Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Пояснительная записка'
Исходя из поставленных целей и задач, и ориентируясь на конечный результат обучения, в содержание обучения страноведению включаются следующие компоне...полностью>>
'Кодекс'
В соответствии с пунктами 3,4 статьи 69.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации, статьей 9 Федерального закона от 12.01.1996 №7-ФЗ «О некоммерчески...полностью>>
'Рабочая программа'
Рабочая программа, методические указания и индивидуальные задания к изучению дисциплины «Легированные стали и специальные сплавы и их термическая обра...полностью>>
'Документ'
Обращаем ваше внимание на то, что в обзор входят все материалы, опубликованные в центральной печати по данной тематике вне зависимости от того, совпа...полностью>>

Андрей Петрович Паршев Почему Америка наступает От автора Великий философ xx-го, да и xxi-го века Станислав Лем любит пошутить. Водном из его рассказ

Главная > Рассказ
Сохрани ссылку в одной из сетей:

Андрей Паршев

Почему Америка наступает

Аннотация

…Если учишься водить машину, одно из самых кошмарных ощущений – когда не держат тормоза. Ты давишь на педаль, а корма грузовика накатывается неумолимо… и будущее именно таково: как ни жми на тормоз, оно не перестанет к нам приближаться, Оно обязательно наступит, хотим мы этого или нет. Но попробуем, не страшась, заглянуть за горизонт. Что же конкретно нам угрожает? Что станет мерилом хорошей или плохой жизни людей в XXI веке? Захватит нас всемирный потоп – или отсидимся? Насколько наш информационный мир зависит от материального? Кто знает, сколько на Земле нефти, и в частности, каковы ее российские запасы? Является ли исчерпание нефти проблемой? Нужна ли нам нефть? Чего больше всего боялись американцы чуть не сорок лет подряд? Самая крупная катастрофа – ледниковый период или глобальное потепление? Почему реки в России высыхают? Что такое культура евробутылки? Что будет «справедливой» компенсацией для нефтедобывающих стран? Связка бус? «Мерседес» и «Боинг» для шейха? Как сделать природный газ «дружелюбнее» и удобнее? Что будет с Кубой, когда Фидель уйдет? Склонны ли богатые нации раскрывать секреты своего пути к процветанию? Смогут ли немцы примириться с Бивисом и Батхедом? Что шведского в шведской компании ИКЕА?

Андрей Петрович Паршев

Почему Америка наступает

От автора

Великий философ XX-го, да и XXI-го века Станислав Лем любит пошутить. В одном из его рассказов описывалось изобретение, которое делало секс не приятным, а крайне отвратительным занятием. Изобретатель надеялся таким образом сделать процесс деторождения осмысленным. Он трагически погиб, линчеванный толпой жителей города, где он самовольно поставил свой эксперимент.

Если бы медикамент, делающий процесс писательства крайне неприятным, в принудительном порядке добавлялся в водопроводную воду, мы имели бы только хорошие книги, по крайней мере, от городских писателей.

У вас в руках моя вторая книга. Писал я ее без удовольствия, поэтому, возможно, она получилась неплохой. Удачные книги получаются не потому, что хочется написать хорошую. Хотите верьте, хотите – нет, но успех приходит, когда трудно жить, не поделившись тем, что волнует.

В конце 70-х вышла такая странная повесть – «Альтист Данилов» В. Орлова. Некоторые до сих пор считают ее любимой, кому-то она совсем неинтересна. Одно словечко из этой книги нравится мне до сих пор: «хлопобуды». Это те, кто хлопочет о будущем, думает о нем и готовится к нему, хотя бы и в личных целях. Автор посмеивался над хлопобудами – ведь они считали, что в будущем станет выгоднее собирать бутылки, чем быть доктором наук. Кто тогда беспокоился о будущем? Может быть, только те, кто его боялся – да много ли их было?

Но я как раз из таких.

БУДУЩЕЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО НАСТУПИТ

хотим мы этого или нет

Введение

Почему я беспокоюсь о будущем? Видите ли, я собираюсь провести в нем большую часть оставшейся жизни.

