Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Сочинение'
Все знают, что пагубные привычки уносят здоровье человека. Но тем не менее ситуация распространения курения, употребления алкоголя в детском, подрост...полностью>>
'Программа'
Целью курса является приобретение студентами базовых знаний в области немецкой классической философии, освоение ими основного арсенала понятий традици...полностью>>
'Закон'
Важлива роль у рішенні стратегічних проблем соціального та економічного характеру для розвитку держави належить вищій школі. У сучасних умовах змін в...полностью>>
'Реферат'
Под условием эксплуатации машин понимаются: характер (вариант) использования; интенсивность использования; виды нагрузок и порядок их чередования; та...полностью>>

Никулинские чтения «Модели участия граждан в социально-экономической жизни российского общества» Сборник научных статей Омск 2011

Главная > Документ
Сохрани ссылку в одной из сетей:

1

Смотреть полностью

Академия гуманитарных наук и образования

(Омское отделение)

НОУ ВПО «Омская гуманитарная академия»

V НИКУЛИНСКИЕ ЧТЕНИЯ

«Модели участия граждан

в социально-экономической жизни

российского общества»

Сборник научных статей

Омск 2011

УДК 338(470)+ 351

ББК 65.9(2Рос)

М 744

Печатается по решению

Редакционно-издательского совета

НОУ ВПО «Омская гуманитарная академия»

V Никулинские чтения

М 744 Модели участия граждан в социально-экономической жизни российского общества: Сборник научных статей / Под ред. д.филол.н., проф. А.Э. Еремеева – Омск: Изд-во НОУ ВПО «Омская гуманитарная академия», 2011. – 300 с.

ISBN 978-5-98566-072-2

В сборник включены научные статьи участников V Никулинских чтений «Модели участия граждан в социально-экономической жизни российского общества», состоявшихся 11 февраля 2011 года на базе НОУ ВПО «Омская гуманитарная академия». В сборник вошли статьи профессоров, доцентов, преподавателей и аспирантов российских и зарубежных вузов, в которых освещаются актуальные проблемы современной экономики организаций, управления, политики и права, организационного поведения.

Сборник предназначен для студентов вузов, аспирантов, преподавателей, а также широкого круга специалистов, интересующихся вопросами экономики, менеджмента, организационной психологии, а также политики и права современного общества.

ISBN 978-5-98566-072-2

© НОУ ВПО «Омская гуманитарная академия;

© Коллектив авторов.




Человек с горячим сердцем и широкой душой…

Чтобы быть хорошим преподавателем, нужно любить то, что преподаешь, и любить тех, кому преподаешь.

В.О. Ключевский

Каждый из нас хотя бы раз задавался вопросом: а что останется после меня? Оглядываясь назад, мы начинаем выискивать в памяти события, имена, даты, чтобы доказать всем и, прежде всего, себе ценность и плодотворность собственной жизни. Но иногда судьба дарит нам возможность узнать о людях, которые не только оставили свой след в памяти близких, коллег и друзей, но и смогли зажечь сердце каждого, кто был с ними знаком. Именно таким человеком был Юрий Владимирович Никулин.

Юрий Владимирович родился на севере Омской области в 1950 г. Закончив физический факультет Омского государственного педагогического университета, прошел весь тернистый путь становления как преподаватель высшей школы: от учебного мастера до заместителя декана физического факультета. В 1991 г. защитил кандидатскую диссертацию и получил степень кандидата педагогических наук. Но это всего лишь этапы профессиональной биографии, факты, которые не могут передать того рвения и жара, которым была окружена вся его деятельность.

Физик по образованию, учитель и наставник по призванию, он вкладывал всю душу и сердце в каждое дело, за которое брался. Ф. Глинка в свое время сказал: «Жизнь и деятельность столь же тесно соединены между собою, как пламя и свет. Что пылает, то, верно, светит, что живет, то, конечно, действует». Юрий Владимирович жил…и действовал! Под его руководством открылся филиал Омского государственного педагогического университета в г. Таре. Сегодня – это центр высшего образования на севере Омской области. Ю.В. Никулин стоял у истоков двухуровневой системы образования: в филиале были открыты первые бакалавриаты, несмотря на то, что до 2011 года все с недоверием относились к такому нововведению, а сейчас переход на двухуровневую систему образования стал обязательным условием существования и развития вузов. Порядок, дисциплина, чуткость, внимательность и взаимовыручка – вот главные союзники Юрия Владимировича в его руководящей работе.

В честь десятилетия образования филиала, за большие заслуги в развитии учительства на Севере Министерство образования РФ награждает Ю.В. Никулина нагрудным знаком «Почетный работник высшего профессионального образования Российской Федерации».

Организационная работа не смогла заставить Юрия Владимировича забыть о своих научных интересах и достижениях. Тема его исследований была космическая и в прямом и переносном смысле: сверхвысокие частоты, которые используются при создании СВЧ-приборов, и связанная с этим диэлектрическая проницаемость жидкостей. В этой области Ю.В. Никулину принадлежит открытие, которое могло принести ему мировую известность, но, к сожалению, российская реальность была такова, что не позволила ему пошатнуть устои отечественной химии. Позже ученый случайно обнаружит в одном из журналов патент, зарегистрированный американскими учеными, который мог бы принадлежать ему. Для слабого человека это был бы удар, который мог бы заставить опустить руки, озлобиться и навсегда прекратить научную деятельность. Но злобе, зависти, черствости и ненависти не было место в горячем сердце Юрия Владимировича. Он не оставил свою деятельность и продолжил научные изыскания.

Непризнанный гений на Родине, Юрий Владимирович нашел применение своим знаниям в далекой Африке, в Народной республике Мозамбик. Он принимал непосредственное участие в становлении и развитии национальной системы образования республики, в создании и открытии первого в Мозамбике педагогического института. Лично им написаны учебники, книги для учащихся, методические материалы для преподавателей на португальском языке, по которым дети и педагоги до сих пор осваивают курс физики и природоведения. Ю.В. Никулин награжден грамотой Министра культуры и образования Народной республики Мозамбик, Знаком отличия народного образования Народной республики Мозамбик. Достойные награды для достойного человека!

В 2004 г. Ю.В. Никулин становится первым деканом экономического факультета молодого Омского гуманитарного института. За короткий срок ему удалось провести изучение рынка новых специальностей, подготовить необходимые материалы и открыть две новые специальности. Рвению, с которым он принимался за новые дела, ему не было равных. Своей энергичностью, энтузиазмом, и неиссякаемым оптимизмом он воодушевлял молодых коллег на научные и педагогические свершения.

В 2005 г. Юрий Владимирович Никулин скоропостижно скончался. Его помнят, уважают и чтут не только в Омской гуманитарной академии, не только в г. Таре, но и в далекой африканской республике Мозамбик.

В память о Юрии Владимировиче в 2006 г. на базе Омского гуманитарного института состоялась Всероссийская конференция – Первые Никулинские чтения. Конференция стала традицией и в 2011 г. приобрела международный масштаб. Сегодня в Академии активно развивается социально-экономический факультет, продолжая дело, начатое Ю.В. Никулиным, доказывая, что «никто не забыт, ничто не забыто».

Мы надеемся, что память о Юрии Владимировиче Никулине будет еще долгие годы согревать сердца его коллег и близких, показывая, какой должна быть жизнь Настоящего Человека!

ЭКОНОМИКА И УПРАВЛЕНИЕ

Г.Е. Покровский

Омская гуманитарная академия

Государственное стимулирование инновационной деятельности бизнеса

Для многих стран конкуренция по издержкам теряет свою актуальность, и они все больше опираются на инновации и науку, пытаясь создавать, развивать и привлекать компании с высоким потенциалом генерирования добавленной стоимости. Это вынуждает все страны адаптироваться к новым глобальным вызовам, формировать «умную экономику», основанную на знаниях и научно-технических достижениях. Поэтому научное осмысление проблем инновационного пути развития и поиск новых подходов к осмыслению теории макроэкономического роста не теряет своей актуальности более десяти последних лет.

Все сегодня понимают, что альтернативного пути развития России не существует. Иначе страна не устоит в конкурентной борьбе в условиях глобализации, международной открытости, и, прежде всего, в решении нарастающих внутренних социальных и экологических проблем.

В векторе мировой глобализации без решения вопросов перевода страны на экономику знаний благополучного будущего у России не просматривается. В настоящее время Россия в общемировом объеме имеет 12% ученых и 22% минеральных ресурсов, в то же время доля России в мировом производстве наукоемкой продукции составляет всего 0,3%, а производительность труда в 10 раз ниже, чем в развитых государствах. По оценкам ученых и политиков на эксплуатации только природной ренты бесперспективно обеспечить социально-экономическое развитие страны и повысить качество жизни народа. Из России до сих пор экспортируется в основном сырье, а по прогнозам международных экспертных фондов, к 2015 году объем его потребления в мире увеличится только в два раза. Если страна отстает от Запада по валовому продукту на душу населения в 10 раз, то даже увеличение производства сырья в два раза проблему не решит. Все ведущие нефтедобывающие страны уже сегодня в своем внешнеторговом балансе получают от нефти только 40%, остальное – от интенсивно развивающихся наукоемких отраслей. Проводимые в России реформы, к сожалению, не дают того импульса технологической модернизации отечественной экономики, на который рассчитывали их организаторы.

В России институциональные преобразования на 90% завершены, однако скорость инвестиционно-инновационного обновления производительных сил не только не возросла, а напротив, недопустимо упала. Требуется новый государственный механизм стимулирования инновационной деятельности. Неслучайно Президент РФ провозгласил задачу перевести на инновационные рельсы российскую экономику. Старт поворота страны к инновационной экономике был дан статьей Президента РФ Д.А. Медведева «Россия вперед», в которой он обозначил свое видение инновационной государственной политики. По инициативе Президента России было образована государственная комиссия по инвестиционной политике. На первом заседании этой комиссии 18 июня 2009 года президент РФ объявил пять направлений «технологического прорыва» и критерии, по которым они были выбраны:

  1. энергоэффективность и энергосбережение;

  2. ядерные технологии;

  3. космические технологии, в том числе инфраструктура передачи всех видов информации;

  4. медицинские технологии и прежде всего диагностическое оборудование и лекарственные средства;

  5. стратегические информационные технологии, включая вопросы создания суперкомпьютеров и разработки программного обеспечения.

Фактически несколько следующих заседаний комиссии были посвящены подробному рассмотрению выделенных технологических направлений.

Российская академия наук уже отреагировала на новый список, провела ревизию тематик научных исследований и установила, что на проекты по пяти направлениям технологического прорыва в настоящее время расходуется примерно 23% финансирования Программы фундаментальных исследований. При этом было определено, что этот показатель может быть увеличен до 35%.

Правительство РФ разработала план мероприятий по стимулированию инновационной активности предприятий на период до 2012 года через программы "Формирование эффективной национальной инновационной системы" и "Создание системы обеспечения научно-технологической политики".

Мероприятия указанного плана структурированы по следующим разделам:

1) поддержка приоритетных направлений технологического развития;

2) поддержка инновационной деятельности существующих предприятий;

3) улучшение институциональных условий, поддержка создания инновационного бизнеса и повышение эффективности инновационной инфраструктуры;

4) создание стимулов к инновационной деятельности в государственном секторе.

Основными инструментами реализации инновационного правительственного плана предлагаются:

  • определение государственных приоритетов в сфере инновационной политики, понятных бизнесу и обществу, включая формирование крупных государственных технологических инициатив в приоритетных направлениях технологического развития, связанных с долгосрочными социально-экономическими целями развития страны;

  • государственные закупки и государственные программы как инструмент создания спроса на инновационную продукцию и технологии;

  • бюджетные субсидии (гранты) как инструмент стимулирования модернизации и повышения эффективности инновационной деятельности предприятий;

  • налоговые льготы, сфокусированные на поддержке четко выделенных типов инновационного поведения и обеспечивающие возможность эффективного и малозатратного для государства и бизнеса их администрирования при минимизации выпадающих доходов бюджета;

  • государственно-частное партнерство в сфере инновационного и технологического развития (софинансирование государством проектов бизнеса, направленных на создание новых технологий и продуктов, на стимулирование высокотехнологичного экспорта, повышение эффективности деятельности созданных институтов развития и инновационной инфраструктуры);

  • установление обязательных требований (административных, технических, природоохранных, требований к энергоэффективности и т.д.), стимулирующих предприятия к инновационной деятельности.

Как можно заметить все инструменты носят рекомендательный характер и не понятно кому они адресованы. Без соответствующего подкрепления названных мероприятий прямыми и косвенными формами стимулирования науки и бизнеса рассчитывать на успех создания инновационной экономики сомнительно.

Разработка государственной инновационной политики должна начаться с оценки состояния и эффективности применяемых инструментов стимулирования инвестиционной деятельности бизнеса.

Попытаемся показать свое понимание проблем государственной инновационной политики и оценить предлагаемые меры стимулирования инновационной деятельности отечественного бизнеса, которые рекомендуются учеными и практиками.

Причины вялого процесса перехода на инновационную экономику известны и обозначены в высказываниях ученых на многочисленных научных форумах и совещаниях. Обобщая различные научные публикации можно выделить основные из них:

1. В стране сегодня отсутствует идеологическая основа политики инноваций. Результаты работы в инновационной сфере органов власти и бизнеса не стали очевидны всем, так как нет развитой и отлаженной системы пропаганды инноваций в медийном пространстве.

2. Многие крупные государственные компании работают в неконкурентных секторах, на них снаружи не оказывается конкурентного давления в сторону внедрения новых продуктов. Крупные компании подчас являются основным препятствием для запуска конкуренции, решая вопросы тарифов и другие нерыночными механизмами через лоббирование в законотворчестве и установления тарифов. Без толчка извне инновационный процесс запустить в них будет достаточно сложно. Где нет конкуренции, там нет инноваций.

3. Отсутствует система на федеральном и региональном уровнях стимулирования компании по всему инновационному циклу. Меры стимулирования модернизации не носят комплексного характера, по сущности носят дискуссионный характер и фрагментарны, так как не охватывают всего цикла инновационного процесса.

4. Годы потребуются для того, чтобы система распространения передового инновационного опыта (Государственной регистрации патентов на изобретения и научные открытия) информационно и организационно стала доступной бизнесу и населению через развитие государственных институтов патентоведения и электронных информационных систем. Это реальный путь встраиваться в глобальную цепочку производства нового знания.

5. Не используются выгоды инновационного партнёрства полного цикла, включая создания территориальных инновационных кластеров. Необходимо популяризировать модель инновационного партнёрства полного цикла западного образца типа R&D-центры (Research and Development – центр исследований и развития), в котором происходит объединение интеллектуальной собственности, глобального бренда и маркетинга. Очевидны выгоды этого не только для самих крупных инновационных компаний, но и для инновационных предприятий малого и среднего бизнеса – потенциальных поставщиков разных компонентов и решений, а также для государства и потребителей.

Правительства быстро развивающихся стран проводят политику привлечения прямых инвестиций, открытых дверей по отношению к территориальным научным кластерам, на создание «инвестиционных поясов» вокруг ведущих университетов и научных центров. Не имея прямых инвестиций, производственных площадок, организованной торговли и рыночных условий, одной специальной политикой, в частности, по привлечению работающих за рубежом учёных, «насадить» в стране R&D-центры (Research and Development – центр исследований и развития), не удастся. 

6. Прорывных инноваций нет практически нигде, доминируют улучшающие инновации. Почти все инновационные проекты компаний ориентированы на внутренний рынок, а в условиях глобальной экономики такая ориентация означает провал. Мировая практика доказывает - сделать продукт не передовой, работая на экспорт, невозможно. Надо оценивать базовые технологии в России по уровню экспорта. В мире сейчас идёт «борьба за инновационную ренту», в том числе за то, чтобы производить продукцию хай-тека на своей территории и экспортировать её.

7. Все разработки должны быть направлены на результат, то есть надо определиться, что конкретно мы хотим иметь «на выходе» – быть в роли догоняющих или стремиться сделать что-то абсолютно новое. Создать условия не для завоза готового оборудования, а для завоза новых технологий. К таким условиям относится, в частности, «Закон по локализации производства», принятие которого позволило, например, Китаю создать за 10 лет мощную энергетику и машиностроение. Не менее важно и то, как инновационный продукт выносится на рынок, как он будет потом обслуживаться, как подготавливаются потребители к его использованию.

Сейчас отрабатываются разные формы государственной политики в отношении крупного и малого бизнеса, которые войдут в готовящуюся правительством долгосрочную инновационную стратегию. Судить только по крупнейшим спортивным инвестиционным федеральным программам (Проведение зимней олимпиады в Сочи-2014, Чемпионата мира по футболу-2018, Строительства моста на остров Русский и городка проведения международного самета во Владивостоке-2012, строительство наукограда в Сколково-2014) сложно уловить сигнал бизнесу или импульс для участия в создании инновационной экономики знаний. Кто-то метко заметил, что тонко навязанная России Западом реализация этих крупномасштабных спортивных проектов – это ее саморазорение без постороннего вмешательства в условиях отсутствия «холодной войны».

На настоящей стадии реализации пути модернизации России важно обобщить многочисленные научные предложения и практический опыт отечественных и зарубежных инновационных компаний, которые в огромном количестве появляются в средствах информации и рекомендациях экономических форумов и конференций.

А пока Минфин предлагает в Проект основных направлений налоговой политики на 2011 год и на плановый период 2012 и 2013 годов разработать систему компенсаций затрат сектора экспортеров информационных технологий, компаний-участников Особых экономических зон (ОЭЗ), малых инновационных компаний при ВУЗах, связанных с повышением взносов на обязательное пенсионное, а также социальное и медицинское страхование. Министерство также предлагает создать систему определения затрат бизнеса на НИОКР, разрешить компаниям создавать специальный резерв для расходов на научно-исследовательскую деятельность и на три года с начала использования освободить от налога на имущество энергоэффективное оборудование. К тому же, Минфин планирует упростить систему налогообложения некоммерческих организаций в области образования и науки и усовершенствовать систему начисления амортизационного налога. Представители Минэкономиразвития тоже говорят о том, что нужно совершенствовать системы учета расходов на НИОКР и освободить от налога энергоэффективное оборудование. Но они также полагают, что необходимо установить "отдельный налоговый режим" для новых компаний инновационных отраслей. "Отдельный режим" предполагает обнуление ряда сборов - в частности, налога на прибыль, НДС, налога на имущество и земельного налога.

Рейтинговым агентством «Эксперт» для успешного развития и повышения инновационной конкурентоспособности принципиально важны следующие направления работы.

1. Стимулирование инноваций в компаниях. В том числе необходимы налоговые льготы на исследования и разработки (R&D), а также другие виды стимулов, например, ускоренная амортизация, чтобы увеличивались инвестиции в новое оборудование, в частности IT, важны также и другие нормативы, которые поощряют инвестиции в главные экономические блоки, определяющие рост экономики, например, развитие кадрового потенциала.

2. Открытость для иммиграции высококвалифицированных кадров, которые могут являться источниками новых идей и инноваций. Страны, ведущие такую политику, смогут достигать большего успеха.

3. Развитие «цифровой» экономики. Необходимо не только увеличивать государственные инвестиции в IT в таких сферах, как здравоохранение, энергетические системы, транспорт, государственное управление, образование, но также создавать эффективную регулирующую базу, чтобы стимулировать, а не ограничивать развитие «цифровой» экономики. Необходимо также рассмотреть возможности перестройки сложившейся системы регулирования и государственной политики закупок, чтобы содействовать «цифровизации».

4. Поддержка всех институтов, необходимых для инноваций. Важно увеличивать финансирование не только университетских исследований, но и в сфере институтов, способствующих коммерциализации научных разработок. Кроме того, необходимо поддерживать такие направления, как локальное экономическое развитие, развитие предпринимательства и обучение кадров.

5. Эффективная государственная политика в сфере инноваций. Необходимо следить за тем, чтобы государственная политика стимулировала, а не тормозила инновации. Зачастую влиятельные лоббистские группы борются против изменений и нововведений, прикрываясь общественными интересами, но очень и очень часто это приводит к замедлению прогрессивных и позитивных инноваций. Все государства должны следить за тем, чтобы регулирующие нормативы, политика закупок и другие соответствующие государственные программы благоприятствовали инновациям.

Не менее важно, чтобы изменилась психология топ-менеджеров инфраструктурных, как сейчас принято говорить, компаний, привыкших продавать то, что лежит в земле.

В 2009 году была сформирована Комиссия по модернизации и технологическому развитию экономики России. Задачи этой комиссии определены так: рассмотрение вопросов государственной политики в области модернизации и технологического развития, определение приоритетных направлений, форм и методов государственного регулирования, координация деятельности органов исполнительной власти в этой сфере.

Хочется верить, что усилия власти, примеры инновационной активности отдельных крупных корпораций, внимание общественности к модернизации приведут в обозримом будущем к формированию в России инновационного климата, предполагающему, впрочем, перелом в сознании тех предпринимателей и чиновников, которые стремятся сохранить свой статус-кво. 

Развитие инновационного бизнеса тормозит отсутствие законодательной базы. Западный опыт подтверждает необходимость законодательного обеспечения процессов модернизации экономики. Так, во Франции с 1999 г. действует Закон «Об инновациях», предусматривающий комплекс мероприятий прямого и косвенного характера, прежде всего по линии формирования нового инновационного бизнеса. Что способствует инновационному вектору экономического роста.

Закон предоставил условия для повышения мобильности научного персонала государственных исследовательских центров. Им предоставлено больше свободы в организации собственных компаний при научных центрах и прав на оказание консультаций частным промышленным фирмам. Закон стимулировал усиление связей между университетами и промышленностью в целях развития малого инновационного бизнеса. Одновременно внесены изменения в налоговый режим для инновационных компаний и упрощены бюрократические процедуры создания высокотехнологичного бизнеса. В России, к сожалению, продолжают законодательно ужесточаться нормы права на интеллектуальную собственность, ограничиваются использование тех научных открытий и разработок, которые получены с использованием бюджетного финансирования.

Анализируя весь пакт названных рекомендаций для перехода на инновационную экономику, можно кратко обозначить некоторые спорные вопросы, которые выпали из этого набора, но, по нашему убеждению, являются существенными.

Во-первых, сложно из них понять, какие рекомендации адресованы каждому уровню государственной власти (Федеральной и региональной). Кто проводник и наделен ответственностью за модернизацию экономики?

Во-вторых, кто является объектом и субъектом модернизации экономики? Нет четкой ясности, чьи интересы и в какой мере затрагиваются в рассматриваемой инновационной государственной политике:

  • крупного бизнеса (государственных, частных, совместных корпораций и ТНК);

  • государственно-частного партнерства и государственных корпораций;

  • малого и среднего предпринимательства связанного с инновационными проектами;

  • ведущих образовательных учреждений и научных центров российской академии наук;

  • территориальных кластеров из всех перечисленные вместе субъектов с подключением наукоградов и институтов развития (фондов и центров исследования и развития) и венчурных компаний.

В-третьих, о каком инновационном климате идет речь? В проекте правительственной инновационной стратеги не обозначены приоритеты и конечная цель инновационной экономики или проводимой модернизации сверху, т.е. при авторитарной вертикали власти и преобладании «ручного управления экономикой», или на принципах саморегулирования и инициативе снизу в рамках рыночной экономики. Другими словами, как эти меры увязаны с конституционным принципом федерализма и приоритетом рыночных отношений?

В-четвертых, у всей инфраструктуры, созданной для поддержки в стране научно-инновационной деятельности нет системы сопровождения проектов и продвижения их по стадиям инновационного цикла.

В-пятых, в рекомендациях нет ясности всей системы стимулирования инновационной деятельности бизнеса со стороны государства через сочетание прямых и косвенных инструментов мотивации разработки и внедрения нововведений в экономику. Наконец, невнятно обозначен такой инструмент поощрения компаний к инновационной деятельности, как техническое регулирование. Как воспользоваться риторическим советом - более широко опираться на зарубежный опыт и практику технического регулирования, а также интенсифицировать и оптимизировать разработку технических регламентов и стандартов.

Весь бизнес, как основа бюджета и социальной политики, обеспечивающий их существования благодаря уплате налогов, состоит из пяти видов правоотношений. Это социально-психологические – отношения между людьми по поводу создания и эксплуатации готового продукта (услуги), технико-технологическое, т.е. производство, финансово-экономические, управленческие и правовые. А у нас в России – стимулируются денежно только рационализаторские предложения и изобретения, несущие в себе только технические решения. Получается, мы стимулируем развитие только одной сферы из пяти

Обобщая сказанное, пришли к такому видению государственной системы стимулирования инновационной деятельности бизнеса. Схематично такая система стимулирования инновационной деятельности представлена на рисунке 1.

Определенные организационные резервы кроются в государственном стимулировании развития кластеров, которые показали эффективность в кооперации науки, крупного и малого бизнеса вокруг инновационных проектов и межотраслевой кооперации бизнеса. Эта форма организации конкурентоустойчивой кооперации бизнеса еще изучается наукой и бизнесом, не имеет достаточного опыта реализации на отечественной земле с высокими коррупционными рисками и избыточным ручным управлением экономическими отношениями со стороны власти и силовых структур.

Большая и непростая задача стоит в перестройке системы стратегического управления бизнесом на основе распределения функций между организациями так как задача выходит за рамки отдельно взятой компании, требует специальных знаний и опыта, желаний топ-менеджеров компаний в областях инсорсинга, аутсорсинга, сетевого бизнеса и франчайзинга, международного партнерства и партнерства с другими социальными институтами.

Для исправления положения Комиссией по модернизации и технологическому развитию экономики России предлагаются две основные меры «принуждающего» характера, а также ряд налоговых и административных стимулов, призванных носить «компенсирующий» характер:

- введение обязательных корпоративных программ инновационного развития для государственных компаний по утвержденным правительством требованиям, которые должны приниматься наряду, а не в составе инвестиционных программ;

- введение для госкомпаний «норматива» по доле расходов на НИОКР индивидуально для каждой компании исходя из ее отраслевой специфики и сравнения с аналогичными компаниями за рубежом;

- оптимизация налогового администрирования и дополнение перечня НИОКР в отношении льготы, предусматривающей возможность единовременного признания некоторых расходов на НИОКР, в том числе и безрезультатных, и списания их с применением коэффициента 1,5;

- сокращение срока амортизации нематериальных активов (изобретений, полезных моделей, ноу-хау и др.) по выбору налогоплательщика, но не более чем до двух лет;

- изменение порядка учета стоимости объектов интеллектуальной собственности, в том числе учет затрат на НИОКР при определении первоначальной стоимости нематериального актива.

Предложенный пакет мер можно рассматривать как попытку сбалансировать поощрение, принуждение и стимулирование компаний к вложениям в НИОКР и инновационную деятельность. Основной акцент сделан именно на бизнес-секторе, что в целом правильно. Однако настораживает несколько моментов.

Первое. Спонтанность и недостаточная прозрачность принятия решений, что особенно ярко видно на примере появления нового перечня технологических приоритетов.

Второе. Предлагаемые меры по «принуждению» бизнеса напоминают советские принципы управления экономикой (вероятно, это и есть «ручное управление»).

Предложенные подходы не практикуются в странах с развитыми инновационными системами.

Впрочем, пока за два года перелом не наступил в сознании тех предпринимателей и чиновников, которые стремятся сохранить статус-кво. Инновационная политика пока не подкреплена государственными стимулами и едиными правилами реализации для всех и на всех уровнях. Видно задачи реформы в милиции и образовании отодвинули на второй план модернизацию в экономике и социальной сфере. В современной России похоже виновных никто не ищет, а, следовательно, все затухает в правильных, но общих фразах, а не делах.

Свое сообщение хочется завершить словами Александра Орлова - Президента Международной академии развития бизнеса.

Наше главное национальное достояние по-прежнему – заседания, конференции, симпозиумы, коллоквиумы, семинары, форумы. И соответственно: резолюции, решения, постановления, концепции, программы. А кто их внедряет? Где комитеты по внедрению, по контролю за исполнением, где нормы об ответственности за неисполнение? Где ДЕЛО? Где ДЕЙСТВИЕ? И только тогда, когда Правительство России поймет, производство чего и появление каких инновационных компаний оно собирается стимулировать, возможно, станет понятно, какие льготы будут нужны инновационному бизнесу.

Без этого импульса со стороны руководства страны сложно ожидать активности ученых и предпринимателей в продвижении к инновационной экономике.

Рис.1. Проект системы государственного стимулирования инновационной деятельности российского бизнеса

Е.В. Портнягина

Омский Государственный колледж управления и профессиональных технологий

ИНТЕГРАЦИЯ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ УЧРЕЖДЕНИЙ

В УСЛОВИЯХ ПОЛИТИЧЕСКОЙ МОДЕРНИЗАЦИИ РОССИИ

Современное состояние российской системы образования не отражает в полной мере основные мировые тенденции развития, не соответствует потребностям общества, экономической системы, развития государства. Заказчики системы образования ─ бизнес, социальная сфера, органы исполнительной власти и местного самоуправления ─ выказывают недовольство качеством подготовки специалистов. При большом количестве выпускаемых кадров все вышеназванные системы не получают достаточного пополнения своего человеческого потенциала. В значительной степени причиной этого является несовершенство действующего законодательства, низкий уровень координации действий различных уровней публичной власти в процессе управления сферой образования, а также в ходе реформирования.

В настоящее время процесс модернизации образования продолжается на всех уровнях. Есть определенные результаты. Но, по-прежнему ряд задач и механизмов их реализации, сформулированных государственной властью, вызывает неоднозначные оценки со стороны субъектов образовательной системы, порождает ситуацию нестабильности собственного положения как образовательных учреждений в целом, так и каждого педагога. Несмотря на это, мероприятия, проводимые в настоящее время, свидетельствуют о попытке компромисса между государственной властью и субъектами образовательного сообщества.

Наиболее бурные дискуссии среди образовательного сообщества сегодня вызывает введение новых государственных стандартов, интеграция образовательных учреждений.

Интеграционные процессы в образовании – явление достаточно сложное, комплексное и многостороннее по разновидностям своего проявления, требующее анализа различных политических, философских, социологических, педагогических позиций.

С точки зрения философии понятие интеграции следует рассматривать, как «единство функциональное и структурное, культурное и организационное всех элементов общества, требующее развития ответственности за целое» [1].

Социологическая наука рассматривает интеграцию как процесс, результатом которого является достижение единства и целостности, согласованности внутри системы, основанной на взаимозависимости отдельных специализированных элементов.

Известный социолог Т. Парсонс определил данное понятие, как - процесс становления и поддержания социальных взаимодействий и взаимоотношений между деятелями, являющийся одним из функциональных условий существования и равновесия социальной системы наряду с адаптацией, достижением цели и сохранением ценностных образцов [2].

Анализ различных подходов к понятию «интеграция» позволяет применять его определения и к процессам интеграции, происходящих в системе образования.

Образовательная система обладает всеми свойствами живого организма. Образование – сложная система. Сложность указанной системы определена в первую очередь разнородностью ее элементов. Поэтому конечным результатом интеграции элементов образовательной системы должны стать согласованность, скоординированность в действиях между элементами данной системы, обеспечивающая ее внутреннее единство, целостность, гармоничное функционирование, устойчивость и динамическую стабильность.

Интеграция – это не простое объединение частей в целое, а система, которая ведет к количественным и качественным изменениям

Процесс интеграции образовательных учреждений основан на Концепции развития сети образовательных учреждений, подведомственных Рособразованию. Данная Концепция разработана в соответствии и в развитие положений: Национальной доктрины образования в Российской Федерации, одобренной постановлением Правительства Российской Федерации от 04.10.2000 N 751 г ,Концепции модернизации российского образования на период до 2010 года, одобренной распоряжением Правительства Российской Федерации от 29.12.2001 N 1756-р; Приоритетных направлений развития образовательной системы Российской Федерации, одобренных Правительством Российской Федерации 4 декабря 2004 г. [3].

Оптимизация сети образовательных учреждений путем вертикальной и горизонтальной интеграции – это попытка решить проблему дисбаланса, который имеется на сегодняшний день между рынком образования и рынком труда. К числу таких проблем относится, прежде всего: не соответствие системы подготовки профессиональных кадров потребностям рынка труда, отсутствие эффективных механизмов участия работодателей в деятельности образовательных учреждений.

Одной из проблем, которая указывается в Концепции, и которую предполагается решить с помощью интеграции образовательных учреждений - устаревшая материально-техническая база образовательных учреждений и неэффективное использование имеющихся ресурсов. Однако решение этих проблем возможно лишь при образовании ресурсных центров, которое влечет за собой изменение статуса образовательного учреждения и получение гранта на конкурсной основе, который направляется на материально-техническое переоснащение в первую очередь. При таких формах как присоединение, слияние образовательных учреждений (в том случае если ни одно из данных учреждений не имеет технически оснащенной материальной базы) данные проблемы вряд ли разрешимы. Вертикальная интеграция образовательных учреждений, реализующих программы среднего профессионального уровня, с учреждениями начального профессионального образования скорее обусловлена необходимостью сохранения возможности подготовки образовательными учреждениями рабочих кадров в условиях введения обязательного среднего полного образования.

Мероприятия, направленные на оптимизацию структуры и управления образовательных учреждений проводятся «в постоянном контакте с органами исполнительной и законодательной власти субъектов РФ» [4]. Но, при этом не всегда учтены интересы отдельных образовательных учреждений, зачастую они остаются просто объектами государственной политики. Речь идет в первую очередь об интеграции образовательных учреждений по горизонтальному типу. Как правило, два образовательных учреждения, объединение которых происходит, уведомляются о данном решении региональных органов власти.

Процессы слияния образовательных учреждений начального и среднего профессионального уровня начались после массовой передачи в ведомство субъектов профессиональных училищ и лицеев, в 2010 году данный процесс активизировался и продолжается в настоящее время. Целью такой модернизации структуры профессионального образования является консолидация материальных, кадровых ресурсов, оправданная экономическим развитием региона [5]. При этом данная форма интеграции (присоединение, слияние) предполагает паритетные начала соединения образовательных учреждений. Однако, на практике образовательные учреждения в различной степени не равны. Это касается и материально-технической базы и библиотечного фонда и ряда других условий. К тому же в процессе слияния образовательных учреждений могут быть обнаружены и нарушения в оформлении аттестационных документов образовательных учреждений, ведения документов по оформлению имущественного комплекса образовательного учреждения. В свою очередь это порождает ряд проблем для образовательного учреждения, чья структура была «оптимизирована». Во избежание данных проблем, которые никак не могут оказать положительное воздействие на деятельность образовательного учреждения и качество предоставляемых образовательных услуг процесс оптимизации образовательных учреждений должен идти в тесном контакте со всеми участниками данного процесса на всех его этапах. Непосредственно перед принятием решения о слиянии, присоединении должен проводиться мониторинг образовательных учреждений, в том числе правовой основы их образовательной, экономический деятельности.

Таким образом, слияние двух образовательных учреждений может порождать ряд проблем: проблемы интеграции педагогического состава, прием и управление имущественным комплексом, вынужденное сокращение кадров, интеграция образовательных программ.

Однако, нельзя не признать и возможный положительный эффект от интеграции образовательной системы. Данный процесс приводит к созданию многоуровневого образовательного учреждения. Они способствуют развитию горизонтальной и вертикальной мобильности обучающихся, предоставляя им возможность перехода с одного образовательного уровня на другой, или изменять образовательную траекторию в пределах одного уровня образования [6].

В настоящее время требования к образовательным учреждениям возрастают, это касается, в первую очередь, повышения качества образовательных услуг. Необходимость формирования конкурентоспособности российских образовательных учреждений, результативности их деятельности, обеспечение устойчивого финансового положения обусловлены политической модернизацией социально-экономической системы России.

Все это вызывает необходимость в первоочередном порядке совершенствовать управление образовательными учреждениями, их организацию и финансовую структуру, четко определять права, обязанности и ответственность каждого структурного подразделения за выполнение своих функций и достижение общих целей и задач, определенных для образовательных учреждений в целом

В настоящее время все системы образования в мире находятся в процессе реформирования, направленном на адаптацию их деятельности к новым условиям экономической глобализации, интеграции мирового образовательного пространства и усилению конкуренции на рынке образовательных услуг. При этом, публичный характер систем по-прежнему стимулирует их исключению избыточной экономизации, коммерциализации системы, сохранению ее традиционной социальной направленности.

Библиографический список

  1. Философский словарь // )

  2. Большой словарь по социологии // .ua)

  3. Концепция развития сети образовательных учреждений, подведомственных Рособразованию / Приложение к приказу Рособразования от 25 мая 2007 г. N 921.// Российское образование. Федеральный образовательный портал: нормативные документы.

  4. Об итогах работы Федерального агентства по образованию в 2009 году (информационный доклад к расширенному заседанию коллегии россобразования 16 февраля 2010 года) // Российское образование. Федеральный образовательный портал: нормативные документы.

  5. Там же.

  6. Концепция развития сети образовательных учреждений, подведомственных Рособразованию / Приложение к приказу Рособразования от 25 мая 2007 г. N 921.// Российское образование. Федеральный образовательный портал: нормативные документы.

О.Н. Михайлова

Северо-Казахстанский университет имени М. Козыбаева

ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ФОРМИРОВАНИЯ СТРУКТУРЫ

ОПТИМАЛЬНОГО ИНВЕСТИЦИОНННОГО ПОРТФЕЛЯ

МАКСИМАЛЬНОЙ ЭФФЕКТИВНОСТИ

Формирование инвестиционного портфеля заключается в рас­пределении инвестиции конкретным человеком. Это процесс по­иска наилучшего соотношения между риском и ожидаемым уров­нем доходности инвестиций с цепью составления портфеля, в ко­тором активы и обязательства сочетались бы с этой точки зрения оптимальным образом. В более узком смысле формирование пор­тфеля трактуется только как принятие решений относительно сумм, которые следует инвестировать в акции, облигации и дру­гие ценные бумаги. Если рассматривать формирование портфеля шире, то в него можно включить вопросы о том, что предпочти­тельнее - покупка жилья или его аренда; какого типа страховку покупать и сколько для этого выделить средств, а также решение о том, каким образом следует управлять своими обязательства­ми. Еще более расширенное толкование формирования портфеля включает рассмотрение таких вопросов, как определение суммы, которую целесообразно инвестировать в накопление человечес­кого капитала (например, в продолжение профессионального обу­чения). Общим элементом всех этих решений является поиск наи­лучшего соотношения между риском и ожидаемым уровнем до­ходности [2].

Стратегия формирования портфеля зависит от конкретных обстоятельств каждого человека (возраста, семейного положения, рода занятий, дохода, общего благосостояния и т.д.). Поэтому одни человек, вкладывая деньги в некие ценные бумаги, увеличи­вает свой риск, а для другого покупка тех же ценных бумаг приводит к снижению риска. К тому же ценные бумаги, которые снижа­ют рискованность вложений на начальных стадиях жизненного цикла семьи, могут дать совершенно противоположный эффектна поздних.

Для молодой четы, начинающей семейную жизнь, оптималь­ным вложением является приобретение дома и получение ссуды под залог этого дома. Для супругов предпенсионного возраста оптимальным решением может стать продажа дома и вложение полученных средств в ценные бумаги, что обеспечит устойчивые и регулярные денежные поступления до конца их жизни.

Составление плана формирования наилучшего портфеля на­чинается с определения целей инвестора и горизонтов прогнози­рования. Период, или горизонт планирования - это весь проме­жуток времени, на который составляются планы инвестора.

Самый протяженный горизонт прогнозирования обычно ох­ватывает период до выхода на пенсию, и обычно сопоставим с индивидуальной продолжительностью жизни. Значит, у молодо­го человека 25 лет, рассчитывающего прожить до 65 лет, гори­зонт планирования равен 40 годам.

Период, или горизонт пересмотра решения - это промежу­ток времени между двумя решениями, касающимися формирова­ния инвестиционного портфеля. Продолжительность периода пе­ресмотра решений устанавливается каждым человеком индивиду­ально [9].

Некоторые инвесторы производят пересмотр своих портфелей через определенные интервалы, например раз в месяц (при оплате счетов) или раз в год (при заполнении налоговой декларации). Инвесторы со средним достатком, у которых основная часть сбе­режений находится на банковских счетах, пересматривают свои инвестиционные портфели довольно редко и нерегулярно, обыч­но в связи с такими не часто случающимися событиями, как же­нитьба или развод, появление ребенка или получение наследства. Причиной для пересмотра инвестиционного портфеля могут стать также резкие колебания цен на те или иные активы, которыми владеет данный индивидуум.

Сегодняшние решения о составе инвестиционного портфеля ос­новываются на предположениях о том, что может произойти завтра. План, при разработке которого сегодняшние решения принимаются с учетом ваших последующих действий, называется стратегией.

При формулировании стратегии инвестирования крайне важ­ным фактором является частота, с которой инвестор пересматри­вает свой портфель, покупая или продавая ценные бумаги. Напри­мер, инвестор выбирает стратегию инвестирования «избыточного» капитала в акции. «Избыточным» в данном случае является капи­тал, превышающий некий предел, необходимый ему для поддержания определенного уровня жизни. Если курс этих акций со време­нем пойдет вверх, то инвестор увеличит долю портфеля, отведен­ную на вложения в эти акции. Однако, если акции станут дешеветь, инвестор уменьшит долю вложенных в них капиталов. Если курс акций снизится до такого предела, но привычный стандарт жизни окажется под угрозой, инвестор вообще избавится от этих акций.

Целью исследования количественного соотношения между риском и ожидаемым уровнем доходности является формирова­ние портфеля, инвестиции в который обеспечивали бы инвестору максимальную ожидаемую ставку доходности при той степени риска, на которую он согласен. В процессе анализа мы будем го­ворить о рискованных активах, не подразделяя их на облигации, акции, опционы, страховые полисы и пр., потому что, как уже говорилось выше в этой главе, степень рискованности каждого отдельного актива зависит в первую очередь от конкретных об­стоятельств жизни данного инвестора [5].

Оптимизация портфеля обычно состоит из двух этапов:

1) выбора оптимальной комбинации рискованных активов;

2) объединения полученного оптимального набора рискованных активов с безрисковыми активами. В целях упрощения процесса мы начнем со второго этапа – объединения портфеля, содержа­щего рискованные активы, с безрисковыми активами. Этот един­ственный рискованный портфель составлен из множества риско­ванных активов, скомбинированных оптимальным образом.

С проблемой выбора портфеля, сталкивается каждый инвестор. Подход Гарри Марковица является решением данной проблемы. При таком подходе инвестор должен оценить альтернативные портфели с точки зрения их ожидаемых доходностей и стандартных отклонений, используя кривые безразличия. В случае избегания риска инвестором портфель, лежащий на кривой безразличия, проходящей выше и левее остальных кривых, будет выбран для инвестирования.

Из набора N ценных бумаг можно сформировать бесконечное число портфелей. Рассмотрим ситуацию с компаниями А, Б и С, когда N равно трем. Инвестор может купить или только акции компании А, или только акции компании Б, или некоторую комбинацию акций двух компаний. Например, он может вложить половину средств в одну, а половину в другую компанию, или 75 % в одну, а 25 % в другую, или же 33 % и 67 % соответственно. В конечном счете инвестор может вложить любой процент (от 0 % до 100 %) в первую компанию, а остаток во вторую. Даже без рассмотрения акций компании С, существует бесконечное число возможных портфелей для инвестирования. Необходимо ли инвестору проводить оценку всех этих портфелей? К счастью, ответом на этот вопрос является «нет». Объяснение того факта, что инвестор должен рассмотреть только подмножество возможных портфелей, содержится в следующей теореме об эффективном множестве [4].

Инвестор выберет свой оптимальный портфель из множества портфелей, каждый из которых:

1) обеспечивает максимальную ожидаемую доходность для некоторого уровня риска;

2) обеспечивает минимальный риск для некоторого значения ожидаемой доходности.

Набор портфелей, удовлетворяющих этим двум условиям, называется эффективным множеством или эффективной границей. Достижимое множество представляет собой все портфели, которые могут быть сформированы из группы в N ценных бумаг. Это означает, что все возможные портфели, которые могут быть сформированы из N ценных бумаг, лежат либо на границе, либо внутри достижимого множества. В общем случае, данное множество будет иметь форму типа зонта. В зависимости от используемых ценных бумаг, оно может быть больше смещено вправо или влево, вверх или вниз.

Большинство менеджеров по инвестициям хорошо осведомлены о концепциях Марковица по формированию портфеля и о доступных технологиях, так как являются выпускниками школ бизнеса, в которых данные концепции детально рассматриваются. Причиной сопротивления являются два момента: профессиональные интересы и несоответствия в практическом воплощении концепций [10].

С точки зрения профессиональных факторов большинство инвесторов просто не чувствуют себя комфортно при использовании качественных методов. В их методах принятия решений подчеркивается значение интуиции и субъективных решений. Использование оптимизационной техники в формировании портфеля требует наличия системной и формальной структуры принятия решений. Специалисты по анализу ценных бумаг должны принять на себя ответственность за формирование количественных прогнозов ожидаемой доходности и риска. Управляющие портфелями должны выполнять решения компьютера. В результате этого «оптимизаторы» уничтожают «артистизм и грацию» управления инвестициями. Кроме того, с их внедрением возрастает влияние новой породы профессионалов по инвестициям - числовых аналитиков, которые координируют получение и применение оценок риска и доходности. Авторитет, приобретаемый числовыми аналитиками, уменьшает влияние аналитиков и менеджеров портфелей, использующих традиционные методы. Что касается перспектив применения «оптимизаторов», то здесь существуют серьезные проблемы. В частности, они имеют тенденцию к созданию чисто интуитивных портфелей, не подходящих для реальных инвестиций. Данная ситуация объясняется не столько проблемами «оптимизаторов», сколько ошибками операторов, обеспечивающих ввод данных. Здесь работает парадигма GIGO («мусор на входе - мусор на выходе»). «Оптимизаторы» предпочитают ценные бумаги, обладающие высокими ожидаемыми доходностями, малыми стандартными отклонениями и малой величиной ковариации с другими ценными бумагами. Очень часто при оценке этих величин используется информация из старых баз данных, содержащих тысячи ценных бумаг. До тех пор пока информация о доходности и риске не будет тщательно проверена, ошибки (например, преуменьшение стандартного отклонения ценных бумаг) могут привести к тому, что «оптимизатор» будет рекомендовать произвести покупку некоторых ценных бумаг, исходя из неправильных предпосылок. Даже если информация является выверенной, экстремальные исторические события могут привести «оптимизатор» к практически неверным решениям [3].

До тех пор пока программа не будет принимать во внимание операционные издержки, «оптимизаторы» будут демонстрировать плохую привычку к операциям, приводящим к большому обороту, и рекомендациям о покупке ценных бумаг с низкой ликвидностью. Высокий оборот связан с существенными изменениями в портфеле от периода к периоду. Высокий оборот может являться причиной неприемлемо высоких операционных издержек, отрицательно сказывающихся на функционировании данного портфеля. Ликвидность означает возможность реального приобретения ценных бумаг, выбранных «оптимизатором». Выбранные бумаги могут обладать желательными характеристиками по доходности и риску, но продаваться в незначительных количествах, не позволяющих институциональным инвесторам приобрести их без ощутимых дополнительных расходов на покупку.

Существуют различные решения данных проблем, начиная с аккуратной проверки вводимой информации и кончая введением ограничений на максимальный оборот и минимальную ликвидность. Тем не менее, ничто не может заменить прогноз квалифицированного специалиста о доходности и риске ценных бумаг, основанный на правильном применении понятия рыночного равновесия. Профессиональные проблемы и проблемы практического воплощения дают менеджерам по инвестициям удобный повод избегать применения «оптимизаторов» и сконцентрироваться на использовании традиционных методов формирования портфелей. Однако рассмотрение количественных методов формирования портфелей очень важно. Повышающаяся эффективность финансовых рынков заставляет менеджеров институциональных инвесторов обрабатывать больше информации о большем количестве ценных бумаг и с большей скоростью, чем когда-либо раньше. Как следствие, они вынуждены в большей степени увеличить использование количественных инструментов анализа инвестиций. Фактически они стали более восприимчивы к необходимости создания диверсифицированных портфелей, имеющих наивысший уровень ожидаемой доходности при удовлетворительном уровне риска [2].

Предположим, что доходность обыкновенной акции за данный период времени (например, месяц) связана с доходностью за данный период акции на рыночный индекс. В этом случае с ростом рыночного индекса, вероятно, будет расти и цена акции, а с падением рыночного индекса, вероятно, будет падать и цена акции. Один из путей отражения данной взаимосвязи носит название рыночная модель:

(1),

где ri - доходность ценной бумаги i за данный период;

rI - доходность на рыночный индекс I за этот же период;

a, β - коэффициенты смещения и наклона соответственно;

ε - случайная погрешность.

Предположив, что коэффициент наклона положителен, из уравнения (1) можно заметить следующее: чем выше доходность на рыночный индекс, тем выше будет доходность ценной бумаги (заметим, что среднее значение случайной погрешности равняется нулю).

Случайная погрешность просто показывает, что рыночная модель не очень точно объясняет доходности ценных бумаг. Другими словами, когда рыночный индекс возрастает на 10 % или уменьшается на 5 %, то доходность ценной бумаги не обязательно равняется 14 % или – 4 % соответственно. Разность между действительным и ожидаемым значениями доходности при известной доходности рыночного индекса приписывается случайной погрешности. Таким образом, если доходность ценной бумаги составила 9 % вместо 14 %, то разность в 5 % является случайной погрешностью. Случайную погрешность можно рассматривать как случайную переменную, которая имеет распределение вероятностей с нулевым математическим ожиданием и стандартным отклонением.

Классическая формулировка проблемы выбора портфеля относится к инвестору, который должен выбрать из эффективного множества портфель, представляющий собой оптимальную комбинацию ожидаемой доходности и стандартного отклонения, исходя из предпочтений инвестора относительно риска и доходности. На практике, однако, это описание неадекватно характеризует ситуацию, с которой сталкивается большинство организаций, управляющих деньгами институциональных инвесторов [8].

Ожидаемая доходность портфеля - это взвешенное среднее ожидаемых доходностей всех активов, входящих в портфель. Вес каждого актива определяется как процентная доля рыночной сто­имости актива в общей рыночной стоимости всего портфеля. Риск актива измеряется при помощи вариации или стандартного от­клонения его доходности. В отличие от ожидаемой доходности портфеля его риск не равен взвешенному стандартному отклоне­нию рисков отдельных активов, входящих в портфель. Риск пор­тфеля зависит от ковариации и корреляции между активами. Чем ниже корреляция, тем меньше риск портфеля.

Эффективный портфель по Марковицу - это допустимый портфель с наибольшей ожидаемой доходностью для заданного уровня риска. Набор всех эффективных портфелей называется эффективным множеством портфелей, или эффективной границей.

Оптимальным портфелем называется такой портфель, кото­рый в наибольшей степени удовлетворяет предпочтениям инвес­тора по отношению к доходности и риску. Предпочтения инвес­тора описываются функцией полезности, которая графически представляется при помощи набора кривых безразличия. Опти­мальный портфель - это такой портфель, для которого кривая безразличия касается эффективной границы.

Таким образом:

1) эффективное множество содержит те портфели, которые одновременно обеспечивают и максимальную ожидаемую доходность при фиксированном уровне риска, и минимальный риск при заданном уровне ожидаемой доходности;

2) предполагается, что инвестор выбирает оптимальный портфель из портфелей, составляющих эффективное множество;

3) оптимальный портфель инвестора идентифицируется с точкой касания кривых безразличия инвестора с эффективным множеством;

4) предположение о вогнутости эффективного множества следует из определения стандартного отклонения портфеля и из существования финансовых активов, доходности которых не являются совершенно положительно или совершенно отрицательно коррелированными;

5) диверсификация обычно приводит к уменьшению риска, так как стандартное отклонение портфеля в общем случае будет меньше, чем средневзвешенные стандартные отклонения ценных бумаг, входящих в портфель;

6) соотношение доходности ценной бумаги и доходности на индекс рынка известно как рыночная модель;

7) доходность на индекс рынка не отражает доходности ценной бумаги полностью. Необъясненные элементы включаются в случайную погрешность рыночной модели;

8) уровень наклона в рыночной модели измеряет чувствительность доходности ценной бумаги к доходности на индекс рынка. Коэффициент наклона носит название «бета» - коэффициент ценной бумаги;

9) в соответствии с рыночной моделью общий риск ценной бумаги состоит из рыночного риска и собственного риска;

10) вертикальное смещение, «бета» - коэффициент и случайная погрешность портфеля являются средневзвешенными значениями смещений, «бета» - коэффициентов и случайных погрешностей ценных бумаг, входящих в портфель, причем вес каждой бумаги равен ее доле в общей стоимости портфеля;

11) диверсификация приводит к усреднению рыночного риска;

12) диверсификация может значительно снизить собственный риск.

Библиографический список

    1. Ковалев В. В. Методы оценки инвестиционных проектов. – М.: Финансы и статистика, 2005.

    2. Константинов А. Портфельное инвестирование на российском рынке акций. Финансист, 2006. №8. С. 28-31.

    3. Кох И.А. Аналитические модели рынка ценных бумаг. – Казань: КФЭИ, 2004. – С. 48-68.

    4. Кузнецов В.Е. Измерение финансовых рисков. Банковские технологии. – 2005. – №7. – С. 76-78.

    5. Лаврушина О.И., «Банковское дело» под ред. Финансы и Статистика, М, 2005.

    6. Липсиц И.В., Коссов В.В. Инвестиционный проект. – М., 2005.

    7. Ральф Винс. «Методы анализа рисков для трейдеров и портфельных менеджеров» Пер. с англ.: Издательский дом «АЛЬПИНА», 2005.

    8. Ральф Винс. Математика управления капиталом. Методы анализа рисков для трейдеров и портфельных менеджеров. Пер. с англ.: М.: Издательский дом «АЛЬПИНА», 2005. – 401 с.

    9. Рукин А. Портфельные инвестиции. Финансово - математические методы. Рынок ценных бумаг, 2005, № 18, с. 45-47.

    10. Рэдхед К., Хьюс С. Управление финансовыми рисками. – М. ИНФРА-М, 2005. – С. 162-169.

К.А. Бегишева

Омская гуманитарная академия,

УФСИН России по Омской области

МОДЕРНИЗАЦИЯ ТРУДОВЫХ ОТНОШЕНИЙ ОСУЖДЕННЫХ

В РЕФОРМЕ УГОЛОВНО-ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ СИСТЕМЫ РФ

В настоящее время уголовно-исполнительная система (УИС) переживает очередную реформу. Реформа УИС, как переход от одной модели исполнения наказаний к другой, важна не сама по себе, а должна быть направлена на достижение опре­деленных целей. Все реформы предполагают решение множества одинаковых задач, связанных с гуманизацией условий отбывания наказания, расширением правового статуса осужденных, широким привле­чением к реформированию УИС правозащитных организаций, средств массо­вой информации и общественности, а также подготовку персонала, способного проводить идеи реформирования УИС, внедрять международные стандарты обращения с осужденными.

«В конечном итоге реализация данных задач должна быть направлена на то, чтобы «в тюрьме было как можно меньше тюрьмы», чтобы «реабилитация осужденного начиналась с того самого момента, когда он оказался в местах лишения свободы». Поэтому пенитенциарные учреждения должны рассматри­ваться как центры социальной реабилитации осужденных, в которых в тесном сотрудничестве трудятся представители служб социальной защиты, здравоохранения, образования и других ведомств. Все это должно привести к форми­рованию новой пенитенциарной культуры в УИС» [1].

Необходимость комплексного подхода к реформе УИС не означает, что в ней должны быть предусмотрены все без исключения во­просы, связанные с исполнением наказания. В реформе важно опреде­лить главные, определяющие направления, которые позволяют улучшить функционирование системы.

«Исходными положениями реформирования системы учреждений, исполняющих наказание в виде лишения свободы, являются:

– максимальная дифференциация исполнения наказания в виде лишения свободы в зависимости от личности осужденного и степени общественной опасности совершенного преступления;

– переход к содержанию осужденных к лишению свободы в условиях тюрьмы, что предполагает:

а) покамерное размещение осужденных (до 4 человек в камере);

б) исключение общения между осужденными, содержащимися в разных камерах на протяжении всего срока отбывания наказания;

в) привлечение осужденных, отбывающих наказание в тюрьме, к труду, исключающее общение между осужденными, содержащимися в разных камерах;

г) дифференциация и индивидуализация применения мер поощрения и взыскания к осужденным с учетом вводимого принципа их покамерного размещения» [2].

