Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
Махно Нестор Иванович – крестьянин, родившийся 27 октября 1889г. и выросший в селе Гуляй - Поле Александровского уезда Екатеринославской губернии, сын...полностью>>
'Практикум'
що вивчають курс «Інформаційні технології та технічні засоби навчання», він може служити добрим помічником для викладачів , аспірантів при редагуванні...полностью>>
'Документ'
1. Положення (стандарт) бухгалтерського обліку 12 "Фінансові інвестиції" (далі - Положення (стандарт) 12) визначає методологічні засади фор...полностью>>
'Документ'
Введение Педагогическая система советской школы в 30-х - 50-х годов при всех ее несомненных достоинствах была в значительной степени ориентирована на...полностью>>

Индустрия холокоста индустрия холокоста: размышления на тему эксплуатации еврейских страданий

Главная > Книга
Сохрани ссылку в одной из сетей:

Но эти комиссии еще не начали работу, а индустрия холокоста во всю давила на Швейцарию, принуждая ее заключить финансовое соглашение. Швейцарцы протестовали:

естественным было их требование дождаться результатов работы комиссий, иначе имело место простое вымогательство. Всемирный еврейский конгресс разыграл свой испытанный козырь и начал изображать скорбь по поводу жалкого положения "нуждающихся жертв холокоста". "Моя проблема — время, которое уходит, — пояснял Бронфман перед банковским комитетом Палаты представителей, — а я должен позаботиться обо всех этих пока еще живых жертвах холокоста". Естественно задать вопрос, почему этот скорбящий об их участи миллиардер сам не принял временных мер, чтобы облегчить их нужду? Когда швейцарцы предложили сойтись на 250 миллионах, Бронфман фыркнул:

"Никаких подачек. Такие деньги я и сам могу дать". Однако не дал. Тем не менее Швейцария согласилась в феврале 1997 г. создать специальный фонд для нуждающихся жертв холокоста в 200 млн. долларов, чтобы помочь лицам, особо нуждающимся в помощи, в качестве временного решения, пока комиссии не закончат свою работу. (Этот фонд все еще располагал деньгами, когда комиссии Бержье и Волкера представили свои доклады.) Но давление индустрии холокоста на швейцарское правительство не только не ослабло, но еще более усилилось. Когда Швейцария снова попросила подождать с урегулированием этого вопроса, пока комиссии не представят результаты своей работы, — в конце концов, ВЕК первым потребовал этой моральной компенсации, — эта просьба не была услышана. Дождавшись этих результатов, индустрия холокоста могла только потерять: если бы в итоге лишь немногие притязания оказались законными, это подорвало бы веру в обоснованность обвинений против швейцарских банков. Если бы отыскались законные претенденты (даже если бы их было много), швейцарцы были бы обязаны возместить ущерб только им, а не еврейским организациям. Еще одно заклинание индустрии холокоста гласит, что при требованиях возмещения ущерба "речь идет о правде и справедливости, а не о деньгах". Швейцарцы острят по этому поводу, что речь идет не о деньгах, а о том, чтобы получить больше денег.[166]

Индустрия холокоста не только подогревала общественную истерию, но и координировала двойную стратегию, чтобы путем "непрерывного давления" (Боуэр) заставить Швейцарию подчиниться: с помощью коллективных исков и экономического бойкота. В начале октября 1996 г. Эдуард Фаган и Роберт Свифт подали от имени Гизеллы Вейсхауз (чей отец говорил накануне своей смерти в Освенциме, что он вложил деньги в Швейцарии, но банки после войны отказали ей в ее притязаниях) и "других, находящихся в таком же положении" первый коллективный иск на общую сумму 20 млрд. долларов. Две недели спустя центр Симона Визенталя уполномочил адвокатов Майкла Хаусфельда и Мелвина Вейса предъявить второй коллективный иск, а в январе 1997 г. Всемирный совет ортодоксальных еврейских общин запустил третий. Все три иска поступили к американскому судье Эдуарду Корману, окружному судье в Бруклине. По крайней мере, одна сторона процесса осудила эту тактику — адвокат Серджио Карас из Торонто: "Коллективные иски только вызывают массовую истерию и провоцируют резкую реакцию швейцарцев. Они лишь подпитывают миф о еврейских адвокатах, которым нужны только деньги". Пол Волкер обоснованно возражал против коллективных исков: "Они наносят вред нашей работе, возможно, даже делают ее безрезультатной". Но индустрия холокоста не принимала эти возражения всерьез, они даже ее дополнительно подстегивали.[167]