Ч. Кеттеринг

Однажды Бернард Шоу сказал, что, когда он говорит правду, это почему-то воспринимается окружающими как самая лучшая шутка. Так оно и есть. Не подумайте, что это простейший способ прослыть остроумцем. Говорить правду трудно. Это совсем не то же самое, что говорить то, что думаешь. Но если удается подвергнуть собственные мысли критическому анализу, если удается понять, ПОЧЕМУ ты так думаешь, и нет ли в этом чужого влияния или подспудного интереса или предубеждения – то появляется шанс прийти к правде.

Есть еще распространенная ошибка – любовью к правде считают стремление говорить гадости. Тоже увлекательное занятие, но его нужно избегать, как и тяги к повторению телевизионных, книжных, рекламных или газетных штампов, искренне считая их своими мыслями. И трудно удержаться от скатывания в катастрофизм, хотя публика и любит, чтобы ее пугали. Числится такой грешок за родом человеческим – ведь как приятно сидеть в теплом доме и слушать, как дождь стеной льет снаружи! Точно так же приятно ощущать свою безопасность, когда где-то – далеко, в отдаленном будущем, или отдаленном прошлом – ужасные бедствия. Как же удержаться от желания «попугать», если пишешь о вещах действительно опасных?

Кроме того, каждый человек нередко принадлежит к различным сообществам, и для него естественно отстаивать их интересы, даже не осознавая этого. А правда вполне способна оказаться не очень приятной для одной из таких групп – социальной или национальной. Предположим, человек – дворянин, помещик времен «Вишневого сада». И он вдруг осознает, что дворянство в конце 19 века – совершенно никчемная социальная группа. Что все «свои», все, кто вокруг – родные, друзья, знакомые, девушки эти тургеневские – все – совершенные паразиты. Нормальный, неозлобленный человек попадает в форменную ловушку: как об этом сказать остальным? Какой выход предложить этим милым людям, которые не могут ничего, кроме как проживать доходы от наследственных имений, то есть эксплуатировать окрестных крестьян? И такому человеку очень хочется найти что-то хорошее – вспомнить о прошлых заслугах дворянского сословия; найти примеры помещиков «современного типа» и распропагандировать их. Все это будет правдой, в какой-то степени – и все впустую. Как класс дворяне были обречены на исчезновение, и могли пострадать в наименьшей степени, только если бы пошли на капитуляцию. И говорить надо было именно так, а не возбуждать пустые надежды.

И в такой тупиковой ситуации могут оказаться и профессиональные группы, и целые народы. А если автор любит свой народ или свою профессию – не за что-то, а просто так? Где взять внутреннего цензора, который вычеркивал бы все, продиктованное врожденной льстивостью? Или, наоборот, обидой на свою группу? Ведь и такое бывает: обидели, не оценили…

К счастью, одно из врожденных качеств человека – дух противоречия. У него назначение прикладное – позволять человеку занимать определенное место в социуме, поскольку без борьбы с окружающими это маловероятно. Поэтому каждый конкретный человек в принципе может иногда придти к мысли, что окружающие неправы, что общепринятое мнение неверно.

Развито похожее качество и у граждан рыночных обществ – дух подозрительности: «что это он мне пытается впарить?». Оно начинает укореняться и в нашем сознании – с кем поведешься, от того и забеременеешь. Впрочем, это к лучшему; нет более жалкого субъекта, чем человека с советским менталитетом в рыночном обществе. А в нем мы будем жить теперь долго, и за нами не прилетит космический корабль, как за Незнайкой на Луну, чтобы вернуть обратно.

Воспринимать в интеллектуальные штыки все, что слышишь, видишь и читаешь – изнурительно, но необходимо. Причем, не только исходящее от неприятных людей – и от друзей, и от близких, и от единомышленников. Это даже важнее – скорее можешь оказаться обманутым, если обманывают непредумышленно, от чистого сердца.

Вот я и подумал, что если попытаться написать правдиво, это покажется интересным. В данном случае «правдиво» означает не «истина в последней инстанции» (все могут ошибаться), а с недоверием к тому, что нам уже известно об интересующем предмете. А меня занимает проблема будущего – не отдаленного, а близкого, к которому уже можно и нужно начинать готовиться. На эту тему пишут, и порой очень хорошо, но нет пока книги, какую я с чистой совестью мог бы вам порекомендовать и умыть руки.