Из перечисленных положений следует, что в реформе УИС труд является вспомогательным фактором для успешной реализации реформирования, о реабилитации и адаптации осужденных в обществе, по средством труда, речь не идет. Хотя в «Концепции развития УИС РФ до 2020 года» в одном из направлений развития УИС труд упоминается как один из основных способов ресоциализации осужденных, отбывающих наказание в колониях – поселениях. Проводя реформу в УИС мы стремимся к соблюдения международных стандартов обращения с осужденными, но в части организации труда существуют большие недоработки.

В международных стандартах обращения с осужденными важная роль уделяется выполнению группы стандартов по организации труда и профессиональной подготовки лиц, лишенных свободы. Их основное содержание заключается в следующем:

труд не должен приносить страданий,

труд обязателен,

работа должна давать квалификацию, позволяющую честно трудиться после освобождения;

осужденный имеет возможность выбора работы,

организация и методы работы должны быть максимально близки к условиям труда на свободе,

осужденные имеют право не менее чем на один день отдыха и время достаточное для учебы и других видов деятельности, необходимых для их исправления,

за труд должны получать справедливое вознаграждение,

интересы осужденных и их профессиональную подготовку не следует подчинять соображениям прибыли от производства.

В международных стандартах большое внимание уделяется труду как фактору, позволяющему быть не зависимым и адаптирующему к внешним условиям.

В УИС РФ одной из важнейших задач и доминант рассматривается вовлечение спецконтингента в трудовую деятельность. «В реформе это замена производственной базы в учреждениях системы ФСИН России. При правильном использовании уникальных условий, которые есть в системе ФСИН России для организации производства, можно получить хорошие результаты, хорошие доходы для самой системы, хорошие результаты в аспекте исправления спецконтингента и в аспекте возмещения вреда потерпевшим» [2].

Труд рассматривается, в первую очередь, как возможность получить прибыль от производимой продукции, для покрытия всех расходов на содержание осужденных. Во многих странах УИС только на 10%-15% покрывает расходы на содержание осужденных за счет реализации произведенной продукции, все остальное оплачивается государством. Для администраций тюрем важнейшей задачей является занятость контингента разумной и полезной деятельностью. Труд осужденных в этих странах рассматривается как формирование привычки «трудиться», поиск той специальности (трудовой деятельности), которая доставляет удовольствие и даст возможность успешно трудоустроиться после освобождения.

Результаты проведенного социологического опроса в нескольких учреждениях, исполняющих наказания, УФСИН России по Омской области, показывают, что при ответе на вопрос: «Почему Вы работаете?», значительная часть осужденных (40%), как причину выделяют эмоциональную необходимость работать, овладение новой специальностью, отвлечение от условий содержания, рутины отбывания наказания. Другие – 35% ответили, что они «просто осужденные», которые обязаны работать. У 10% причиной работы является приближение УДО или возможность оформления альтернативного вида исполнения наказания (домашнего содержания); остальные 15% работают ради денежного вознаграждения.

При ответе на вопрос: «Нравится ли Вам выполняемая работа?» результаты оказались дискуссионными. Так, «львиной» доле (87,1%) осужденных впервые нравится выполняемая ими работа, они указали следующие причины положительного отношения к ней: «любая работа хороша, когда за нее платят»; «нравится работа»; «дан шанс быстрее вернуться домой»; «возможность получить дополнительные знания, навыки»; «виден результат работы». Остальные 22,9% ответили отрицательно. Почти все респонденты, осужденные не однократно, ответили на поставленный вопрос положительно, указав следующие причины: «хороший коллектив»; «работа по специальности»; «источник самосовершенствования и познания»; «доставляет удовольствие конечный результат»; «просто нравится»; «всегда хочется сделать лучше». Отрицательный ответ дали 3,2% респондентов.

Во многих странах для УИС является нормальным и даже обязательным определение личностных склонностей и их практическое соотнесение с жизненными перспективами каждого осужденного, для того чтобы на этой основе готовить их к жизни вне учреждений.

Трудовая деятельность заключенных в тюрьмах рассматривается как мощное средство их реабилитации, обеспечивающее поддержание трудовых навыков во время отбывания наказания, дающее возможность освоения потребных при освобождении профессий и открывающее возможности получения заработка в расчете на частичное самообеспечение в тюрьме и по выходе на свободу. Получение прибыли от труда заключенных не является приоритетной задачей для тюрем.

Так пенитенциарная система США определенно нацелена на максимальную трудовую занятость заключенных. Сформировалось устойчиво мнение о том, что «безделье заключенных не только вредно с точки зрения благополучия их пребывания в тюрьме и перспектив будущей жизни при освобождении, но также существенно осложняет функционирование тюрем». Занятия работой преследуют цели приобщения заключенных к труду, формирования привычки трудиться, овладения профессией, полезной после освобождения. Существенно и то, что трудовая деятельность облегчает перенесение заключенными стрессовых нагрузок.

Работа для заключенных в тюрьмах Германии не является обязательной. Однако в систему исполнения лишения свободы встроен действенный трудовой стимул. Приобретать вещи в магазинах учреждений заключенным разрешается только на деньги, заработанные при отбывании наказаний. В тюремной системе Германии уделяется исключительно серьезное внимание профессиональной подготовке заключенных, которых стараются максимально нацелить на будущую трудовую деятельность на свободе. Программы профессиональной подготовки заключенных в тюрьмах координируются местными биржами труда и реализуются с их непосредственным участием.

В тюрьмах Великобритании считается отклонением от норм нравственности предназначать промышленность тюрем для выполнения заключенными низкооплачиваемых непрестижных работ и рассчитывать на доходы в казну от труда этих работников. Основной целью деятельности тюрем определено возвращение обществу законопослушных членов, в связи с этим назначением труда является освоение заключенными тех профессий, которые при относительно высокой безработице позволят им по выходе на свободу быть конкурентоспособными на рынке труда. Вид трудовой занятости заключенного, а также осваиваемая им профессия определяются индивидуальными программами реабилитации, которые разрабатываются совместно специалистами от администрации тюрьмы и заключенными.

Осужденным в Финляндии законодательно предоставлен выбор: труд или учеба в рабочее время. Если заключенный имеет профессиональную подготовку или квалификацию в том виде работы, которая выполняется в тюремном учреждении, ему следует, по возможности, предоставить именно эту работу. При предоставлении работы следует учитывать собственные склонности заключенного. С целью обеспечения трудоустройства заключенных в тюрьмах там, где это возможно, организуются собственные производства. При определении места работы заключенного обязательно учитываются его собственные желания. Условия труда заключенного должны быть такими же, как и во внешнем мире.

В некоторых исправительных учреждениях Швеции заключенные привлекаются к общественно-полезному труду, однако их работа не всегда представляет интерес в чисто экономическом плане, а носит скорее «терапевтический» характер. В учреждениях, где срок пребывания заключенных небольшой, организованы простые, но эффективные работы (изготовление лопат, участие в лесозаготовках). Трудовая занятость организуется только в тюрьмах. Трудовая деятельность заключенных в Швеции организуется по инициативе, под контролем и в пользу администрации исправительных учреждений. Цель использования рабочей силы в пенитенциарных заведениях это, в первую очередь, приобщить заключенных к современному производству, чтобы они не «отстали от общественного темпа». Кроме того, по мере возможности, если срок пребывания заключенного достаточно долог, стремятся дать специальное образование по подходящей профессии прежде всего молодым правонарушителям.

В соответствии с Правилами содержания заключенных в норвежских тюрьмах заключенные имеют право на труд и обязаны работать. В той мере, в какой позволяют обстоятельства, подбор работы для заключенного должен учитывать возможность его подготовки к труду после освобождения. Заключенный обязан удовлетворительно выполнять поручаемую ему работу.

В Японии заключенные в тюрьмах привлекаются к труду. При его организации соблюдаются санитарные условия и принимаются во внимание общая экономика тюрьмы, а также срок наказания, здоровье, способности, профессия, будущая жизнь заключенных и т. д. При привлечении к труду заключенных, не достигших 18-летнего возраста, принимается во внимание их общекультурный уровень.

Анализируя опыт рассмотренных выше стран нам следует перенять широкое использование привлечение их к трудовой деятельности в качестве одного из основных способов ресоциализации осужденных. Разрабатывать индивидуальные программы реабилитации осужденных, а также принимать во внимание их желания, способности, специальное образование, общекультурный уровень, для получения конкурентоспособной профессий, овладения современными производствами.

В реформе трудовая деятельность не должна рассматриваться как вспомогательный фактор для успешной реализации реформирования, поэтому при решении вопросов, связанных с созданием рабочих мест, социальной реабилитацией осужденных, необходимо обеспечить тесное взаимодействие с органами исполнительной и законодательной власти как на федеральном уровне, так и на уровне субъектов Российской Федерации. Большую помощь в этой работе могут оказать общественные объединения, Общественная палата Российской Федерации, Общественный совет при Федеральной службе исполнения наказаний, общественные советы при территориальных органах УИС, религиозные организации.

Библиографический список

    1. Калинин Ю.И. Уголовно-исполнительная система России: стратегия реформы // Ведомости уголовно-исполнительной' системы. – 2003. – № 1.

    2. Реформирование уголовно-исполнительной системы: теоретическая модель (авторский вариант) / под общ. ред. А.А. Реймера. – М.; Рязань: Академия ФСИН России, 2009.

    3. Концепция развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации до 2020 года. Утверждена распоряжением Правительства Российской Федерации от 14 октября 2010 г. № 1772-р

    4. /courses/social_pedagogics/tema10.htm

Д.А. Артимович

Омский государственный педагогический университет

НАПРАВЛЕНИЯ РАЗВИТИЯ СЕТЕВОЙ ТЕОРИИ

В ОТЕЧЕСТВЕННОЙ СОЦИОЛОГИИ

Сетевая теория, безусловно, большее распространение получила в зарубежной общественной науке. Родоначальником сетевой теории, в её современном варианте считается американский политолог М. Кастельс [1]. Он вывел понятие социальная сеть из экономики, где они получили более раннее распространение. Но сетевая теория возникла не на ровном месте. Ей предшествовал долгий путь становления.

Первым шагом к сетевому обществу считается создание теории открытых систем Л. Берталанфи [2]. Он предложил универсальную структуру, систему, которая существует во всех сферах, от неживой природы до общества. Всё подчиняется структуре, которая существует по универсальным законам. Л. фон Берталанфи вывел концепцию теории систем к философии Г.В.Лейбница [3] и Н. Кузанского [4]. Но одним из главных предшественников Берталанфи был, в частности, А. А. Богданов [5] и его научное направление «тектология». Богданов сделал попытку найти и обобщить организационные законы, проявления которых прослеживаются на неорганическом, органическом, психическом, социальном, культурном и прочих уровнях. Основная идея «тектологии» заключается в единстве строения и развития самых различных систем («комплексов») независимо от того материала, из которого они состоят. Это системы любых уровней организации – от атомных и молекулярных до биологических и социальных.

Вторым и самым главным шагом к сетевой теории является создание Н. Винером [6] науки кибернетики. Винер переносит законы, по которым функционирует машина (ЭВМ), на общество. По его мнению, общество должно перенять законы функционирования от сложных механизмов. Суть функционирования всех сложных систем одинакова.

Также на сетевую теорию повлияли работы американского социолога Т. Парсонса [7]. Он разделил общество на системы, что впоследствии упростило внедрение сетевой теории.

Так же следует отметить ученика Т. Парсонса, Н. Лумана [8], который уделил большое значение коммуникации, как главному критерию современного общества, что легло в основу сетевой теории.

В отечественной науке сетевая теория получила довольно широкое распространение. В формирование теоретической базы исследования сетевых связей, немалый вклад внесли представители социологии, среди которых можно выделить: В.В. Радаева, Г.В. Градосельскую, А.Дугина, А. Н. Чуракова, Н.Л. Моисеенко.

В.В. Радаев [9] понятие «сетевые связи» развивает в терминах «хозяйственное поведение», что согласуется с концепцией домохозяйства и ориентирует развитие посредством уточнения понятия «деловые сети», которые выполняют несколько взаимосвязанных функций, а именно: распространение общедоступной и конфиденциальной информации; рейтингование (ранжирование) предприятий и формирование репутаций; установление доверительных отношений и уменьшение степени неопределенности; оказание взаимопомощи на формальных и неформальных основаниях; снижение трансакционных издержек. Все характеристики, которые перечисляют при анализе сетей, описывают сеть как определенную форму связи, эта форма определяет конфигурацию сети в целом, структурирует позиции экономических агентов, и направляет определенным образом их действия.

Г. Градосельская [10], занимаясь проблемой сетевых структур и сетевого моделирования, определила предпосылки возникновения и место сетевых связей в общей системе социологической методологии, установив возникновение основных положений сетевой теории с быстро изменяющейся социальной ситуацией, текучестью, неустойчивостью социальных институтов, размыванием их границ. Увязывая исследование сетей с современными концепциями социального капитала, Градосельская предлагается новый метод исследования процесса обмена частными трансфертами между домохозяйствами. Применение понятия «сетевые связи» в исследовании российских бизнес-сетей, домохозяйств, путем их включения в страты разного типа, что дает возможность изучения таких общественных явлений, природа которых не выводима из логики других методов познания.

Целое направление для развития сетевой теории развивает, в частности Н.Л. Моисеенко [11]. Социолог применяет сетевой метод к изучению локально-территориальных общностей. Интерес вызван сложным административно-территориальным делением России. Под территориальной общностью, понимается самостоятельная структурная единица. На основании данной структурной единице строится вся структура территориального деления государства. Это фундамент, который в свою очередь имеет сетевую структуру. Данный подход помогает нам выделить большое количество латентных территориальных групп, которые совершенно выпадают из традиционной иерархичной структуры. Сюда можно отнести всевозможные религиозные объединения, неформальные политические объединения, криминальные структуры. Но самым главным критерием выделения, у Моисеенко, является территориальное закрепление данных структур. Данная концепция показывает прикладной характер сетевого подхода. Это, безусловно, может повлиять на характер социологических исследований в ближайшем будущем.

Совершенно другой путь развития сетевой теории выбрал А. Дугин [12]. Он применил понятие «сеть» в рассмотрении современной геополитической ситуации. В частности сетевая теория, по его мнению, полностью описывает новый уровень ведения военных действий. Современные войны получили названия «сетецентричных». «Сетецентричная» теория войны основана на фундаментальном делении циклов человеческой истории на три фазы – Аграрная, Промышленная и Информационная эпохи, каждой из которых соответствуют особые модели стратегии. Этим эпохам строго соответствуют социологические понятия – предмодерн, модерн и постмодерн. Информационная эпоха – это период постмодерна, который проходит сегодня, когда развитые общества Запада (в первую очередь, США) переходят к качественно новой фазе. Теория «сетецентричных» войн представляет собой модель военной стратегии в условиях постмодерна. Как модели новой экономики, основанные на информации и высоких технологиях, сегодня доказывают свое превосходство над традиционными капиталистическими и социалистическими моделями промышленной эпохи, так и «сетецентричные» войны претендуют на качественное превосходство над прежними стратегическими концепциями индустриальной эпохи (модерна). Теория сетецентричных войн представляет собой перенос основных моментов постмодернистского подхода на сферу военной науки. Основная задача данного подхода, показать необходимость быстрого перехода к сетевой организации общества. Это сразу же повысит обороноспособность государства. Вся суть «сетевой войны» – она не имеет начала и конца, она ведется постоянно, и ее цель обеспечить тем, кто ее ведет, способность всестороннего управления всеми действующими силами человечества. Это означает, что внедрение «сети» представляет собой лишение стран, народов, армий и правительств мира какой бы то ни было самостоятельности, суверенности и субъектности, превращение их в жестко управляемые, запрограммированные механизмы. Это вывод, который Дугин выводит из своей концепции, которая показывает нам возможности широкого применения сетевой теории.

Существуют в отечественной науке подходы, которые пытаются раскрыть сущность социальной сети через математическую модель. В русле такого подхода работает российский социолог А.Н. Чураков [13]. Главная цель «математического» подхода, назовём его так, показать вероятность контакта между акторами одной сети. Определив вероятность, мы сможем говорить о характере сети. Вообще сама социальная сеть предстают перед нами как математическая модель, набор формул, описывающих вероятность взаимодействия акторов. Такие «вероятностные» модели помогают нам выделять сети из всего массива социальных связей. Отметим, что, несмотря на активное развитие вероятностных подходов для анализа и моделирования социальных сетей, до сих пор недостаточно разработанной остается проблематика вероятностных моделей разнотипных взаимодействий и анализ индивидуальных и групповых свойств акторов и их влияния на структуру социальной сети, анализа влияния системы принятых норм на структуру взаимодействий. Особо важными представляются задачи построения вероятностных моделей для социальной сети с пропусками в данных и определения наилучших методов заполнения пропущенных значений, поскольку вышеуказанные задачи типичны для анализа социальных сетей, построенных по результатам, например, опроса респондентов.

Резюмируя выше предложенные подходы к применению сетевой теории, следует сказать следующее. Первое, на сегодняшний день можно с уверенностью сказать, что в России сложилась своя школа по изучению сетевой теории и сетевого подхода. Во-вторых, следует отметить, что отечественные специалисты почти сразу отошли от простого перевода работ западных «сетевиков» и перешли к интерпретации и быстрому пересмотру сетевой теории. Отличительной чертой российской школы является направленность на практическое применение сетевого подхода на практике. Кроме того, сетевая теория используется в изучении деловых связей, локально-территориальных групп, а также при рассмотрении современной геополитической ситуации. Это показывает, что сетевая теория не только органически вписалась в отечественную науку, но и заняла в ней достойное место.

Развитие изучения сетей является неотъемлемой частью надвигающейся информационной эпохи, основанной на знаниях. Сетевой подход является перспективным направлением развития для российской социологии. Уже большинство наших крупных корпораций, финансово-промышленных групп, строят и реализуют организационные структуры сетевому типу, которые более приспособлены для работы в условиях постиндустриальной экономики и помогают развитию конкурентоспособности, как отдельных элементов корпораций, так и корпорации в целом. Глобальная экономика диктует свои правила игры и требует большей гибкости от крупных промышленных предприятий и государственных учреждений. Это всё, безусловно, требует создания и развития новых научных теорий, а также поиска направлений их практического внедрения. Следовательно, переход на новые сетевые формы организации является важным и перспективным направлением развития современной России.

Библиографический список

    1. Кастельс, М. Информационная эпоха: экономика, общество и культура [Электронный ресурс] : в кн.: Информационная эпоха: экономика, общество и культура / М. Кастельс. – Электрон. дан. – Режим доступа : /kastels_informepoch

    2. Берталанфи, Л. Общая теория систем – критический обзор [Электронный ресурс] : в кн.: Исследования по общей теории систем / Людвиг фон Берталанфи. – Электрон. дан. – М. : Прогресс, 1969. – С. 23-82. – Режим доступа : http://macroevolution.narod.ru /bertalanfi.htm

    3. Лейбниц, Г.В. Монадология [Электронный ресурс] : соч. в 4 т. / Г. В. Лейбниц. – Электрон. дан. - М. : Мысль, 1982.— 636 с. – Режим доступа : /books

    4. Кузанский, Н. Об учёном незнании [Электронный ресурс] : соч. в 2 т. / Н. Кузанский. – Электрон. дан. – Режим доступа : /kuzanskiy

    5. Богданов, А. А. Тектология. Всеобщая организационная наука [Текст] : в 2 кн. / А. А. Богданов. - М. : Издательство «Экономика», 1989. – 304 с.

    6. Винер, Н. Кибернетика [Текст] / Н. Винер. – 2-е изд. – М. : «Наука», 1983. – 344 с.

    7. Парсонс, Т. Система современных обществ [Текст] : сборник / Т. Парсонс; [пер. с англ. Л.А. Седова, А.Д. Ковалева, под ред. М.С. Ковалевой]. – М. : Аспект Пресс, 1998. – 270 с.

    8. Луман, Н. Теория общества (вариант San Foca '89) [Текст] : сборник / Н. Луман; [пер. с нем., англ.; вступ. статья, сост. и общая ред. А. Ф. Филиппова]. – М.: КАНОН-пресс-Ц, Кучково поле, 1999. – С. 196-235.

    9. Радаев, В. В. Экономическая социология [Текст] : учеб. пособие для вузов. / В. В. Радаев. – М. : Изд. дом ГУ ВШЭ, 2005. – 603 с.

    10. Градосельская, Г. В. Сетевые измерения в социологии [Текст] : учебное пособие / под ред. Г. С. Батыгина. – М. : Издательский дом «Новый учебник», 2004. – 248 с.

    11. Моисеенко, Н. Л. Локальные территориальные общности: социально территориальная структура и реальные границы [Текст] / Н.Л. Моисеенко // Социс. – 2007. – № 5. – С. 25-30.

    12. Дугин, А. Сетецентричные войны [Электронный ресурс] : Евразия информационно-аналитический портал / А. Дугин. – Электрон. дан. – Режим доступа : http://evrazia.org/ modules.php?name

    13. Чураков, А. Н. Вероятностные модели социальных сетей [Текст] / А.Н. Чураков // Социс. – 2001. – № 9. – С. 28-34.

И.А. Журавлева, А.И. Черных

Омская гуманитарная академия

АНАЛИЗ ОСНОВНЫХ ФУНКЦИЙ ПУБЛИЧНОЙ ВЛАСТИ

В СОВРЕМЕННОЙ ФЕДЕРАТИВНОЙ РОССИИ С ПОЗИЦИИ

ПОСТРОЕНИЯ ЭФФЕКТИВНОЙ СИСТЕМЫ УПРАВЛЕНИЯ

ГОСУДАРСТВОМ

С древнейших времен и до наших дней проблема власти привлекает пристальное внимание мыслителей, ученых и политических деятелей. Проблемам власти посвящено огромное количество исследований. Вместе с тем, некоторые авторы порой придерживаются не только разных, но взаимоисключающих позиций. «Путаница вокруг понятия власти достигла такой степени, что некоторые ученые предложили изгнать его из научного дискурса. В какой-то степени сказанное относится и к понятию публичной власти. Это понятие, пришедшее к нам в переводе с немецкого языка (а перевод допускает различные толкования) остается достаточно неопределенным, что отражается не только на теоретических разработках и взглядах ученых, но и на практическом решении некоторых принципиальных вопросов российского конституционного права [2, с. 8].

Так, провозгласив федеративное устройство и местное самоуправление в качестве основ конституционного строя, Конституция Российской Федерации задала ключевые параметры организации публичной власти на всех ее уровнях [1, с. 28]. В связи, с чем возникла необходимость определения основных функций публичной власти и их содержания с позиции построения эффективной системы управления государством.

Итак, проанализируем основные, на наш взгляд, функции. Организационно-управленческая функция публичной власти предполагает права и обязанности публично-властных структур по организации общественных отношений и управлению подчиненными объектами. В системе организационно-управленческих отношений, составляющих содержание этой функции, независимо от различий деятельности различных форм публичной власти необходимо выделить основные звенья, образующие механизм реализации рассматриваемой функции. Ими являются: статус публично-властных структур, то есть статус институтов и органов известных форм публичной власти; организационно-правовые формы реализации соответствующими институтами и органами власти своего статусного положения; способы осуществления публичной власти; принципы функционирования публично-властных структур [3].

Статус публично-властной структуры представляет собой сложную общетеоретическую и общеправовую категорию, содержащую две доминанты: социальную и правовую. Социальное содержание феномена «статус» включает в себя несколько элементов. Во-первых, это цель создания или образования соответствующей публично-властной структуры. Во-вторых, это задачи, для решения которых создаются соответствующие властные подразделения. Например, Конституционный Суд РФ создан для гарантированного обеспечения соблюдения норм Основного закона всеми участниками общественно-правовой жизни. В-третьих, это социальная роль и ценность публично-властной единицы как участника общественной жизни. В-четвертых, это место данного субъекта публично-властных отношений среди других участников публичной власти и в общей системе демократии в стране. Скажем, место органов местного самоуправления в иерархии органов публичной власти обусловлено подзаконным характером их деятельности, они обязаны действовать, не нарушая федерального законодательства, но вместе с тем составляют одну из конституционных основ российского общества.

Отметим, что правовое содержание статуса имеет свою структуру. Во-первых, это система свойств или признаков публично-правового состояния и публично-правовая деятельность данного субъекта как участника публично-властного отношения. Во-вторых, это компетенция конкретного субъекта публичных властеотношений. Компетенция как исторически сформировавшееся универсальное социальное и правовое явление существует в виде системы функциональных характеристик субъекта публично-властной деятельности. В числе таких признаков необходимо назвать права и обязанности субъекта публичной власти, предметы ведения (сферы деятельности) субъекта, гарантии его прав и обязанностей, юридическую ответственность, территориальный и временной масштаб действия.

Предложенная интерпретация понятия «компетенция» субъекта публичной власти значительно шире существующих традиционных представлений о компетенции органа государственной власти. Так, практика показывает, что наиболее высокий результат функционирования публичной власти обеспечивает использование таких организационно-управленческих методов, как выработка и принятие рациональных решений, прогнозирование, планирование работы публично-властных учреждений, создание формальных и неформальных управленческих структур, оценка результатов деятельности субъектов власти, поощрение, стимулирование инициативы, воспитание дисциплины и ответственность участников публичных властеотношений.

Следующей функцией публичной власти выступает социальная. Это особая функция, конкретизирующая результаты деятельности всех публично-властных институтов, органов и учреждений. В известном смысле это защитная функция, которая указывает на обязанность власти защищать права, свободы и законные интересы человека и гражданина, а также запросы и потребности политических, экономических и духовно-культурных ассоциаций и союзов людей. Содержание социальной функции дает ответ на вопрос о том, на достижение каких целей направлена вся деятельность институтов и органов публичной власти. Осуществлять публичную власть – значит, прежде всего, разумно учитывать и адекватно воспринимать разнообразные запросы, знать и понимать естественные потребности человека и удовлетворять духовные и экономические интересы людей.

Выделяя контрольную функцию публичной власти, мы делаем акцент на ее общеобязательность, так как эффективное выполнение управленческих решений, исходящих от институтов и органов публичной власти, немыслимо без системной работы по контролю, учету и подведению итогов уже осуществленных мероприятий. Поэтому контрольная функция наиболее продолжительна во всем процессе реализации управленческого решения, в том или ином виде присутствует в каждой форме публичной власти. Соответствующие публично-властные структуры выполняют полномочия контрольной функции непосредственно. Для осуществления контрольной функции органы публичной власти используют такие методы, как контроль, надзор, наблюдение и учет. Контроль в сфере публичной власти – это активная проверка выполнения решений (в том числе в форме законов, постановлений, заданий, планов, стандартов, программ) непосредственно в процессе их реализации, предполагающая право требовать и добиваться устранения выявленных нарушений. Надзор как одна из наиболее эффективных форм осуществления контрольной функции представляет собой наблюдение за выполнением обязательных управленческих решений и предполагает обязанность надзирающего органа своевременно принимать меры по устранению недостатков в специфической форме.

Функция принуждения как существенное свойство публичной власти была присуща всегда и сохраняется в настоящее время, поскольку невозможно решить все задачи публично-властных структур только методами организации, обучения и воспитания; в необходимых случаях институты и органы власти вынуждены применять насильственные меры. Это исходит из функций самого государства, как особого вида организации общества. По своему содержанию публично-властное принуждение означает как установление, так и применение к соответствующим участникам общественной жизни, нарушающим правила нормативно определенного поведения, мер, предусматривающих негативные последствия либо предполагающих создание условий, ограничивающих естественное и свободное поведение индивида.

Современное состояние функции принудительной функции публичной власти характеризуется использованием в нормотворческой и организационно-управленческой практике различных методов публично-властного принуждения, таких как запрещение, охрана, требование, установление и применение санкций. Ответственность в сфере осуществления публичной власти в самом широком смысле и есть принуждение аппаратом публичной власти к исполнению требований, исходящих от власти. Но ответственным должно быть и поведение и действия самих властных структур, что отражено в нормативных актах (отчетность должностных лиц, приостановление или запрет деятельности общественных объединений, досрочный отзыв депутатов и т.д.). Важно подчеркнуть, что в системе публичной власти используются все меры ответственности: моральные, политические и юридические. Их применение исходит из целевого назначения. Следовательно, разные формы публичной власти опираются в своей деятельности на разные меры ответственности.

Особенность принуждения в сфере публичной власти состоит в использовании насилия в наиболее резко выраженном виде, что проявляется в широте масштабов применения насилия и особо жестких формах его реализации, которые могут носить массовый вооруженный характер. Нередко именно насилие становится главным средством завоевания, сохранения и укрепления власти. Это ярко проявляется в процессе осуществления государственной власти, так как способы применения принуждения непосредственно влияют на политический режим и форму правления государства. Насильственные методы установления политического и экономического властвования нередко выливаются в войны, революции, мятежи и другие массовые движения населения, имеющие целью ликвидацию существующих институтов власти и замену их новыми. [3]

Таким образом, очевидно, что учет и анализ представленных функций публичной власти в условиях такого сложного, прежде всего, с точки зрения административно-территориального устройства, государства как федерация будет способствовать установлению эффективной системы менеджмента, как на федеральном, так и региональном уровнях власти, тем более, что в современной России давно назрела необходимость переосмысления сложившегося в теории и практике понимания соотношения государственной власти и местного самоуправления.

Библиографический список

      1. Гриценко Е.В. Организация публичной власти в городах федерального значения: в поиске оптимальной модели.// Конституционное и муниципальное право. 2007. №15.

      2. Чиркин В.Е. О публичной власти (Постановка проблемы).// Государство и право. 2003. № 10.

      3. Югов А.А. Понятие и система основных функций публичной власти.// Российский юридический журнал. 2008. № 1.

В.С. Шмаков

Институт философии и права Сибирского отделении РАН

НЕФОРМАЛЬНАЯ ЭКОНОМИКА КАК АКТОР РАЗВИТИЯ СЕЛА

Тенденции социально-экономической модернизации сибирского села определяются двумя основными факторами: во-первых, общими закономерностями трансформации традиционных национальных обществ под влиянием глобализационных процессов в условиях возрастающего воздействия информационной культуры. Во-вторых, вхождением России в мировую экономическую систему, в условиях возрастающего воздействия современной индустриальной культуры, обуславливающих радикальное преобразование сложившегося образа жизни населения. В результате эти модернизационные изменения являются крайне противоречивыми и имеют нелинейный характер. В то же время модернизационные процессы инерционны и, следовательно, модернизация сама по себе не гарантирует движения общества к сплочению и интеграции.

Помимо интегрирующего воздействия в экономической сфере, результатом глобализации становится все более усиливающаяся дифференциация социального пространства. Под влиянием современной теории глобалистики сами понятия «цивилизация» и «модернизация» претерпевают изменения, и интерпретируется по-новому. В результате постепенного сближения этих подходов развитие современного мира все чаще понимается как движение в направлении единства мировой цивилизации, как «встреча цивилизаций» и их диалог.

В России поэтапное эволюционное развитие оказалось блокированным, а попытки продвинуться по пути модернизации циклически приводили к тому, что в современной литературе называют "инверсией", то есть резкой сменой социально-культурных ориентиров. Инверсия. как полагает ряд авторов - это моментальное "переосмысление того или иного явления как зла, что является одновременным отходом от осмысления его как добра, и наоборот". В отличие от этого, европейский тип ассоциируют с "медиацией", то есть с тенденцией к социальным и культурным компромиссам.

Очень часто в российской литературе модернизация рассматривается если не как сугубо российский опыт, то, во всяком случае, как процесс, причины, внутренняя логика развития и конечная цель которого имеют автохтонную природу. При этом, даже в тех случаях, когда провозглашается принципиальное единство оснований модернизации, неявно предполагается, что весь остальной мир мало чему может "научить" россиян, так как Россия с ее богатой историей предстает неповторимым и уникальным явлением, имеющим собственные законы развития. И такой "почвеннический" подход опять-таки неявно предполагает наличие возможностей для сознательного выбора "российского пути".

Наши исследования показали, что традиционное общество под влиянием модернизации может эволюционировать в некие промежуточные формы, которые обладают способностью к относительно устойчивому воспроизводству. Действительно, как показывает анализ результатов полевых исследований проводимых Институтом философии и права Сибирского отделения РАН в сельских регионах Западной Сибири и в Республике Казахстан, следствием модернизации часто является не слом, а трансформация социальной системы общества. Развитие стран по модели «догоняющей» модернизации изменяет цели, средства и способы функционирования социальной системы, приводя, таким образом, социальную систему страны в особое состояние, формируя специфическое сознание и поведение людей, специфические социальные адаптационные реакции и сопровождается как появлением новых социальных феноменов, так и возрождением традиционных социальных отношений (феномен вторичной архаизации социальных отношений) [1].

В настоящее время в российском селе происходят важнейшие социальные изменения, характер и направление которых позволяют утверждать, что в подавляющем большинстве сельских ареалов складывается новый уникальный тип социально-экономических отношений. Он сочетает в себе черты натурального хозяйства и черно-рыночной экономики, и существенным образом зависит от редистрибутивной политики государства и характеризуется архаизацией социальных отношений. В то же время нынешняя государственная социально-экономическая политика практически не учитывает не только наблюдаемые инновации в структуре сельских сообществ, но и специфику сельского образа жизни как такового. Особое внимание было уделено рассмотрению обнаруженных в ходе исследований асимметрий в социальной, бюджетной и экономической сферах. Нами отмечено, что неравномерное распределение среди регионов таких факторов производства, как труд, капитал, земля и технологии в конечном итоге, определяют механизмы адаптации (являются адаптационными ресурсами). Показатели социально-экономического развития определяют тип регионального развития и основные механизмы, формы и стратегии адаптации населения.

В ходе исследования были выявлены стратегии и формы социальной адаптации населения в переходный период и проведен анализ зависимости этих форм адаптации от социально-экономических и природно-географических особенностей существования. Выделенные нами адаптационные стратегии связаны, прежде всего, с условиями занятости, основными из которых, являются:

а) единичная занятость, при которой основным источником средств к существованию оказывается заработная плата, обеспечивающая достаточно высокий и стабильный доход на единственном рабочем месте;

б) самозанятость, предполагающая, что, используя собственные ресурсы и возможности, индивид сам организовывает для себя рабочее место и источник получения дохода (фермерство, предпринимательство);

в) множественная занятость, основанная на совмещении нескольких работ, имеющая, как правило, нестабильный характер и ориентированная на разовые приработки;

г) занятость в личном подсобном хозяйстве, при которой получаемые доходы имеют преимущественно натуральный характер и выполняют функцию основного источника выживания;

д) ориентация на получение государственных социальных трансфертов в виде различных пенсий и пособий.

Выделенные адаптационные стратегии взаимосвязаны и взаимообусловлены, являясь различными сторонами одной адаптационной модели.

При этом сам процесс адаптации включает в себя несколько составляющих:

1. Прежде всего, институциональная среда, определяющая выбор возможных моделей развития государства, которые различаются в зависимости от уровня и степени контроля государства в экономической сфере. Выбранная модель коррелируется с уровнем социальной поддержки государством различных слоев общества. Выбор может осуществляться между либеральной, социально-демократической, патерналистской и другими моделями развития.

2. Результаты адаптационных стратегий индивидов, которые могут иметь материальное (связанное с увеличением материальных ресурсов) и статусное (связанное с изменением социального положения) выражение.

Мы полагаем, что в условиях реформирования именно социально-экономическая адаптация населения становиться доминирующим социальным процессом, определяющим тенденции общественного развития российского общества. Успешная социально-экономическая адаптация населения выступает основным условием завершения трансформации и основным показателем эффективности выбранного курса реформирования.

В процессе исследования сельских ареалов Сибири для сельских сообществ, расположенных в различных регионах фиксировался ряд показателей, таких как уровень среднедушевых доходов, уровень безработицы, структура доходов и расходов сельского населения, позволяющие оценить сельские сообщества по следующим параметрам:

а) степень вовлеченности в модернизационные процессы;

б) уровень адаптированности к переменам;

в) социальные ресурсы, доступные сообществу.

Адаптационные возможности сельского населения оказались существенно ниже, нежели адаптационные возможности горожан. Причинами этого являются, и свертывание всей социальной структуры села, гораздо меньшие возможности трудоустройства в сельской местности и традиционная значительная зависимость экономики села от погодно-климатических условий.

Можно отметить, что в регионах Сибири в последние годы разворачиваются процессы реорганизации бывших государственных крупхозов, что связано с инвестированием частных капиталов в сельскохозяйственное производство. Масштабы этих процессов по нашему мнению не в последнюю очередь обусловлены внутрирегиональным перераспределением капиталов, когда часть доходов от деятельности промышленных предприятий по различным каналам идет на развитие сельскохозяйственных районов, являющихся дотационными.

Наличие или отсутствие «инвестора», вкладывающего деньги в сельскохозяйственное производство на территории населенного пункта напрямую определяет стратегии социально-экономической адаптации и перспективы дальнейшего развития конкретных поселков. Предприятия, функционирующие на основе частного инвестирования, являются, как правило, более экономически эффективными по сравнению с государственными предприятиями: здесь выше уровень заработной платы, отсутствуют задержки по ее выплатам, к тому же такие предприятия берут на себя решение многих социальных проблем села.

В связи с этим, нам бы хотелось остановиться на одной из основных проблем адаптации сельского населения, тесным образом связанной с развитием рыночных отношений на селе. Наши исследования 2000-2010 годов показали, что современное сельскохозяйственное производство в значительной степени связано с черно-рыночными отношениями. Порядка 20-25 % продукции сельского хозяйства (по нашим опросам) реализуется на черном рынке. Уровень влияния рынка зависит, в первую очередь, от удаленности сельских поселений от промышленных центров, т.е. от потребителя. Это в значительной степени влияет на возможность реализации своей продукции на рынке самостоятельно или через перекупщиков. Было отмечено, что влияние черно-рыночных отношений на развитие села достаточно велико, что приводит к возникновению в сибирском регионе неформальных социально-экономических практик. И это является одним из наиболее значительных явлений, проявившихся в ходе реформирования аграрной сферы, которое имеет важное значение для социально-экономического развития села. Феномен неформальности, определенный нами в свое время как развитие черно-рыночных отношений на селе, в настоящее время требует теоретического осмысления, а развитие неформальных хозяйственных практик дальнейшего изучения.

Неформальная экономика всегда была связана с материальным самообеспечением широких групп населения, и присутствовала даже в условиях государственной экономики социализма [2]. В постсоветский период теневая активность служит главным источником средств существования для многочисленных социальных групп, а работа в неформальном секторе становится для многих основной формой занятости. Но новая тенденция состоит в том, что в постсоветский период в теневую экономику вовлекаются представители социально уязвимых слоев населения: женщины, пенсионеры, "бюджетники", работники, уволенные с предприятий формального сектора.

Неформальная экономика, включающая в себя широкий спектр нерегистрируемой государственными органами хозяйственной деятельности, является составляющей теневой экономики, или ее вторым измерением. В ее основании лежит неформальная практика, суть которой заключается во взаимодействие индивидов или социальных институтов, лишенное непосредственного государственного регулирования.

Неформальная практика существует в сложном симбиозе с регулируемой государством формальной практикой. Она возникает в случаях, либо принципиальной невозможности регулирования отношений в отдельной части функционирования сообщества, либо временного отсутствия регламентации. Отмеченные практики существуют взаимосвязано. Естественно, что в любом обществе существует определенное пространство для неформальной экономики, которое возникает в результате сознательного процесса уклонения части экономических субъектов от государственного регулирования в целях укрытия доходов или сложности процесса государственной регистрации и т.д.

Но именно в постперестроечный период резко увеличилась доля населения, осуществляющего теневую деятельность. Благодаря неформальным практикам, являющихся своеобразной адаптационной реакцией широких слоев населения на социально-экономическую трансформацию, выживают те категории граждан, формальные доходы которых оказались значительно ниже прожиточного минимума. И что особенно важно, неформальная экономика, способствуя повышению доходов населения и преодолению наиболее отрицательных последствий структурных реформ, оказывает стабилизирующее влияние в масштабах всей страны. И это воздействие не следует недооценивать.

В различных странах выделяются стандартные функции неформальной экономики: удовлетворение потребностей населения с невысоким уровнем дохода (услуги более низкого качества); расширение сферы предоставления услуг (работа в вечерние и ночные часы, торговля специфическим ассортиментом товаров и услуг и т.д.); приближение услуг к непосредственным потребителям (уличная торговля, услуги на дому и т.д.); предоставление безналоговых, престижных услуг потребителям с высоким уровнем дохода, незаинтересованным в декларировании своих приобретений; расширение рынка труда т.п. Естественно, что неформальная экономика зависит от формальной, регулируемой государством экономики и контролируется в рамках действующего законодательства, но в то же время она подчиняется неписаным нормам, формальным (родственным) и неформальным отношениям.

В целом, совокупность неформальных практик в целях систематизации исследования можно обозначить как неформальный сектор. Под неформальным сектором обычно понимается совокупность мелких хозяйственных единиц осуществляющих экономическую, хозяйственную деятельность на базе домохозяйств или индивидуально.

Но как отмечает В. Гимпельсон, понятие неформального сектора не тождественно понятию теневой экономики. К теневой экономике относится любая нерегистрируемая и необлагаемая налогами экономическая деятельность, включая криминальную, а также нерегистрируемую в рамках крупных или средних зарегистрированных предприятий, тогда как неформальный сектор не включает занятых запрещенной деятельностью (контрабанда, производство и распространение наркотиков, проституция, и т.п.), а также тех, кто работает без регистрации на крупных и средних предприятиях формального сектора. Однако он может включать как самозанятых, так и занятых по найму (на предприятиях неформального сектора или у физических лиц).

Неформальный сектор - это специфический вид теневой экономики. Его отличием, особенностью является то, что в основе лежит деятельность, не урегулированная законодательно, слабо поддающаяся государственному контролю в силу специфики объекта. Использование неформальных практик носит вынужденный характер из-за отсутствия условий для использования формальных практик, и является адаптационной стратегией выживания, приспособлению к меняющемуся социальному окружению.

Библиографический список

    1. Шмаков В.С. Процессы социальной модернизации на постсоветском пространстве: методология исследования. \\ Северный регион: наука, образование, культура. 2006. № 1. С. 109-110

    2. Заславская Т.И. Анализ результатов опросов. Новые данные о доходах россиян. Показатели фактических доходов населения. \\Экономические и социальные перемены: мониторинг общественного мнения. – Новосибирск. 1995. С. 11-13.

    3. Гимпельсон В. Неформальная занятость в России // Население и общество. 2003. № 107-108.

Н.Н. Большаков

Омская гуманитарная академия

РАЗМЫШЛЕНИЯ О ГЕНЕЗИСЕ ФИЛОСОФИИ ХОЗЯЙСТВА

В СВЯЗИ С КОЛЛИЗИЯМИ ИСТОРИИ РОССИИ

ПОСЛЕДНЕГО СТОЛЕТИЯ

Проблематично и все еще дискуссионно само название предмета наших размышлений, хотя налицо уже даже одноименный журнал, издающийся МГУ. Не надо быть пророком, чтобы предугадать, что оно способно до сих пор удивлять, и вызывать возражения и протесты даже тех, кто читал известный труд С.Н. Булгакова «Философия хозяйства». «Что это за премудрость?». «Не будет ли в таком случае уместным заниматься философией кройки и шитья, или философией приготовления бифштексов?». Ведь есть в природе научная статья под названием «Философия автомобиля» [1]. На подобные придирки прежде всего следует возразить, что в реальном языке вообще нет и быть не может безупречных терминов и к любому из них при желании можно придраться. Но при этом надо помнить, что еще основоположник английского утилитаризма Джереми (Иеремия) Бентам (1749 – 1832) считал, что у «философии нет более достойного занятия, чем оказывать поддержку экономике повседневной жизни» [2], а в 1900 г. появилась книга выдающегося немецкого философа и социолога Георга Зиммеля (1858 – 1918) «Философия денег» [3]. И данное название, конечно, уязвимое, и над ним можно иронизировать сколько угодно. Но вывод автора имеет глубоко философский характер, который особо актуален для монетарной кризисности современности, а для России вот уже последнюю четверть века: без денег, взятых в их социально-значимом смысле вещей нет ни социальной свободы, ни свободы личности, ни гражданского общества, ни демократии. И время от времени данный вывод очень подходит для транспарантов трудящихся классов и слоев, особенно трудящихся (а не бюрократизирующих чиновников) бюджетников, протестующих против возмутительной системы «бесплатных зарплат». Кстати сказать, десятью годами раньше, в 1890 году, благочестивых американских христиан поначалу смутило и возмутило название книжки «Евангелие богатства», которую написал известный тогда миллионер, железнодорожный магнат Э. Карнеги (не путать со знаменитым Дейлом Карнеги). Правда потом читатели успокоились, поскольку книга была своеобразным социально-педагогическим, социально-воспитательным сочинением, которое было адресовано богачам, она призывала их к скромному образу жизни и благотворительности. Эта работа была бы весьма кстати и полезна даже теперь, для так называемых «новых русских». Как видим, соответствующая линия хозяйственного философствования имеет традицию, ведущую свое начало, по крайней мере, к середине XIX века. И в этом отношении можно было предпринять соответствующие философские археологические изыскания и у других авторов той поры, особенно у К. Маркса, у которого политэкономические изыскания всегда были, и вместе с тем, и одновременно, и состояли в связи с его философскими и социально-философскими поисками. Даже сам «Капитал» был не только политико-экономическим, но и философским и социально-философским произведением. Но корни соответствующих сюжетов лежат еще глубже и дальше – в трудах Ксенофонта и Аристотеля, а в России – к «Домострою» Сильвестра (XVI в.), и далее – к И.Т. Посошкову (1652 – 1726).

Но название это не взято с потолка даже применительно к современности. Уже в начале XX века, в 1912 году появился фундаментальный труд под названием «Философия хозяйства» Его автором был выдающийся русский экономист, философ и богослов Сергей Николаевич Булгаков (1871 – 1944). В дальнейшем на основе этой книги им была защищена в Московском университете докторская диссертация по политической экономии, а автор стал профессором.

На излете века, в 1990 году в издательстве выше названного университета была издана книга Юрия Михайловича Осипова «Опыт философии хозяйства». Автору не отказать в эрудиции, он явно претендовал на фундаментальность своего творения. Он специально подчеркивает свою экономическую компетентность, поскольку указывает, что в своей книге он «шел не столько от философии к хозяйству, сколько от хозяйства к философии» [4]. Уже 20 лет назад проблемы в книге были поставлены и сформулированы автором вполне разумно и обоснованно. Но тогда все губила авторская поза, претенциозность. Чего стоило одно только посвящение: «Посвящается всем, кто находит в себе желание и мужество быть гуманистом»… Какая селективность! Какой снобизм! – А как быть с теми, у кого нет ни желания, ни мужества по отдельности или вместе? Ведь сам Христос был более великодушен! Он обращался и потому до сих пор обращается ко всем людям – и праведникам, и грешникам. Последним-то эти Христовы обращения к ним были до предела, и жизненно, и метафизически важны и актуальны, нежели первым. Еще более великодушен Будда Сидхартха Гаутама Шакьямуни, поскольку его проповеди были обращены не только к людям, а ко всем живым существам… А в итоге названная книга оказалась полна причуд, из которых самая смешная и одновременно самая печальная состоит в том, что автор умудрился даже не упомянуть С.Н. Булгакова и его книгу «Философия хозяйства», не говоря уже о «Христианском социализме».

В 1993 году в «Бюллетене № 3 Международного Шиллеровского института, Международной Экологической Академии и Украинского Университета в Москве» вышла запись беседы российского профессора Тараса Муранивского с американским экономистом и политологом, членом-корреспондентом Экологической Академии Линдоном Ларушем с участием американской журналистки Рейчел Даглас» (другого библиографического описания в издании нет) [5]. Эта беседа состоялась 10 мая 1993 года в американской тюрьме г. Рочестера, где он отбывал 15-летнее наказание, видимо, судя по тому, как это представлено, по политическим соображениям. Беседа называется «Философия физической экономии». Впрочем, в 1991 и в 1992 году вышли 2 книги Л. Ларуша, соответственно: «Наука христианской экономии» (подстрочный перевод названия) [6], и «Вы на самом деле хотели бы знать все об экономике?», где дается альтернативная либерализму и монетаризму понимание гуманистического социально-исторического смысла существа, идеологии, философии хозяйствования. По существу автор стал продолжателем физической экономики, основателем которой сам Ларуш считал великого немецкого философа и ученого Готфрида Лейбница (1646 – 1716). Прозорливость Ларуша удивительна. За много лет вперед он предсказал падение Берлинской стены и воссоединение Германии, распад СССР, «лагеря социализма» и «Варшавского договора», пагубное вмешательство Международного валютного фонда в экономику России и других стран, кризис либералистской модели экономики. Как видим, всемирно-историческую и локально-историческую жизненную важность философии физической экономики доказал уже состоявшийся за прошедшие два десятилетия исторический процесс.

Наряду с термином «философия хозяйства» встречается и другой, близкий к нему – «философская экономия». Этот языковый конструкт тоже звучит непривычно и даже несколько жеманно. Но в качестве своеобразной аргументации его оправданности возникает вопрос: почему же до недавнего времени был несомненен и общепринят термин «политическая экономия»? – Если есть «политическая экономия», то нет никаких оснований отказывать в праве на существование и «философской экономии». Причем это факты как их объективно реального, так и интерсубъективно реального бытия. Это факты онтологического и гносеологического порядка, и т.д.

Но за первым термином – за «политической экономией» стоит более чем трехсотлетняя история его существования. А когда он появился, у него было и социально-историческое и актуальное социально-практическое объективно реальное обоснование.

Как известно, термин «политическая экономия» ввел в литературный социально-экономический оборот француз Антуан Монкретьен (1575 – 1621). В 1615 году вышел его «Трактат политической экономии», после которого до второй половины XVIII века политическая экономия рассматривалась преимущественно как наука о государственном хозяйстве, об экономике национальных государств, возглавляемых в ту пору, как правило, абсолютными монархами. И только при Адаме Смите (1723 – 1790), то есть с созданием классической школы буржуазной (из-за современных терминологических тонкостей уточним – в смысле капиталистической, а, быть может, даже точнее – капиталистской) политической экономии ее характер изменился и она стала превращаться в науку о законах хозяйства и хозяйствования вообще.

Настало время к этим размышлениям и суждениям о перипетиях хождений мировоззренческих и идейных экономических концептов и смыслов дать особое по своей значимости примечание о смысле ленинской идеи о первенстве политики над экономикой. Ведь по существу она подвергла ревизии (хотя на словах это всячески и отрицалось) политико-экономический материализм К. Маркса. В конечном счете, она привела к тому, что из зарождающейся политической экономии социализма изначально, при самом практическом и теоретическом ее зачатии исчезло, испарилось, было элиминировано, аннигилировано и т.д., и т.п. ее экономическое содержание. Была произведена варварская социально-генетическая операция. Из социального генома, связывающего в относительное единство контрадикторного противоречия противоположности коллективизма и индивидуализма был удален системо-само-воспроизводящий ген, социально-исторический движитель, жизненный механизм связи поколения и поколений, связи социального времени и пространства. Была ампутирована ось социалистического времени. Осталась одна политика, причем весьма специфичная по своему человеческому содержанию и нравственному запаху. На месте экономической теории, приобретающей в своем функционировании в социальной реальности облик и одежды идеологии взгромоздилась мелкотравчатая политико-прагматическая идеология, облекающая себя в одежды социально-экономической квазитеоретической политической квази-экономической науки.

На Западе термин «политическая экономия» стал выходить из теоретической социально-экономической моды уже с конца XIX века. Это объяснялось объективными обстоятельствами развития зпадно-европейской «цивилизации», хозяйствования, экономики, общества, политики, идеологии, социальной и гуманитарной науки, особенно – экономики, философии. Но в России он продолжал широко бытовать. Кроме всего прочего, это объяснялось особой популярностью марксизма в России в конце XIX – начале XX века. Патриарх мировой экономической мысли XX века, лауреат Нобелевской премии по экономике, американец русского происхождения Василий Васильевич Леонтьев (1906 – 1998) писал в 1982году, что центральная идея классической экономической науки (то, что раньше называлось классической политической экономией) в XX веке подверглось математизации и в дальнейшем получила название «теория общего равновесия». Именно она, входя в состав неоклассической теории, в настоящее время является стержнем экономического образования в США, впрочем, и в глобальном пространстве современности.

Такова краткая поучительная история генезиса, рождения, бытования и отмирания великого в своем историческом смысле существования термина «политическая экономия». Из этой истории ясно, что он имел вполне определенные реальные основания своего бытия несколько веков истории социума. У термина «философская экономия» (прямая калька с термина «политическая экономия») нет подобной исторической традиции. Поэтому до сих пор при его употреблении приходится постоянно пояснять его содержание. Но, принимая в расчет бытовавшую у нас в прошлом из-за этого самого «квази» опасную увлеченность терминологическими играми, изобретениями самими по себе, подобно былой античной софистике, терминологическая практика нововведений может представлять собой опасную лудо-лого-манию (игро-слово-зависимость). А простую игру слов и со словами можно вести без толку до самой, что ни на есть дурной бесконечности. Кстати по пути заметим, что термин «экономическая философия» лучше конструкта «философская экономия», поскольку в нем меньше жеманства. К тому же был так называемый «экономический материализм», точнее – экономическая материалистическая философия. Хотя еще Ф. Энгельс и категорически возражал, на Западе до сих пор предпочитают называть экономическим материализмом марксистский исторический материализм (я бы использовал более точный конструкт «социально-историечский материализм»).

Прежде чем идти дальше, обратимся к одному очень важному высказыванию С.Н. Булгакова: «Философия хозяйства имеет по существу два лица, из которых одно обращено к философии, другое же к социальной науке, в частности – к политической экономии» [7]. Это суждение великого соотечественника дает нам основание в рамках данной работы ограничиться двумя главными терминами – «философия хозяйства» и «философско-экономические знания или исследования». Булгаков также отмечал, что сама его работа «Философия хозяйства» «относится одновременно и к чистой философии и к семейству социально-экономических дисциплин» [8]. Как видим, проблемные вопросы дальнейшего размышления как раз и состоят в том, чтобы определить, что необходимо соединить, как можно это искомое соединить и каков от этого будет прок? Опять-таки обратимся к нашему главному российскому герою, посмотрим на результат его труда. Этот результат опять-таки двулик – он относится как к прошлому, так и к будущему. С одной стороны, С.Н. Булгаков подвел итог экономическому этапу своей научно-теоретической деятельности и критически оценил свое увлечение марксизмом. С другой, его труд оказался устремленным в будущее, устремленным в такой степени, о какой не мог предполагать сам автор.

Здесь возможно и даже необходимо небольшое отступление. В 1866 году знаменитый немецкий биолог и философ Эрнст Геккель (1834 – 1919) изобрел и ввел в научный оборот слово «экология» (от греческих слов «ойкос» - дом, хозяйство, место обитания и «логос» - слово, понятие, учение…). Вначале оно имело только биологический смысл науки о взаимодействии организмов и среды обитания. Затем в трудах многих ученых различных специальностей оно стало расширять свой смысл и, наконец, в середине XX века утвердилось его современное значение. И в этом расширенном смысле подчас называется социальной экологией. Вернемся к Булгакову и обратим внимание на то, что у него «философия хозяйства» имеет многозначительный подзаголовок: «мир как хозяйство». Пока не будем это обосновывать и просто заметим, что по нашему мнению, в «Философии хозяйства» С.Н. Булгаков, сам того не ведая, явился одним из предвестников становления современной экологии и экологического мышления.

Слова «экономия» и «экология» разделяют тысячелетия. Первым озаглавлено сочинение первого известного нам древнегреческого экономиста Ксенофонта (ок. 430 – 355 гг. до н.э.). В буквальных переводах оно означает «домоводство, домострой» (греческое «номос» означает правило, закон). По значению исходных составляющих частей оно почти совпадает со словом «экология». Это произошло случайно. Но в дальнейшем обнаружилось, что экономика и экология закономерно все больше соединяются в неразрывное единство в повседневной практической хозяйственной деятельности. В цивилизованном хозяйствовании и производстве экология такой же необходимый фактор производства, как труд и капитал. Связь экономики и экологии сейчас стала фактором планетарного биосферного масштаба. От характера этой связи зависит выживание человечества.

С.Н. Булгаков сетовал на взаимное отчуждение и недоверие между философией и наукой, особенно экономической [9]. Причем возлагал большую вину за это на экономическую науку, которая, как он выразился, «до сих пор остается в значительной мере девственной в отношении философии» [10]. Сказано до предела резко. Для 1912 года это, возможно, был обоснованный упрек. Ведь Булгаков к этому времени уже был выдающимся экономистом. Стало быть, он знал действительное положение дел.

