Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
В своей работе я рассматриваю отношение молодежи к ветеранам Афганской войны. При изучении отношений, я смогла понять, что, к сожалению, многие даже н...полностью>>
'Учебно-методический комплекс'
Налоговые системы сформировались с появлением отдельных налогов. Возникновение государства с его разветвленными органами в центре и на местах и разви...полностью>>
'Документ'
Великої популярності в країнах Західної Європи і США отримав продаж послуг, в тому числі туристичних, за допомогою Інтернет. Наприклад, в Британії, за...полностью>>
'Документ'
3. Привести пример естественно-научной теории и проанализировать: какие факты гипотезы лежат в основе этой теории; какие научные модели, законы (частн...полностью>>

Проблемы генетических и средовых причин изменчивости человека.

Главная > Документ
Сохрани ссылку в одной из сетей:

Оглавление

Введение 3

1. Проблемы генетических и средовых причин изменчивости человека. 4

2. Понятие о человеке как индивиде. Генотип человека. 7

3. Человеческое разнообразие. 16

Вывод. 19

Литература. 21

Введение

Среди биологических наук, возможно, наибольшее значение для гуманитарных проблем имеет генетика.

Актуальность данной работы, как и значимость всей генетики, состоит в том, чтобы попытаться ответить на философские и исторические вопросы: откуда произошло человечество, что с ним может быть дальше, каково его место в системе природы. Их значимость - и в непосредственно практических проблемах: физическое и психическое здоровье и болезни, восприимчивость к обучению и воспитанию, податливость к давлениям и напряжениям материальной и социоэкономической среды, формирующим личность. Более того, теоретические и практические приложения не относятся к непересекающимся сферам, они взаимозависимы. 

Цель данной работы – дать описание генотипа человека, рассказать о последних достижениях генной инженерии, микоробиологии, генетики в свете ответа на вопрос о разнообразии человеческих обликов, характеров, судеб.

Не менее столетия полем битвы была проблема наследственности и среды, или природы и воспитания. Речь идет о вкладе наследственных и средовых факторов в развитие признаков человека, особенно признаков поведения. Спектр мнений здесь простирается от того, что называется мифом о tabula rasa, до мифа о генетическом предопределении [1; стр. 1]. Мифы эти придуманы для объяснения умозрительных представлений или природных феноменов, которые слишком сложны и недостаточно хорошо изучены, чтобы получить точное и бесспорное толкование. Думаю, не слишком оптимистично надеяться, что в науке мифы в конце концов уступят место представлениям, которые будут обоснованы так хорошо, что приведут к согласию всех. В проблеме природы и воспитания такой счастливый момент еще не просматривается. Поэтому я полагаю, что наиболее эффективно начать исследование этой проблемы с двух крайних мифов, полностью сознавая, что они возникли скорее на почве противоречий и предрассудков, чем научных данных.

Концепцию tabula rasa в развернутом виде сформулировал Локк в 1690 году. Он считал, что разум новорожденного ребенка не содержит врожденных мыслей или принципов. Человеческое понимание возникает из чувственных данных и жизненного опыта. В наши дни этот миф подразумевает, что все человеческие существа при рождении наделены одинаковыми способностями: человеческие существа взаимозаменяемы.

Противоположное этому мифическое представление о генетическом предопределении в современном звучании и в генетических терминах находим в трудах С.Д. Дарлингтона [1; стр. 1]. Он утверждал, что каждая личность стала тем, что она есть, потому что такой ее сделали ее гены. Даже различия между монозиготными близнецами, согласно Дарлингтону, частично обусловлены генетическими, а не средовыми факторами. Успех или провал обусловлены генами, а не средой или удачей. Происхождение культур обязано "изобретениям тех немногих, кто генетически способен к общественно-полезным изобретениям, научению ими тех, кто генетически способен к обучению", и сопротивлению тех, кто генетически неспособен ни к изобретениям, ни к обучению. Вся история человечества, его рас, наций и классов есть явление биологическое, а не социальное - оно детерминировано генами и тем, что Дарлингтон называл "инбридингом и аутбридингом" (его употребление этих терминов значительно отличается от общепринятого). Среда, уверяет нас Дарлингтон, "превратилась в методологическую фикцию". 

1. Проблемы генетических и средовых причин изменчивости человека.

Вопрос о том, каковы органические основы задатков, занимает умы ученых очень давно, примерно с XVII века и до сих пор привлекает к себе повышенное внимание. Самая последняя версия о возможной анатомо-физиологической основе задатков, возникшая к середине XX века связывает задатки с  генотипом человека, т.е. со строением генов. Эта идея частично подтверждается по отношению к фактам, касающимся врожденных нарушений интеллектуальной деятельности человека. Действительно, умственная недостаточность часто имеет генетическую основу. Однако до сих пор не удалось обнаружить генетическую особенность положительных способностей, т.е. задатков в их позитивном понимании. К биологическим факторам относятся врожденные особенности человека. Это такие особенности, которые ребенок получает в процессе внутриутробного развития, обусловленные рядом внешних и внутренних причин. Мать - это первая земная вселенная ребенка, поэтому все, ленное сознанием, обладающее речью, способностью трудиться; с другой стороны человек – существо общественное, ему необходимо общаться и взаимодействовать с другими людьми.

