениях мировых держав на кавказе (середина хvii-середина XIX вв.)

    Автореферат диссертации
    Защита состоится «27» апреля 2012 г. в 13-00 часов на заседании диссертационного совета Д.212.076.03 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора исторических наук при Кабардино-Балкарском государственном университете по адресу: 36 4, г.
  2. История отечества с древнейших времен до наших дней

    Документ
    Энциклопедический словарь "История Отечества", выпускаемый издательством "Большая Российская энциклопедия", представляет собой первый опыт однотомного справочно-энциклопедического издания, освещающего все периоды
  3. В то время когда император отправился с войском против агарян, у стен Константинополя явились на двухстах ладиях новые враги империи, скифский народ руссы

    Документ
    У византийских летописцах написано: «В царствование греческого императора Михаила III, в то время когда император отправился с войском против агарян, у стен Константинополя явились на двухстах ладиях новые враги империи, скифский народ руссы.
  4. Нагорный Карабах: факты против лжи. От автора от

    Документ
    «Никто не обнимет необъятного!» - гласил афоризм Козьмы Пруткова, мифического персонажа, рожденного творческой фантазией группы талантливых русских поэтов и сатириков середины XIX века.
  5. История Отечества", выпускаемый издательством "

    Документ
    Энциклопедический словарь "История Отечества", выпускаемый издательством "Большая Российская энциклопедия", представляет собой первый опыт однотомного справочно-энциклопедического издания, освещающего все периоды

Другие похожие документы..