Но самым сильным оружием, использованным для того, чтобы сломить сопротивление швейцарцев, был экономический бойкот. "Теперь борьба становится гораздо более грязной, — предостерег в январе 1997 г. Аврахам Бург, председатель Еврейского агентства и израильский передовой борец со швейцарскими банками. — До сих пор мы сдерживали международное еврейское давление". ВЕК начал планировать бойкот уже в январе 1996 г. Бронфман и Зингер вступили в контакт с Аланом Хевеши (его отец был известным деятелем АЕК) и Карлом Мак-Коллом, которые руководили финансами соответственно города и штата Нью-Йорк. Вместе они вложили миллиарды долларов в пенсионный фонд. Хевеши был также председателем союза счетоводов США, который вложил в пенсионный фонд 30 млрд. долларов. В конце января на свадьбе своей дочери Зингер вместе с Д'Амато и Бронфманом разработали стратегию. "Видите, какой я человек, — шутил Зингер. — Я занимаюсь гешефтами даже на свадьбе своей дочери".[168]

В феврале 1996 г. Хевеши и Мак-Колл направили письмо швейцарским банкам и пригрозили санкциями. В октябре о своей поддержке публично заявил губернатор Патаки. В последующие месяцы местные власти и правительства штатов Нью-Йорк, Нью-Джерси, Род Айленд и Иллинойс также приняли решения, в которых они угрожали бойкотом, если швейцарские банки не капитулируют. В мае 1997 г. город Лос-Анджелес ввел первые санкции и изъял несколько сот миллионов долларов пенсионного фонда из швейцарского банка. Хевеши быстро организовал такие же санкции в Нью-Йорке. В течение нескольких дней к ним примкнули Калифорния, Массачусетс и Иллинойс.

"Мне нужно 3 миллиарда долларов или больше, — заявил Бронфман в декабре 1997 г., ~ чтобы покончить со всем, с коллективными исками, комиссией Волкера и прочим". Тем временем Д'Амато и официальные представители нью-йоркских банков старались помешать деятельности в США созданного незадолго до этого Объединения швейцарских банков (союза крупных швейцарских банков). "Если швейцарцы будут и дальше упрямиться, я сделаю так, что все американские пайщики прекратят свои дела со швейцарцами, — предостерег Бронфман в марте 1998 г. — Мы дошли до точки, когда-либо дело решится само собой, либо последует тотальная война". В апреле швейцарцы начали поддаваться давлению, но еще противились унизительной капитуляции. (В течение 1997 г. швейцарцы израсходовали 500 млн. долларов на отражение атак индустрии холокоста.) "Все швейцарское общество поражено злокачественной раковой опухолью, — сетовал Мелвин Вейс, один из адвокатов коллективных исков. — Мы дали им возможность избавиться от нее с помощью сильной дозы облучения по очень низким ценам, но они отказались". В июне швейцарские банки сделали "последнее предложение" — 600 млн. долларов. Глава АДЛ Абрахам Фоксман прикинулся, что он шокирован наглостью швейцарцев и еле может сдержать свой гнев: "Это предложение — оскорбление памяти жертв, их живых родственников и тех членов еврейской общины, которые протянули швейцарцам руку с наилучшими намерениями, чтобы вместе решить эту труднейшую проблему".[169]

В июле 1998 г. Хевеши и Мак-Колл пригрозили дальнейшими жесткими санкциями. В течение нескольких дней к ним примкнули штаты Нью-Джерси, Пенсильвания, Коннектикут, Флорида, Мичиган и Калифорния. В середине августа швейцарцы, наконец, капитулировали. По предложенному судьей Корманом соглашению по коллективным искам швейцарцы согласились уплатить 1250 млн. долларов. "Дополнительные платежи, — говорилось в заявлении для прессы швейцарских банков, — имеют целью избежать как угрозы санкций, так и долгих и дорогостоящих судебных процессов".[170]

"В этом героическом эпосе Вы были настоящим передовым бойцом, — благодарил премьер-министр Израиля Бе-ньямин Нетаньяху сенатора Д'Амато. — Речь идет в данном случае не только о материальном успехе, но также о моральной победе и торжестве идей".[171]

Сумма 1250 млн. долларов предназначалось в принципе для трех групп: претендентов на невостребованные швейцарские счета, беженцев, которым Швейцария не предоставила убежище, и жертв принудительных работ, от которых швейцарцы получили выгоду.[172] Американцы искренне возмущались "коварством швейцарцев", но список аналогичных прегрешений Америки выглядит столь же скверно и даже еще хуже. К теме невостребованных счетов в США я еще вернусь. Как и Швейцария, США тоже отказывали во въезде во время второй мировой войны еврейским беженцам, которые пытались спастись от нацистов. Но американское правительство оказалось не в состоянии возместить ущерб хотя бы еврейским беженцам, находившимся на борту злосчастного корабля «Сен-Луи». И можно себе представить реакцию, если бы несколько тысяч беженцев из стран Центральной Америки и с Гаити, которым отказали в убежище после их бегства от поддерживаемых Америкой "эскадронов смерти", потребовали здесь возмещения ущерба. Хотя Швейцария намного уступает США по величине и ресурсам, во время массового уничтожения евреев нацистами она приняла столько же еврейских беженцев (примерно 20 000), сколько США.[173]

