Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
Я получил разъяснения по поводу операции переливания крови. Мне объяснены лечащим врачом цель переливания, его необходимость, характер и особенности ...полностью>>
'Автореферат'
Защита состоится «   » 2008 г. в часов на заседании совета по защите докторских и кандидатских диссертаций Д 212.063.06 при Ивановском государственном...полностью>>
'Документ'
Рыночные отношения в экономике требуют совершенствования управления организационными системами путем совершенствования структуры управления, методов ...полностью>>
'Документ'
Програма складена у відповідності із кваліфікаційною характеристикою бакалавра за напрямом підготовки 6.050101 «Комп’ютерні науки» з кваліфікацією «Ф...полностью>>

И. А. Муромов введение вэтой книге рассказ

Главная > Рассказ
Сохрани ссылку в одной из сетей:

этого Антонио де Солдания открывает остров Сокотру. В то время как ди Вартема

находился в Адене, всех жителей города преследовала мысль о португальской

опасности; поэтому, когда один из спутников имел несчастье обругать Лодовико

"собачьим сыном" (ругательство, распространенное главным образом среди

"неверных"), его тотчас же заподозрили в том, что он - христианин и

португальский шпион, и в тот же день доставили во дворец султана, чтобы предать

смерти. Отсутствие султана отсрочило казнь Прибывшие на третий день пятьдесят

или шестьдесят "мавров", которым удалось бежать вплавь с трех кораблей, взятых

португальцами в плен в открытом море, ринулись на штурм дворца, чтобы растерзать

ди Вартема и других неверных, жизнь им спас сторож, вовремя успевший закрыть

дверь

Только на исходе шестьдесят пятого дня привезли их в Ронду, "где они должны были

предстать перед султаном, производившим в тот момент смотр войскам, которые он

собирался послать против войск султана Саны Сана же находилась в трех днях пути

от Ронды".

Как ни был ди Вартема озабочен своей судьбой, он все же не преминул окинуть

взором готовящуюся к походу армию. Насчитывала она 80 тысяч человек, из которых

3 тысячи составляли личную гвардию султана. Это, главным образом, эфиопы,

купленные султаном в восьмилетнем возрасте и обученные военному ремеслу. Они

вооружены круглым щитом, сделанным из двух разрисованных коровьих шкур, сшитых

вместе и натянутых на палки В руках у каждого - копье, короткий и широкий меч, а

вокруг головы - праща, "чтобы метать камни" Между пращой и головой они

засовывают щепки, которыми ковыряют в зубах. Одеты они в полотно, чаще всего

красное, "стеганное с хлопком", одежда эта защищает их от вражеских ударов "И до

сорока-пятидесяти лет они обычно носят два рога, сделанные из собственных волос.

Похожи они на козлят". Ди Вартема говорит также, что сопровождало армию пять

тысяч верблюдов.

90

100 ВЕЛИКИХ ПУТЕШЕСТВЕННИКОВ

Для него начинается период испытаний. На допросе у султана он называет себя

мусульманином, но, когда султан велит ему произнести символ веры ислама, у него

"нет мочи проронить хоть слово" и он не знает, "была ли то воля Господня или

просто страх". Так или иначе, его сажают в тюрьму, надевают на ноги кандалы,

утром и вечером дают ломоть хлеба из проса.

Пленники договариваются между собой, что тот, на кого падет жребий, должен будет

изображать помешательство, чтобы дать возможность бежать двум другим. Жребий

падает на ди Вартема. Жена султана из своего окна видит, какие поистине цирковые

номера проделывает ди Вартема, но следит за ним с симпатией, тем более что белый

цвет его кожи отнюдь не оставляет ее равнодушной. Лодовико успешно справляется с

ролью помешанного, и ему снова улыбается счастье. Жена султана окружает его

заботами. Однако ди Вартема принимает эти заботы с крайней осторожностью. Дело в

том, что он вовсе не стремился уступить желанию султанши иметь сына с белой

кожей, не прельщаясь ни богатством, ни положением фаворита. У него было только

одно желание - вернуть себе свободу и приобрести новые знания, а султанша могла

его задержать. Вырвавшись с ее помощью из тюрьмы, ди Вартема некоторое время

оставался во дворце, потом притворился больным и попросил разрешения отправиться

в Аден полечиться у "святого человека". Жена султана разрешила, и ди Вартема с

дворцовым пропуском посещает различные города.

