Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
Вспомним знакомую ситуацию. Только что человек ярко и убедительно доказывал что-то своим собеседникам. Речь его лилась свободно, с гибкими интонациям...полностью>>
'Документ'
Затвердити Правила державної реєстрації та обліку автомобілів, автобусів, а також самохідних машин, сконструйованих на шасі автомобілів, мотоциклів у...полностью>>
'Технический регламент'
1. Утвердить прилагаемые изменения, которые вносятся в технический регламент "О требованиях к автомобильному и авиационному бензину, дизельному ...полностью>>
'Урок'
-Как видите, у сказок много дорог. Можно пойти дорогой волшебных сказок и узнать чудо - чудное и диво - дивное. А можно пойти дорогой бытовых сказок и...полностью>>

Классный час «25-лет – аварии на Чернобыльской аэс» Учитель: Сергеева Лариса Васильевна

Главная > Классный час
Сохрани ссылку в одной из сетей:

Классный час «25-лет – аварии на Чернобыльской АЭС»

Учитель: Сергеева Лариса Васильевна

3 классМатериал из KM-Wiki.

Перейти к: навигация, поиск

Цель

формирование гражданской ответственности и патриотического воспитания учащихся на примере изучения причин и последствий Чернобыльской аварии. Педагогические задачи

  • способствовать развитию креативного мышления, воспитанию толерантности, духовно-нравственных чувств: чувства сострадания, бережного отношения к окружающему миру, любви к природе;

  • развить позитивную активную жизненную позицию;

  • способствовать формированию экологических знаний и использованию их в учебной и практической деятельности.

Ход занятия

Сегодня, спустя двадцать пять лет назад, что мы знаем о трагедии в Чернобыле? - Множество самого разного. Знаем о том, что взрыв на четвертом энергоблоке Чернобыльской АЭС рванул в 01 час 23 минуты 48 секунд. Что за черту, обозначенную страшноватым словом «зона», было выселено 135 тысяч человек. О том, что из многомиллионного Киева весной уехали дети. О счете номер 904, открытом в сбербанке , куда поступали деньги для чернобыльцев. О том, что денег никто не пожалел, отдали их — кто сколько мог — все жители страны. И сложились эти рубли во многие сотни миллионов — об этом мы тоже знаем.

Известно и то, что ликвидация последствий грандиозной катастрофы обошлась государству в миллиарды. О беспримерном мужестве первых часов страшной апрельской ночи, когда люди, не жалея себя, шли в огонь и были насквозь прошиты смертоносной радиацией, сообщалось подробно…

Итак, много ли мы знаем о Чернобыле? Да, много, и все же...

Что известно, скажем, о том, почему полусоттысячная Припять, находящаяся в прямой видимости разрушенного и сочащегося радиацией четвертого блока ЧАЭС, сутки с лишним пребывала в неведении о реальной опасности для каждого ее жителя? Знали ли они, эти жители, о том, как вести себя в случае беды - о том, хотя бы, что надо закрыть форточки, а детей не пускать гулять? Как сегодня прогнозируется здоровье тех, кто вошел в тревожные медицинские списки? Подобных вопросов можно задать сотни.

Одна из первых потребностей нашего времени - потребность в правде. Никакие «особые обстоятельства» не должны мешать ее масштабу. Информация часто стоит вровень с лекарствами, бывает дороже денег, нужнее хлеба. Потому любая правда, пусть даже самая страшная, о Чернобыле, о том, что там произошло, что будет происходить, крайне важна и сегодня. И будет нужна еще долго — мы не имеем права забыть Чернобыль.

Если все страшное, труднообъяснимое, мало чем оправданное мы станем легко забывать, амнистировать за давностью лет, не получится урок Чернобыля, как и любой другой урок истории, исчерпывающим. Таким, каким требует его сделать само время. Быстро забыть, значит, в будущем разбить лицо о невыученное, повторить не просто ошибку, совершить новое преступление. Чернобыль это ― трагедия, подвиг, предупреждение.