Единственная возможность покаяться за грехи прошлого, проповедовали Швейцарии американские политики, это возместить материальный ущерб. Стюарт Эйзенштат, заместитель министра торговли и специальный уполномоченный Клинтона по возврату собственности, расценил швейцарские выплаты евреям как "лакмусовую бумажку, показывающую готовность нынешнего поколения покончить с прошлым и исправить ошибки прошлого". Хотя на него нельзя возложить ответственность за вещи, которые произошли много лет назад, — признал Д'Амато во время тех же слушаний в Сенате, — швейцарцы все еще "обязаны отдавать себе отчет и сделать то, что в данный момент правильно". Президент Клинтон, который публично поддержал требования ВЕК, тоже счел, что "мы должны покончить с ужасными несправедливостями прошлого и сделать все, чтобы их исправить". "История не знает срока давности, — заявил председательствующий Джеймс Лич во время слушаний в банковском комитете Палаты представителей, — и прошлое нельзя забывать". "Мы должны ясно понимать, — писали лидеры обеих представленных в Конгрессе партий в письме министру, — что реакция на это возмещение ущерба будет рассматриваться как доказательство уважения к основным правам человека и к приоритету закона". В своем послании парламенту Швейцарии госсекретарь Мадлен Олбрайт подчеркивала, что, уплатив по еврейским счетам, Швейцария получит экономические выгоды, "которые обогатят последующие поколения. Поэтому сегодня весь мир смотрит на народ Швейцарии не затем, чтобы он взял на себя ответственность за действия, совершенные предками, а затем, чтобы он теперь великодушно сделал все возможное, чтобы исправить ошибки прошлого".[174] Какие благородные чувства! Только когда речь заходит о возмещении ущерба афро-американцам за эпоху рабства, эти чувства куда-то пропадают, а тех, кто заикнется о них, осмеивают.[175]

Остается неясным, что получат от заключенного соглашения "нуждающиеся жертвы холокоста". Гизелла Вейсхауз, которая первой заявила претензию на невостребованный счет в Швейцарии, отказалась от услуг своего адвоката Эдуарда Фагана и обвинила его в том, что он ее использовал. К тому же счет Фагана суду составил 4 миллиона долларов. Все адвокаты в совокупности требовали вознаграждение на общую сумму 15 млн. долларов, причем многие исходили из расчета 600 долларов в час. Один адвокат потребовал 2400 долларов только за то, что он прочел книгу Тома Боуэра "Нацистское золото" "Еврейские группы и пережившие холокост, — сообщает нью-йоркская "Джуиш уик", — сражаются без всяких правил за свою долю от 1250 млн. долларов, полученных по соглашению со швейцарскими банками". Претенденты и пережившие холокост настаивают, что все деньги должны пойти непосредственно им. Но еврейские организации тоже хотят урвать свой кусок пирога. Грета Беер, которая выступала в Конгрессе как главная свидетельница против швейцарских банков, заклеймила наглость еврейских организаций и умоляла судью Кормана: "Я не хочу, чтобы меня раздавили как мелкое насекомое". Несмотря на свое усердное заступничество за "нуждающихся жертв холокоста", ВЕК хотел, чтобы почти половина швейцарских денег была забронирована за еврейскими организациями и для целей "повышения квалификации" лиц, занимающихся холокостом. Если еврейские организации, «достойные» этого, получат деньги, центр Симона Визенталя настаивает на том, чтобы "часть их пошла еврейским образовательным центрам". Сражаясь за большую часть добычи, как реформистские, так и ортодоксальные организации утверждают, что 6 миллионов погибших принадлежали именно к их ветви еврейства, поэтому ей надо отдать предпочтение в плане использования финансов. Индустрия холокоста заставляла Швейцарию быстрей заключить соглашение, потому что время якобы было решающим фактором — "каждый день умирают нуждающиеся жертвы холокоста". Но как только швейцарцы подписали соглашение, дело вдруг чудесным образом перестало быть столь неотложным. Более года прошло после подписания соглашения, но все еще нет плана распределения средств. К тому времени, когда будет наконец решено, как распределять деньги, все "нуждающиеся жертвы холокоста", вероятно, уже умрут. Фактически к декабрю 1999 г. лишь менее половины учрежденного в феврале 1997 г. Фонда для нуждающихся жертв холокоста в 200 млн. долларов получили настоящие жертвы. После уплаты гонораров адвокатам швейцарские деньги потекли в казну еврейских организаций, «достойных» этого.[176]

