Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Закон'
Виды зависимости между переменными: детерминированная функциональная, регрессионная, стохастическая (вероятностная), корреляционная, - различие между ...полностью>>
'Документ'
Такое название, бесспорно, не понравилось бы герою этой статьи. Он не раз заявлял — и многие, хорошо его знавшие, подтверждали это — о своем отвращен...полностью>>
'Пояснительная записка'
Направленность образовательной программы. Ювелирное искусство один из самых древних видов декоративной обработки металлов, драгоценных камней, кости,...полностью>>
'Автореферат диссертации'
Защита состоится « 24 » декабря 2009 г. в час. на заседании диссертационного совета Д–502.006.11 в Российской академии государст­венной службы при Пр...полностью>>

Литературные течения, противостоящие реализму, долгие десятилетия после 1917 г да и сейчас случается именовались унизительно "упадочническими", декадентскими

Главная > Документ
Сохрани ссылку в одной из сетей:

Литературные течения, противостоящие реализму, долгие десятилетия после 1917 г. - да и сейчас случается - именовались унизительно "упадочническими", декадентскими. Термины "декаданс", "модернизм" были в ходу еще на рубеже XIX-XX вв., но обозначали далеко не однородные явления.

Декаданс (лат. decadentia - упадок) в своей антиреалистической направленности был вызван состоянием безнадежности, неприятием общественной жизни, стремлением уйти в узколичный мир.

Модернисты (фр. moderne - новейший, современный) тоже выступали против реализма, отрицали социальные ценности. Но цель была избрана другая - создание поэтической культуры, содействующей духовному совершенствованию человечества. Декадентская эстетизация эгоцентристской, часто порочной личности противоречила подобным побуждениям.

"Упадочнические" настроения резко обострились с кризисом народничества 90-х гг. В определенных кругах интеллигенции общественные идеалы были оттеснены прославлением одиночества, внутреннего, нередко противоречивого, эгоистического бытия. Некоторым символистам: Н. Минскому, Д. Мережковскому, Ф. Сологубу, 3. Гиппиус - была свойственна такая тенденция.

Позже болезненная реакция на революционное движение посеяла в целом ряде произведений совсем мрачные, нездоровые мотивы: проповедь мещанства, эротизма, жестокой, воинствующей воли. Защитником столь извращенных вкусов стали, однако, чуждые символизму литераторы: М. Арцыбашев, А. Каменский, В. Ропшин (Б. Савинков) и др. За увлечение бытовыми подробностями, началами биологизма в человеке эту группу беллетристов необоснованно относят иногда к натурализму.

Удельный вес "упадочнических" симпатий в русской литературе был все-таки очень невелик. Она формировалась в горниле глубинных социальных смещений. Те, кто отверг революционные перспективы, оказался перед необходимостью найти свой путь в "бунтующей" истории. Эта внутренняя потребность не совмещалась с декадентской ставкой на замкнутую в себе самой личность. И вчерашние певцы самоценного "Я" (скажем, Д. Мережковский) пришли к иным идеалам.

Часть интеллигенции восприняла - и не без основания - классовую борьбу как силу, разрушающую культурные ценности. А самое развитие человечества связала с обновлением культуры. Немудрено, что ключевая роль была отведена творчеству. На такой почве и возник русский модернизм.

В отличие от реализма он противопоставил жизни искусство, способное возродить погрязший во грехе мир. В модернистских концепциях было немало недостижимого. Но они ничего общего не имели с депрессивными идеями. Напротив, питались светлой мечтой о нравственном преображении человека. Вот почему глубоко ошибочно называть этот яркий пласт литературы - декадентским, уравнивать неприятие революции с духовным упадком.

Русский модернизм был представлен разными течениями: символизмом, акмеизмом, футуризмом. Существовали художники слова, организационно не связанные с этими литературными группами, но внутренне тяготевшие к опыту той или другой (А. Ремизов, М. Волошин, М. Цветаева и др.).