В Адене он снова притворяется больным и снова лежит в мечети до тех пор, пока в

один из ночных выходов не находит владельца судна, согласившегося отвезти его в

Эфиопию.

После недолгой стоянки в порту Лодовико отправляется в Персию, а оттуда-в Индию,

не поддавшись соблазну жениться и приобрести таким способом большие богатства.

Другу, который хотел задержать его в Индии этой женитьбой, он сказал: "Знайте,

что не богатства, не корысти ради иду я по свету; иду я ради собственного

удовольствия и чтобы приобретать знания".

Конец путешествия более всего прославил ди Вартема. Находясь в Калькутте, он

узнал, что португальцы, укрепившись в Каноноре, строят там флот. 3 декабря 1505

года Лодовико является туда, не возбуждая ничьих подозрений, и предупреждает

вице-короля Португалии о происках индийцев, которые готовились начать войну,

будучи хорошо вооружены пушками, построенными для них двумя португальскими

дезертирами. За мужественное поведение путешественник во время последовавших

битв был посвящен в рыцари королем доном Мануэлем (1508 год).

Из Лиссабона он возвращается в Рим. Венецианская коллегия награждает его за

удивительные рассказы; ему покровительствуют знатные семейства Колонна и Сфорца

и кардинал Карваджале, взявший на себя расходы по переводу его труда на

латинский язык.

Однако о последних годах жизни Лодовико так же мало известно, как и о первых;

можно только предполагать, что умер он между 1512 и 1517 годами

К книге ди Вартема приложена карта, на которой изображена Аравия Птолемея,

странно вытянутая в ширину на юге.

АЛЬ-ХАСАН ИБН МОХАММЕД АЛЬ-ВАЗАН

91

Лодовико дал своим соотечественникам очень общую, но точную картину того, что

более всего характеризовало Аравию: рассказал о священных городах родине

Мухаммеда, о паломничестве; определил географическое положение Пу^ стыннои

Аравии севера и Счастливой Аравии юга; описал торговлю с Индией Эфиопией,

Персией и Египтом; не забыл о производстве благовоний и нако^ нец, познакомил

европейцев с народом Аравии, где рядом с белокожим свобод-ки МбеНдуСинь.НИеМ

ЖИВУТ Ч6РНЫе РабЫ> " РЯД°М С Оседльши семенами - кочевни-

Конечно, знания, источником которых были рассказы ди Вартема, нельзя считать

научными; однако они были объективными и точными настолько насколько это

возможно в том случае, когда у человека нет других средств познания, кроме

собственных глаз и ума. И тем и другим ди Вартема сумел воспользоваться как

нельзя лучше.

14 АЛЬ-ХАСАН ИБН МОХАММЕД АЛЬ-ВАЗАН (ЛЕВ АФРИКАНЕЦ)

(1492 - около 1552)

Арабский путешественник. В качестве посланника властителя Марокко побывал в

Северной Африке, а также на Нигере, в Судане, Томбукту и Борну. Описание Африки,

сделанное им по поручению папы Льва X во время европейского пленения, вплоть до

XIX века было основным источником сведений "о Северной Африке.

92

100 ВЕЛИКИХ ПУТЕШЕСТВЕННИКОВ

Путешествия и открытия XV века вызывали в Европе все больший интерес к далеким

землям, волновали королевские дворы, папский престол, купцов и мореплавателей.

Вместе с тем к началу XVI века внимание к Африканскому континенту ослабло;

гораздо больше разговоров было о разведанном португальцами морском пути в Индию

и дальше на восток, а в особенности о новооткрытой Америке Но именно в это время

в распоряжение европейцев поступили не вполне обычные сведения об Африке,

сыгравшие большую роль в дальнейшем изучении этого материка Речь идет о

фундаментальном "Описании Африки", принадлежащем перу Льва Африканца -

последнего крупного представителя арабской географии на грани средневековья и

нового времени.

