Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Реферат'
ISBN 5-8459-0127-8 (рус.) Новая книга Питера Друкера, классика современного менеджмента, посвящена глобальным проблемам, с которыми столкнется мировая...полностью>>
'Рабочая программа'
Становление культуры безопасности, отвечающей особенностям современного общества. Получение глубоких и разносторонних представлений об истории безопа...полностью>>
'Закон'
В соответствии с пунктами 3, 4 и 13 статьи 42 Федерального закона от 22 апреля 1996 г. N 39-ФЗ "О рынке ценных бумаг" (Собрание законодатель...полностью>>
'Документ'
Глава 60 ТК посвящена рассмотрению индивидуальных трудовых споров. Следует отметить, что данная глава сохраняет традиционные подходы к решению пробле...полностью>>

Литература. Предисловие

Главная > Литература
Сохрани ссылку в одной из сетей:

Знаков В.В.

Психология понимания правды.

СПб., 1999.

281 с.

Содержание.

Предисловие.

Введение.

<ИСТИНА> И <ПРАВДА>

В АНТИЧНОЙ ФИЛОСОФИИ И ХРИСТИАНСТВЕ.

РУССКИЕ И ЗАПАДНЫЕ

КУЛЬТУРНО-ИСТОРИЧЕСКИЕ ТРАДИЦИИ

В ПОНИМАНИИ ИСТИНЫ И ПРАВДЫ.

ПРАВДА - ДУХОВНАЯ ПОТРЕБНОСТЬ

РУССКОГО НАРОДА.

ДУХОВНОЕ <Я>

ПОНИМАЮЩЕГО ПРАВДУ СУБЪЕКТА.

ЛОГИКО-ГНОСЕОЛОГИЧЕСКАЯ ИСТИНА

И ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ПРАВДА.

ТРИ АСПЕКТА ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО

АНАЛИЗА ИСТИНЫ И ПРАВДЫ.

ОНТОГЕНЕТИ>ЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ

СПОСОБНОСТИ ПОНИМАТЬ ПРАВДУ.

ТРИ ТИПА ПОНИМАНИЯ ПРАВДЫ

СУБЪЕКТАМИ ОБЩЕНИЯ.

СОЦИАЛЬНЫЕ, ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ

И МОРАЛЬНЫЕ ДЕТЕРМИНАНТЫ

ФОРМИРОВАНИЯ ТИПОВ ПОНИМАНИЯ ПРАВДЫ.

НЕЖЕЛАНИЕ ЗНАТЬ ПРАВДУ:

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ПРИЧИНЫ

И СОЦИАЛЬНО-ДЕМОГРАФИЧЕСКИЕ ФАКТОРЫ.

ИСТИННОСТЬ И ПРАВДОПОДОБИЕ:

ПОНИМАНИЕ СУБЪЕКТОМ

ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ПРАВДЫ.

ПРАВДИВОСТЬ И ЧЕСТНОСТЬ:

ЧЕРТЫ ХАРАКТЕРА И СОЦИАЛЬНЫЕ ФЕНОМЕНЫ.

САМООЦЕНКА ЧЕСТНОСТИ И СОГЛАСИЕ

СОВЕРШИТЬ НЕЧЕСТНЫЙ ПОСТУПОК

В КРИТИЧЕСКИХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ.

ОТ ПРАВДЫ К ЛЖИ: КЛАССИФИКАЦИЯ

ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ ПРИЗНАКОВ ИСТИННЫХ

И НЕИСТИННЫХ СООБЩЕНИЙ

В КОММУНИКАТИВНЫХ СИТУАЦИЯХ.

Заключение.

Литература.

ПРЕДИСЛОВИЕ

Мне доставляет большое удовольствие представить

читателям эту интересную и заставляющую думать кни-

гу. Она содержит многосторонний анализ очень акту-

альной теперь психологической проблемы правды в ее

понимании разными группами людей. Но сам автор

книги не нуждается в таком представлении, поскольку

на протяжении последних нескольких лет он быстро и

заслуженно стал одним из наиболее известных и авто-

ритетных психологов, признанных профессиональным

сообществом нашей науки в качестве подлинных спе-

циалистов в области теории и экспериментатики.