Днепр. Припять … Места красивейшие на удивление. До того рокового дня 26 апреля они были местом отдыха тысяч людей... Сюда всегда так стремились горожане! В этом благословенном уголке тихого украинского Полесья, грибы «косой косили», рыбу ловили на «пустой крючок», из-под ног брызгала красным соком земляника. Но кто знал тогда о Чернобыле? Теперь о Чернобыле знают во всем мире. Реку спасали. Главным было не дать радиации попасть в воду. Не допустить возможности разноса по Припяти и Днепру страшной и невидимой смерти. И только те, кто был связан с этой труднейшей работой, появлялись на речных берегах. А вот яблоки, дары садов Чернобыля, срывать не решались. Эти фрукты несли беду. Радиоактивная пыль осела на листьях и плодах. Так и остался урожай не убранным... Чернобыль — это трагедия. По отношению к ней можно оценивать человека, ведь Чернобыль — это суровая проверка человечества на солидарность, на умение сочувствовать чужой беде, тем более что ядерная авария не считается с границами. Почему взорвался реактор, почему произошло то, что не должно было произойти даже в случае самых невероятных вероятностей? Почему это произошло именно здесь, в Припяти, в молодом городе, где детишек рождалось в несколько раз больше, чем в других городах Украины? За две ночи и полтора дня Припять узнала каждого своего жителя. Сегодня Припять уже может сказать, что на десять тысяч ее людей приходилось по одному трусу и подонку. Этих, последних, она тоже узнала в эти дни. Ситуация высветила каждого. Высветила бескомпромиссно и навсегда. Припять не поддалась тотальной панике (26 апреля, вечером, еще игралась свадьба, а в школьных классах с закрытыми окнами шли уроки). Если бы это случилось, если бы Припять потеряла голову... Вот один только факт: каждый, кто убегал бы из города в киевском направлении, на мосту путепровода попадал бы в самую опасную зону радиации, последствия которой трудно предсказать.

В объявленный день эвакуации каждому припятчанину надо было взять с собой лишь самое главное, что необходимо было спасти и уберечь. Этого уже не могли сделать только двое. Их уже не было. Сердце Валерия Ходемчука остановилось в то мгновенье, когда начала свое действие авария, ставшая предостережением всему человечеству. Валерка, который, уходя на смену, на реактор, попросил Наташу, чтобы собрала детишек, завтра поедут все вместе к матери сажать картошку. Его друга и одногодка Володю Шашенка, тоже заступившего в ту ночь на смену, вынесли на руках обожженного и облученного врачи и пожарники. Он успеет простонать: «Там... Валера...», ― и его покинет сознание, беспомощными окажутся врачи. Тело Володи Шашенка вывезут из зоны и похоронят на первом деревенском кладбище. Валерия же не найдут. И может, на бетонной стене захороненного атомного реактора когда-то напишут его имя... Но разве этим успокоишь его мать?

: ...Вчера утром я стоял у калитки старенького деревенского дома в селе Кропивня Иванковского района Киевской области. Боялся зайти. Что я скажу матери Валерия Ходемчука? Чем успокою ее? Может, только увеличу и без того безмерную ее материнскую боль? Ведь она, наверное, ждет его, Валерку. По ее деревенскому опыту — умерший только тот, кого похоронили. Анна Исааковна в сорок пятом встретила своего Илью с фронта, без ноги, израненного. Вскоре он умер на ее руках. Разве могла она — колхозная-звеньевая из деревни Кропивня, воспитавшая четырех детей-сирот, хотя бы предчувствовать, что ее тихий, застенчивый Валерка будет Первым, кто открыл трагический список героев Чернобыля. Он, старший оператор, несущий обычную свою вахту на четвертом блоке, пытался укротить выходившую из-под контроля силу. Пытался. Взрыв не разбудил его детей — второклассника Олега и шестиклассницу Ларису. Но до утра не могла уснуть его жена Наташа: стирала, готовила коржики для Валеркиной матери, всю ночь искала себе работу, чтобы не думать о худшем, увидев, как полыхнуло небо над блоками. Анна Исааковна рассказывает о сыне, и боль ее на мгновение отступает. Он трижды «возвращался с того света». Знала об этом. Секретов от матери не имел, да, трижды побывал на грани. И все отшучивался: в сорочке вы родили меня, мама, теперь смерть меня испытала, как могла, не скоро придет, лет этак через сто. Она, мама, смотрит на его свадебную фотографию под вышитым рушником, забывает о случившемся, словно разговаривает с сыном. И вдруг умолкает, боль наваливается на нее с неостывшей силой. Наверное, так же плакала и мать Юрия Гагарина, когда узнала о его смерти. Им, матерям, не облегчить своё горе тем, что о смерти их сыновей узнает все человечество. Но мы помним их имена, без этой памяти теряется связь времен, без этой памяти и мы неотвратимо теряем самих себя.

