Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Доклад'
Школа №551 старейшая школа в районе Нагорный. Основана она в 1951 году. Несмотря на почтенный возраст, школа молода душой, с уверенностью смотрит в б...полностью>>
'Документ'
Сотрудничество между различными учреждениями. Мобилизация собственных сил, усилий и возможностей семьи для решения проблем. Восстановление значимого к...полностью>>
'Документ'
Выступая на совещании 26 августа 2010 года министр образования и науки Мурманской области В.Ф. Костюкевич сказал: «В одном серьезном образовательном ...полностью>>
'Бюллетень'
Фишман А.И. Экспериментальные задачи лабораторного физического практикума [Электронный ресурс] / А. И. Фишман, А. И. Скворцов, Р. В. Даминов ; Казан.г...полностью>>

I. Письма, писанные святым Василием прежде епископства его. 357-370 гг

Главная > Документ
Сохрани ссылку в одной из сетей:

Рукописная традиция, история издания и исследования писем

Письма Святителя очень рано стали рассматриваться в качестве образцов эпистолярного жанра. Маленькая записка из шести строк, адресованная святителем Григорием Богословом своему внучатому племяннику Никобулу, обучавшемуся риторике,— единственный литературный источник того времени, дающий прямые сведения о составлении сборника писем Василия. Когда Никобул вопросил святителя Григория о правилах и законах эпистолярного жанра, святитель Григорий Богослов отослал его к письмам Василия как к образцам этого искусства. Когда же Никобул попросил Архипастыря прислать некоторые Василиевы письма, Григорий сделал «некое собрание» и отправил его Никобулу, заметив, что ценит письма Василия выше своих собственных: «Постоянно я ценил выше себя Василия Великого... посему и предлагаю в первую очередь его письма, а не свои»5.

Вряд ли этот сборник, представлявший собой учебное пособие по эпистолярной стилистике, был большим, да он и не мог включать всех писем Святителя. Впрочем, возможность точной реконструкции или хотя бы приблизительного воспроизведения этого первоначального сборника признана ныне чистой утопией.

Весьма интересно и упоминание, сделанное самим автором, о бытовании как автографов его писем, так и их копий,— упоминание, отнюдь не характерное для античной традиции. В письме 191 (199), к епископу Амфилохию Иконийскому (в так называемом втором каноническом послании), святитель Василий пишет: «О тех, которые вступают в супружество с двумя сестрами, или которые выходят в замужество за двух братьев, выдано мною письмо <речь идет, по мнению большинства исследователей, о письме 155 (160) «К Диодору».— А.П.>, с которого список (τό αντίγραφον) послал я к твоему благоговению». Сделал ли Святитель сам копию ввиду важности содержания этого письма, или при его создании наряду с оригиналом группой писцов сразу создавалось несколько рукописей, неизвестно. Ценным представляется само свидетельство о зарождении и распространении рукописной традиции уже при жизни Святителя.

В оригинале письма Святителя, вероятно, представляли собой коллекцию небольших сборников, составленных как самим Святителем, так и его друзьями, что превращало весь корпус переписки Архипастыря в мозаику разрозненных документов. Весьма вероятно, что «изначальный» Сборник, составленный Григорием Богословом, не был единственным. Интересно, что в средневековых манускриптах, писанных спустя шесть-семь веков после смерти святителей Василия и Григория, часто смешиваются письма того и другого, что объясняется не только знаменитой дружбой архипастырей, но и в какой-то мере равновеликостью их творческого наследия и известной близостью эпистолярной стилистики. Впрочем, следует помнить, что применительно к IV веку нельзя говорить об «издании» сборников. «Издать» — означало передать рукопись или ее копию из рук в руки, из храма в храм, из монастыря в монастырь, из Церкви в Церковь. Однако до наших дней не сохранилось ни одной подлинной рукописи поздней греко-римской античности, и письма святителя Василия не являются исключением.

К самым ранним рукописям писем относятся греческий папирус V века (SM. Inv. 6795, Berlin), содержащий отрывки из писем 2, 5, 6, 145 (150) и 285 (293), а также сирийский папирус VI века (BL. Add. 17144, London) с переводами ряда писем (письма 2, 14, 29, 43 (46), 107 (111) и других). Остальные письма дошли до нас в рукописях VIII/IX-XVI веков.

Первое полное издание корпуса писем Василия на греческом и латыни было осуществлено в Париже в 1618 году6, однако и структура, и нумерация писем находились еще в хаотичном состоянии.