Автор знаменитого "Описания Африки" родился в Гренаде в конце XV века. После

падения этого последнего оплота мавританского владычества в Испании родители

будущего путешественника - знатные и богатые люди - эмигрировали в Марокко

Молодой человек получил образование в Фесском университете - одном из крупнейших

научных центров тогдашнего мусульманского мира. Университет этот питался соками

не одной только арабской культуры. Фесские ученые были почетными гостями в

Западном Судане, а преподаватели университета в Санкоре (Томбукту) в свою

очередь читали лекции в Фесе. Таким образом, автор "Описания Африки" имел

возможность знакомиться и с достижениями высокой культуры суданцев, в дальнейшем

уничтоженной завоевателями. Вполне вероятно, что еще в годы учения он получил

этим путем различные сведения о внутренних районах Африки.

Фес был, кстати, не только политическим и культурным, но и торговым центром.

Купцы этого города были посредниками между Южной Европой и Северной Африкой, с

одной стороны, и Африкой к югу от Сахары, с другой. Общение с этими бывалыми

людьми еще больше расширило географический кругозор Льва Африканца, как его

впоследствии прозвали в Европе.

Любовь к путешествиям проявилась у него довольно рано. Закончив учебу, он

отправился в странствия по странам Магриба в качестве юриста и нотариуса, иногда

занимался торговлей. Султан Марокко давал ему и дипломатические поручения.

Французский ученый Мони, изучавший маршруты Льва Африканца, выделяет следующие

его путешествия'

1 Из Феса в Константинополь и на Ближний Восток (1507-1508).

2. Первое путешествие в Томбукту (зима 1509/10 или 1510/11), во время которого

Лев Африканец участвовал в марокканской дипломатической миссии ко двору

сонгайского аскии (царя) Мухаммеда. К этому времени главенство в Западном Судане

завоевало государство Сонгаи, столицей которого был город Гао на Нигере, а

культурным центром оставался Томбукту. Именно в Томбукту находился в то время

двор аскии

3 Второе путешествие в Томбукту, а оттуда в Египет мимо озера Чад (середина 1512

- начало 1514).

Последняя экспедиция имела наибольшее значение для науки. Арабские купцы и до

Льва Африканца бывали в стране Хауса (нынешняя Северная Нигерия),

АЛЬ-ХАСАН ИБН МОХАММЕД АЛЬ-ВАЗАН

93

в государствах Борну и Гаога, расположенных в районе озера Чад. Однако Лев

Африканский - первый, кто составил описание этих мест Как полагает Мони, в

Сиджилмасе, где он провел шесть месяцев 1512 года, он установил контакт с

купцами, участвовавшими в торговле между Марокко, Суданом и Египтом. В это время

купцы осваивали новый путь, который вел из Уалаты в Египет через район озера

Чад. Дорога через Триполитанию и Феццан, которой пользовались в средние века те,

кто ехал из Западного Судана в Египет, пришла в запустение столетием раньше из-

за арабских разбойников, действовавших на побережье; морской же путь,

соединявший Магриб с Египтом, стал слишком опасен из-за нападений христианских

корсаров, которые базировались на Родосе и в Сицилии.

В Томбукту путешественник прибыл, видимо, в конце января 1513 года, потратив

около двадцати пяти дней на переход из Сиджилмасы в Тегазу и двадцать дней - из

Тегазы в город на Нигере.

Новая дорога на Египет начиналась в Уалате, куда Льву Африканскому пришлось,

видимо, отправиться из Томбукту. Там он мог присоединиться к купеческому

каравану, направлявшемуся в Каир через страну Хауса, незадолго до этого

завоеванную царем Сонгаи.

Достигнув Гао (очевидно, по суще, а не по Нигеру), он отправился в царство Борну

- возможно, через Агадес и Кано.

Следуя по берегу озера Чад, путешественник пересек царство Борну и соседнее -

Гаога. Из столицы - Яо - караван направился в Дарфур. Оттуда сорок дней прямого

пути до Асьюта в Египте, но Лев Африканец сделал крюк, чтобы побывать в Донголе.

По предположениям Мони, путешественник достиг Каира в начале 1514 года и в

Александрии сел на купеческое судно, направлявшееся в Марокко. В этом случае он

вернулся в Фее в феврале - марте 1514 года.

4. Второе путешествие из Феса в Константинополь и оттуда в Египет и на

Аравийский полуостров.

Это путешествие сыграло решающую роль в биографии Льва Африканца: возвращаясь на

родину после выполнения очередного дипломатического поручения, очевидно в 1518

году, он был захвачен сицилийскими пиратами на переходе между Триполи и Тунисом.