Однако сейчас философам и экономистам было бы глупо и вредно заниматься взаимными обвинениями. Получилась бы только склока без всякого толку. В советское время и философы, и экономисты находились в одинаково скверном и унизительном положении. Всех практически тотально связали идеологическими и административными путами. И это выдавалось за единство партийной науки, ученых и институций. Впрочем, к великому сожалению, из того, что раньше было плохо, с необходимостью не следует, что сейчас все хорошо. Катастрофическое положение современной российской науки и ученых, образования и педагогов сейчас настолько всем очевидны, что не нуждается в нашем случае ни в каких пояснениях. Кризис длиться чрезмерно долго… А выходы из него раз от разу властью предлагаются до легкомыслия несуразные, как, впрочем, и по всем остальным составляющим проектам «реформ» и «модернизаций». И каждый раз господствующая социально-политическая верхушка предлагает обществу миру и граду выходы из тупика, в которые оно же его и завело. Теперь она эксплуатирует социально-экономические программы и проекты, предложенные левыми давно в прошлом. Но время, эта единственная тотально абсолютная социально-антропологическая ценность и пространство исторического развития упущено. И кризис продолжает длиться. Продолжает процветать воинственное однопартийное беспардонное саморекламирующееся безмыслие. Серые пришли в мир и град. Но именно в кризисных общественных обстоятельствах так необходимо единение наук и ученых, науки и образования, ученых и педагогов, научного и образовательного сообществ, креативного сообщества и общества.

В свое время и докторская речь С.Н. Булгакова в 1912 была полна тревожного пафоса, проникнута предчувствием грядущей катастрофы. Он говорил о всеобщей научной, философской и религиозной тревоге, которая все сильнее охватывает современное человечество. Но его тогда утешало, что тревога эта была деятельной, продуктивной, позитивной,.. что она сама была признаком готовности к действиям по единению ученых и наук, творчески-продуктивной общественности. Такая же деятельная тревога выражалась просматривалась и в своеобразном экономическом гамлетизме эпохи, он замечает: «Экономическими Гамлетами полна наша эпоха» [11]. Конечно, С.Н. Булгаков, видимо, находился под впечатлением стремительного экономического развития России в те годы. Соответственно, на подъеме была и русская экономическая наука. При всей озабоченности и тревоге Булгаков с удовольствием отмечал, что «экономическая мысль празднует свой бенефис» [12].

Положение современной России вот уже четверть века несопоставимо хуже, чем в 1912 году и сейчас гамлетовский вопрос стоит в буквальном шекспировском смысле: быть или не быть современной российской экономике? Быть или не быть современному российскому хозяйству? Быть или не быть современному российскому производству? Современному российскому образованию? Науке? Интеллекту? Гражданскому обществу? Социальному государству? Современной власти? Обществу? И т.д. и т.п.

Мы говорим о связи философской и экономической мысли. Но ведь исторически сложились разные и даже противоположные философские системы. Возникает вопрос: о какой философии, точнее, о каких философиях здесь может идти речь? Это чрезвычайно сложный и объемный вопрос, выходящий за пределы нашего нынешнего жанра. Здесь же ограничимся двумя замечаниями.

Сейчас никому не пристало выполнять в научной, идейной, духовной сфере полицейские функции и определять, какую философию стоит допускать до науки, а какую не стоит. Даже в марксистско-ленинской философии советской эпохи были свои достижения, позитивные элементы. Например, были серьезные исследования по логике научного познания, по диалектической логике, в том числе и по «Капиталоведению». Даже сейчас отмахиваться от «Капитала» К. Маркса просто глупо, он был и остается великим экономистом. Поэтому упоминавшийся нами В.В. Леонтьев высказал мысль, которая многим нашим тотальным демократам, абсолютным рыночникам покажется дикой: «Марксизм как экономическая теория является теорией быстрорастущего частного предпринимательства, а не централизованной экономики» [13] Это суждение Леонтьева является ключом и к пониманию того, почему С.Н. Булгаков был в экономический период своей научной деятельности так называемым «легальным марксистом». Правда, потом он отошел от марксизма, но это уже другой сюжет.

В дальнейших размышлениях важно хотя бы в общем виде понять, как теоретически идти? В этом плане необходимо методологически использовать весьма разумное пожелание, которое высказал Иосиф Алексеевич Покровский (1868 – 1912), один из авторов знаменитого, изданного нелегально в 1918 году сборника «Из глубины»: «…если… для материалистического лагеря нашей интеллигенции делается необходимым проникнуться в известной степени идеализмом, то, наоборот, для другого, идеалистического лагеря обязательно большее внимание к земному и относительному» [14].

Связь философской и экономической мысли реализуется по-разному, как непосредственно, так и косвенно, опосредованно. Самый простой и вместе с тем довольно редкий случай, когда ученый способен профессионально мыслить как экономически, так и философски. Образцами этого являются С.Н. Булгаков И Александр Александрович Богданов (Малиновский) (1873 – 1928). Такие люди достойны искреннего восхищения. Но бесплодно просто пребывать в состоянии восхищения и восторга личностью. Гораздо полезнее задуматься над тем, как конкретно подтверждается любопытнейшая способность человеческой головы соединять в себе то, что теоретически может быть несоединимо и несовместимо. Нам сразу же могут ехидно возразить: зачем тут мудрствовать, ведь голова сумасшедшего соединяет все, что угодно. Но мы не ведем речи о клинических случаях. Бывают в жизни и такие странные обстоятельства, когда философ, не будучи медиком-психиатором, вынужден констатировать состояние всеобщего, коллективного психоза, массового буйного или тихого помешательства.

Сейчас мы, россияне, пребываем в последнем состоянии, и мы им довольны и утешаем себя тем, что пока, к счастью, ситуация в России относительно стабильна, несмотря на недавно еще ужасающий экономический кризис, развал, а теперь – вяло текущий экономический и нравственно-духовный кризис. Страшась буйного помешательства, мы не замечаем того, что современная российская стабильность есть стабильность тихого помешательства.

Но нас все-таки интересуют такие случаи, когда соединение в голове вроде бы теоретически несовместимого имеет позитивное значение. Именно в подобных ситуациях возможны стремительные прорывы мысли к новым горизонтам, выдающимся идеям, открытиям.

Обычно больше склонны желать приобщения экономистов к философии, чем философов к экономике. Первое повышает культуру мышления. Однако не менее важно второе. Оно тоже повышает культуру мышления, поскольку экономика и экономия – тоже факты культуры, В свое время марксистским философам не удалось придать историческому материализму политико-экономический характер. А жаль! Приобщение философа к экономической мысли способно организовать, упорядочить, дисциплинировать. Всякая культура слаба и шатка без прочной хозяйственной, экономической опоры.

И это связано с характерологическими особенностями русской интеллигенции. С одной стороны – это присущая русскому интеллигенту имманентная склонность к анархичности поведения и мышления. Практически это выражается в его способности буйного поведения и способности выдвигать самые буйные, несуразные идеи. У нас всегда были в избытке концепций каких угодно и сколько угодно. Своеобразный инфернальный рынок буйных мыслей.

Но налицо и внешне противоположная форма поведения и мышления – когда русский интеллигент погружается в утонченную, салонную богемность. По данному случаю в психиатрии есть специальный термин – «салонное слабоумие». Наша так называемая творческая интеллигенция, особенно московская и питерская, сейчас явно страдает таким видом слабоумия. Касается это и нашего брата – философов. В данных условиях приобщение философа к основательному по своей природе экономическому мышлению (правда далеко не мышления большинства теоретизирующих экономистов эпохи вульгарного бюрократического «социализма») – одно из профилактических средств против указанных видов повседневного слабоумия.

Здесь уместен следующий пример. Представляется далеко не случайным, что два знаменитых сборника публицистических работ 1909 и 1910 годов – « Вехи» и «Интеллигенция в России» заканчиваются, на наш взгляд, самой глубокой и умной по постановке вопроса статьей Михаила Ивановича Туган-Барановского (1865 – 1919) «Интеллигенция и социализм». Автора беспокоит то. Что российская интеллигенция обиделась на народ и ушла в замкнутую в себе самой жизнь, став таким образом «сословием в себе». А ведь после 1905 - 1907 годов социально-исторический вопрос для российской общественности встал так: с кем останется народ? Туган настаивал на том, чтобы интеллигенция оставалась с народом несмотря ни на что, чтобы она продолжала миссию просвещения народа. Он советовал интеллигенции активно участвовать в земском и кооперативном движении. Однако исторические обстоятельства ее жизни и мысли сложились так, что она ушла от народа, развелась с ним, съехала. Так и получилось, что вместо нее к народу пришли большевики.

Таковы поучительные размышления по поводу перипетий философии хозяйства и ее представителей, связи с российской историей и современностью. Но подобная тема всегда остается открытой…

Библиографический список

    1. См.: Бескин А.И. Философия автомобиля // Становление философии техники: Техническая реальность и техника. – М., 1997. – С. 242-243.

    2. Jeremy Bentam`s economics writings. V. I. – L. 1852. P. 82.

    3. Simmel Georg. Philosophie des Geldes. Lpz., 1900.

    4. Осипов М.Ю. Опыт философии хозяйства. – М.: Изд-во Моск. ун-та, 1990. – С. 9.

    5. Философия физической экономики. Бюллетень Шиллеровского института в Москве. № 3 Репортаж из американской тюрьмы. Без места, без даты.

    6. LaRouche. The Science of Christian Economy. – N.Y., 1991.

    7. Булгаков С.Н. Философия хозяйства. Речь на докторском диспуте // Булгаков С.Н. Сочинения в 2-х тт. Т. 1. – М.: Наука, 1993. – С. 306.

    8. Там же. – С. 302. Курсив мой. – Н.Б.

    9. Там же.

    10. Там же.

    11. Там же. – С. 299.

    12. Там же.

    13. Леонтьев В.В. Экономические эссе. – М.: Политиздат, 1990. – С. 217.

    14. Из глубины. – М.: Изд-во Моск. ун-та, 1990. – С. 230.

А.Н.Зиновьев

Костромской государственный университет им. Н.А. Некрасова

ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ПОДРАЗДЕЛЕНИЙ ПРЕДПРИЯТИЯ

ПРИ УПРАВЛЕНИИ РИСКАМИ ПРОЕКТА РЕСТРУКТУРИЗАЦИИ

Реализация функций управления риском, основной из которых является распределение обязанностей, также специфична в различных проектах реструктуризации, как специфичны их техническое и экономическое содержание, масштабы, привязка к местности, продолжительность и многое другое, формирующее уникальное лицо каждого конкретного, даже типового, проекта. Однако в нем имеются и устойчивые методические составляющие, чаще всего взятые из практики общего менеджмента, но трансформированные под задачи риск-менеджмента [2].

Одной из таких составляющих, является успешно используемый в общем менеджменте метод линейных карт распределения ответственности (ЛКРО) [3], который мы, несколько видоизменив, применили к риск-менеджменту реструктуризации промышленных предприятий. Его суть состоит в следующем. Строится матрица, в которой по горизонтали располагается перечень участников проекта реструктуризации, а по вертикали - те элементы процесса управления Обязанности участников (их функции или работы) с помощью условных обозначений фиксируются в поле матрицы, на пересечении столбцов и строк (таблица 1). Согласованное выполнение этих функций или работ приводит к успешному выполнению всего проекта.

Таблица 1

Матрица ЛКРО крупного проекта (фрагмент)

Элементы процесса управления реструктуриза­цией

Группы, участвующие в управлении рисками

проекта реструктуризации

Группа разработчиков

проекта

Группа планирования

проекта

Группа исполнения работ по проекту

Группа мониторинга

проекта

Группа корректировки

проекта

………………......

Стратегическое управление проектом реструктуризации

ПРМУ

ИР

ИО

НИОМК

К

Оперативное управление

проектом

ОМНИ

ПИ

ИМКУ

РОМК

ОК

Управление стоимостью проекта

РК

ПУ

ПНИОМ

ПОК

Управление качеством проекта

ПИК

ПИРКУ

НИО

НИМ

ОК

Контроль за программой управления рисками проекта

ПУ

П

ПНИР

НИРОМК

………………….

Условные обозначения:

П – планирование управления рисками,

Н – наблюдение за симптомами.

И – идентификация и анализ рисков,

Р – выработка реакции на риск,

У – принятие решения,

О – отслеживание результатов реакции,

М – мониторинг остаточных рисков,

К – контроль и анализ влияния принимаемых решений

Следует обратить внимание на то, что типовой формат, представленный в этой таблице, составлен нами на основе американского стандарта ANS/PMI 99-001-2004, в произвольном перечислении этапов и участников проекта. В реальной практике как состав групп исполнителей, так и этапы процесса управления проектом должны быть уточнены с учетом его целевой направленности (в данном случае - это проекты реструктуризации), отраслевой и иной специфики предприятия.

Распределение обязанностей по проекту реструктуризации не идентично распределению обязанностей по управлению рисками предприятия, работающего в обычном режиме. Оба распределения можно представить в табличной форме, но первое из них создается как временное на период осуществления проекта, а второе - это постоянное распределение обязанностей по реализации функции [5].

Распределение обязанностей по проекту реструктуризации не идентично распределению обязанностей по управлению рисками предприятия, работающего в обычном режиме. Оба распределения можно представить в табличной форме, но первое из них создается как временное на период осуществления проекта, а второе - это постоянное распределение обязанностей по реализации функции управления рисками в организации, осуществляющей проект. Для успеха реструктуризации важна рациональность по обоим распределениям.

Основное различие этих распределений состоит в том, что в них обязанности распределяются по компонентам разных циклов: цикла управления проектом и цикла управления предприятием. Цикл управления предприятием давно описан во многих работках по общей теории управления: выявление проблем - подготовка решений - принятие решений - исполнение решений - контроль над исполнением решений [6]. Цикл управления проектами и условные обозначения для матриц ЛКРО по управлению проектами, соответствующий рассмотренным выше компонентам системы управления рисками реструктуризации, показан на рис. 1.

Идея этого цикла в том, что, если полно и рационально распределить обязанности по выполнению работ, составляющих цикл, по каждому этапу (виду работ, функции) между участниками процесса реструктуризации, то управленческий циклы будут согласованно, полно и своевременно выполняться по каждому таком этапу, приводя тем самым к выполнению всего проекта. То самое, естественно, относится и к распределению работы по управлению рисками проекта реструктуризации. Опыт управления с применением метода ЛКРО весьма обширен [1]. Он убеждает, что применение этого метода в период реструктуризации не только обеспечивает согласованность работы в этот период, но становится добротной управленческой практикой в обновленной организации в целом.

Условные обозначения:

П - планирование управления рисками

Н - наблюдение за симптомами развития рисков

И - идентификация и анализ рисков

P- подготовка предложений по реакции на риск

У- принятие решения по реакции на риск

О - отслеживание результатов реакции

М - мониторинг остаточных рисков

К - контроль и анализ влияния рисков

Рис. 1. Цикл управления рисками проекта реструктуризации предприятия.

В таблице 2 представлена совокупность этапов и работ, составляющих деятельность самой службы по управлению рисками предприятия на этапе его реструктуризации. Мы составили эту таблицу на основе базовой таблицы работ по риск - менеджменту, которую предложили авторы фундаментального учебника по управлению рисками, созданного Американским институтом страхования. В разработанной ими таблице состав работ выделен таким образом, что он одинаков для любой организации с учетом лишь того факта, что разные работы этой совокупности в разной степени актуальны для конкретной организации в конкретный период работы ее службы риск-менеджмента [7].

Мы развили эту идею в направлении специфичных потребностей управления рисками реструктуризации предприятия. В боковике таблицы показаны этапы риск-менеджмента как процесса управления. В головке таблицы риск-менеджмент представлен как функция управления. В поле таблицы поставлены номера видов работ, как они перечисляются в приложенной к таблице экспликации (пояснению). В экспликации поэтапно перечисляются основные работы по управлению рисками реструктуризации предприятия.

Таблица 2

Матрица работ по управлению рисками реструктуризации предприятия

Этапы

процесса управления рисками

Функции управления рисками реструктуризации

Планирова-ние

Организа-ция

Руководство

Контроль

Корректировка

1

2

3

4

5

6

1. Диагностика и формирование рисков проекта реструктуризации

Определение методики и

утверждение порядка анализа рисков

Включение работ по анализу рисков в проектную

документацию

Принятие решения по диагностике рисков по этапам реструктуризации

Текущий контроль за

диагностикой рисков

Подготовка предложений по корректировке проекта

реструк-туризации

2. Анализ и оценка

альтернатив снижения уровня

рисков

проекта

Планирование

аналитических работ

Организация

аналитических работ и оценки альтернатив

Принятие решения по проведению аналитических работ

Контроль за качеством оценки и разработкой альтернатив

Уточнение методики анализа рисков

3. Выбор альтернативной (уточненной) программы или плана снижения рисков

Планирование

работ по принятию решения по выбору альтернативного варианта

Организация работ по реализации альтернативного варианта риск-менеджмента

Запуск

процедур

реализации альтернативного

варианта риск-менеджмента

Контроль за реализацией принятого варианта риск-менеджмента

Корректировка программы риск-менедж-

мента

4. Реализация принятых решений

Планирование

работ по реализации принятого варианта решения

Организация работ по реализации принятого варианта решения

Запуск

процедуры

реализации принятого варианта решения

Контроль за реализацией принятого варианта

решения

Текущая корректировка

принятых

решений

1

2

3

4

5

6

5. Мониторинг кластеров рисков реструктуризации

Планирование мониторинга возникновения и решения рисковых ситуации

Организация

системы мониторинга рисков (включая сигналы раннего оповещения)

Принятие решения по обнаруженным отклонениям

Контроль реализации принятого решения

Текущая корректировка принятого решения

Табличное описание комплекса работ по управлению рисками позволяет связно представить не только работы по текущему управлению рисками, но и по разработке систем риск-менеджмента. При их разработке следует начинать с конкретизации формулировок и описания содержания каждого вида работ до уровня необходимой детализации, а затем использовать эти официально оформленные описания как основу для метода ЛКРО.

Работы по управлению рисками в процессе реструктуризации предприятия распределяются по функциональным подразделениям предприятия и в них детализируются. Детализация зависит от структуры управления предприятием. Например, если на предприятии существует специализированная служба управления рисками, то комплекс работ «Планирование диагностики и форматирование рисков проекта реструктуризации» детализируется следующим образом:

- распределение среди работников службы управления рисками обязанностей по диагностике рисков определенного типа;

- определение форматов описания рисков;

- определение источников информации;

- определение временных отметок анализа информации о рисках;

- бюджетирование работ по диагностике рисков.

Если же такой службы нет, а все работы по управлению рисками распределяются в соответствии с функциональной специализацией по подразделениям предприятия, то приведенный выше этап работы будет детализирован несколько иным образом. Например, диагностика технических рисков будет выполняться отделом контроля качества или службой главного технолога, диагностика финансовых рисков - финансовым отделом, диагностика социальных рисков производится службой управления персоналом и т.п.

Организация управления рисками предприятия на период реструктуризации это, по существу, разработка схемы распределения обязанностей по всему комплексу работ и составление соответствующего комплекта инструкций и нормативов. Начинать распределение обязанностей в формате ЛКРО следует с определения (экспертным или иным путем) тех 20% работ (классифицированных а поле таблицы 2), которые для данного предприятия в рамках данного проекта реструктуризации являются наиболее важными и актуальными [4]. Сначала на этапе разработки плана реструктуризации проектировщики закладывают в проект основное распределение обязанностей по управлению рисками реструктуризации в формате ЛКРО с включением в общем виде всего набора работ из поля таблицы 2. На основе этого базового распределения запускается процесс реструктуризации, в ходе которого возможны оперативные корректировки.

Актуальность и относительная важность различных работ по управлению рисками, естественно, меняется по мере перехода с одного этапа реструктуризации на другой. Понятно и то, что для процесса сворачивания старой технологии (как производственной технологии, так и технологии бизнеса) актуальными будут свои наборы важных работ, а для внедрения новой технологии - иные. Руководители проекта реструктуризации и эксперты периодически выделяют эти наборы на основе проектной документации, оперативных данных о ходе выполнения проекта и данных диагностики рисков. При необходимости вносятся изменения и в матрицы ЛКРО, и в должностные инструкции участников реструктуризации. На заключительном этапе эти инструкции и матричное распределение обязанностей становятся основой регулярной функции по управлению рисками в системе управления реструктурированным предприятием.

Библиографический список

  1. Вяткнн, В.Н. Рационализация распределения обязанностей в аппарате управления [Текст] / А.Н. Вяткин. – М. : Проспект, 2006. – 516 с.

  2. Качалов, P.M. Управление хозяйственным риском [Текст] / Р.М. Качалов. – М. : Наука, 2002. – 342 с.

  3. Кинг, С. Линейные карты распределения ответственности [Текст] / С. Кинг, Д. Клиланд. – М. : Пргресс, 1983. – 437 с.

  4. Литвак, Б.Г. Экспертные оценки и принятие решений [Текст] / Б. Г. Литвак. – М. : Патент, 2007. – 428 с.

  5. Москвин, В.А. Управление рисками при реализации инвестиционных проектов [Текст] / В.А. Москвин. – М. : Финансы и статистика, 2004. - 602 с.

  6. Фостер, Р. Реструктуризация предприятий: Атакующие выигрывают [Текст] / Р. Фостер. – М. : Прогресс, 1989. – 442 с.

  7. Чернова, Г.В. Практика управления рисками на уровне предприятия [Текст] / Г. В. Чернова. - СПб. : Питер, 2005. – 256 с

А.С. Шурупова

Филиал ГОУ ВПО «Орловская региональная академия государственной

службы» в г. Липецке

ИНСТИТУЦИОНАЛЬНЫЕ ОСНОВЫ ФОРМИРОВАНИЯ

И РАЗВИТИЯ СИСТЕМЫ ЭКОНОМИКИ, ОСНОВАННОЙ

НА ЗНАНИЯХ

В индустриальную эпоху решение экономических проблем требовало сравнительно небольшого объема информации в рамках массового производства. С насыщением рынков разнообразными товарами и услугами, с возрастанием и расширением спроса производителю становится все сложнее ответить на ряд основных вопросов. Несмотря на развитие маркетинга на базе электронно-информационных сетей и информационных технологий, создание и продвижение товаров на рынках требуют все больших знаний, позволяющих формулировать современные маркетинговые программ с учетом запросов конкретных покупателей. Значение умения работы с информацией возрастает не только для производителя и продавца, оно необходимо также и потребителю для принятия решений при покупке товаров и услуг.

Знания всегда были основой и двигателем социально-экономического развития, хозяйственного успеха. Однако в последнее время они обеспечивают фундаментальные конкурентные преимущества тем, кто умеет использовать их быстро и эффективно. Именно они все более становятся залогом устойчивого развития государств.

На современном этапе развития общества интеллектуальные ресурсы, информация и знания являются решающим фактором в конкурентной борьбе. В XXI веке возникла совершенно новая структура мировой экономики. В ее центре расположена группа развитых стран, население которых занято в основном информационной деятельностью. Они производят новые технологии и новые наукоемкие виды товаров. В обмен на услуги и технологии они получают производимые на периферии мировой экономики товары массового производства и сырье по относительно низким ценам.

Эффективность современных экономических систем определяется способностью создавать, хранить и внедрять новшества. В таких системах инновационная деятельность распространяется и на образование, здравоохранение, социальную сферу, культуру. Все это создает условия для формирования принципиально нового типа хозяйствования, где основная роль принадлежит знаниям и прирост ВВП обеспечивается в основном за счет выпуска и реализации наукоемкой продукции и услуг.

Становление экономики, основанной на знаниях, в ведущих индустриальных странах обусловлено изменением экономической роли инноваций. Фундамент экономики, основанной на знаниях, формируют следующие тенденции:

- превращение знания в важнейший фактор производства наряду с природными ресурсами, трудом и капиталом;

- увеличение доли сферы услуг и опережающий рост знаниеемких услуг для бизнеса;

- рост значения человеческого капитала и инвестиций в образование и подготовку кадров;

- развитие и широкомасштабное использование новых информационно-коммуникационных технологий (ИКТ);

- превращение инноваций в основной источник экономического роста и конкурентоспособности предприятий, регионов и национальных экономик;

- рост осознания в политических и деловых кругах важности знания и инноваций для обеспечения конкурентоспособности и экономического роста.

Важнейшими характеристиками экономики, основанной на знаниях, являются следующие:

- динамика и качество экономического роста все сильнее зависят от технологических сдвигов на базе инноваций;

- происходят ускорение технологического прогресса и сокращение жизненного цикла продуктов и услуг, сроков проведения исследований, разработок и внедрения инноваций;

- наука все сильнее ориентируется на потребности экономики.

Проблемы производства новых знаний одним из первых начал разрабатывать Ф. Махлуп [5], сформулировавший основные тенденции, присущие экономике, основанной на знаниях, еще в 1960-е годы:

  1. увеличение удельного веса работников, занятых производством знаний в общей численности занятых;

  2. более высокий темп роста численности лиц, занятых в области производства знаний, по сравнению с аналогичным показателем количества работающих в сферах, требующих затрат физического труда;

  3. рост доли доходов субъектов, занимающихся производством знаний, в общем объеме доходов.

Переходя к определению системы экономики, основанной на знаниях, дадим определение экономической системе. Экономическая система – совокупность взаимосвязанных социальных и правовых институтов, в рамках которой с целью достижения экономического равновесия используются определенные приемы и способы действий, выбираемые применительно к преобладающим в обществе побудительным мотивам хозяйственной деятельности. Таким образом, при определении экономической системы речь, прежде всего, идет о модели оптимального функционирования экономической, социальной, технической, этической, экологической и других сфер [4, с. 6-7].

Каждая социально-экономическая система имеет две движущие силы:

- желание выжить, сохранить себя, иметь определенную стабильность;

- желание самосовершенствоваться, развиваться.

По мнению Э.М. Короткова, именно развитие является общим принципом любой социально-экономической системы. Говоря о процессе развития системы экономики, основанной на знаниях, следует указать такие процессы, как увеличение сложности этой системы, улучшение приспособленности к внешним условиям, увеличение масштабов, количественный рост экономики и качественное улучшение ее структуры, социальный прогресс.

Система представляет собой некоторое сложное целое, которое невозможно разделить на полностью независимые элементы. Рассмотреть основные свойства системы экономики, основанной на знаниях, можно опираясь на ряд следующих основополагающих принципов системного подхода:

  1. Необходимым условием существования действующей системы является наличие связей между отдельными единицами, что позволяет этим единицам вступать во взаимоотношения, при наличии определенных условий.

  2. Свойства системы в целом отличаются от свойств ее отдельных элементов.

  3. Система, как целое, может оказывать влияние на свойства и позиции отдельных элементов, изменяя их в определенном направлении.

  4. Существенное изменение свойств ряда системных элементов может привести к качественному изменению всей системы. Результатом такого качественного изменения может быть либо регресс, либо появления системы более высокого уровня при усложнении структуры системных единиц.

  5. Любая система создает границы в отношении собственных системных единиц, отделяясь, таким образом, от внешнего окружения.

  6. Любая система иерархична, то есть в ней существуют системные единицы различных уровней.

В таблице 1 нами предпринята попытка описать каждое свойство данной системы с позиций системного подхода.

Таблица 1

Основные свойства экономики, основанной на знаниях, как системы

Свойства

Характеристика

1

2

Компоненты

Институты экономики, основанной на знаниях: бизнес, государство, наука, образование

Связи

Компоненты системы взаимосвязаны между собой, переход к экономике, основанной на знаниях, не может быть достигнут просто за счет увеличения объема бюджетного финансирования НИОКР. Необходима общая стратегия долгосрочных согласованных усилий государства, бизнеса, научного и образовательного сообщества.

Структура

Система экономики, основанной на знаниях, имеет две подсистемы.

1

2

Взаимодействие

Экономика, основанная на знаниях, успешна лишь при условии системного взаимовыгодного сотрудничества корпоративного сектора с государством, при активном воздействии на ее развитие позиций государственных целей и государственной стратегии.

Мировой опыт показывает, что успешное функционирование экономики, основанной на знаниях, определяется отношением государства к развитию научно-технического сектора экономики, выраженном в проводимой макроэкономической политике, нормативном, правовом обеспечении, формах прямого и косвенного государственного регулирования, в определении приоритетов развития науки и образования, инициировании надлежащего уровня или темпа фундаментальных и прикладных исследований.

Процесс

Экономика, основанная на знаниях, должна быть ориентирована на совокупный конечный продукт или результат во всех ее сферах и отраслях. Исследовательская, техническая и технологическая фазы должны быть компактно объединены в рамках одного предприятия и, как следствие, комплекса предприятий. Эффективность НИОКР обуславливается тем обстоятельством, что они на всех фазах инновационного цикла ориентированы на конечный результат – выпуск изделия.

Эмерджентные свойства

«Бизнес (промышленность) – инновации – наука – образование», по мнению Б.Н. Кузыка, единый взаимоувязанный национальный комплекс, что представлено на рисунке 1, а не множество совершенно независимых друг от друга промышленных предприятий, НИИ, высших учебных заведений и даже школ, индивидуально выживающих в промышленной, научной и образовательной нишах мирового рынка.

Инфраструктура экономики, основанной на знаниях, многопланова и включает в себя несколько составляющих:

- производственную (дороги, транспорт, связь, отраслевая структура экономики);

- социальную (здравоохранение, культура, система доступа к общественным благам);

- оммерческую (финансовые посредники и финансовые рынки, корпоративное право и корпоративное управление, система повышения конкурентоспособности субъектов экономики);

- информационную (система образования, наука, каналы коммерческой информации, Интернет, СМИ);

- политическую (экономическая политика органов власти всех уровней, независимая от других ветвей власти и от бизнеса судебная система, системы обратной связи от избирателей к выборным органам);

- территориальную (территориальная структура экономики, экология территории, бытовые условия жизнедеятельности, климат, степень эффективности местного самоуправления) [3, с. 135].

Система экономики, основанной на знаниях, должна быть основана на партнерстве науки, образования, государства и бизнеса. Однако сегодня в России сложилась ситуация, в которой ученые не нацелены на внедрение своих открытий в производство, а заинтересованы в выполнении тем исследования, получении патента, подготовке отчета и публикации результатов исследования. Отставание России в сфере развития экономики, основанной на знаниях, возникло еще в 70-х годах XX века из-за невнимания к новым тенденциям мирового развития.

Анализ структуры финансирования по видам НИОКР в СССР также показывает, что доля затрат на опытно-конструкторские разработки и ранее была низкой, что видно из таблицы 2 [6, с. 62].

Таблица 2

Структура финансирования по всем видам НИОКР в СССР и США

в 1985 г., %

СССР

США

Фундаментальные исследования

12,8

14

Прикладные исследования

60,3

22

Опытно-конструкторские разработки

26,9

64

Завышенная доля финансирования прикладных исследований и незначительная доля опытно-конструкторских разработок в СССР свидетельствуют о том, что существенная доля НИОКР заканчивалась именно стадией прикладных исследований, не имея реального практического выхода в виде опытно-конструкторских разработок и инновационных образцов техники. Взаимодействие структурных элементов инновационной деятельности при переходе от прикладных исследований к опытно-конструкторским работам было фактически нарушено. При этом отраслевые НИИ исправно выдавали бумажный продукт, регулярно получая государственное финансирование.

Попытки в начале 80-х годов ХХ века изменить ситуацию к лучшему не носили системного характера и не увенчались значительным успехом. В то же время отставание в распространении и использовании высоких технологий означает не только снижение международной конкурентоспособности частного сектора, но и отставание в качестве предоставляемых государством услуг для общества и граждан, темпах роста человеческого капитала, экономического роста страны и, как следствие, – угрозу остаться на периферии нового информационного общества и наукоемкой экономики [4, с. 4].

В то же время и производственники продолжают использовать устаревший производственный аппарат и не проявляют должной активности в поисках и применении прогрессивных инноваций. Этому способствуют не только недостаток инвестиций и отсутствие тесной взаимосвязи науки с производством, но и широкие возможности достижения предприятиями и организациями достаточного благополучия при устаревшем производственном аппарате за счет непрерывного роста цен и тарифов. Кроме того, сложилось ошибочное мнение, что для успешного инновационного развития экономики достаточно сделать научные открытия, изобретения и научные разработки и найти инвестора, а остальные стадии и этапы произойдут автоматически.

Исходя из вышесказанного, мы определим, что система экономики, основанной на знаниях, - это совокупность институциональных образований, деятельность которых направлена на осуществление воспроизводства знания, научной информации и нововведений посредством консолидации науки, образования, бизнеса и государства на взаимовыгодной основе с целью усиления экономического потенциала страны, региона или хозяйствующих субъектов на макро-, мезо- и микроуровне.

На наш взгляд, центром развития системы экономики, основанной на знаниях, является преимущественно бизнес (предприятия, фирмы, компании, корпорации, акционерные общества). Именно на этом уровне происходит превращение открытий, изобретений, научных разработок в новые технологии, продукцию, технику, информационные коммуникации в новых или обновленных цехах и производствах. Векторы развития науки и образования в значительной степени определяет вектор промышленного развития, что показано на рисунке 1.

Рис. 1. Основа формирования системы экономики, основанной на знаниях [1]

Таким образом, развитие системы экономики, основанной на знаниях, включает в себя следующие изменения:

- интенсификация использования информации и знаний в экономической и социальной сферах;

- изменение соотношения секторов общественного производства в сторону роста роли третичного сектора в совокупной рабочей силе и в структуре ВВП;

- переход к такому гуманистически направленному и политически нейтральному социальному состоянию, при котором изменяется тип вовлекаемых ресурсов, расширяется влияние профессионалов, существенно модифицируются традиционные социальные структуры.

Библиографический список

  1. Ажлуни А.М. Управление формированием и развитием системы инновационного партнерства науки, образования, государства и бизнеса. – Орел: Издательство ОРАГС, 2006. – 208 с.

  2. Антонов В.А. Система государственного управления. Кн. 3. Роль государства в экономике переходного периода: уч. пособие. – М.: ГУУ, 2000. – 104 с.

  3. Костюк В.Н. Специфика экономики, основанной на знаниях // Общественные науки и современность, 2004. – №4. – С. 134-144.

  4. Матеров И. Факторы развития «новой экономики» в России // Экономист. – 2003. – №2. – С. 3-11.

  5. Махлуп Ф. Производство и распространение знаний в США. – М.: «Прогресс», 1966. – 463 с.

  6. Нагапетян П. Организация инновационного процесса (опыт нашей истории) // Экономист, 2008. – №6. – С. 59-66.

Д.А. Кляцкий

Омская гуманитарная академия

Партии и их роль в принятии управленческих

решений

В литературе отмечается наличие различных подходов в понимании сущности политической партии и огромное многообразие ее определений. В основном они сводятся к определению партии: как группы, объединенной общими идеологическими ценностями; как специфического вида организации; как наиболее активной части определенного класса или иных социальных групп, представляющей их общие интересы; как выражения политического конфликта в обществе и орудия разрешения обусловленных им конкретных проблем.

1. Общие признаки политической партии как общественного объединения, поскольку ч ст. 3 Федерального закона «О политических партиях» относит партии к одному из видов таких объединений. Согласно Федеральному закону «Об общественных объединениях» это:

а) добровольность образования и формирование по инициативе граждан;

б) некоммерческий характер;

в) самоуправляемость;

г) образование на основе общности интересов и целей;

д) закрепление данных таких целей в уставе.

2. Родовые - признаки, присущие политическим партиям как политическим организациям. Согласно Федеральному закону «Об общественных объединениях» это:

а) наличие членства;

б) осуществление совместной деятельности;

в) политический характер общих целей и интересов;

г) защита своих членов.

3. Специальные - признаки, характеризующие исключительно политические партии:

а) партия - особый вид общественного объединения граждан;

б) целевая ориентация политических партий;

в) всякая партия - носитель идеологии, которая реализована в программе партии;

г) партия - объединение, имеющее постоянную организационную структуру, основанную на фиксированном индивидуальном членстве.

В ходе рассмотрения партии как субъекта, разрабатывающего управленческие решения, важно учесть организацию политического процесса. Организация политического процесса зависит не только от задач, поставленных политическим руководством и интересами участвующих в нем субъектов. На неё влияют многие объективные и субъективные явления: экономические, социальные, идеологические, культурные, психологические. Все это ограничивает поле сознательно организуемых и управляемых действий и отношений.

Выделяя базовые и периферийные процессы, которые ориентируются на нормы соперничества или сотрудничества, и протекают явно или в скрытой форме. Явный политический процесс характеризуется тем, что интересы групп и граждан систематически выявляются в их публичных притязаниях к государственной власти, которая, в свою очередь, делает доступной для общественного контроля фазу подготовки и принятия управленческих решений.

Каждый из политических процессов обладает и собственным внутренним ритмом, цикличностью. Как правило, пик политической активности населения приходится на время выборов, после чего политическая жизнь как бы затихает, а осуществление контрольных функций за избранными постепенно ослабляется.

Принятие управленческих решений партиями - центральный элемент преобразования политических требований различных групп и граждан в приемлемые для всего общества средства и методы регулирования социальных отношений. Опыт принятия политических решений показывает, в процессе принятия решений господствуют неформализованные процедуры, зависящие от личного опыта лиц, определяющих цели и средства их достижения, от интуиции и персональных знаний управляющих, их межличностных связей.

Поскольку в обществе, как правило, не существует какой-либо одной группы, способной целиком и полностью контролировать принятие решений, то этот процесс всегда представляет собой компромисс, что, конечно, усиливает роль субъективизма в принятии решений. Поскольку политическая власть реализуется через личное влияние управляющих, то и принятие решений зависит от личностных и профессиональных особенностей лица принимающего решения.

Принятие решения - сложный процесс и проходит в своей стадии три этапа - подготовительный, собственно принятия решений и реализация принятых решений. На подготовительном этапе выбирают те требования, которые носят приоритетные направления и на реализацию которых имеется достаточное количество ресурсов.

Когда на подготовительном этапе определены проблемы, которые необходимо решать, то наступает момент собственно принятия решений. Существуют три основных метода их принятия: декомпозиция - представление сложной проблемы, как совокупности простых вопросов; диагностика - поиск в проблеме наиболее важных деталей, которые решаются в первую очередь. Используется при ограниченных ресурсах; экспертные оценки - формируются какие-либо идеи, рассматриваются, оцениваются, сравниваются.

Когда решение принято, наступает этап его реализации. От того, как оно будет выполнено, зависит авторитет руководителей, благополучие граждан и легитимность власти.

Так реализация решения, методом популизма в качестве основного средства достижения властных целей предполагает прямую апелляцию к общественному мнению, непосредственную опору на массовые настроения. Поэтому он неизбежно ориентирован на популизацию предлагаемых обществу целей. Правящие элиты пытаются выработать какой-то лозунг, призыв к населению, реализация которого, по их мнению, обеспечит преодоление всех противоречий и быстрое продвижение к успеху.

При этом большое значение имеют, во-первых, роль населения, поскольку население - активная сила, определяющая не только политический характер власти, но и сам характер протекающих внутри общества процессов, и, во-вторых, существующие формальные и неформальные правила, обычаи и практика. Если рассмотреть систему реализации решений, то можно выделить три функциональных уровня в самой системе управления:

1) политический, на котором определяются цели, задачи и стратегия городской политики;

2) управленческий, связанный с распределением ресурсов и выполнением задач в определенной сфере;

3) технический, где реализуются чисто исполнительские функции через административный процесс.

Рассматривая информационные требования к управленческим решениям, нельзя не выделить требование представления содержания решения в четкой логической форме, в модели действительного разрешения возникшей проблемы. Во многих управленческих решениях много отсылочной информации к прошлому, к другим актам. Из-за этого в подобном решении содержится не способ решения той или иной социальной проблемы, а лишь определенный промежуточный момент в подготовительном этапе, а то и просто видимость какой-то управленческой активности. Возникает иллюзия, что вроде бы что-то сделано, намечено, но на самом деле ничего не доведено до конца. Это так называемое отложенное управление.

Важнейшим критерием в принятии эффективных решений, тесно связанным с возможностью его практического применения, является направленность решения снизу вверх, позволяющая создать долгосрочный механизм воспроизводства решений в будущем. Наглядным свидетельством применения такого метода решения является методика "рингишо", широко используемая в практике японского менеджмента. Механизм принятия решения в соответствии с этой методикой предполагает первоначальную формулировку этого решения на нижних и средних этажах управленческой пирамиды. Такое решение может быть как сформулировано самим сотрудником, так и подсказано ему сверху. Таким образом, наличие управленческого решения как выражения воли руководителя, подлежащей практическому выполнению, обязывает лиц, принимающих решение, к серьезному продумыванию, обоснованию управляющих воздействий. Ведь именно лица, принимающие решения, должны отвечать за их эффективность.

П.Т. Притворова, Н.Б. Сейткасымов

Научно-исследовательский институт регионального развития

ЭВОЛЮЦИЯ МЕТОДОВ РЕГУЛИРОВАНИЯ УРОВНЯ БЕДНОСТИ

В МИРОВОЙ ЭКОНОМИКЕ

Спектр концепций благосостояния населения в мировой экономической науке определяет три базовые его трактовки, которые соответствуют трем определениям бедности, как низшего уровня благосостояния индивида. В зависимости от принятой государством концепции благосостояния и бедности населения используются разные методы государственного регулирования и масштабы поддержки населения в денежной и натуральной форме. Эволюция концепций благосостояния и соответствующего определения человеческого развития отражает изменение системы исходных представлений о роли индивида в экономике и жизни общества. Индивид в условиях человекоцентричной парадигмы является основным ресурсом повышения конкурентоспособности страны, которая обеспечивает в свою очередь возможности для роста благосостояния населения в целом.

Критерии бедности меняются вместе с развитием общества и трансформацией представлений о таком экономическом явлении, как бедность. Методология благосостояния населения расширяется и сегодня включает наряду с экономическими, социологические и политологические подходы (Таблица 1).

Исторически возникшая первой концепция абсолютной бедности исходит из установления черты бедности посредством установления минимальной потребительской корзины. Бедными признаются семьи, собственных ресурсов которых недостаточно для удовлетворения базовых потребностей [8]. Решение Экономического и социального Совета ООН определяет, что «к бедным относятся лица, семьи и группы лиц, ресурсы которых являются столь ограниченными, что не позволяют вести минимально приемлемый образ жизни в стране проживания [9].

Относительная концепция бедности базируется на том, что выделяется группа индивидов, чей уровень жизни значительно отличается от стандарта, преобладающего в стране [10]. В данном случае статистическими, экспертными и социологическими методами определяется как преобладающий стандарт жизни и требуемый для этого доход, так и уровень жизни, отклоняющий вниз от стандарта. Ключевым в данном случае является то обстоятельство, что образ жизни этой категории домохозяйств существенно отклоняется от образа жизни основной массы граждан, поэтому для них характерно ощущение относительной ограниченности потребления благ и услуг.


Исторически концепция относительной бедности возникла тогда, когда появились сложности с исчислением минимальной потребительской корзины из-за роста жизненных стандартов и расширения перечня доступных бедным благ и услуг.

Переориентация на относительную черту бедности, устанавливаемую, как правило, на уровне 40-60% медианного дохода, означала переход на более высокий уровень благосостояния и доступ к основным социо-культурным благам (образованию, информации, общению и др.).

Существует также субъективная концепция бедности, которая предполагает установление черты бедности на основе представлений населения о том, какой объем ресурсов необходим для удовлетворения минимальных потребностей.

Необходимо отметить, что ни один из методов не является 100% корректным, всегда есть ошибки включения и исключения, что обуславливает необходимость использования многокритериальной линии бедности, предусматривающей взаимную проверку по трем результатам замеров.

Последняя и наиболее прогрессивная концепция, выдвинутая нобелевским лауреатом А.Сеном, рассматривает состояние бедности как невозможность выполнять определенные функции в обществе: экономические, политические, гражданские и другие. Применение эта концепция получила в современных условиях перехода к человекоцентричной парадигме и повышению роли общественного сектора (услуг образования, здравоохранения, культуры) в формировании стартового человеческого капитала гражданина. Измерение бедности в данной концепции должно базироваться не только на экономических, но и социальных (условия для мобильности населения) показателях. Интересным показателем в частности является гражданский профиль получаемого дохода, т.е. доход, при котором человек не может нести материальную ответственность по гражданским искам [11].

Данная концепция предполагает не только фиксацию черты бедности в форме количественных параметров дохода, но и определение совокупности благ и услуг, которыми обеспечены члены общества (есть объекты инфраструктуры и услугодатели) и которые им доступны, т.е. не требуют дополнительных затрат на их получение. Фактически эта концепция является многокритериальной.

Выбор страной концепции бедности определяет два принципиальных момента:

  • Установление черты бедности и того минимального стандарта, уровень ниже которого будет рассматриваться как бедность;

  • Определение таких характеристик уровня и качества жизни (в том числе получаемых домохозяйством общественных благ и услуг по показателям обеспеченности и доступности), фиксация которых позволит рассматривать данное домохозяйство как бедное.

При абсолютном подходе в качестве черты бедности выступает стоимостная оценка минимальной потребительской корзины.

В концепции относительной бедности в качестве черты применяется уровень дохода, при котором в домохозяйстве недостаточно ресурсов для достижения сложившихся в обществе стандартов потребления. Список лишений был впервые определен в трудах английского ученого П.Таусента экспертным путем [12]. Наличие каких-либо лишений из экспертного списка означает, что домохозяйство имеет недостаточный ресурсный потенциал для полноценного участия в жизни общества, к которому оно принадлежит. Для устранения проблемы неправильного выбора экспертов для определения лишений Дж.Мак и С.Лэнслэй предложили в качестве экспертов привлекать самих малообеспеченных [13].

В результате черта бедности определяется по числу лишений в совокупности благ из экспертного перечня. Европейское статистическое агентство определяет это понятие как отсутствие хотя бы трех из девяти материальных благ и услуг. К ним относятся:

  1. Способность оплатить непредвиденные расходы;

  2. Способность оплатить неделю отпуска в другом городе хотя бы один раз в год;

  3. Поддержание жилья при адекватной температуре;

  4. Отсутствие задержек в платежах (за жильё, коммунальные услуги и т.д.);

  5. Возможность включать в рацион мясо, рыбу или птицу хотя бы через день;

  6. Наличие стиральной машины, телевизора, телефона и автомобиля.

Одновременно с эволюцией концепций благосостояния, определения и черты бедности, трансформируется совокупность инструментов и форм регулирования бедности.

Если в послевоенный период на волне растущей конкурентоспособности и профицита бюджетов европейских стран основной формой предоставления социальной помощи бедным были денежные пособия, которые обеспечивают свободу выбора, но имеют слабую адресность, то в 80-е годы ситуация в мировой экономике изменилась. Появление на мировых рынках конкурентоспособной продукции юго-восточных стран Азии, аутсорсинг произвоственных подразделений европейских корпораций на азиатские рынки дешевой рабочей силы и установка на эгалитаризм, т.е. выравнивание доходов граждан вне зависимости от их экономической активности, к концу 20 века привели к значительным трудностям в удерживании положительного значения бюджетного сальдо. Принцип солидарности, нацеленный на выравнивание доходов всех граждан развитых стран, обернулся значительным бременем для бюджета.

Проблема экономии бюджетных средств и переход в бюджетном секторе к управлению по результатам обусловили выход на первый план принципа адресности.

На первом этапе была осуществлена реструктуризация госрасходов на основе принципа адресности и перевода отдельных услуг из системы социальной помощи для бедных в систему социального страхования. Поскольку природа услуги адресна, то доля услуг, по сравнению с денежными выплатами возросла. Меры административно-управленческого характера позволили сократить государственные расходы, но финансовый эффект оказался не во всех странах значительным.

Второй этап начался с изменения системы управления и бюджетирования, которая получила название системы, ориентированной на результат. При переходе к целевому управлению и бюджетированию во главу угла ставится не целевое использование средств, а конечный результат мероприятий, финансируемых из бюджета.

Для регулирования бедности таким результатом является выход бедной семьи на уровень потребления среднего класса не за счет денежных трансфертов, а за счет потребления бесплатных услуг (жилищно-коммунальные расходы, услуги дошкольного образования, здравоохранения) и натуральных трансфертов (продуктов, вещей и т.д.).

Надо отметить, что в Казахстане основная масса товаров и услуг предоставляется в форме денежных трансфертов и только чрезвычайно малый размер этих пособий косвенно обеспечивает адресность. Так, государственная адресная социальная помощь обеспечивает покрытие дефицита среднедушевого дохода домохозяйства до черты бедности, которая равна 40% от прожиточного минимума. Пособие на ребенка для малообеспеченных семей равно минимальному расчетному показателю, эквивалентному 10 долларов США по курсу на 01.02.11.

Услуги в рамках социальной помощи бедным не предоставляются, в том время как в практике многих стран вместо пособия для бедных семей субсидируется услуга детского сада. На наш взгляд, в рамках реформирования системы регулирование бедности надо предоставить местным органам управления право самостоятельно решать: в какой форме предоставить государственную адресную социальную помощь и при малейшей возможности заменять денежные выплаты услугами.

Кроме изменения формы регулирования бедности, т.е. замены денежных трансфертов на натуральные и услуги, в практике управления по конечным результатам в развитых странах, в экономику общественного сектора вводятся квази-рыночные механизмы и инструменты, которые основаны на предоставлении благополучателю свободы выбора услуг и услугодателей. В связи с этим возрастает воздействие спроса на рациональное распределение бюджетных ресурсов, которые направляются на удовлетворение подлинных потребностей. То есть механизм субсидирования услугодателя заменяется механизмом субсидирования услугополучателя, который имеет возможность реализовать право выбора и получить ту услугу, которая его устраивает больше других. При таком механизме главная трудность – кардинальное изменение финансового механизма, который должен отойти от тендера в рамках государственных закупок и перейти к индивидуальному субсидированию услугополучателя на основе ваучера или чип-карты.

Подводя итог исследованию современных методов регулирования бедности, необходимо сделать следующие выводы:

    1. Все развитые страны в настоящее время опираются на концепцию бедности как невозможности выполнять определенные функции в обществе. Для этой цели используется категория «человеческое развитие», предполагающая реализацию экономических, культурных, гражданских и социальных прав человека. Черта бедности определяется как 50% медианного дохода в данной стране и 2/3 благ из набора благ и услуг из экспертного перечня, представляющего модель образа жизни в стране.

    2. В рамках форм социальной защиты от бедности имеет место смещение акцентов с денежной формы предоставления трансфертов на натуральную. Эта форма позволяет усилить эффективность расходования бюджетных средств, поскольку натуральной формой воспользуется только тот, кому действительно нужна помощь. Одновременно метод субсидирования услугополучателя, является более предпочтительным, т.к. обеспечивает и адресность и выборность услуги. В связи с этим либеральные страны, и прежде всего, США, являются лидером в части перевода мер социальной защиты в форму услуг и механизмам субсидирования услугополучателя на основе ваучеров или чип-карт, с помощью которых безналично оплачиваются услуги.

Библиографический список

  1. «Измерение и диагностика бедности в странах Европы и Центральной Азии, разрабатывающих ДССБ», Материалы научно-практического семинара, Москва, РФ, 2002г.

  2. Sen A. 1989. “Development as Capability Expansion” In: Journal of Development Planning. No.19.

  3. Бедность в Казахстане: причины и пути преодоления. Серия публикаций ПРООН в Казахстане. № UNDPKAZ 08.

  4. П. Абрахамсон. Социальная эксклюзия и бедность.// Общественные науки и современность, 2001, №2, С.158.

  5. Anderson M., Bechhofer F., J.Cershuny. The social and political economy of the household, Oxford: Oxford University Press, 1994, P.19.

  6. Friedmann J. Rethinking poverty: Improvement and Citizen rights.// International Social Science Journal, 1996, №148, Р.123.

  7. Концепция по снижению бедности в Республике Казахстан на 2003-2007 годы, Астана, 2001.

  8. Макколи А. Определение и измерение бедности. В сб. Бедность: взгляд ученых на проблему. – М.:ИСЭПН РАН,1994, – с.7-24.

  9. Рампракаш Д. Доклад «Статистическое обследование бедности» на совещании по статистике доходов домашних хозяйств. Женева. 14-17 марта 1994 г.

  10. Бедность: альтернативные подходы к определению и измерению: Коллективная монография. Научные доклады, Московский центр Карнеги; Вып.24., - М.:1998. – С.15-17.

  11. К. Буттервегге. «Бедность в богатой стране» //Эксперт, 2010. - №49. – С.46.

  12. Townsend P. Poverty in the United Kingdom. A Survey of household resources and standards of living. N.Y.1979.

  13. Mack J.,Lansley S. Poor Britain. – London:George Allen and Unwin.1985.

Н.П. Шарапов, Ю.В. Шкудунова

Омская гуманитарная академия

Социальная реальность российской молодежи

в XXI веке

Социокультурные изменения в современной России, сделали социальную реальность нестабильной, она потеряла устойчивость и стала социально неопределенной. Переживаемое российским обществом социальное время, характеризуется не только разрушением привычного образа жизни всех социальных слоев общества, сменой идеологии и общественной морали, но кардинальным изменением статуса самой реальности - экономической, политической, социальной. Она уже не выглядит закономерно развивающейся, преемственной связью с прошлым опытом, традициями, привычками, и становится приблизительной, необязательной, неопределенной, лишенной внутренних и внешних гарантов. За последние два десятилетия молодое поколение рождается, живет и действует в этих условиях. Начальными условиями социального развития молодежи являются социальная реальность, реальность общественного бытия и объективные структуры общества.

Существенное влияние на развитие и поведение современных молодых людей оказывает негарантированность, быстроменяющиеся правила игры, которые приводят к трудным жизненным ситуациям, неудовлетворенности жизнью.

В условиях радикальных преобразований происходит широкомасштабная ломка стереотипов поведения. Нарушается механизм устоявшихся форм взаимодействия, появляется состояние фрустрации, в котором личность легко поддается манипуляциям. Одна из черт кризисного периода - насыщенность мифами, склонность к стереотипному и шаблонному восприятию окружающего. Чаще всего это проявляется в комфортном поведении молодёжи, принцип которого «быть как все», а последнее открывает путь к манипулированию массовым поведением.

Одним из условий развития молодого поколения стали изменения в сфере культуры и нормативно-ролевого комплекса, которые носят весьма интенсивный, а подчас и драматичный характер. Поиск новых ценностных ориентаций и смыслов самым существенным образом связан с поиском новых форм организации социальной жизни и деятельности, экспериментированием в формах семьи, стиле жизни, организации труда, досуга, созданием альтернативных систем ценностей и идеологий, новых смыслов. В рамках этого процесса разворачивается и сексуальная революция, осуществляется поиск новых форм организации трудовой деятельности, связанной не столько с принципами их рыночной эффективности, сколько с реализацией смысла и значения самого труда, наблюдается появление постматериалистической системы ценностей и жизненных ориентаций, альтернативных стилей жизни. Поиск новых социальных форм и смыслов часто приобрёл формы контркультурной критики цивилизации и выражает себя в массовых молодежных субкультурных движениях. Эти движения, субкультуры и стили оказывают самое серьезное влияние на все общество, демонстрируя схождение социальных полюсов и известную демократизацию культурных стилей и смыслов, характерную для современных обществ.

Молодежь не только протестует, но и создает новую культуру, выносит её на поверхность. Влияние субкультур на общество позволяет увидеть в молодежных движениях и контркультурах источник новых культурных форм и смыслов - явление в полной мере демонстрирующее новый тип отношений и распределение символической власти и влияния, новое место и роль молодежи в современном обществе.

Сегодня молодежь научилась стремительно объединять более-менее значимые субкультурные стили. Это привело к такому явлению - само существование субкультур оказывается под вопросом. Любые попытки создания закрытых контркультурных стилей обрекаются на провал на провал, так как они немедленно адаптируются молодежью.

Креативная составляющая молодежного стиля утрачивает его главную движущую силу - протестность. Таким образом, можно говорить о том, что социальное развитие молодежи вписывает ее в общий культурный слой и молодежь может выполнять адаптивную и стабилизирующую функции обществе в целом.

Но молодежь должна отдавать себе отчёт в потенциальной возможности манипулирования общественным сознанием и поведением с помощью различных приёмов, используемых СМИ.

Кризис общества назревал уже достаточно остро. На данном этапе нашей истории мыслящая молодёжь наверняка испытывает чувство глубокого стыда и разочарования за свою страну. Россию превратили в арену политических интриг, экономических раздоров, экологического упадка, духовного хаоса.