Не подумайте, что толчком к написанию данной книги послужили празднования во всем мире весьма странного торжества – «Миллениума». И даже не таинственные события 11 сентября 2001 г., и их не менее таинственные последствия. Но толчок был. Стимулом послужили несколько строк из давно забытой книги Эллиота Рузвельта, сына Президента США Франклина Делано Рузвельта, «Его глазами» (Elliot Rooswelt, «As he saw it»). Она была переведена и издана у нас в 1947 г., но попалась мне в руки на книжном развале где-то в середине 90-х. Я перелистал ее – и не купил, не было в тот момент в кармане требуемой, хотя и небольшой, суммы. Но слова эти врезались в память, настолько, что я несколько раз говорил на эту тему с одним из немногих людей, кого такие темы искренне интересуют – Ю. И. Мухиным, редактором газеты «Дуэль», увы, имеющей все шансы оказаться сейчас среди «экстремистских изданий». А совсем недавно, при встрече в его редакции, Юрий Игнатьевич мне именно эту книгу вдруг и вручил. А раз так – тема снова всплыла, и, может быть, оказалась ко времени.

Что меня поразило в воспоминаниях сына Рузвельта? Всего несколько фраз Президента, но емких. Коротко говоря, меня заинтересовали истинные причины Первой и Второй мировых войн, как они виделись главным действующим лицам эпохи всемирной трагедии. Не в публичных выступлениях (в них все ясно – «демократия», «свободолюбивые нации», «долой тиранию»…), а в относительно искренних репликах на секретных переговорах между Рузвельтом и Черчиллем. Их содержание мне показалось странным, но, по размышлении, моя реакция меня удивила еще больше. Ведь воспитанные нашим обществом читатели должны были легко воспринять именно такие циничные взгляды «буржуазных» политиков.

Странно также, что правильный, разумный, научный подход к причинам мировых войн не был востребован теми, кто об этих событиях писал во второй половине XX-го века – а ведь вся необходимая информация была доступна. И мы до сих пор не рассказываем нашим детям, что же именно делили великие державы в XX-м веке!

Тем не менее, об этом нужно говорить сейчас – иначе события нового, XXI-го века, по мере их наступления будут казаться неожиданными. А они способны стать не менее грозными, чем оставшиеся в прошлом. Если учишься водить машину, одно из самых кошмарных ощущений – когда не держат тормоза. Ты давишь на педаль, а корма грузовика накатывается неумолимо… и будущее именно таково: как ни жми на тормоз, оно не перестанет к нам приближаться. Оно обязательно наступит, хотим мы этого или нет.

Празднование «Миллениума» я считаю странным, потому что событие это стало значимым по недоразумению. Новый век и новое тысячелетие начались 1 января 2001 г., а совсем не 2000-го. Это частая, впрочем, довольно безобидная ошибка, до определенного момента ее делали даже речеписцы американского президента Клинтона.

Но вот чего не было ни до, ни после помпезных увеселений – это размышлений, куда идет мир, с чем он столкнется даже не то что в новом тысячелетии, а хотя бы в новом веке. А пора бы – ведь среди нас живут по крайней мере несколько тысяч человек, которые, если не произойдет ничего экстраординарного, встретят уже следующий, XXII-й век в здравом уме. Позавидуем им, и понадеемся, что им будет что вспомнить, и не только плохое.

С чего начнем? Что станет мерилом хорошей или плохой жизни людей в XXI-м веке? Главный критерий прост – хорошо, если большинство живущих в этом веке (а почти все ваши знакомые, уважаемый читатель, именно таковы) закончит жизнь по естественным причинам, то есть от старости, а не из-за голода, холода, войн и подобных неприятностей. Известно, что нельзя сказать, насколько был счастлив в жизни человек, пока он не умрет. Так утверждал греческий мудрец Солон, а споривший с ним лидийский царь Крез (помните – «богат, как Крез»), убедился в его правоте на собственном горьком опыте.