Молодого путешественника могла постигнуть страшная участь галерного раба. Однако

пленивший его пират сообразил, что в этом качестве ученый араб ему большой

выгоды не принесет, и разрешил пленнику сохранить свои записки. Затем он

доставил его в Рим и как особенную диковинку преподнес вместе с редкостным

животным - жирафой - в дар папе Льву X. Глава католической церкви не видел

ничего предосудительного в рабстве и работорговле, но, на счастье пленного

араба, продолжал традиции своего отца Лоренцо Медичи Великолепного и

покровительствовал наукам и искусству. Он благосклонно отнесся к широко

образованному пленному "мавру" и предоставил ему возможность преподавать в

Италии арабский язык и одновременно писать воспоминания о своих путешествиях. В

своих сочинениях он называл себя по-арабски Иуханна аль-Асад аль-Гарнати

94

100 ВЕЛИКИХ ПУТЕШЕСТВЕННИКОВ

Уроженец Гренады свободно владел испанским языком, и папа быстро распознал в нем

человека, способного поведать Европе о почти неизвестных тогда странах Африки

Предварительно ал-Вазану пришлось перейти в христианство; при крещении ему дали

имя Джованни Леоне. Отсюда и его прозвище: Лев Африканец (Леоне по-итальянски

лев).

Новообращенному были созданы все условия для литературной деятельности. Он в

совершенстве овладел итальянским и латинским языками и к 1526 году закончил

итальянский вариант своего труда "История и описание Африки и достойных внимания

предметов, в ней заключающихся". В 1550 году рукопись впервые увидела свет. К

этому времени папы Льва X уже давно не было в живых Льву Африканцу же удалось

вернуться в Магриб, где он снова принял прежнюю веру. Умер он в Тунисе около

1552 года.

В эпоху великих географических открытий читающую публику нелегко было удивить

описанием неведомых стран и далеких земель. Однако труд Льва Африканского очень

быстро приобрел большую популярность Уже в 1556 году книга была переведена на

французский и латинский, около 1600 года - на английский, а затем на ряд других

западноевропейских языков.

"Влияние Льва Африканского на европейскую науку было колоссально, - пишет

известный арабист академик И. Ю. Крачковский - Начиная со второй половины XVI

века почти в течение трех столетий каждый писатель и ученый, касающийся каких-

нибудь вопросов, связанных с Африкой, неминуемо к нему обращается. Оценка,

даваемая ими, неизменно оставалась высокой".

"Описание Африки" - труд энциклопедический Автор отводит много места истории и

экономике виденных им стран, быту и нравам населяющих их народов, но прежде

всего - он географ.

Описание провинций, городов и гор Марокко составило лишь одну из девяти книг

труда Льва Африканца, вторую по порядку. Первая повествует об Африке в целом и

расселении племен. Третья посвящена специально Фесу - столице тогдашнего

Марокко, четвертая - Тлемсену, пятая - Биджае и Тунису, шестая - Триполитании,

седьмая - государствам Судана, восьмая - Египту, девятая дает краткую

характеристику рек, животных, рыб, птиц, минералов и растений Африканского

материка

Материал для своего труда Лев Африканец черпал не только из собственной памяти,

но, по-видимому, и из имевшихся у него под рукой литературных источников

(очевидно, на латинском языке), был он в курсе и новейших открытий португальских

мореходов Отсюда наблюдающееся в его сочинении тесное переплетение данных

арабской и европейской географии

Некоторые авторы ставили под сомнение добросовестность Льва Африканца,

утверждали даже, что он побывал далеко не во всех странах, которые описал Однако

такие утверждения оборачиваются против тех, кто с ними выступал

Один из крупнейших специалистов по исторической географии, редактор французского

издания "Описания Африки" Шефер пишет во введении к этому

НИКИТИН АФАНАСИЙ

95

труду "Детали, приводимые Львом Африканским о Магрибе, отличаются скрупулезной

точностью. Новейшие наблюдения подтвердили справедливость даже тех его

утверждений, которые, казалось, должны были вызывать сомнения".