Заслуга наиболее точного с исторической точки зрения критического издания, послужившего образцом для последующих публикаций, принадлежит бенедиктинцу Р. Maran и его коллеге J. Garnier7. Бенедиктинцы монастыря Святого Мавра опубликовали в своем издании 365 писем, среди которых, впрочем, были не только принадлежащие Святителю, но и обращенные к нему. Вероятно, подобное количество писем можно объяснить его символическим характером (в соответствии с числом дней в году). Именно это издание послужило основой для публикации корпуса писем в знаменитой «Патрологии» Миня.

В исследованиях XVII–XVIII веков письма святителя Василия рассматривались не только как богословский памятник, но и как исторический документ. Выдающиеся французские историки Церкви и теологи G. Hermant, L.-E. Du Pin и главным образом S. Le Nain de Tillemont положили начало использованию писем Василия в качестве исторического источника8. Еще большую ценность для современного исследователя представляет «Жизнь святого Василия Великого» того же Р. Maran9.

Главная заслуга основополагающей критической классификации рукописей принадлежит М. Bessieres10, который описал и классифицировал почти три десятка манускриптов, сохранивших большое число писем, по меньшей мере триста. Bessieres провел свою классификацию различных эпистолярных традиций по расположению и порядку писем, что привело к появлению двух принципиально различных групп писем, каждую из которых он обозначил, соответственно, буквами А и В. В рамках этих обширных разделов он выделил три подгруппы в рамках группы А и четыре подгруппы в рамках группы В, обозначив их как Аа, АЬ, Ас и Во, Bu, Bx, Bz. В результате этой работы группа А стала рассматриваться как наиболее близкая к первоисточнику, а группа В — как появившаяся в результате процесса последовательной логической компоновки писем, осуществлявшейся в более позднее время. Подгруппы Аа и Во являются аутентичными и полными образцами для каждой из групп. В папирусе V века порядок расположения писем практически совпадает с порядком в рукописях из подгруппы Аа, что подтверждает более раннее происхождение этой группы. Группа В в критических изданиях используется в основном для вариативной корректировки спорных и трудных мест из основной группы.

Дальнейшие исследователи, такие, как A. Cavallin11 и S.-Y. Rudberg12, занимались сравнительным анализом рукописной традиции и подробно разрабатывали внутренние соотношения между группами писем, но и ими признавалось, что в целом группа А имеет более раннее происхождение, чем группа В. Кроме того, Rudberg подготовил новое критическое издание писем 2, 145 (150) и 166 (173) на основании массы источников13.

Yves Courtonne использовал достижения предыдущих текстологов для своего критического издания писем в 1957–1966 годах14. Он провел огромную работу, чтобы подготовить к изданию тексты писем. В своем издании Courtonne реконструирует текст на основании древнейших рукописей семьи (подгруппы) Аа. К сожалению, в своем издании он не сумел предоставить полный перевод наиболее трудных мест, а его историческим комментариям зачастую недостает точности, в них он зависит от предшественников. Издание М. Forlin Patrucco15, включающее 46 писем, более верно, чем издание Courtonne, передает прочтение подгруппы Аа.

Необходимо отметить работу К. Treu16, который тщательно изучил словарный состав и стиль дружеских писем Святителя. Следует также упомянуть издание писем с параллельным текстом на греческом и английском языках, подготовленное R.-J. Deferrari17, и сочинение А.-С. Way18. Несмотря на некоторое несоответствие проведенной в этих трудах индексации писем сравнительно с общепринятой, они пользуются огромным авторитетом. Нельзя не отметить и классический труд по патрологии J. Quasten19, содержащий как классификацию писем, так и исчерпывающий обзор изданий и исследований эпистолярной традиции Святителя, подготовленных к середине прошлого века.

И конечно, никакое серьезное изучение эпистолярного наследия святителя Василия невозможно без обращения к фундаментальному труду J.-R. Pouchet20, который в своей работе, помимо отслеживания рукописной традиции, помимо собственной системы датировки и превосходной классификации писем, с благодарностью подытожил весь накопленный опыт предшествующих исследований.

В русской патрологической науке отсутствуют специальные монографии, посвященные эпистолярному наследию святителя Василия. Впрочем, во многих общих обзорных трудах по патрологии письма используются как источник для характеристики мировоззрения и личности Святителя. Некоторые из них содержат и классификацию писем21.

Из специальных монографий о святителе Василии особо стоит отметить труды А.В. Горского22 и архимандрита Порфирия (Успенского)23 (у архимандрита Порфирия описанию писем Святителя посвящен специальный раздел).