Доктор психологических наук, профессор Виктор

Владимирович Знаков во многом по-новому системати-

чески разработал за эти годы старую проблематику по-

нимания и начал поднимать ее на тот высокий уровень.

на котором издавна и до сих пор находится тематически

близкая к ней психология мышления субъекта. В на-

шей стране он является теперь, вероятно, главным спе-

циалистом в области психологии понимания. Более того,

эту отрасль науки он удачно и умело конкретизировал

применительно к междисциплинарной и, в частности,

психологической проблеме правды в ее соотношении с

истиной, ложью, заблуждением, обманом и т. д. Навер-

ное, уже всем очевидно, что именно данная проблема-

тика оказалась для России в XX веке едва ли не самой

животрепещущей и даже трепетной. В нашей стране

В. В. Знаков стал первым специалистом, который сис-

тематически и новаторски начал глубокие теоретико-

экспериментальные исследования психологии правды

в вышеуказанном контексте.

4

В предлагаемой читателям новой книге В. В. Зна-

кова поднят и тщательно проанализирован огромный

массив исторических, филологических, философских,

психологических и т. д. данных, в которых многослож-

ный, системный феномен правды объективно выступа-

ет во всей своей субъектности, т. е. прежде всего в бес-

конечном богатстве ценностно-смысловых ориентаций

субъекта.

На протяжении XX столетия народ зафиксиро-

вал в русском языке следующие основные значения

слова <правда>: 1) то, что соответствует действитель-

ности; истина; 2) то, что исполнено истины; правди-

вость; 3) справедливость, порядок, основанный на

справедливости'. В. В. Знаков последовательно и глу-

боко раскрывает эти и другие стороны правды, выяв-

ляя их сложные взаимозависимости. Естественно, что

самое большое внимание он уделяет ее психологичес-

кому анализу - теоретическому и эксперименталь-

ному. Например, особенно важной и перспективной

является разработанная им классификация психоло-

гических признаков правды и неправды.

В. В. Знаков справедливо отмечает, что в психо-

логии проблема правды неразрывно связана с гносео-

логической проблемой истины. Исходя из этого, он

считает, что правда есть категория психологии пони-

мания, выражающая не только адекватность знаний о

мире, но и их определенную ценность (отношение к

ним, их смысл и т. д.).

Этот психологический подход к проблеме обобщен-

но выступает следующим образом. Окружающая нас

действительность (люди, вещи, события и т. д.) так

' См. Большой толковый словарь русского языка.

СПб., 1998. С. 951-952.

5

или иначе затрагивает потреоности и интересы отра-

жающего ее субъекта. <Поэтому психические процес-

сы, взятые в их конкретной целостности, - это про-

цессы не только познавательные, но и <аффективные>^,

эмоционально-волевые. Они выражают не только зна-

ние о явлениях, но и отношение к ним; в них отража-

ются не только сами явления, но и их значение для

отражающего их субъекта, для его жизни и деятель-

ности>^. Столь общая закономерность психики распро-

страняется на всех людей, в том числе и на честных

ученых, когда они ищут и раскрывают научную исти-

ну, являющуюся для них целью и смыслом творчества,

а нередко и всей жизни. Тогда это частный случай

правды, изучаемой В. В. Знаковым. Ученые, исследу-

ющие объективные закономерности действительности,

всего сущего, в той или иной степени прогнозируют на

их основе возможное, будущее, должное. Тем самым

любая наука (особенно гуманитарно-общественная) так

или иначе участвует в формировании нравственных

ценностей и прежде всего оценок различных научных

открытий, их применимости в реальной жизни боль-

ших масс людей и т. д. (например, биоэтика). Многие

такие открытия (скажем, законов психического раз-

вития человека) сразу и непосредственно выступают

как ценности.

Для людей - непрофессионалов в науке (а таких

огромное большинство) практически значимые истины

или их отдельные <зерна> становятся правдой и могут

" Понятие аффекта берется здесь в смысле не совре-

менной патопсихологии, а классической философии XVII-

XVIII столетий (см,, например, у Спинозы).

' Рубинштейн С. Л. Избранные философско-психо-

логические труды. М., 1997, С. 171.