Анна Исааковна ждала сына в субботу. Не приехал. Ждала все воскресенье. Вечером зашла во двор Наташа с детишками. Перед этим в маленькую Кропивню въехало два автобуса с эвакуированными. Мать почуяла беду и заголосила, но к ней бросился Олежка, который уже знал, что отца у него нет. Он, едва удерживая слезы, убедил бабушку, что папа во время аварии ночевал дома, что его оставили дежурить на реакторе и он вскоре приедет. Украдкой плакали Наталья с Ларисой, но Олег так по-мужски убеждал бабушку, что и они вынуждены были умолкнуть. Утром Олег пошел в местную школу, и даже учительница не заподозрила, что в классе, среди эвакуированных детей сидит сирота и сын первого человека, погибшего двадцать шестого апреля 1986, человека, вставшего на пути вырвавшейся ядерной силы. Случившееся расставило всех людей по своим местам. Дети стали на несколько лет взрослее, герои стали героями, бездушные — негодяями, трусы — дезертирами. Почему Валерий Белоконь — припятский педиатр, дежуривший в ту ночь на «скорой помощи», приказал шоферу Анатолию Гумарову гнать машину на место услышанного им взрыва? Не домой, где спала его жена и только что родившийся сын, а на этажи горевшего блока. Они вдвоем вынесли четырех пострадавших, но возвращались и возвращались снова, уже отчетливо понимая, что именно произошло и чем это угрожает их собственной жизни. Когда Валерия Белоконя вместе с теми, кого он спас, отправляли в Москву — он сожалел только об одном: не смог обнять жену и поцеловать сынишку. Не мог, не имел права - теперь уже его тело излучало опасность. Почему городская связистка Надя Мисикевич работала на станции так напряженно и до тех пор, пока не потеряла сознание, пока ее не отвезли в больницу? Почему в то же самое время молодая пара не просто панически сбежала из города, но и оставила в квартире отца-инвалида, который получил эту квартиру для них? Отца эвакуировали посторонние люди — милиционеры, увидевшие зажженный свет в окне, когда город уже был пуст. Думаю о крестьянах, которым пришлось покидать свои дома, свою родную землю, свои колодцы. Стоит перед моими глазами Александра Сапура, баба Леся, как ее называют на новом месте, в селе Коленцы Иванковского района. Жила в своем Куповатом без детей и мужа. Корова была и подругой, и членом семьи. Бабу Лесю вывезли вместе с жителями, скот везли на следующий день, и ее корова выпала из машины. Не заметил шофер, уехал. И Александра Кузьминична решает искать корову, как своего близкого, попавшего в беду. Она преодолевает стокилометровый путь, правдами и неправдами уговаривает постовых, обходит их лесными тропами, пробирается в свое обезлюдевшее село, находит одичавшую корову, обнимает ее, раздаивает... А сколько благородства обнаружилось у людей из тех деревень, которые принимали беженцев... Перечитываю телеграммы, идущие в адрес Припяти. Документы доброты человеческой, свидетельства сочувствия, рассказы о конкретных поступках. Из донецкой Горловки телеграфирует А. Косова: «У меня дом в Ивановке Киевская, 50, взломайте замок и поселяйте людей». Семья Гамарников из Краснокамска: «Усыновим несколько детей припятчан». Не могу перечислить тысячи приглашений: приезжайте, обеспечим всем, что имеем сами. Но вдруг обожгла руки телеграмма: «Потеряла колечко в сельсовете, срочно верните по адресу... Пищанская». Беда безжалостна, она бескомпромиссно не только ставит все на свои места, она, как рентген, просвечивает душу каждого, кто попадает в ее сети.