Попробуем подумать, есть у нас предпосылки к счастливой и спокойной жизни – или чего-то все же хватает…

В отличие от футурологов середины прошлого века, нынешние пишущие на эту тему авторы пессимистичны. Большинство считает, что в XXI-м веке человеческая цивилизация «покатится под гору», без малейших шансов вернуться на достигнутые в XX-м веке вершины. Более того, многие из них ожидают всемирной катастрофы, в результате которой численность человечества сократится раз в 10–20, а экономика уцелевших стран вернется к натуральному хозяйству. Самое печальное, что эти авторы не всегда производят впечатление ипохондриков – напротив, они, как говорится, хорошо информированные оптимисты.

Есть, конечно, и оптимисты, даже целые организации, обещающие невероятный расцвет – но их прогнозы основаны на не слишком вероятных или совсем невероятных допущениях, или вообще непонятно на чем.

Не станем перечислять все, что может произойти неприятного. Неприятности нужно попытаться оценить, классифицировать по их важности и вероятности.

Плохо, когда пророчат беду: но это честное поведение. Реакция – дело предупрежденного.

Очень плохо, когда об опасности знают, но молчат. В обычной жизни на этот случай существует даже статья Уголовного Кодекса, в жизни же политической все сходит с рук. Я даже не рассматриваю случай, когда пастушок истошно кричит «волки, волки!», а в это время небритые дядьки сноровисто забрасывают овец в кузов грузовика. Хотя бывает, что информационным шумом прикрывают чей-то интерес, катастрофический для жертвы.

Очень нехорошо, когда предупреждают сразу обо многих опасностях, пусть даже реальных. Ведь степень их тяжести всегда различна, а на борту «Титаника» не время и не место борьбе с холестерином. Это почти то же самое, что предупреждать об опасностях несущественных и призывать к борьбе с ними, расходуя ресурсы, требующиеся для борьбы с реальными угрозами. Кстати, подобный пример мы наблюдали совсем недавно: много лет велась борьба с пересыханием Каспия; теперь там уровень воды повышается. Если бы поверили тем, кто предупреждал об этом! Но сейчас мобилизовать необходимые ресурсы на строительство дамб и переселение жителей из поселений, оказавшихся под угрозой, почти невозможно. Значит, снова беженцы, а то и жертвы… мало нам их из-за других причин.

Необходимо найти самое главное звено, о котором говорил один известный человек (Ленин – прим. ред.), и, взявшись за него, мы вытащим всю цепь. Что же это за звено?

Стоит ли ждать, что кто-либо вместо нас оценит готовящиеся угрозы? Кто-то – специальные, кем-то уполномоченные люди? Правда, такие есть, но пусть они занимаются своим делом. Даже у ядерного реактора системы безопасности многократно дублированы, а реальный мир куда опаснее, и у нас нет его чертежей. Разве вы не слышали, как видный ученый вложил свои сбережения в финансовую пирамиду или политик – совесть нации – проигрался на улице в три наперстка? Возможно, у них есть то, чего нет у большинства, потому они и ощущают себя выше многих. Но зато у большинства есть житейский здравый смысл.

Этого вполне достаточно. Что, только «высший класс» будет думать о нашем будущем? Нет уж, нельзя перекладывать на них эту обузу. Если о завтрашнем дне начнет думать рабочий, крестьянин, мелкий предприниматель – то можно не отягощать «бояр и светлых князей» – они задумаются сами.

Итак, приступим. Мужественно и решительно.

Глава 1

ЗАГРЯЗНЕНИЕ ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДЫ

ДРОЖЖИ ЛИ МЫ?

Кто делал домашнее вино, знает, что крепость его достигает самое большее 12 градусов. Почему?

В исходном материале поселяются винные дрожжи, попадая туда с поверхности ягод или фруктов, в атмосфере их споры есть всегда. Везде, где наличествует сахар, дрожжи благоденствуют. Почти везде. Питаясь сахаром, дрожжевые грибки растут, размножаются и выделяют углекислый газ и этиловый (винный) спирт. Спирт ядовит – и не только для людей. Для дрожжей, как и большинства живых организмов, также. Когда его концентрация в растворе достигает 11–12 %, дрожжи погибают, и спиртовое брожение прекращается. Можно сколько угодно подсыпать в раствор сахару – все, предел достигнут, портвейна не получится.

Так вот люди с экологическим мышлением считают, что человечеству грозят неприятности или даже гибель подобного дрожжам типа. Человек потребляет природные ресурсы, выбрасывает отходы в окружающую среду и дело может закончиться тем, что среда перестанет подходить для человека. Он, как дрожжевой грибок, задохнется в собственных испражнениях, хотя ресурсов будет еще достаточно.