6

в той или иной степени как-то повлиять на их жизнь

(именно эту сторону проблемы наиболее тщательно изу-

чает В. В. Знаков). Тогда очень остро встает вопрос о

взаимосвязи объективной истины и отношения к ней

субъекта (т. е. правды). Для психологии субъекта здесь,

на мой взгляд, очень важно преодолеть следующие две

нежелательные крайности: 1) псевдообъективность и

2) субъективизм (не субъектность!).

В первом случае некоторые авторы полагают, что

объективные закономерности (например, мышления)

можно раскрыть лишь тогда, когда их изучают в отры-

ве от субъекта (например, субъекта исследуемого мыш-

ления). По их мнению, выявлять эти закономерности

надо только на <моделях> искусственного интеллекта,

отделенных от субъекта, ибо якобы лишь элиминация

последнего и вообще всего субъективного (т. е. при-

надлежащего субъекту) позволяет раскрывать подлин-

но объективную сущность реальности. Иначе говоря,

здесь объективное и субъективное полностью исклю-

чают друг друга, т. е. объективность истины достига-

ется не в процессе и в результате взаимодействия по-

знающего субъекта с познаваемым объектом (в данном

случае с субъектом изучаемого мышления), а на путях

<аннигиляции> этого второго, познаваемого, субъек-

та в отрыве от него. А некоторые философы во имя

такой псевдообъективности отрывают истину в конеч-

ном счете также и от познающего субъекта, называя

ее вовсе бессубъектной.

Противоположная крайность - субъективизм -

представляет собой отрыв не от субъекта, а, напротив,

от объекта. Я имею в виду хорошо известную в психо-

логии традиционную трактовку значения и смысла.

Здесь под значением понимается объективное отраже-

ние события, предмета и т. д. (ср. с истиной), а под

7

смыслом - привнесение субъективных аспектов значе-

ния (ср. с правдой). Иначе говоря, содержание смысла

<вычерпывается> не из объекта, а привносится со сто-

роны (познающим, переживающим субъектом)^. Как мы

уже видели, человек всегда относится к кому-то и к

чему-то в силу своих потребностей, интересов и т. д.

Отсюда эмоции, смыслы, значимость и др. На мой

взгляд, отрыв познания - переживания - чувств -

стремлений и т. д. от объекта проявляется в той точке

зрения, согласно которой объективно одно и то же со-

держание якобы переживается в субъективной форме

разных смыслов. Иначе говоря, объект становится как

бы инвариантным и, значит, нейтральным по отноше-

нию к смыслу, т. е. перестает участвовать в процессе

его детерминации. А ведь такая детерминация возни-

кает и формируется только в ходе непрерывного взаи-

модействия человека с миром (в частности, субъекта с

объектом). Чтобы избежать индетерминизма, здесь не-

обходимо учесть, что различные смыслы (правды), бес-

спорно, имеют место у разных субъектов или у одного

субъекта в разное время, но в этих смыслах пережива-

ется соответственно разное содержание, т. е. с помощью

анализа через синтез в объекте выявляются хотя бы ча-

стично иные стороны, свойства, качества и т. д. Напри-

мер, социальные представления (в трактовке С. Моско-

вичи) можно, на мой взгляд, рассматривать как слож-

ное соотношение истины и правды (конечно, с учетом

общности и различия между ментальностью западно-

европейцев и россиян)^.

* Подробнее об этом см., например: Мышление: про-

цесс, деятельность, общение, М., 1982. С. 35-37.

° Подробнее см.: Российский менталитет. М., 1997;

Психологическая наука в России XX столетия. М., 1997.

8

Ясно. что некоторые из этих моих комментариев и

<заметок на полях> данной очень интересной книги

носят дискуссионный характер. Это и означает, что бо-

гатая мыслями работа В. В, Знакова закономерно сти-

мулирует мышление, обсуждение, дискуссии вокруг

поднятых им важных и острых проблем.

Заканчивая <презентацию> новой и во многом но-

ваторской книги В. В. Знакова, хотел бы выразить уве-

ренность в том, что это его теоретико-эксперименталь-

ное исследование существенно расширяет и углубляет

всю психологию понимания субъектом правды, а пото-

му привлечет внимание многих психологов к дальней-

шей разработке столь насущной проблемы. Надеюсь, что

уже в ближайшем будущем в словниках русскоязыч-

ных психологических словарей, а затем и энциклопе-

дии появится пока еще отсутствующий термин <прав-

да> (но в <Современном философском словаре>, М., 1998,

этот термин уже раскрывается в специальной статье).