Большое значение в развитии российского общества в целом имеет самая многочисленная группа среди молодежи – студенты.

Студенчество – полноценная, самостоятельная, социокультурная общность, которая обладая активностью в меру своей функции образования и «функционирующая в системе высшего образования», «выступает в качестве объекта производства, предметом которого является не вещь, а личность» (Б.Г. Рубин, Ю.С. Колесников). Поэтому главной функцией этого производства является образовательная деятельность.

Это самая динамичная часть общества, которая чутко реагирует на малейшие изменения в его структуре, его политические и экономические трансформации, быстро улавливает новые тенденции в культуре. Тот вроде бы малозначительный факт, что студенчество оперативней, чем другие слои молодежной части общества, откликается на новые веяние в моде, литературе, кино, музыке, говорит об ее крайней восприимчивости к новому, которое оно впитывает подобно губке.

Лидирующее среди молодежи студенчество – это огромный интеллектуальный и управленческий потенциал культурно – духовной, государственно – административной, экономическо-материальной сфер общества. Оно, будучи интеллектуальной, духовной элитой молодежи, является потенциальной элитой общества в целом, будущей интеллигенцией, цветом нации. Именно эти два обстоятельства – стремление к новому, его оперативное восприятие, связанное с обусловленной молодым возрастом легкой обучаемостью и открытостью новым знаниям, и еще неизжитой и инерциально движущейся из прошлой незрелости инфантильностью, с одной стороны, а, с другой стороны, уже имеющее место осознание возлагаемых на него обществом надежд и обязанностей.

Структурное определение студенчества базируется на одном важнейшем критерии, по которому ту или иную группу молодежи можно отнести к студенчеству. Этот критерий связан с промежуточным положением студенчества между пассивным объектом социальной заботы и активным субъектом социального действия. Студенчество, с одной стороны, является предметом образовательной опеки государства и воспитательно – культурной заботы общества, а, с другой стороны, способно принимать самое деятельное участие в общественной практике, включая экономическое производство и политическую деятельность. Студенчество своей транзитивностью позиционирует свою принципиальную характеристику, которая определяет все ее структурно – функциональные атрибуты и обосновывает всю свою специфичность в системе социального взаимодействия.

В исследовании проблемы социального развития молодежи, ставшей предметом исследований, дискуссий применяются средства и инструментарий многих гуманитарных и социально-экономических дисциплин и, прежде всего, философии, социологии, политологии, психологии, культурологи.

Таким образом, в исследовании социального развития молодежи в России сегодня необходимы и возможны множественные пути исследования, а значит выработка современной методологии, которая позволила бы осуществить переход от рационального к новому пониманию мира.

Библиографический список

  1. Аносов А.П. Проблемы молодежи. М.:Инфра-М, 2007

  2. Бахтуридзе З.З., К Проблеме формирования политической культуры российской молодёжи: Сборник тезисов Всероссийской научно-практической конференции, 24-25 мая 2007 г.

  3. Николаева П.П., Молодежь в социальном пространстве России. – М.: Инфра-М, 2008.

  4. Николаева П.П. Молодежь в социальном пространстве России. – М.: Инфра-М, 2008.

  5. Смакотина Н.Л., Социальное развитие молодежи в России: концептуальная модель анализа: Сборник научных докладов МГУ им. М.В.Ломоносова, 2006.

Н.Ф. Шишкина, А.Ф. Кузнецов

Мордовский государственный университет им. Н.П. Огарева

ОСНОВНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ПРИ ЛИКВИДАЦИИ ЮРИДИЧЕСКИХ ЛИЦ

Для эффективного функционирования экономической системы необходимо постоянное вливание в нее новых предприятий и выход из нее обанкротившихся.

Ликвидация представляет собой прекращение деятельности как юридического лица, так его прав и обязанностей с передачей или продажей имущества и погашением долгов в установленном порядке в связи с истечением срока. С юридической точки зрения, только свидетельство государственного образца об исключении из Единого Государственного Реестра юридических лиц доказывает прекращение деятельности предприятия.

Все случаи ликвидации можно подразделить на ликвидацию добровольную и принудительную. Первый вариант возможен в случае вынесения соответствующего решения самим юридическим лицом. Для добровольной ликвидации фирмы существует множество причин, например: бизнес, перестал приносить прибыль; компаньоны (учредители) перестали доверять друг другу; а также многие другие обстоятельства. Принудительная ликвидация происходит по решению суда. Главными причинами принудительной ликвидации фирмы являются такие ситуации, как например, во-первых, если при создании организации были допущены грубые нарушения закона и эти нарушения носят неустранимый характер. Во-вторых, ликвидация фирмы проводится, если юридическое лицо работает без разрешения (лицензии) или осуществляет деятельность, запрещенную законом. В-третьих, юридическое лицо можно ликвидировать, если оно осуществляет деятельность с иными нарушениями закона или правовых актов. В-четвертых, превышение установленного законом числа участников обществ с ограниченной ответственностью.

С развитием бизнеса, очень часто встает вопрос о том, каким образом и как безболезненно прекратить деятельность организации, которая уже выполнила свою задачу и не приносит ее учредителям никакой прибыли, является лишней и может навлечь различные проблемы и нездоровый интерес со стороны государства. Наиболее часто такие вопросы приходится решать при плановых ликвидациях юридических лиц. Причем приходится решать не только вопросы о прекращении деятельности того или иного предприятия, но и вопросы о сохранении и передаче различной собственности и обязательств, которыми обременено предприятие и с которыми по различным причинам не хотелось бы расставаться – недвижимость, дебиторская задолженность, права по договорам, дорогостоящие лицензии и др.

Важнейшим препятствием на пути к официальной ликвидации предприятия являются отказы уполномоченных органов. По данным опроса, отказы значительно тормозят процесс ликвидации, удлиняя в среднем сроки этой процедуры на один месяц. В 50% случаев причиной отказа является задолженность предприятия перед бюджетом или социальными внебюджетными фондами. Задолженность перед партнерами является причиной отказа в 6% случаев. Около 20% заявителей получают отказ в связи с недоработками в оформлении документов. Чаще всего отказы выдаются в устной форме – 73% от общего числа отказов, в том числе 33% без объяснения причин. Письменные отказы в 27% случаев, в том числе 7% без какого-либо обоснования. Получив отказ, примерно половина предприятий отправляется в суд. В итоге половины судебных разбирательств суд выносит решение в пользу предприятия, снимая запрет на ликвидацию.

По мнению предпринимателей, не имевших собственного опыта выведения предприятия с рынка, официальная ликвидация является тяжелым делом. По данным опроса, так считают 38,8% респондентов, а 8,9% от общего числа опрошенных полагают, что это вообще невозможно. Только 6% опрошенных заявили, что это легко сделать. Не смогли ответить на этот вопрос 46,3% респондентов. Немногим более оптимистическую точку зрения высказывают те предприниматели, которые сами прошли этот путь. В этой категории предпринимателей 15,8% опрошенных считают, что официальную ликвидацию осуществить легко – против всего лишь 6% опрошенных по выборке. Трудности официальной ликвидации не сводятся к потерям времени, высока и стоимостная нагрузка.

Исследования рынка прекращения деятельности предприятий выявили пять наиболее часто используемых методов «ликвидаций»:

1. Смена собственников предприятия и руководителя.

Большинство юридических лиц «ликвидируются» путем смены состава участников и должностных лиц, регистрируя соответствующие изменения в учредительных документах. На самом деле никакой ликвидации в этом случае не происходит, так как юридическое лицо продолжает существовать, оно по-прежнему состоит на налоговом учете и сохраняет обязательства перед кредиторами. Большинство руководителей стремится избежать ответственности за те или иные правонарушения, совершенные в процессе осуществления хозяйственной деятельности, поэтому именно псевдоликвидация, а не ликвидация в установленном законом порядке в наибольшей степени способствует достижению этой цели.

Известно, что юридическая ответственность подразделяется на три основных вида: уголовную, административную и гражданскую. Применительно к ответственности, связанной с осуществлением предпринимательской деятельности, субъектами ответственности могут выступать: сама организация, участники организации, работники организации (как правило, должностные лица: директор и главный бухгалтер). Если участники организации решили прекратить ее деятельность, то дальнейшая судьба самой организации как юридического лица их обычно не интересует. Следовательно, их не должна беспокоить и возможность привлечения организации к гражданской или административной ответственности. Субъектом уголовной ответственности в России юридическое лицо быть не может.

В большинстве случаев коммерческие организации создаются в форме обществ с ограниченной ответственностью или акционерных обществ, так как участники (акционеры) не несут ответственности по обязательствам общества, поэтому по этой причине участники общества всегда находятся в относительной безопасности. Вследствие своего статуса они, как участники хозяйственного общества, просто не могут совершить каких-либо правонарушений, влекущих их привлечение к ответственности того или иного вида. Разумеется, речь идет об ответственности лишь за те действия (бездействие), которые были совершены лицом в рамках реализации своих полномочий участника хозяйственного общества. Именно генеральный директор и главный бухгалтер действуют от имени общества, совершая любые сделки и другие, юридически значимые действия, подписывают бухгалтерские документы общества. В любом случае гражданско0правовую ответственность за совершение большинства действий несет общество, но что касается уголовной и зачастую административной ответственности, то ее субъектами являются должностные лица.

Основанием юридической ответственности является совершение правонарушения.

Общая схема процедур ликвидации предприятий (ЗАО и ООО)

В случае признания предприятия банкротом подается заявление в арбитражный суд о признании должника банкротом, и далее выполняются стандартные процедуры, разработанные в соответствии с Законом «О несостоятельности (банкротстве)».

В случае принятия решения о ликвидации на основании решения учредителей или суда, проводится инвентаризация и оценка имущества на предмет выяснения, достаточно ли у предприятия средств для удовлетворения кредиторов. Если средств недостаточно, то ликвидация происходит по схеме признания предприятия банкротом. Если достаточно, то выполняются обычные процедуры:

1. Принятие решения о ликвидации. Решение о ликвидации принимается органом, уполномоченным учредительными документами организации. В обществах с ограниченной ответственностью это общее собрание участников, в акционерных обществах – общее собрание акционеров, в некоммерческих партнерствах, ассоциациях, союзах - общее собрание членов и т.д. Некоммерческий фонд может быть ликвидирован только на основании решения суда.

Общество с ограниченной ответственностью может быть добровольно ликвидировано только по единогласному решению его участников. Нормативными актами могут устанавливаться специальные требования к составу ликвидационной комиссии юридических лиц соответствующего вида. Например, в случае, когда акционером ликвидируемого акционерного общества является государство или муниципальное образование, в состав ликвидационной комиссии включается представитель соответствующего комитета по управлению имуществом, или соответствующего органа местного самоуправления. С момента назначения ликвидационной комиссии к ней переходят все полномочия по управлению делами общества. Ликвидационная комиссия от имени ликвидируемого общества выступает в суде. В состав ликвидационной комиссии обычно назначаются участники и сотрудники ликвидируемого общества. Председателем ликвидационной комиссии, как правило, назначается руководитель предприятия.

2. Уведомление регистрирующего органа и начале ликвидации. В соответствии с п.1 ст. 62 Гражданского кодекса РФ учредители (участники) юридического лица или орган, принявшие решение о ликвидации, обязаны незамедлительно письменно сообщить об этом в уполномоченный государственный орган для внесения в единый государственный реестр юридических лиц сведений о том, что юридическое лицо находится в процессе ликвидации. В соответствии со ст. 20 ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» сделать это необходимо в течение трех дней с даты принятия решения о ликвидации.

Регистрирующий орган вносит в единый государственный реестр юридических лиц запись о том, что юридическое лицо находится в процессе ликвидации. С этого момента не допускается государственная регистрация изменений, вносимых в учредительные документы ликвидируемого юридического лица, а также государственная регистрация юридических лиц, учредителем которых выступает указанное юридическое лицо, или государственная регистрация юридических лиц, которые возникают в результате его реорганизации.

3. Уведомление кредиторов. В соответствии с нормами Гражданского кодекса РФ, Федеральных законом «Об акционерных обществах», «Об обществах с ограниченной ответственностью» и «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» на юридических лиц в случае ликвидации возложена обязанность по публикации сообщений в специализированном средстве массовой информации – журнале «Вестник государственной регистрации».

Ликвидационная комиссия помещает в органах печати, в которых публикуются данные о государственной регистрации юридического лица, публикацию о его ликвидации и о порядке и сроке заявления требований его кредиторами. Этот срок не может быть менее двух месяцев с момента публикации сообщения о ликвидации. Ликвидационная комиссия принимает меры к выявлению кредиторов и получению дебиторской задолженности, а также письменно уведомляет кредиторов о ликвидации юридического лица.

4.Взыскание дебиторской задолженности и инвентаризация имущества и обязательств. Для взыскания задолженности ликвидационная комиссия направляет дебиторам письма с требованием выплатить деньги или вернуть имущество. Если должники отказываются платить, можно обратиться с иском в суд. В этом случае представлять интересы организации в суде будут представители ликвидационной комиссии. Дебиторская задолженность, по которой истек срок исковой давности, отражается в составе внереализационных расходов, а в дальнейшем списывается в убыток.

При ликвидации организации перед составлением ликвидационного баланса необходимо провести инвентаризацию. Инвентаризация имущества и обязательств должна подтвердить достоверность отражения в учете переходящих к правопреемникам имущества и обязательств и носит обязательный характер.

5. Расчеты с работниками. О предстоящем увольнении в связи с ликвидацией организации работники предупреждаются работодателем персонально и под расписку не менее чем за два месяца до увольнения. Работодатель с письменного согласия работника имеет право расторгнуть с ним трудовой договор без предупреждения об увольнении за два месяца с одновременной выплатой дополнительной компенсации в размере двухмесячного среднего заработка.

При расторжении трудового договора в связи с ликвидацией организации увольняемому работнику выплачивается выходное пособие в размере среднего месячного заработка, а также за ним сохраняется средний месячный заработок на период трудоустройства, но не свыше двух месяцев со дня увольнения (с зачетом выходного пособия). Кроме того, работнику выплачивается компенсация за неиспользованный отпуск.

  1. Уплата налогов в период ликвидации. В соответствии с п.1 ст. 49 Налогового Кодекса РФ обязанность по уплате налогов ликвидируемой организации исполняет ликвидационная комиссия за счет денежных средств, которые поступают от реализации имущества. Если организация продала какие-либо активы, то у нее возникает обязанность по уплате налогов, связанных с этой продажей (НДС, налог на прибыль). Ликвидационная комиссия обязана представлять в налоговый орган декларации по каждому из налогов, подлежащих уплате в бюджет до момента ликвидации организации. Очередность исполнения обязанностей по уплате налогов и сборов при ликвидации организации среди расчетов с другими кредиторами такой организации определяется гражданским законодательством РФ.

  2. Налоговая проверка. Получив уведомление о начале ликвидации, налоговая инспекция, являясь потенциальным кредитором организации в случае недоначисления налогов, начинает проверять ликвидируемое предприятие. Налоговая проверка проводится по всем налогам вне зависимости от времени проведения предыдущих проверок. По времени проведение налоговой проверки является самым долгим отрезком в процедуре ликвидации и зависит от оборотов конкретной организации и загруженности налогового инспектора, контролирующего данную организацию и может затянуться на годы. В соответствии с Налоговым Кодексом РФ налоговая проверка проводится за последние три календарных года. По закону налоговая проверка является выездной, однако на практике выездная проверка проводится только у средних и крупных налогоплательщиков, у небольших же компаний инспектор обычно просит принести все документы в инспекцию.

На основании актов сверки с налоговыми органами и актов документальной проверки расчетов определяется сумма задолженности организации.

  1. Составление и утверждение промежуточного ликвидационного баланса. Такой баланс составляется в соответствии с действующими правилами ведения бухгалтерского учета и отчетности и характеризует имущественное и финансовое положение юридического лица (активы и пассивы) по состоянию на дату истечения срока предъявления требований кредиторов, указанного в сообщении о ликвидации юридического лица. Требования кредиторов учитываются в размере, признанном ликвидационной комиссией, на основании документов, подтверждающих наличие обязательств юридического лица и их размер.

Если стоимость имущества юридического лица по данным промежуточного ликвидационного баланса недостаточна для удовлетворения требований кредиторов, то ликвидация юридического лица должна проводиться в порядке, установленном законодательством о несостоятельности (банкротстве). В частности, ликвидационная комиссия должна совершить действия либо по подготовке к применению процедуры добровольной ликвидации, что предусматривает принятие такого решения совместно с кредиторами, либо по подаче в арбитражный суд заявления о возбуждении производства по делу о несостоятельности юридического лица.

Промежуточный ликвидационный баланс выносится ликвидационной комиссией на рассмотрение учредителей (участников) юридического лица или органа, принявших решение о ликвидации юридического лица, и утверждается ими. Законом могут быть предусмотрены случаи, в которых утверждение промежуточного ликвидационного баланса осуществляется по согласованию с уполномоченным государственным органом. Таким образом, промежуточный ликвидационный баланс – это баланс, который составляется перед тем, как удовлетворять требования, предъявленные кредиторами в срок, установленный ликвидационной комиссией. Цель составления этого баланса – уточнить реальное финансовое положение ликвидируемого предприятия.

  1. Удовлетворение требований кредиторов. Выплата денежных сумм кредиторам ликвидируемого юридического лица производится ликвидационной комиссией в соответствии с промежуточным ликвидационным балансом, начиная со дня его утверждения, за исключением кредиторов по обязательственным отношениям, не обеспеченным залогом (им выплаты производятся по истечении месяца со дня утверждения промежуточного ликвидационного баланса).законом установлена очередность и порядок удовлетворения требований кредиторов ликвидируемого юридического лица.

Требования кредиторов, не удовлетворенные из-за недостаточности имущества ликвидируемого юридического лица, также считаются погашенными. При недостаточности имущества ликвидируемого юридического лица оно распределяется между кредиторами соответствующей очереди пропорционально суммам требований, подлежащих удовлетворению, если иное не установлено законом.

Требования кредитора, заявленные после истечения срока, установленного ликвидационной комиссией для их предъявления, удовлетворяются из имущества ликвидируемого юридического лица, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, заявленных в срок.

  1. Составление и утверждение ликвидационного баланса. После того, как ликвидационная комиссия рассчиталась со всеми кредиторами, она в соответствии с п.5 ст. 63 Гражданского Кодекса РФ должна составить ликвидационный баланс, который утверждается учредителями юридического лица или органом, принявшим решение о ликвидации, а также согласовывается с налоговым органом.

  2. Расчеты с учредителями и закрытие счетов в банках. Имущество, оставшееся у организации после расчетов с кредиторами, распределяется между ее участниками пропорционально их доле в уставном капитале организации на основании акта, к котором указывается кому и что передается. Акт подписывают все участники организации.

После проведения всех взаиморасчетов необходимо закрыть все счета организации в банках. Для этого достаточно подписать заявление о закрытии счета, которое выдается самим банком. При этом также уведомляется налоговая инспекция о закрытии счетов.

  1. Государственная регистрация ликвидации юридического лица. Предприятие прекращает свое существование после внесения об этом записи в Единый Государственный реестр юридических лиц. После утверждения ликвидационного баланса заявитель или конкурсный управляющий направляют в регистрационный орган необходимые документы. В течение пяти дней с даты подачи указанного комплекта документов налоговая инспекция обязана выдать свидетельство о прекращении деятельности юридического лица и уведомление о снятии с налогового учета.

  2. Снятие с учета во внебюджетных фондах и заключительные операции по ликвидации. Внебюджетные фонды: Пенсионный фонд, Фонд обязательного медицинского страхования и Фонд социального страхования снимают с учета только после снятия с учета в налоговом органе. Снятие с учета в фондах осложняется следующим обстоятельством: внебюджетные фонды также как и налоговая инспекция обязаны провести проверку налогоплательщика, включая сверку по платежам. В случае, если у ликвидируемой организации выявляется задолженность, оплата происходит не с расчетного счета, так как он уже закрыт, а через Сбербанк, поэтому сверку с фондами необходимо провести до составления промежуточного ликвидационного баланса.

14. После получения свидетельства о прекращении деятельности необходимо уничтожить печать и сдать документы в архив.

Псевдоликвидация путем смены учредителей не освобождают от ответственности должностных лиц за совершенные им действия. Предположим, в обществе с ограниченной ответственностью поменялся директор. Новый директор будет нести ответственность лишь за те действия, которые совершил он сам. И, наоборот, за все действия, совершенные предыдущим директором до вступления в должность нового, ответственность будет нести предыдущий директор. Незнание этого принципа ведет к распространенному заблуждению среди предпринимателей, которые полагают, что ответственность за все предыдущие грехи перекладывается на новых должностных лиц.

  1. Изменение местонахождения предприятия в другой регион.

  2. Реорганизация в форме слияния или присоединения.

Предприятие получает свидетельство о прекращении деятельности предприятия в связи с реорганизацией путем слияния или присоединения. Сроки «ликвидации» при слиянии 3-4 недели (со снятием с налогового учета). Юридически предприятие прекращает свое существование с момента регистрации правопреемника. Сроки «ликвидации» при присоединении 2-3 недели без учета сроков по снятию с налогового учета. Реорганизация считается завершенной с момента исключения из реестра присоединившегося предприятия. Однако, и в том, и в другом случае, следует учитывать, что правопреемник несет ответственность за деятельность предприятия только с момента передачи прав собственности, и что при любой реорганизации налоговая инспекция проводит налоговую проверку предприятия.

  1. Банкротство по упрощенной процедуре.

Сроки «ликвидации» от 3 месяцев. Налоговым органам нецелесообразно проводить налоговую проверку, так как у предприятия-банкрота, как правило, отсутствует имущество, необходимое для погашения задолженности перед бюджетом. Предприятие получает свидетельство об исключении из государственного реестра.

5. Добровольная ликвидация в соответствии со ст. 61-64 ГК РФ.

Сроки «ликвидации» от 2,5 до 6 месяцев. Предприятие получает свидетельство об исключении из государственного реестра. В данном случае все зависит от состоянии я предприятия и степени готовности к ликвидации. В целом, это долгая и сложная процедура, которая включает выездную налоговую проверку при снятии с учета в налоговой инспекции. Однако необходимо отметить, что не все из перечисленных выше способов ликвидации предприятий ведут к исключению из Государственного реестра юридических лиц. А именно, свидетельство государственного образца об исключении из Единого Государственного реестра юридических лиц доказывает о прекращении деятельности предприятия с юридической точки зрения. Каждый из существующих методов имеет ряд преимуществ и недостатков. Выбор метода напрямую зависит от причин и целей ликвидации предприятия, а также от потребностей и возможностей клиента.

Но при всем этом закон не преследует цели обязательной ликвидации предприятия при наличии признаков банкротства. Если имеются возможности восстановить деятельность, т.е. предотвратить его ликвидацию, то предусматриваются специальные реорганизационные процедуры.

В.Ю. Епанчинцев

Омская гуманитарная академия

ПЕРСПЕКТИВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ ИННОВАЦИОННОГО

РАЗВИТИЯ МОЛОЧНО-ПРОДУКТОВОГО ПОДКОМПЛЕКСА

СИБИРСКОГО ФЕДЕРАЛЬНОГО ОКРУГА

Исследование инновационного потенциала конкретной отрасли является одной из центральных проблем современной экономической науки. Это обусловлено тем, что инновации затрагивают самые глубинные основы хозяйственной деятельности, определяя процесс социально-экономического роста и развития в целом.

Инновационный потенциал молочно-продуктового подкомплекса агропромышленного комплекса (далее АПК) региона – это комплекс возможностей экономики молочного скотоводства, формирующийся посредством интеграции и синергии инфраструктурного, ресурсного и макроэкономического потенциалов данной отрасли в данном регионе и ограниченный в использовании уровнем инвестиционных рисков и инвестиционных барьеров. К первоочередным стратегическим направлениям в развитии потенциала относятся: стратегия проникновения на рынок; стратегия развития новых рынков; стратегия лидерства за счет экономии на трансакционных издержках.

Особую актуальность приобретает реализация инновационного потенциала в сельском хозяйстве с целью обеспечения устойчивого развития сельскохозяйственного производства, достижения продовольственной безопасности страны. Это нашло свое отражение в реализации приоритетного национального проекта «Развитие АПК». Аграрная реформа в России, проводимая в начале 90-х годов XX века, не оказала положительного влияния на развитие инновационной деятельности, внедрение достижений научно- технического прогресса, что негативно отразилось на воспроизводственном процессе в отраслях агропромышленного комплекса.

Существенные различия в уровне экономического развития отраслевых региональных продуктовых рынков вызывают необходимость формирования эффективной инновационной стратегии. Особое место в развитии региональной экономики занимает АПК, поскольку является стратегически важным для обеспечения продовольственной безопасности, социально значимым с точки зрения развития сельских территорий и одновременно наименее инвестиционно привлекательным в сравнении с другими межотраслевыми комплексами [3].

Особенность и сложность проведения экономической политики на селе в Сибири заключается в том, что село представляет собой сложное многоотраслевое хозяйство, интеграцию растениеводства и животноводства в одной организационно-правовой форме. Снижение темпов развития животноводства в Сибирской федеральном округе (далее СФО), переход от животноводческих ферм на растениеводство с отведением бывших пастбищ под зерновые культуры привели к снижению трудоемкости на селе в целом. Отказ от животноводческой специализации хозяйств привел к сокращению большого числа персонала, который был занят на содержании и обслуживании скота круглый год и, как правило, проживал вблизи места работы. Взамен постоянной занятости село получило сезонную возможность для заработка гораздо меньшего количества селян, чем в условиях функционирования животноводческой фермы. Таким образом, при закрытии молочных ферм и переходе в сферу растениеводства СФО получила ряд негативных социально-экономических факторов, создающих барьеры для инновационного развития: увеличение числа безработных на селе; снижение платежеспособного спроса; обострение социальной обстановки; общее ухудшение уровня жизни граждан, проживающих в сельской местности.

Повышение привлекательности молочно-продуктового подкомплекса АПК региона — комплексная и многогранная задача, решение которой позволяет обеспечить рост конкурентоспособности продукции на внутренних и внешних рынках молока; повышение экономической эффективности производства; совершенствование породного состава коров. При этом обозначенные стратегические цели базируются на повышении продуктивности коров; снижении издержек производства на единицу произведенной продукции; совершенствовании структуры молочного стада; создании условий для инновационного развития молочно-продуктового подкомплекса СФО (таблица 1).

Таблица 1

Средний годовой надой молока нa корову по категориям хозяйств

по России и регионам Сибирского федерального округа в 2009 году

(килограммов)

Субъекты СФО

Хозяйства всех категорий

Сельскохозяйственные

организации

Хозяйства населения

Крестьянские (фермерские)

хозяйства

1

2

3

4

5

Российская

Федерация

3737

4089

3513

3268

Сибирский Федеральный округ

3244

3534

3086

2834

в том числе:

Республика Алтай

2164

2434

2132

2142

Республика

Бурятия

1976

2037

2057

900

Республика Тыва

1123

841

1118

Республика

Хакасия

2928

3087

2934

2430

1

2

3

4

5

Алтайский край

3381

3291

3465

3210

Забайкальский край

1954

1614

1998

1300

Красноярский край

4144

4030

4277

3498

Иркутская область

3205

3457

3159

2837

Кемеровская

область

3847

3875

3820

3869

Новосибирская область

3505

3485

3541

3568

Омская область

3937

3737

4115

3855

Термин «инновация» в Большом экономическом словаре А.Б. Борисова имеет два значения [1]. В первом значении это новая техника, технология, являющаяся результатом достижений научно-технического прогресса, ее определяющий фактор – развитие изобретательства, рационализации, появление крупных открытий. Таким образом, инновации непосредственно связаны с изобретениями, рационализаторскими предложениями, крупными открытиями, которые, естественно, требуют вложений финансовых средств, инвестиций. В связи с этим второе определение понятия «инновация» - вложение средств в экономику, обеспечивающее смену технику и технологий [4].

В молочно-продуктовом подкомплексе инновации имеют свою специфику, которая обусловлена отраслевыми, функциональными и технико-техноло-гическими и особенностями [4]. Инновационное развитие молочно-продук-тового подкомплекса включает новые породы высокопродуктивных животных; создание высокопродуктивных племенных стад; сохранение и улучшение генофонда в животноводстве; биологические системы разведения животных; освоение новых и усовершенствованных индустриальных технологий в молочном скотоводстве; эффективное использование кормовых ресурсов, организацию интенсивного кормопроизводства; механизацию, автоматизацию и компьютеризацию на животноводческих фермах; повышение биологического потенциала продуктивности животных; систему обеспечения устойчивости ветеринарного благополучия; экологически безопасные и технологически безотходные технологии в животноводстве.

При этом инновационное развитие молочно-продуктового подкомплекса возможно за счет высокой эффективности организационно-экономического механизма рынка молока и молочных продуктов. Конкретно это выражается через государственную поддержку молочного скотоводства; новые модели предприятий, кооперативов и интегрированных формирований в АПК; новые формы организации труда; новые методы мотивации труда в животноводстве; рационализацию использования производственного потенциала; новые формы технического обслуживания и обеспечения ресурсами АПК; финансовое оздоровление предприятий; новые формы и системы управления в АПК; развитие социально-трудовой сферы села; новые формы научно-производственной интеграции в АПК.

Для обеспечения устойчивого развития продуктовых подкомплексов (отраслей) АПК необходим организационно-экономический механизм, основанный на сочетании государственного регулирования и рыночного саморегулирования, проведении сбалансированной ценовой и финансово-кредитной политики, активизации инновационной деятельности. При недостаточности инновационного потенциала возникают проблемы обеспечения расширенного воспроизводства продуктовых отраслей АПК, что вызывает необходимость исследования этой проблемы с целью формирования эффективной инновационной стратегии. Обеспечение региона продовольствием имеет первостепенное социальное и политическое значение, при этом особая роль принадлежит молочно-продуктовому подкомплексу, на котором сильнее всего сказались негативные последствия аграрных преобразований.

В частности, основными причинами относительно медленных темпов развития молочно-продуктового подкомплекса АПК СФО являются: низкие темпы структурно–технологической модернизации отрасли, обновления основных производственных фондов; неблагоприятные общие условия функционирования сельского хозяйства, прежде всего неудовлетворительный уровень развития рыночной инфраструктуры, затрудняющий доступ сельскохозяйственных товаропроизводителей к рынкам финансовых, материально–технических и информационных ресурсов, готовой продукции; финансовая неустойчивость отрасли, обусловленная нестабильностью рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия, накопленной декапитализацией, недостаточным притоком частных инвестиций на развитие отрасли, слабым развитием страхования при производстве сельскохозяйственной продукции; дефицит квалифицированных кадров, вызванный низким уровнем и качеством жизни в сельской местности.

Автором выявлен ряд факторов, которые позитивно и негативно отражаются на развитии молочно-продуктового подкомплекса АПК СФО (таблица 2).

Таблица 2


SWOT- анализ молочно-продуктового подкомплекса СФО

Сильные стороны

Слабые стороны

• активная региональная экономическая политика;

• государственная поддержка животноводства из областного бюджета;

• восстановление животноводческих комплексов;

• доступность кредитных ресурсов в ОАО «РоссельхозБанк»;

• стабильный спрос на продукцию;

• активизация племенной работы;

• стабильность малых форм хозяйствования в животноводстве;

• высокая квалификация ветеринарных врачей и зоотехников.

• высокий уровень финансовой зависимости от кредиторов;

• низкий удельный вес переработки молока в хозяйствах;

• технико-технологическое отставание производства от внешних конкурентов;

• отсутствие навыков маркетинговой и внешнеэкономической работы у многих предприятий;

• дефицит квалифицированных кадров сельскохозяйственных профессий;

• отсутствие платежной дисциплины у дебиторов;

• недостаточная обеспеченность деловыми связями за пределами региона.

Возможности

Угрозы

• развитие государственно-частного партнерства, низкие инвестиционные риски;

• государственная поддержка отрасли, участие в приоритетном национальном проекте «Развитие АПК», расширение мер поддержки в рамках государственной программы развития АПК 2008-2012 гг.;

• увеличение производства молока за счет личных подсобных хозяйств;

• увеличение объемов производства и реализации продукции и услуг за счет использования потенциала рынка, расширение доли на рынке;

• выход на рынки стран СНГ и дальнего зарубежья;

• расширение ассортимента продукции, реализация маркетинговых программ, продвижение новых брендов;

• тенденции роста рынков сельскохозяйственного сырья и продовольствия;

• формирование интеграционных структур;

• приток трудовых ресурсов за счет мигрантов из регионов России и СНГ.

• сохранение диспаритета цен на сельхозпродукцию, технику, энергоносители для АПК;

• тенденция оттока квалифицированных кадров из АПК;

•неустойчивые параметры макроэкономической динамики (инфляция, налоговый, кредитный, тарифный и таможенный режимы);

• последствия кризиса мировой финансовой системы для экономики России и СФО;

• сокращение государственных субсидий сельхозпроизводителям.

Можно выделить основные тенденции развития молочно-продуктового подкомплекса АПК Сибирского федерального округа в 2011-2014 годах: положительная динамика емкости рынка; как следствие повышения качества молочной продукции омских товаропроизводителей; увеличение объема инвестиций в животноводство с целью увеличения поголовья коров, а также их продуктивности; усиление конкуренции; как следствие, произойдет концентрация производства в рамках крупных участников рынка [2].

Рамки данной статьи не позволяют в полном объеме раскрыть все составляющие инновационного потенциала, поэтому ниже определим основные направления развития молочно-продуктового подкомплекса АПК СФО:

- приоритетность молочного скотоводства на региональном уровне с учетом социально-экономического эффекта развития данной отрасли;

- акцент на новейшие технологии при проведении преобразований в животноводстве СФО;

- направление инвестиций не только в крупные сельскохозяйственные организации, а во все, специализирующиеся на выпуске животноводческой продукции;

- расширение импортозамещения молочной продукции и экспортоориентирования ее производства;

- проведение в СФО институциональных преобразований в области нормативно-правового обеспечения и формирование многоукладности в сельском хозяйстве, поддержка малых и средних форм сельского бизнеса и предпринимательства как важных элементов решения проблемы расширенного воспроизводства в молочном скотоводстве;

- развитие инфраструктуры развития агропромышленного производства и социального развития села;

- активизирование кадровой политики, направленной на привлечение специалистов соответствующего квалификационного состава и уровня образования, адекватное материальное стимулирование труда сельскохозяйственных работников, внедрение в хозяйственную практику современных бизнес-технологий менеджмента, маркетинга, брэндирования;

- обеспечение необходимой консультационной поддержкой тех специалистов, которые занимаются инвестиционным проектированием, развитием инфраструктуры.

Стратегической целью развития животноводства является создание технологических и экономических условий формирования и устойчивого развития в области крупномасштабной отрасли специализированного молочного скотоводства и производства молока, в объемах, удовлетворяющих спрос населения (таблица 3).

Таблица 3

Стратегические цели инновационного развития молочно-продуктового подкомплекса Сибирского федерального округа

Предпосылки для модернизации отрасли

Направления развития

Результаты реализации

Достаточные площади земельных угодий и пастбищ

Совершенствование существующей племенной базы молочного скотоводства

Обеспечение селекционно-племенной работы на современном уровне

Создание условий для инвестирования в модернизацию и техническое перевооружение производства

Создание товарных молочных ферм

Переход на сбалансированное кормление животных как в летне-пастбищный, так и в зимне-стойловый периоды

Апробированные в ведущих районах области технологии интенсивного молочного животноводства

Реализация мер по регулированию рынка молочных продуктов

Внедрение на всех фермах крупного рогатого скота оптимизированные ресурсосберегающие технологии

Высокопродуктивные породы молочного скота интенсивного типа

Увеличение производства молока

Обеспечение ветеринарное благополучие животноводческих ферм

Ресурсы маточного поголовья молочных стадах и др.

Укрепление материально-техническую базу ферм крупного рогатого скота

Оптимизация организации производства и труда в скотоводстве

Укрепление кадрового обеспечения отрасли скотоводства

Таким образом, реализация инновационного потенциала молочно-продуктового подкомплекса АПК СФО должна способствовать структурной перестройке действующих предприятий и хозяйств; созданию новых конкурентоспособных производств; модернизации действующего производства с использованием современных достижений научно-технического прогресса, новой техники и передовых технологий в животноводстве региона; формированию конкурентной рыночной среды; интенсификации и повышению экономической эффективности производства молока; развитию агропромышленной инфраструктуры.

Библиографический список

    1. Борисов А.Б. Большой экономический словарь. М.: Книжный мир, 2002

    2. Животноводство Омской области. Статистический сборник. Федеральная служба государственной статистики территориальный орган федеральной службы государственной статистики по Омской области. – Омск, 2010

    3. Ковалева И.В. Инвестиционная привлекательность молочнопродуктового подкомплекса АПК (теория, методология, практика): Автореферат д.э.н.: 08.00.05 / И.В. Ковалева – Москва, 2008

    4. Кундиус В.А. Экономика агропромышленного комплекса: учебное пособие / В.А. Кундиус. – М.: КНОРУС, 2010. – 544 с.

А.В. Бридня
Омский юридический институт

ПОЛИТИКО-ПРАВОВАЯ РЕГЛАМЕНТАЦИЯ ПУБЛИЧНЫХ

СЛУШАНИЙ КАК ЭЛЕМЕНТА ПАРТИСИПАТОРНОЙ ДЕМОКРАТИИ

Содержательным направлением мировоззренческо-концептуального поиска в современной теории государства и права стали концепции делиберативной и партисипаторной демократии. Концепция делиберативной демократии или демократии обсуждения была предложена и разработана в трудах И. Янг, Дж. Коэна, Ю. Хабермаса и других и предполагает, что демократический процесс необходимо рассматривать как процесс формирования общественного мнения и коллективной воли в ходе публичного, свободного, аргументированного обсуждения [1, с. 180]. Партисипаторная демократия, или демократия участия предполагает активное участие населения страны в осуществлении публично-властных функций и возможность граждан влиять на процесс принятия решений органами публичной власти. Использование институтов партисипаторной и делиберативной демократии при осуществлении публичной власти позволяет сделать принимаемые и реализуемые управляющими субъектами решения и программы более взвешенными и легитимными, делает их открытыми (понятными) обществу и, таким образом, обеспечивает их поддержку различными социальными группами.

Одним из институтов, обеспечивающих активное взаимодействие власти и общества, их конструктивный диалог, являются публичные слушания. Этот институт демократии-участия известен и применяется в большинстве развитых стран мира. Слово «public» в буквальном переводе с английского языка означает общественный, общенародный, публичный, общедоступный, открытый, гласный [1, с. 287]. В связи с широким спектром значений данного понятия возникает проблема с его законодательным определением. Эта проблема, в частности, выразилась в закреплении разных, часто противоречащих друг другу определений понятия публичных слушаний в нормативных правовых актах, разрабатываемых и принимаемых в муниципальных образованиях, находящихся на территории Российской Федерации, в рамках Федерального закона от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» [2]. В России до сих пор нет ни правовой, ни научной базы, определяющей данный правовой институт (исключение составляет работа М.Г.Никитенко, посвященная парламентским, но не муниципальным слушаниям [3]), в то время как, реализация права граждан на участие в публичных слушаниях, а значит, и права на участие в осуществлении публичной власти должна стать катализатором развития гражданского общества в стране.

В федеральный закон от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» законодателем была включена гл. 5 «Формы непосредственного осуществления населением местного самоуправления и участия населения в осуществлении местного самоуправления». Впервые в российской юридической практике местного самоуправления к одной из таких форм отнесен институт публичных слушаний. В соответствии с положениями ст. 28 закона публичные слушания могут проводиться представительным органом или главой муниципального образования. Предметом слушаний является обсуждение проектов муниципальных правовых актов по вопросам местного значения с участием жителей. Глава 5 данного закона не содержит развернутых положений, регламентирующих их проведение и оценки результатов.

В соответствии с ч. 4 ст. 28 федерального закона № 131 порядок организации и проведения публичных слушаний определяется в уставе муниципального образования и (или) нормативными правовыми актами представительного органа муниципального образования. Процедура организации и проведения публичных слушаний должна предусматривать заблаговременное оповещение жителей муниципального образования о времени и месте их проведения, заблаговременное ознакомление с проектом муниципального правового акта и другие меры, обеспечивающие участие жителей. Результаты публичных слушаний должны быть опубликованы (обнародованы). Из определения публичных слушаний следует, что они проводятся только для обсуждения вопросов местного значения. В силу этого их результаты носят для органов местного самоуправления рекомендательный характер. Представляется ошибочным высказываемое некоторыми авторами мнение о публичных слушаниях как о форме народовластия [4], отнесение их к формам прямого волеизъявления [5]. C.С. Зенин дает масштабную характеристику публичным слушаниям как важному звену в непосредственном осуществлении населением местного самоуправления и народовластия [6]. Непонятно, каким образом соотносится это заключение с другим высказыванием в этой же публикации, о том, что никакой юридической силы результаты публичных слушаний не имеют. Непосредственное народовластие предполагает принятие властных решений, обязательных для органов местного самоуправления (результаты выборов, решение местного референдума).

Также нам представляется ошибочным вывод, согласно которому закрепление в федеральном законе № 131-ФЗ отдельных форм осуществления населением местного самоуправления, в том числе публичных слушаний, не позволяет местным властям проигнорировать мнение населения по тому или иному вопросу местного значения [7, с. 24]. Анализ положений закона и практики их реализации говорит об обратном.

Представляется, что для наиболее полного и точного определения публичных слушаний необходимо выделить основные признаки, характеризующие данный правовой институт.

Во-первых, публичные слушания являются общественным институтом, призванным обеспечить независимое и свободное обсуждение вопросов, имеющих важное общественное значение. Во-вторых, институт публичных слушаний является одной из форм участия населения в осуществлении публично-властных функций. Третьим характерным признаком института публичных слушаний является наличие двух равноправных субъектов: управляющего субъекта и граждан, проживающих на территории публичного образования, где проводятся публичные слушания. Отсутствие одного из указанных субъектов при проведении слушаний не позволяет атрибутировать данные слушания в качестве публичных. Четвертым отличительным признаком института публичных слушаний является их открытый характер. Открытость заключается в предоставлении возможности каждому, кого может затронуть предполагаемое решение, принять участие в слушаниях. В-пятых, публичные слушания представляют собой процесс обсуждения, проходящий в форме свободного непосредственного диалога участников слушаний. Последний атрибутивный признак публичных слушаний состоит в том, что решения, принимаемые на публичных слушаниях, хотя и носят рекомендательный характер для органов власти, в чью компетенцию входит решение обсуждаемых вопросов, но обязательны для рассмотрения и учета ими при принятии соответствующего решения.

В результате, возможно, использовать определение В.В. Комарова: публичные слушания являются урегулированной нормами права формой участия населения публичных образований (муниципальных образований, административно-территориальных образований либо страны в целом) в осуществлении публично-властных функций путем открытого непосредственного обсуждения проектов правовых актов и других общественно значимых проблем и вынесения по ним рекомендаций, обязательных для учета компетентными органами власти при принятии соответствующих решений [4, с. 39]. Приведенное определение может быть взято за основу при разработке нормативных правовых актов, регулирующих порядок проведения публичных слушаний, с целью единообразного понимания и закрепления понятия этого правового института в законодательстве.

Публичные слушания как форма участия населения в осуществлении публичной власти представляют собой систему, состоящую из следующих взаимосвязанных элементов: субъекты, адресаты, объекты и предметы публичных слушаний. Субъекты публичных слушаний можно разделить на три взаимосвязанных и в определенной степени входящих одна в другую группы: инициаторы публичных слушаний, организаторы проведения публичных слушаний и участники публичных слушаний [8, с. 39].

Инициаторами публичных слушаний могут быть граждане, проживающие на территории публичного образования и обладающие активным избирательным правом, либо органы власти, заинтересованные в обсуждении с гражданами общественно значимых проблем, принятие решений по которым входит в их компетенцию. Организаторами публичных слушаний могут выступать органы власти, граждане либо представители населения и органов власти на паритетных началах. В мировой практике существуют два подхода к решению проблемы организации проведения публичных слушаний. Так, для их организации создается постоянно действующий орган, состоящий из лиц, профессионально занимающихся этим вопросом. В условиях российской государственности создание таких специализированных органов представляется нецелесообразным ввиду того, что число подобных гражданских инициатив в настоящее время несущественно. Другой, наиболее часто применяемый подход – образование организационного комитета, члены которого назначаются для проведения конкретных слушаний [9, с. 39]. Использование такого механизма позволяет экономить финансовые и организационные ресурсы, однако при его применении существует опасность того, что работа членов организационного комитета не будет профессиональной.

На наш взгляд, целесообразна интеграция двух обозначенных подходов, то есть создание консультативно-совещательной структуры, состоящей из нескольких постоянных членов и лиц, привлекаемых для проведения конкретных публичных слушаний. В задачи постоянных членов такой структуры должна входить проверка документов, представляемых при выдвижении инициативы проведения публичных слушаний, проведение первого собрания комитета в полном составе его членов, координирование деятельности комитета.

Круг участников публичных слушаний также законодательно не регламентирован. Представляется, что участниками слушаний с правом голоса, помимо заинтересованных граждан, должны выступать специалисты, занимающиеся выносимыми на публичные слушания вопросами, эксперты, депутаты, представители органов власти, политических партий и общественных организаций. Это позволит избежать ситуации, когда слушания, прежде всего обязательные, проведение которых необходимо для принятия соответствующего акта управляющим субъектом, проходят без обсуждения и превращаются в собрание служащих администрации публичного образования, соглашающихся со всеми предложениями, вносимыми администрацией либо заинтересованными лицами. Наиболее выразительным примером таких слушаний, как правило, становятся публичные слушания по обсуждению проекта бюджета муниципального образования.

Адресатом публичных слушаний является орган власти, принимающий решение по обсуждаемому на публичных слушаниях вопросу. Здесь основными являются два момента. Во-первых, в его компетенцию должно входить решение выносимого на слушания вопроса. Во-вторых, решение, принимаемое гражданами в результате публичных слушаний, должно подлежать обязательному рассмотрению органом власти, которому оно адресовано, а также должно быть учтено при решении им соответствующего вопроса. В случае невозможности принятия рекомендаций они могут быть отклонены органом власти при условии опубликования мотивированного обоснования такого отклонения в официальном источнике [10, с. 50]. Обязательность учета управляющим субъектом результатов публичных слушаний при принятии им решений позволит сделать участие граждан в процессе принятия управленческих решений эффективным, а главное, будет способствовать росту взаимного доверия и взаимодействия органов власти и населения.

Объектом публичных слушаний являются вопросы, представляющие существенное общественное значение, носящие проблемный характер и относящиеся к компетенции органа, которому адресуются принимаемые в результате публичных слушаний рекомендации. Существует подход, согласно которому предлагается установить перечень вопросов, не подлежащих вынесению для обсуждения на публичные слушания. Однако представляется, что если при правовом регулировании института референдума подобные нормы должны иметь место, то при проведении публичных слушаний это недопустимо, поскольку принимаемые на них решения носят рекомендательный характер и могут быть отклонены при принятии соответствующих актов управляющими субъектами. Например, закон Новгородской области №399 от 29 апреля 2004 г. «Об общественном обсуждении проектов законов Новгородской области и вопросов, требующих законодательного решения» устанавливает перечень вопросов, не подлежащих вынесению на общественное обсуждение [11]. В частности, к ним отнесены вопросы областного бюджета, несмотря на то, что эта норма закона противоречит принципу гласности бюджетной системы России, закрепленному в Бюджетном кодексе Российской Федерации. Установление подобных ограничений приводит к нарушению принципов гласности и открытости деятельности органов власти.

При этом нужно иметь в виду, что ограничения при проведении публичных слушаний неизбежны, однако они должны быть связаны исключительно с полномочиями органа, в компетенцию которого входит принятие решения по обсуждаемой проблеме. В случае если граждане выражают желание обсудить вопросы, не относящиеся к его компетенции, такое обсуждение может и должно иметь место, но вне правовой процедуры проведения публичных слушаний, а в рамках общественных форумов или иных смежных институтов делиберативной демократии.

Предмет публичных слушаний определяется их тематикой. Каждые конкретные публичные слушания имеют свой предмет, который представляет собой тему слушаний и указывается в их названии. При этом предмет публичных слушаний не должен выходить за рамки их объекта [12, с. 12]. В ходе анализа нормативных правовых актов, регламентирующих порядок проведения публичных слушаний, возникла неопределенность относительно того, что может быть предметом публичных слушаний. Закон от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ говорит о том, что публичные слушания проводятся для обсуждения проектов муниципальных правовых актов по вопросам местного значения. Означает ли такая формулировка, что предметом публичных слушаний могут выступать только проекты муниципальных правовых актов? Если ответ будет утвердительным, то граждане лишаются возможности обсуждать вопросы местного значения, касающиеся территории всего муниципального образования, поскольку иные предусмотренные законом от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ формы участия населения в осуществлении местного самоуправления не предполагают подобного обсуждения.

Конструкция, используемая при проведении публичных слушаний, позволяет реализовать инициативу по обсуждению общественно важных вопросов самой активной частью населения и не требует для выдвижения инициативы формального собрания в одном месте определенного количества граждан, проживающих в конкретном публичном образовании. Поэтому мы полагаем, что предметом публичных слушаний могут быть не только проекты нормативных правовых актов, но и иные общественно значимые вопросы, касающиеся всего публичного образования, рекомендации, выносимые в результате которых, должны будут учитываться органами власти при принятии соответствующих решений. Изменение нормы ст. 28 федерального закона от 6 октября 2003 г. №131-ФЗ, определяющей предметы публичных слушаний, в соответствии с приведенным утверждением предоставит гражданам реальную возможность публично обсуждать вопросы, имеющие наибольший общественный резонанс в пределах муниципального образования, и быть услышанными органами местного самоуправления.

Кроме того, мы полагаем, что институт публичных слушаний должен реализовываться не только на уровне местного самоуправления. При рассмотрении общественно значимых вопросов, решение которых входит в компетенцию федеральных и региональных органов власти, мнение населения должно учитываться в равной степени. Таким образом, считаем целесообразным, распространить опыт проведения публичных слушаний в муниципальных образованиях на другие уровни власти, прежде всего на уровень субъектов Российской Федерации. Таким образом, актуализируется задача дальнейшего совершенствования законодательства, регулирующего институт публичных слушаний, для чего в равной степени необходимы анализ практики проведения публичных слушаний в Российской Федерации и обращение к опыту зарубежных стран. Это позволит выбрать оптимальную модель проведения публичных слушаний и сделать реализацию данного института в России эффективной, а сам институт – необходимым механизмом взаимодействия органов власти и населения.

Отдельным аспектом изучаемой проблемы является роль и значение правового института публичных слушаний в реализации принципа народовластия, поскольку конституционные положения формально исходят из данной его трактовки. В процессе реализации принципа народовластия следует выделять две группы институтов, являющихся конструктивными элементами такого механизма: институты императивного народного волеизъявления (выборы, референдум, решение некоторых вопросов на сходе граждан и т.п.) и институты выражения общественного мнения, позволяющие вырабатывать обязательные для учета рекомендации, адресованные органам публичной власти. Очевидно, что результаты публичных слушаний – это один из наиболее репрезентативных способов выявления позиции избирателей (общественности) по тому или иному вопросу. Количество участников данной процедуры, а также ее публичность и четкая законодательная регламентация позволяют оценивать результаты публичных слушаний как социологически точный показатель настроений в обществе (а точнее «общественное мнение»). При этом практическое воплощение общественного мнения, транслируемого аппарату государственной власти от народа, является индикатором не только конституционно-правовой легитимности, но и политической ответственности правящей властной элиты. Данное качество публичных слушаний подчеркивает важнейшую политическую и социологическую функцию, выполняемую этим институтом народовластия.

Одним из принципиальных моментов является то, что граждане, принимая участие в публичной политике, подчиняются тем правилам, которые создают для себя сами. В результате нормы права, принятые с участием общественности, становятся более эффективными. Также имеет значение морализующее воздействие публичного обсуждения, поскольку оно помогает перейти от видения обсуждаемой проблемы с позиций исключительно личных интересов к суждениям, исходящим из интересов общего блага [13, с. 180]. Кроме того, публичный дискурс оказывает рационализирующее влияние на первоначальные суждения участников. В отсутствие обсуждения люди не видят более широкий круг возможностей. При реализации публичных слушаний граждане не просто выражают свои мнения, как это происходит при опросах общественного мнения, референдумах, голосованиях на выборах, но и формируют эти мнения в публичных обсуждениях. Это повышает качество выдвигаемых суждений и делает возможным не просто более рациональное, но и новаторское решение [14, с. 48].

В результате, возможно, прийти к выводу о том, что развитие практики общественного участия в деятельности органов публичной власти (как государственных, так и муниципальных) является одним из важных условий принятия взвешенных и эффективных политико-правовых решений, а также способствует привлечению граждан к участию в осуществлении публично-властных функций и развитию взаимодействия между органами власти и общественностью. Только при соблюдении данных условий концепция партисипаторной демократии и конституционно-правовые принципы ее закрепления могут получить полноценное развитие и реализацию в российском обществе.

Библиографический список

  1. Хабермас Ю. Фактичность и значимость. Очерки основанной на дискурсе теории права и демократического правового государства. – М., 1992.

  2. Федеральный закон от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» // Собрание законодательства Российской Федерации. 2003. № 40. Ст. 3822 (с изм. на 18 октября 2009 г.).

  3. Никитенко М.Г. Депутатские (парламентские) слушания в Российской Федерации: Автореф. дисс... канд. юрид. наук. Хабаровск, 2006.

  4. Комарова В.В. Институт публичных слушаний – форма народовластия (понятие, виды, правовые основы) // Конституционное и муниципальное право. 2006. № 9. С. 38 – 43.

  5. Нудненко Л.А. Новеллы Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» от 6 октября 2003 года о непосредственной демократии // Право и политика. 2004. № 3. С. 49 – 57.

  6. Зенин С.С. Публичные слушания: понятия и признаки // Государственная власть и местное самоуправление. 2008. № 2. – С. 52-63.

  7. Звягольский А.Ю., Тамазов З.Г., Упоров И.В. Правовое регулирование института публичных слушаний и его реализация в муниципальных образованиях (проблемы теории и практики). – М., 2008.

  8. Игнатюк Е.В. Правовое регулирование проведения публичных слушаний на уровне субъекта Российской Федерации // Журнал российского права. 2008. № 3. – С. 30-42.

  9. Зенин С.С. Система правового регулирования публичных слушаний как формы участия населения в осуществлении местного самоуправления // Государственная власть и местное самоуправление. 2009. № 3. – С. 29-45.

  10. Ежукова О.А. Публичные слушания по вопросам местного значения в городе Москве: основы правового регулирования и практика // Конституционное и муниципальное право. 2010. № 4. – С. 45-57.

  11. Российская газета (г. Новгород). 2004. 8 июня.

  12. Очеретина М.А. Понятие и типология института публичных слушаний // Конституционное и муниципальное право. 2008. № 23. – С. 10-18.

  13. Miller D. Deliberative Democracy and Social Choice // Prospects for Democracy: North, South, East, West / Ed. By D. Held. Cambridge, 1993.

  14. Бусова Н.А. Делиберативная демократия и политика интересов // Вопросы философии. 2007. № 5. С. 42 – 54.

О.В. Косенчук

Омская гуманитарная академия

Омский государственный аграрный университет

РЫНОК ТРУДА НА СЕЛЕ И ЕГО РЕГУЛИРОВАНИЕ

Рынок труда, как и любой другой товарный рынок, развивается по законам спроса и предложения. Масштаб предложения рабочей силы является основой для формирования рынка труда и нормального его функционирования. Численность населения, ее половозрастной состав, уровень квалификации напрямую влияет на численность трудовых ресурсов.

Ситуация на рынке труда в сельской местности характеризуется большей напряженностью, где возможности трудоустройства и выбор вакансий сильно ограничены, а темпы роста и продолжительность безработицы выше, чем в городе, и превышают социально допустимый уровень.

Ситуация на рынке труда в сельской местности Омской области в значительной степени зависит от совокупности природно–ресурсных факторов. Климат области создает достаточно благоприятные условия для развития сельскохозяйственного производства и в целом это должно способствовать созданию новых рабочих мест на селе. Однако этого не происходит из–за большого влияния на функционирование рынка труда ряда факторов. Это связано, прежде всего, со слабой социально-инженерной инфраструктурой; высоким уровнем бедности и низким уровнем доходов сельского населения; низкой мобильностью рабочей силы; с неразвитостью системы подготовки и переподготовки кадров на селе и др.