"Возможно, соглашение не будет достигнуто, — писал Берт Нейборн, профессор правоведения Нью-йоркского университета и член группы адвокатов по коллективным искам в "Нью-Йорк Тайме", — если оно позволит швейцарским банкам использовать холокост как прибыльное предприятие". Перед банковским комитетом Палаты представителей Эдгар Бронфман трогательно заявил, что швейцарцам "нельзя позволить извлекать прибыль из пепла холокоста". С другой стороны, Бронфман недавно признал, что казначей Всемирного еврейского конгресса скопил по приблизительной оценке не менее 7 млрд. долларов из денег, предназначенных на возмещение ущерба.[177]

Тем временем были опубликованы авторитетные отчеты о деятельности швейцарских банков, и теперь можно судить, действительно ли, как утверждает Боуэр, имел место "длившийся 50 лет заговор нацистов и швейцарцев с целью украсть миллиарды у европейских евреев и жертв холокоста".

Независимая комиссия экспертов (комиссия Бержье) опубликовала свой доклад "Швейцария и сделки с золотом во вторую мировую войну" в июле 1998 г..[178] В нем подтверждалось, что швейцарские банки купили у нацистской Германии золото на 4 млрд. долларов по современным ценам, причем им было известно, что для этого были ограблены центральные банки оккупированной Европы. Во время слушаний конгрессмены были шокированы тем, что швейцарские банки производили операции с награбленным имуществом и, что еще хуже, продолжают эту ужасную практику. Один конгрессмен указал, что коррумпированные политики хранят свои неправедно добытые деньги в швейцарских банках, и потребовал, чтобы Швейцария приняла наконец законы против "этих тайных переводов денег известными политиками или руководителями государства, людьми, которые ограбили казну своих стран". Другой конгрессмен обратил внимание на "количество высокопоставленных коррумпированных правительственных чиновников и деловых людей со всего мира, которые нашли в Швейцарии прибежище для своих огромных богатств", третий задал вопрос, идет ли швейцарская банковская система навстречу жуликам нового поколения и странам, которые они представляют, так же, как она предоставляла прибежище нацистскому режиму 55 лет назад?"[179] Эта проблема и вправду заслуживает внимания. Ежегодно примерно 100–200 миллиардов долларов, нажитых в результате политической коррупции, пересекают во всем мире границы и оседают в частных банках. Однако упреки банковского комитета Конгресса имели бы больший вес, если бы добрая половина этих "нелегальных беглых капиталов" не оседала в американских банках с неограниченного благоволения законов США.[180] К тем, кто извлекает выгоду из того легального "бегства капитала" в США, относятся, в частности, Рауль Салинас де Гортари, брат бывшего мексиканского президента, и семья бывшего нигерийского диктатора генерала Сани Абача. "Золото, награбленное Гитлером и его сообщниками, — считает Жан Циглер, депутат швейцарского парламента и резкий критик швейцарских банков, — по сути, не отличается от кровавых денег диктаторов из третьего мира, которые лежат сегодня на частных швейцарских счетах. Разбойники Гитлера убили миллионы женщин, мужчин и детей, а в третьем мире ежегодно сотни тысяч детей умирают от эпидемий и недоедания, потому что диктаторы грабят свои страны с помощью швейцарских финансовых акул".[181] И с помощью американских финансовых акул тоже. При этом я даже оставляю в стороне еще более важный аспект: многих из этих диктаторов привели к власти и поддерживают США и они грабят свои страны с благословения США.

Что касается конкретно холокоста, то комиссия Бержье пришла к выводу, что швейцарские банки "покупали слитки, содержавшие золото, которое нацистские преступники отбирали у своих жертв в лагерях уничтожения". Однако они об этом не знали: "Нет никаких указаний, что лица, принимавшие решения в швейцарских банках, знали, что присылаемые в Швейцарию Рейхсбанком слитки содержат такое золото". Комиссия оценила стоимость "золота жертв", купленного по неведению Швейцарией, в 134428 долларов, по нынешним ценам — около 1 млн. долларов. Эта цифра относится к "золоту жертв", узников концлагерей, как евреев, так и неевреев.[182]