Более подробно переписка Архипастыря исследуется в, вероятно единственном до 1917 года, специальном труде: статье И. А. Чистовича «Письма святого Василия Великого»24. В этой небольшой работе автору удалось в основных чертах рассмотреть главные направления и характер переписки, причем им активно использованы и выдержки из писем.

Специальное внимание анализу писем как источника по вопросам канонического права, церковного суда и состояния общества уделяется в статье «Деятельность пастырей Церкви IV века по отношению к общественной жизни», опубликованной без имени автора25.

В качестве источника для изучения пастырской деятельности Святителя его переписка рассматривается в работе В. Георгиевского «Святитель Василий Великий как пастырь и учитель Церкви (преимущественно по его письмам)»26.

В кандидатском сочинении выпускника Ленинградской Духовной Академии священника П. Дарманского «Письма святителя Василия Великого как источник сведений о его жизни и деятельности» (Л., 1956) содержатся серьезный анализ писем, их классификация и систематизация всех изложенных в них сведений о жизни, учении и личности Василия.

О классификации писем

Собрание писем Святителя (по Maran — Garnier) подразделяется на три большие группы:

1) № 1–43 (46): письма, написанные между 357–370 годами, до его епископства;

2) № 44 (48)–283 (291): письма, написанные между 370–378 годами, относящиеся к периоду его епископского служения;

3) № 284 (292)–(365): письма, датировка которых затруднительна, поскольку отсутствуют какие-либо указания на время их составления, причем авторство Василия в ряде случаев сомнительно.

Огромное количество адресатов писем свидетельствует о широком круге дружеских и «рабочих» связей Святителя. Среди адресатов и епископы, и рядовые священники, и различные члены клира; письма обращены и к имперским чиновникам, и к общинам аскетов, и к родственникам. Кроме того, корпус писем содержит множество упоминаний о посредниках в переписке, содействовавших обороту корреспонденции и обязанных при необходимости уточнять содержание доверенного им послания.

Сложившиеся в эпоху античности эпистолярные жанры не всегда представлены в переписке святителя Василия Великого в своем чистом виде. Хотя такие жанры, как, например, рекомендательное письмо, поучение, утешение, деловое письмо, и наличествуют в корпусе писем Святителя, следует всегда иметь в виду, что зачастую в письмах Архипастыря происходит смешение жанров, например, дружеского и рекомендательного письма и т. п. Кроме того, христианская направленность и богословское содержание корреспонденции приводят к появлению вовсе не свойственных прежней традиции писем, посвященных вопросам веры, милосердия, пастырского служения, церковного богослужения и т. д. Эти письма формально нельзя свести ни к одному из античных образцов, однако любое из них может включать в себя элементы разных жанров. Такое жанровое разнообразие писем не позволяет очень уж строго классифицировать их по содержанию, тем не менее представляется возможным (по Quasten) выделить следующие группы:

Дружеские (или личные) письма

Огромное количество писем написано святителем Василием друзьям. На основании этих писем видно, какой высокой ценностью для него была дружба. «Ибо думаю, что не найдешь никого,— писал Василий к своему другу,— кто бы так любил тебя и домогался вашей <имеются в виду и сыновья адресата.— А.П.> дружбы» (письмо 11). Впрочем, Святитель не боится и выказать разочарование при столкновении с несправедливостью, приведшей к потере дружеских отношений, как, например, в случае с епископом Евстафием Севастийским: «Сердце у меня стало связано, язык расслабел, рука онемела, и впал я в немощь души немужественной... едва не дошел я до человеконенавидения; мне казалось, что всякий нрав подозрителен, что в природе человеческой нет блага— любви» (письмо 236 (244)).

Будучи наделен подлинным даром дружбы, святитель Василий умел поддерживать и ободрять своих друзей в трудные минуты. В таких письмах мы видим готовность Святителя принять чужое несчастье как собственное. Но Василий не боится проявить и собственные чувства скорби в связи с потерей матери и, уже будучи в годах, жалуется «на сиротство» (письмо 30). Святитель не только сострадает вместе с друзьями, но и мужественно советует «перенести скорбь человечески» (письмо 28), призывая «употребить... в дело» заложенный в нас Богом «целомудренный рассудок» (письмо 5). К группе дружеских писем можно отнести следующие письма: 1, 3, 4, 7, 12–14, 17, 19–21, 27, 52 (56)–54 (58), 59 (63)–60 (64), 91 (95), 113 (118), 118 (123)–119 (124), 127 (132)–130 (135), 140 (145)–144 (149), 147 (152)–153 (158), 157 (162)–161 (168), 165 (172)–169 (176), 174 (181), 177 (184)–179 (186), 184 (192)–188 (196), 190 (198), 192 (200)–193 (201), 200 (208)–202 (210), 229 (237), 233 (241), 244 (252), 246 (254)–247 (255), 251 (259), 259 (267)–260 (268), 263 (271), 270 (278), 274 (282), 276 (284)–277 (285), 312 (320), 323 (332)–325 (334).