15. НИКИТИН АФАНАСИЙ

(? - 1474/75)

Русский путешественник, тверской купец. Совершил путешествие в Персию, Индию

(1466-1474). На обратном пути посетил африканский берег (Сомали), Маскат,

Турцию. Путевые записки "Хоже-ние за три моря" - ценный литературно-исторический

памятник. Отмечен многосторонностью наблюдений, а также необычной для средних

веков веротерпимостью в сочетании с преданностью христианской вере и родной

земле.

Нет биографических сведений о замечательном сыне русского народа - Афанасии

Никитине, но его путевые записи "Хожение за три моря" (точное название дневника)

не только ценнейший и интереснейший географический документ, но и замечательный

литературный памятник. Автор рассказывает историю своих странствований по

Кавказскому побережью Каспийского моря, Персии, Индии, Турции, Крыму и югу

России

Летом 1466 года купцы из Твери на двух судах отправились для заморской торговли

в далекое плавание: они ехали вниз по Волге за море "Дербенское", или

"Хвалынское" - так в старину называли Каспийское море.

Главой каравана избрали Афанасия Никитина, человека бывалого, походившего в свое

время по земле Он взял с собой рукописные книги и с первых же Дней стал вести

дневник

96

100 ВЕЛИКИХ ПУТЕШЕСТВЕННИКОВ

НИКИТИН АФАНАСИЙ

97

Караван плыл мимо Калягина, Углича, Костромы, Плёса. Короткие строки дневника

говорят, что путь по Волге Никитину был знаком. В Нижнем Новгороде - длительная

остановка. Плыть по Волге в то время было небезопасно: нападали татары.

В Нижнем Новгороде русские купцы присоединились к каравану ширванс-кого

посольства во главе с Хасанбеком, возвращавшегося из Москвы на родину.

Караван, боясь нападения, плыл "сторожко и с опаской". Благополучно миновали

Казань и другие татарские города, но в дельте Волги на них напал отряд

астраханского хана Касима. Купцы, в то время смелые воины, взялись за оружие.

Татары "застрелили у нас человека, а мы у них двух застрелили", сообщает

Никитин. К несчастью, одно судно застряло на рыболовном езу, а другое село на

мель. Татары разграбили эти суда и захватили в плен четырех русских.

Уцелевшие два судна вышли в Каспийское море. Меньшее судно, на котором было "6

москвичь да 6 тверичь", во время бури разбило и выбросило на прибрежную мель

близ Тархы (Махачкалы). Жители побережья кайтаки разграбили товар, а людей

захватили в плен.

Афанасий Никитин с десятью русскими купцами, находясь на посольском судне,

благополучно добрался до Дербента Прежде всего через Василия Папина и Хасанбека

он начал хлопотать об освобождении пленных. Хлопоты его увенчались успехом:

через год купцы были освобождены. Но кайтаки не вернули обратно товар: "...у

кого что есть на Руси, и тот пошел на Русь, а кой должен, а тот пошел куды его

очи понесли".

Никитин был в числе тех купцов, которые для заморской торговли взяли товар в

долг, а потому возвращение на родину грозило ему не только позором, но и

долговой ямой.

Афанасий пошел к Баку, где на выходах нефтяных газов горели вечные огни,

считавшиеся на востоке священными. Город был широко известен своими нефтяными

маслами. Эти масла применялись в медицине, употреблялись для освещения, были

предметом широкой торговли на востоке.

Из Баку, "где огонь неугасимый", в сентябре 1468 года Никитин отплыл в

прикаспийскую персидскую область Мазандеран. Там он пробыл более восьми месяцев,

а затем, перевалив горы Эльбурс, двинулся на юг. Путешествовал Афанасий не

торопясь, иногда по месяцу жил в каком-нибудь селении, занимаясь торговлей. Он

прошел многие города. "А то есми городы не все писал, много городов великих".

Весной 1469 года он добрался до "пристанища Гурмызьского", так он называет Ормуз

- большой и оживленный порт, где пересекались торговые пути из Малой Азии,

Египта, Индии и Китая. Товар из Ормуза доходил и до России, особенно славились

"гурмыжские зерна" (жемчуг). Никитин, описывая город, расположенный на небольшом

безводном острове при входе из Аравийского моря в Персидский залив, рассказывает

о морских приливах; он пишет, что солнце здесь так печет, что может "человека

съжжет".