В декабре 1999 г. комиссия Волкера представила свой доклад о невостребованных счетах жертв нацистских преследований в швейцарских банках.[183] Этот доклад подкрепляет документами результаты тщательной проверки бухгалтерских книг, которая длилась три года и обошлась не менее чем в 500 млн. долларов.[184] Главная находка, касающаяся "обращения с невостребованными счетами жертв нацистских преследований", заслуживает того, чтобы ее подробно процитировать:

"Что касается жертв нацистских преследований, то нет никаких доказательств систематической дискриминации, препятствования доступу к счетам, несоблюдения или нарушения предусмотренных швейцарскими законами правил хранения вкладов. Однако доклад критикует поведение некоторых банков при обращении со счетами жертв нацистских преследований. Слово «некоторых» в последнем предложении следует выделить, так как критика относится к обращению определенных банков с индивидуальными счетами жертв нацистских преследований, причем расследовалась деятельность 254 банков на протяжении примерно 60 лет. Критикуя деятельность определенных банков, доклад, тем не менее, находит для нее смягчающие обстоятельства. Доклад указывает далее, что есть много доказательств множества случаев, когда банки активно искали пропавших владельцев счетов или их наследников, в том числе жертв холокоста, и выплачивали соответствующим сторонам причитающиеся им деньги с невостребованных счетов".

Этот раздел заканчивается мягким выводом, что "комиссия считает описанные действия столь важными, что представляется желательным подтвердить документами в данном разделе, какие именно ошибки были сделаны, чтобы учиться на ошибках прошлого, а не повторять их".[185]

В этом докладе можно также прочесть, что хотя комиссия не смогла изучить все банковские документы, относящиеся к соответствующему периоду (1933—45 гг.), она считает, что "было бы трудно и даже вообще невозможно бесследно уничтожить документы" и "в действительности нет доказательств систематического уничтожения записей в целях сокрытия прошлых действий". Комиссия пришла к выводу, что процент вновь открытых документов (60 %) воистину удивителен и примечателен, особенно с учетом того факта, что законы Швейцарии требуют хранить документы не дольше 10 лет.[186] Для сравнения посмотрим, как подала результаты работы комиссии Волкера "Нью-Йорк Тайме". Под заголовком "Мошеннические маневры швейцарских банков" она сообщила,[187] что комиссия не нашла "решающих доказательств" того, что швейцарские банки неправильно обращались с невостребованными еврейскими счетами, хотя в отчете было ясно сказано, что нет вообще никаких доказательств. Кроме того, названная газета написала, будто "комиссия обнаружила, что швейцарские банки ухитрились потерять следы ужасно большого количества таких счетов", хотя комиссия, наоборот, пришла к выводу, что количество сохраненных швейцарцами документов было "воистину удивительным и примечательным". Наконец, та же газета утверждала, будто согласно данным комиссии "многие банки жестоко отказывали с обманными намерениями членам семей, пытавшимся вернуть утраченную собственность". В действительности доклад подчеркивал, что лишь «некоторые» банки вели себя неправильно, но часто на это были смягчающие обстоятельства, а во многих случаях банки активно разыскивали владельцев счетов.

Доклад упрекал швейцарские банки в том, что при прежних проверках их бухгалтерских книг на предмет наличия невостребованных счетов времен холокоста они вели себя «неоткровенно». Но недостаток этих доказательств следует объяснить скорее техническими факторами, чем намерением что-то скрыть.[188] Доклад установил 54000 счетов, которые "вероятно могут иметь отношение к жертвам нацистских преследований". Но был сделан вывод, что лишь в половине случаев — 25000 — вероятность была достаточно велика, чтобы оправдывать опубликование номера счета. Оценочная нынешняя стоимость 10000 таких счетов, о которых имеется кое-какая информация, составляет 170–260 млн. долларов. Установить нынешнюю стоимость остальных счетов оказалось невозможно.[189] Общая стоимость невостребованных счетов времен холокоста, вероятно, гораздо больше первоначально названной швейцарскими банками суммы в 32 млн. долларов, но гораздо меньше тех 7—20 млрд. долларов, которые требовал ВЕК. Выступая в Конгрессе, Волкер обратил внимание на то, что количество швейцарских счетов, которые "вероятно могли" принадлежать жертвам холокоста, "в несколько раз больше того количества, которое было установлено при предыдущих швейцарских расследованиях". Но далее он сказал: "Я подчеркиваю слова "вероятно могли", так как мы, за исключением сравнительного небольшого числа случаев, по прошествии более чем полувека не в состоянии установить с уверенностью несомненную связь между жертвами и владельцами счетов".[190]

О самом взрывоопасном результате работы комиссии Волкера американские СМИ не сообщили: кроме Швейцарии, отметила комиссия, США тоже были прибежищем для еврейской собственности, которую можно было перевести из Европы:

"В ожидании войны и экономических трудностей, а также преследования евреев и других меньшинств нацистами накануне и во время второй мировой войны многие люди, включая жертв этих преследований, сочли необходимым перевести свою собственность в страны, которые считались надежным прибежищем (прежде всего, в США и Соединенное королевство)… Поскольку нейтральная Швейцария имела общие границы с державами Оси и оккупированными ими странами, швейцарские банки и другие швейцарские финансовые учреждения тоже приняли часть ценностей, которые люди хотели сохранить в безопасном месте".