Утешительные письма

Особой теплотой и сочувствием наполнены письма к родителям и супругам, потерявшим близких, к епископам, священникам и монахам, впавшим в уныние, к церквам, лишенным пастырей, к клирикам и мирянам, подвергающимся нападкам еретиков (см. письма 5, 6, 28, 29, 58 (62), 97 (101), 103 (107), 134 (139)–135 (140), 198 (206), 219 (227), 230 (238), 239 (247), 248 (256)–249 (257), 261 (269), 292 (300)–294 (302)).

В письмах к женщинам нельзя не отметить мудрую осторожность Святителя при обращении к суровым законам своего времени, которые содержали весьма строгие установления касательно поведения женщины в обществе. В этих письмах проявилось подлинное величие настоящего Архипастыря, который активно отстаивал интересы женщин, в том числе вдовиц и жен, защищая их от произвола и насилия властей. Более того, Святитель прославляет женщин как хранительниц церковного Предания и правого исповедания, отмечая их добродетельность, твердость в благочестии и даже находя в них равных собеседниц для богословского диалога (см., например, письма 48 (52), 101 (105), 154 (159)).

Рекомендательные письма

Святитель Василий написал огромное количество писем к высокоавторитетным и богатым лицам, заступаясь за знакомых и друзей, за бедных и угнетенных и даже за целые города и селения (см., например, следующие письма: 3, 15, 31–37, 68 (72)–74 (78), 79 (83)–84 (88), 92 (96), 100(104), 104 (108)–108 (112), 132(137), 137 (142)–139 (144), 170 (177)–173 (180), 263 (271), 265 (273)–268 (276), 271 (279)–273 (281), 295 (303)-311 (319)).

К этой же группе писем относится и переписка Святителя с ритором Ливанием Антиохийским (см. письма 326 (335)–336 (359)), подлинность которой, впрочем, до сих пор является предметом споров. Некоторые из писем, по крайней мере такие, как 326 (335)–330 (344), могут быть признаны аутентичными на основании их рукописной традиции и содержащихся в них исторических сведений. Послания Архипастыря к Ливанию, полные благодарности, представляют молодых кап-падокийских учеников Святителя выдающемуся греческому софисту и ритору.

В этих письмах Святитель в полной мере использует свое риторическое мастерство, да так, что Ливаний в одном из своих ответных писем (письмо (338)) говорит, что он был побежден красотой эпистолярного стиля Василия27. Эта переписка представляет собой интересный факт дружеского диалога между христианином и язычником и дает один из самых лучших примеров теплых взаимоотношений между двумя великими представителями христианского и эллинистического (языческого) мира. Но кроме того, эти документы показывают Василия Великого как благодарного и благородного ученика, на всю жизнь сохранившего уважение к своему учителю.

Канонические письма

Святитель написал много писем с целью исправления канонического порядка везде, где имело место его нарушение. Особое внимание в этих письмах уделяется епископам в сельской местности, так называемым хорепископам (οι χωρεπίσκοποι), которые по статусу были равны епископу столицы провинции, но юридически ему подчинялись. Наиболее интересными в этой группе писем являются письма 49 (53) и 50 (54), относящиеся к самому началу епископского служения Василия и ярко характеризующие суровость Василия как пастыря (недавно заступившего на свой пост и горячо чувствующего свой долг) по отношению ко многим сельским епископам. Можно говорить о суровости начальника, который видит в решительном и бескомпромиссном искоренении злоупотреблений единственный способ вывести дрейфующий корабль Церкви на правильный курс.

По свидетельству святителя Григория Богослова, у святителя Василия было в подчинении около 50 сельских епископов28. Письма к хорепископам (см. письма 120 (125), 314 (323) и другие), помимо достаточно суровых порицаний, содержат и слова похвалы и одобрения, а также свидетельствуют о готовности защищать своих братьев во Христе от бессодержательных нападок.

Особое место в этой группе занимают три письма (знаменитые «канонические послания») к Амфилохию, епископу Иконийскому (см. письма 180 (188), 191 (199) и 209 (217)), с изложением церковных правил. Эти послания содержат детальные церковные указания по самым разным вопросам, особенно по покаянной дисциплине, и очень важны для истории формирования канонического права. Они вскоре приобрели всеобщее признание на Востоке как образец установлений церковного права Православной Церкви.