Надежда Макаренко, женщина лет сорока пяти, никакого отношения к атомной энергетике не имела. Она работала заведующей ателье. Знала, что живет в городе атомщиков, что рядом с городом работает станция. Чистая, мощная, дающая прибыли, дающая ордена и медали сотрудникам, дающая им чувство превосходства над другими. Там, на станции, зарабатывают хорошие деньги и могут пожить в свое удовольствие. О четвертом реакторе только слышала. Сколько там их, этих реакторов, толком не знала. Зачем ей это? И не узнала бы никогда. Есть хорошая работа, есть двенадцатилетний сын Алешка, муж Федор, квартира, рядом Киев, есть дачный участок, где можно поковыряться в земле... Чего еще? Конец апреля. Люди спешат на дачи, сажают огороды. Вечером, в пятницу, уговорила Федора: давай завтра поедем на участок, посадим картошку. Он согласился: поедем, поднимемся часов в шесть и на огород. Поужинали, легли спать. Спали крепко, чтобы выспаться и хорошо поработать на огороде. Утром Надежда весело приготовила завтрак, Алешка побежал в школу, а они с Федором, одевшись попроще, пошли на окраину города, а оттуда уже недалеко и до участка. Федор, что это за невидаль: с утра моют улицу из поливальной машины. До Первомая еще далеко... Наверное, какое-то высокое начальство посетит нашу Припять — вот и стараются власти. Так как же они «пыль в глаза пускать будут», если вымоют город? — улыбнулась Надежда и тотчас же умолкла — увидела множество милиции на выезде из города, суетящихся шоферов, чьи машины задержали. Некоторые пешие дачники возвращались обратно. Вора какого-то ищут, что ли? — спросила Надежда у незнакомого мужчины, шедшего им навстречу. —Черт их знает. Не говорят, но за город не выпускают. Ни людей, ни машины. «Нельзя!» — и все тут. Только и удалось узнать: авария какая-то на станции. Ну, и что, починят, а при чем здесь жители города? Позднее знакомая женщина сказала, что авария серьезная, что людей не выпускают, чтобы не было паники, пока не отремонтируют реактор. Надежда с Федором вернулись домой: ладно, завтра или в следующие выходные посадим картошку, в городской квартире тоже хлопот хватит. По городу гуляли люди, в универмаге выбросили дефицитные товары (понятно: конец месяца, надо план выполнять торговле). Прямо на улице «давали» модные мужские рубашки, с погончиками, с коротким рукавом, со вкусом пошитые (Надежда понимала в этом толк). Она заняла очередь. Ожидая, люди говорили об аварии, судачили по-разному, но ни страха, ни паники не было. В основном сетовали на медлительного продавца, долго отсчитывающего сдачу, вступающего в долгие споры с покупателями. Кто-то сказал, что в больницу навезли много обожженных людей, но ему не очень поверили. Наконец купила Федору рубашку, успела забежать в молочный магазин и к обеду пришла домой. По улицам мчались пожарные машины, но это не удивляло: сказано же — авария, загорелась крыша на атомной, раз так, много пожарных — быстро потушат и все станет на свои места. Прибежал из школы Алешка. Принес четверку и какие-то бледно-коричневые таблетки: выдали ученикам, но не все отважились проглотить — очень горькие, вот и он спрятал в карман, принес домой. В школе тоже говорили об аварии, старшеклассники не выпускали малышей гулять на улицу во время перерыва. Учителя суетились, часто прерывали урок, надолго уходили в учительскую. Неясная, расплывчатая, как весенний туман, тревога омывала душу Надежды. Не страх, тревога. Радио передавало об успешном ходе посевной на юге Украины, о бригадном подряде в колхозах, выступил хор с концертом украинских народных песен, это немного успокаивало. Убрала квартиру, вымыла окна, постирала мужу и Алешке рубашки к празднику. Все вместе посмотрели программу «Время» об аварии не сказали ни слова, значит, маленькая, незначительная, местных, припятских масштабов. В 21.30 в дверь позвонили. — Мы из гражданской обороны города. Возьмите по таблетке на каждого члена семьи, выпейте обязательно. Это — против радиации. Ничего страшного не случилось, но на всякий случай надо выпить для профилактики, и не открывайте форточек, так будет лучше. Надежда налила всем по стакану компота, заставила мужчин проглотить таблетку и запить. Посмотрели концерт по телевидению, выкупались и легли спать. Спали крепко, разбудил всех пронзительный гул, от которого дребезжали стекла в окнах, звенели хрустальные рюмки в серванте. Федор выскочил на балкон: низко над домом кружил вертолет. На часах—5.30 утра. Разглядели: вертолетов несколько и летают они так низко, что лица летчиков можно рассмотреть — все они в марлевых повязках, словно боятся заразиться гриппом. В 6.40 в дверь настойчиво позвонили и постучали кулаком. Пришла женщина из ЖЭКа. Не заходя в квартиру, сказала: Включите радиоточку на полную громкость! Не выходите из дома, не открывайте окна! — и ушла звонить соседям. А может, это учения гражданской обороны? Всего лишь учения...— сказал Федор, и Надежда снова немного успокоилась. Даже отпустила мужа в магазин за молоком. Она варила обед, но не отходила от радиоточки на кухне. В 13.10 в громкоговорителе что-то затрещало, передача из Москвы прервалась на полуслове, и в местный эфир вышла диктор Припятского радио Нина Мельник. Уважаемые припятчане! — голос Нины дрожал и срывался. Чувствовалось, что ей очень хочется быть спокойной, уверенной в себе, но не получалось. На нашей атомной станции произошла авария. Просим сохранять спокойствие. Соберите самые необходимые вещи, нужные вам всего на три дня: продукты и одежду. В четырнадцать ноль-ноль к подъезду вашего дома будет подан автобус и вас пригласят на посадку... Диктор повторила сказанное еще раз, но Надежда уже не слышала ее: за пятьдесят минут надо собраться! Где Федор? А вдруг опоздает, да будь оно проклято, это молоко! Что брать? Как оставить без присмотра квартиру? Три дня всего, значит, к майскому празднику будем дома. Куда повезут нас? В лес, станем лагерем на берегу реки, а спать? Ночи еще холодные, земля сырая... Где же Федор, посоветоваться не с кем. Она набивала сумку колбасой, тушонкой, вынимала из холодильника все, что приготовила к празднику. Четырнадцать часов! Федора нет, ну и слава богу, не зовут спускаться к автобусу. Может, действительно это учения. Что же, это тоже надо, но зачем перед самым праздником? В 14.50—наконец! — прибежал муж. Без молока. Бледный, растерянный: значит, все это—правда. — Собралась? Город вывозят! У многих подъездов уже стоят автобусы и милиционеры. Только что подошел и наш автобус, «Икарус» с киевскими номерами. Значит, повезут в Киев... На лестничной площадке уже слышались торопливые шаги, отрывистые разговоры соседей. Федор закрутил все краны, выдернул из розетки шнур телевизора, перекрыл газ, подхватил сумку с продуктами. Денег было немного, ведь в понедельник должны были дать зарплату. Нашли рублей тридцать - хватит на три дня. Надежда взяла для Федора купленную вчера рубашку - наденет в Киеве... Закрыли квартиру. Работница ЖЭКа при них опечатала дверь, спустились к подъезду. Заняли три места в автобусе, мест хватало всем, но было тесно, каждый с сумкой, кто-то держал собаку на руках, кто-то грудного ребенка. Можно бы ехать, да случилась долгая заминка: девяностолетняя бабушка Агафья Костюченко, баба Агафья, которая похоронила этой зимой своего единственного сына и осталась одинокой, наотрез отказалась ехать: «Мне уже все равно, детки, какая разница, где помирать. Не поеду. Без своего дома я уже и дня не проживу, а тут и стены помогают...» Закрылась в квартире и не откликается. Молодой милиционер сказал: — Ладно, езжайте. Я буду советоваться с начальством, как быть... В 16.00 автобус выехал со двора. Выехал быстро, но потом влился в колонну и двигался мучительно медленно, где-то там, впереди, образовались пробки, автоинспекторы нервничали. В автобусе была жарища, кто-то пытался открыть окна, но его затюкали женщины с маленькими детьми. Проехали село Копачи, а под Чернобылем опять застряли. Надолго. Многие выходили из автобуса, гуляли, мужчины курили, женщины с грудными детьми меняли пеленки, переговаривались: «Какая там у черта радиация, солнышко светит, сады цветут, птицы летают...» И действительно: где она? Не видно, не печет, не кусается, не слепит. Только горло дерет, но это, наверное, от выхлопных газов — сотни автобусов чадят вдоль трассы. У некоторых голова кружится и подташнивает, это от жары, от духоты в автобусе. Поехали дальше. Медленно, с остановками двигались в сторону Киева. г. Иванков шумел, как улей, навстречу шли бронемашины, колонны пожарных машин, бетоновозы, броневики с милицией и солдатами. Здесь объявили: «Кто имеет родственников или надежных знакомых в Киеве - могут выйти. Кто не имеет - оставаться в автобусе!» За Иванковым свернули направо. Наконец, дорога была свободной... Остановились в селе Блидча, в центре, возле сельсовета, где собралось много людей, они уже давно ждали эвакуированных. Начали быстро разбирать: кто семью, кто две сразу. Шутка ли, в Блидче 927 жителей, а вдруг приехало аж 900.