В обширном приложении перечислены "пункты назначения, которым отдавалось предпочтение" при переводе ценностей европейскими евреями. Чаще всего называются США и Швейцария (третье место занимала Великобритания).[191]

Напрашивается вопрос: что произошло с невостребованными счетами жертв холокоста в американских банках? Банковский комитет Палаты представителей вызвал компетентного свидетеля, который мог дать показания по этой теме. Сеймур Рубин, ныне профессор Американского университета, был заместителем главы делегации США на переговорах со Швейцарией после второй мировой войны. Кроме того, Рубин сотрудничал под эгидой еврейских организаций в Америке в 50-х годах с "группой экспертов по жизни еврейских общин в Европе", чтобы найти невостребованные счета времен холокоста в банках США. Выступая в Палате представителей, Рубин заявил, что стоимость этих счетов (согласно данным крайне поверхностной и выборочной проверки, которая коснулась только нью-йоркских банков) составляет 6 млн. долларов. Еврейские организации требовали эту сумму у Конгресса для "нуждающихся жертв холокоста" (в США невостребованные счета при отсутствии законных претендентов по соответствующему закону переходят к государству). Рубин позже вспоминал:

"Первоначальная оценка 6 млн. долларов была отвергнута потенциальными сторонниками принятия необходимого закона в Конгрессе; первый проект закона указывал предел в 3 млн. долларов… В ходе дальнейших слушаний в комитетах эта цифра уменьшилась до одного миллиона, а потом до 500 000 долларов. Но даже эту сумму оспаривал бюджетный комитет, который предлагал ограничить ее 250 000 долларов.

Однако принятый закон утвердил сумму 500000 долларов".

"США, — заключает Рубин, — немного сделали для того, чтобы идентифицировать выморочную собственность у себя и согласились заплатить лишь 500000 долларов, тогда как швейцарские банки еще до расследования Волкера предлагали 32 миллиона долларов.[192] Иначе говоря, список прегрешений США гораздо хуже списка прегрешений Швейцарии. Это акцентируется еще и тем, что невостребованные счета в США, если не считать беглого замечания Эйзенштата, не упоминались на слушаниях по швейцарским банкам в комитетах Конгресса. Не упоминалось и выступление Рубина в Палате представителей, хотя он играл ключевую роль во многих дополнительных докладах по делам швейцарских банков — Боуэр посвящает несколько страниц своей книги этому "крестоносцу из Госдепартамента". Во время этих слушаний Рубин скептически отнесся к большим суммам на невостребованных швейцарских счетах, о которых говорилось. Понятно, что мнение Рубина, мнение специалиста в этой области, умышленно игнорировалось.

Почему же конгрессмены не разразились воплями протеста против «коварства» американских банкиров? Члены банковских комитетов Конгресса один за другим громко требовали от швейцарцев, чтобы они наконец заплатили, но никто не потребовал того же от США. Более того, один член банковского комитета Конгресса бесстыдно заявил — с одобрения Бронфмана, что "одна Швейцария не проявила мужества встать поперек своей истории".[193] Неудивительно, что индустрия холокоста не начала кампанию за проведение расследования в американских банках. Проверка бухгалтерских книг наших банков в таких масштабах, в каких она проводилась в Швейцарии, обошлась бы американским налогоплательщикам не в миллионы, а в миллиарды долларов.[194] Еще до того, как она подошла бы к концу, американские евреи, вероятно, стали бы просить убежища в Мюнхене. У храбрости есть свои пределы.