Декадентство (Франц. decadence, от позднелатинск. decadentia — упадок).
Общее наименование кризисных явлений конца XIX — начала XX веков, отмеченных настроениями безнадежности, неприятия жизни, индивидуализом.
В России отразилось в творчестве т. н. старших символистов 1890-х гг.: Н. Минского, Д. С. Мережковского, З. Н. Гиппиус, в сочинениях Ф. Сологуба, а также в ряде произведений Л. Андреева и особенно в «неонатуралистической» прозе, получившей распространение после поражения революции 1905-07. Многие мотивы декадентсткого умонастроения стали достоянием разнообразных модернистских художественных направлений (модернизм). Критики и писатели-реалисты (социалисты) в России активно боролись с настроениями декадентства в искусстве и литературе.

БЕССИЛЬЕ

Смотрю на море жадными очами,
К земле прикованный, на берегу...
Стою над пропастью - над небесами,-
И улететь к лазури не могу.

Не ведаю, восстать иль покориться,
Нет смелости ни умереть, ни жить...
Мне близок Бог - но не могу молиться,
Хочу любви - и не могу любить.

Я к солнцу, к солнцу руки простираю
И вижу полог бледных облаков...
Мне кажется, что истину я знаю -
И только для нее не знаю слов.

Символизм (Французское symbolisme от греческого symbolon — знак, символ).
Европейское литературно-художественное направление конца 19-начала 20 веков. Оформилось в связи с общим кризисом гуманитарной культуры, а также в связи с позитивистской компроментацией реальстических принципов художественного образа у парнасцев, натуралистов и в беллетристическом романе 20ой половины 19 века. Основы эстетики символизма сложились в конце 60-х-70-х годов в творчестве французских поэтов П. Верлена, Лотреамона, А. Рембо, С. Малларме и других Принципы символизма в той или иной мере нашли отражение в творчестве А. де Ренье, М. Метерлинка, П. Валери, Г. Гофмансталя, С. Георге, Р.-М. Рильке и других.
Наиболее общие черты доктрины символизма: искусство — интуитивное постижение мирового единства через символическое обнаружение «соответствий» и аналогий; музыкальная стихия — праоснова жизни и искуства; господство лирико-стихотворного начала, основывающееся на вере в близость внутренней жизни поэта к абсолютному и в надреальную или иррационально-магическую силу поэтической речи; обращение к древнему и средне-вековому искусству в поисках генеалогического родства. Символизм как явление культуры в целом соприкасался с платоническими и христианскими символическими концепциями мира и культуры. Идеалистическая доктрина символизма принадлежит к кризисным явлениям, нг творчество его крупных художников несет общечеловеческий смысл: неприятие собственнических форм общества, обездушивающих человека, скорбь по духовной свободе, доверие к вековым культурным ценностям как единящему началу, предчувствие мировых социальных переломов.

Программа символистов:

1. Цель: интуитивное постижение мирового единства через символы.

2. Темы экзистенциальные: Жизнь, Смерть, Бог.

3. Основные художественные средства: аллитерация, ассонансы для передачи музыкальности стиха, олицетворения.

4. Программа обозначена в статье Мережковского “О причинах упадка и новых течениях современной русской литературы”

5. Течение способствует созданию новой философской культуры, нового мировоззрения, отношению к искусству, как объединяющему людей началу, утончению, изощренности поэтических средств для лучшего выражения сложного мира современника.