В одном фантастическом рассказе сочинили, что руководители крупнейших промышленных корпораций – в действительности инопланетяне, готовящие Землю для своей расы, живущей в радиоактивной атмосфере из сернистого газа при температуре 700. Весьма правдоподобно, психологически многие из них несомненно таковы, лишь в физиологии фантаст мог и ошибиться.

Но попробуем, не страшась, заглянуть за горизонт. Что же конкретно нам угрожает? Раньше все боялись банального химического отравления и загадочно-трагического радиоактивного заражения. К химическому загрязнению мы то ли притерпелись, то ли научились с ним бороться; во всяком случае, трудно найти на Земле место, где ситуация с этим сильно ухудшается. Радиационное – ну, в прессе иногда проскакивают приступы паники, организуемые людьми, неспособными воспользоваться копеечным индикатором. Ведь в отличие от многих загрязнений, радиоактивное определяется проще всех. Да и нет сейчас на Земле действительно опасных для здоровья радиоактивных зон. Разве глобальное потепление вреда не принесет – градусом больше, градусом меньше – все боятся повышения уровня океана, слишком много городов расположены на высоте всего лишь 1–2 м над нынешним уровнем моря.

В чем же суть дела?

ЗЕМЛЯ, КОНЕЧНО, НЕ ВЕНЕРА, НО..

– В Гидрометцентре вчера банкет был.

– А что за повод?

– Десять лет как погоду угадали.

Анекдот

Многие считают, что глобальное потепление угрожает нам из-за промышленного тепла. Все знают, что человек расходует различные виды топлива во все увеличивающихся объемах. Большая часть энергии от минерального топлива сразу уходит в атмосферу в виде тепла. В школе мы узнали, что КПД паровоза – 4 %. Оказывается, КПД электролампочки в конечном итоге даже меньше. Она переводит в свет 10 % получаемой ею энергии (остальное излучается в виде тепла), но до конечного потребителя – квартир – доходит лишь около 30 % энергии, содержащейся в топливе! Остальное теряется по пути от генерирующих мощностей, да и КПД преобразования энергии из одного вида в другой никогда не достигает 100 % даже теоретически (обычно считается, что преобразование в электричество различных видов энергии производится с обобщенным коэффициентом 38,46 %). В результате вся энергия, расходуемая в быту, промышленности и на транспорте, нагревает атмосферу. Логично предположить, что равновесие между притоком тепла от Солнца (а нас обогревает только оно, тепло из центра Земли незначительно) и излучением от Земли в космос несколько смещается, и потепление на нашей планете растет.

Звучит правдоподобно: в городах, особенно крупных, явно теплее, чем вдали от них, особенно это заметно в Москве – разница градуса в два-три, не меньше.

Но предполагаемая причина глобального потепления иная. Подобные Москве мегаполисы, вместе взятые, занимают лишь доли процента земной поверхности. Растапливая печки, мы вряд ли изменяем температуру земной атмосферы: простые расчеты показывают, что обогрев Земли Солнцем на много порядков существеннее результатов деятельности человека, и чем сильнее мы обогреваем планету, тем больше она, как орбитальная станция, излучает тепла в космос.

Но ученые вероятной причиной глобального потепления считают иную. С чего началась эта история?

Когда на вторую от Солнца планету – Венеру – впервые опустились советские космические станции, оказалось, что там несколько жарче, чем должно было быть по расчетам – 400–5000. Следовательно, для колонизации землянами эта планета совершенно не годится. Немного отвлекусь: даже если Венеру удалось бы несколько охладить, снабдить водой и азотом (для чего нужно только уронить на нее пару спутников Юпитера, есть подходящие), и связать в атмосфере излишний углекислый газ – жить на ней все равно было бы нельзя. Она вращается вокруг своей оси слишком медленно, в тридцать раз медленнее Земли. Пятнадцатисуточный день и пятнадцатисуточная ночь – ну что это за жизнь? Венера на роль запасной планеты для землян не годится, только если ее раскрутить, уронив эти спутники не отвесно, а по касательной к ее поверхности…

Так почему же на Венере такая жара? Ученые пришли к выводу, что всему виной состав атмосферы. Она состоит почти исключительно из углекислого газа, его там существенно больше, чем всех атмосферных газов на Земле. Именно он служит причиной «парникового эффекта».