Психология понимания правды исследует субъект

с новой, нередко очень неожиданной стороны и тем са-

мым делает более содержательным психологический об-

раз человека в его реальной повседневной жизни. В пред-

ставляемой книге В. В. Знакова много правды о правде.

Так в добрый путь, дорогой читатель!

Член-корреспондент

Российской Академии наук,

директор Института психологии РАН

А. В. Брушлинский

12 ноября 1998 г.

ВВЕДЕНИЕ

В предлагаемой вниманию читателя книге проб-

лемы правды и лжи рассматриваются с позиций пси-

хологии понимания. Это означает, что в ней глав-

ным образом обсуждается не столько то, как люди

распознают правду в общении (хотя эта сторона про-

блемы тоже не оставлена без внимания), сколько то,

как они понимают названный феномен. Осуществ-

ляя научный анализ содержания правдивых сообще-

ний, психолог должен различать две стороны проб-

лемы: как люди понимают названный феномен и как

они ведут себя: часто ли в общении говорят правду

или неправду, ложь и обман. В психологии понима-

ния проблема ставится иначе, чем в поведенческой

психологии: исследователей интересуют прежде все-

го интенпиональные аспекты понимания правды, а

также когнитивная и моральная оценки сходства и

различия содержания истины и правды, неправды,

лжи и обмана. Поведенческие аспекты названных

феноменов при таком ракурсе рассмотрения проблемы

оказываются менее существенными.

В современной психологии проблема понимания

правды, например правдивого высказывания о ка-

ком-то поступке человека, не сводится к кантовско-

му анализу соотношения сознания субъекта, высказы-

вающего суждение, с долгом, априорными мораль-

ными нормами. В социальном познании правдивыми

считаются только такие сообщения о поведении лю-

дей, в которых отражены все три основные составля-

ющие любого поступка - действие, его цель и внеш-

ние условия, обстоятельства, в которых человек что-

10

то сделал (или вынужден был сделать). Даже за-

падные ученые, воспитанные на кантовской тради-

ции уважения к честности и правдивости в личных и

общественных отношениях, признают, что иногда

человек попадает в ситуации, в которых внешние

обстоятельства сильнее внутреннего морального

категорического императива.

Современный научный анализ психологических

механизмов понимания правды включает не только

установление связи между суждением и отражен-

ной в нем действительностью. Для психолога не

менее важно выявить цель говорящего, установить

степень осознания им намерения выразить опреде-

ленную этическую позицию, отражающую его отно-

шение к человеку или людям, о которых идет речь

в высказывании. При этом необходимо различать

истинное содержание высказывания (то есть адек-

ватное отражение в высказывании действительности)

и субъективное отражение побуждений, мотивации

говорить правду или ложь в коммуникативной си-

туации. Как показывают психологические исследо-

вания, субъективное отражение своей цели и степе-

ни искренности может сильно зависеть от отрицания,

вытеснения, рационализации - защитных механиз-

мов личности, в разной степени осознаваемых муж-

чинами и женщинами.

Однако основное содержание этой книги представ-

ляют результаты психологических исследований, вы-

полненных в течение последних восьми лет. Надеюсь,

они будут интересны не только психологам, но и фи-

лософам, историкам, специалистам в области культу-

рологии, а также другим категориям читателей.

<ИСТИНА> И <ПРАВДА>

В АНТИЧНОЙ ФИЛОСОФИИ И ХРИСТИАНСТВЕ.

В последние годы в гуманитарных науках наблю-

дается повышенный интерес к проблеме соотноше-

ния истины и правды. Интерес к указанной пробле-

ме отражает стремление ученых осмыслить глубин-

ные основания жизни человека и понять причины

перемен, происходящих в современном мире в целом

и российском обществе в частности. Вопрос <что есть

истина?>, заданный Понтием Пилатом Иисусу Хрис-

ту, относится к самой сути человеческого бытия. Не-

удивительно, что он представляет собой фундамен-

тальную проблему теории познания, привлекающую

пристальное внимание ученых самых разных специ-

альностей.