Русский символизм воспринял от западного многие философские и эстетические установки (в значительной мере преломив их через учение Вл. Соловьева о «душе мира»), однако обрело национальное и социальное своеобразие, связанное с общественными потрясениями и идейными исканиями предреволюционных десятилетий.
Выступления на рубеже 80-90-х гг. Н. Минского, Д. С. Мережковского, З. Н. Гиппиус и других отразили общедекадентские тендеции как следствие кризиса либеральных и народнических идей. Но приход в литературу В. Я. Брюсова, К. Д. Бальмонта, Ф. Сологуба и особенно «третьей волны» русского символизма в начале 20 века (И. Ф. Анненского, Вяч. И. Иванова, А. А. Блока, А. Белого, Ю. Балтрушайтиса и других) привратил символизм в самостоятельное литературно-философское течение и важный фактор русской культурно-духовной жизни, идейный смысл которого не сводим к декаденству (организационные центры — издательства «Скорпион», «Гриф» и «Мусагет», журналы «Весы», «Золотое руно», частично «Мир искусства»). Русские поэты-символисты с мучительной напряженностью переживают проблему личности и истории в их «таинственной» связи с «вечностью», с сутью вселенского «мирового процесса». Внутренний мир личности для них — показатель общего трагического состояния мира, резонатор природных и подпочвенных исторических стихий и вместилище пророческих предощущений близкого обновления. При этом символизм нередко мыслится как «жизнетворчество», выходящее за пределы искусства, как дело общекультурного созидания, призванного преодолеть исторический разрыв между людьми, между художников и народом.
Героико-трагическое переживание русскими символистами социальных и духовных коллизий начала века, равно как и их открытия в поэтике (смысловая полифония, реформа напевного стиха, обновление жанров лирики, в том числе поэмы, и новые принципы циклизации стихотыорений), вошли влиятельным наследием в поэзию 20 века.

В русском символизме, самом крупном и эстетически значительном течении, существовало два хронологически и концептуально самостоятельных потока. В 1890-е гг. заявили о себе так называемые "старшие символисты": Н. Минский, Д. Мережковский, В. Брюсов, К. Бальмонт, Ф. Сологуб (Ф. Тетерников), 3. Гиппиус. А в 1900-е гг. на литературную арену вышли "младосимволисты": А. Белый (Б. Бугаев), А. Блок, С. Соловьев, Вяч. Иванов, Эллис (Л. Кобылинский) и др. При определенной эстетической общности программы двух поколений были неоднородными. Да и в каждой группе наметились расхождения.

Идеологом "старших символистов" стал Д. Мережковский, мэтром (Учителем) - В. Брюсов. Между тем они, как и другие члены объединения, придерживались особых взглядов на искусство.

Свою теорию Д. Мережковский изложил сначала в докладе (1892), затем книге "О причинах упадка и о новых течениях современной русской литературы". Исходным моментом раздумий было ощущение "болезненного, неразрешимого диссонанса" времени: "самый крайний материализм" ("грандиозные изобретения техники", "небывалая умственная свобода") и "самые страстные идеальные порывы духа"; "требования религиозного чувства" и "невозможность верить" в догмы христианства. Для изживания этих противоречий предсказывался подъем к "идеальной человеческой культуре" в результате открытия божественной сущности мира. Путь к ней прокладывало новое искусство с помощью символов, выливающихся из глубин духа художника (в отличие от реалистического символа - обобщения жизненных явлений). Отсюда утверждались три главных элемента символизма: "мистическое содержание, символы и расширение художественной впечатлительности".

К. Бальмонт отстаивал свое представление о новом литературном течении в статье "Элементарные слова о символической поэзии" (1900). Главным здесь названо стремление к "более утонченным способам выражения чувств и мыслей", к символике. Цель "пересоздания вещественности" указана иная, по сравнению с Мережковским. В "символической поэзии" Бальмонт видел "оглашение" - "как бы против воли" художника - "говора стихий" Вселенной, мирового Хаоса. В искусстве была выделена "могучая сила, стремящаяся угадать новые сочетания мыслей, красок, звуков", для выражения невнятных, затаенных начал бытия.

Для В. Брюсова символизм стал проникновением в лишенную мистики реальность, что и отличало мэтра от других символистов. В статье "Ключи тайн" (1903) он писал: "Искусство есть постижение мира иными, нерассудочными путями. Искусство - то, что в других областях мы называем откровением". "Узнаванию" жизни средствами науки противополагалось прозрение в "мгновения экстаза" творческого. Именно в нем Брюсов усмотрел победу "борьбы художника за свободу". Символизм понимался как рождение особой литературной школы.

Разными путями провозвестники новой поэзии пришли к сходным идеалам - к открытию в художественном творчестве тайн мира, обогащению русской поэтической культуры во имя их разгадки.