Пастырские (морально-аскетические) письма

Данное издание открывается письмом к Евстафию Философу — горячим исповеданием аскетических идеалов молодого Василия, закончившего свое обучение в Афинах и уже побывавшего в лучших монастырях православного мира.

Распространение идеалов христианской нравственности и аскетизма является основной задачей большинства писем Святителя к монашествующим, клиру и церковному народу. Василий утешает отпавших от Церкви и приглашает их обратно в ее лоно во имя новой жизни, увещевает епископов и священников, призывает их к добросовестному исполнению своих обязанностей, демонстрируя пути и средства для достижения совершенства и превознося монашескую жизнь с большим энтузиазмом. К этой группе относятся письма 2, 10–11, 14, 18, 22–26, 45 (49), 61 (65), 79(83), 81(85), 93(97), 102(106), 108(112), 111 (115)–112 (116), 156 (161), 166 (173)–167 (174), 175 (182)–176 (183), 189 (197), 211 (219)–214(222), 232(240), 238 (246), 241 (249), 243 (251), 251 (259), 269 (277), 275 (283), 283 (291)–291 (299). Самыми ранними из них принято считать письма 2, 14, 18.

Письма же 40 (43)–42 (45), несмотря на то что не являются подлинными, показывают самим фактом своего включения в корпус писем Архипастыря, каким большим авторитетом пользовались аскетические идеи святителя Василия как при его жизни, так и после смерти. Подобно блаженному Иерониму в Палестине, святитель Василий Великий активно занимался духовным и интеллектуальным образованием монашествующих Понта Каппадокийского, призывая их своею проповедью изучать Священное Писание и вести богоугодную жизнь (см., например, письмо 22).

Догматические письма

Некоторые из догматических писем настолько объемны, что становятся как бы самостоятельными произведениями. Большинство из этих писем посвящено учению о Святой Троице, истолкованию Никейского символа, и в особенности защите Единосущия Сына и Святаго Духа, и направлены против разнообразных ересей той эпохи. Письма 225 (233)–228 (236), обращенные к епископу Амфилохию Иконийскому, образуют в принципе единое целое и рассматривают отношения между верой и разумом, природой и Откровением как источниками нашего знания о Боге. К этой группе также относят и письма 9, 38, 48 (52), 101 (105), 109 (113)–110 (114), 120 (125), 124 (129), 126 (131), 154 (159), 168 (175), 202 (210), 206 (214), 218 (226), 243 (251), 250 (258), 253 (261)–254 (262). Подлинность письма 38, особенно важного благодаря разбираемым в нем различиям между выражениями «сущность» (ή ουσία) и «ипостась» (ή υπόστασις), вызывает определенные сомнения29.

Одной из главных целей, которые ставил перед собой Василий в общении с учениками и с оппонентами, было отстаивание «здравой веры» (ή υγιής πίστις) (см. письма 166 (173), 254 (262)), или «правой веры» (ή ορθή πίστις) (см. письмо 210 (218)), каковая, по Василию, есть синоним «православия» (ή ευσέβεια). Эту борьбу за подлинную веру нельзя рассматривать в отрыве от борьбы за аскетические идеалы, в основе которых лежит жизнь по Евангелию. Именно подвижники, а также выдающиеся христиане, ставшие на путь евангельского совершенствования, наиболее действенно помогают Василию в деле торжества «правого исповедания» (ή ευσέβεια) над многочисленными заблуждениями и ересями, постоянно угрожающими идеалам христианства. Вера и жизнь у святого Василия, как и у святого апостола Павла, с которого Архипастырь всегда брал пример, неразрывно и органично переплетены.

От епископа к епископу, от Церкви к Церкви Василий способствует формированию единой структуры «правого исповедания» и активно противостоит распространению еретического представления о богочеловечестве — представления, ставшего было приобретать популярность из-за сговора высокопоставленных чиновников и придворных епископов, а также и рядовых священников, привлеченных различными «удобными» формами воинствующего арианства.

Литургические письма

Письма святителя Василия весьма интересны как важный материал для исторической литургики, на их примере можно проследить этапы становления литургии. Например, в письме 199 (207) «К неокесарийским клирикам» представлено яркое описание древнего Чина всенощного бдения. Письмо 89 (93) «К Кесарии, жене патриция, о приобщении» посвящено теме ежедневного причащения. Рассказывается о традиции причащения как минимум четыре раза в неделю (в среду, пятницу, субботу и воскресенье), а также об особенностях причащения во время гонений.