Исторический контекст проблемы. Обращение

к истории, в том числе истории христианской рели-

гии, способствует получению интересных результа-

тов во многих областях современного человекозна-

ния. Однако при анализе соотношения содержания,

объема, контекстов употребления понятий <истина>

и <правда> такой ход мысли имеет особый смысл.

Дело в том, что различение указанных понятий, с тру-

дом прокладывающее путь к умам современных уче-

ных, отчетливо прослеживается еще в трудах древне-

греческих авторов и в Новом Завете [Theological

Dictionary..., 1983].

В древнегреческом языке слово <истина> (а1е-

theia) буквально обозначает <не скрытое> [Древне-

греческо-русский словарь, 1958]. Оно указывает на

событие, реальный факт, который можно наблюдать,

обозначить и описать с помощью слов. Факт (собы-

12

тие) раскрывается, обнаруживается людьми или сам

<обнаруживает себя>, хотя и может подвергаться

искажению и замалчиванию. В двухтомном древне-

греческо-русском словаре И. X. Дворецкого слово

aletheia переводится следующим образом:

1) истина, правда (например, рассказывать всю

правду, быть истинным, в действительности);

2) действительность, подлинность;

3) истинность, верность (например, истинность

снов и сбывшегося пророчества);

4) правдивость, прямота, искренность;

5) <истина> (сапфировое украшение, которое,

как символ истинности их учения, носили жрецы в

Египте) [Древнегреческо-русский словарь, 1958, т. 1,

с. 77-78].

Наиболее частые противопоставления altheia -

pseudos (обман) и doxa (молва, мнение, представле-

ние, видимость). Они замещают и искажают истину.

Следовательно, в древнегреческом языке под

словом истина (aletheia) понималась реальность, ре-

альное положение вещей, соответствие сказанного

действительности. Слово aletheia, в отличие от сло-

ва dikaiosyne (правда), не может описывать челове-

ческие качества. В древнегреческом языке истина

мыслится как нечто видимое, что необходимо ис-

следовать. При таком ее понимании правомерен

вопрос: можно ли постичь (буквально - взять, схва-

тить) истину. В юридической языковой практике

истина понимается как реальность, реальные фак-

ты, события, в противоположность многочисленным

субъективным описаниям в свидетельских показа-

ниях. В исторических трудах истина также указы-

вает на реальный ход событий и противопоставля-

ется молве и мифам.

13

В античной философии также используется это

противопоставление, характерное для греческого

мышления и мировоззрения. Так, по свидетельству

Диогена Лаэртского, Парменид <разделил философию

на две - философию истины и философию мнения.

Поэтому он и говорит в одном месте... Все тебе долж-

но уведать: Истины твердое сердце в круге ее совер-

шенном, Мнение смертного люда, В котором нет ис-

тинной правды> [Диоген Лаэртский, 1979, с. 371].

Только сущее, умопостигаемое, говорил Парменид,

может считаться истиной в отличие от становящего-

ся, чувственного, <того, что кажется сущим> и о чем

существует не истина, а мнения [Фрагменты..., 1989,

ч. 1, с. 186]. Парменид, как и многие античные фи-

лософы, например Диоген, под истиной понимает

подлинное бытие в отличие от преходящих, <внеш-

них> событий. Так, для Платона истина (aletheia) -

мир вечных и неизменных идей. подлинная реаль-

ность в отличие от eidolon (отражение, видимость.

кажимость). Такой подлинной реальностью являет-

ся только божественное. Знание истины, причастность

к вечному, к абсолютной реальности - благо для

человека, а <...заблуждающуюся душу должно счи-

тать безобразною и несоразмерною> [Платон, 1993,

с. 291]. Душа, познавшая хоть крупицу истины, бу-

дет благополучной и становится спутницей бога [там

же, с. 157].

Аристотель рассматривает истину в основном

как соответствие высказывания действительности.