Вдохновитель "младосимволистов" Андрей Белый утверждала статье "О религиозных переживаниях" (1903) "взаимное соприкосновение искусства и религии". Но задачи выдвигал более действенные, чем Мережковский, хотя столь же мистические. В своих воспоминаниях А. Белый так определил их: "найти человечество как ипостась лика божья", "приблизиться к мировой душе", "передавать в субъективно лирических излияниях Ее голос". Мечты о грядущем скоро прояснились. На "политику" (события 1905 г.) А. Белый отозвался медитацией "Луг зеленый", где нашел в образах гоголевской "Страшной мести" символ России - "спящую красавицу, которую некогда разбудят от сна". К мистическим прозрениям "сознания современной души", ее преображения в "священной любви" звал А. Белый. О роли художника-мессии (спасителя) помышлял он, а свою концепцию называл "религией жизни".

В 1909 г. А. Белый определил поступь родственной себе ветви литературы: "...от Ницше, Ибсена к Пушкину, Некрасову, Гоголю, от Запада на Восток, от личности к народу". "Нравственная связь с родиной" отличала позицию всех "младосимволистов", хотя проявлялась у каждого по-своему. Обособленнее других держался Вяч. Иванов. Он верил в возможность объединить "правду оторвавшихся от земли с правдой земли", народ с интеллигенцией. А грядущую гармонию усматривал в победе "большого всенародного искусства", когда под воздействием созданного гением "хорового действа", трагедии-мистерии восторжествует "коллективный внутренний опыт".

Тень несозданных созданий

Колыхается во сне,

Словно лопасти латаний

На эмалевой стене.

Фиолетовые руки

На эмалевой стене

Полусонно чертят звуки

В звонко-звучной тишине.

Акмеизм (От греческого akme` — высшая степень чего-либо, цветущая сила).
Модернисткое течение в русской поэзии 10-х годов XX века, сформировавшееся в условиях кризиса буржуазной культуры.

Программа акмеистов:

1. Цель: конкретно-чувственное восприятие внешнего мира, отвержение туманности символизма.

2. Экзотические темы, любовь, природа, душевные переживания человека.

3 Основные художественные средства: метафоры, оксюморон для яркого, мажорного изображения реальности и придания более ёмкого смысла детали.

4. Программа опубликована в статье Гумилёва “Наследие символизма и акмеизм”

5. Течение направлено на возрождение у человека жажды жизни, возвращение ощущения её красоты.

Утвердился в теоретических работах и художественной практике Н. С. Гумилева (статья «Наследие символизма и акмеизм», 1913), С. М. Городецкого (статья «Некоторые течения в современной русской поэзии», 1913), О. Э. Мандельштама (статья «Утро акмеизма», опубликована 1919), А. А. Ахматовой (связь последних двух с течением была непродолжительной), М. А. Зенкевича, Г. В. Иванова, Е. Ю. Кузьминой-Караваевой и других.
Акмеисты объединились в группу «Цех поэтов» (1911-14, возобновилась в 1920-22), примкнули к журналу «Аполлон». В 1912-13 издавали журнал «Гиперборей» (редактор М. Л. Лозинский, вышло 10 номеров), альманахи «Цеха поэтов». Противопоставили мистическим устремлениям символизма к «непознаваемому» «стихию естества»; декларировали конкрето-чувственное восприятие «вещного мира», возврат слову его изначального, не символичного, смысла.

Анна Ахматова -ВЕЧЕРОМ

Звенела музыка в саду
Таким невыразимым горем.
Свежо и остро пахли морем
На блюде устрицы во льду.

Имажинизм Литературное течение в Росии в 1920-х годах (название восходит к английскому имажизму).
В 1919 году с изложением его принципов выступили С. А. Есенин, Р. Ивнев, А. Б. Мариенгоф, В. Г. Шершеневич и другие. Они организовали издательство «Имажинисты», выпускали одноименные сборники, журнал «Гостиница для путешествующих в прекрасном» (1922-24, вышло 4 номера). Усваивая крайности поэтики раннего футуризма, выступали против его политической ориентации в послеоктябрьский период (в частности, допускали резкие выпады против В. В. Маяковского). Декларировали самоценность не связанного с реальностью слова-образа (поэзия — «ритмика образов»), фатальную неизбежность антагонизма искусства и государства. Особую позицию в группе занимал Есенин, утверждавший необходимость связи поэзии с естественной образностью русского языка, со стихией народного творчества.