В этом большом торговом городе насчитывалось до 40 тысяч жителей; о нем тогда на

Востоке говорили: "Если земля кольцо, то Ормуз - жемчужина в нем". Никитин

пробыл здесь месяц. Узнав, что отсюда вывозят в Индию лошадей,

которые там "не родятся" и очень дорого ценятся, тверяк купил хорошего коня и из

Гурмыза "...пошел есми за море Индейское..."

После более чем двухлетнего пребывания в Персии 23 апреля 1471 года Никитин сел

на судно и через шесть недель прибыл на корабле в индийский город Чаул.

Индия поразила его. Даже не сама земля, столь не похожая на его родные места, а

люди - темнокожие, нагие, босые. Лишь у тех, кто побогаче да познат-нее, на

голове да бедрах фата - кусок материи, но у всех, даже и бедных - либо золотые

серьги, либо браслеты на руках и ногах, а вокруг шеи - украшение тоже из золота.

Никитин недоумевал: если есть золото, отчего же они не купят хоть какую одежду,

чтобы прикрыть свою наготу?

Но в Чауле ему не удалось выгодно продать коня, и в июне он отправился через

Западные Гаты в глубь страны, за 200 верст от моря, на восток, в небольшой

городок в верховьях Сины (бассейн Кришны), а оттуда на северо-запад, в Джуннар -

крепость, стоящую на высокой горе, к востоку от Бомбея. В крепость вела узкая

тропа. Однако странникам, особенно чужеземцам, в городские ворота вход

воспрещен, и жить им приходилось в подворьях, правда, бесплатно. В это же время

Никитин лишился своего жеребца. Асад-хан, наместник Джунна-ра, соблазнился

превосходным конем и повелел силой забрать его. Вдобавок, узнав, что жеребец

принадлежал иноверцу, Асад-хан вызвал русина к себе во дворец и посулил вернуть

жеребца и отвесить тысячу золотых в придачу, если чужеземец согласится перейти в

магометанскую веру. А нет - так не видать тому жеребца, да и самого продаст в

рабство.

Хан отвел ему на размышление четыре дня. Однако Никитина спас случай. Как раз в

те дни ему повстречался старый знакомец Мухаммед - его-то и упросил Афанасий

бить челом перед ханом, чтобы в веру чужую его не поставили - да так, видно,

просил, что за душу тронул.

Хан показал, что может быть милостив. И в веру свою переходить не стал

понуждать, и даже жеребца вернул.

Он провел в Джуннаре два месяца. Теперь уже иными глазами смотрел Никитин на

Индию. Шел сюда в надежде взять товар на Русь, да и потом продать его выгодно,

"ано нет ничего на нашу землю". Дождавшись, как подсохнут дороги после сезона

дождей, в сентябре, повел жеребца еще дальше, за 400 верст, в Бидар, столицу

бесерменского (мусульманского) государства Бахмани, владевшего тогда почти всем

Деканом до реки Кришны на юге,- "город большой, многолюдный". Затем пошел он

дальше - в Алланд, где открывалась большая ярмарка и где он надеялся выгодно

продать жеребца Только напрасно на это рассчитывал- тысяч двадцать коней

собралось на ярмарке, и Никитину продать своего жеребца не удалось.

Но здесь в нем вновь пробудилась пытливость, стремление узнать и запомнить все

что можно из жизни чужого народа - всякие легенды, обычаи. Дивится Никитин

многочисленным праздникам, на которые стекается видимо-невидимо богомольцев.

Есть также у Никитина пространная запись легенды о лесном царе обезьян -

98

100 ВЦИКИХ ПУТЕШЕСТВЕННИКОВ

НИКИТИН АФАНАСИЙ

99

"князе обезьяньском", который в случае жщобы обезьян на людей посылает свою рать

для наказания обидчиков. Откуда Жевдявилась эта запись? В Индии обезьяны

почитались священными животными им приносили плоды, вареный рис и другую еду; в

честь обезьян в Индии стрО)1ЛИСЬ даже храмы. Об "обезьяньском" царе сохранился

цикл мифов, обработанщй в героическом эпосе "Рамаяна", где царь обезьян Сугрив и

его полководец Хацуман являются союзниками и помощниками героя эпоса, царевича

Рама.