Еще в конце 40-х годов, когда США стали требовать у Швейцарии разыскать невостребованные еврейские счета, швейцарцы запротестовали и посоветовали американцам поискать сначала на своем собственном заднем дворе.[195] В середине 1997 г. губернатор штата Нью-Йорк Патаки сообщил о создании государственной комиссии по возвращению ценностей жертв холокоста, которая предъявит требования к швейцарским банкам. На швейцарцев это не произвело впечатления, и они предложили, чтобы эта комиссия лучше предъявила требования к банкам США и Израиля, это принесло бы больше пользы.[196]

И в самом деле: Боуэр вспоминает о том, что израильские банки после войны 1948 г. "отказались опубликовать списки, чтобы лишить наследников возможности предъявить претензии", а недавно поступило сообщение, что "в отличие от европейских стран израильские банки и сионистские организации противятся требованиям создать международные комиссии, которые могли бы установить, сколько собственности и сколько невостребованных счетов оставшихся в живых жертв холокоста сохранилось и как можно было бы разыскать этих собственников" ("Файнэншл Тайме"). (Во времена британского мандата европейские евреи покупали участки земли в Палестине и открывали там банковские счета, чтобы поддержать сионистов или подготовить свое будущее переселение.) В октябре 1998 г. ВЕК и Всемирная еврейская организация по возмещению ущерба "приняли совместное решение, что они не будут заниматься собственностью жертв холокоста в Израиле, так как за это отвечает израильское правительство" ("Гаарец"). Поэтому письма этих еврейских организаций были адресованы Швейцарии, а не еврейскому государству. Сенсационное обвинение, выдвинутое против швейцарских банков, гласило, что они требовали от наследников жертв нацистских преследований свидетельства о смерти. Израильские банки требовали таких же доказательств. Но никто не заикался о "коварных израильтянах". В качестве доказательства того, что "между банками в Израиле и в Швейцарии нельзя проводить моральные параллели", "Нью-Йорк Тайме" процитировала одного бывшего депутата израильского Кнессета: "Здесь это была в худшем случае халатность; в Швейцарии это было преступление".[197] Комментарии излишни.

В мае 1998 г. президентская консультационная комиссия по собственности жертв холокоста в Америке получила поручение от Конгресса "провести расследование того, что стало с собственностью, отобранной у жертв холокоста и перешедшей во владение федерального правительства США" и "дать президенту рекомендации относительно того, что должно быть сделано, чтобы вернуть украденную собственность законным собственникам или их наследникам". "Работа комиссии ясно показывает, — заявил ее председатель Бронфман, — что мы в США хотим ориентироваться на такие же масштабы истины, что и в других странах". Но работа консультационной комиссии при президенте, бюджет которой всего 7 млн. долларов, это нечто иное, нежели стоившая 500 млн. проверка всей банковской системы страны с беспрепятственным доступом ко всей банковской документации.[198] Чтобы устранить все остающиеся сомнения в том, что США находятся на передовых позициях борьбы за возвращение еврейской собственности, украденной во времена холокоста, Джеймс Лич, председатель банковского комитета Палаты представителей, с гордостью сообщил в феврале 2000 г., что музей штата Северная Каролина вернул одной австрийской семье одну картину. "Это подчеркивает сознание Соединенными Штатами своей ответственности… и я полагаю, что этому способствовал наш комитет".[199]

Однако для индустрии холокоста дело швейцарских банков, равно как и страдание мнимой жертвы холокоста Бинья-мина Вилькомирского после войны — это лишь доказательства неугасимой и иррациональной ненависти неевреев к евреям. Это дело, считает Итамар Левин, свидетельствует о бесчувственности даже "свободной и демократической европейской страны по отношению к жертвам самого страшного преступления в истории, к их физическим и душевным страданиям". Исследование, проведенное тель-авивским университетом в апреле 1997 г., сообщает о "заметном росте" антисемитизма в Швейцарии. Но эту нездоровую тенденцию никто не связывал с той данью, которую индустрия холокоста заставила платить Швейцарию. "Антисемитизм вызывают не евреи, — ворчит Бронфман. — В антисемитизме виновны антисемиты".[200]

Материальная компенсация за холокост — "величайшее моральное испытание, пережитое Европой в конце XX века, — утверждает Итамар Левин. — На этом пробном камне испытывается отношение этого континента к еврейскому народу".[201] В действительности индустрия холокоста, воодушевленная успехом, достигнутым ею при обложении данью швейцарцев, сразу же захотела подвергнуть такой же «проверке» и остальную Европу. Следующей на очереди была Германия.

После того, как индустрия холокоста в августе 1998 г. достигла соглашения со Швейцарией, она в сентябре начала использовать ту же победоносную стратегию против Германии. Те же три юридические конторы (Хаусфельд-Вейс, Фаган-Свифт и Всемирный совет ортодоксальных еврейских общин) предъявили коллективные иски немецким частным предприятиям, требуя компенсации в размере не менее 20 млрд. долларов. Финансовый босс Нью-Йорка Хевеши пригрозил экономическим бойкотом и с апреля 1999 г. начал «наблюдать» за переговорами. В сентябре устроил слушания банковский комитет Палаты представителей. Конгрессмен Каролина Малони заявила, что "истекшее время не может быть оправданием неправедного обогащения" (во всяком случае за счет принудительного труда евреев — рабский труд негров — это совсем другая история), а председатель комитета Лич опять прочел по старой шпаргалке, что "история не знает срока давности". Немецкие фирмы, которые делают бизнес в США, сообщил комитету Эйзенштат, "заботятся о своей хорошей репутации в нашей стране, и они будут и впредь проявлять то гражданское сознание, которое всегда было для них характерно". Без дипломатических тонкостей конгрессмен Рик Лацио посоветовал комитету "сосредоточить внимание на немецких фирмах частного сектора, особенно на тех, которые делают бизнес в США".[202]