<Ведь ложное и истинное, - утверждает он, - не

находится в вещах, так, чтобы благо, например, было

истинным, а зло непременно ложным, а имеются в

(рассуждающей) мысли...> [Аристотель, 1976, т. 1,

с. 186]. Аристотель рассматривал истинность не как

14

свойство вещей, а как свойство мыслей. Согласно его

определению, истина есть такое знание, которое соот-

ветствует действительности. С тех пор классическую

теорию истины, основанную на этом определении,

называют теорией соответствия (корреспондентной

теорией истины). Если Платон и Аристотель еще фор-

мально употребляют слово <истина> для обозначения

того, что соответствует действительности, то у гнос-

тиков, неоплатоников прилагательное <истинный>

начинает пониматься только как <вечный, божествен-

ный> [The Interpreters Bible, 1990, v. 2, с. 240].

Таким образом, основное для предшествующих

этапов значение (действительный, подлинный) стано-

вится производным от более позднего (божественный).

Человек обладает истиной настолько, насколько он

близок к божеству, видит вечный, божественный смысл

происходящего [The Interpreters Bible, v. 9, с. 1722].

Для людей, знающих историю, не покажется

странным тот факт. что описанные выше значения

истины очень близки к христианскому их понима-

нию. Греческий язык Нового Завета не является пол-

ностью тождественным классическому древнегречес-

кому языку. Ключевые понятия Нового Завета необ-

ходимо рассматривать не только в системе греческого

языка, но и античной культуры, философии, миро-

понимания.

В языке Нового Завета слово <истина> упот-

ребляется в следующих значениях:

1. Истина - то, что обладает верностью и си-

лой. Истина понимается как норма, подлинное и над-

лежащее. В этом ветхозаветном смысле слово <исти-

на> употребляется в послании апостола Павла к Ефе-

сянам, 4:21, а также в послании апостола Павла к

Галатам, 2:5; 2:14.

15

2. Истина - то, на что человек может положить-

ся. В значении верности, доверия. Божественная ис-

тина здесь является синонимом Его верности (pistis).

3. Истина как реальное положение дел, такое,

как оно само являет себя (Первое послание апостола

Иоанна, 3:18).

4. Истина как истинность утверждения (см.

Евангелие от Марка, 14:70, или Деяния апостолов,

26:25).

5. Истина как истинное учение, вера. Именно в

этом смысле праведные названы <детьми истины>, а

апостол Павел называет Евангелие истиной и часто

замещает одно понятие другим (Второе послание апо-

стола Павла к Коринфянам, 4:2). Во втором посла-

нии апостола Павла к Фессалоникийцам, 2:10-12

слово истина понимается как христианское открове-

ние, доктрина, в противоположность учению анти-

христа, а во втором послании апостола Петра, 1:12,

истина обозначает просто христианство.

6. Истина как божественная реальность, откро-

вение. Это значение слова aletheia в основном упот-

ребляется в Евангелии и посланиях апостола Иоан-

на, создавшего свой, индивидуальный язык для опи-

сания жизни Иисуса Христа. Корпус текстов апостола

Иоанна отличается от других текстов Нового Завета

и по содержанию, и по способам изложения. Это са-

мая богословская часть Нового Завета. Понимание

истины как Иисуса Христа, воплощающего Боже-

ственную природу, Божественное Откровение, поло-

жило начало христианской теологии и мистике.

В состав значений новозаветного слова <исти-

на> aletheia входят древнегреческие, ветхозаветные

и собственно новозаветные значения, которые мож-

но назвать специфическими для христианства (исти-

16

на как истинное учение, христианство; истина как

божественная реальность, откровение). Уже в более

поздних, в том числе в современных христианских

текстах, вне зависимости от того, к какому вероис-

поведанию принадлежат их авторы, слово <истина>

понимается, в основном, как <истинное учение> или

<божественная реальность>. На эту специфику по-

нимания истины в Новом Завете и в христианстве

опираются авторы большого числа современных апо-

логетических сочинений, совершая зачастую осознан-

ную или неосознанную подмену понятий. Сначала

слово <истина> употребляется в традиционном для

европейской культуры и науки <греческом> смысле

как <реальное положение дел - так, как оно само

являет себя> или <истинность утверждения>. Затем

происходит переход в другую плоскость рассужде-

ния, и под тем же словом <истина> начинает подра-

зумеваться <истинное учение> или <божественная

реальность>. Однако надо иметь в виду. что термин

<реальность> при этом употребляется совсем в ином

смысле, чем обычно имеют в виду ученые-материа-

листы, то есть природное и социальное бытие. Ре-

альностью <истинное учение> является для человека

лишь потому, что имеет для него экзистенциальный

смысл. Это духовная реальность, отличная от реаль-

ности материального мира.