На формирование сельского рынка труда оказывают влияние многие факторы, но в трудных экономических условиях особое значение имеют профессиональные знания, которые помогают выйти предприятиям на новый уровень развития. В связи с этим особо насущное значение имеют проблемы образования в аграрном секторе. В последние годы в Омской области как и во всей России снижается численность сельской молодежи и падает ее интерес к выбору аграрных профессий.

Основу демографической и социальной базы подготовки кадров для агросферы традиционно составляет сельская молодежь. Молодые омичи–горожане довольно активно поступают в Омский государственный аграрный университет, но преимущественно на факультеты по подготовке специалистов общенациональной востребованности и заранее нацелены на работу в городе.

В тоже время модификация ценностно–нормативного комплекса, смена трудовых приоритетов и жизненных установок сельской молодежи (в основе чего лежит чудовищное неравенство экономических, социальных, культурных возможностей сельских и городских жителей) все сильнее устремляет ее наиболее подготовленную часть в город.

Ухудшают ситуацию на сельском рынке труда и экономические факторы, среди которых необходимо отметить: низкую инвестиционную привлекательность села, низкую эффективность сельскохозяйственного производства в общественном секторе АПК, неравномерное размещение производительных сил на сельских территориях. Так как специфической особенностью сельского хозяйства является высокая трудоемкость и низкая доходность отраслей, это сопровождается оттоком ресурсов, в том числе рабочей силы, в другие сферы производства. К тому же большая часть сельскохозяйственных организаций неплатежеспособна, их ма­териально-техническая база разрушается, сокращаются масштабы хозяйствен­ной деятельности, уменьшается число занятых в производстве и увеличивается уровень безработицы.

Сегодня доля хронически безработных на селе намного превышает городской уровень. Вообще при среднем для села уровне безработицы в 18% (официально регистрируемая – 10%) среди сельской молодежи она достигает 40%. Скрытая и сезонная безработица в деревне сегодня еще выше, особенно среди молодежи [1].

Усугубляет проблему деградация общего сельского школьного образования, закрытие малокомплектных школ на селе, просчеты в путях решения проблем с занятостью населения деревни и его интенсивная алкоголизация. Алкоголизм жителей села, с одной стороны, и стимулирование рождаемости посредством «материнского капитала» в качестве стимула для общего подъема благосостояния населения деревни, с другой, в целом способствовали тому, что данным «стимулом» стали активно пользоваться преимущественно алкоголики. В результате темпы рождаемости умственно и физически неполноценных, вследствие «пьяного зачатия» в современной деревне на 35–40% обгоняют интенсивность рождений нормальных детей [2].

В общей совокупности это снижает долю сельской молодежи, способных к освоению современных профессий, в том числе аграрных. И осложняет подготовку не только высококвалифицированных специалистов, но и работников низшего профессионального звена, особенно рабочих.

Проблему подготовки квалифицированных кадров для села необходимо рассматривать с разных сторон: а) начальное агропрофобразование и б) возможности повышения квалификации с отрывом и без отрыва от производства через систему профессионального аграрного образования. Закрепляется в сельскохозяйственном производстве только 17,6%.

В целом дефицит кадров в растениеводстве составляет 16–19%, в животноводстве он меньше, поскольку здесь при снижении поголовья скота вырос контингент неквалифицированных рабочих. Также сокращается численность квалифицированных рабочих, трудящихся в сельской неаграрной сфере.

Необходимо учесть, что профессиональные требования к квалифицированным рабочим кадрам сегодня в большей степени вырабатываются исходя из конкретных условий каждого хозяйства, его специфики, уровня технологического и социально–экономического развития.

Ведет к росту дефицита кадров специалистов средней квалификации и региональное рассогласование между потребностями в них на селе и ограниченными возможностями принять их вследствие отсутствия свободного жилья и других условий для нормальной жизни.

В связи с рассмотренным ранее суждением демографического контингента сельской молодежи и растущим отчуждением все более значительной ее части остается все меньше надежд на рост числа абитуриентов, а соответственно, и выпускников системы агропрофобразования Ситуация может исправится только в случае существенного подъема российской агросферы, причем как аграрного производства, так и благосостояния сельских территорий. Между тем проблемы дефицита квалифицированных аграрных кадров решать безотлагательно, без этого не возродить и не модернизировать ни аграрное дело, ни сельских территорий.

Отчасти данную проблему можно смягчить за счет приоритетного решения вопросов закрепления в деревне молодых специалистов путем создания для них приемлемых условий труда и быта, что должно стать первым шагом на пути к реальному возрождению агросферы в целом. Реализация приоритетного национального проекта «Развития АПК» привлекла внимание к задаче обеспечения молодых специалистов жильем и повышения уровня оплаты их труда. Но за годы реализации проекта свои жилищные вопросы решили сравнительно немногие. А с проблемой оплаты труда возникли сложности у сельхозорганизаций, большинство которых оказались закредитованными или на грани банкротства.

С учетом деградации социальной инфраструктуры деревни вышеописанные обстоятельства породили ситуацию, при которой ¼–1/3 часть выпускников агровузов изначально отказывается работать в деревне; столько же из них, начав трудится в сельском хозяйстве, в первые же три года после этого перебираются на городской асфальт.

Если мы серьезно намерены возрождать отечественную агросферу, то сфера применения труда специалистов в самом ближайшем будущем должна будет расширятся. Но это должно происходить не за счет увеличения численности, а в основном благодаря качественной трансформации агропрофессионального капитала и перераспределению наличного состава специалистов. Подготовка специалистов с высшим образованием должна в этом случае стать важнейшей пастью народнохозяйственного регулирования.

В ближайшие годы предстоит значительно расширить и улучшить качество профессиональной переподготовки и повышения квалификации руководителей и специалистов АПК.

Основными причинами сокращения сельского населения явилась естественная убыль населения, которая обусловлена как снижением рождаемости, так и увеличением смертности, а также миграционными процессами. Отрицательное влияние на рынок труда оказывает миграция населения из села в город.

Положение усугубляется сложной демографической си­туацией на селе, ростом бедности сельских жителей, отсутст­вием важных для жизнеобеспечения людей объектов социальной и инженер­ной инфраструктуры. Демографические факторы в случае значительного роста численности населения трудоспособного возраста по сравнению с числом рабочих мест резко дестабилизируют сельский рынок труда. В области отмечается относительно благоприятный уровень воспроизводства населения, но превышение предложения рабочей силы над спросом на нее вызвано отсутствием вакантных рабочих мест на селе, слабым развитием несельскохозяйственных сфер приложения труда и значительным удельным весом занятых в ЛПХ.

Национальным проектом “Развитие АПК” в качестве основного приоритетного направления предусмотрено стимулирование развития малых форм хозяйствования. Проект содержит ряд подпроектов, которые способны решить существующие проблемы только в комплексе, во взаимодействии всех его составляющих, однако центральным является вопрос поддержки государством мелкого производителя, на основе облегчения доступа к заемным средствам, субсидирования процентных ставок по кредитам, создания инфраструктуры в виде снабженческо-сбытовых и мини перерабатывающих предприятий.

Развитие кооперации личных подсобных хозяйств населения позволит: организовать создание собственного дела для незанятого сельского населения Омской области в количестве более 10000 человек; за счет работы кооперативов увеличить доходы сельского населения до 45 -50 тысяч рублей в год в расчете на одного работающего члена хозяйства; увеличить доходность бюджетов различных уровней. Сельскохозяйственная потребительская кооперация ЛПХ - доходообразующая система, которая должна обеспечить экономическое и социальное развитие территории. Объединение мелких хозяйств в кооперативы по сбыту своей продукции позволит существенно улучшить структуру занятости, законодательно закрепить трудовую деятельность граждан занятых в ЛПХ.

Но, надо сказать, что малый бизнес выступает в качестве фактора, противодействующего повышению безработицы только при его господдержке.

В целом приоритетными направлениями политики занятости на сельском рынке труда, осуществляемыми областными органами управления, должны стать: содействие перерабатывающей промышленности в сельской местности, стимулирование самозанятости и предпринимательской деятельности, содействие экономической заинтересованности работодателей в сохранении и создании новых рабочих мест.

Библиографический список

  1. Новиков В.Г. Подготовка кадров для агросферы России: проблемы и перспективы развития // Экономика сельскохозяйственных и перерабатывающих предприятий. – 2010. - №7. – С.62-65

  2. Кулешов В.В. Модернизация экономики и ее кадровое обеспечение // ЭКО. – 2010. - №6. – С.18-36

О.Н. Михайлова

Северо-Казахстанский университет имени М. Козыбаева

ФОРМИРОВАНИЕ СИСТЕМЫ УПРАВЛЕНИЯ ИННОВАЦИОННОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬЮ

Для осуществления инновационных процессов необходимо не только наличие макроэкономических факторов развития и сба­лансированной экономической политики государства, но и рацио­нальное управление ими на уровне предприятия, основанное на теоретических подходах современного менеджмента и аргументи­рованной методике.

Современная экономическая наука считает, что управление ­это, прежде всего, деятельность, направленная на достижение поставленных целей. Система управления инновационной деятель­ностью - это искусство координации трудовых и материальных ресурсов с применением современных методов управления на протяжении жизненного цикла усовершенствованной продукции. Основным результатом управления инновационной деятельностью следует считать достижение цели по составу, объему, стоимости и времени выполняемых работ для производства продукции улуч­шенного качества. Вся система управления может оказаться несо­стоятельной, если цель выбрана неудачно, а исполнители сомне­ваются в правильности подходов к достижению цели. Таким обра­зом, выбор стратегической и тактических целей инновационной деятельности промышленного предприятия является определяю­щим этапом при построении системы управления [3].

Выбор цели зависит от того, какие проблемы стоят перед пред­приятием, как руководство определяет их важность, какой объем ресурсов можно израсходовать на их решение в определенные сроки. Формулировка и обоснование целей - один из важных моментов в руководстве коллективом, поскольку люди не могут выполнять творческую работу, которая является основой инновационной деятельности, без представления о том, ради чего они решают повседневные задачи. Множество целей, которые ставятся даже в ходе реализации одного инновационного проекта, могут носить технический, организационный, социальный, экономический характер, быть локальными или комплексными. Организацион­ные цели связаны с совершенствованием взаимодействия различ­ных подразделений, участвующих в инновационной деятельности. Достижение социальных целей позволяет не только улучшить ус­ловия труда работников, но повысить их заинтересованность в творческом труде, а также сформировать потенциал дальнейшего инновационного развития предприятия. Экономические цели мо­гут быть разнообразны: получение максимальной прибыли на вло­женный капитал, снижение издержек предприятия, расширение рынка сбыта продукции и т.д.

В самом общем виде целью управления инновационной дея­тельностью предприятия можно считать достижение оптимальных показателей объема, времени и затрат ресурсов для производства продукции с усовершенствованными характеристиками. Четыре показателя инновационной деятельности предприятия (объем инновационных работ, время их выполнения, количество необ­ходимых ресурсов и уровень улучшения качества продукции), как правило, противоречат друг другу. Чем выше требования к усо­вершенствованным характеристикам инновационного продукта, тем больший объем работ необходимо осуществить. Соответствен­но увеличивается время на их осуществление и стоимость ресур­сов для их реализации. Сократить время работ можно, если при­влечь дополнительные ресурсы (технику, исполнителей, повы­сить расценки за выполняемые в короткий срок операции и т.д.). Экономия ресурсов может привести к снижению качества усовер­шенствованного продукта. Поэтому оптимизировать инновацион­ную деятельность одновременно по всем четырем параметрам не­возможно, и предприятию необходимо определить, какой из них является более важным, и за счет чего можно достичь его опти­мизации [10].

В классическом инвестиционном проекте, для реализации ко­торого привлекаются внешние ресурсы, чаще всего наиболее зна­чимыми являются затраты на осуществление проекта. Для инно­вационного проекта более важен период его реализации, так как чем раньше по сравнению с аналогами конкурентов новый про­дукт попадет на рынок, тем большее преимущество получит пред­приятие. Для инновационной деятельности параметрами преиму­щественной оптимизации будут срок выполнения работ и сто­имость, необходимым условием - допустимый уровень качества усовершенствованной продукции, а имеющиеся ресурсы опреде­лят систему ограничений.

Не только цели инновационной деятельности, но и система условий и ограничений ее реализации формирует инновацион­ную стратегию промышленного предприятия, которая представ­ляет собой систему долгосрочных целей и параметров выбора наиболее эффективных путей их достижения.

Система управления инновационной деятельности включает в себя части механизма управления (неразрывного цикла планиро­вания, анализа, контроля и регулирования) для каждого ее этапа. Один цикл характеризует осуществление одного инновационного проекта, а само управление представляет собой повтор таких цик­лов. Таким образом, система управления инновационной деятель­ностью представляет собой управление совокупностью иннова­ционных проектов [6].

Объектами управления инновационной деятельностью являются ее объемы, затраты, время, качество, трудовые ресурсы, органи­зационная составляющая, риски и поставки. Объемами управля­ют на основе изучения требований рынка, что определяется стра­тегией предприятия. Управление затратами основано на анализе отчетов по затратам материальных, финансовых, трудовых ресур­сов предприятия с целью установления неэффективных вложе­ний и их минимизации. Временем координируют путем планиро­вания, составления календарных графиков и контроля за своевре­менным выполнением работ.

Управление качеством обеспечивает соблюдение стандартов, уста­новленных для проекта. Управление качеством можно рассматривать в четырех аспектах: управление качеством продукта – оно должно соответствовать ожиданиям потребителей; управление качеством разработки проекта - обеспечивается путем детальной и тщатель­ной разработки проекта; управление качеством выполнения проекта согласно документации; управление качеством ресурсов.

Управление трудовыми ресурсами направлено на согласование деятельности людей, участвующих в инновационной деятельно­сти. Управление коммуникациями представляет собой накопле­ние и обработку информации, которой обмениваются участники инновационной деятельности. Управление поставками включает отбор и заключение контрактов, контроль за поставками матери­алов, оборудования, услуг. Управление рисками предусматривает идентификацию, анализ, оценку риска и разработку мероприя­тий по его снижению. Минимизировать риск можно, распределив его между участниками проекта, зарезервировав средства на по­крытие непредусмотренных расходов, снизив риски в плане фи­нансирования и с помощью страхования.

Управление инновационной деятельностью позволяет решить следующие задачи: определить и обосновать цели каждого проек­та, сформировать его структуру, определить объемы и источники финансирования, выбрать исполнителей, заключить контракты, определить сроки выполнения проекта, подготовить графики его реализации и установить необходимые ресурсы, составить каль­куляцию и проанализировать расходы, запланировать допустимую величину риска, контролировать ход выполнения проекта и по завершении провести детальный анализ [2].

Предпроектное инновационное исследование включает: ощу­щение проблемы - возникновение идеи усовершенствования про­дукта; сбор данных, на основании которых общая концепция про­веряется в деталях, устанавливается ее реалистичность, прибли­зительный объем работ, масштаб расходов, сроки исполнения; формулировку проблемы – определение целей и задач, которые должны быть решены; разработку возможных решений (предло­жений) и их оценку. Оценивая решения, руководство должно принимать во внимание альтернативную стоимость – те выгоды, которые предприятие теряет от неосуществления альтернативных проектов. Одно решение выбирают из нескольких в связи с огра­ниченностью ресурсов, принимая во внимание величину расхо­дов на удовлетворение проблемы и сравнительную важность по­требностей [4].

Инвестиционная фаза реализации инновационного проекта начинается с планирования. Планирование осуществляется на протяжении всей инновационной деятельности, но в данной фазе ему уделяется наибольшее значение. В начале есть предваритель­ный неофициальный план – первое представление о том, что будет, если предприятие реализует данный проект. После приня­тия решения происходит формальное и детальное планирование. По мере продвижения деятельности план может корректировать­ся в связи с возникновением непредвиденных ситуаций. Характер специфического планирования носит конструкторская разработ­ка, в ходе которой составляют необходимые конструкторские до­кументы, утверждают бюджет, календарный и ресурсный план. На ее основе организуют работу персонала и обеспечивают его материалами и оборудованием.

Третья - эксплуатационная фаза инновационного проекта ­представляет собой, главным образом, производство продукции и контроль за производственной деятельностью. Проверяют объе­мы, качество, расходы ресурсов, своевременность поставок. В про­цессе реализации проекта всегда будут отклонения, приемлемую величину которых устанавливают с самого начала. В основе конт­роля лежит сбор и анализ информации о ходе реализации проекта. Периодически объективно подводя промежуточные результаты, руководитель принимает решение о регулировании дальнейшей инновационной деятельности. Итоговая оценка проводится для обобщения положительных и отрицательных результатов деятель­ности, накопления опыта. Завершение данного инновационного проекта включает использование продукта, оценку полученных выгод, награждение сотрудников, обслуживание выпущенного продукта, сбор информации от потребителей о возможностях его дальнейшего совершенствования [9].

Проект может завершиться и преждевременно по причинам, которые не были предусмотрены на предыдущих фазах управле­ния. В этом случае часто остаются невыполненными обязательства по проекту, что снижает имидж предприятия.

Характерно то, что эксплуатационной фазой управление ин­новационной деятельностью предприятия не заканчивается, а на­чинается ее новый цикл. Составляются заключительные отчеты, проводится сверка и выполняются обязательства перед инвесто­рами, определяется дальнейшая возможность использования обо­рудования, сотрудники получают следующие задания, проис­ходит поиск новых идей.

В фазе предпроектного исследования наиболее оправданным является использование альтернативного анализа - изучение ин­новационной деятельности с точки зрения нахождения наиболь­шего числа альтернатив и выбор наилучшей. Для этого составляют укрупненную схему деятельности, ограничений и целей работы. Затем ведут поиск ответов на следующие вопросы: может ли про­ект быть выполнен быстрее; могут ли быть сокращены расходы; можно ли выпустить продукцию другого качества, но более деше­вую, и будет ли она приемлема для клиента; насколько можно ав­томатизировать работу; приведет ли это к сокращению потребляе­мых ресурсов; могут ли быть использованы более дешевые матери­алы; есть ли более простые варианты реализации проекта; насколь­ко используются новые технологии; можно ли использовать име­ющееся оборудование; есть ли альтернативные системы управления.

В инвестиционной фазе основная цель анализа - распределе­ние ответственности. Для этого составляют схему работ и список участников. Определяют ответственных и их полномочия, поря­док управления проектом и предоставления отчетности, форми­руют инструкции. Именно в этой фазе следует разработать систе­му эффективного документального контроля, подготовить пере­чень рабочих документов, которые подлежат контролю, устано­вить порядок их заполнения и предоставления, организовать по­рядок рассмотрения. Проверка функционирования всей системы контроля и анализа, предусмотренной проектом, называется ауди­том проекта. Его задача - выявить отклонения и составить реко­мендации по улучшению системы.

Анализ выполнения проекта чаще всего сводится к анализу отклонений плановых показателей от фактических. Недостатком такого подхода является то, что эти данные констатируют только прошлую ситуацию и не направлены в будущее. Поэтому более полную информацию дают метод скорректированного бюджета ­корректировка плановых расходов с учетом фактических на опре­деленную дату, или объем работ, и метод прогнозирования остаточных расходов, который базируется на экстраполяции фак­тических данных о ходе выполнения проекта.

В отличие от анализа, объекты которого меняются с изменени­ем фазы инновационной деятельности, контролю на протяжении всей деятельности подлежат ресурсы. При управлении инноваци­онной деятельностью основными являются финансовые, техни­ческие, трудовые и материальные ресурсы предприятия. Матери­альные ресурсы по сравнению с техническими и трудовыми ме­нее стабильны (подвержены быстрым изменениям), поэтому сточки зрения потенциальных возможностей предприятия боль­шую значимость имеют трудовые и технические ресурсы.

Для характеристики трудовых показателей используют средне­списочную численность и качественный состав работников. Тех­нические возможности отражают техническую оснащенность про­изводства, технико-экономический уровень машин и оборудова­ния, уровень технологических процессов, уровень использования средств производства и др.

Эффективность анализа и контроля во многом зависит от орга­низации сбора информации, системы составления, предоставле­ния и работы с отчетностью. Одна из самых характерных проблем ­переизбыток информации, отчеты часто содержат множество по­казателей, среди которых потребитель отчетности может не найти необходимой или не обратить внимание на существенные сигна­лы об изменении хода реализации проекта. Для решения этой про­блемы, по мнению исследователей, система отчетности должна быть построена на следующих принципах:

- менеджерам каждого уровня следует предоставлять информа­цию, соответствующую его ответственности;

- более детальную информацию нужно давать по тем показате­лям, значения которых существенно отклоняются от плана. При этом тщательно анализируется информация о расходах и времени осуществления проекта;

- система отчетности должна позволять отслеживать источники негативных отклонений.

Эффективно построенная система анализа и контроля в ме­ханизме управления инновационной деятельностью позволяет со­здать базу для управления достаточно специфическим объектом ­риском. Управление рисками - это комплекс мероприятий, вклю­чающий идентификацию, анализ, снижение и мониторинг риска с целью минимизации отклонения фактических показателей про­екта от их запланированных значений [6].

Для управления рисками, связанными с инновационной дея­тельностью, их необходимо идентифицировать, т.е. определить вид. В отличие от инвестиционных проектов, инновационные проекты характеризуются большей подверженностью инвестиционным рискам. Инвестиционный риск представляет собой вероятность того, что вложенные средства не принесут ожидаемого дохода. Инвестиционный риск подразделяют на финансовый, строитель­ный и эксплуатационный. Финансовый риск обусловлен вероят­ностью невыполнения финансовых обязательств противополож­ной стороной и риском изменения конъюнктуры финансовых рынков. Строительный риск возникает при реализации проекта ­превышение сметы, несвоевременное завершение работ, наруше­ние условий договора, снижение спроса. Эксплуатационные рис­ки появляются после введения объекта в действие, включают риск реализации продукции (снижение объемов реализации в резуль­тате роста конкуренции или появление товаров более высокого качества), риск снижения прибыльности, невыполнения поста­вок, риск менеджмента, форс-мажорный риск [7].

При осуществлении инновационной деятельности возникает дополнительный риск - риск неиспользования инновационного потенциала предприятия. Это может стать результатом незаинте­ресованности руководства в поддержке творческого потенциала сотрудников, что приводит к утечке коммерческой информации, так как изобретатели могут уйти к конкурентам. На многих пред­приятиях отсутствует зависимость между результатами от изобре­тений и рационализаторских предложений и вознаграждением авторов, их карьерным ростом.

Таким образом, основополагающим фактором управления ин­новационной деятельностью предприятия является организация управления персоналам, стимулирующая их творческое отноше­ние к труду. Его инновацион­ная стратегия направлена на перспективное развитие, в частно­сти на укрепление положения на рынке стран СНГ и возможный выход на рынки Китая. С этой целью подготовлена специальная программа по развитию производства.

В результате планируется достижение основной цели системы управления инновационной деятельностью на предприятии ­увеличения объемов производства и реализации высокотехноло­гичной продукции.

Централизованный научно-технический комплекс конструктор­ских, технологических и научно-исследовательских работ прово­дит единую научно-техническую политику.

Поэтапно решаются задачи создания интегри­рованной автоматизированной системы управления, которая обес­печивает связь с системами автоматизированного проектирова­ния и позволяет управлять сквозными процессами (от проектиро­вания и производства до реализации готовой продукции) в еди­ной корпоративной информационной среде. С ее помощью реша­ют Финансово-экономические задачи (управление финансами, планирование, бюджетирование), реализуют управление произ­водством по основным направлениям деятельности предприятия, управление запасами, бухгалтерский и налоговый учет, управле­ние персоналом, управление договорами на реализацию продук­ции, управление качеством продукции.

В результате создания эффективной системы управления инно­вационной деятельностью предприятия в целом можно ожидать повышения результативности каждого конкретного инновацион­ного проекта. Основные условия для этого – обоснованное пла­нирование и рациональное составление его бизнес-планов.

В экономических исследованиях и практической инвестицион­ной и инновационной деятельности одним из центральных эта­пов является проект. В самом общем смысле под проектом пони­мают деятельность, посредством которой материальные, финан­совые и трудовые ресурсы организованы новаторским путем для выполнения уникальной работы при ограничении во времени и расходах для достижения положительных изменений, определен­ных количественными и качественными параметрами. Кроме того, проектом называют комплект документов, разработанных для осуществления такой деятельности.

Инновационный проект – это комплект документов, который включает описание взаимосвязанных мероприятий технологиче­ского парка, определяет его участников, дочерние и совместные предприятия, производителей продукции, проведение научных исследований, технического, технологического, конструкторского проектирования, регламентирует выпуск опытных партий и про­мышленного производства инновационной продукции, а также финансовое, кадровое, маркетинговое и коммерческое обеспече­ние производственного внедрения новых товаров и предоставле­ния услуг.

Инвестиционный проект представляет собой комплект докумен­тов, который включает описание взаимосвязанных мероприятий технологического парка, определяет его участников, дочерние и совместные предприятия, производителей продукции, и осуще­ствляет реализацию имущественных и интеллектуальных ценностей, как инвестора, так и собственника с целью получения при­были и (или) достижения социального эффекта.

Таким образом, основным отличием инновационного проекта от инвестиционно­го является наличие научных исследований для производства ин­новационной продукции [8].

Библиографический список

  1. Ансофф И. Новая корпоративная стратегия / И. Ансофф. – М.: Мысль, 1998.

  2. Крылов Э. И. Анализ эффективности инвестиционной инновацион­ной деятельности предприятия / Э. И. Крылов, В. М. Власова, И. В. Жу­равкова. – М.: Финансы и статистика, 2003.

  3. Кузьминов Я. Модернизация экономики: глобальные тенденции, базовые ограничения и варианты стратегии / Я. Кузьминов, А Яковлев. ­Препринт WP5/2002/01. – М.: ГУ-ВШЭ, 2002.

  4. Кураков Л. П. Экономический энциклопедический словарь / Л. П. Кураков, В.Л. Кураков, АЛ. Кураков. – М.: Вуз и школа, 2005.

  5. Маренков Н.Л. Основы управления инвестициями / Н.Л. Марен­ков. – М.: УРСС, 2003.

  6. Масленникова Н. Л. Менеджмент в инновационной сфере / Н. П. Масленникова, А В.Желтенков. – М.: ФБК-ПРЕСС, 2005.

  7. Методические рекомендации по оценке эффективности инвестиционных проектов. – М.: Финансы и статистика, 2001.

  8. Ойши В. Основные принципы экономической политики / В. Ойши. – ­М.: Прогресс, 1995.

  9. Твисс Б. Управление научно-техническими нововведениями / Б. Твисс. – М.: Экономика, 1989.

  10. Управление инновациями / под ред. Ю. В. Шленова. Ч. 2. Управле­ние финансами в инновационных процессах. – М., 2003.

О.Ю. Ульянова

Волгоградский государственный архитектурно-строительный

университет

ПРОБЛЕМЫ ИНСТИТУЦИОНАЛИЗАЦИИ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ

КУЛЬТУРЫ В УСЛОВИЯХ МОДЕРНИЗАЦИИ РОССИИ

Современная экономическая ситуация в России актуализирует формирование новой экономической культуры, культуры постиндустриальной экономики. Обеспечить инновационное развитие экономической системы на макроэкономическом в общем и региональном уровнях в частности возможно за счет формирования нового культурного уклада, совершенствования институциональной траектории и формирования новых институтов. По мнению академика Д.С. Львова, «экономическая наука … не обладала и никогда не будет обладать секретом построения эффективной экономической системы на основах иных, чем на началах духовного и нравственного развития общества» [1]. Академик Н.П. Федоренко считал, что «экономика – это не количество денег, а уровень культуры, т.е. степень экономического развития, конечно, связана с количеством накопленных капиталов, объемом добываемых и разведанных полезных ископаемых и наличием других материальных ресурсов; однако, в конечном счете, степень этого развития зависит от уровня цивилизованности страны и каждого ее гражданина. Корень всех проблем – это дисбаланс между цивилизацией и культурой, между накоплением богатств и падением морали» [2].

Для культуры характерна аксиологическая основа (П. Сорокин, А.Дж. Тойнби, О. Шпенглер), т.е. ценности – это ядро культуры, определяющее ориентацию поведения и формирование позиции индивидуумов. Каждое общество имеет базовые ценности, определяющие тип социальной организации. Ценности – это критерии разумного выбора целей общества, а также оценки доминирующих социальных норм.

Для российской цивилизации характерны такие исторически сформировавшиеся ценности, как комплексное социо-духовно-экономическое восприятие явлений, важная роль духовного начала в соотношении с узкоматериальным, коллективизм, государственничество, острое восприятие социальной несправедливости, патернализм. Российская духовная традиция ориентирована на многомерное восприятие мира, его многосторонность и сочетание с духовным измерением, несводимость мира к узкоэкономическим координатам.

Общая тенденция развития современной экономической системы заключается в трансформации ее мономерных форм в многомерные, переходе от индустриального к постиндустриальному обществу. Исследованием постиндустриального общества и его культуры занимались ученые Д. Белл [3], Дж. Гэлбрейт [4], В.И. Иноземцев [5] и др.

Постиндустриальная культура не замещает индустриальную культуру, а только усложняет структуру общества. Нематериальными ценностями постиндустриальной культуры являются человеческий капитал, уровень образования, профессионализм, обучаемость и креативность работника, знаниеемкие технологии.

Под культурой новой экономики (постиндустриальной культурой) понимаем систему устойчивых ценностей и убеждений, основанных на гуманизации технического прогресса, оптимальном соотношении инвестирования в производственный и человеческий капитал, экологизации.

Чертами постиндустриальной культуры выступают:

- университет - основной социальный институт;

- гуманизация и экологизация производственного процесса;

- повышенное внимание к окружающей среде, ориентация на будущее;

- формирование новой элиты, основанной на знании и образовании, а не на политической власти или собственности;

- наука на новой стадии своего развития;

- новая интеллектуальная технология, которая предполагает использование техники как решение социальных проблем;

- инновационный характер культуры требует перманентного повышения квалификации, обновления знаний и освоения новых видов экономической деятельности.

Рост культуры путем внедрения новшеств, а затем их диффузии обусловливает обычно и качественные изменения культуры. Социальный спрос стимулирует изобретательскую деятельность, социальный престиж, со своей стороны, – применение технических новшеств в обществе. Технологические изменения вызывают перемены в определенных социальных институтах, социальном поведении индивидуума и социальной структуре общества.

Инновационное развитие экономической системы сопровождается изменениями материальной и нематериальной культуры, которые связаны с формированием кластера инноваций нового (шестого) технологического уклада, имманентного тенденциям постиндустриализации. Если ключевыми инновациями пятого технологического уклада являются микроэлектроника и программное обеспечение, то инновациями нового (шестого) выступают биотехнологии, нанотехнологии, системы искусственного интеллекта, глобальные информационные и интегрированные высокоскоростные транспортные сети.

Следует учитывать, что российская экономика – специфическая модель мира начала ХХI века. В качестве особенностей российской экономической модели выступают:

- значительная роль на протяжении всей истории страны государства и государственного вмешательства в экономику;

- объединение финансового и производственного капиталов в интересах первого, которое ограничивает экономический рост в стране;

- концентрация производственного капитала на основе слабого технического обновления.

Причинами медленной институционализации экономической культуры в условиях модернизации России являются:

1. Имманентная культурная специфика, состоящая в сочетании и сосуществовании европейского и восточного укладов.

Россия, обладая уникальным географическим местоположением, соединяет две культуры: восточную и европейскую, которые взаимодействуют между собой, и формируют особую культуру. Несмотря на существование христианских идеалов в тысячелетней русской культуре, Россия обладает природой национальной самобытности, которая проявляется «…в духовных исканиях народа, в канонах русской эстетики, в религиозном опыте русского православия - в опыте благоговейного отношения к земле, к природе [6].

Российская культура, как доказывает теория византизма, не будет тождественной западноевропейской культуре, если даже представители первой будут стремиться к формированию второй. В подтверждение приведем два аргумента:

- идея культурного генезиса постулирует развитие иных, нежели в европейской цивилизации, феноменов: православного христианства, самодержавной власти, специфики народной ментальности, с ее склонностью к мистицизму и пессимизму, которые в конечном счете направляют вектор российской цивилизации в иное русло;

- в процессе развития европейской цивилизации доминирует появление массовой культуры и обезличенного «среднего» европейца, утратившего культурную самобытность.

В развитии европейской культуры имеет место целый ряд позитивных моментов: достижения науки, техники, переход развитых стран на этап постиндустриального, «постэкономического» общества (В.И. Иноземцев), для которого характерны элементы гражданского общества, правового государства, стирание грани между производительным и непроизводительным трудом, производством материальных благ, высокое материальное обеспечение среднего класса, повышение роли индивидуального, творческого труда, интеллектуальной формы собственности, роли информации, знания, образования и др.

2. Зависимость от траектории предшествующего экономического и культурного развития страны.

Советская система в России создала единые для советских людей культурные институты, систему образования, средства массовой информации, нормы права, систему социального обеспечения и др. Для советской системы были имманентны такие черты, как абсолютный дефицит, теневая экономика, бюрократизация и оппортунистическое поведение экономических субъектов, отсутствие адекватной системы эффективного воспроизводства основного капитала. Это привело к экономическому кризису, который был результатом проведения политики «государственного патернализма». Государство выступало важным субъектом в процессе формирования советской социальной идентичности.

Следует отметить, что формирование культуры советской эпохи происходит посредством «насаждения» партийным руководством ее институтов. Это привело к доминированию государственно-гражданской идентичности, утверждению социальной однородности в стране. 1991 год стал бифуркационным периодом для российской экономики, возникновение ее кризиса, для которого характерно разрушение «старых» институтов и отсутствие предпосылок для создания «новых». Выход из кризиса предполагает новый взгляд на человека, который должен стать вернуться в центр культуры. На первый план выходит развитие личностных компетенций индивида для решения современных мега- и нанокультурных проблем.

3. Закрытость культуры, или отсутствие культурного диалога с другими национальными культурами.

Для современной эпохи характерна взаимодействие, взаимообогащение национальных культур, каждая из которых имеет специфическую уникальную ценность. Для ускорения процессов обогащения мировой культуры должен происходить культурный диалог. Это означает, что чем больше у национальной культуры внутренних и внешних связей с другими культурами, тем богаче она становится, тем выше поднимается в своем историческом развитии. Страны с высоким культурным уровнем населения имеют высокий уровень экономического развития. Для достижения таких результатов необходимо значительное внимание развитию образования, науки и культуры со стороны государства и предпринимателей.

Радикальные изменения в России привели к ликвидации сложившихся структур социальной жизни, характерных для общества закрытого типа. Объективные процессы российской действительности свидетельствует о начале формирования гибких структур и множественных социальных связей, характерных для обществ открытого типа. Фундаментальные изменения в структуре общественного сознания, которые выражаются в институционализации форм рационального мышления, развитии свободы личности, творчества, личной инициативы и ответственности, свидетельствуют о формировании гуманистической культуры. Однако формирование структур открытого общества идет непоследовательно и алогично, что обусловлено отсутствием адекватной модели реформирования экономики.

Гуманизм становится сущностью развития общества тогда, когда овладеет массовым сознанием, превращаясь в убеждения каждого человека и всех людей. В связи с этим актуально реформирование отношений в современной России, которое должно осуществляться на основе принципа гуманизма. Наша страна переживает период преодоления идеологического вакуума в направлении формирования нового гуманистического мировоззрения, соответствующего периоду становления открытого общества и активному культурному диалогу.

4. Длительное существование института государственной собственности.

Доминирование государственной собственности приводит к отчуждению общественной жизни от граждан и деформации ответственности за объект собственности, подавила рыночную мотивацию экономических субъектов. Однако институциональные реформы, направленные на формирование нового содержания собственности, изменение методов реализации экономических функций в собственности и структуре собственности, не были достигнуты. В результате ни одна из форм собственности не получила относительной устойчивости и механизмов реализации содержащихся в ней отношений. При этом государственная и кооперативная формы утратили свое значение и были неадекватны сформированным новым условиям. Собственность сейчас не обеспечивает социального порядка, накапливая напряженность социального конфликта, разрушая потенциал партнерства и сотрудничества.

В результате приватизации произошла резкая дифференциация доходов населения. Уклонение от налогов и вывоз капитала, оффшорные зоны, коррупция, экономические преступления привели к незначительным налоговым поступлениям в госбюджет, и соответственно к снижению объемов финансирования социальных проектов. В результате сформировался новый стандарт потребительского поведения, который включает демонстрация роскоши и богатства, шикарных автомобилей и квартир и др. Это оказывает влияние на изменение представлений о социальной справедливости, доминирование денежного фетишизма, что лишает моральных и материальных стимулов к добросовестному труду, обостряет проблему бедности и другие социальные беды, что уменьшает темпы и качество экономического роста. Государство способно воздействовать на изменение сложившейся ситуации и модернизацию российской экономики посредством создания институтов гражданского общества, законов и моральных норм поведения.

5. Доминирование теневой экономики и существование теневой культуры.

Теневая культура рассматривается как совокупность основополагающих духовных ценностей, обусловливающих развертывание теневых потоков истории во времени и характеризующих определенный уровень их развития. Теневая культура в советский период заменяла рыночную культуру, теневая экономика - рыночную, принципы конкуренции и либерализации цен. Однако наряду с экономическими функциями теневого сектора он выполнял еще и социальные функции, которые выражаются в возможности создания условий для выживания малоимущих и средних слоев населения.

Существующая теневая культура оказала деструктивное воздействие, тормозила формирование эффективной модели рыночного хозяйства, ограничивала развитие конкуренции и легального бизнеса, способствовала уклонению от налогов и других видов хозяйственной жизни. В России большая часть рыночных институтов превращалась из теневых в легальные, а не в результате эволюционной закономерности их развития.

Теневая экономика сформировала устойчивую связь между объектами госсобственности и чиновниками, которая отражала стремление превратить госсобственность в частную собственность. Приватизация прошла успешно для чиновников посредством формализации прав собственности на государственные объекты, и не сформировала эффективного собственника, предпринимателя, ориентированного на интенсификацию производства, повышение конкурентоспособности продукции, использование инновационных технологий и др.

Важной проблемой российской экономики является сформированная еще в советское время институциональная коррупция. В результате этого снижается доверие бизнеса к государству, населения к государству. Доверие, как горизонтальное (между равноправными субъектами), так и вертикальное (между обществом и публичными институтами), является составляющей социального капитала, который играет важную роль в развитии страны. Если социальный капитал начинает существенно ограничивать свободу творчества, то тогда появляется бифуркационная возможность перехода на инерционный путь развития. Высокий уровень доверия существует в Индии, Китае, Южной Корее, Скандинавских и англосаксонских странах. Россия находится на одном из самых последних мест (с суммой положительных ответов 37,9 %), хуже только в Южной Африке, Италии и Нигерии [7]. Нынешняя ситуация в России характеризуется низким уровнем доверия в обществе и к основным публичным институтам, наличием социального цинизма. Это объясняется не только результатом коммунистического наследия и тяжелых рыночных реформ, но и последнего периода в результате резкого социального расслоения.

Значительную роль в борьбе с теневой экономикой и институциональной коррупцией играют не только административные и силовые методы государства, но и развитие неформальных институтов.

6. Региональная культурная асимметрия, которая проявляется в их различии природно-климатических, институциональных и экономических условий.

Следует учитывать региональные особенности, которые сформировались исходя из их исторического развития: европейского Севера (суровые природные условия, история заселения и освоения), северо-западной части России (важнейший центр русской культуры, уникальные памятники деревянного зодчества), Центральной России (основа формирования государства, русской национальной культуры, область расселения русского населения по территории страны, развитие предпринимательства и центры народных промыслов), российского Юга («перекресток народов», культурные центры, возникновение казачества), Северокавказского региона (своеобразие природы, ее влияние на быт и хозяйственную деятельность населения, этническая мозаика), Поволжья и Урала («перекресток» России, исторический стык этносов, историко-культурные центры, современная система расселения, Демидовские города-заводы, шахтерские города), Сибирского региона и Дальнего Востока (суровые природные условия, особенности художественной культуры и фольклорных традиций якутов, малых народов, особенности русской колонизации Сибири и строительство школ-интернатов), Московского региона (развитие науки и искусства, меценатства).

Для столичных регионов свойственны более интенсивные процессы институционализации культуры новой экономики, чем в периферийных регионах. Это обусловлено влиянием мировых экономических тенденций, активности производственной и инновационной деятельности экономических субъектов, эффективной институциональной среды и др. Для регионов со столичным статусом и инновационного типа свойственно движение по инновационной траектории, поскольку для этого есть экономические условия и научный потенциал, методы и инструменты стимулирования (налоговые преференции, бюджетные гарантии, инвестиционные конкурсы и гранты). Низкоактивным регионам экономически целесообразным является следование по пути имитационного развития, так как это требует меньших затрат на создание собственных инновационных технологий.

Для имитационного развития регионов характерны процессы «подражания». Автор обосновывает действие основных законов, которые характеризуют содержание подражательных процессов и их распространение в обществе:

- закон повторения, т.е. усвоения и воспроизведения субъектами технологических и экологических новшеств в экономической системе, «повторяющих» инноваций регионов;

- закон оппозиции, выражающий конфликт между самими новшествами или нового и старого в экономической системе региона;

- закон приспособления, характеризующий адаптацию региона к технологическим новшествам и изменившимся условиям жизни. Приспособление технологических и экологических новаций происходит из приоритетов и специфики организации проживания.

Подражательные процессы в обществе способствуют обогащению социального уклада жизни и повышению качества условий периферийных регионов. Инновационная траектория смещается от индустриальных инноваций к постиндустриальным, интеллектуальным, системному развитию элементов региональной социальной инфраструктуры.

Современный человек стоит на пороге освоения нового уровня всеединства. Этот уровень всеединства, о котором мечтали В.С. Соловьев, Н.А. Бердяев, В.И. Вернадский, П. Тейяр де Шарден, способствует созданию препятствий для самоуничтожения людей, усилению внимания к экологическим и гуманистическим ценностям.

Современный человек – это результат культуры, кумулятивно накопленный до него. Реалии сегодняшнего дня настойчиво требуют переосмысления прежних культурных идей. ХХ век провоцирует и актуализирует формирование новых культурных концепт, реализация которых возможна через развитие социальных институтов (государство, образование).

Современный экономический кризис – это кризис морали и нравственности, доминирования материальных ценностей над нематериальными. Сегодня, когда произошла победа капитала над национальными ценностями, когда началось неконтролируемое государством распространение информации и появились транснациональные пространства – интернет, оффшорные зоны, международные и неправительственные общественные организации на второй план стали отходит первоначальные проблемы глобального общества – вопросы о единстве человечества, устойчивом, социоэколого-экономическом развитии, возможности создания единой универсальной культуры, ответы на глобальные угрозы. Это привело к тому, что развитие человечества в современной экономической цивилизации создало такую ситуацию, при которой ведущая роль в воспроизводстве общественной жизни отдана технике, экономическим структурам, а не человеку. Мерой социального прогресса стал экономический рост, а система промышленного производства определяет общественное устройство.

Согласно принципу коэволюции общество, чтобы обеспечить будущее, должно не только изменять природу, адаптируя ее к своим потребностям, но измениться само, приспосабливаясь к требованиям природы, т.е. общество формирует экологическую культуру. Коэволюционный переход системы «человек-биосфера» к состоянию динамически устойчивой целостности в рамках нового эколого-гуманистического технологического уклада симбиоза означает реальную трансформацию в ноосферу.

Согласно О. Конту [8], переход общества на новый качественный уровень жизни обеспечивается действием закона интеллектуальной эволюции общества как эволюции его сознания. «Человечество беспрерывно развивается во время хода цивилизации с физической, нравственной, умственной и политической точек зрения» [8]. Интеллектуальная эволюция определяет сущность и траекторию прогрессивного развития общества, являясь субстанцией такого прогресса. Образовательная система становится одним из доминирующих социальных институтов культуры.

Стремление к гуманистической экономике – это изменение в каждом из нас, не забывая о возрождении русских ценностей. Поэтому стратегии цивилизационного развития должны исходить из сохранения основ локальной цивилизации, национальной культуры. Для России необходима разработка гуманистической идеологии, определяющей место российской цивилизации в системе мирового общества, возможности и перспективы ее развития. Таким образом, современная ситуация приведет к осмыслению и институционализации нового экономического поведения, основанного на принципах нравственности и гуманизма.

Библиографический список

  1. 1. Львов Д.С. Путь в ХХI век (Стратегические проблемы и перспективы российской экономики). – М.: Экономика,1999. – С. 27.

  2. 2. Федоренко Н.П. Гуманистическая экономика. – М.: ЗАО «Издательство «Экономика», 2006. – С. 88–89.

  3. 3. Белл Д. Грядущее постиндустриальное общество. Опыт социального прогнозирования; Пер. с англ. – М.: Асаdemia, 1999. – 956 с.

  4. 4. Гэлбрейт Дж. Новое индустриальное общество: Пер. с англ. – М.: ООО «Издательство «АСТ»: ООО «Транзиткнига»; СПб.: Terra Fantastica, 2004. – 602 с.

  5. 5. Иноземцев В. Расколотая цивилизация. – М.: «Academia»–«Наука», 1999. – 182 с.

  6. 6. Лихачев Д.С. Культура и ее роль в жизни человека // Избранное: мысли о жизни, истории, культуре / сост. Д. С. Бакун. – М.: Рос. фонд культуры, 2006. – С. 88 - 112.

  7. 7. Ясин Е. Модернизация и общество. Вопросы экономики. 2007. № 5. С. 4-29.

  8. 8. Конт О. Дух позитивной философии. (Слово о положительном мышлении). – Ростов н/Д: «Феникс», 2003. С. 4–29.

Р.В. Бачаев

Омская гуманитарная академия

Финансовая логистика: понятие, сущность

Финансовая логистика является наименее изученной областью. Это происходит, в основном, по двум причинам: по объективным, слишком долго в России длился переход к рыночной идеологии, когда по мере развития рынка постепенно к ученым и практикам приходит понимание важнейшей роли финансов в логистической системе; и по субъективным, так как управление финансовыми потоками требует высокого профессионализма и сопряжено со значительными рисками для каждого предприятия или компании.

Впрочем, нельзя сказать, что западные "рыночники", на которых нередко по привычке ориентируются отечественные экономисты, ушли далеко вперед, хотя они намного раньше занялись исследованием основных взаимозависимостей между логистикой и финансовыми целями фирм, а также рассмотрением доли управления цепью поставок в общей стоимости производственных затрат фирм. И это неудивительно, так как они уже давно стали перед необходимостью соответствующей информации для управления процессом инвестирования.

Говоря о вкладе логистики в прибыль предприятия, Д.М.Ламберт, отмечает необходимость проведения анализа всех логистических решений как с точки зрения их затратной эффективности, так и полученной выгоды [1, с. 243].

Ключевым фактором является при этом обслуживание клиентов (логистический сервис) и его влияние на величину прибыли. Но следует, справедливо предупреждает он, избегать крайностей, в частности, предоставления очень высокого уровня обслуживания без уверенности в том, что клиент оценит стоимость такого суперсервиса и будет готов за это платить.

Другая крайность состоит в понимании логистики единственно как источника затрат и в стремлении к их снижению любым способом. По мнению американского экономиста М. Кристофера, "снижение затрат в любой сфере бизнеса является стоимостным фактором, однако оно целесообразно только тогда, когда ведет к повышению прибыли" [4, с. 178].

Финансовая логистика, признает он, способствует также эффективному использованию капитала. Логистические переменные существенным образом формируют отдельные составные части баланса, а именно:

- наличные средства в кассе и задолженность. Благодаря эффективному логистическому управлению достигаются более короткие циклы реализации заказов: чем короче цикл, тем быстрее происходит поступление наличности от реализации; важным является также степень реализации заказа;

- запасы. Уровень запасов в виде сырья, компонентов, готовых изделий является результатом стратегии предприятия в сфере логистического обслуживания и эффективности системы мониторинга и управления запасами;

- недвижимость, основные средства и оборудование. Оптимизация дистрибьютерской сети, достигнутая благодаря найденному соответствию размещения и параметров распределительных узлов структуре спроса, может привести к высвобождению капитала;

- текущие платежи. Их уровень можно повысить за счет ограничения объема и частоты заказов, что может быть результатом внедрения таких систем, как планирование материальных потребностей или дистрибьюторских потребностей.

Зарубежные специалисты изначально ориентированы на то, что основной целью предприятия должна стать максимизация его стоимости, следовательно, стратегия предприятия должна быть направлена на достижение этой цели. А это в свою очередь невозможно без введения новых методов управления - управления посредством стоимости. Для использования такого метода управления следует определить какие процессы и в какой степени формируют величину этой стоимости, и какую роль при этом играет логистика [3, с. 66].

При определении стоимости фирмы главную роль играют свободные потоки наличных средств, составляющие основу выплаты дивидендов для акционеров, роста цен акций и источников финансирования роста фирм. Важное значение имеет и процентная ставка, величина которой отражает стоимость капитала.

Проведенный анализ отечественных научных публикаций, учебно-методической литературы, учебных курсов различных вузов говорит о том, что, в отличие от Запада, в практике нашего хозяйствования продолжается фетишизация материального потока и сведение логистики только к транспорту, складу, производству, снабжению, сбыту, запасам.

В большинстве существующих определений логистики отсутствует четкое определение финансовой логистики. Неслучайно поэтому финансовое движение многими рассматривается только как сопутствующее материальному потоку. Хотя, совершенно очевидно, что движение финансов является серьезным ограничителем выгод предприятия и активным "рычагом" управления материальными потоками.

Возможно, именно поэтому до сих пор не выработаны показатели оценки эффективности финансовых потоков. Попытки ряда экономистов свести их к классическим показателям финансового менеджмента совершенно не обоснованы. Так, при этом не обнаруживается взаимосвязь, а точнее взаимозависимость финансового менеджмента и финансовой логистики. Как известно, финансовый менеджмент - это искусство управления финансами предприятия. Что же касается финансовой логистики (логистики финансовых потоков), то это понятие более узкое и представляет собой комплекс методов, средств, инструментов, направленных на повышение эффективности финансовых потоков.

Финансовые аспекты функционирования логистических систем слабо представлены в экономической литературе как ключевые в обеспечении принятия оптимальных решений. Из этого можно сделать вывод о том, что существует острый дефицит методических материалов по финансовым потокам. Среди них: основы теории управления финансовыми потоками в логистической системе; регулирование потоков финансовых ресурсов; организация структурирования, формирования и управления финансовыми потоками в мезо-, государственных и социально-ориентированных логистических системах; финансовые потоки в банковских, биржевых, интернет-трейдинговых системах [5, с. 142].

Изучение вопросов финансовой логистики требует оставаться на принципах научности, предполагающих усиление расчетного начала на всех стадиях управления финансовым потоком - от планирования до анализа. Этот подход может быть соблюден при условии конкретности, предполагающем четкое определение конкретного результата цели перемещения финансового потока в соответствии с техническими, экономическими и другими требованиями хозяйствующего субъекта, а также принципа конструктивности, заключающемся в непрерывном отслеживании перемещения финансового потока и оперативной корректировке его движения.

И, наконец, все финансовые логистические функции и процесс движения финансовых потоков должны выполняться с максимальной степенью автоматизации, что возможно только при условии его компьютеризации.

Важно иметь в виду, что, с точки зрения логистики финансов, прогрессивность хозяйственных систем достигается не столько наращиванием их материально-технической базы, сколько совершенствованием ее обеспечения финансовыми ресурсами.

Реализация этих принципов ведет к сокращению затрат на хранение и перемещение материальных ресурсов и готовой продукции, повышению сбалансированности в управлении хозяйственной деятельностью транспортных систем, ритмичности функционирования структур и подразделений, входящих в финансовую логистическую систему. Кроме того, принципы логистики финансов позволяют совершенствовать методологию и повысить качество оргпроектирования, обеспечить системный подход к проектированию региональных транспортных систем [2, с. 405].

Базовые подходы в финансовой логистики могут быть дополнены инстументарием маркетингового управления и иных смежных прикладных экономических дисциплин, которые генерирует теория и практика логистики.

Исследование имеющихся материалов и литературы дают основание также сделать вывод о том, что себестоимость интерпретируется управленческим персоналом и топ-менеджерами ряда предприятий исключительно как часть процесса налогообложения. Поэтому фактор себестоимости не используется в качестве объективного критерия повышения активности и конкурентоспособности основного производства.

Управление потоками можно считать эффективным, если оно позволяет решать в автоматическом режиме основные производственно-хозяйственные задачи предприятия. К ним относятся: согласование производственных и финансовых планов, установление необходимого уровня запасов, объемов и сроков требуемых ресурсов. Через воздействие на потоки можно обеспечивать логистическую систему финансовыми и материальными ресурсами, осуществлять привлечение и возврат денежных средств, их распределение по направлениям использования. К функциям управления потоками следует также отнести контроль за соответствием параметров финансовых и материальных потоков, их влияния на эффективность логистической деятельности, проверку оптимальности схем движения ресурсопотоков.

При управлении движением финансовых и материальных потоков нужно стремиться как к экономии ресурсов, затрачиваемых на воздействие, так и к максимизации конечного результата. По возможности надо добиваться того, чтобы одно управляющее действие изменяло параметры как можно большего количества потоков. В этом случае решение проблем будет осуществляться максимально быстро и с наименьшими затратами.

Библиографический список

  1. Lambert, D.M. Fundamentals of logistics management [текст] / D.M. Lambert. – Berks: McGraw-Hill, 2008. – 243 с.

  2. Аникина, Б.А. Логистика [текст] / Б.А. Аникина. – Москва: Проспект, 2010. – 405 с.

  3. Додон, Д.П.. Почему форфейтинг, или Как высвободить оборотный капитал? / Д.П. Додон // Международные банковские операции. - № 4. – 2009. – с. 65–66.

  4. Молчанова Л.Н., Хайкин М.М.. Затраты предприятия как категория финансовой логистики. /Л.Н. Молчанова, М.М. Хайкин //Логистика: современные тенденции развития. – 2008. – с. 178-179.

  5. Леготина Ю.В., Бутрин А.Г. Проблемы финансовой логистики. // Логистика: современные тенденции развития, 2008, с.140-143.

А.И.Белый

Институт законодательства Верховной Рады Украины

ФОРМИРОВАНИЕ ИНСТИТУЦИОНАЛЬНОЙ СРЕДЫ СТРУКТУРНОЙ МОДЕРНИЗАЦИИ НАЦИОНАЛЬНОГО ХОЗЯЙСТВА УКРАИНЫ

Успех реализации структурной модернизации национального хозяйства требует соответствующего институционального обеспечения. Основой такого подхода является реализация предпринимательского потенциала нации как главного институционального ресурса развития рыночной экономики. Только на основе улучшения предпринимательского климата, активизации предпринимательской инициативы всех субъектов хозяйствования и населения, станет возможно стимулировать экономический рост, привлечь внутренние и внешние инвестиции, в том числе – обеспечить переход экономической системы на новый тип интенсивного роста. Важнейшими составляющими формирования благоприятной институциональной среды для проведения структурных реформ являются: обеспечение защиты и реализации прав собственности; государственная поддержка развития конкуренции; дерегулирование, либерализация и отказ от жесткого административного контроля хозяйственной деятельности. Организационно-управленческие и организационно-правовые аспекты институциональных трансформационных преобразований формируют единые «правила игры» на рынке, что позитивно отображается на предпринимательской активности всех субъектов хозяйствования и стимулирует структурную перестройку.

Анализируя итоги динамики развития экономики Украины за 2010 год (по сравнению с 2009 г.), следует отметить, что лидерами пост кризисного возрождения национального производства стали предприятия машиностроения (+ 34,5%); предприятия химической промышленности (+ 21,5%); предприятия металлургического производства (+ 12,3%) [1]. Однако оживление экономики Украины не имеет системной основы. Более того, наращивание объемов производства данных отраслей произошло, в основном, благодаря разовым контрактам и межправительственным договоренностям. Следует признать, что отрасли, считающиеся «локомотивами» украинской экономики, не имеют стабильных рынков сбыта. Так, успех украинских металлургов, в основном, был обеспечен расширением их присутствия на рынках Юго-Восточной Азии (вследствие введения Китаем ограничений на экспорт плоского проката). Вопрос будущего – возрастающая конкуренция на рынке металлопродукции (в том числе и со стороны России, где в 2011 г. ожидается рост сортопрокатных мощностей на 3,5 млн. тонн). В условиях нестабильности и непредсказуемости конъюнктурных колебаний на мировых рынках устойчивый рост экономики возможно поддерживать за счет роста внутреннего потребления (в том числе – за счет увеличения потребительского и производственного спроса).