Исторические письма

Эпистолярное наследие святителя Василия является обширным и неоценимым кладезем сведений для истории Восточной Церкви в IV веке, особенно в Каппадокии. Впрочем, область распространения переписки Святителя была поистине огромна. В письме 196 (204) он замечает: «Пусть будут спрошены епископы писидийские, ликаонские, исаврийские, обеих Фригии, из армянских со мною соседственные, македонские, ахайские, иллирийские, галльские, испанские, всей Италии, сицилийские, африканские, из египетских, соблюдающие здравую веру, и весь остаток сирских. Все они пишут ко мне письма и от меня получают также». Благодаря таким обширным связям письма Василия являются одним из основных источников по истории Византийской империи, по истории церковно-государственных отношений и связей между Востоком и Западом.

Переписка между Святителем и императором Юлианом (по Ma-ran — Gamier, письма (39), (40), (41) и (360)) является неподлинной30 и была признана таковой уже в Византии. Подложным является и письмо (365), к императору Феодосию.

Заключение

Письмо, несмотря на, так сказать, «малую» и субъективно окрашенную форму, способно тем не менее передать всю глубину личности автора, подобно тому как книжная миниатюра может передать величие изображаемого не хуже великолепной византийской мозаики.

В своей переписке Василий Великий с удивляющей прямотой открывает себя, выказывая логическую безупречность суждений и суровый реализм и ответственность в сочетании с чувствительностью и мягкостью. Мужественная строгость и сила духа Святителя были выстраданы в результате подвига веры, в чем нетрудно убедиться, читая его письма. Поэтому простое чтение писем великого учителя само по себе настраивает на подвиг внутреннего устроения, и пробуждая нас от лености души, и приучая к трезвенности.

Горячая борьба Святителя с социальной несправедливостью, с беззаконием властей, слово утешения в скорбях, строгое попечение о соблюдении канонов Церкви, неустанная проповедь Писания помогают нам обрести якорь спасения и жить по Евангелию.

Избранная библиография

Тексты

S.P.N. Basilii Magni, Caesareae Cappadociae archiepiscopi, Opera omnia quae reperiri potuerunt..: In 3 t. / [Ed. et latin. Fronton du Due [Ducaeus] — Federic Morel]. Parisiis, 1618.

S.P.N. Basilii, Caesareae Cappadociae archiepiscopi, Opera omnia quae exstant..: In 3 t. / Opera et studio domini Juliani Gamier, presbyteri et monachi Benedictini, e congregatione Sancti Mauri. Parisiis, 1721–1730.

S.P.N. Basilii, Caesareae Cappadociae archiepiscopi, Epistolae // S.P.N. Basilii, Caesareae Cappadociae archiepiscopi, Opera omnia quae exstant... Parisiis, 1857. T. 4. Col. 220–1112. (Patrologiae Cursus Completus. Series Graeca / Accurante J.-P. Migne. T. 32).

Basilio di Cesarea. Le lettere / A cura di M. Forlin Patrucco. Torino, 1983. V. 1: Lettere 1–46.

Basilius von Caesarea. Briefe: Im 3 Bd. / Eingeleitet, ubersetzt und erlautert von W.-D. Hauschild. Stuttgart, 1973–1992.

Saint Basil. The Letters: In 4 v. / With an English Translation by R.-J. Deferrari. London; Cambridge, 1926–1934.

Saint Basile. Lettres: En 3 t. / Texte etabli et traduit par Y. Courtonne. Paris, 1957. T. 1: Epistolae 1–100; 1961. T. 2: Epistolae 101–218; 1966. T. 3: Epistolae 219–366.

The Fathers Speak: St. Basil the Great, St. Gregory of Nazianzus, St. Gregory of Nyssa: Selected letters and life-records / Translated from the Greek and introduced by G.-A. Barrois; with a Foreword by J. Meyendorff. New York, 1986.

Исследования

[Аноним]. Деятельность пастырей Церкви IV века по отношению к общественной жизни // Православный собеседник. Казань, 1860. Ч. 1. № 1. С. 34–72; № 2. С. 145–180.

Барсов Н.И. Лекции по патристике. СПб., 1887.

Георгиевский В. Святитель Василий Великий как пастырь и учитель Церкви (преимущественно по его письмам) // Странник. СПб., 1896. Т. 1–2. № 1. С. 3-21; №2. С. 185–204; №6-7. С. 185–208.

[Горский А. В., прот.]. Жизнь святого Василия Великого, архиепископа Кесарийского // Прибавления к изданию Творений святых Отцов, в русском переводе. М., 1845. Ч. 3. С. 1–110 [своя пагинация].