Чтобы раздуть общественную истерию против Германии, индустрия холокоста опубликовала в октябре различные газетные объявления на целые страницы. Одной ужасной правды было недостаточно: были задействованы все регистры ХОЛОКОСТА. Одно объявление, направленное против немецкой фармацевтической фирмы Байер, ввело в игру Иозефа Менгеле, хотя нет никаких доказательств того, что фирма Байер «руководила» его убийственными экспериментами. Зная, что им не устоять под мощными ударами ХОЛОКОСТА, немцы в конце года согласились на большую финансовую компенсацию. Лондонская газета «Тайме» объяснила эту капитуляцию кампанией, развернутой в США, — из хо-локоста сделали «холокэш» (т. е. средство получения наличных). "Без личного участия и руководства президента Клинтона, а также других высокопоставленных чиновников правительства США, — сообщил позже Эйзенштат банковскому комитету, — мы не смогли бы достичь соглашения".[203]

Как постановила индустрия холокоста в своем обвинительном акте, Германия "морально и юридически обязана" вознаградить евреев, которых некогда использовали на принудительных работах. "Они заслуживают немного справедливости, — плакался Эйзенштат, — на ту пару лет, которые им еще осталось жить". Но, как уже говорилось выше, это просто неправда, что они не получили никакой компенсации. В первоначальных соглашениях с ФРГ о компенсациях бывшим узникам концлагерей учитывались и евреи, использовавшиеся на принудительных работах. Правительство ФРГ заплатило им за "лишение свободы" и за "ущерб здоровью". Формально не были возмещены только невыплаченные зарплаты. Те, кто стал инвалидом, получили значительные пожизненные пенсии.[204] Германия выплатила также. Конференции по еврейским притязаниям около миллиарда долларов (по нынешним ценам) для тех евреев — бывших узников концлагерей, которые получили лишь минимальную компенсацию. Конференция по притязаниям нарушила, как уже говорилось, соглашение с Германией и вместо этого израсходовала деньги на свои любимые проекты. Она оправдывала свое злоупотребление немецкими компенсациями тем, что "претензии «нуждающихся» жертв национал-социализма были уже в значительной степени удовлетворены до того, как поступили средства из Германии".[205] Однако, несмотря на это, и 50 лет спустя индустрия холокоста продолжала требовать деньги для "нуждающихся жертв холокоста", живущих в нищете, потому что немцы якобы им не заплатили.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Книга Д. Гольдхагена "Добровольные пособники Гитлера" в отличие от книги Финкельштейна была встречена с восторгом организациями, которые имеют привычку говорить от имени всех евреев, и переведена на 13 языков.

    Книга
    Первый вопрос, который могут задать нам люди с примитивным, черно-белым видением мира: С чего это вы вдруг вздумали издавать Финкельштейна? Он же еврей!
  2. Е название «Как я стал антисемитом», «Как стать антисемитом», «Почему и я антисемит»… Автор все же настаивает на своем варианте названия этого сборника статей

    Документ
    В чрезвычайно жесткой полемике, которая последовала за первым изданием этой книги, как только не переиначивалось ее название – «Как я стал антисемитом», «Как стать антисемитом», «Почему и я антисемит»… Автор все же настаивает на своем
  3. Тема трактовка многообразия, различия и культурного и эпистемологического взаимодействия в возрожденческую эпоху

    Документ
    История философского осмысления разнообразия и различия насчитывает столько же веков, сколько и само человечество. Можно привести самые разные примеры, начиная с древнейших времен и до сегодняшнего дня, иллюстрирующие повышенное и
  4. Дэвид Дюк Еврейский вопрос глазами американца

    Документ
    Как только человек получает такой ярлык, неважно, правда это или нет, ничто уже не может избавить его от того, что средства массовой информации считают высшим грехом.
  5. Книга рассчитана на широкого читателя (1)

    Книга
    В книге рассмотрены закономерности и тенденции общественного развития, проявившиеся на грани второго и третьего тысячелетий. Состояние современного мира характеризуется нестабильностью, нарастанием экологического и социального кризисов,

Другие похожие документы..