Вот, например, каким образом описанная выше

динамика изменения понимания истины отражена в

словаре библейского богословия: <В обычной речи

истинными называются такие мысли и слова, кото-

рые соответствуют действительности, или же сама

действительность, раскрывающаяся, становящаяся

явной, очевидной уму (истинный, не скрытый). Тако-

во умозрительное представление греков, которое обыч-

17

но разделяется и нами. Библейское понятие истины -

иное, так как оно основано на определенном религи-

озном опыте, на опыте встречи с Богом. Оно подверг-

лось, однако, значительной эволюции: тогда как в

Ветхом Завете под истиной понималась прежде всего

верность Союзу - Завету, в Новом Завете она стано-

вится полнотой откровения, сосредоточенной на Хри-

сте> [Словарь библейского богословия, 1990, с. 478].

Итак, общим основанием, объединяющим древне-

греческое и новозаветное понимание слова <истина>,

молено считать идею <отражения реальности> (вклю-

чая и реальность божественную), <реального поло-

жения дел>, того, что происходит вне человека и

независимо от него. Человек может по-разному отно-

ситься к истине, руководствоваться ею, полагаться

на нее, но в слове <истина> отсутствует элемент лич-

ной включенности человека в процесс ее создания и

<осуществления>. Истина, особенно в новозаветном

значении, несет этическую нагрузку, истина - это

реально существующий атрибут Бога, добро. Вместе

с тем надо учитывать, что это добро абсолютное, дан-

ное человеку <извне> и на все времена. Если рас-

сматривать понятие истины в плоскости взаимоотно-

шений людей с Богом, то можно сказать, что в Биб-

лии и христианстве выделяется три главных признака

истинности: оправдание ожиданий человека, обще-

значимость религиозных догматов и динамичность,

процессуальность религиозного переживания как

<жизни в истине>.

По поводу первого признака X. Кокс, ссылаясь

на голландского теолога К. А. ван Персена, пишет об

использовании слова <истина> в Ветхом Завете: <Это

слово описывает нечто, на что можно положиться,

что доказало свою надежность. Так говорят о вино-

18

градной лозе, которая оправдывает ожидания чело-

века и осенью приносит плоды. Бог называется ис-

тинным (верным), так как Он делает именно то, что

обещает сделать. Он освобождает рабов из плена и

таким образом становится истинным, т. е. верным

Своему народу. Осуществление ожидаемого - мери-

ло истинности> [Кокс, 1995, с. 79]. Для верующих

истина - это не только то, что соответствует дей-

ствительности (существованию Бога), но и не вызы-

вает сомнений, не требует доказательств.

Обратимся к второму признаку истинности. Из-

вестно, что в русской культуре, как и многих Дру-

гих, имеет глубокие корни понятие православной хри-

стианской истины. Однако в этом случае изменяется

основание, по которому, например, библейские десять

заповедей считаются вечными истинами. Познаватель-

ная истина представляет собой оценку объективности

знания, его адекватности действительности. В основе

религиозных истин лежит вера. В христианской ре-



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Литература Предисловие

    Литература
    Когда рыцарь Ланцелот прибыл в город, порабощенный жестоким Драконом, он, к своему удивлению, услышал о доброте Дракона. Во-первых, во время эпидемии холеры Дракон, дохнув на озеро, вскипятил в нем воду.
  2. Литература (36)

    Литература
    3.2. Как стать богатым и знаменитым еще при собственной жизни (пособие для гениев, но может пригодиться талантам и просто способным, а также вылечившимся от невроза)
  3. Предисловие (18)

    Документ
    Настоящее издание предпринято через восемь лет после последнего выхода учебника в свет. Как минимум два обстоятельства потребовали существенных изменений.
  4. Предисловие (32)

    Учебник
    Настоящее издание предпринято через восемь лет после последнего выхода учебника в свет. Как минимум два обстоятельства потребовали существенных изменений.
  5. Предисловие (33)

    Практикум
    Интерес к снайперской теме необычайно велик. Тем более что на протяжении последних сорока лет на территории бывшего СССР подробных инструкций по снайперской практике не издавалось.

Другие похожие документы..