Так что же это такое? С подобным явлением мы частенько сталкиваемся. При одинаковой дневной температуре ночная бывает различной, в зависимости от облачности. Звездное небо над нами очень холодное, всего на несколько градусов выше абсолютного нуля, и тепло от нагретой земли почти без помех излучается в бескрайний космос. Именно поэтому примерно до 10-го июня под Москвой чистое ночное небо предвещает заморозки. А вот облачность укрывает нас, словно одеялом, и пасмурная ночь бывает градусов на 5–10 теплее безоблачной при той же дневной температуре.

Но есть существенная деталь – облака (то есть водяной туман) не пропускают тепло как наружу, так и от Солнца к нам – поэтому в пасмурный день прохладнее. А углекислый газ работает как ниппель – к планетной поверхности излучение от Солнца проходит, обратно – нет.

На базе этой «углекислотной» модели и построен страх перед глобальным потеплением. Конечно, параллель несколько сомнительна – венерианская атмосфера плотнее земной в сто раз и почти полностью состоит из CO2, а в земной его всего доли процента. Тем не менее, «ученые доказали»…

Схема рассуждений сторонников «теории парника» примерно такова.

Человечество использует все больше ископаемого топлива. Сжигаемый уголь превращается в углекислый газ, нефть и природный газ – в воду и опять-таки в CO2. В атмосфере растет его процентное содержание, и он не выпускает в космос инфракрасное излучение от нагретой поверхности Земли, создавая «парниковый эффект». Но мало того – когда среднеземная температура поднимется на несколько градусов, климат «сорвется с цепи», и в полярных областях потеплеет на 100 °C; ледники растают, и уровень океана поднимется на десятки, а то и сотни метров. Уйдут под воду Лондон, Нью-Йорк и Токио, тайфуны и ураганы размечут остальное.

Такова апокалиптическая картина. Правда, чаще всего она встречается в самом устрашающем виде в популярной литературе.

Картина впечатляет, тем более что значительная часть человечества живет почти на уровне моря, а он существенно менялся, даже сравнительно недавно. Каких-то 12 тыс. лет назад Северного моря не существовало, и Англия не была островом. Изменился климат, закончилось оледенение – и Балтика соединилась с океаном, а Британские острова отделились проливом Ла-Манш от континента. Видите, уровень океана действительно меняется.

Более того, в памяти человечества остались примеры катастроф подобного типа. Например, меньше тысячи лет назад за одну ночь утонула целая страна – Фризия, погибли десятки, если не сотни тысяч людей. Теперь там лишь цепочки островов. Правда, произошло это до промышленной революции, и вряд ли из-за углекислого газа.

Что ж, признаем существование проблемы. Но сначала проявим здоровый эгоизм, определимся: а вообще чья она? Может, хватит нам думать за весь мир? Чай, не маленькие, со своими трудностями справятся сами. Если это коснется нас – нужно готовиться, если нет – есть МЧС, палатки там можно послать, одеяла.

Так захватит нас всемирный потоп – или отсидимся? Страшновато, гор в России немного, не Кавказ… На сколько вода-то поднимется? Попробуем, как древний Ной, прикинуть. Он ведь, прежде чем начать строить ковчег, наверное, принял решение? На чем-то оно было основано?

Разобраться несложно. Сначала возьмем самый крайний случай – что все ледники на Земле растаяли. Что станет со всеми и с Россией?

ПЛАН ПОТОПА

В действительности ситуация такова. Ледников на Земле более всего в Антарктиде. Тоже много, но гораздо меньше – в Гренландии. Точных цифр по их объемам я не искал, но прикидка по картам, исходя из площадей и высот, дала для Антарктиды и Гренландии вместе взятых около 17 млн. км³ льда. Если разнести это количество по площади Мирового океана, получится слой примерно в 70 м. Это максимальные оценки, с округлениями в большую сторону: например, я не учитывал, насколько увеличится площадь океанов, когда края континентов зальются водой.