Вадим Шершеневич Выразительная, как обезьяний зад

А помню: кудри прыгали ватагою бездельной

С макушки в хоровод, завившись в сноп внизу,

Звенели радостно, как перезвон пасхальный,

Чуть золотом обрезаны глаза.

Как смотрит мальчик, если задымится тело

Раздетой женщины, так я на мир глядел.

Но солнце золотом лучей меня будило,

Я солнце золотом улыбки пробуждал.

Я был пушистый, словно шерсть у кошки,

И с канарейками под ручку часто пел,

А в небе звезды, как свои игрушки,

Я детской кличкою крестил.

Футуризм (От латинского futurum — будущее).
Одно из основных авангардистских течений в евроейском искусстве начала XX века, получившее наибольшее распространение в Италии и России. Идеи футуризма, оформившиеся прежде всего в пространственных искусствах, нашли выражение и в литературе, театре, музыке, кинематографе, а также в искусствоведении и литературоведении.

Программа футуристов:

1. Цель: преображение мира средствами искусства.

2. Темы социальные, гражданские, тема города, прогресса.

3. Основные художественные средства: консонансы, разноударные рифмы, авторские неологизмы как выражение эстетического бунтарства против стремительно меняющегося, теряющего опоры мира.

4. Программа объявлена в статье “Пощёчина общественному вкусу”. Авторы: Бурлюк, Кручёных, Маяковский, Хлебников.

5. Течение способствовало раздвижению границ поэзии, постановке вопроса о новых функциях искусства (искусство – сфера не потребления, а сотворчества читателя), смелым экспериментам со словом).

Русский футуризм возник независимо от итальянского и, как самобытное художественное движение, имел с ним мало общего. Его история складывалась из сложного взаимодействия и борьбы четырех основных группировок:

«Гилея» (кубофутуристы) — В. В. Хлебников, Д. Д. и Н. Д. Бурлюки, В. В. Каменский, Е. Г. Гуро, В. В. Маяковский, А. Е. Крученых, Б. К. Лившиц.

Первым совместным выступлением кубофутуристов в печати стал поэтический сборник «Садок судей», фактически определивший создание группы «Гилея». В числе авторов альманаха Д. и Н. Бурлюки, Каменский, Хлебников, Гуро, Ек. Низен и др. Иллюстрации выполнили Д. и В. Бурлюки.

Идея исчерпанности культурной традиции прежних веков была исходным пунктом эстетической платформы кубофутуристов. Программным стал их манифест, носивший намеренно скандальное название «Пощечина общественному вкусу». В нем декларировался отказ от искусства прошлого, звучали призывы «сбросить Пушкина, Достоевского, Толстого и проч., и проч. с парохода современности».

«Ассоциация эгофутуристов» — И. Северянин, И. В. Игнатьев, К. К. Олимпов, В. И. Гнедов и другие.

В отличие от кубофутуризма, который вырос из творческого содружества единомышленников, эгофутуризм был индивидуальным изобретением поэта Игоря Северянина.

В литературу он входил трудно. Начав с серии патриотических стихов, затем пробовал себя в стихотворной юмористике и, наконец, перешел к лирической поэзии. Впрочем, лирику молодого автора газеты и журналы тоже не печатали. Издав в 1904-1912 гг. за свой счет 35 стихотворных брошюр, Северянин так и не обрел желанной известности.

Успех пришел с неожиданной стороны. В 1910 г. Лев Толстой с возмущением высказался о ничтожестве современной поэзии, приведя в качестве примера несколько строк из книжки Северянина «Интуитивные краски». Впоследствии поэт с удовольствием разъяснял, что стихотворение было сатирико-ироническим, но Толстой воспринял и истолковал его всерьез. «Об этом мгновенно всех оповестили московские газетчики, после чего всероссийская пресса подняла вой и дикое улюлюканье, чем и сделала меня сразу известным на всю страну! — писал он в своих воспоминаниях.- С тех пор каждая моя брошюра тщательно комментировалась критикой на все лады, и с легкой руки Толстого… меня начали бранить все, кому не было лень. Журналы стали охотно печатать мои стихи, устроители благотворительных вечеров усиленно приглашали принять в них участие…»

«Мезонин поэзии» — Хрисанф, В. Г. Шершеневич, Р. Ивнев и другие.