Слабость развития внутреннего рынка Украины, падение покупательной способности населения можно считать одной из главных причин сокращения объемов производства строительной отрасли. Так, в 2009 г. падение объемов строительства жилья составило (- 54,5%), а в 2010 г. объемы строительства на Украине уменьшились еще на 10%. Активному восстановлению отраслей, ориентированных на внутреннее потребление, мешает дальнейшее обнищание граждан. По итогам 2010 года (по сравнению с 2009 г.), производство кисломолочной продукции сократилось на 2,6%, консервированных овощей – на 23,4%, говядины – на 9,5 %, хлебобулочных изделий – на 1,6%. Подобные негативные тенденции могут нарастать и в дальнейшем, поскольку в 2011 г. прожиточный минимум вырастет всего на 59 гривен (на 7,9%), а минимальная зарплата на 63 гривны (на 8,4%) [1]. Поскольку инфляция в 2011 г. ожидается на уровне 8,7%, то все повышения будут нивелированы ростом цен.

Для развития внутреннего рынка Украины необходимо провести ряд институциональных реформ, целями которых являются:

- поддержка конкурентной среды на внутреннем рынке;

- совершенствование институционально-правовых и организационно-экономических принципов функционирования внутреннего рынка;

- государственный контроль и антимонопольная политика относительно функционирования естественных (природных) монополий (в сфере ЖКХ, энергетических поставок и др.);

- создание действенных стимулов к развитию конкуренции в монополизированных отраслях экономики (энергетика и т.д.);

- оптимизация системы ценового регулирования, активное использование потенциала государственного регулирования тарифов) [2, с. 20];

- стимулирование развития производства импортозамещающей продукции и продукции с высоким содержанием добавленной стоимости;

- формирование системы защиты прав потребителей и контроля за качеством товаров и услуг;

- поддержка покупательной способности населения, борьба с бедностью (смотри Таблицу 1) и т.д.

Таблица 1

Основные индикаторы бедности населения Украины

Индикаторы бедности

Года

2000

2001

2003

2005

2007

2008

2009

1. Удельный вес населения, чье суточное потребление ниже 5 (4,3) дол. США в сутки по ППС

11,9*

11,0*

4,0*

1,3*

9,0

6,6

3,8

4,5

2. Удельный вес бедного населения по национальным критериям *

(в процентах)

26,4

27,2

27,6

27,1

27,3

27,0

27,0

3. Удельный вес бедных среди детей

(в процентах)

33,4

34,9

34,9

36,7

36,3

35,1

35,0

4. Удельный вес бедных среди работающего населения (в процентах)

21,6

22,6

21,1

22,3

21,7

21,1

21,0

5. Удельный вес расходов на питание в совокупных расходах домашних хозяйств

(в процентах)

64,9

62,6

59,8

58,1

53,2

50,8

52,3

6. Удельный вес населения, уровень потребления которого ниже уровня фактического прожиточного минимума (в процентах)

71,2

69,2

59,9

38,7

30,5

19,9

22,0

* Национальный критерий принадлежности различных слоев населения к категории бедных определено как 75% медианного уровня совокупных расходов в расчете на условно взрослого жителя по эквивалентной шкале 1,0; 0,7; 0,7.

Источник: таблица составлена на основе данных [1].

Рост удельного веса бедного населения и уменьшение прослойки среднего класса становится институциональным фактором, тормозящим увеличение объемов потребления, а следовательно – развитие пищевой и легкой промышленности, сферы услуг. Одновременно с этим формируется и отрицательный макроэкономический эффект: снижается спрос на продукцию реального сектора (промышленность, сельское хозяйство, строительство). Доходы населения являются важнейшей составляющей инвестиционных и финансовых ресурсов внутреннего происхождения, основой динамичного развития банковского, страхового, фондового, инвестиционного рынков. Таким образом, решение проблем ресурсного обеспечения структурной модернизации национальной экономики непосредственно зависит от минимизации проявлений бедности, проведения институциональных реформ, связанных с государственной поддержкой доходов населения [3, с. 135].

Рост доходов населения будет способствовать формированию накопительной пенсионной системы; увеличению депозитных средств населения в банковской системе и вне ее (страховые, инвестиционные, трастовые фонды и т. д). Для стабильного функционирования финансового сектора и эффективного использования сбережений населения, в свою очередь, необходима капитализация нефинансовых активов (в том числе – модернизация залогового законодательства, оформление прав на природные, производственные, интеллектуальные ресурсы и ноу-хау, другие нематериальные активы; вовлечение их в финансовый оборот и др.). Только на основе такого комплексного институционального подхода следует ожидать расширения внутренней финансовой базы структурных реформ.

Движущей силой структурных сдвигов и формирования конкурентной экономики Украины в условиях пост кризисного периода является налаживание эффективных инвестиционных процессов. Конкурентная борьба за ресурсы и инвестиции в пост кризисный период будет обостряться. Это требует усилить внимание государства к концентрации инвестиционных ресурсов и их ориентации на цели развития стратегически важных направлений. Именно такой подход может стать одним их реальных механизмов практического воплощения структурных реформ на Украине. На сегодня на государственном уровне разработан перечень «Национальных проектов», определивших основные приоритеты инвестирования на Украине. К ним относятся:

1. «Новая энергия» – проект, предусматривающий строительство ветряных и солнечных электростанций, строительство морского терминала по приему сжиженного природного газа;

2. «Новое качество жизни» – проект, предусматривающий строительство доступного жилья, заводов по переработке мусора в крупных городах, обеспечение населения качественной питьевой водой, формирование инфраструктуры современного города (пилотный проект – Киев) и др.;

3. «Новая инфраструктура» – проект, предусматривающий строительство объектов транспортной инфраструктуры (и в первую очередь к «Евро – 2012»);

4. «Олимпийская надежда 2022» – проект, предусматривающий строительство спортивно-туристической инфраструктуры и пропаганду здорового образа жизни, в первую очередь – среди молодежи [4].

Определяя приоритеты инвестирования в «Национальные проекты», предусматривается реализация прогрессивных структурных сдвигов. В частности, существенные стимулы к развитию получит строительная отрасль, активизирующая развитие еще как минимум 10 – 12 отраслей национального хозяйства. Таким образом, формируется «мультипликативный» эффект, стимулируется экономический рост. В то же время все «Национальные Проекты» ориентированы на улучшение качества жизни населения страны и, следовательно – на практическое воплощение концепции социально-ориентированной рыночной экономики. Такой подход отвечает стратегическим приоритетам структурных реформ развитых стран мира [5, с. 55].

Важной составляющей «Национальных проектов» является повышение конкурентоспособности украинской экономики, реализация комплекса мероприятий, тесно связанных с энергосбережением, оптимизацией структуры энергетического баланса государства, в частности замещения традиционных видов топлива другими видами, прежде всего – полученными из альтернативных источников (солнечная, ветровая энергия) и вторичных энергетических ресурсов. Такой подход повысит конкурентоспособность украинской продукции (прежде всего по ценовому критерию, в том числе за счет снижения национальными товаропроизводителями расходов на газ и нефть).

Важнейшим условием создания эффективных стимулов к модернизации структуры национальной экономики и роста национальной конкурентоспособности является активная государственная экономическая политика. Роль государства возрастает и в сфере институционально-правового обеспечения нормативно-правовой базы, а именно: защиты прав инвесторов; защиты прав собственности (в том числе – интеллектуальной); активизации современных механизмов промышленной политики и предоставления кредитно-финансовой поддержки предприятиям и секторам экономики, осуществляющим структурно-инновационные преобразования.

Особого внимания со стороны государства требует регулирование сфер вложения инвестиций. Так, за период 2005 – 2008 гг. в структуре прямых иностранных инвестиций в Украину вложения в недвижимость более чем в 8 раз превышали объемы инвестирования в машиностроение (хотя именно эта отрасль считается основой модернизации и технологического обновления национального производства). Как следствие – стремительно растет уровень износа основных производственных фондов украинской промышленности (2007 г. – 59%; 2008 г. – 58%; 2009 г. – 61, 8%) [1]. Либерализация в сфере государственного контроля за направленностью инвестиционных процессов привела к стремительному уменьшению удельного веса украинских промышленных предприятий, внедрявших инновации: в 2004 г. – 13,7%, в 2005 г. – 11,9%, в 2006 г. – 11,2%, в 2007 г – 14,2%; в 2008 г. – 13%, в 2009 г. – 12,8% [1]. Для индустриальных стран пороговые значения по этому показателю составляют 25%. Даже в условиях кризиса минимальные показатели инновационной активности промышленных предприятий за 2009 г. были достаточно высокими: Португалия – 26%; Греция – 29%; среди стран – лидеров инновационного развития: Нидерланды – 62%; Австрия – 67%; Германия – 69%; Дания – 71%; Ирландия – 74% [6]. В докризисный период в развитых странах мира ежегодно инновационные новации внедряли 70 – 80% от общего количества промышленных предприятий [6].

Устаревшая материально-техническая база украинского производства, экстенсивный тип развития и экспортная сырьевая ориентация товарной структуры промышленного производства приводят к росту импорта (и постепенному вытеснению национальных товаропроизводителей с внутреннего рынка). В 2005 г. (впервые с 1999 г.) дефицит торгового баланса Украины составил 1,1 млрд. долл. США, а на конец 2008 г. он достиг 16,1 млрд. долл. США (8,9% от ВВП Украины) [7]. Быстрому росту импорта способствовали: либерализация кредитно-банковских услуг; засилье иностранного банковского капитала (более 31% украинских банков имеют иностранных учредителей); лоббистская политика коммерческих банков с иностранными инвестициями по кредитованию импорта, производимого иностранными товаропроизводителями. Накануне 2008 г. и до настоящего времени на Украине сформировался высокий уровень зависимости удовлетворения внутренних потребностей национальной экономики в конечной и инвестиционной продукции (машины, оборудование и т.д.) от импорта; усилилась сырьевая специализация национального производства [8, с.107]. Растущий дефицит торгового баланса Украины (до 2010 г.) финансировался, преимущественно, за счет внешних займов, что увеличивало валовой внешний долг Украины (выраженный как процент к экспорту товаров и услуг): в 2004 г. он составлял 74,2%, в 2008 г. – 118,7%; в 2009 г. – 191,6% [7].

Модернизация структуры промышленного производства Украины требует соответствующего институционального обеспечения, что позволит отдать приоритет производству высокотехнологических товаров; стимулировать наращивание их экспорта; развивать внутренний рынок сбыта. Для реализации эффективной структурной перестройки национальной экономики необходимо стимулировать приток инвестиций в производственный сектор; наладить производство продукции, реально конкурирующей с импортом; создать замкнутые циклы производства конечной продукции, увеличить импорт.

В качестве институционального сопровождения таких процессов можно назвать следующие шаги государственного регулирования:

- определить ряд отраслей национальной экономики, являющихся приоритетными для Украины с целью оказания им государственной поддержки (не противоречащей условиям ВТО) и создания благоприятных условий для привлечения иностранных инвестиций (к примеру – машиностроение, строительная отрасль и. т.д.);

- сформировать эффективную государственную систему кредитования и страхования экспорта, в том числе активно задействовать механизмы страхования экспортных и кредитных рисков; обеспечить автоматизацию возмещения НДС экспортерам и обеспечить защиту их интересов на внешних рынках;

- стимулировать международное научно-техническое сотрудничество Украины (прежде всего – в сфере инноваций, нано технологий и др.);

- стимулировать создание кластерных объединений (в том числе – с участием государства) в целях выпуска конкурентоспособной продукции конечного назначения;

- разработать действенные экономические стимулы к снижению энерго- и ресурсоемкости производства, реализации эффективной политики экологизации;

- стимулировать развитие внутреннего рынка страны, в том числе – за счет поддержки рыночной конкуренции и ограничения монополизации; развития рыночной инфраструктуры (поддержки формирования институтов оптовой торговли, выставок, ярмарок и т.д.);

- содействовать развитию коммунальных торговых структур с целью обеспечения доступности населения к структурам торговой сети; восстановить систему потребительской кооперации членов территориальных общин;

- разработать государственную стратегию развития и стимулирования замещения импорта (прежде всего для таких отраслей как машиностроение, легкая промышленность, пищевая и др.);

- разработать государственную стратегию технической модернизации предприятий промышленного комплекса с применением новейших энерго- и ресурсосберегающих технологий и т.д. [9, с. 165].

Ряд вышеназванных мероприятий ориентирован на формирование эффективной и действенной институциональной среды как важнейшего условия реализации структурной модернизации национального хозяйства. В конце ХХ – начале ХХI ст. Украина не воспользовалась шансом реализовать структурную перестройку, окончательно закрепив тем самым экстенсивный тип экономического роста как основу социально-экономического развития страны. Повтор такой стратегической ошибки в наше время может привести к непоправимым последствиям в средне и долгосрочном периоде, окончательно закрепив за страной статус «сырьевого придатка» мировой экономики. Не допустить пессимистического сценария развития социально-экономической ситуации – первоочередная задача экономической и структурной политики Украины.

Библиографический список

  1. Офіційний сайт Державного комітету статистики України. – [Електроний ресурс] – Режим доступу: http://ukrstat.gov.ua

  2. Чемерис А.О. Оцінка інституційної ефективності державного управління: управлінський аспект // Ефективність державного управління: Зб. наук. пр. / За заг. ред. А.О. Чемериса. – Л.: ЛРІДУ НАДУ, 2004. – Вип. 5. – С. 17 – 31.

  3. Становлення середнього класу: домінанта національної стратегії України / Баліцька В.В., Близнюк В.В., Крикун О.І., та ін. – К.: «Четверта хвиля», 2009. – 640 с.

  4. Офіційний сайт «Національні проекти». – [Електроний ресурс] – Режим доступу: http://ukrproject.gov.ua

  5. Петренко Я. Неорганізовані нагромаджені заощадження в механізмі трансформації заощаджень в інвестиції // Економіка України. – 2010. - № 1. – С. 54 – 59.

  6. Сайт Інституту світової економіки та міжнародного менеджменту (Німеччина) [Електронний ресурс]. – Режим доступу: www.iwim.uni-bremen.de

  7. Офіційний сайт Національного банку України. – [Електроний ресурс] – Режим доступу: http://www.bank.gov.ua

  8. Бураковський І.В., Плотніков О.В. Глобальна фінансова криза: уроки для світу та України / Худож. – оформлювач Л.П.Вировець. – Харків: Фоліо, 2009. – 299 с.

  9. Новий курс: реформи в Україні. 2010–2015. Національна доповідь / за заг. ред. В. М. Гейця [та ін.]. – К.: НВЦ НБУВ, 2010. – 232 с.

И.А. Журавлева, А.И. Черных

Омская гуманитарная академия

ПУБЛИЧНАЯ ВЛАСТЬ КАК ПРОЦЕСС РЕАЛИЗАЦИИ ВЛАСТИ

В ФЕДЕРАТИВНОМ ГОСУДАРСТВЕ НА ПРИМЕРЕ РОССИИ

Демократические институты – это не деловые обыкновения народа…, это строго установленный перечень норм и правил. Только их неукоснительное соблюдение делает демократию эффективной [2, С. 3]. Пожалуй, так можно было бы начать характеристику современной публичной власти в федеративной России, где последняя представляет собой совокупность аппарата управления и аппарата подавления. Принято считать, что публичность власти, проявляющаяся, прежде всего, в максимально полной информированности общества о действиях власти и подконтрольности власти обществу, является одним из главных признаков демократической организации власти.

Однако сам принцип публичности зародился вовсе не в демократических государствах: первоначально он был напрямую связан с осуществлением определенных функций управления, то есть сфера его применения была достаточно ограниченной. Каждый управленец прекрасно знает, что основным рассадником коррупции и некомпетентности являются нефункциональные, ненужные органы управления. В связи с этим сегодня политика федерального Центра сфокусирована на стремлении сделать представительные органы подконтрольными и управляемыми, желательно с момента формирования их персонального состава. Вместе с тем, подобное стремление, особенно в федеративном государстве, где обязателен учет особенностей каждого региона, консервирует режим кризисного управления, в свою очередь лишая экономику страны и регионов структур управления, адекватных ситуации устойчивого экономического роста

Следовательно, публичная власть есть особое явление, состояние и отношение. Как явление, она коренным образом отличается от различных форм влияния, воздействия, например, от «власти» выдающегося ума или ораторского таланта. Публичная власть призвана действовать, прежде всего, в интересах коллектива, воплощением которого она является. На деле это не всегда бывает так: ее часто присваивают и используют в своих интересах силы, которые доминируют в данном коллективе экономически, политически, идеологически. Примером тому служит практика формирования в России региональных элит.

В определенных ситуациях она может превратиться в личную власть руководителя, а носители публичных полномочий коллектива могут занимать позиции, прямо противоположные интересам коллектива. Власть как явление присуща любому коллективу, но по своей природе она статична. Для того чтобы стать активным отношением, направленным на определенный объект, она должна быть применена. Применение публичной власти достигается чаще всего путем публичного управления, то есть в результате процесса реализации власти. При реализации функций публичного управления возникает публично-управленческое отношение, но для этого необходимы: субъект управления, объект управления и общественно значимый факт, вызывающий необходимость публичного управления, направленные действия субъекта и действия объекта в ответ на управление. Субъект управления представляет собой активное начало управленческого процесса. Таким субъектом может быть само государство, действующие от его имени органы и должностные лица субъекта федерации.

Объект публичного управленческого отношения – это то, на что направлены действия субъекта. Факт управленческого значения должен иметь отношение к интересам данного коллектива. Если этот факт ему безразличен, то управленческое действие по поводу факта предпринято не будет. Соответственно деятельность по управлению, применение различных его способов образуют управленческий процесс, который начинается с поступления извне информации в рецепторы, то есть к органам публичного коллектива, должностным лицам. Они воспринимают информацию, отбирают, отслеживают и частично оценивают ее. На этой основе регулирующие органы делают окончательную оценку информации, принимают решение и выдают управленческие команды, которые поддерживают стабильность публичного коллектива или, напротив, изменяют его. Управленческий процесс имеет определенную цель, намеченную волевым путем субъектом. Цель реализуется, если достигнут заранее намеченный результат (в частности, противоположный), управленческий процесс не состоялся, состоялся с обратным знаком (с минусом при противоположном результате) или состоялся частично. В системе управления важнейшее значение имеют его цели. Есть конкретные цели, а есть цели глобального порядка, которые должны сообразовываться с общечеловеческими ценностями. Цели управления определяют суть управленческого решения: выбор действий, при помощи которых цели должны быть достигнуты.

Публичное управление не ограничивается деятельностью его органов и должностных лиц. Оно осуществляется и при участии институтов непосредственной демократии. К их числу относятся выборы, когда граждане решают, какая партия будет формировать правительство, кто займет высший государственный пост. Так, участие граждан в управлении осуществляется в некоторых странах путем отзыва депутатов, глав муниципальных образований избирателями. Путем голосования на референдуме граждане могут принять конституцию или иной закон. Применяются народные обсуждения важных вопросов государственной жизни.

В России в местном самоуправлении используется гражданская инициатива – непосредственное обращение группы граждан к органам управления с предложением каких-либо мер. В мелких муниципальных образованиях для решения местных вопросов используются сельские сходы, в политических и иных объединениях созываются съезды, проводятся общие собрания членов низовых организаций, которые принимают управленческие решения [1]. Органы публичного управления, как бы сильны они ни были ( даже само государство), осуществляя свою управленческую деятельность не в состоянии решить все насущные общие вопросы. Путем применения публичной власти можно решить лишь некоторые общие дела, частично – другие вопросы и никогда нельзя решить третьи (например, изменить климат планеты в точно установленных параметрах). Регулирование общественных отношений в публичном коллективе имеет свои пределы. Самые общие пределы для вмешательства государства, органов субъекта федерации, автономии, муниципального управления в дела общества и территориального коллектива устанавливают две традиционные концепции: гражданского общества и естественных прав человека. [См.: 3] Крах системы может произойти и в том случае, если власть волевыми действиями, не учитывая возможности общества, десятилетиями превышает допустимый порог расходов на непроизводительную сферу (например, гонка вооружений), снижая долю заработной платы в стоимости произведенного продукта. В странах тоталитарного социализма это привело к стагнации, а затем и к краху системы, хотя, разумеется, были тому и другие причины. Одна из главных задач управления состоит в соблюдении необходимых пропорций, способных учесть желания людей и ресурсные возможности государства.

Таким образом, пределы публичному управлению ставит такой субъективный фактор, как умение управленцев управлять. Спецификой, определяющей это умение в федеративной России, является наличие нескольких уровней власти – федеральной и региональной. Поэтому для успеха необходима хорошо продуманная, отлаженная система государственных и муниципальных органов, действующих согласованно. А их рассогласованность может привести к неудаче самых хороших начинаний. Нужны правильно используемые способы и методы управления, дающие лучший результат. Так, необходимы высокий уровень общей, политической и юридической культуры граждан и особенно работников государственного и муниципального управления, их высокие моральные качества, профессионализм и навыки управления.

Библиографический список

  1. Муниципальный менеджмент. – М.: Юрайт, 2010.

  2. Пять признаков демократии // Юрист спешит на помощь. 2010. № 10.

  3. Чиркин В.Е. Публичное управление. – М., 2004.

М.Я. Смоляр

Омский филиал ФГОУ ВПО «Академия бюджета и казначейства

Министерства финансов РФ»

ГОСУДАРСТВЕННЫЕ (МУНИЦИПАЛЬНЫЕ) УСЛУГИ

КАК ИНСТРУМЕНТ ЭФФЕКТИВНОГО РАСХОДОВАНИЯ

БЮДЖЕТНЫХ СРЕДСТВ

Термин «бюджетные услуги» в России стал широко употребляться начиная с 2004 года, когда была принята Концепция реформирования бюджетного процесса в Российской Федерации в 2004-2006 года. Однако вплоть до 2007 года в рамках проводимой бюджетной реформы вопросам оказания услуг населению со стороны государства практически не уделялось внимание. В 2007 году был принят федеральный закон № 63-ФЗ [3], который внес ряд поправок в Бюджетный кодекс РФ, в том числе были введены понятия «государственная (муниципальная) услуга» и «государственное (муниципальное) задание», и в свою очередь исключены любые упоминания термина «бюджетная услуга». До этого термины «бюджетная услуга» и «государственная (муниципальная) услуга» использовались как синонимы. Необходимо отметить, что до введения в Бюджетный кодекс РФ вышеупомянутых понятий в 2005 году было принято постановление Правительства РФ «О порядке разработки и утверждения административных регламентов исполнения государственных функций (предоставления государственных услуг)», однако на законодательном уровне не были закреплены определения терминов «государственные функции» и «государственные услуги». Довольно часто происходит путаница в употреблении данных понятий, поэтому обратимся к законодательству. В соответствии со ст. 6 Бюджетного кодекса РФ (БК РФ), под государственными (муниципальными) услугами (работами) понимаются «услуги (работы), оказываемые (выполняемые) в соответствии с государственным (муниципальным) заданием органами государственной власти (органами местного самоуправления), бюджетными учреждениями, иными юридическими лицами». В свою очередь, «государственное (муниципальное) задание – это документ, устанавливающий требования к составу, качеству и (или) объему (содержанию), условиям, порядку и результатам оказания государственных (муниципальных) услуг (выполнения работ)» [1]. Таким образом, можно сделать вывод, что государственная услуга – это общественно полезная деятельность государственной организации, предписываемая ей по закону. В отличие от этого, государственная функция – это общественно-полезная деятельность государственных организаций, вытекающая из сущности государства. То есть функция государства – это то, что оно обязано делать исходя из своего назначения, а государственная услуга – это уже определенный юридический результат. В связи с этим, когда речь идет о государстве в целом, корректнее использовать термин «государственная функция», так как государство – это абстракция, и оно не может оказывать услуги, выполнять работы или что-то производить. Когда же мы говорим о конкретных организациях, то здесь уже применим термин «государственные услуги», так как именно они оказывают уже конкретные услуги или же производят те или иные блага. Таким образом, понятие государственной функции шире, чем государственной услуги.

1 января 2009 года вступили в силу нормы БК РФ о порядке формирования государственного (муниципального) задания и его финансовом обеспечении. Путем доведения учредителем государственного (муниципального) задания до государственного (муниципального) учреждения за ним закрепляются обязательства по оказанию государственных (муниципальных) услуг. Формируя задание, учредитель принимает обязательства по его финансовому обеспечению. Следующим важным шагом по внедрению государственных (муниципальных) услуг в практику бюджетного планирования стал федеральный закон «Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг», принятый летом 2010 года [5]. В данном законе даны определения государственных (муниципальных) услуг, отличающиеся от определений в БК РФ. Так, государственная услуга, предоставляемая федеральным органом исполнительной власти, органом государственного внебюджетного фонда… - деятельность по реализации функций соответственно федерального органа исполнительной власти, государственного внебюджетного фонда…, которая осуществляется по запросам заявителей. Аналогично определяется и муниципальная услуга. Таким образом, государственные (муниципальные) услуги определяются не через задания, а через государственные (муниципальные) функции, что значительно расширяет круг возможных видов оказываемых услуг. Особо следует отметить, что в Законе установлены требования к организации предоставления государственных и муниципальных услуг, в том числе в электронной форме. Определен состав сведений, включаемых в реестры государственных услуг и реестры муниципальных услуг, ведение которых предусмотрено в обязательном порядке для органов исполнительной власти всех уровней.

За год до этого Закона Правительством РФ была разработана Концепция единой системы информационно-справочной поддержки граждан и организаций по вопросам взаимодействия с органами исполнительной власти и местного самоуправления с использованием Интернета [6]. Основными целями названной концепции являются обеспечение открытости деятельности органов власти, повышение качества и доступности предоставляемых ими государственных и муниципальных услуг. В состав указанной единой системы входят сводный реестр и единый портал государственных и муниципальных услуг (функций), региональные порталы и реестры. Так, на сегодняшний день федеральный реестр включает 621 государственную услугу, предостав­ляемую федеральными органами исполнительной власти гражданам и организа­циям. Например, Реестр государственных услуг республики Татарстан содержит 122 услуги, Реестр государственных услуг Тамбовской области содержит 133 наименования, а Калининградской области – 228. В данных реестрах услуги классифицируются, во-первых, в зависимости от того, кому предоставляются – юридическим или физическим лицам, по категориям, по ведомствам и по жизненным ситуациям. В целом на сегодняшний день отсутствует единая, законодательно закрепленная классификация видов государственных (муниципальных) услуг.

В отличие от классификации государственных услуг, на федеральном уровне существует единая классификация государственных функций федеральных органов исполнительной власти, закрепленная Указом Президента РФ № 314 «О системе и структуре федеральных органов исполнительной власти» [2]. Указом предусмотрено выделение четырех групп с преимущественным закреплением каждого типа функций за соответствующим видом органов исполнительной власти:

- функции по принятию нормативных правовых актов (министерства);

- функции по контролю и надзору, включая выдачу разрешений (лицензий) на осуществление определенного вида деятельности либо конкретных действий (службы);

- функции по управлению государственным имуществом (агентства);

- функции по оказанию государственных услуг (агентства).

Последние определяются как предоставление органами власти и подведомственными им организациями услуг гражданам и организациям в области образования, здравоохранения, социальной защиты населения и в других областях, установленных федеральными законами. В соответствии с названными функциями во введенном с 1 января 2008 г. Общероссийском классификаторе продукции по видам экономической деятельности ОК 034-2007 (КПЕС 2002) есть раздел L, в котором содержатся услуги в сфере государственного управления, обеспечения военной безопасности и социального обеспечения [10]. Услуги подразделяются на:

  1. Услуги в области государственного управления общего характера, экономической и социальной политики государства:

- услуги органов законодательной и исполнительной государственной власти, органов местного самоуправления;

- услуги государственного управления в бюджетно-финансовой и налоговой сфере;

- услуги государственного управления в сфере экономической и социальной политики;

- услуги государственного управления учреждениями здравоохранения, образования, культуры, прочих областей социальной сферы;

- услуги государственного управления, обеспечивающие эффективное ведение хозяйственной деятельности и т.д.

  1. Услуги, предоставляемые государством обществу в целом:

- услуги в области международных отношений, обороны, в области юстиции и правосудия, по обеспечению общественного правопорядка и безопасности и т.д.

  1. Услуги в области обязательного социального страхования.

Недостатком классификатора является то, что в нем в полной мере не содержатся все государственные (муниципальные) услуги, оказываемые населению государством (муниципалитетами), что значительно затрудняет сопоставление услуг различных регионов, муниципалитетов между собой. Кроме того, исходя из приведенной информации довольно сложно разграничить государственные функции и государственные услуги. Сводный реестр, в котором и должны содержаться все виды оказываемых в стране государственных (муниципальных) услуг, до сих пор находится на стадии разработки, между тем о включении таких услуг в общероссийский классификатор пока не говорится на законодательном уровне.

На сегодняшний день основное внимание уделяется формированию порталов государственных и муниципальных услуг. Для этого распоряжением Правительства РФ №1555-р утвержден четкий план действий, согласно которому государственные услуги будут переведены в электронный вид в соответствии с установленными в нем сроками [9]. В плане определен перечень из 74 наиболее массовых, важных для граждан и бизнеса услуг, предоставляемых федеральными органами власти, которые должны быть переведены в новый формат в первую очередь. К таковым относятся услуги, оказываемые гражданам и предпринимателям по их запросу: выдача справок, разрешений, лицензий, сертификатов, свидетельств, информации, регистрация, аккредитация и прочие аналогичные услуги.

К июлю 2010 года в рамках проводимых мероприятий по внедрению государственных (муниципальных) услуг в бюджетный процесс РФ на всех уровнях государственной власти законодательно были закреплены реестры оказываемых государственных услуг, порядки и стандарты по их предоставлению, механизм формирования государственных заданий. Важнейшей проблемой является расчет стоимости оказываемых услуг, оценка их качества, а также оценка потребности в предоставляемых государственных услугах. Данная информация должна в полной мере содержаться в государственных (муниципальных) заданиях, которые используются при составлении проектов бюджетов для планирования бюджетных ассигнований на оказание государственных (муниципальных) услуг. Однако в БК РФ отсутствуют нормы, предписывающие использовать данный документ при составлении проектов бюджетов. Указано, что государственные (муниципальные) задания учитываются при планировании бюджетных ассигнований, то есть не являются их основой. При этом расчет затрат на единицу оказываемой услуги является отправной точкой всех расчетов по определению потребности в бюджетных ассигнованиях на оказание государственных услуг. На сегодняшний день порядок такого расчета определен приказом Министерства финансов РФ и Министерства экономического развития РФ от 29.10.2010 № 137н/527 «О методических рекомендациях по расчету нормативных затрат на оказание федеральными государственными учреждениями государственных услуг и нормативных затрат на содержание имущества федеральных государственных учреждений»[8]. Помимо федерального уровня, типовые методики по определению нормативных затрат утверждаются на региональном и на муниципальном уровнях. Отметим, что нормативные затраты определяются для определения объема финансового обеспечения выполнения государственного задания бюджетным или автономным учреждением. В соответствии с 83-ФЗ начиная с 1 января 2011 года бюджетным и автономным учреждениям предоставляется субсидия на выполнение государственного задания на основании соглашения о предоставлении государственных (муниципальных) услуг, которое заключается как раз между бюджетным или автономным учреждением и органов исполнительной власти, являющимся учредителем такого учреждения [4]. Согласно ст. 69.2. БК РФ в редакции 83-ФЗ, задание в обязательном порядке формируют только бюджетные и автономные учреждения, а для казенных учреждений решение о необходимости формирования задания принимает главный распорядитель бюджетных средств, то есть для таких учреждений государственное задание может и не формироваться. В таком случае финансирование осуществляется в обычном порядке по бюджетной смете. 2 сентября 2010 года было принято постановление Правительства РФ № 671 «О порядке формирования государственного задания в отношении федеральных государственных учреждений и финансового обеспечения выполнения государственного задания». Важным нововведением постановления № 671 является введение формы ведомственного перечня государственных услуг (работ), оказываемых (выполняемых) федеральными государственными учреждениями в качестве основных видов деятельности, а также формы базового (отраслевого) перечня государственных услуг (работ), оказываемых (выполняемых) федеральными государственными учреждениями в установленной сфере деятельности. Ведомственные перечни были утверждены учредителями (для автономных и бюджетных учреждений) или главными распорядителями бюджетных средств (для казенных учреждений) к 1 января 2011 года, а вот утверждение базовых перечней является правом, а не обязанностью федеральных органов исполнительной власти, осуществляющих функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в соответствующей сфере деятельности. При этом в случае утверждения базового перечня, показатели ведомственного перечня не должны ему противоречить [7].

Такова хронология внедрения государственных (муниципальных) услуг в бюджетный процесс России. Теперь обратимся к опыту зарубежных стран. Именно с модернизации сферы оказания государственных (муниципальных) услуг начинались реформы бюджетной системы таких ведущих стран, как Великобритания, Новая Зеландия, Австралия, США, Канада, Франция и т.д. Особо можно выделить Великобританию, где первые шаги в этом направлении были сделаны в 1979 году. На этом этапе была введена процедура проверки эффективности деятельности органов государственной власти с целью получения информации об экономической и социальной эффективности предоставляемых услуг. В 1982 году была введена «Инициатива по финансовому управлению»: бюджетные обязанности были делегированы управляющим внутри каждого министерства и ведомства. Вслед за этим в 1988 году была принята «Инициатива движения вперед», которая началась с проведения анализа эффективности управления государственными финансами и инициатив по его совершенствованию. По результатам анализа впервые был поставлен вопрос о необходимости повышения качества услуг и проведении соответствующих реформ. Принятый на основе анализа подход включает в себя два основных элемента: Соглашения о бюджетных услугах (PSA - Public Service Agreements) и Соглашения о качестве услуг (SDA - Service Delivery Agreements). Соглашение о бюджетных услугах декларирует общую цель или цели министерства, которые подразделяются на задачи и целевые значения показателей. Данное соглашение не содержит стоимостных показателей конкретных задач, однако включает, как правило, хотя бы один показатель эффективности или экономичности работы министерства. Для каждого PSA разработаны технические комментарии, где министерства подробно описывают, как именно будут измеряться результаты. SDA содержит перечень мер и план достижения поставленных целей в действующих PSA. Кабинет министров рассматривает PSA одновременно с бюджетными ассигнованиями. PSA публикуются и включаются в представляемый парламенту проект бюджета наряду с согласованными на уровне правительства бюджетными заявками министерств и ведомств. Годовой отчет каждого министерства формируется в разрезе целей и задач, обозначенных в PSA. Помимо информации по каждой цели (фактическое значение показателей, меры по их достижению, предлагаемые корректировки и т.д.), в отчете содержатся сравнительные данные о целях и результатах действующего и предыдущего PSA.

В Новой Зеландии, как и в Великобритании, исходной точкой послужила оценка предоставляемых государственных услуг, которая показала неудовлетворенность общественности их низким качеством. Проведенное обследование бюджетных расходов выявило противоречие целей и результатов, а также фактическое отсутствие возможностей по привлечению к ответственности за неэффективное использование средств. В результате этого в 1989 году был принят Закон о государственных финансах, основная цель которого состояла во внедрении процедуры составления бюджета на основе показателей эффективности и результативности. В результате было создано большое количество автономных исполнительских подразделений (путем дробления департаментов крупных министерств), которым были делегированы полномочия по оказанию конкретного вида услуг. Для этого между министерствами и ведомствами заключаются контракты, и в них закрепляются результаты, которых должно добиться каждое ведомство или подразделение. После этого выделяются бюджетные средства в соответствии с согласованной стоимостью задач, которые необходимо реализовать для достижения результата.

В США 3 марта 1993 года начала функционировать Межведомственная Комиссия по пересмотру деятельности государственных учреждений. Ее основная цель – разработка мер по повышению качества государственных услуг. Данная Комиссия была организована в рамках общенациональной программы "Первый приоритет - клиенты", которая действует и по сегодняшний день. В соответствии с программой проводится постоянный мониторинг оценки качества предоставляемых услуг и изучение ожиданий потребителей. Процедурой мониторинга охвачены и государственные служащие, непосредственно связанные с населением в ходе оказания государственных (муниципальных) услуг, среди которых проводятся регулярные опросы с целью выявления недостатков и формирования предложений по повышению уровня предоставляемых услуг.

Во Франции, где государственный бюджет формируется в разрезе программ, оценка качества предоставляемых населению услуг является отправным пунктом оценки реализуемых программ. Ответственность за отдельную программу может возлагаться только на одно министерство, даже если это межведомственная программа. Для управления каждой программой назначается ответственное лицо, которое получает почти полную свободу перераспределять средства, переносить ассигнования на следующий бюджетный год. В обмен на повышение гибкости руководитель программ должен следовать ее целям и отчитываться за управление расходами на программу. Для этого используются три критерия:

социальная и экономическая результативность, качество услуг, эффективность. Информация о достигнутых результатах показывает, каким образом, используя ассигнованные бюджетные средства, можно повысить эффективность проводимой политики, оптимизировать расходы и в итоге улучшить качество услуг населению. Эта система действует во Франции с 2001 года.

На сегодняшний день по уровню предоставления государственных (муниципальных) услуг наша страна находится на довольно низком уровне. В рейтинге международной конкурентоспособности Всемирного экономического форума, опубликованном в начале сентября 2010 года, по показателю «качество государственных институтов» наша страна находится на 118 месте из 139 стран, опустившись с прошлого года на 4 позиции (для сравнения, Новая Зеландия занимает 3 место, Великобритания – 17 место, Франция – 26 место, США – 40 место). В сложившихся условиях опыт зарубежных стран как никогда может быть полезен для эффективного внедрения государственных (муниципальных) услуг в бюджетный процесс России.

Библиографический список

  1. Бюджетный кодекс Российской Федерации [Электронный ресурс] / Информационно-правовой портал «Консультант Плюс». – Режим доступа: /online/base/?req=doc;base=LAW;n=100347.

  2. Указ Президента РФ от 09.03.2004 № 314 «О системе и структуре федеральных органов исполнительной власти» [Электронный ресурс] / Информационно-правовой портал «Консультант Плюс». – Режим доступа: /online/base/?req=doc;base=LAW;n=101681.

  3. Федеральный закон от 26.04.2007 № 63-ФЗ «О внесении изменений в Бюджетный кодекс Российской Федерации в части регулирования бюджетного процесса и приведении в соответствие с бюджетным законодательством Российской Федерации отдельных законодательных актов Российской Федерации» [Электронный ресурс] / Информационно-правовой портал «Консультант Плюс». – Режим доступа:

/online/base/?req=doc;base=LAW;n=100303.

  1. Федеральный закон от 08.05.2010 № 83-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием правового положения государственных (муниципальных) учреждений» [Электронный ресурс] / Информационно-правовой портал «Консультант Плюс». – Режим доступа:

/online/base/?req=doc;base=LAW;n=106487.

  1. Федеральный закон от 27.07.2010 № 210-ФЗ «Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг» [Электронный ресурс] / Информационно-правовой портал «Консультант Плюс». – Режим доступа: /online/base/?req=doc;base=LAW;n=103023.

  2. Постановление Правительства РФ от 15.06.2009 № 478 «О единой системе информационно-справочной поддержки граждан и организаций по вопросам взаимодействия с органами исполнительной власти и органами местного самоуправления с использованием информационно-телекоммуникационной сети Интернет» [Электронный ресурс] / Информационно-правовой портал «Консультант Плюс». – Режим доступа:

/online/base/?req=doc;base=LAW;n=101630.

  1. Постановление Правительства РФ от 02.09.2010 № 671 «О порядке формирования государственного задания в отношении федеральных государственных учреждений и финансового обеспечения выполнения государственного задания» [Электронный ресурс] / Информационно-правовой портал «Консультант Плюс». – Режим доступа:

/online/base/?req=doc;base=LAW;n=104500.

  1. Приказ Министерства финансов РФ и Министерства экономического развития РФ от 29.10.2010 № 137н/527 «О методических рекомендациях по расчету нормативных затрат на оказание федеральными государственными учреждениями государственных услуг и нормативных затрат на содержание имущества федеральных государственных учреждений» [Электронный ресурс] / Официальный сайт Министерства финансов Российской Федерации. – Режим доступа: /ru/budget/83-fz/metod/.

  2. Распоряжение Правительства РФ от 17.10.2009 № 1555-р «О плане перехода на предоставление государственных услуг и исполнение государственных функций в электронном виде федеральными органами исполнительной власти» [Электронный ресурс] / Информационно-правовой портал «Консультант Плюс». – Режим доступа:

/online/base/?req=doc;base=LAW;n=104650.

  1. Общероссийский классификатор продукции по видам экономической деятельности ОК 034-2007 (КПЕС-2002) [Электронный ресурс] / Информационно-правовой портал «Консультант Плюс». – Режим доступа: /online/base/?req=doc;base=LAW;n=79730.

Д.М. Радичка

Омская гуманитарная академия

Теоретические аспекты взаимосвязи экономических дисциплин в учебном плане144

Выбор направлений повышения качества образования в предстоящий период, период принятия и применения ГОС ВПО третьего поколения будет определяться возможностью преодоления явных недостатков формирования учебного плана. Специальности и квалификация, опираясь на традиции высшей школы, стандартизированы государством, но учитывая динамику изменений не только в самом образовании, но и в требованиях к его качеству со стороны всего общества требуют больших свобод к организации учебного процесса по целому ряду организационно-методических подходов. То есть, повышение качества образования в немалой мере зависит от того на какой стандартной основе развивается данная система.

Следует выделить три основных функции стандарта при реализации основной образовательной программы:

- определение обязательного компонента программы высшего профессионального образования и требования к необходимому минимуму содержания основной образовательной программы;

- определение продолжительности и объема реализации основной образовательной программы во времени;

- формирование в стандартах квалификационных требований, модулей, компетентностных характеристик и требований к уровню подготовленности выпускника.

В качестве недостатка применения стандартов отмечается их «жесткость», что одновременно и оспаривается тем фактом, что вузы имеют право корректировать образовательные программы введением национально-регионального и вузовского компонента. Одновременно и оценка соответствия программы показателям качества образования на основе освоения соответствующих дидактических единиц студентом.

Знания, умения и навыки как элементы различных видов компетентности выпускника определяются и взаимосвязью изучаемых студентами учебных дисциплин. Их построение или «макет» должен отвечать требованиям методологии образования. Если «модель выпускника» строится на компетентностном подходе, то тем более усиливаются требования к взаимосвязи учебных дисциплин, ориентированных на приобретение определенных компетенций. Приобретаемые студентом компетенции должны обеспечиваться логикой (логистикой) учебного плана. Главным здесь является перечень необходимых дисциплин, и последовательность их изучения во времени.

Наиболее полно такому подходу отвечает применяемая модульная система, выстроенная на междисциплинарной основе. И в каждой дисциплине следует выделять крупные интегрированные блоки «выхода» из дисциплины и «вход» в следующую, согласно логике приобретения системных знаний, которые могут трансформироваться (проявиться) при определенных обстоятельствах, но уже профессионального значения.

Иначе, компетенции становятся обобщенным способом действий, обеспечивающих качественное выполнение профессиональной деятельности. Умение выпускника мобилизовать свои знания междисциплинарного характера это не то же, что овладеть некоторой совокупностью знаний, даже межпредметных. Между знаниями и действиями может иметь место непреодолимый провал. Поэтому проблема состоит в том, чтобы определить те знания и умения, которые бы обеспечили формирование некоторых необходимых компетенций. Последние не «лежат» в сфере знаний, а «произрастают» из контекста профессиональной области знаний, где они и формируются и как бы «возвращаются» в знания дополняя их пониманием целесообразности конкретных действий.

Основной целью профессионального образования является подготовка квалифицированного специалиста, способного к эффективной профессиональной работе по специальности и достаточно конкурентного на рынке труда. Эту цель и должна преследовать модернизация учебных программ на основе анализа профессиональных компетенций специалистов.

Как отмечается, пока нет общепризнанной классификации компетенций и не определены принципы их стандартизации. Однако это не означает, что в рамках конкретных блоков учебных дисциплин нет возможности их обозначить. Более того, на наш взгляд, именно взаимосвязь определенных блоков учебных дисциплин ориентирует на их выведение. Разумеется, в данном случае мы полагаем из многообразия компетенций лишь один из ее срезов – профессиональную компетенцию применительно к конкретным специальностям.

Компетентностная ориентация широко обсуждается современной вузовской общественностью, принимается ряд рекомендаций, документы крупных форумов, в том числе и на уровне ЮНЕСКО. Например, в «Стратегии модернизации содержания общего образования» подчеркнуто «..основным результатом деятельности образовательного учреждения должна стать не система знаний, умений и навыков сама по себе. Речь идет о наборе ключевых компетенций учащихся в интеллектуальной, правовой, информационной и других областях деятельности».

В процессе профессиональной подготовки для каждой изучаемой дисциплины из учебного плана необходимо выявить ряд частный компетенций, которые являются составной частью общей профессиональной компетенции выпускника. Для реализации такого подхода, как правило, в УМК декларируются «цели», «знания», «умения» и навыки». Формирование «цели» предполагает выявление (определение) модели компетенции вытекающей из содержания данного предмета. На основе последнего, выстраивается «траектория» хода учебных занятий по предмету с конкретизацией вероятных действий обучающегося в рамках профиля его специальности. И, наконец, на выходном контроле (оценка достигнутого) возможно выявление уровня компетенции обучающегося в процессе любой формы аттестации.

При уточнении специальных профессиональных компетенций в предметной модели (в «модели» учебной дисциплины, ориентированной на компетентностный подход) необходимо выделить помимо тематического подхода к программе курса функциональную и операционную составляющую данной дисциплины.

Функциональная составляющая ориентирует студента при освоении программы на области применения данного конкретного знания в той или иной профессиональной деятельности. И, конечно же, на специфическую роль и значение для качества профессиональной управленческой деятельности.

Операционная предметная модель, как одна из составляющих при компетентностоном подходе, предполагает необходимость описания трех важнейших базовых умений: методологических, предметных и межпредметных. При этом в межпредметной модели устанавливается взаимосвязь дисциплин, в которой присутствует теоретическая основа междисциплинарного подхода. В противном случае знания студента не будут отвечать требованиям системности.

Если учебная дисциплина хорошо структурирована по выше обозначенному критерию, то это облегчает понимание студентом и изучаемого в данной дисциплине содержательного аспекта, и значение данных знаний в экономической, социальной и иной практике. В данном случае мы полагаем, что семантический аспект – знания на уровне понятий, категорий, законов и пр. являются минимумом.

Ряд специальностей и специализаций ОмГА относятся к категории узкоспециализированных. Исходя из чего, основная цель прагматична: подготовка «квалифицированного работника соответствующего уровня и профиля». Поэтому и «модель выпускника» должна содержать виды компетенций характеризующие его как работника определенной сферы производства. Для одних специальностей и специализаций компетенции должны быть в узкой специальной сфере – «управление персоналом», например. В другой более широкой области, инвариантной к различным сферам производства или социальной практики: это, например, специальность «Экономика труда» и ее специализация «Управление персоналом». Профессиональные компетенции можно определить, если предоставить возможность решать определенные, но реальные задачи из существующей проблемной практики. Сегодня большинство профессиональных практических задач могут успешно решаться лишь на междисциплинарном уровне.

Задачи должны обладать некоторым рядом свойств:

- должны лежать в области их конкретной (будущей) профессиональной деятельности;

- требуют использования принципов анализа и синтеза из области фундаментальных и специальных наук;

- не должны иметь очевидных решений, а требуют абстрактного мышления и оригинальности анализа;

- должны охватывать интересы различных групп лиц или профессиональных сообществ;

- должны иметь реально применимые практические результаты.

Нет необходимости доказывать, что весь этот комплекс свойств должен наиболее полно реализоваться в ВКР, что и отражено в «Методических указаниях» к их подготовке.

Однако именно в ходе учебного процесса закладываются знания и умения решать определенные профессиональные задачи. Успешность достижения этой цели основывается на модульной системе взаимосвязи дисциплин. Такими блоками методологически и теоретически взаимосвязанных дисциплин, требующих содержательной и логической взаимосвязи и ориентированных на приобретение необходимых компетенций являются:

а) для специализаций «Государственное и муниципальное управление» - Общая экономическая теория – Экономика общественного сектора, Государственное регулирование экономики – Национальная экономика – Экономика социальной сферы;

б) для специализации «Менеджмент организаций здравоохранения» - Общая экономическая теория – Экономика общественного сектора – Национальная экономика – Экономика социальной сферы - Экономика здравоохранения.

Однако в учебном плане по данным специализациям в перечне дисциплин они, за исключением «Общей экономической теории» и «Экономики систем здравоохранения» отсутствуют. При включении данных дисциплин в учебный план создается возможность выстроить их изучение студентами по модулям, которые будут логически связаны содержательно.

Это даст возможность для адекватного описания, формирования и оценки профессиональных компетенций выпускников блоки дисциплин представлять в виде системы профессиональных проблем и задач, имеющих место в реальной профессиональной практике. Это тем более важно, что и та и другая сфера профессиональной деятельности находятся на этапе становления современного переходного периода.

Библиографический список

  1. Становление институтов общественно-профессиональной оценки качества образования: монография / О.А.Ильченко и др./. – М.:Маркет ДС, 2007. – 625 с.

  2. Елисеева Т.И. Батурин В.К. Качество образования: методологические основания дискуссии // Высшее образование в России. 2005. №11.

  3. Компетентностный подход к проектированию государственных образовательных стандартов высшего профессионального образования (методологические и методические вопросы0. – М., 2005.

  4. www.jnformjka.ru/tekst/school/strateg

А.С. Федоричева

Волжский гуманитарный институт (филиал) ГОУ ВПО

«Волгоградский государственный университет»

ОСОБЕННОСТИ РЕГУЛИРОВАНИЯ ЭКОЛОГИЧЕСКИХ

ЭКСТЕРНАЛИЙ В УСЛОВИЯХ РЫНОЧНОЙ ЭКОНОМИКИ 148

Углубление экологических проблем в ходе эволюции человечества выступает серьезным препятствием на пути экономического развития и повышения уровня благосостояния современного общества. Поэтому подавляющая часть государств мирового сообщества уже на протяжении последних четырех десятилетий пытается разработать и реализовать эффективную программу социально-экономических преобразований, обеспечивающих устойчивое развитие с учетом экологического фактора.

Наибольший интерес в области проблем экологического равновесия представляет та часть экономических исследований, которая посвящена рассмотрению действия деловых форм, оказывающих вредное влияние на других субъектов хозяйствования. В этом случае принято говорить об экологических экстерналиях, или внешних эффектах - не отражаемых в цене создаваемого продукта финансовых или иных результаты непосредственного воздействия хозяйственной деятельности рыночного субъекта на окружающую среду, а, следовательно, и на общество, проживающее в данной среде.

Существует достаточно большое количество способов трансформации внешних эффектов, в основе которых лежит сочетание тех или иных методов регулирования хозяйственной активности субъектов. Каждый из этих способов обладает своими возможностями. Можно говорить о существовании экономического, административного и рыночного метода интернализации экологических экстерналий, предполагающих применение специфических инструментов (Рис. 1).


Рис. 1. Методы и инструменты регулирования экологических экстерналий

Экономическое регулирование предполагает воздействие на хозяйствующего субъекта, производящего внешние эффекты, посредством установления определённых параметров окружающей экономической среды. При этом используются такие инструменты, как налоги, платежи, субсидии, обязательная ответственность, целевое резервирование средств на утилизацию отходов, информация (антиреклама), составляющие основу косвенного регулирования [1, с. 209].

Налогом облагается продукция, производство или потребление, которые выступают в качестве источников отрицательных экстерналий; налогом могут быть обложены товары, для изготовления которых используется такая продукция; налог может быть введен на технологии, на первичные ресурсы, на выбросы или сбросы загрязняющих веществ, а также налогом может облагаться ущерб. Уровень налогов должен соответствовать либо социально-экономической величине ущерба от загрязнения, либо экономической оценке ассимиляционного потенциала природной среды.

Налогообложение в практике экологического регулирования используется достаточно широко. Например, налогам нашлось применение в тех областях, где объектами регулирования выступают качественные (по экологическому критерию) характеристики товаров и изделий, использование которых приводит к загрязнению среды. В этом случае введение налога призвано вытеснить эти товары и изделия с рынка и заменить экологически чистыми (например, налог или таможенные пошлины на уголь с высоким содержанием серы и золы, автобензин со свинцовыми присадками и т.д.). В Германии экологическим налогом облагается тропическая древесина, тара одноразового использования, алюминиевая фольга, некоторые моющие средства и др. В Финляндии в 1976 году был введен специальный налог на использование одноразовых упаковок для пива и безалкогольных напитков. Так как в отличие от стеклянных бутылок, они выбрасываются, налог призван стимулировать использование упаковок многоразового использования. В ряде стран (ФРГ, Финляндия) установлена плата за использование нефти и её производных, выступающая в виде соответствующего налога.

В России налогом облагается автомобильный бензин (3629 руб. за 1 т. высокооктанового бензина), дизельное топливо (1080 руб. за 1 т.), моторные масла (2951 руб. за 1 т.). Причём, предполагается, что с 01.01. 2011 года величина акциза на бензин и дизельное топливо класса 4 и 5 снизится до 3500 и 990 руб. за 1 т. соответственно, 3-го класса - увеличится до 3630 и 1210 руб. за 1 т., ниже 3-го класса - возрастёт ещё больше, а именно, до 4290 и 1430 руб. за 1 т.

Платёж, в отличие от налога, подразумевает, что плательщик что-то оплачивает. В данном случае плата за загрязнение - это плата за право пользоваться ассимиляционным потенциалом природной среды. Недостатками платежей являются, во-первых, необязательность сокращения выбросов; во-вторых, трудность определения ставок платы и базы, на которую начисляются эти ставки. При использовании системы платежей происходит недоучёт некоторых загрязнителей, следовательно, ставки оказываются заниженными, а это недопустимо. Недоучёт происходит из-за больших издержек по постоянному контролю за видами и объёмами загрязняющих веществ [2, с. 43-47].

Субсидии есть специальные выплаты предприятиям, имеющие своей целью уменьшение выбросов. К таким выплатам относят займы с пониженной ставкой процента, гарантирование займов, ускоренную амортизацию экологического оборудования, позволяющую сокращать величину налогооблагаемой прибыли. Субсидировать могут и выпуск «экологически чистой» продукции. Так в Молдавии в 2011 году предусматривается финансировать до 20% экологической аграрной продукции, реализуемой внутри страны, и до 40% продукции, идущей на экспорт [3, с. 90].

Обязательная ответственность предполагает, что собственником окружающей среды является общество. Значит хозяйствующие субъекты, выступающие в качестве «производителей» отрицательных экологических внешних эффектов должны отвечать за негативные последствия своей деятельности. Если экологический налог отражает предельный урон от загрязнения до самого факта выброса, то последний в условиях обязательной ответственности определяется после выброса. Другими словами, производитель-источник ущерба, обязан его возместить, либо проведя очистку объекта природы, либо осуществить компенсационные выплаты невольным жертвам. Данный подход эффективен при небольшом числе загрязнителей и пострадавших, когда размер ущерба и его состав легко определяются.

Целевое резервирование средств, предназначенных для утилизации отходов (система залогов) используется для создания соответствующего стимула у хозяйствующих субъектов на осуществление дополнительных затрат. Приобретая товар-источник будущего загрязнения (лампы дневного света, напитки в пластиковых бутылках), мы осуществляем вклад, который возвращается после переработки отходов. Система залогов применяется при покупке товаров в упаковках, пригодных для многоразового употребления. Во многих странах эта система охватывает главным образом стеклянные бутылки, которые можно многократно использовать.

Антиреклама обеспечивает потребителей информацией о продукции, играя роль, своеобразных экономических стимулов. Если предприятия предоставляют всю необходимую информацию, то покупатели и жители прилегающих к производству территорий признаются ознакомленными о величине ущерба или масштабах загрязнения. Информированность ведёт к уменьшению спроса на «грязную» продукцию и сокращению отрицательных экстерналий [4, с. 66-68].

Административные методы интернализации экологических внешних эффектов предполагают использование стандартов качества окружающей среды, стандартов воздействия на окружающую среду, прямых запретов, технологических стандартов, стандартов качества продукции, экологических сертификатов, разрешений, лицензий, а также прямой контроль за процессами природопользования. Предполагается, что хозяйствующему субъекту устанавливают правила, которые он должен неукоснительно соблюдать. Эти методы целиком основаны на принципах прямого регулирования и имеют очень широкую сферу применения.