70 метров – это чуть больше 20-этажного дома, 500 ступенек. Оказывается, России это принесет много вреда… но не смертельно. Россия в основном находится выше 100 м над уровнем моря (отчасти поэтому и климат посуровее). Мировой океан даже не прорвется в Каспий по Кумо-Манычской впадине или вдоль Волго-Дона (когда-то там были морские проливы), ни Астрахань, ни Дербент не утонут (надеюсь, вы помните из школы, что приморские города Каспия расположены ниже уровня Мирового океана). И высоко расположенные районы городов вроде Сочи или Владивостока уцелеют, но пляжи, порты и аквапарки… увы.

Из крупнейших потерь – затопит Санкт-Петербург. Ладожское озеро и Онежское станут частью Балтики, но море остановится где-то на подступах к Тихвину. И дорога к теплому Черному морю не станет короче, хотя в Крым придется переправляться на пароме. Даже «Царская тропа» под Ялтой уцелеет, и кое-какие из санаториев и домов отдыха тоже.

Самые большие потери придутся на арктические тундры (по площади) и экспортеров-импортеров (по деньгам) – все морские порты и нефтяные терминалы перейдут в распоряжение Нептуна, да и спрос на нефть и газ в Европе упадет… Но не компенсируется ли это общим улучшением условий на оставшейся территории России? Несомненно, ведь повышенных температур и роста осадков так не хватает нашему сельскому хозяйству, да и Севморпуть круглогодично проходим (черт, как нефтеэкспортерам-то удобно!). И глубина отопительного периода на пару сотен градусосуток (есть такой термин в жилищно-коммунально-хозяйственной науке) меньше – какая экономия топлива!

Конечно, другим будет много хуже. Некоторые страны вообще исчезнут с поверхности, под водой окажутся места обитания огромного количества людей – особенно опасно это для Китая. Вот кто должен особенно бояться глобального потепления! Там это коснется сотен миллионов людей и самых развитых «особых экономических зон». И в Бангладеш десятки миллионов живут почти на уровне моря, и еще кое-где.

Ведь 20 % населения мира проживает сейчас в прибрежных городах – не знаю, правда, многие ли из них ниже 70 м от уровня моря. Половина населения Земли живет в стокилометровой зоне от моря-океана – но Россия и в этом отношении редкое исключение. Из 10 крупнейших городов мира – 9 прибрежные, из 50 крупнейших – прибрежных две трети.

Да, проблем у них – у остального мира – действительно, хватает. Но ведь удовольствие жить у моря должно же чем-то компенсироваться?

Увлекательное это дело – посидеть над физической картой Земли и представить себе мир глобального потепления. Где там плавал Кевин Костнер в своем «Водном мире»? Жаль только, что подобные карты не очень подробны, и линии высот там проводятся обычно через 100 м – прикидки получаются не совсем точными.

А еще жаль (конечно, с чисто научной точки зрения), что проверить эти расчеты практикой не удастся. Океан ни в коем случае не поднимется на 70 м, по крайней мере из-за таяния мирового льда. Все прочитанное – шутка, если вы еще не догадались.

Ведь даже при повышении температуры на несколько градусов таяние затронет только окраинные зоны ледников. Ну было на Южном полюсе -80 °C, а станет -75 °C. Велика разница? Тем же климатологам хорошо известно, что ледяные шапки имеют древнюю историю, они пережили несколько оледенений и межледниковых периодов, во время которых на Земле было порой гораздо теплее, чем сейчас. Гляциологи работают с ледяными кернами возрастом в сотни тысяч лет! И не таяла Антарктида, даже когда Европа была покрыта магнолиевыми лесами. В общем, основная масса ледников Земли к глобальному потеплению устойчива, а с повышением уровня моря на сантиметры, даже и на десятки, голландцы и китайцы справятся. Последние, окружив дамбами своенравную Хуанхэ, добились того, что в нижнем течении эта немаленькая река течет кое-где на высоте 40–50 м над окружающей густонаселенной равниной.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. I. пока не вымерли, как динозавры

    Документ
    "Осиротеть самому и осиротить других". Любому из нас, самому беспечному, самому деятельному не избежать момента, когда из ба­нальности эта фраза превращается в грозную, неизбежную истину.

Другие похожие документы..