«Мезонин поэзии» считался в литературных кругах умеренным крылом футуризма. Это движение было построено не на общей идеологической платформе, а, скорее, на деловых, издательских интересах его участников.

Объединение распалось в конце 1913 года. Под маркой «Мезонина поэзии» вышло три альманаха: «Вернисаж», «Пир во время чумы», «Крематорий здравомыслия» и несколько сборников.

«Центрифуга» — С. П. Бобров, Б. Л. Пастернак, Н. Н. Асеев, К. А. Большаков, Божидар и другие.
Самой ранней и наиболее радикальной была «Гилея» участники которой в многочисленных борниках («Садок судей», 1910; «пощечина общественному вкусу», 1912; «Дохлая луна», 1913; «Взял», 1915 и др.)и выступлениях, часто с представителями других группировок, преимущественно и определяли «лицо футуризма».
Общей основой движения было стихийное ощущение «неизбежности крушения старья» (Маяковский) и стремление предвосхитить и осознать через искусство грядущий «мировой переворот» и рождение «нового человечества». Художественное творчество должно было стать не подражанием, а продолжением природы, которая через творческую волю человека создает «новый мир, сегодняшний, железный...» (К. С. Малевич). Отсюда — разрушение условной системы литературных жанров и стилей, возвращение к фольклорно-мифологическим «первоначалам», когда язык был «частью природы» (Хлебников). На базе живого разговорного языка футуристы разрабатывали тонический стих, фонетическую рифму, настаивали на неограниченном «словотворчестве и словоновшестве» вплоть до изобретения индивидуальных диалектов (см. Заумь), экспериментировали над стихотворной графикой (визуальная поэзия, автографическая книга), предельно расширяя диапазон литературного языка от «самовитого» слова «вне быта и жизненных польз» (Хлебников) до слова прямого социального действия, «нужного для жизни» (Маяковский). Их произведения отличались сложными семантическими и композиционными «сдвигами», резкими контрастами трагического и комического, лиризма и брутальности, фантастики и газетной злободневности, что вело к гротескому смешению стилей и жанров, которое, однако, в поэмах Хлебникова, Маяковского, Каменского, в лирике Северянина, Пастернака, Асеева пробретало статус нового конструктивно-стилистического единства.
Некоторые послереволюционные группировки («Искусство комунны», дальневосточное «Творчество», Тифлисский «41°» украинский «Аспанфут», «ЛЕФ» и др.) генетически были связаны с футуризмом, однако собственная его история в России исчерпывается предреволюционным десятилетием.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. А. А. Радугина Х рестоматия по культурологии учебное пособие

    Учебное пособие
    Книга представляет собой антологию тематически структурированных культурологических текстов – извлечений из трудов мыслителей разных эпох, а также памятников мировой литературы.
  2. Учебное пособие Божий дар красота; и если прикинуть без лести, То ведь придется признать: дар этот есть не у всех

    Учебное пособие
    Книга представляет собой антологию тематически структурированных культурологических текстов — извлечений из трудов мыслителей разных эпох, а также памятников мировой литературы.
  3. Виктор аксючиц миссия россии опыт историософии России

    Документ
    Каков исторический возраст и каково будущее русского народа, который не только самосохранился на грани выживания в невиданно суровых природно-климатических и геополитических условиях, но и освоил безбрежные просторы, построил огромное
  4. М. Чегодаева моя тревога сборник критических статей об искусстве хх–xxi века

    Документ
    Нужна ли критику история? Не лучше ли отбросить, забыть тяжкое, неудобное прошлое и писать историю современного искусства с чистого листа? «Критика умерла в годы застоя, – утверждает Валерий Турчин, – причем весьма оригинально: ее

Другие похожие документы..