«Уроки Чернобыля» ― это выражение до сих пор часто встречается в газетах. Все правильно: извлекать эти самые уроки нам всем не день и не год. Слишком серьезной катастрофой испытал нас мирный атом. Блок, на котором произошел взрыв, был введен в строй в декабре 1983 года. Работал он все это время, как и другие, весьма удовлетворительно. Очень может быть, что бесперебойная, какой она выглядела на поверхностный взгляд, работа станции и привела к некой самоуспокоенности, к благодушию. Есть специальный термин, применяемый в современной технике,— «защита от дурака». Смысл этого выражения понятен: создать такую систему, которая сама ограждала бы себя от неправильного обращения. До недавнего времени казалось, что существующие на АЭС многократные блокировки, суперсовременная техника и технология оградят от любых случайностей. И все-таки выяснилось, что создателям чернобыльского реактора не удалось предусмотреть эту самую защиту. Что чрезмерно длинная цепочка упорных нарушений правил при его эксплуатации закончилась неожиданно и для самих создателей, и для тех, кто экспериментировал с «аварийными ситуациями», взрывом. Не слишком ли велика плата за прогресс энергетики - гибель людей, заражение окружающей среды? Но тогда не отказаться ли, скажем, от химического производства? Ведь в 1947 году в США, в Техасе произошел взрыв нитрата аммония. Погибло 576, ранено 2000 человек. В 1979 году в Канаде, недалеко от Торонто произошло крушение поезда с жидким топливом, нефтехимическими продуктами и хлором. Из пораженной ядами зоны было эвакуировано 250 тысяч человек! Но даже такая страшная катастрофа не остановила движение поездов по железным дорогам. А море - так ли оно безопасно? А космос? Да что говорить, сколько джиннов пришлось бы заталкивать в кувшин обратно, если бы мы стали следовать логике - опасно, значит, не дразнить судьбу.