Никитин очень близко познакомилас некоторыми индийскими семьями. Он сообщил им,

что он не мусульманин,, христианин и зовут его "Офонасий" (Афанасий), а не хозе

Исуф Хоросани, какего здесь прозвали. Не скрывая ничего от русского друга,

жители рассказывали щ о своей жизни и быте. Путешественник узнал, что

религиозные верования у ш различные, всех существующих вер "80 и 4 веры".

И снова Никитин в Бидаре. За те четцре месяца, что пробыл он здесь, Афанасий

лучше узнал жизнь города. Никитин видит теперь то, что прежде от него

ускользало, любуется тем, чего раньше не замечал - извилистые коридоры дворца

султана, чтобы легче было обороняться Изумительно расписанный купол над главными

воротами; камень, покрытый вишеватым, рельефным узором: "А двор же его люден

велми, все на вырезе да на Шоте^ и последний камень вырезан да золотом описан

велми чюдно..."

Далеко не всяк может попасть сюда: сто сторожей да сто писцов сидят при воротах,

расспрашивают всех, кто идет, закаким делом прибыл. Денно и нощно стерегут

дворец тысяча конников - в ДОсцехах, со светильниками в руках... А по четвергам

да по вторникам выезжает сулТй на П0Теху - с пышной свитой в две тысячи

всадников, в сопровождении поЛ1С0ТНИ слонов - дивится русский купец, стоя в

толпе и глядя на все это...

Но еще более изумляет его праздничный выезд султана. Никитин подробно пишет обо

всем, не забывая и не опуская "и малейшей детали: "...Триста слонов, наряженных

в булатных в доспехах да сгородкы, да и городкы окованы, да в городках по 6

человек в доспесех да с П)икамИ( да с пищалями; а на великом слоне 12 человек,

на всяком слоне по ДВапронорца великых, да к зубам повязаны великыя мечи по

кентарю, да к рылом привязаны великыя железныя гири, да человек седить в доспесе

промежду уше^да крюк у него в руках железной вели-кы, да тем его править..."

Здесь, в Бидаре, в декабре 1471 год^ "родал он наконец жеребца. Никитин

описывает пышные выезды местного сул,ана> его двор_ окруженный стенами с семью

воротами. Он видит вокруг стращ,,ую нищету, на которую не обращали внимания

другие европейские путешественники: "...сельские люди очень бедны, а бояре

богаты и роскошны; носят их на серебряных носилках..." Отмечает Никитин и рознь

индусов и мусульман ("с бесерменами не едят и не пьют"), и различия в быте и

пище отдельных каст.

В 1472 году из Бидара Афанасий намр1ВИЛСЯ в священный город Парват, на правом

берегу Кришны, куда богомольцышли На праздник ночи, посвященный богу Шиве

(Сиве). Путешественник праб1шьно отмечает, что этот город для ин-

дийцев-брахманов так же священен, как для мусульман Мекка, для православных

Иерусалим. На этот большой праздник собиралось до 100 тысяч человек.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Экономики (1)

    Учебник
    Эта книга представляет собой новое обобщение не только исторического опыта мировой экономики, но и всех предшествующих серьезных научных публи­каций по этой тематике, на которые авторы в той или иной степени опирались.
  2. Сто великих мифов и легенд

    Документ
    Отличительное свойство мифов, по мнению большинства исследователей, заключается в том, что они создавались и бытовали в то время, когда все рассказанное в них воспринималось как безусловная истина.
  3. Валерий Демин Тайны русского народа: в поисках истоков Руси

    Документ
    Но ты учись вкушать иную сладость, Глядясь в холодный и полярный круг. Бери свой челн, плыви на дальний полюс В стенах из льда - и тихо забывай, Как там любили, гибли и боролись И забывай страстей бывалый край.
  4. Министерство образования правительства калининградской области материалы к урокам для учителя по учебному предмету

    Урок
    Вы держите в руках сборник материалов по предмету Русская художественная культура. Сборник включает в себя программу курса, приблизительное тематическое планирование, а так же рекомендуемый информационный материал, подобранный в соответствии
  5. Учебной техники для основной и средней (полной) общеобразовательной школы: Сб перечней/Научный редактор д п. н, проф. А. В. Смирнов М

    Литература
    Технические средства обучения - часть учебной техники, представляющая собой совокупность предметов и устройств которые выполняют информационную, управляющую, тренирующую или контролирующую функции в процессе обучения.

Другие похожие документы..