Система административных методов в целом функционирует следующим образом. Сначала определяются параметры антропогенной нагрузки, соответствующие ассимиляционному потенциалу природной среды. На этой основе определяются значения предельно допустимых концентраций (ПДК) загрязняющих веществ в почве, воде и воздухе. По некоторым веществам и технологиям издаются нормативные документы, ограничивающие или запрещающие их применение. На этой основе устанавливаются индивидуальные стандарты воздействия на окружающую среду для каждого предприятия на основе определения его возможностей, в частности предельно допустимые выбросы (ПДВ) и предельно допустимые сбросы (ПДС). С учётом этих стандартов предприятию может быть выдана лицензия на выбросы (сбросы), которая будет гарантировать его право оказывать негативное воздействие на природную среду [5, с. 152-155].

Технологические стандарты определяют требования к технологиям, используемым в производственном процессе, а также очистным технологиям и оборудованию. Стандарты качества продукции представляют собой требования к качеству готовой продукции, например, стандарт содержания свинца в бензине, стандарты содержания загрязняющих веществ, таких как угарный газ, углеводород, окись азота в выхлопных газах автомобилей, стандарты содержания вредных веществ в продуктах питания, примесей в питьевой воде. Экологическая чистота пищевых продуктов, например, обеспечивается за счёт использования системы контроля продукции и системы её сертификации.

Административные методы трансформации экологических экстерналий наряду со стандартами предполагают использование прямых запретов или ограничений в хозяйственной деятельности, связанных с применением в производственном процессе определенных веществ. Они применяются в крайних случаях, когда производство (выпускаемая продукция) наносит своими отходами непоправимый ущерб окружающей среде. Например, в нашей стране запрещено производство и применение пестицида ДДТ, хлорфторуглеродных соединений, фреонов. Полному запрещению может предшествовать ограничение воздействия посредством введения лимитов и квот на форму воздействия (лимит выпуска конечной продукции, квота на потребление отдельных видов первичных ресурсов и т.д.).

Экологические сертификаты и лицензии представляют собой документ на право осуществления экологически безопасной деятельности. Объектами экологической сертификации являются: объекты окружающей природной среды, отходы производства и потребления, технологические процессы, направленные на предупреждение вреда окружающей среде услуги (экологические услуги), товары [6, с. 209-212]. Чаще всего выдача сертификатов производится для использования водных и земельных ресурсов.

Рыночные методы интернализации негативных экологических внешних эффектов являются наиболее перспективными. Они ориентированы, прежде всего, на обеспечение максимальной эффективности общественного производства и рационального использования ассимиляционного потенциала окружающей природной среды. Рыночные методы сочетают в себе как прямое, так косвенное регулирование, что позволяет максимально использовать их сильные стороны. Механизм действия этих методов можно описать следующим образом. Сначала определяются допустимые масштабы антропогенного воздействия на окружающую среду, и между производителями распределяются разрешения на такое воздействие (экологические лицензии), т.е. осуществляется прямое регулирование, а затем уже этим заинтересованным сторонам предоставляется полная свобода перераспределять эти разрешения между собой [7, с. 16-17]. Роль государственных органов, при этом, заключается в контроле эквивалентности сделок для того, чтобы общее воздействие на окружающую среду не увеличилось, и в создании рыночной инфраструктуры, обслуживающей эти сделки.

Рыночные методы трансформации экологических экстерналий с начала 70-х годов разрабатывает и совершенствует Управление по охране окружающей среды США. В 90-х годах прошлого века они стали реальным механизмом регулирования. В основу этих методов положены принцип «пузыря» или «облака», политика компенсаций и выпуск банковских обязательств. Идея принципа «пузыря» заключается в том, что все выбросы данного производителя рассматриваются в качестве одного объёма загрязнения. В пределах этого «пузыря» предприятию разрешается варьировать контроль за источниками загрязнения [8, с. 55]. Например, крупный промышленный комбинат может ужесточить экологический контроль за производствами, в которых издержки на предотвращение или устранение загрязнения сравнительно невелики, избегая более дорогостоящих мероприятий по контролю за теми производствами, где эти издержки значительно выше.

Политика компенсаций может быть эффективно использована при выдаче разрешений на размещение новых промышленных объектов на территории с тяжёлой экологической обстановкой. При осуществлении такой политики фирмам разрешается размещать свои производства в тех районах, где раньше это было запрещено, так как дополнительное образование отходов могло привести к загрязнению окружающей среды выше допустимого уровня. При политике компенсаций фирма, желающая осуществлять производственную деятельность в данном регионе, должна побудить другие фирмы снизить объёмы выбросов. Обычно это достигается посредством выплат некоторых денежных сумм. Не выполнив этого требования, предприятие не получит разрешения на осуществление производственного проекта. В результате заключения между фирмами «компенсационных сде­лок», согласно которым одна фирма, воздерживающаяся от установки очистного оборудования, оплачивает часть стоимости этого оборудования, установленного другой фирмой, общий объём выбросов загрязнителей удерживается в рамках региональной нормы. По существу здесь происходит перепродажа «прав на загрязнение». К началу 90-х годов в США было заключено более 10 тысяч сделок по передаче таких прав [9, с. 64].

Таким образом, рыночные методы трансформации экологических экстерналий развивают торговлю правами на загрязнение, фактически создавая рынок таких прав. Покупка и продажа прав позволяют достаточно успешно совмещать стремление к расширению производственной деятельности, применению инноваций с экологическими требованиями, что, на наш взгляд является важнейшим условием перехода общества на рельсы устойчивого развития.

Однако необходимо отметить, что рынок прав на загрязнение в настоящее время далек от завершенности и широкого распространения он ещё не получил. Основные данные об особенностях этого рынка получены из имитационных моделей, в которых опущено много существенных деталей. На наш взгляд торговля правами на загрязнение вполне может быть применима и в нашей стане с учётом, разумеется, специфических особенностей отечественного варианта построения рыночной экономики.

Управление по охране окружающей среды США в качестве рыночного метода интернализации отрицательных внешних эффектов использует также так называемую программу «под колпаком у ЕРА» [7, с. 21]. Предприятие накрывается воображаемым колпаком, благодаря чему осуществляется постоянный мониторинг за всеми видами его выбросов (сбросов). Если по одному из веществ, попадающих под ограничение, производитель превышает ПДВ (ПДС), то ЕРА не будет применять санкции при том условии, что сократятся выбросы (сбросы) другого вещества. Такой подход позволяет предприятиям достигать серьёзной экономии оборотных средств за счёт снижения экологических издержек.

Рыночная трансформация экологических экстерналий является наиболее перспективной, по сравнению с другими методами, однако она не может заменить полностью другие методы, поскольку любой из них имеет свои положительные и отрицательные свойства, а также специфическую сферу применения.

При выборе того или иного метода или инструмента интернализации внешних эффектов необходимо в каждом конкретном случае учитывать особенности источника и получателя загрязнения, а также сильные и слабые стороны самого метода. Обычно инструменты управления экстерналиями сравнивают по двум критериям: гарантии достижения определенного качества окружающей среды и возможности минимизации издержек получения желаемого результата. С этой точки зрения рыночное саморегулирование, в частности, торговля правами на загрязнение, являются наиболее удачными, поскольку сочетают в себе наиболее сильные стороны механизмов прямого и косвенного регулирования. Для производителей выставляющих на продажу права на загрязнение, становится возможным получение одновременно, экономии от масштаба осуществления природоохранных инвестиций, в пределах существующих нормативов загрязнения, и компенсации от других предприятий, издержки которых на сокращение загрязнения очень высоки. Последние тоже придерживаются нормативов, избегая дорогостоящих инвестиций в собственные очистные сооружения. При этом качество окружающей среды не ухудшается, а значит, загрязнение не увеличивается.

Библиографический список

  1. Региональное природопользование: методы изучения, оценки и управления / Под ред. П.Я.Бакланова, В.П. Каракина. – М. : Логос, 2003. – 462 с.

  2. Егорова М. Экологический налог в рамках налогового, бюджетного и природоохранного законодательства Российской Федерации / / Экос-информ. - 2009. - № 1. - С. 41-48.

  3. Иванов Ф.А. Негативные экстерналии и проблемы государственного регулирования // Вестн. Моск. Ун-та. - Сер. 6. Экономика, 1998. - № 3. - С. 86-100.

  4. Хильченко Н.В. Методы и практика реформирования экономического механизма управления природоохранной деятельностью / / Экономика природопользования, 2010. - № 6.- С. 64-73.

  5. Протасов В.Ф. Экология, охрана природы: законы, кодексы, платежи, показатели, нормативы, ГОСТы, Экологическая доктрина, Киотский протокол, термины и понятия, экологическое право / В.Ф. Протасов. – М., Финансы и статистика, 2006. – 372 с.

  6. Макар СВ. Экономика природопользования: Учебное пособие / СВ. Макар, В.Г. Глушкова. – М.: Гардарики, 2007. – 398 с.

  7. Завельский М.Г. Рынок прав на внешние эффекты / / Экономика и мат. Методы, 2006. - Т.32. - ВЫП.4. - С. 16-23.

  8. Овчинникова Н.В. Внешние эффекты и устойчивое развитие в контексте экономики природопользовапия. – Самара: Изд-во СамГАСА, 2004. – 108 с.

  9. Пахомова П., Эндрес А., Рихтер К. Экологический менеджмент. – СПб.: Питер, 2003. – 506 с.

Н.Н. Большаков

Омская гуманитарная академия

М.И. ТУГАН-БАРАНОВСКИЙ О КООПЕРАТИВНОМ

СОЦИАЛИЗМЕ: ИСТОРИЧЕСКИЕ И ПРАКТИЧЕСКИЕ УРОКИ

Идея социализма была одной из самых пленительных и заманчивых идей XIX – XX веков. Попытки её реализации оказали и продолжают оказывать принципиальнейшее воздействие на судьбы истории. Персоналия этой идеи многочисленна и многообразна. Некоторые её фигуры остались на века. Одной из таковых является фигура Михаила Ивановича Туган-Барановского (1865 – 1919). Его взгляды повлияли на судьбы кооперативного движения в России в целом, в том числе и в аграрном секторе. Понять эти взгляды, оценить их объективно в контексте, как самого социального движения кооперации, так и параллельных мыслительных поисков на фоне современных перипетий российских социально-экономических и политических исканий остаётся задачей, имеющей не только теоретический, но и социально-практический интерес.

М.И. Туган-Барановский в своих исследованиях «социалистического вопроса» был обречен (не своими личными качествами, а исторически), быть, в лучшем случае пророком, но никак не теоретиком социализма. Но при всем том, он в своей литературной работе проявил чрезвычайную серьезность как историк идеи социализма. Он первым в истории мысли дает попытку серьезной научной классификации проявлений социалистической идеи. Сознательно ограничив себя рамками XIX века, он не стал искать ни социализма, ни коммунизма ни у Т. Мора, ни у Т. Кампанеллы, ни в христианстве. Свою классификацию он построил по нисходящему принципу. И в таком виде она оказалась оригинальной: он двигался от большего социализма – к меньшему, от социализма как положительного, конструктивного явления к негативному, деструктивному. На первое место М.И. Туган-Барановский (и это многозначительно) ставит государственный социализм, то есть ту форму социализма, которая была приемлема для практической реализации. С этой стороны, она проявлялась как высшая его форма.

Критерием выделения типов социалистической идеи Туган-Барановский сделал отношение идеи социализма к государству. Он правильно полагает, что идея государственного социализма восходит к немецкому экономисту XIX века Карлу Иоганну Родбертусу-Ягецову. При этом Туган-Барановский делает серьезный оригинальный теоретический вывод: без фазы госкапитализма, ни о каком социализме мечтать нельзя. Но с другой стороны, сводить социализм к государственному социализму – это значит, его погубить бесповоротно. Заметим, что В.И. Ленин об этом будет рассуждать гораздо позднее.

Вторая форма социализма в истории – синдикальный социализм. Он предполагает передачу средств производства в руки профессиональных синдикатов, союзов. Исторически он восходит к идеям немца Фердинанда Лассаля и француза Луи Блана. У нас в 20-е годы этот тип социализма проявился в виде так называемой «рабочей оппозиции» под руководством А.Г. Шляпникова (единственным ответственным высокопоставленным большевиком, который был по происхождению рабочим, самым интеллигентным рабочим России). Но Владимир Ильич вдребезги «разбил» его идеи рабочей оппозиции, дескать, призыв к передаче средств производства рабочим коллективам есть белогвардейский, контрреволюционный призыв. Ленин показал, что Шляпников никакой не социалист. Наивно и утопично полагать, что синдикальный социализм можно реализовывать в государственном масштабе.

Истина по Туган-Барановскому должна быть во взаимодействии государственного социализма и коммунального, или кооперативного социализма. Правда, сам по себе, последний термин не покрывает содержания понятия, поскольку кооперативам нельзя придать практически, а потому и теоретически, всеобщего характера. Ведь если экономическое явление делается всеобщим, оно вырождается в монополизм.

Третья форма – коммунальный, так сказать, общинный социализм. В этом пункте Туган-Барановский исходил из идей Ш. Фурье и Р. Оуэна. Вместе с тем и из исторического факта, создания в 1864 году в американском городе Рочестер в Жабьем переулке первого в истории кооператива рабочих. Он оказался удивительно жизнеспособным. Рабочие, убедившись в абсолютном «беспределе» рыночников, вздувавших цены на продовольствие, захотели выбить почву у рыночных прохиндеев. Хотя их к этому толкнули оуэнисты, но само кооперативное движение долгое время не было связано с социализмом. Туган-Барановский не осмыслил, что, само по себе, кооперативное движение не является, безусловно социалистическим. Оно не отвергает частной собственности. Напротив, каждый член кооператива выступает как частный собственник в рамках кооператива. Здравый ум рабочих сделал то, что до них не смогли или не удосужились сделать теоретики. Туган-Барановский приходит к выводу, что коммунальный, или кооперативный социализм – это действительно реальный социализм. Но довольно умно его замечание, что для становления кооперативного социализма абсолютно необходим предварительный этап госкапитализма. Так что Ленин в этом вопросе был неоригинален.

Но здесь в суждениях М.И. Туган-Барановского о социализме начинается самое спорное. С одной стороны, сквозная идея социализма – это идея самостоятельности, свободы производителя, значит и самостоятельности и свободы человека, взятого как в его индивидуальных качествах, так и человека, взятого в его социальности, прежде всего – как гражданина. Она-то и создает гражданское общество, общество с человеческим лицом. Но Туган-Барановский полагает, что процесс становления будет чрезвычайно противоречив и сложен. Поэтому надо сначала родить хотя бы госкапитализм. Временно в строительстве социалистического общества будет необходим принудительный труд. Чудовищно, но он не заметил вопиющего противоречия этой идеи со свободным развитием человека. У него крупная промышленность – основа экономики. Он инстинктивно, но совершенно правильно чувствовал, что сама по себе идея приватизации крупной промышленности дикая глупость, гибель для экономики. До поры до времени она должна существовать как государственная собственность, и это будет целая историческая эпоха. Нельзя по-хулигански приватизировать крупную промышленность, поскольку ее структура требует централизованного начала. Кстати замечу, что мы в Советском Союзе страдали не от плановости, а от отсутствия нормальной плановости. Но это, по его мнению, требует принудительного труда рабочего в промышленности, что и было практически реализовано. Это вызвало в мир «пайковую» организацию жизни. «Пайковый социализм» восторжествовал, но, по мнению нашего пророка, это - необходимое зло.

Но он же выдвинул идею НЭПа. В ней коммунальный социализм совмещался со своей противоположностью. Это экономически оправдано для средних и мелких предприятий, но не для крупной промышленности. При всей наивности этой идеи есть в ней инстинктивное предчувствие значения мелкого и среднего бизнеса. Экономической основой нормальной экономики и нормального общества как раз и является средний, а не крупный бизнес.

Четвертый тип социализма – анархический. Он восходит к идеям Прудона, Бакунина, Кропоткина. Смысл – абсолютное отрицание централизма в экономике. Это – абсурд с экономической точки зрения, дикое и опаснейшее занятие, не могущее привести ни к чему другому, кроме как гибели экономики.

Социализм у Туган-Барановского предполагает упразднение частной собственности вообще. От марксизма он пошел вспять до Р. Оуэна, но, к сожалению, не пошел дальше, не дошел до Ш. Фурье. Именно у последнего государственная собственность сочеталась с частной. Это было самое реалистическое начало в системе его социальных фантазий, которые, надо прямо отметить, у него были порой шизофренические и параноидальные. Совсем к радости антикооператоров и антисоциалистов, к радости анти-Тугановцев, он дошел до идеи упразднения рынка вообще. Социализм Туган-Барановского оказался каким-то нестройным. С одной стороны, благие мечты о том, что производитель позитивного социального общества не может не быть самостоятельным свободным гражданином. Но эта цель превращается в благостное причитание, ибо она несовместима с подневольным трудом. С одной стороны, он указал несколько верных моментов, полезных сейчас. Это и неизбежность предпосылочной эпохи госсоциализма. Но здесь же ставит вопрос об опасностях государственно-централизованного управления экономикой, дав этому процессу убедительную развернутую характеристику. Будучи предоставленной только своей внутренней логике, централизация погубит экономику – создает затратный механизм экономики. Предвосхищение оказалось буквальным. Труд лишился совсем своего созидательного смысла. В таком случае все будет определяться затратами на производство продукта. Чем больше тратится денег, тем лучше. То есть вкладывается противоположный смысл западным буржуазным инвестициям, поскольку затраты в итоге с неизбежностью будут порождать убытки. Барановский остроумно заметил, что преувеличение сферы государственного управления экономики сделает выгодным производство самого экономически невыгодного и нецелесообразного продукта.

Мы видим, что у него в одном теоретическом контексте соединяется здравый и неприемлемый подходы, порождается теоретический оксюморон. Само слово «рынок» он упраздняет простым умолчанием. Уходит он и от вопроса о собственности на землю. Он высказывает идею, что государство наделяет производителей собственностью. Это – не частная собственность, а государственная собственность в пользовании производителей. В аграрном секторе создается сеть производительных сельскохозяйственных кооперативов. Их основная экономическая основа отношений с государством – прямой продуктообмен. Дикая мысль: бартер и только бартер. В этом Туган-Барановский наиболее слаб, даже беспомощен. Но исторически, из всех его пророчеств реализовались самые отрицательные. И именно в своей отрицательной части исторически он оказался наиболее плодотворен, в отличие от положительной части. Ничего вразумительного о социализме как положительном явлении он сказать не мог. И дело здесь не в качествах его ума, мысли, а в характере самого социализма в СССР.

Централизованное начало все равно необходимо, особенно в крупной промышленности. Но и здесь он был опять-таки прав, когда понял страшную опасность бюрократизации общества. Мы в своей стране построили бюрократический социализм, своеобразный «рай» для бюрократии. Практически все трудовое население было поставлено в чиновничьи условия поведения и в бюрократические правила игры – условия оклада, а не заработной платы.

Затем он стал задумываться над тем, какие противодействия необходимы для противопоставления бюрократической опасности. Вывод получен.

Первое, кооперация сама по себе есть экономически антибюрократическое средство. Экономическому бюрократизму может быть противопоставлена самостоятельность экономической кооперации.

Второе. Политической формой борьбы с бюрократизацией может стать местное самоуправление. Он осознает экономически позитивный смысл местного самоуправления.

М.И. Туган-Барановский наивно пытался найти в современной ему экономической жизни проявления социалистической экономики (работы «О социалистическом идеале», «О социалистических общинах в современном мире»). Однако и они оставляют двойственное впечатление: много наивного, прекраснодушного. Но реально зерно, суть того, что он называет социалистической общиной. Это – кооператив, но с собственностью, «дарованной» государством.

Идея кооперативного социализма появилась в России еще в 50-60 годы XIX века. Но нашему герою так и не удалось найти кооперативных социалистических реалий. Как экономист, М.И. Туган-Барановский в первую очередь интересовался производством, а не сбытом, не торговлей, не потреблением. Он проглядел реальные процессы кооперации. Он оказался великим теоретиком, поскольку в начале XX века в России развернулось массовое и глубокое кооперативное движение. В этом плане с Россией не могла сравниться никакая держава мира. Хотя производительные артели были малочисленными и слабыми, процветала сбытовая и потребительская кооперация. Их доходы в 1913 году превзошли доходы от добычи золота и алмазов. Этот фактор нуждался в серьезном экономическом анализе.

Во всей мировой экономической истории нет аналога популярности российской кооперативной идеи. Причем идея кооператива из экономической категории превратилась даже в мировоззренческую категорию. Производитель может быть реально свободен только в коллективном организме, кооператив – органическая форма экономической демократии. Без нее невозможен социализм. Это мировоззренческая роль идеи кооператива в России начала века – обстоятельство необычайно важное и поучительное. Это – одна из практических попыток понять, что такое самостоятельный российский путь, «русская идея» в сфере экономической мысли. К ней с величайшим пиететом до сих пор относятся во всем мире, считая даже главнейшей, грандиозной заслугой русской экономической мысли. Реально «Русская идея» в форме массового воплощения в русской кооперативной идее ослепляет своей социальной дерзновенностью. Но она, как всякая вспышка, энергетически быстро иссякла, выродившись в нечто иное.

Идея кооперации в буквальном смысле доведена до мировоззренческого, философского значения в воззрениях князя Шеховского, который после Октября остался жить в России сознательно, вместе с народом, хотя и был свидетелем «красного террора» в Крыму. Он писал, что его идеал во всех отношениях – экономическом, политическом, мировоззренческом, духовном – это идея кооперативного человечества. Кооперация и есть положительная идея человечества. Только в Росси она дошла до уровня философского обобщения, мировоззренческого смысла. Нигде более этого не было, да и не могло быть.

М.И. Туган-Барановский оказался отцом-теоретиком российской кооперации. Вокруг него сформировался круг выдающихся экономистов-кооператоров (С.Н. Прокопович, А.В. Чаянов и др.).

В 1918 году М.И. Туган-Барановский обнаружил, что Советы не желают заниматься реальной кооперацией, все силы уходят на словоблудие и, в буквальном смысле слова разругавшись с большевиками, уехал из Петрограда на Украину.

До 1923 года поучительный опыт российской кооперации был передан забвению. Стали разграничивать «старых» и «новых» кооператоров. Совершенно понятны политические мотивы такого разграничения. Был образован Центросоюз (во главе которого стоял Л.М. Хинчук), который, несмотря на свою маломощность, единственный из всех самоорганизаций, не имел убытков, что говорит о жизненности самой идеи.

Затем Ленин сделал «судьбоносный» вывод о том, что в Росси кооперативного движения раньше не было, хотя и приказал принести ему книги Прокоповича, Туган-Барановского и Чаянова. А в своей знаменитой статье предпочел скрыть это свое знакомство с их теоретическими и практическими работами.

У Туган-Барановского вопрос о кооперации – это вопрос о культуре, цивилизации производителя и государства. «Социализм - это строй цивилизованных кооператоров», - пишет Барановский.

Ленин в своей известной статье о кооперации попытался определить экономическую специфику кооперации, но у него ничего не вышло. Он занялся только противопоставлением старых и новых кооперативов. Почему? – Да потому, что старые кооператоры не могли понять, что надо уничтожить частную собственность. С его, идеологически обусловленной, точки зрения, кооперативы принципиально разняться: с одной стороны – кооперативы, основанные на частной собственности, с другой – на государственной. Ленин не смог дать принципиального субстанционального социального определения кооперативному движению. Всегда получались атрибутивные, или акциденциальные, то есть идеологически ориентированные, социально «прилагательные». Этот теоретический тупик, непреодолимая трудность как раз и была рождена им самим же – установкой на огосударствление. Здесь Ленин проявил себя как величайший бюрократ в реальной практике своей социально проектной и социально конструктивной деятельности, хотя всячески ругал бюрократизм как явление и призывал с ним повсеместно бороться. Исходным у Ленина становится бой, схватка: если кооперативное движение хорошее, оно должно сразу же стать всеобъемлющим. То есть кооперативное движение должно быть принудительным, надо гнать неразумных человечков в кооперативы силой. Потом-то они прозреют и поймут, что все делалось для их же блага. А ведь добровольное антропо-социальное движение в принципе никогда не может быть всеобъемлющим.

Суть дела в том, что даже при беглом сопоставлении статей В.И. Ленина и М.И. Туган-Барановского обнаруживаются два очень важных обстоятельства.

1. Сходство основных идей. Ленин не сформулировал ни одной мысли, которой бы не было у Туган-Барановского в работах о кооперативном социализме.

2. Ленин своей статьей выбросил народной и партийной массе лозунг, но в ней нет и намека на теоретические и практические подходы. Получается, что в этом варианте автор статьи – Ленин, а автор идеи – М.И. Туган-Барановский. Причем, у Ленина она оказалась представленной в ухудшенном варианте. А И.В. Сталин извратил идею окончательно.

Таков урок. Но в нём же надо видеть и прок для понимания наших современных проблем, целей и задач.

А.А. Камардин

Омская гуманитарная академия

Влияние сетевого ритейла на продовольственный

рынок региона

В российской розничной торговле происходит рост доли сетевых компаний, вытесняющих традиционные формы ее организации, в силу отсутствия должных механизмов государственного регулирования данной сферы деятельности, с целью ориентации развития потребительского рынка регионов на интересы населения.

Однако увеличение количества сетевых магазинов и рост приходящегося на них оборота розничной торговли в регионах означает не простое перераспределение рынка, а коренное изменение его структуры. От рынка конкуренции в чистом виде с большим количеством торговых точек, ведущих независимую ценовую и ассортиментную политику и конкурирующих между собой, рост сетевых торговых компаний в регионах переходят к олигополистическому рынку, где большая часть торговых точек принадлежат нескольким крупным компаниям.

Без использования регулирующих функций государства, данные перемены ведут к исчезновению малых магазинов удобно расположенных по отношению к месту работы и жительства, к увеличению на прилавках более дорогих импортных товаров, к потере стимулов развития отечественного производства, к несправедливому перераспределению доходов от деятельности сетевых торговых компаний, а также к навязыванию западной культуры потребления, не всегда адекватной традициям российского народа.

Переход к социально ориентированной рыночной экономике должен базироваться на цивилизованных отношениях между крупными и мелкими торговыми партнерами, ведущими к повышению качества обслуживания потребителей. Это обусловливает необходимость поиска путей разумного сочетания сетевых структур с другими формами организации торговли, обеспечивающее не только экономическую выгоду хозяйствующим субъектам, но также государству и всему обществу.

Ожидая приход в регионы России крупных сетевых структур торговли, государственные органы власти и управления, местные торговые компании должны иметь общую стратегию развития и поддержки конкурентных преимуществ малых организаций торговли. Это позволит крупным сетевым структурам занять свое место на рынке благодаря своим преимуществам, не разрушая сложившихся традиций обеспечив наиболее полное удовлетворение потребностей населения в товарах и услугах.

В Омской области оборот розничной торговли, торговых организаций вырос с 15742 млн. рублей в 2000 г. до 146849 млн. рублей в 2009 г. Оборот розничной торговли в Омской области торговых организаций с 2000 по 2009 года представлен в Таблице 1.

Таблица 1

Оборот розничной торговли в млн. руб.

Омская область, торгующие организации

Год

2000

2001

2002

2003

2004

2005

2006

2007

2008

2009

Значение показателя за год

15742

22450

28692

37925

47782

62197

77137

109119

141400

146849

Наиболее резкий рост наблюдается в 2008 г., который непосредственно связан со входом в регион крупных сетевых структур торговли. Так в 2007 году открыли свои гипермаркеты «Лента» и «АЛПИ», что привело к резкому снижению оборота розничной торговли на продовольственных рынках Омской области и сокращению числа индивидуальных предпринимателей и малых организаций торговли. Оборот розничной торговли в Омской области продовольственных рынков с 2000 по 2009 года представлен в Таблице 2 [1].

Таблица 2

Оборот розничной торговли в млн. руб.

Омская область, продовольственные рынки

Год

2000

2001

2002

2003

2004

2005

2006

2007

2008

2009

Значение показателя за год

6538

8212

13105

16199

18725

21177

24376

19238

22944

20915

Несмотря на принятие Федерального закона Российской Федерации от 28 декабря 2009 г. № 381-ФЗ "Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации" вступившего с 1 февраля 2010 г. и некоторые его пункты с 1 июля 2010 г. Местным производителям попасть на прилавки крупных торговых сетей остается крайне сложно.

С этим законом местные производители отечественной продукции связывали свои надежды. Именно он должен был устранить существующую ныне дискриминацию по отношению к поставщикам и производителям. В нем прописан запрет брать плату за право поставки продовольственных товаров в торговую сеть.

Но этого не происходит. Торговые сети игнорируют все запреты. Более того, усиливается давление на местных поставщиков и производителей.

Торговые сети самым откровенным образом не обращают внимания на запрет о том, что даже по «соглашению» сторон запрещается устанавливать вознаграждение за поставку товаров более чем на 10% от цены приобретенных товаров, а на социально-значимые закон вообще не допускает никаких вознаграждений. В действительности же вознаграждение составляет от 7% до 40% от цены приобретенных товаров, включая и социально-значимые продукты (хлеб, молоко, овощи и т.д.).

На продовольственном рынке сильнее всех ритейл, и альтернативы ему нет, поэтому все работают по правилам крупных торговых сетей. Чтобы продукция местных производителей оказалась на полках их гипермаркетов, надо постараться. Так как существует ряд барьеров для вхождения местных производителей в торговые сети. Так, директор ЗАО "Квартет" Тюменской области считает, что раньше работать с сетями было проще: можно было договориться на определенный процент (3-5%), а теперь все берут не менее 10% от объема реализации. Недавно при заключении договора о сотрудничестве с одной из сетей компании пришлось заплатить за вход около 50 тыс. рублей. Еще пришлось подписать договор об оказании рекламных услуг (5%).

Если говорить о введении ограничения сроков поставок до 45 дней, согласно недавно вступившему в силу закону № 381-ФЗ, эта норма останется только на бумаге. В договорах все пропишут положенные 45 дней, но если на деле ритейлер задержит оплату еще на пару недель ни один поставщик не пойдет жаловаться ни в суд, ни куда-либо еще. Потому что ценой этих действий станет контракт с сетью, и выйдет себе дороже. Так местному производителю нужно сначала заплатить за то, чтобы сетевики вообще с ним работали. Потом — снизить изначальную цену на 10-15%, потому что товара возьмут много и гипермаркеты требуют дисконта. За хорошее место на полке нужно тоже заплатить, и так далее. Живые деньги производитель получит с отсрочкой на два-три месяца, а в конце 2008-го ритейл не платил поставщикам до полугода. Фермерам было весьма проблематично покупать семена и платить зарплату работникам.

Так, крупный производитель молочной продукции в Ленинградской области ОАО "Севзапмолоко" отказалось от работы с торговыми сетями. Альтернативной торговой площадки "Севзапмолоку" найти не удалось. Сейчас у холдинга крупные долги перед поставщиками молока. Некоторые из них уже обратились в Арбитражный суд с требованием признать компанию банкротом.

Городское законодательство Петербурга и вся практика его применения нацелена на интересы крупных торговых сетевых структур. Сегодня в Петербурге рынок розничной торговли более чем на 80% контролируется сетевыми гипермаркетами.

Чиновники городской и районной администрации принудительно ликвидируют малые торговые точки. Так, год назад выставили на торги скандально известный Хасанский рынок, несмотря на бурные протесты 400 индивидуальных предпринимателей, работающих на нем.

Аналогичная ситуация складывается и в г. Омске городская администрация решая проблему не профильного имущества согласно Федеральному закону Российской Федерации от 6 октября 2003 г. N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" вступившем в силу 1 января 2006 г. в конце 2010 г. омским горсоветом в первом чтении была принята программа приватизации городского имущества на 2011 год, включив в нее 4 муниципальных рынка – «Левобережный», «Ленинский», «Центральный» и «Советский». [2] А с 2008 по 2010 год в Омской области число розничных рынков сократилось с 69 до 60 также за эти годы сократилось количество торговых мест на продовольственных рынках области с 19713 до 17120. Таким образом, за эти годы закрылись 2593 индивидуальных предпринимателей и представителей малого бизнеса, что привело к увеличению безработицы снижению налоговых отчислений в региональный бюджет.[4]

На 1 января 2010г. на территории Российской Федерации функционировало 3497 розничных рынков. По сравнению с 1 января 2009г. их число сократилось на 185 рынков (5%). Часть рынков была ликвидирована, другие были трансформированы в торговые центры, супермаркеты и другие современные форматы торговли. Число розничных рынков в Российской Федерации представлено на Рисунке 1 [1].

Рис. 1. Число различных рынков в РФ

Россия за год поднялась с 10-го на 6-е место в рейтинге самых привлекательных стран для экспансии ритейлеров в регионе EMEA (Европа, Ближний Восток и Африка). Как показало исследование CB Richard Ellis (CBRE), опросившей более 200 международных ритейлеров, 28% из них собираются до конца 2011 г. открывать в России свои новые магазины (год назад — 24%).

Безусловно, экономические и социальные показатели будут меняться в течение ближайших трех лет и прогноз по изменению их значений может быть, однако уже сегодня видно, что в большинстве городов-миллионников функционирующих торговых центров вполне достаточно для обеспечения потребностей населения.

На текущий момент потенциал для строительства торговых центров из городов-миллионников сохраняется только в Перми, Омске и Волгограде, однако с учетом заявленных и находящихся в стадии строительства объектов этот потенциал к 2014 году, скорее всего, будет исчерпан.[3]

Таким образом, отсутствия должных механизмов государственного регулирования продовольственного рынка региона, с целью ориентации его развития на интересы населения и дальнейший рост количества крупных торговых сетевых структур в регионе повлечет за собой резкий уход с продовольственного рынка Омской области представителей малого бизнеса которыми являются местные производители, поставщики и малые формы организации торговли. Вследствие чего сформируется олигополистический рынок продовольственных товаров, в котором будет отсутствовать социальная ориентированность на конечного потребителя, что приведет к неконтролируемому росту цен и повышению безработицы среди активного населения области.

Библиографический список

Г.Т. Кужбанова

Омский государственный аграрный университет

ТЕНДЕНЦИИ ГОСУДАРСТВЕННОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ

ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА В СЕЛЬСКОМ ХОЗЯЙСТВЕ

В условиях инвестиционного кризиса и ограниченных национальных инвестиционных ресурсов усиление регулирующей основы развития предпринимательства в сельском хозяйстве особенно важно. Поэтому целесообразно осуществлять перераспределение ресурсов, предоставлять их тем предприятиям, которые производят конкурентоспособную продукцию, пользующуюся устойчивым спросом на внутреннем и внешнем рынках, или способны в короткий срок освоить ее производство. Именно эти предприятия во всех отраслях станут теми «точками роста», используя которые можно будет вывести из кризиса экономику как отдельных регионов, так и страны в целом.

Несомненно, что активизация предпринимательства в сельском хозяйстве способствует решению ряда общих проблем экономического развития государства:

- снижение политических рисков;

- определенность прав собственности;

- повышение ликвидности отечественной продукции;

- приведение ставок кредитования к уровню доходов в реальном секторе экономики;

- совершенствование налогового и таможенного законодательства;

- обеспечение свободы перемещения товаров и капиталов на внутреннем рынке;

- упрощение порядка банкротства;

- повышение открытости и объективности статистической и финансовой отчетности о деятельности предприятий.

Эти вопросы в АПК, особенно в сельском хозяйстве, решаются трудно. Сельское хозяйство пока что является высокорискованной деятельностью, малопривлекательной для инвестиций. Ситуация усугубляется разрушением механизма воспроизводства «спрос – производство – доходы – накопление», разрывом между потребностями и возможностями получения финансовых и материальных ресурсов предприятиями сельского хозяйства. Все это вместе взятое обуславливает необходимость активной поддержки предпринимательства в АПК со стороны государства [1].

Преобразования в аграрной сфере последних двух десятилетий привели к ослаблению регулирующей функции государства, сокращению объемов поддержки сельскохозяйственного производства, а перевод его экономики на рыночные отношения лишь частично позволяет регулировать спрос и предложение на продукцию сельского хозяйства. Все это приводит к значительному диспаритету цен, снижению объемов производства и его эффективности, большим различиям в условиях работы и жизни городского и сельского населения, падению престижности и привлекательности сельского труда.

Реализация национального проекта «Развитие АПК» не решает в полной мере проблем сельского хозяйства, поскольку зачастую он не подкрепляется должными механизмами их реализации и необходимыми финансовыми ресурсами. Для стабилизации положения дел в отрасли и ее дальнейшего развития необходимы усиление регулирующей функции государства и существенная бюджетная поддержка сельскохозяйственного производства, использование всего имеющегося положительного мирового опыта. Это особенно актуально на региональном уровне, что неизбежно ставит новые вопросы государственного воздействия на происходящие в сельском хозяйстве процессы [2].

Мировой практикой доказано, что в системе рыночных отношений в большинстве своем сельское хозяйство не может за счет реализации продукции получать доход, достаточный для возмещения издержек на производство валовой продукции, сохранения сельскохозяйственных земель и социально-культурного развития села. Государственная поддержка сельского хозяйства должна восприниматься обществом как естественная компенсация неизбежных потерь отрасли из-за неблагоприятных природно-климатических условий Сибири и неустойчивого рынка в целях обеспечения населения продовольствием собственного производства.

Современный этап развития системы государственной поддержки аграрной сферы характеризуется рядом существенных недостатков, в том числе в оценке ее эффективности, где одним из основных показателей выступает уровень рентабельности сельскохозяйственного производства с учетом субсидий. Однако показатель «уровень рентабельности», учитывая только затраты на реализованную, а не на валовую продукцию, не отражает результативность всего сельхозпроизводства, поскольку лишь часть произведенной продукции является товарной, остальная используется внутри сельхозорганизации [6].

Кроме того, уровень рентабельности искажает реальную картину эффективности производства, рассчитываемую на конец года, поскольку может учитывать прибыль, полученную от реализации продукции, произведенной в прошлом календарном году. В отличие от данного показателя, отношение выручки от реализации к произведенным затратам в одном календарном году дает нам более объективную картину результата экономической деятельности сельхозтоваропроизводителя.

Государственное регулирование предпринимательства в сельском хозяйстве является важнейшей составной частью государственной социально-экономической политики, должно реализоваться не спонтанно, а опираясь на научно обоснованную, скоординированную, долговременную государственную стратегию развития агропромышленной сферы экономики вообще и агропродовольственного комплекса в частности, базироваться на законодательной основе, исходить из основополагающего положения многофункциональности его исходной отрасли - сельского хозяйства, его роли и месте в экономике страны, связи с другими отраслями.

В «Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года», утвержденной Указом Президента РФ от 12.05.20009 г. № 537, одним из главных направлений её обеспечения в среднесрочной перспективе названа продовольственная безопасность [5]. Последняя – результат действия многих факторов, в числе которых: развитие биотехнологий и импортозамещение по основным пищевым продуктам; предотвращение истощения земельных ресурсов, сокращения сельскохозяйственных земель и пахотных угодий, захвата национального зернового рынка иностранными компаниями, распространения пищевой продукции, полученной из генно-модифицированных растений. Обеспечение продовольственной безопасности становится доминантой современной государственной агропродовольственной политики и её соответствующего обеспечения, приоритетные направления финансирования основных составляющих которой отражены на рис. 1.

Рис. 1. Приоритетные направления финансирования в 2010 году

(новые проекты)

Исходя из анализа современного состояния отечественного АПК, макроэкономического развития страны, уровня жизни населения, особенностей географического положения России, наличия экологических проблем, а также места страны в системе международного разделения труда в условиях активно протекающего процесса глобализации концепция агропродовольственной политики России в долгосрочной перспективе должна быть ориентирована на решение трех важнейших задач: обеспечение продовольственной безопасности, устойчивое развитие сельских территорий, укрепление позиций на мировом агропродовольственном рынке. Для решения этих задач предстоит увеличить объемы производства продукции сельского хозяйства и продуктов её переработки, развить рынки сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия; обеспечить население страны, в первую очередь – его наименее экономически защищенную часть, достаточным количеством полноценных пищевых продуктов, а пищевую и перерабатывающую промышленность – качественным сельскохозяйственным сырьем; нарастить и стабилизировать их экспорт; решить проблему продовольственной безопасности.

В связи с этим в «Основных направлениях агропродовольственной политики правительства Российской Федерации на 20012010 годы» были определены следующие стратегические задачи государства:

- экономические – формирование эффективного, конкурентоспособного агропромышленного производства, обеспечивающего продовольственную безопасность страны, а также интеграцию в мировое сельскохозяйственное производство и рынки продовольствия;

- социальные – повышение качества жизни сельского населения, развитие социальной инфраструктуры села;

- экологические – производство экологически чистых продуктов питания, сохранение природных ресурсов аграрного производства на основе повышения его технологического уровня, ресурсосберегающих и экологически чистых технологий [3].

Объем финансирования агропромышленного комплекса в 2009 г. составил – 190,1 млрд. руб., из которых 165,1 млрд. руб. – меры Госпрограммы и 25 млрд. руб. – увеличение уставного капитала ОАО «Росагролизинг» (рис. 2).

Рис. 2. Объем государственной поддержки сельского хозяйства

из федерального бюджета в 2009 году

В таблице 1 показано разделение мер государственной поддержки по уровням управления экономикой. Для оценки государственной поддержки для каждого вида продукции сравниваются цены рынка с ценами, наиболее точно отражающими альтернативные издержки товаропроизводителей [4].

Для тех видов продукции, которые обращаются на мировых рынках, показателем альтернативных издержек выступают мировые цены. Для видов продукции, которые не выходят на мировые рынки, оценкой альтернативных издержек являются их цены на теневых рынках внутри страны. Уровень государственного вмешательства находит отражение в разнице между альтернативными издержками и фактическими ценами реализации продукции.

Таблица 1

Меры государственной поддержки агропродовольственной политики

по уровням управления

Направления

государственной поддержки

Федеральный

уровень

Региональный

уровень

Муниципальный уровень

  1. Субсидирование

Субсидии субъектам Федерации для развития приоритетной отрасли (специализация

региона)

Субсидии

отраслям

специализации региона

Субсидии предприятиям муниципалитета специализированной отрасли

прямое

Внедрение в производство новой техники и переподготовка кадров. Поощрение развития перспективных отраслей (предприятий), поддержка нерентабельных,

но стратегически важных предприятий

косвенное

Льготное налогообложение и кредитование, возврат прямых налогов и таможенных пошлин, государственное

гарантирование и страхование депозитов и кредитов

  1. Регулирование цен и

тарифов

Регулирование цен на основные виды сельскохозяйственной продукции,

сырья и продовольствия

-

-

Все методы количественной оценки уровня государственной поддержки сельского хозяйства основаны на определении этой разницы. Государственное регулирование агропродовольственного рынка выражается не только в поддержке товаропроизводителей в субсидировании, но и в их налогообложении. В первом случае разница между внутренней и справочной ценами будет иметь положительное значение, а во втором – отрицательное.

В современных условиях в основе государственной поддержки отечественного товаропроизводителя заложен механизм комплексного стимулирования процесса производства, а не его конечного результата. В условиях рыночной экономики аграрный сектор оказывается наиболее подверженным негативным последствиям различного рода факторов нестабильности внешней и внутренней среды. Поэтому усиление поддержки его функционирования и развития со стороны федеральных и региональных органов власти становится объективным условием и потребностью, поскольку сельское хозяйство в большинстве своем, особенно в сложных природно-климатических условиях Сибири, не может за счет реализации своей продукции получать доход, достаточный для возмещения издержек на производство валовой продукции, сохранения земель и социального развития села. Поэтому государственная поддержка должна восприниматься обществом как естественная компенсация неизбежных потерь отрасли в сложных природно-климатических условиях и меняющейся конъюнктуре рынка. Государственная поддержка сельского хозяйства – это система бюджетного субсидирования сельскохозяйственного производства, направленная на компенсацию части нормативных затрат не только реализованной, но и всей произведенной валовой продукции для его расширенного воспроизводства с целью продовольственного обеспечения населения страны.

В настоящее время в государственном регулировании предпринимательства в сельском хозяйстве сложились две основные тенденции:

- во-первых, осуществляются действия по планомерному исправлению сложившегося диспаритета цен частично за счет сокращения разрыва между закупочными и розничными ценами, частично синхронизировано с повышением розничных цен и доходов населения. Неизбежно установление контроля со стороны государства, потребителей и производителей сельскохозяйственной продукции за использованием крупных перерабатывающих мощностей (как правило, монополистов в масштабе региона);

- во-вторых, восстановление оборотных средств предприятий. При этом средства могут быть получены от частных инвесторов, если администрация региона возьмет на себя ответственность за осуществление ряда программ оздоровления и подъема аграрного производства по ряду приоритетных направлений, государственных гарантий для инвестиций в проекты АПК региона и, следовательно, повышения предсказуемости и надежности.

Таким образом, в рамках государственной реализации указанного направления возможно стимулирование товаропроизводителей к установлению прямых хозяйственных связей с потребителями продукции. На смену существующим схемам управления должен прийти государственно-индикативный экономический механизм управления, основанный на применении государственных индикаторов по регулированию экономики. Он представляет собой систему сбалансированного управления сельским хозяйством, научно обоснованных индикаторов (производственных, качественных, инновационных, экономико-результативных и социально-культурных), что позволит установить необходимые пропорции между отраслями АПК и правильно осуществлять контроль за выполнением составленных национальных программ, заблаговременно принимать упреждающие меры, вносить коррективы в тактики и стратегии рыночной деятельности сельхозтоваропроизводителей.

Библиографический список

  1. Кундиус В.А. Экономика агропромышленного комплекса: учебное пособие / В.А. Кундиус. – М.: КНОРУС, 2010. – 544 с.

  2. Национальный проект «Развитие АПК» /

  3. «Основные направления агропродовольственной политики правительства Российской Федерации на 20012010 годы» /

  4. Скрынник Е.Б. Формирование современной агропродовольственной политики: Автореферат д.э.н.: 08.00.05 / Е.Б.Скрынник – Москва, 2010.

  5. Указ Президента РФ от 12.05.20009 г. № 537 «Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года»

  6. Шелковников С.А. Формирование и развитие механизма государственной поддержки сельскохозяйственного производства в регионе (теория, методология, практика): Автореферат д.э.н.: 08.00.05 / С.А. Шелковников – Новосибирск 2010.

А.А. Авдеева

Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации

СОЦИАЛЬНОЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВО В РОССИИ:

ПРОТИВОРЕЧИЯ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ

В течение многих десятилетий капиталистическое общество существовало в соответствии с основным принципом теории фирмы, принимающим вектор максимизации прибыли в качестве основной задачи предприятия в конкурентных условиях рыночной экономики. Современный глобальный финансово-экономический кризис дал повод усомниться в оправданности существующей парадигмы.

Не углубляясь в обсуждение данного дискуссионного вопроса, автор позволил предположить, что изначальные корни сегодняшнего кризиса лежат в духовной сфере, он не является кризисом отдельного субъекта экономической системы, а, напротив, обостряет глобальные социальные проблемы; но, в то же время, наделяет ранее второстепенных субъектов полномочиями для эффективного участия в их решении. Этим самым локомотивом процесса «выздоровления» мог бы, на наш взгляд, стать институт социального предпринимательства.

Главное, что отличает социального предпринимателя от бизнесмена, в привычном понимании этого термина, - это его мировоззрение, поставленная «с головы на ноги» система ценностей. Социальный бизнесмен, безусловно, осуществляет предпринимательскую деятельность и, в соответствии с её каноническим определением, заботится о получении прибыли, ибо должен поддерживать жизнеспособность своего предприятия. Однако его система стратегических приоритетов выходит за рамки коммерческой деятельности. Беря на себя дополнительные обязательства, формулируя альтруистичную миссию деятельности, социальный предприниматель вносит свою лепту в решение острых социальных проблем, требующих нестандартных, нешаблонных подходов к регулированию.

Выгода от функционирования социального предприятия мультипликативна, ибо подобная деятельность имеет «обратную связь», являясь воплощением т.н. модели «non-zero-sum relation», «отношений с ненулевой связью», в которых в выигрыше оказываются все участвующие стороны (бизнес и общество).

К примеру, результаты деятельности первого российского фонда социальных программ «Наше Будущее» , появление которого, надо сказать, ознаменовало новый этап в развитии отечественного социального предпринимательства, подтверждают динамичное распространение данного феномена.

Социальное предпринимательство молодо душой. Об этом свидетельствуют успех студенческих конкурсов, проводимых указанным выше фондом, популярность данной темы среди молодых ученых, а также среднестатистический портрет относительно молодого социального предпринимателя.

Что касается зарубежной практики, стоит отметить, что на базе крупнейшей международноя ассоциации поддержки социального бизнеса «Ashoka» не первый год успешно функционирует проект «Changemakers», представляющий собой, по сути, социальную сеть для аккумуляции идей социального предпринимательства и дальнейшего спонсирования их поддержки.

Таким образом, только когда «взор» компании не ограничен шорами «максимизации прибыли», а задачи менеджеров не сводятся к заботе об увеличении дивидендов акционеров, имеет место вовлечение креативно мыслящих бизнесменов в разработку инновационных способов решения глобальных проблем современного общества, что означает инвестирование предпринимательского капитала в общественное благополучие.

Автор не призывает к тому, чтобы полностью забыть о финансовой стороне деятельности предприятия – ведь экономическая стабильность и финансовая устойчивость являются непременными условиями успеха социального предприятия и выполнения добровольно взятой на себя социальной миссии. Мы лишь призываем задуматься о возможности придерживаться основного принципа микроэкономики – принципа безубыточности, а не искусственно поддерживаемого принципа максимизации прибыли.

Наиболее ярким и успешным же примером социального предпринимательства на сегодняшний день автор считает деятельность группы Grameen под руководством проф. М.Юнуса, который, сформулировал образ социального бизнеса в его сегодняшнем понимании. Суть его проекта заключается в создании и последующем тиражировании новой институциональной модели микрофинансирования, которая вывела на новый уровень борьбу с проблемой бедности и стимулировала экономическую активность соответствующих слоёв населения.

В настоящее время в научно-исследовательской, отсутствует единый подход к определению социального предпринимательства. В качестве рабочей дефиниции автор рассматривает определение «Social Enterprise Coalition»: «Социальное предприятие – это самоокупаемый экономический субъект, функционирующий в рыночной среде, преследующий при этом определенную социально-ориентированную цель1» [1, стр.5].

В этом определении заложены два ключевых аспекта социального предпринимательства: самоокупаемость и социальная миссия. Первый из них обусловлен тем, что для эффективного функционирования компания, обязана покрывать издержки, а также получать прибыль, которая рассматривается как излишек (surplus). Это, с одной стороны, подчеркивает некоммерческий статус социального предприятия, а, с другой, указывает на специфику распределения этой «прибыли», отсутствие «проедания» текущей прибыли, стимулирование развития.

Что касается социальной миссии как второго упомянутого аспекта социального предпринимательства, проф. Юнус характеризует данное явление как «бизнес, движимый идеей» (cause-driven business) [2], конечную пользу от деятельности которого извлекает общество, а выгода индивида, способного трудиться за эту идею, имеет, преимущественно нематериальную форму. В этом заключен синергический духовный мотивационный эффект и упомянутая ранее асимметрия экономических приоритетов компании. Приняв на вооружение данную новую парадигму мышления, институт социального предпринимательства представляет собой мощнейший катализатор позитивных социальных изменений.

В настоящее время общество располагает четырьмя механизмами, которые с разной степенью эффективности способны решать те или иные насущные проблемы:

  • «Каждый сам за себя», или «спасение утопающих – дело рук самих утопающих»

  • «Социальное государство»

  • Благотворительность

  • Социальное предпринимательство, социальные инновации

Стремительное развитие общества, увеличение пропастей в развитии между слоями населения в капиталистическом обществе, всё та же философия максимизации прибыли, свойственная наиболее обеспеченным его членам, на сегодняшний день не позволяет делать ставки на успех первого механизма. Абсолютной противоположностью является деятельность благотворительных учреждений. Однако в данном контексте как никогда остро стоит вопрос недостаточной эффективности, повышению которой отнюдь не способствует постоянная зависимость от внешнего финансирования. Когда жизнеспособность компании не имеет прямой корреляции с собственными финансовыми результатами, у работников отсутствует необходимая мотивация, толкающая их на поиски повышения производительности и социальной отдачи компании.

Всё это обусловило необходимость вмешательства справедливой руки власти, и в настоящее время в значительной части развитых стран механизм социального обеспечения находится главным образом в ведении государственных структур. Однако вполне справедливо задаться вопросом об эффективности единого распределительного механизма, удовлетворяющего в основном базовые потребности общества за счет аккумуляции средств налогоплательщиков. Несмотря на доступ к мощнейшим социологическим и статистическим инструментам, насколько адекватно может государство определить истинные потребности общества? Не сведет ли инертность и неповоротливость механизма государственной машины на нет все позитивные последствия централизованной социальной политики?

В попытках ответа на данные вопросы, альтернативный вариант приходит на ум сам собой. Социальное предпринимательство во многом решает проблемы, связанные с безоговорочным возложением на государство функции защитника общества. Ведь будучи «ближе к народу», социальный предприниматель более чуток к его нуждам и полнее может определить его приоритетные потребности. В противовес излишней бюрократизации, социальный предприниматель каждый день действует в конкурентной среде, что побуждает его искать всё новые и новые эффективные инновационные решения просто для того, чтобы остаться на плаву! А вместо инертности и неповоротливости государственных органов, предприниматель обладает такими чертами, как гибкость, адаптивность и креативность.

Таким образом, сегодня наиболее многообещающий вектор расширения масштабов социального предпринимательства – это форма партнёрства государства, социальных предпринимателей и частного капитала, что также способствовало бы повышению эффективности коммерциализации идей СП. Именно такую стратегию взяли на вооружение развитые западные страны

Справедливости ради необходимо отметить, что в современном ориентированном на инновации Российском обществе отнюдь не наблюдается недостатка идей, которые потенциально могли бы лечь в основу успешного социального предприятия. Однако существует проблема иного толка – проблема скорости и широты развития явления. Западные исследователи [3] убеждены, что, при оказании должной поддержки со стороны государства, идеи социальных предпринимателей могут найти более быстрое и широкое распространение.

Подобно любому экономическому субъекту, социальный предприниматель неизбежно сталкивается с вопросом аккумуляции ресурсов на начальном этапе, а также в ходе дальнейшего развития и расширения деятельности. Особый «почерк» наблюдается и в данной области. Ниже рассмотрены специфические источники финансирования:

  • Гранты специализированных государственных учреждений, благотворительных фондов. Примером может служить деятельность специализированного Фонда Социальных Инноваций (SIF, Social Innovation Fund) в США, учрежденного по инициативе Барака Обамы в 2010 г, осуществляющего тендерное финансирование наиболее успешных некоммерческих организаций за счет аккумуляции индивидуальных пожертвований и взносов благотворительных учреждений. Предшественником SIF служил CEO, Center for Economic Opportunity, функционировавший под руководством Майкла Блумберга.

  • Кредиты банков, либо CDFI (community development finance institutions), специализированных учреждений, специализирующихся на финансовой поддержке субъектов наиболее нуждающихся в этом отраслей. Более того, опыт сотрудничества с CDFI в финансовой истории компании сможет стать для социального предпринимателя залогом будущего беспроблемного получения заёмных средств в банках.

В данном контексте особого внимания заслуживает пример Big Society Bank, Великобритания, который осуществляет финансирование не за счет собственных средств, а выступает промежуточным звеном между финансовыми посредниками и волонтерами и социальными предпринимателями.

  • В Великобритании развитие получил также такой специфический инструмент финансирования как «patient capital», который подразумевает согласие спонсора на невозврат части инвестиций в замен на социальную «отдачу». В России подобный источник финансирования существует главным образом в виде пиар-кампаний крупнейших корпораций, и, по мнению автора данной статьи, заслуживает внимания и централизованного поощрения.

В целом, хотелось бы с радостью отметить достаточно стабильное развитие позитивного общественно-экономического движения, окрещенного международным изданием Economist в 2006г. «philantrocapitalism», означающее привлечение частного капитала к финансированию социально-значимых проектов. Во многом это также способствует решению вопроса оценки степени эффективности соц. предприятия, ведь при осуществлении капиталовложений основным вопросом любого инвестора является степень отдача от вложенных средств. Данная концепция и является частью стратегии Big Society Bank, ведь «venture capitalists», чьи средства составляют финансовую основу деятельности банка, имеют личный интерес в комплексной индивидуальной оценке перспективности конкретного инвестиционного проекта. Big Society Bank, таким образом, снимает с себя данную аналитическую задачу, тем более осложненную отсутствием привычных индикаторов прибыльности, доходности на акцию и т.п., применимых для коммерческих организаций.