Классный час "25 лет – аварии на Чернобыльской АЭС»"

Цели:

  1. Рассказать обучающимся о чернобыльской трагедии; способствовать формированию экологических знаний и использованию их в учебной и практической деятельности.

  2. Развивать позитивную активную жизненную позицию;

  3. Воспитывать чувство сострадания.

.

Ход мероприятия

Вводное слово учителя: Сегодня, спустя двадцать пять лет назад, что мы знаем о трагедии в Чернобыле? Множество самого разного. Знаем о том, что взрыв на четвертом энергоблоке Чернобыльской АЭС рванул в 01 час 23 минуты 48 секунд. Что за черту, обозначенную страшноватым словом «зона», было выселено 135 тысяч человек. О том, что из многомиллионного Киева весной уехали дети. О счете номер 904, открытом в сбербанке, куда поступали деньги для чернобыльцев. О том, что денег никто не пожалел, отдали их – кто сколько мог – все жители страны. И сложились эти рубли во многие сотни миллионов – об этом мы тоже знаем. Известно и то, что ликвидация последствий грандиозной катастрофы обошлась государству в миллиарды. О беспримерном мужестве первых часов страшной апрельской ночи, когда люди, не жалея себя, шли в огонь и были насквозь прошиты смертоносной радиацией, сообщалось подробно… Итак, много ли мы знаем о Чернобыле? Да, много, и все же... Что известно, скажем, о том, почему Припять с населением 47 тысяч 500 человек, находящаяся в прямой видимости разрушенного и сочащегося радиацией четвертого блока ЧАЭС, сутки с лишним пребывала в неведении о реальной опасности для каждого ее жителя? Знали ли они, эти жители, о том, как вести себя в случае беды – о том, хотя бы, что надо закрыть форточки, а детей не пускать гулять? Как сегодня прогнозируется здоровье тех, кто вошел в тревожные медицинские списки? Подобных вопросов можно задать сотни. Одна из первых потребностей нашего времени - потребность в правде. Никакие «особые обстоятельства» не должны мешать ее масштабу. Информация часто стоит вровень с лекарствами, бывает дороже денег, нужнее хлеба. Потому любая правда, пусть даже самая страшная, о Чернобыле, о том, что там произошло, что будет происходить, крайне важна и сегодня. И будет нужна еще долго – мы не имеем права забыть Чернобыль. И сразу вслед за апрельским взрывом, и позже, во время нечеловечески напряженных дней работы по ликвидации последствий аварии и после возведения странного сооружения с экзотическим, но вскоре ставшим привычным названием – саркофаг... Конечно, эти снимки не могут дать полного представления о происходившем в Чернобыле. Но взвесить, оценить, понять, предупредить – их достаточно. И чтобы суметь это сделать, необходимо и увидеть, и почувствовать, прежде всего – слезы, боль, страх за близких, отчаянное напряжение труда всех, кто оказался по месту ли рождения, по долгу ли, по зову ли совести, причастным к событиям весны 1986 года на берегах Припяти. Чернобыль это – трагедия, подвиг, предупреждение.

26 апреля 1986 г. весь мир "вздрогнул" от взрыва энергоблока, прозвучавшего на Чернобыльской АЭС. Радиационная пыль протянулась "хвостом" через территорию Украины, Белоруссии, 14 областей России и накрыла часть территории Западной Европы.

Предполагаемые причины аварии.

  1. реактор был неправильно спроектирован и опасен;

  2. персонал не был проинформирован об опасностях;

  3. персонал допустил ряд ошибок и неумышленно нарушил существующие инструкции, частично из-за отсутствия информации об опасностях реактора;

  4. отключение защит либо не повлияло на развитие аварии либо не противоречило нормативным документам. 

Чернобыльская атомная станция расположена на Украине вблизи города Припять, в 18 километрах от города Чернобыль, в 16 километрах от границы с Белоруссией и 110 километрах от Киева.

Печально известна в связи с аварией, произошедшей 26 апреля 1986 года.

Ко времени аварии на станции функционировало 4 ректора. Всего планировалось ввести до 12 реакторов.

26 апреля 1986 год. (Четвёртый блок Чернобыльской АЭС)

Примерно в 1:23:50 на 4-м энергоблоке Чернобыльской АЭС произошел взрыв, который полностью разрушил реактор. Здание энергоблока частично обрушилось, при этом, как считается, погиб 1 человек. В различных помещениях и на крыше начался пожар. Впоследствии остатки активной зоны расплавились. Смесь из расплавленного металла, песка, бетона и частичек топлива растеклась по подреакторным помещениям. В результате аварии произошёл выброс радиоактивных веществ, с различным периодом полураспада от 8 дней до 30 лет. Положение усугублялось тем, что в разрушенном реакторе продолжались неконтролируемые ядерные и химические (от горения запасов графита) реакции с выделения тепла с извержением из разлома в течение многих и многих дней с продуктами горения высокорадиоактивных элементов и заражении ими больших территорий. Остановить активное извержение радиоактивных веществ из разрушенного реактора удалось лишь к концу мая 1986 года мобилизацией ресурсов всего СССР и массовым переоблучением тысяч ликвидаторов.