Дарманский П., свящ. Письма святителя Василия Великого как источник сведений о его жизни и деятельности. Л., 1956.

Иванченко А.В., Михайловский А.В. К публикации 38-го письма святого Василия Великого // Историко-философский ежегодник'95. М., 1996. С. 268–271.

Муравьев А. В. Переписка Юлиана Отступника и святого Василия Великого (BHG 260) в связи с житийной традицией последнего // Вестник древней истории. М., 1997. № 2. С. 138–145.

Порфирий (Успенский), архим. Жизнь святого Василия Великого, архиепископа Кесарии Каппадокийской // Душеполезное чтение. М., 1864. Ч. 1. № 1. С. 15–54; № 2. С. 113–143; № 3. С. 223–260.

Сагарда Н.И. Лекции по патрологии, читанные LXX курсу студентов Санкт-Петербургской Духовной Академии в 1911–1912 учеб. г. Литогр. СПб., 1912.

Чистович И.А. Письма святого Василия Великого // Христианское чтение. СПб., 1866. Ч. 1. № 1. С. 3–38; № 3. С. 289–316.

Amand de Mendieta E. L'authenticite des lettres asce'tiques 42 a 45 de la correspondance de saint Basile de Cesaree // Recherches de science religieuse. Paris, 1958. T. 56. P. 241–264.

Attrep A. Wisdom from the Letters of Saint Basil // Patristic and Byzantine Review. Kingston, 1987. V. 6. P. 238-247.

Bessieres M. La tradition manuscrite de la correspondance de saint Basile. Oxford, 1923.

Bonis K.-G. Αι τρεις «Κανονικαί Επιστολαί» του Μεγάλου Βαβιλείου προς τόν Αμφιλόχιον, μητροπολίτην Ικονιου (са. 341/45–395/400) καί τά γεννώμενα εκ τούτων προβλήματα // Byzantinische Zeitschrift. Munchen, 1951. Bd. 44. H. 1–2. S. 62–78.

Bousset W. Apophthegmata. Tubingen, 1923. S. 335–336.

Cadiou R. Basile dans sa correspondance // Revue des e'tudes grecques. Paris, 1957. T. 70. № 331–333. P. 500–505.

Cavallin A. Studien zu den Briefen des hl. Basilius. Lund, 1944.

Colas C. La societe e'piscopale dans la correspondance de Basile de Cesare'e. Dactylographie. Lyon, 1989.

Courtonne Y. Un temoin du IVe siecle oriental. Saint Basile et son temps d'apres sa correspondance. Paris, 1973.

Danielou J. Gre'goire de Nysse a travers les lettres de saint Basile et de saint Gregoire de Nazianze // Vigiliae christianae. Amsterdam; Leiden, 1965. Dl. 19. Pag. 31–41.

D'Ippolito G. Basilio di Cesarea e la poesia greca // Basilio di Cesarea. La sua eta, la sua opera e il basilianesimo in Sicilia: Atti del Congresso internazionale su Basilio di Cesarea (Messina, 3–6 dicembre 1979): In 2 v. Messina, 1983. V. 1. P. 309–379.

Fedwick P.-J. A Commentary of Gregory of Nyssa or the 38th Letter of Basil of Caesarea // Orientalia christiana periodica. Roma, 1978. V. 44. Fasc. 1. P. 31–51.

Fedwick P.-J. A Chronology of the Life and Works of Basil of Caesarea // Basil of Caesarea: Christian, Humanist, Ascetic: A Sixteen-Hundredth Anniversary Symposium: In 2 v. / Ed.: P.-J. Fedwick. Toronto, 1981. V. 1. P. 3–19.

Gargano G. L'invito alla contemplazione: la lettera II dell'Epistolario Basiliano. Un esempio di dialogo con la cultura e le sensibilite dei non cristiani? // Seminarium. Series nova. Vaticano, 1990. V. 30. Fasc. 3. P. 531–546.

Koskenniemi H. Studien zur Idee und Phraseologie des griechischen Briefes bis 400 n. Chr. Helsinki, 1956.

Le Main de Tillemont S. Me'moires pour servir a l'histoire ecclesiastique des six premiers siecles. Paris, 1703. T. 9. P. 1–304, 628–691.

Maran P. Vita sancti Basilii Magni, archiepiscopi Caesariensis // S.P.N. Basilii, Caesareae Cappadociae archiepiscopi, Opera omnia quae exstant... Parisiis, 1730. T. 3. P. XXXVIII–CCLIX.