Наконец, отметим исключительно инновационный финансовый инструмент, т.н. “social-impact bond”, «облигации общественной выгоды», впервые примененный в Великобритании. В зависимости от наличия общественной выгоды от деятельности социального предприятия – объекта капиталовложений, инвесторы получают от государства пропорциональную премию по данным облигациям. Подобный инструмент позволяет сделать долгосрочные инвестиции в социальный сектор более привлекательными, перераспределяет риск на рынок частных капиталов, а также подразумевает расходование публичных фондов только в случае успеха проекта.

Запуск подобного комплексного проекта в России мог бы иметь двоякий эффект и, помимо прямого положительного результата для социального бизнеса, мог бы также способствовать повышению финансовой грамотности и развитию и расширению спектра операций на фондовом рынке.

Разумеется, в современной России существуют трудности на пути развития явления СП – и это не только отсутствие должной информационной и административной поддержки, но и необходимость перенятия опыта запада (что также могло бы способствовать повышению финансовой грамотности в целом), фактор инертности мышления современных бизнесменов (однако в этом отношении также наблюдаются положительные тенденции).

Основной задачей на сегодняшний день мы считаем создать конкурентной платформу для взаимовыгодного партнерства государства и бизнеса с целью претворения в жизнь социальных инноваций. Перспективным направлением является также адаптация успешных западных нововведений, описанных выше, что одновременно способствовало бы повышению финансовой грамотности.

Социальное предпринимательство изначально зиждется на поощрении нестандартных подходов к решению задач. Когда традиционные схемы терпят неудачу, общество возлагает надежды именно на социальные инновации, именно поэтому мы видим студенчество в качестве генераторов идей социального прогресса. Именно поэтому институт высшего образования является, на наш взгляд, оптимальной платформой для развития социального предпринимательства.

В первую очередь, это может выражаться в учреждении комплексных образовательных программ, стимулирующих интерес к социальному предпринимательству с одной стороны и решающих проблему информационной поддержки существующих субъектов социального бизнеса – с другой. Подобные программы могли бы способствовать более полной реализации творческого потенциала бизнесменов, духовные устремления которых побуждают их открывать новые границы в бизнесе и выходить за пределы ограниченного шорами максимизации прибыли мышления.

Также, безусловно, многообещающей является модель «СП для СП» – это некоммерческие профессиональные объединения, в частности, на базе ВУЗов, оказывающие поддержку при создании и дальнейшем функционировании социального бизнеса (пр., учреждение CSR - Великобритания).

В заключение хотелось бы отметить, что российские ВУЗы уже сегодня начинают оказывать поддержку инициативных программ продвижения социального предпринимательства. Так, автору данной статьи была предоставлена возможность прочтения курса «Социальное предпринимательство» для группы школьников на базе «Финансового университета при Правительстве РФ». Была отмечена неожиданная заинтересованность юных слушателей, что позволяет строить дальнейшие планы в данной области. В том числе, создание непосредственного социального проекта, представляющего собой модификацию модели бизнес-инкубаторов с прямым привлечением студентов ВУЗов, направленную на самых юных бизнесменов. Помимо позитивного социального эффекта, это также позволило бы внести неоценимую лепту в решение вопроса повышения финансовой грамотности и компенсировать недостаточность практической составляющей современного образования.

Библиографический список

  1. There’s more to business than you think. A guide to social entrepreneurship - London: Social Enterprise Coalition, 2003

  2. Yunus, M. Creating a World Without Poverty - NY: PublicAffairs, 2007

  3. «Let’s hear those Ideas» // The Economist, Aug 12th 2010

П.А.Степнов

Омский государственный университет им. Ф.М.Достоевского

ГЕНЕЗИС ФИНАНСОВЫХ ИНСТИТУТОВ ПРИ ПЕРЕХОДЕ

К СОВРЕМЕННОМУ РЫНКУ

Невиданный в современной истории системный социально-экономический кризис большинства стран т.н. «второго мира» с конца 80-х годов XX века поставил перед экономической наукой сложные проблемы не только по анализу и обобщению причин кризиса, но и, что еще более важно, по преодолению в этом кризиса. Фактически кризис предполагалось разрешить переходом от прежней системы хозяйствования к другой - рыночной системе. Однако экономическая тео­рия как у нас, так и на Западе оказалась не готова к такому повороту событий и не могла от­ветить на множество вопросов, возникших в ходе экономических реформ.

Одним из основных следствий перехода от плановой системы хозяйствования к рынку стало коренное изменение механизма финансирования реального сектора. Фактический уход государства из инвестиционного процесса вынудил многих экономических агентов к по­иску новых источников финансирования производственной деятельности. В начале постперестройки предполагалось, что ими будут институты формирующегося частного сектора. Однако их возможности оказались настолько ограниченными, что основную массу капиталовложений в переходных экономиках стали обеспечивать собственные ресурсы предприятий.

Очевидно, что такое положение не могло не сказаться на общем состоянии инвестици­онного процесса. Первым его негативным следствием стало существенное возрастание не­стабильности динамики капиталовложений, когда инвестиционные бумы сменялись спадами. Вторым негативным моментом финансовых ограничений инвестиционного процесса оказа­лось доминирование капитальных вложений на замещение выбывающих мощностей, что связано с крайней степенью их морального и физического износа , устаревания. Кроме того, банковское кредитование экономики и рынки капитала практически не влияли на хозяйственную актив­ность.

Какова же возможность выбора оптимальной модели финансирования инвестиционных процессов в России и других странах с переходной экономикой ? Несмотря на довольно длительную историю исследования данного во­проса, до сих пор не удалось сформировать единое решение, хотя все теоретические построения направлены, как правило, на выявление общей доминирующей модели финансирования и берут начало в рамках класси­фикации А. Гершенкрона, который выделял две основные модели финан­совых рынков: банковскую (континентально-европейскую) и фондовую (американскую).

В первой основными финансовыми посредниками являются депозитные институты (коммерческие и сберегательные банки, кредитные союзы), которые концентрируют потоки сбережений и на их основе осуществляют финансирование инвестиций в экономике. Во вто­рой (фондовой) наблюдается более прямая связь первичных собственников капитала (сбере­жений) и предприятий, реализуемая через рынки капитала. При этом финансовые посредни­ки, зщкак правило, представлены страховыми компаниями, пенсионными и взаимными фонда­ми.

Отсутствие единого мнения относительного того, какая из моделей является наиболее подходящей для экономик, формирующих рыночную систему, в значительной мере связано с различиями в научных подходах отдельных авторов к анализу проблем финансирования. Можно выделить по крайней мере три основных направления такого анализа.

В рамках первого направления приоритет при обосновании эффективности модели фи­нансирования в странах переходных экономик отдается результатам статистического ана­лиза их текущей хозяйственной ситуации. Так, А. Демирго-Кант и В. Максимович, основываясь на данных о деятельности отдельных фирм, делают вывод о большей применимости фондовой модели [см.10], Р. Райан и Дж.. Зингалес указывают на повышенную в «менее развитых эконо­миках» эффективность банков [см. 14]. Схожего с последними мнениями придерживается и А. Сингх [см. 15]. Он отме­чал, что в условиях значительной зависимости от внешних источников капитала и домини­рования краткосрочных вложений (что собственно и происходит в переходных экономиках) фондовые рынки не только не способствуют долгосрочному экономическому росту, но могут даже препятствовать ему в силу высокой нестабильности цен акций, зачастую сопровож­дающейся кризисами. В доказательство этой позиции можно привести результаты эконометрических исследований, проведенных специалистами Международной финансовой корпо­рации (IFC). Согласно им, активность фондового рынка и рынка облигационных займов ни­как не связана с уровнем хозяйственной активности в переходных экономиках - достаточно проанализировать значения соответствующих коррелятов (см.табл.1).

Таблица 1.

Коэффициенты корреляции темпов роста валового внутреннего продукта (ВВП ) с выпусками облигаций / акций в 90-х годах ХХ века

При запаздывающем

влиянии

Без лага

С опережением

Акции

- 0,05

- 0,07

0,03

Облигации

- 0,03

0,06

0,14



Источник: [16]

Уместным представляется остановиться и на результатах, полученных применительно к отдельным наиболее успешным развивающимся странам. Например, согласно анализу С. Спироу и К. Кассиматиса [см. 16], в Чили и Мексике промыш­ленное производство негативно связано с развитием банковского сектора и нестабильностью фондового рынка, однако позитивно - с объемом рыночной капитализации. В Южной Корее оба сегмента финансовой системы положительно влияют на хозяйственную активность, то­гда как в Индии и Тайване - лишь банковский сектор. Причем в Тайване отмечено негатив­ное воздействие фондового рынка на развитие экономики.

Второе направление анализа эффективности моделей финансирования в переходных экономиках, получившее широкое распространение в современной экономической науке, это исторический метод анализа. Его особенностью является исследование хозяйственной прак­тики наиболее развитых стран мира в периоды формирования в них рыночной системы.

Так, очень часто указывается на сомнительность применения «капитализма западного стиля» к некоторым странам Восточной Европы, Китаю или Вьетнаму. Институты западного капитализма, включая правовую, политическую и эко­номическую инфраструктуру, формировались в течение длительного времени. Некоторые из них трудно копируемы. В действительности, банковская организация является способом преодоления исторического разрыва в развитии институтов рынков капитала. Важно пони­мать, что недоразвитость рынков капитала в конце XIX века в Германии вызвала рост вовле­ченности банковской системы в финансирование и управление промышленными компания­ми. То же в случае с Японией, система доминирующих банков отразила высокий уровень не­совершенства финансовых рынков и экономической нестабильности в послевоенный пери­од.

Скептически оценивают значимость банков, правда, уже в отношении японской эконо­мики, Й. Мива и Дж. М. Рамсейер . Они указывали, что на ру­беже Х1Х-ХХ в. японские промышленные компании финансировались главным образом за счет рынков капитала. В 1898 г. на 91% их финансирование бы­ло получено благодаря выпуску акций, 2% - из нераспределенной прибыли, 6% - облигаци­онных займов и лишь 1% формировали банковские кредиты [см. 12]. И, что важно, подобная си­туация практически не менялась минимум до начала 1940-х годов.

При этом анализ экономической истории наиболее развитых стран мира свидетельству­ет, что влияние финансовой инфраструктуры на хозяйственное развитие проявляется глав­ным образом на начальных стадиях построения рыночной системы. Так, согласно расчетам И. Сато и Дж. Джеймса , в США за период с 1805 по 1859 гг. на фоне существенного роста размера финансового сектора (отношение финансовых и материальных активов увеличилось за этот период с 0,32 до 0,46) практически удвоилась доля чистых инве­стиций в национальном доходе (с 0,051 до 0,092). Схожая ситуация в период индустриализа­ции наблюдалась в Японии. С 1879 по 1913 гг. доля чистых инвестиций и финансовая сфера возросли в этой стране соответственно с 0,0205 до 0,0559 и с 0,30 до 0,64 [см. 17].

Однако ни у кого из исследователей не вызывает сомнения, что высокий уровень вовле­чения государства в процесс индустриализации, необходимость постоянного учета этого фактора предприятиями автоматически обусловливали в развитых странах повышенную роль банковского финансирования. Те же Й. Мива и Дж. М. Рамсейер, отмечающие чрезвычайно малую значимость банковской системы в Японии конца XIX - начала XX вв., указывают, что формирование модели государственного капитализма в этой стране предопределило постепенное вытеснение рынков капитала. Причина проста: благосостояние компаний начало формироваться за счет непрозрачных политических связей, «покупки» чиновников с целью манипулирования ими, а источником финансов стали банки, аффилированные с государством [см. 12]. Надо отметить, что данный аргумент довольно попу­лярен в обосновании доминирующего использования именно банковского финансирования в переходных экономиках.

В рамках третьего направления критерии выбора той или иной модели финансирования для переходных экономик основываются главным образом на сравнении динамической или статической эффективности этих моделей в развитых рыночных хозяйствах.

Динамический (или причинно-следственный) подход в традиции исследования роли фи­нансовых систем экономической наукой является, пожалуй, классическим. Свои истоки он берет в рамках более общего анализа взаимосвязи хозяйственного и финансового развития экономики, При этом в нем четко прослеживается влияние двух концепций.

Согласно первой из них, подробно разработанной еще в начале XX в. в работах Дж. М. Кейнса, основная роль финансового сектора состоит в опосредовании потоков сбережений и инвестиций в хозяйственной системе. Как отмечал Кейнс, сбережений всегда достаточно для инвестирования , однако если банки отказываются от расширения финансирования экономики, растущий перегрев рынка краткосрочных ссуд и облигационных займов, кото­рый произойдет в этом случае, будет сдерживать экономическую активность. Инвестиции могут быть ограничены лишь недостатком денег. И никогда недостатком сбережений [см.3].

В трактовке более поздних исследователей, например, Джоан Робинсон [см. 5], эта позиция звучит следующим образом: если в менее развитых финансовых системах экономический рост еще может быть ограничен темпами кредитования, то уже в развитых экономиках это ограничение менее существенно, поскольку процесс финансирования непосредственно зави- сит от потребностей национального хозяйства.

Иными словами, несмотря на наличие положительной связи между уровнем финансовой обеспеченности и экономической активности, зависимость идёт скорее от экономического роста к финансам, нежели наоборот. А это означает, что вопрос о выборе модели построения финансового сектора является вторичным в экономической политике государств. Ведь даже для неразвитых рынков финансы с малой долей вероятности могут рассматриваться в каче­стве фактора хозяйственного роста.

Такое ограниченное понимание роли финансовых институтов в процессе экономическо­го роста оказывается категорически неприемлемым в рамках другой концепции, восходящей к работам Й. Шумпетера, приверженцы которой полагают, что финансовая система влияет на экономическую активность, поскольку занимается не только опосредованием потоков сбе­режений и инвестиций. Акцент при этом делается на функции создания финансовыми инсти­тутами новой покупательной способности.

Тот же Й. Шумпетер отмечал, что для материализации производства необходимо креди­тование и всякий может стать предпринимателем лишь после того, как стал должником... Первое, что нужно ему (предпринимателю), это кредит. Прежде всех остальных товаров он нуждается в покупательной способности. При этом банки, согласно Й. Шумпетеру, явля­ются, в первую очередь, не посредниками в производстве «покупательной способности», а производителями [9].

Сторонники «активной» роли финансовых институтов в экономическом развитии особо подчеркивают, что в условиях роста национального хозяйства сбереженных денежных средств, как правило, не хватает для приобретения дополнительного (в целях роста) имуще­ства. Возникает потребность в банковском кредите. Однако наличные пассивы банков, как правило, связаны. Им приходится создавать (эмитировать) новые деньги с тем, чтобы пре­доставить требуемые кредиты [4].

Этот вывод подтверждается и статистическими данными. Так, согласно результатам Р. Кинга и Р. Левайна , полученным по итогам анализа информации о 57 странах мира за период с 1960 по 1989 гг., глубина финансовой системы оказывает запазды­вающее влияние на экономическую активность и обусловливает «долгосрочный эко­номический рост на следующие 10-30 лет» [11, с. 718]. В качестве показателя глубины фи­нансовой инфраструктуры Р. Кинг и Р. Левайн рассматривали величину монетизации эконо­мики (отношение денежного агрегата М2 к ВВП , где М2 - сумма национальной валюты за пределами банковской системы и процентных пассивов банков).

Таким образом, финансовая система в рыночной экономике может выполнять два рода функций: 1) опосредовать потоки сбережений, возникающие в процессе хозяйственного рос­та, и направлять их на инвестиции; 2) создавать новую покупательную способность в эконо­мике и на этой основе создавать предпосылки для перехода к более высокому уровню дело­вой активности. Очевидно, что первая задача решается как банковской, так и фондовой мо­делью финансирования. Но вторая связана главным образом с деятельностью банковского капитала. Просто в случае доминирования фондовой модели увеличение покупательной спо­собности реального сектора осуществляется опосредованным путем через кредитование фондовых операций банковской системой.

Активному влиянию рынков капитала на экономический рост препятствует и основной принцип их функционирования, который состоит в приведении существующих и перспек­тивных денежных потоков компаний к текущей оценке в виде их рыночной стоимости. Это означает, что в условиях доминирования фондовой модели финансовый сектор должен либо следовать в своем развитии за экономическим ростом либо, по меньшей мере, эта связь должна носить двухсторонний характер.

Как свидетельствуют эконометрические исследования рынков капитала наиболее разви­тых экономик мира за период с января 1956 г. по март 1996 г., в большинстве случаев про­гнозы будущих денежных потоков (а значит, и цены акций) являются, главным образом, экс­траполяцией текущих результатов развития компаний (отраслей, экономики). Исключение составляют лишь фондовые рынки США, Великобритании, Канады и Японии. Но и в этих странах цены акций лишь в рамках достаточно ограниченного промежутка времени содер­жали действительную динамику будущего хозяйственного развития, а не только оценки, основанные на текущих темпах экономического роста. Согласно эконометрическим расчетам, весомость прироста рыночной капитализации для последующего хозяйствен­ного развития составляет лишь 40% от аналогичного увеличения кредитования. Примени­тельно к переходным экономикам этот вывод фактически означает приоритетность развития банков над рынками капитала [13].

Подобная неоднозначность выводов в рамках причинно-следственного подхода обусло­вила обращение ряда экономистов к упрощенной форме аргументации выбора той или иной модели финансирования, При этом ими, как правило, уже не ставится под сомнение «актив­ная» роль финансовой системы. Так ,президент Европейского банка реконструкции и развития ( ЕБРР ) Ж. Леммер указывал, что «в цивилизованных странах финансовый сектор стимулирует развитие остальной экономики, а не наоборот» [7, с.1].

Доказательной базой в этом случае становится сравнение текущей эффективности рын­ков капитала и банков в развитых рыночных экономиках (своего рода «статический» под­ход). Обычно основная часть анализа сосредотачивается на четырех самых крупных рыноч­ных экономиках мира - США, Великобритании, Германии и Японии. С одной стороны, в этих государствах уровень развития финансовой системы находится примерно на одном уровне, что позволяет рассматривать потенциальные различия в их эффективности как след­ствие той или иной модели финансирования экономического роста. С другой, страновые ха­рактеристики финансового сектора позволяют говорить об указанных экономиках, как наи­более чистых формах проявления фондовой (США и Великобритания) и банковской (Герма­ния и Япония) моделей финансирования.

Тут, правда, надо иметь в виду что фактически сбережения всего мира стекаются в США. Тогда как другие, менее крупные страны, фактически вытеснены в последние годы с мирового рынка заимствований [1].

Этот вывод подтверждает и статистика операций с ценными бумагами между резиден­тами и нерезидентами США. Если в 1980 г. их доля составляла 9,3% американского ВВП, то уже в 1992 г. данный показатель превысил 109,3% ВВП, продолжив увеличение и на протя­жении последующего периода [2].

Поэтому более наглядным оказывается анализ показателей, непосредственно характеризующих развитие финансового сектора в рассматриваемых странах. Пожалуй, только срав­нение рентабельности финансовой системы в США, Великобритании, Германии и Японии, позволяет сделать однозначные выводы о сравнительной эффективности банковской и фон­довой моделей финансирования. Германская и японская банковские системы характеризовались меньшей доходностью по операциям, чем американская и британская. Причем показатели отдачи активов и собственного капитала банков Японии устойчиво сохраняются на одном из самых низких для развитых стран уровне [6].

Отчасти это связано с тем, что в Германии и Японии банки решают относительно боль­ше задач, чем в США и Великобритании, где доминируют рынки капитала.

По данным Банка международных расчетов в1990-х гг. доля предприятий в структуре кре­дитования не превышала в США 20,7%, а в Великобритании - 21,0%. Для сравнения, в Гер­мании и Японии этот показатель составлял соответственно 44,9% и 70,4%.При этом в Германии две трети кредитов промышленности являются долгосрочными, а в Великобритании, наоборот, такую долю составляет краткосрочное кредитование [13].

Интерес представляет и различие в политике установления процентных ставок по креди­там промышленным предприятиям. Если в условиях доминирования банковского финанси­рования превышение стоимости заемных средств над доходностью государственных ценных бумаг обычно стабильно находится в пределах 2%, то, например, в США этот разрыв дости­гает 10%. Иными словами, наряду с более низкой доступностью кредитов в странах с доми­нированием фондового финансирования выше оказывается и стоимость привлекаемого заем­ного капитала [8].

Кроме того, американские банки гораздо больше, чем германские или японские, вовле­чены в прямое или косвенное финансирование спекулятивных фондовых и других рисковых операций.

В результате финансовое состояние банковской системы напрямую оказывается связан­ным с динамикой фондовых рынков [19].

Таким образом, прямое сравнение различных показателей эффективности функциониро­вания банковской и фондовой моделей построения финансовой системы в развитых эконо­миках не позволяет сделать однозначного вывода о приоритетности какой-либо одной из них.

Это означает, что выбор типа построения финансового сектора требует более глубокого анализа по сравнению со стандартными подходами. Представляется, что он должен строить­ся па сопоставлении особенностей функционирования каждой конкретной экономики и па­раметров модели ее финансирования. Логика в данном случае очевидна. Главной задачей финансовой системы является обслуживание потребностей реального хозяйства, а значит, ее характеристики напрямую зависят от многообразных процессов, протекающих в экономике.

Библиографический список

  1. Вулф М. Причин для кризиса нет. // Ведомости. 2000. № 212. – С. 11.

  2. Гурова Т., Кобяков А. Происшествие на Wall Street. // Эксперт. 2001. № 12. – С. 12-20.

  3. Кейнс Дж. М. Общая теория занятости, процента и денег: – Петрозаводск: Петроком, 1993. – 307 с.

  4. Маевский В. Мейнстрим и марксовая теория воспроизводства. // Экономические ис­следования Института: итоги и перспективы. Материалы «Круглых столов». – М.: Ин­ститут экономики РАН, 2000. – С. 477.

  5. Робинсон Дж. Экономическая теория несовершенной конкуренции: Пер. с англ. – М.: Прогресс, 1986 – 472 с.

  6. Рубцов В. Япония продолжает сдуваться. // Эксперт. 2001. № 11. – С. 46.

  7. Смирнов К. Российских олигархов приравняли к иностранным инвесторам. // Коммер- санть-Дейли. 2001. № 81. С. 1.

  8. Спрул Д. Кредитование в Европе меняется. // Ведомости. 2000. № 2. – С.12.

  9. Шумпетер И. Теория экономического развития. Перевод под. Общ. Ред. А.Г. Милейковского – М.: Прогресс, 1982. – 455 с.

  10. Demirguc - Kunt A., Maksimovich V. Law, finance and firm growth. - July 1998, SSRN Working Paper Series, p. 1 - 44.

  11. King R., Levine R. Finance and Growth: Schumpeter Might Be Right. — Quarterly Journal of Economics, 1993, CVIII, p. 717 - 737.

  12. Miwa Y., Ramseyer J. M. Banks and Economic Growth: Implications from Japanese History. - John M. Olin Center for Law, Economics and Business. Discussion Paper, 8/2000, No. 289, p. 1 -43.

  13. Rajan R. G., Zingales L. Financial Dependence and Growth. - NBER Working Paper Series, 1998, Working Paper 5758, p. 1 - 46.

  14. Rajan R. G., Zingales L. Which Capitalism? Lessons from the East Asian Crisis, Journal of Applied Corporate Finance, 1998, 11 (3), p. 40 - 44.

  15. Singh A. Financial liberalization, stockmarkets and economic development. - Economic Journal, 1997, 107, h. 771 - 782.

  16. Spyrou S. I., Kassimatis K. Stock and Credit Market Expansion and Economic Development in Emerging Markets: Further Evidence Utilising Cointegration Analysis. - SSRN Working Paper Series, October 2000, p. 1 - 23.

  17. Suto /., James J. Savings and early economic growth in the United States and States. - Japan and the World Economy, 1999, 11, p. 161 - 183.

  18. www.ifc.org/russian - Международная финансовая корпорация.

  19. www.worldbank.org - Всемирный Банк

А.Н. Тарасова

Тюменский государственный университет

ВКЛЮЧЕНИЕ МОЛОДЕЖИ В ТРУДОВУЮ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

Молодежь является достаточно специфической группой, поскольку отсутствует собственный опыт трудовой деятельности, выбор профессии, а затем и выбор первого места работы зачастую происходит не из реального представления о рынке труда. В то же время она обладает достаточно высоким потенциалом: по сравнению с другими возрастными группами работников молодежь характеризуется более продолжительным периодом предстоящей трудоспособности, молодые люди менее привержены старому, поэтому выражают большую готовность к инновациям.

Учитывая специфику данной социальной группы, перед любым обществом стоит вопрос о необходимости минимизации издержек и потерь, которые несёт страна из-за проблем, связанных с социализацией молодых людей и интеграцией их в единое экономическое, политическое и социокультурное пространство. Именно от позиции молодежи, ее активности во многом зависит темп социального и экономического развития страны. Отсюда возникает необходимость изучения процесса включения молодежи в трудовую деятельность.

В качестве базовых показателей, характеризующих особенности включения молодежи в трудовую деятельность приняты следующие:

  1. Наличие опыта трудовой деятельности.

  2. Планы, относительно дальнейшей трудовой деятельности – данный индикатор характеризует общую стратегию поведения в трудовой деятельности.

  3. Каналы трудоустройства молодежи.

  4. Значимость различных факторов успеха в трудоустройстве.

  5. Удовлетворенность работой.

Исследование проводилось методом формализованного интервью в период с 1 по 30 ноября 2010 года по Тюменской области (без автономных округов). Генеральной совокупностью являлась молодежь в возрасте с 14 до 35 лет. Выборка исследования: многоступенчатая квотная (по полу, возрасту и территории проживания   городское или сельское население), с соблюдением принципа случайного отбора наблюдения внутри маршрута. Объем выборочной совокупности составил n=1274 человека. При доверительной вероятности 95%, ошибка выборки составляет ±2,8%, что обеспечивает надежность исследования (∆<3%).

Одной из основных задач исследования являлась оценка наличия опыта трудовой деятельности среди молодежи (в трудовой опыт включались и временные подработки, работа в «отрядах мэра» и т.п., т.е. любые виды оплачиваемой трудовой деятельности). Именно наличие опыта работы помогает формированию более адекватного восприятия рынка труда, своих возможностей на рынке труда, что определяет более реалистичные ожидания в трудовой деятельности молодежи в будущем, и самое главное определяет возможности будущего трудоустройства для более старшей молодежи – без опыта практически не устроиться на нормальную работу.

По результатам опроса уровень вовлечения молодежи в активную трудовую деятельность достаточно высок. Среди опрошенных респондентов половина (51%) работают на постоянной работе, 12% работают временно. Учитывая, что многие из молодых людей еще учатся, среди опрошенных 16% вообще не имеют опыта трудовой деятельности, 20% имеют опыт трудовой деятельности, но в настоящий момент по какой-либо причине не работают (подавляющее большинство – это учащиеся и студенты).

Наличие опыта работы очень сильно отличается в разных социально-демографических группах молодежи. Так, традиционно мужчина воспринимается как основной добытчик, а женщины больше уделяют внимание семье, поэтому среди мужчин выше доля работающих. Не имеют трудового опыта только 13% мужчин и 20% опрошенных женщин. Доля временно подрабатывающих среди мужчин и женщин одинакова 11-12%.

Наиболее заметны различия в имеющемся опыте по возрастным группам (см. рис. 1). В возрасте от 14 до 17 лет лишь 5% опрошенных отметили, что они имеют временные подработки, а остальные пока не работают, при этом 60% вообще не имели какого-либо опыта работы. С возрастом опыт накапливается. Уже к 23 годам тот или иной опыт трудовой деятельности имеют 94% опрошенных.

Рис. 1. Наличие опыта трудовой деятельности по возрастным группам

(в % от опрошенных)

Естественно, что у половины тех, кто учится в настоящий момент (49%) нет опыта работы. Но стоит обратить внимание, что среди тех, кто не учится и не работает 22% также совершенно не имеют опыта трудовой деятельности (для сравнения: в целом по выборке только 16%). Как правило, это женщины сидящие с детьми. Соответственно в дальнейшем проблемы трудоустройства еще более усугубляются, т.к. женщина с маленьким ребенком, да еще и без опыта работы – это, пожалуй, самое нежелательное сочетание для работодателя.

Можно отметить имеющиеся отличия по уровню образования. Среди тех, кто имеет только начальное профессиональное образование (ПТУ) на постоянной основе работают 58%, в то время как среди людей со средним или высшим профессиональным образованием таких 74-77% опрошенных. А вот временные подработки, наоборот, более распространены среди лиц с начальным профессиональным образованием: среди них 23% работают по краткосрочным контрактам, разовым трудовым соглашениям (и 10-12% среди имеющих среднее или высшее образование).

Таким образом, можно отметить, что уровень образования определяет возможности человека на рынке труда. Не имея высшего (или хотя бы средне-специального) образования молодому человеку очень сложно устроится на хорошую работу на постоянной основе.

Отличаются показатели опыта трудовой деятельности и по типу населенного пункта. В областном центре, как правило, более широко развернута работа со школьниками (опять же отряды мэра и т.п.), больше возможностей для молодежи в плане разного рода подработок. Среди опрошенных в городе Тюмени лишь 12% респондентов отметили, что у них полностью отсутствует опыт работы (см. рис. 2). По другим населенным пунктам области 20% опрошенных указали на отсутствие опыта. В других городах юга Тюменской области доля тех, кто сейчас занимается временными подработками в 1,5-2 раза ниже, чем в самой Тюмени (соответственно 7% и 12%), что говорит об отсутствии возможностей подработки для учащейся молодежи.

Среди сельской молодежи доля тех, кто сейчас временно работает также высока (14%), но в Тюмени и в селе – это два принципиально различных кластера. Если в Тюмени преимущественно учащаяся молодежь включена во временные подработки, осваивая определенные сегменты рынка труда, то на селе временная работа по краткосрочным контрактам – это вынужденное положение в связи с недостатком рабочих мест. Именно поэтому среди сельского населения почти на 10% ниже доля тех, кто работает на постоянной основе.

Рис. 2. Наличие опыта трудовой деятельности по типам населенных пунктов

(в % от опрошенных)

Рассмотрим, каковы же планы молодежи относительно их дальнейшей деятельности. Примерно треть опрошенной молодежи (32%) отметили, что ориентированы на получение образования, еще столько же (33%) планируют работать по специальности.

Часто молодые люди вынуждены идти работать не по специальности, при этом нерационально используются не только интеллектуальный потенциал специалистов, но и денежные средства государства, которые были потрачены на обучение этих людей. А ведь их можно было бы направить на подготовку специалистов, востребованных на рынке труда. По данным опроса практически каждый пятый (21%) планирует работать НЕ по специальности, что говорит о не высокой эффективности сложившейся в регионе системы образования, а также о не достаточной работе по профориентации молодежи. Тратя деньги на подготовку специалистов, необходимо чтобы они были более заинтересованы работать именно по получаемой специальности.

Достаточно высока доля тех, кто планирует совмещать учебу с работой или иметь дополнительный приработок к основной работе – таких 17% опрошенных. Относительно высок в регионе и предпринимательский потенциал: 14% респондентов, отметили, что в их планах открыть свое дело или продолжать имеющийся бизнес. При этом мужчины более ориентированы на открытие своего дела (17%), чем женщины (10%). Как правило, реально включающихся в бизнес меньше, чем число желающих, но в любом случае данный показатель отражает ориентацию молодежи на включение в хозяйственно-экономическую среду не только в качестве наемного работника, но и в качестве активного субъекта – предпринимателя. Но предпринимательская активность выше среди городской молодежи и особенно Тюменской. Среди опрошенной сельской молодежи планируют открыть свое дело или продолжить имеющийся бизнес 8% опрошенных, а среди молодежи Тюмени практически каждый пятый (19%). Сегодня очень много говорят о развитии молодежного предпринимательства, но как показывают результаты опроса, вся работа ведется преимущественно в областном центре. Сельская молодежь, будучи не удовлетворенной условиями для реализации своих жизненных планов в своем населенном пункте (удовлетворенность < 0,5 по шкале от 0 до 1), даже не планирует включиться в хозяйственно-экономическую жизнь в качестве активного субъекта и попытаться изменить эти условия.

Планы отличаются по возрастным группам. Среди 14-17 летних подавляющее большинство (92%) планирует поступить учиться или продолжить учебу, каждый пятый (21%) при этом ориентирован на поиск временной подработки или работы на неполный рабочий день. С возрастом доля планирующих учиться сокращается: среди 18-22 летних таких 44%, 23-27 летних – 16% и среди 28-35 летних – 14% опрошенных. Следует отметить сформировавшееся у молодых людей стремление к получению образования. Даже среди зрелой возрастной группы (28-35 лет) относительно высока (14%) доля тех, кто планирует пойти учиться.

Получение первого места работы – одна из самых сложных проблем, с которыми приходится столкнуться молодежи. Во-первых, нет еще опыта общения с работодателем, а во-вторых, конкуренция может быть жесткой (обычно места для новичков в дефиците, а спрос на них велик). Любая помощь в этой ситуации может оказаться полезной. Какие каналы использует молодежь для трудоустройства? Опрос показал, что основная масса опрошенных нашла работу самостоятельно (39%) или им помогли родители, друзья и знакомые (37%).

При сравнении с результатами мониторинга 2009 года было отмечено, что снизилась доля тех, кто воспользовался помощью формальных каналов трудоустройства. Так воспользовались помощью Центра занятости при трудоустройстве лишь 11% (в 2009 году - 18%), еще 4% респондентов нашли работу через молодежную биржу труда.

Следует отметить негативную тенденцию в возрастании доли молодежи, ориентирующихся на имеющиеся связи (помощь родителей знакомых) при значительном сокращении числа трудоустроившихся самостоятельно, что говорит о возрастании пассивности и инфантилизма молодежи. Зачастую сама молодежь имеет достаточно высокий уровень притязаний к работе, которые не могут быть удовлетворены на рынке труда. Поэтому приходится прибегать к связям, с помощью которых меняются изначальные стартовые условия труда. Причем чаще всего к данному каналу трудоустройства прибегают те, кто не имеет достаточно высокого человеческого капитала (знаний, навыков, опыта и т.п.), но обладает капиталом социальным (т.е. связями). Именно в группе от 14 до 22 лет выше всего доля тех, кто использовал помощь родителей, друзей, знакомых. С накоплением опыта и знаний данный канал становится менее востребованным (см. рис. 3). Основным каналом трудоустройства становится самостоятельный поиск работы.

Вместе с тем, далеко не все обладают необходимыми связями. На этапе поиска первого рабочего места человек находится в той начальной точке развития своей профессиональной карьеры, когда размеры связей весьма незначительны. Молодежь, которая не обладает необходимым социальным капиталом, пытается достаточно активно использовать формальные каналы трудоустройства. Среди тех же 14-17 летних воспользовались помощью Центра занятости 27% опрошенных, еще 19% помощью молодежной биржи труда и 15% помощью молодежных общественных организаций (см. рис. 3).

Рис. 3. Каналы трудоустройства по возрастным группам (в % от опрошенных)

Таким образом, формальные каналы трудоустройства востребованы теми группами молодежи, которые не имеют пока еще достаточного трудового опыта и нужных связей, т.е. наиболее уязвимыми на рынке труда группами. Именно поэтому и среди сельской молодежи помощь Центра занятости более востребована, чем среди городского, особенно тюменского. С другой стороны, нами не было получено ни одного положительного отзыва от молодых людей, обратившихся за помощью на молодежную биржу труда по поводу того, как им помогли там, и как там с ними работали. Нарекания к работе в этой сфере чрезвычайно высоки – по поводу забюрократизированности работы биржи, по поводу отсутствия реальной помощи, неудобных и неэффективных форм работы и пр.

Исходя из всего вышеизложенного, важно определить значимость различных факторов успеха в трудоустройстве с точки зрения самой молодежи. Данный показатель определяет тактику поведения молодежи в трудовой сфере.

На вопрос «Что, на ваш взгляд, помогает в первую очередь получить хорошую работу» 29% респондентов отметили связи и знакомства, 23% - наличие опыта работы; 15% - наличие хороших знаний, 9% - трудолюбие, готовность трудиться с полной отдачей сил. Итак, среди молодежи доминирует ориентация на помощь других, а не собственные силы и накопление своего опыта и знаний. Это является весьма тревожным симптомом.

При анализе выявилась зависимость между переменными «каналы трудоустройства» и «оценка факторов помогающих получить хорошую работу». Так 20% респондентов использовавших канал трудоустройства – центр занятости, отмечают, что помогает в первую очередь при трудоустройстве – наличие хороших знаний. Среди пользующихся помощью родителей, друзей 44% респондентов отмечают, что в первую очередь при трудоустройстве помогает связи и знакомства. Среди тех, кто нашел работу самостоятельно, 46% респондентов отметили, что помогает наличие опыта работы.

Таким образом, молодежь как социальная группа не однородна. Происходящая в обществе дифференциация все сильнее затрагивает молодежь. Наличие такого ресурса как связи значимо повышает шансы молодого человека на рынке труда. Кто-то изначально обладает большими возможностями трудоустройства на хорошую, высокооплачиваемую работу, а кто-то вынужден всего добиваться сам. Формальные структуры, созданные для помощи в трудоустройстве не отличаются высокой эффективностью и не пользуются популярностью среди молодежи. Это, с одной стороны, провоцирует формирование иждивенческих настроений среди молодежи, а, с другой, снижает удовлетворенность работой. Одним из основных результатов исследования стало то, что удовлетворенность работой среди молодежи ниже, чем удовлетворенность прочими компонентами жизни (досугом, жилищными условиями и др.). Возникающие затруднения с поиском работы у молодых людей сопровождаются снижением самооценки, приводят к проблемам трудовой адаптации, когда работа уже найдена, деформируют мотивацию трудовой деятельности. Наиболее уязвима на рынке труда группа молодежи не обладающая ни социальным капиталом (связями), ни человеческим (опытом, знаниями, трудовыми навыками и т.п.). Это, как правило, молодые люди в возрасте от 14 до 22 лет, с не высоким уровнем материального положения, без образования, а также молодые женщины с детьми. Именно этим группам должна быть оказана основная помощь при включении в трудовую деятельность.

Ю.В. Шкудунова

Омская гуманитарная академия

Коллективная идентичность коммуникативного

общества

Повседневную жизнь человека в окружающей его среде радикально изменила техника. Соответственно трудовой процесс и общество перемещены в сферу массового производства. Всё существование свелось к действию единого технического механизма, вся планета стала единой фабрикой, этим происходит полный отрыв человека от его основы. Человек теряет преемственность традиций. Человеку не на что опереться в своём самосознании, так как в мире мало истинного и прочного. Поэтому человек живет либо в состоянии глубокой неудовлетворенности собой, либо отказывается от самого себя, чтобы стать функциональной деталью машины.

Человек, как часть огромного механизма проявляется в том, что его сущность всё больше пытаются понять посредством тестирования. С помощью тестов проверяют индивидуальные качества человека, классифицируют людей по числам и величинам, располагают в соответствии с полученными данными по группам, типам, иерархии рангов. Человек как личность сопротивляется превращению его в заменяемый материал, но логика вещей заставляет прибегать во всём мире к этим методам классификации. При этом тот, кто классифицирует, сам становится частью механизма. Технический мир для человека открывает новые возможности, получение удовольствия от достижений техники, возможность расширить знания о мире благодаря технике, обеспечить присутствие всей планеты и всех элементов существования в конкретном опыте, перейти к легко реализуемому господству над материей, чтобы этим подойти к чистому опыту в сфере возвышенного. Это на сегодняшний день редкое исключение. Более частое явление - это погружение в бессмысленное существование, пустое функционирование в виде части механизма, отчуждение в автоматичности, утрата собственной сущности в стремлении рассеяться, рост бессознательности и в качестве единственного выхода - возбуждение нервной системы. Настоящее становится пустым. Увеличилась потребность в развлечении и сенсации, человеческая жизнь заполняется кино, прессой, информацией. Распространение информации обратилось в господство над людьми посредством контролируемых сведений. Газета как идея становится возможностью осуществления проблемы образования масс. Ответственность в журналистике ставится под вопрос из-за их зависимости от потребностей масс и политико-экономических сил. Пресса должна учитывать инстинкт миллионов. Ясперс характеризует это механической конвенциональностью. Масса людей бесконечно растёт, и способствует этому увеличение создаваемой техникой предметов потребления. В техническом массовом порядке искусство становится предметом развлечения. Общество сегодня – это общество всеобщего благосостояния, в котором происходит бесконечное умножение объектов, товаров, услуг, это общество масс и ролей вместо индивидов. В этом – фундаментальное изменение общества и человека. Люди оказываются в среде объектов. Новая реальность искусственна.

В ежедневных сообщениях прессы, в путешествиях, в массовом продуцировании и репродуцировании посредством кино и радио преодоление техникой времени и пространства создало возможность соприкосновения всех со всеми. Утопические акценты сдвигаются с понятия труда на понятие коммуникации. Вместе со сменой парадигмы трудового сообщества на коммуникационные меняется и способ связи с утопической традицией. Можно выделить в нормативном отношении необходимые обобщенные условия для повседневной коммуникативной практики и для метода дискурсивного волеизъявления, участники которого сами могли бы использовать его для того, чтобы по собственной инициативе, в соответствии с собственными потребностями и взглядом, реализовывать конкретные возможности для улучшения жизни и для уменьшения ее опасностей. Необходимо создать условия коммуникации, при которых может установиться оправданное доверие к институтам разумной организации общества свободных и равных граждан. Расширяются и сгущаются рынки, коммуникативные сети пускают в ход модернизационную динамику открытия и закрытия. Приумножение анонимных отношений с «другими», дисгармоничный опыт общения с «чужими» обладает подрывной силой. Растущий плюрализм ослабляет аскриптивные связи с семьей, с жизненным пространством, социальным происхождением и традицией; он вызывает изменение формы социальной интеграции. При всяком новом модернизационном рывке интерсубъективно различаемые жизненные миры открываются, чтобы реорганизоваться и вновь закрыться.

В повседневном поведении на первый план выступает соответствие правилам. Желание поступать как все, не выделятся, создаёт поглощающую всё типизацию. Отдельный человек живёт как сознание социального бытия. В пограничном случае он ощущает радость труда без ощущения своей самости; живёт коллектив, и то, что отдельному человеку казалось бы скучным, невыносимым, в коллективе он спокойно принимает как бы под властью иного импульса. Он мыслит своё бытие только как «мы». Неоспоримая идентичность определяет принадлежность к некоему коллективу и описывает множество таких ситуаций, когда принадлежащие к этому коллективу могут сказать «мы». Ю. Хабермас считает неправильным представлять групповые идентичности как Я – идентичности большого формата – «между первыми и вторыми наличествует не аналогия, а отношения взаимодополнения. Нация - первая современная коллективная идентичность, имеет два лица: одно – «природность» нации – народа, другое – юридическая конструкция нации граждан».

Жизненные миры индивидов и малых групп, подобно монадам, рассеиваются по протянувшимся на весь мир и функционально скоординированным сетям, вместо того, чтобы взаимно сочетаться на путях социальной интеграции, образуя многослойные и крупные политические единства.

Бытие человека свелось к всеобщему. Разделение труда и развлечений лишило существование его возможного веса. Публичное стало материалом для развлечения, частное - чередованием возбуждения и утомления и неисчерпаемым потоком жажды нового. Здесь нет длительности, это только времяпровождение.

Не существует институтов, отвечающих за частную жизнь как целое, способных обеспечить чувство стабильности и надёжности. Те институты, которые надёжность и обеспечивают, воспринимаются человеком как бюрократически – анонимные, абстрактные, глубоко чуждые человеку. В частной жизни индивид конструирует прибежище, которое должно служить ему домом, но ему угрожает «бездомность» - ключевая метафора современности.

Ключевая форма деятельности – потребление, как способ активного поведения, коллективный и добровольно – принудительный. Потребление одновременно и социальный институт и завершенная система ценностей. Но именно потребление объявлено областью свободы и стало гигантским политическим полем. В области трудовых отношений дух приватности вытеснен из мира труда. Это следствие на развитие крупных промышленных предприятий, крупного бизнеса. Индивид в процессе труда стал взаимодействовать не как с личностями а как с представителями определенных институтов, т.е. произошла деперсонализация трудовых отношений. Статусные позиции и социальная структура организаций уже не поддавались логике классификации соответствующей терминам публичное и приватное. Функции публичного характера: обучение сотрудников, вопросы их здравоохранения, реакция на события жизни (свадьбы, похороны), взяли на себя организации. Этим они входили в поле частной жизни индивида, что характеризует взаимодействие публичного и приватного. Семья оказалась «деприватизирована» системой социальных гарантий на каждого ее члена, которые защищались посредством механизма публичного характера. Приватность семьи была сохранена лишь как потребителя (товаров, услуг, удовольствий, информации и т. д.). С помощью моды (одеты как один), серийности - на TV, литературе – произошло опубличивание, так как это приобрело массовый характер. Рынок воздействовал на культурное потребление тем, что были созданы новые возможности доступа широких слоев населения к продуктам культуры за счет снижения цены на соответствующую продукцию, и, в свою очередь, эстетический уровень культурной продукции был адаптирован к запросам рынка. В результате массовой культуры сближается культура и общество в силу снижения трудностей психологического восприятия, что не требует ни экономических, ни психологических значительных затрат. Развитие рынка печатной продукции принципиально увеличило экономическую доступность, в том числе и высокоинтеллектуальной литературы, не повергая ее законам массовой культуры.

Таким образом, на смену системе социальных отношений непосредственно – личных по типу, корпоративно-партикулярных по масштабу, пришли неявные, безлично-вещные, обезличенные и формализованные связи и зависимости.

Библиографический список

  1. Ясперс К. Духовная ситуация времени // Ясперс К. Смысл и назначение истории. – М., 1991. – С. 363-368.

  2. Апель К.-О. Априори коммуникативного сообщества и основания этики. – М.: Логос, 2001. – С.263-337.

  3. Хабермас Ю. Политические работы. – М.: Праксис, 2005. – С.168.

Т.П. Притворова, Д.Е. Бектлеева, М.М. Байуакова

Научно-исследовательский институт регионального развития

ОЦЕНКА ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ОБЩЕСТВЕННОГО СЕКТОРА

ПО ПРЕДОСТАВЛЕНИЮ БЛАГ НАСЕЛЕНИЮ 195

Деятельность государственных органов по предоставлению общественных благ населению имеет как первичный эффект, который присваивается индивидом, так и вторичный эффект на уровне общества в целом. Рассмотрим показатели измерения выгод общественных расходов, которые применяются на практике при реализации стратегических планов местных органов управления Павлодарской области: Управления координации занятости и социальных программ, Управления здравоохранения, Управления образования.

Управление координации занятости и социальных программ

Для оценки результатов регулирования занятости управлением используются следующие показатели: уровень безработицы; доля трудоустроенных безработных из числа, обратившихся в уполномоченные органы занятости; доля трудоустроенных инвалидов из числа, обратившихся в уполномоченные органы занятости; доля отправленных безработных на профподготовку из числа обратившихся в уполномоченные органы занятости; доля трудоустроенных безработных из числа прошедших переподготовку; доля безработных, получивших материальную помощь на занятие своим бизнесом из числа обратившихся в уполномоченные органы.

Только один из применяемых показателей позволяет оценить конечный результат в виде вторичного эффекта, присваиваемого на уровне общества в целом, в данном случае на мезо-уровне. Речь идет о сокращении уровня безработицы в регионе с 7,58% в 2005 году до 6,37% в 2009 году.

Все остальные показатели измеряют вторичный эффект, но не ориентированы на измерение конечного результата. Например, по программе трудоустройство отслеживается только факт трудоустройства, но продолжительность работы на месте трудоустройства остается не выявленной, ровно, как и факт последующего возвращения работника на рынок труда. Неясно, проработал работник после трудоустройства неделю или год, неясно, связано ли увольнение с низкими квалификационными характеристиками работника. То есть, индивидуальный контакт с работником и работодателем не поддерживается. При этом, ситуация на рынке труда остается проблемной: имеет место дисбаланс спроса и предложения на рынке труда, более 60% состоящих на учете безработных не имеют профессионального образования, 58% длительное время (более одного года) не работали, 69% безработных составляют женщины, из которых большая часть старше 40 лет. Отдельные группы населения (женщины, молодежь) на рынке труда являются неконкурентоспособными и невостребованными в силу низкого уровня квалификации, отсутствия стажа работы.

Фактически не проводится сравнительный анализ разных программ, например, общественных работ и профподготовки по конечным результатам, не выявляются причины выбора безработным общественных работ, а не профподготовки, что не снижает долю безработных без профобразования и т.д.

Для адекватной оценки результатов деятельности государственного органа в области занятости необходимо:

  1. Увеличить число конечных результатов, измеряющих вторичные эффекты.

  2. Разработать показатели оценки качества предоставляемых услуг на индивидуальном уровне;

  3. Ввести оценки эффективности и результативности в систему оценок реализуемых программ занятости.

Кроме общего уровня безработицы, мы предлагаем ввести в состав целевых индикаторов долю безработных, не имеющих профессионального образования, и запланировать её уменьшение. До тех пор, пока этот индикатор не является целевым, а имеет статус промежуточного, вопросы, связанные с доступностью услуги профессионального образования не решаются.

В системе показателей оценки качества услуг на индивидуальном уровне предлагается оценка обеспеченности, доступности и удовлетворенности услугополучателей качеством предоставляемых услуг. Необходимо отметить, что понятие «доступность» до сих пор употребляется в разном значении и вызывает дискуссии. Так, в научных трудах исследователей понятие «доступность услуги» отождествляется с понятием «обеспеченность услугой» 2. На наш взгляд, следует различать эти понятия, так как обеспеченность услугой связана с объемом и качеством предложения услуг (по сути, стандарт услуги), а доступность связана с возможностью реализации имеющегося спроса на услугу. Таким образом, под доступностью услуги нами понимается возможность потребления блага без дополнительных индивидуальных затрат. Например, если безработному, живущему в сельской местности, предоставляется право на переобучение в близлежащем городе, то безработный данной услугой обеспечен, но сама услуга недоступна, так как безработному необходимы дополнительные затраты на проезд и проживание в городе для учебы. Более того, во время прохождения профподготовки безработный не получает стипендию, а в случае отсутствия других источников дохода он вынужден соглашаться на общественные работы.

Оценка удовлетворенности индивида оказываемой услугой включает обеспеченность услугой, возможность выбора услуги, её доступность для безработного и адекватность полученных профессиональных навыков требованиям работодателя.

Расширение показателей оценки результативности программ занятости, предполагает использование дополнительных показателей. На сегодняшний день основными видами активных программ занятости являются: трудоустройство безработных граждан, направление безработных на общественные работы, создание социальных рабочих мест, направление безработных на профессиональную подготовку и переподготовку, выдача помощи на открытие собственного дела. Наряду с использующимися показателями: доля безработных, не имеющих профессионального образования; уровень длительной безработицы; доля женской и молодежной безработицы, необходимо рассчитывать эффективность проводимых программ по факту трудоустройства, которая рассчитывается, как отношение результатов реализации программы к затратам на реализацию программы (например, количество людей трудоустроенных после профподготовки на 1 тенге затрат на профподготовку, чел/тенге); количество вышедших из программы занятости на 1 год и более, в результате профподготовки и переподготовки.

Аналогичная ситуация с применяемыми показателями бедности населения. Несмотря на позитивную динамику действующие показатели бедности, также позволяют оценить ситуацию только на уровне общества в целом, и не ориентированы на результат. Так в 2009 году общее количество малообеспеченных граждан по сравнению с 2007 годом уменьшилось на 25,5 %. Это позитивное изменение. Но не известно, насколько устойчиво (на какой период – 1 месяц или 6 месяцев) они покинули группу с доходами ниже величины прожиточного минимума.

Показатель численности безработных среди получателей ГАСП в 2009 году снизился на 4,1% до 22,4 %, по сравнению с уровнем 2007 года. Это позитивная динамика. Однако, также не известно, насколько устойчиво (на какой период – 1 месяц, 6 месяцев) они покинули проблемную группу.

В течение 2009 года социальная помощь на развитие личных подворий была выдана 363 малообеспеченным семьям на сумму 29185,0 тыс. тенге, что в сравнении с 2007 годом больше на 76 семей (12796,0 тыс. тенге). Таким образом, в 2009 году сумма помощи, приходящаяся на одно подворье, составила 80400 тенге, что почти в 2 раза больше уровня 2007 года. Однако, данная положительная динамика не позволяет делать выводы о наличии положительного эффекта в рамках развития личного подворья.

Количество получателей пособий на детей составило 5669 семей, в которых 12764 детей. По сравнению с 2007 годом количество получателей уменьшилось на 1889 семей, или на 27,1%. Снижение данного показателя не позволяет однозначно оценить данную тенденцию позитивно, так как непонятно, с чем связано снижение: с ростом уровня жизни, неудовлетворительными условиями получения пособия (что приводит к оседанию получателей в программе ГАСП), или низкой величиной пособия.

Управление здравоохранения

К основным показателям оценки относятся: обеспеченность населения врачами, человек на 10000 населения; обеспеченность населения средним медицинским персоналом, человек на 10000 населения; обеспеченность населения больничными койками, единиц на 10000 населения; мощность амбулаторно-поликлинических учреждений, тысяч посещений в смену; основные показатели по заболеваемости населения области (ишемическая болезнь сердца, на 100 тыс. взрослого населения; туберкулез, на 100 тыс. человек; злокачественные новообразования, на 100 тыс. человек).

Обеспеченность населения врачами снизилась с 39,7 до 31,1; обеспеченность населения средним медицинским персоналом сократилась с 86,2 человек на 10000 населения до 75,3 человек на 10000 населения (таблица 1).

Таблица 1

Основные показатели лечебно-профилактической помощи населению Павлодарской области

Наименование показателя

2005 г.

2006 г.

2007 г.

2009 г.

2009 г.

Абс.

отклонен.

2005-2009

Обеспеченность населения врачами, человек на 10000 населения

39,7

38,5

37,9

38,6

31,1

-8,6

Обеспеченность населения средним медицинским персоналом, человек на 10000 населения

86,2

83,5

86,1

89,1

75,3

-10,9

Обеспеченность населения больничными койками, единиц на 10000 населения

91,4

88,1

89,4

87,7

79,1

-12,3

Мощность амбулаторно-поликлинических учреждений, тысяч посещений в смену

14,7

14,9

13,0

15,2

16,1

1,4

Составлено автором по источнику 1

В области улучшились показатели по основным социально-значимым заболеваниям, кроме ишемической болезни сердца, рост по которой составил за последние пять лет 160,8 % (таблица 2).

Таблица 2

Основные показатели по заболеваемости населения области

Наименование показателя

2005 г.

2006 г.

2007 г.

2009 г.

2009 г.

Темп роста 2009 г к 2005 г

в %

Ишемическая болезнь сердца, на 100 тыс. взрослого населения

253,5

286,8

508,8

405,4

407,6

160,8

Туберкулез, на 100 тыс. человек

178,9

163,1

147,5

141,1

112,4

63,0

Злокачественные новообразования, на 100 тыс. человек

283,9

281,3

267,1

265,3

271,5

95,6

Составлено автором по источнику 1

В 2009 году заболеваемость по туберкулезу снизилась на 37,0 % к 2005 году, по онкопатологии – на 4,4%. Однако, несмотря на снижение заболеваемости, Павлодарская область находится на первом месте в республике по онкологическим заболеваниям (271,5 случай на 100 тыс. населения). По итогам 2009 года по сравнению с предыдущим годом снизилась смертность: от болезней системы кровообращения – на 4,2%, от злокачественных новообразований – на 3,9%, от туберкулеза – на 34,2%; уменьшился показатель младенческой смертности – на 10,6%.

Исследование показателей оценки результатов деятельности государственных органов в сфере здравоохранения позволяет сделать вывод о том, что результаты деятельности сферы здравоохранения оцениваются на уровне общества в целом через показатели заболеваемости.

Приведенные показатели позволили выявить отрицательные и положительные тенденции в сфере здравоохранения. Но, данные показатели в недостаточной степени отражают обеспеченность населения услугами и не характеризуют доступность. Для полной оценки обе