Авария расценивается как крупнейшая в своём роде за всю историю ядерной энергетики, как по предполагаемому количеству погибших и пострадавших от её последствий людей, так и по экономическому ущербу.

. Что рассказывают очевидцы.

Вот некоторые свидетельства (читают ученики): «Я почувствовал первый удар. Он был сильный, но не такой, какой произошел затем через одну-две секунды. Тот уже был как один длинный удар или два, но следом друг за другом. Первоначально я подумал, что произошло что-то с деаэраторами над щитом управления 4-м блоком. Вслед за звуком удара с фальшпотолка посыпалась облицовочная плитка. Посмотрел на приборы. Картина была плохая. Стало понятно – произошла авария крайней степени тяжести. Потом выскочил в коридор, чтобы пройти в центральный зал. Но в коридоре пыль, дым. Я вернулся, чтобы включить вентиляторы дымоудаления. Потом пошел в машинный зал. Там обстановка кошмарная. Из разорванных труб в разные стороны хлестала горячая вода, она сильно парила. Видны были вспышки коротких замыканий электрокабелей. Значительная часть машинного зала оказалась разрушенной. Упавшей сверху плитой перебило маслопровод, масло вытекало, а его в специальных емкостях находилось до 100 т. Потом направился на улицу, обошел 4-й блок, увидел разрушения, пожары на кровле».

«Раздался удар. Я подумал, что полетели лопатки турбины. Потом – опять удар. Посмотрел на перекрытие. Мне показалось, что оно должно упасть. Мы пошли осматривать 4-й блок, увидели разрушения и свечение в районе реактора. Тут я заметил, что мои ноги скользят по какой-то суспензии. Подумал: а не графит ли это? Еще подумал, что это самая страшная авария, возможность которой никто не описывал».

«Тут вижу, что включается сигнал оповещения об аварии с 4-го блока. Я побежал туда. Встретились ребята. Они были очень грязные и возбужденные. Наконец машзал. Он интересовал меня в первую очередь, так как там запасы водорода и машинного масла – все это огнеопасно. Вижу, кровля рухнула. Потом побежал на щит управления 4-м блоком. Спросил: «Льете ли воду для охлаждения реактора?». Мне ответили, что льют, но куда она идет и сами не знают.
Появился дозиметрист, сообщил, что его прибор слабенький и полную мощность радиационного излучения измерить не может. Вижу, ребята несут обожженного человека, это оказался В. Шашенок. Он был грязный, в шоковом состоянии, стонал. Я помог донести парня до щитовой 3-го блока. Оттуда позвонил в Москву, в ВПО «Союзатомэнерго», сказал, что у нас самая серьезная авария. Потом позвонил телефонистке, чтобы объявила общую аварию по станции».

Дополнение учителя:

Володю Шашенка, вынесли на руках обожженного и облученного врачи и пожарники. Он успеет простонать: «Там... Валера...», – и его покинет сознание, беспомощными окажутся врачи. Тело Володи Шашенка вывезут из зоны и похоронят на первом деревенском кладбище. Его друга и одногодка Валерия Ходемчука же не найдут. И может, на бетонной стене захороненного атомного реактора когда-то напишут его имя... Сердце Валерия Ходемчука остановилось в то мгновенье, когда начала свое действие авария, ставшая предостережением всему человечеству. Валерка, который, уходя на смену, на реактор, попросил Наташу, чтобы собрала детишек, завтра поедут все вместе к матери сажать картошку.

Радиоактивному загрязнению подверглось более 200 000 км², что вызвало вынужденное переселение сотен тысяч человек и привело в негодность одни из самых плодородных земель в Европе.

1

При́пять (укр. Прип'ять) — покинутый город областного значения в Киевской области Украины, на берегу реки Припять. Основан 4 февраля 1970 года.

Главным поводом основания города стало строительство и последующая эксплуатация одной из самых крупных в Европе Чернобыльской атомной электростанции, градообразующего предприятия, которое и дало Припяти почетное звание города атомщиков. Таким образом, Припять стал девятым в Советском Союзе атомоградом.

Очень многие люди не только за рубежом, но и в нашей стране и до сих пор, после стольких публикаций в печати и многочисленных телевизионных передач, не совсем ясно или совсем не ясно понимают, что Чернобыль, оставшись скромным райцентром сельского типа, в годы, предшествовавшие аварии, почти не имел никакого отношения к атомной электростанции. Столицей энергетиков стал молодой, бурно развивающийся город Припять, отстоящий от Чернобыля на 18 километров к северо-западу.