Maran P. Vita sancti Basilii Magni, archiepiscopi Caesariensis // S.P.N. Basilii, Caesareae Cappadociae archiepiscopi, Opera omnia quae exstant... Parisiis, 1857. T. 1. Col. V–CLXXVII. (Patrologiae Cursus Completus. Series Graeca/ Accurante J.-P. Migne. T. 29).

Martin V., abbe. Essai sur les lettres de saint Basile le Grand, these pre'sente'e a la Faculte' des lettres de Rennes. Nantes, 1865.

Melcher R. Der 8 Brief des hl. Basilius ein Werk des Evagrius Ponticus. Munster, 1923.

Mercati G. La lettera Eustazio De Sancta Trinitate... // Mercati G. Varia Sacra. Roma, 1903. Fasc. 1. P. 57–70. (Studi e testi; V. 11).

Mitchell J.-F. Consolatory letters in Basil and Gregory Nazianzen // Hermes. Wiesbaden, 1968. Bd. 96. H. 3. S. 299–318.

Papadopoulos S. Η Αλληλογραφία Βασιλείου του Μεγάλου καί Γρηγορίου του Θεολόγου //Θεολογία, Αθηναι, 1979. Т. 50. Σ. 297–319.

Pouchet J.-R. Basile le Grand et son univers d'amis d'apres sa correspon-dance. Une strate'gie de communion. Roma, 1992.

Prestige G.-L. St. Basil the Great and Apollinaris of Laodicea. London, 1956.

Quasten J. Patrology: In 3 v. Utrecht; Antwerp, 1960. V. 3. P. 220–226.

Riedmatten H. de. La correspondance entre Basile de Ce'sare'e et Apollinaire de Laodice'e // The Journal of Theological Studies. New Series. London, 1956. V. 7. P. 199–210; 1957. V. 8. P. 53–70.

Rudberg S.-Y. Etudes sur la tradition manuscrite de saint Basile. Lund, 1953.

Treu К. Φιλία und αγάπη. Zur Terminologie der Freundschaft bei Basilius und Gregor von Nazianz // Studii clasice. Bucuresti, 1961. V. 3. P. 421–427.

Van de Paverd F. Die Quellen der kanonischen Briefe Basileios des Grossen // Orientalia christiana periodica. Roma, 1972. V. 38. Fasc. 1. P. 5–63.

Vischer L. Das Problem der Freundschaft bei den Kirchenvatern Basilius der Grope, Gregor von Nazianz und Chrysostomus // Theologische Zeitschrift. Basel, 1953. Bd. 9. S. 173–200.

Vogler Ch. L'administration impe'riale dans la correspondance de saint Basile et saint Gre'goire de Nazianze // Institutions, socie'te' et vie politique dans l'Empire Romain au IVе siecle ap. J.-C. Roma, 1992. P. 447–464.

Way A.-C. The Language and Style of the Letters of Saint Basil. Washington, 1927.

Александр Петров



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Василий Васильевич Болотов лекции

    Лекции
    Характерный признак положения первенствующей церкви определяется названием ее «ecclesia pressa» («гонимая, угнетаемая Церковь»). Действительно, этот период до того исключителен, что вопрос об отношении государства к христианской церкви
  2. Хуан Антонио Льоренте и его книга (1)

    Книга
    Если Вы попали сюда из хронологического указателя, то учтите, что общая хронология событий, связанных с проблемой свободой совести, тут. Отдельные события из этого перечня можно найти в соответствующих главах исследования Льоренте.
  3. Правила Святой Православной Церкви с толкованиями Епископа Никодима (Милоша) Святого Первого Вселенского Собора, Никейского

    Документ
    Аще у кого в болезни врачами отъяты члены, или кто варварами оскоплен: таковый да пребывает в клире. Аще же, будучи здрав, сам себе оскопил: таковаго, хотя бы и к клиру причислен был, надлежит исключити, и отныне никого из таковых не должно производити.
  4. К. Е. Скурат святые отцы и церковные писатели (I v вв.) Учебное пособие

    Учебное пособие
    К.Е.Скурат СВЯТЫЕ ОТЦЫ И ЦЕРКОВНЫЕ ПИСАТЕЛИ (I — V вв.) Учебное пособие по патрологии В основу учебного пособия положен принцип изучения церковной письменности в соответствии с историческими периодами в жизни Церкви.
  5. Жития святых (4)

    Документ
    Петра (житие 29 июня), Андрея (4-го ноября), Иакова Зеведеева (30 апреля), Иоанна (26 сентября), Филиппа (14 ноября), Варфоломея (11 июня), Фомы (6 октября),

Другие похожие документы..