.

Население города Припять до аварии на Чернобыльской АЭС 26 апреля 1986 составляло: — 49,4 тыс. человек, в том числе 15 406 детей (из них 7176 школьников) и 16 562 женщин. В городе было 160 домов на 13 414 квартир, 18 общежитий для холостяков на 7621 место, 8 семейных общежитий и домов гостиничного типа на 1206 комнат. Население города было эвакуировано 27 апреля 1986 года.

Через много лет после аварии на ЧАЭС автомобили и вертолеты, которые работали при ликвидации ее последствий, ржавеют в могильниках под открытым небом, расположенных в 30-километровой зоне.

Своей участи ждут груды техники. Самое большое такое кладбище находится в селе Рассоха – в 25 километрах на юго-запад от атомной станции.

В селе Буракивка находится самая радиоактивная техника. Она захоронена в земляных траншеях – таких как эта, под номером 5. Из 30 могильников остались пустовать только три.

Чернобыльская зона отчуждения сегодня.

На сегодняшний день здесь трудится порядка 6000 человек, которые приехали сюда со всей территории Украины. Трудятся они посменно – 15 дней находятся в зоне, 15 дней – за ее пределами. В зону их привозит из Славутича специальная электричка. В самом Чернобыле расположены только общежития работников. Официально жить на территории зоны запрещено, хотя через год после аварии 1000 человек вернулись в свои бывшие дома, из-за этого их прозвали самоселами. Некоторые из них живут в селах даже одни. Всего на сегодняшний день самоселов осталось около 300 – средний возраст от 60 и выше, к ним ездит почтальон, раз в месяц осматривает врач, администрация зоны платит пенсию. Также на территории ЧЗО действует 130 организаций, 30 из них крупные – это сама ЧАЭС, Чернобыльлес (заведует всеми насаждениями), Чернобыльсервис (коммунальное обслуживание), Чернобыльметалл (дезактивация и утилизация металла) и другие. Имеется несколько главных объектов – это сама ЧАЭС, хранилище отработанного ядерного топлива (ХОЯТ), строящееся захоронение для ядерных отходов со всей Украины «Вектор».

Слово учителя

Один из многочисленных уроков Чернобыля состоит в том, чтобы не предполагать, а твердо знать, каким образом надо действовать в подобных экстремальных ситуациях. Надо уметь говорить с людьми не только в праздники, но и в часы испытаний. Боязнь и малодушие перед реальностью неизбежно оборачиваются потерями. А они были. И во многом как раз потому, что люди не знали, как себя вести.

Подведём итоги. Ответьте на вопросы.

  1. Какой факт о Чернобыльской трагедии произвел на вас самое большое впечатление?

  2. Почему необходимо знать о трагедии в Чернобыле?

  3. Нужны ли атомные станции? Можно ли обойтись без них?

  4. Почему Землю можно назвать «хрупкой» планетой?

  5. Как вы считаете, достаточно ли только знаний для безопасной эксплуатации атомной станции?

  6. Перечислите качества, которыми должен обладать человек, «укрощающий» ядерную энергию.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Информационный бюллетень Администрации Санкт-Петербурга №41 (692), 25 октября 2010 г

    Информационный бюллетень
    10.00 Второй Санкт-Петербургский энергетический форум «Технологическое присоединение: современные аспекты» (пр. Римского-Корсакова, 5-7 - отель «Амбассадор», конференц-зал).
  2. Анализ работы управления образования Администрации города Димитровграда за 2010-2011 учебный год

    Документ
    Управлением образования Администрации города Димитровграда в рамках развития системы дошкольного образования, доступности дошкольного образования для разных категорий семей,
  3. Информационный бюллетень Администрации Санкт-Петербурга №15 (666), 26 апреля 2010 г

    Информационный бюллетень
    12.00 Митинг и возложение цветов к памятнику «Жертвам радиационных аварий и катастроф» в парке имени академика А. Д. Сахарова (пересечение пр. Маршала Блюхера и Пискаревского пр.
  4. Информационный бюллетень Администрации Санкт-Петербурга №43 (644), 9 ноября 2009 г

    Информационный бюллетень
    12.00 Пресс-конференция, посвященная мероприятиям, проводимым в Санкт-Петербурге для предупреждения распространения высокопатогенного гриппа А(H2N1) (Малая Садовая ул.
  5. Министерство культуры Свердловской области Государственное учреждение культуры Свердловской области

    Документ
    Начало 30-х годов. С военного завода одного из портовых городов идет утечка информации. Для раскрытия фашистско-шпионской организации сюда прибывает советский разведчик Каротин и вместе с молодым помощником проводит тщательное расследование.

Другие похожие документы..