В раннюю пору развития генетики, с полвека тому назад, предполагали, что каждый ген определяет один и только один элементарный признак ("unit character"). Эта дезориентирующая фразеология до сих все еще вводит в заблуждение некоторых биологов, а не говоря уже об обывателях. Она слишком хорошо согласуется с обиходными выражениями, такими как "она унаследовала глаза от своей матери" или "он получил свою походку от отца". Но гены и признаки не соотносятся один к одному. Ген может быть ответственным за несколько признаков, за "синдром", за группу признаков. Присутствие гена не всегда гарантирует появление определенного признака, а признак может определяться то генетическими, то средовыми факторами. В действительности все обстоит значительно проще: существует фундаментальное правило, что часто очень сложные процессы развития вмешиваются между действием гена, передаваемого половыми клетками, и признаками, проявляющимися в разном возрасте. Генотип (совокупность генов организма) определяет не фиксированный набор признаков, а норму реакции, то есть репертуар возможных ответов на действие среды. 

Множество проблем, касающихся генетических и средовых причин изменчивости человека, ждет научного изучения. Однако есть ученые, готовые запретить все исследования генетического разнообразия человека. Они уверяют, что такие исследования опасны, поскольку их результаты могут быть извращены расистами для гнусных целей. Нельзя отрицать, что такая опасность существует. Но является ли малодушное уклонение хорошим решением? Не хотим ли мы последовать примеру коллеги Галилея, который отказывался смотреть на планеты в телескоп? Его отказ основывался на подобных же аргументах. Он боялся, что новая астрономия будет неверно истолкована или отвлечет внимание людей от предметов, которые он считал более важными. Тем не менее, почти всякий его последователь сегодня становится презренным невеждой. 

Против изучения генетики человека иногда выдвигается другой благовидный довод. Поскольку мы не можем изменить генотип человека, с которым он родился, то исследование генетической изменчивости людей заведомо бесполезно и не интересно. Интересно или не интересно - дело личного вкуса, но голословное заявление о бесполезности нельзя оставить без возражения. Ученые работают не исключительно для собственного удовольствия: общество, поддерживающее их исследования, вправе спросить, что дает их работа? Сегодня это справедливо даже в большей мере, чем в недавнем прошлом. Золотой век научных исследований в Соединенных Штатах, когда исследования великодушно поддерживались, поскольку их плоды считались всегда хорошими и полезными, миновал, по меньшей мере на время. Отрицание науки и интеллекта усиливается, а ученым приходится сталкиваться с изрядной долей недоверия и скептицизма. Тем не менее, отношение к изучению человека как бесполезному занятию - яркий пример пустословия. Не является ли конечной целью биологических наук, может быть и всех наук, понимание человека и его места в системе природы? Человек столкнулся с проблемой "познай себя" с тех пор, как стал человеком, и будет заниматься ее разработкой до тех пор, пока остается человеком. Как же тогда понимание причин разнообразия людей может быть бесполезным или ненужным? 

Те, кто утверждают, что "человек - всего лишь одно из животных", клевещут на биологическую науку. Расизм - наиболее зловредный результат такого искаженного суждения. Социологи справедливо отвергают это искажение. Но многие из них противопоставляют этому в равной мере экстравагантное утверждение - "человек избежал биологии". Итак, человек, несомненно, - животное, но животное уникального и экстраординарного рода. Вид "человек" создал культуру, новый и очень мощный метод адаптации к среде и управления ею. Культура не наследуется через гены, каждая личность усваивает ее путем обучения. Однако способность усваивать культуру заложена в генотипе. Многие виды животных формируют сообщества, иногда высокоорганизованные. Но сообщества животных зависят больше от генетически запрограммированных, чем от приобретенных форм поведения. Наоборот, усвоенное поведение преобладает как при всех существующих формах социальной организации человека, так и при всех прошлых организациях, о которых сохранились документальные исторические сведения. Утверждение, что "человек избежал биологии", когда он создал социальную организацию, основанную на культуре, бессмысленно. Во-первых, только носители человеческих генов могут сами усваивать и передавать потомкам культуру путем обучения. Более того, способности и склонность к обучению количественно и качественно варьируют среди людей. Одна биология не дает полностью аутентичный и удовлетворительный образ человека, но такой образ не достижим и без биологии. Феномен человека поразительно сложен, настолько сложен, что долгое время даже наиболее глубокие мыслители не могли его полностью понять. В отсутствии настоящего понимания мифы о генетическом предопределении и tabula rasa служили паллиативами. Может ли такое понимание быть достигнуто в не слишком отдаленном будущем совместными усилиями биологических и социальных наук? 

2. Понятие о человеке как индивиде. Генотип человека.

Человек в качестве индивида предстает в своих природ­ных, биологических особенностях как человеческий организм. В основе понятия индивида, по Леонтьеву, лежит факт неде­лимости, целостности человека, наличия свойственных ему особенностей. «Индивид — это прежде всего генотипическое образование» [Цит. по: 4 стр. 64]. Понятие «индивид» выражает неделимость, це­лостность и особенности конкретного субъекта, возникающие уже на ранних ступенях развития жизни. Индивид как целост­ность — это продукт биологической эволюции, в ходе которой происходит процесс не только дифференциации органов и функ­ций, но также и их интеграции, их взаимного «слаживания». В понятии индивида содержится указание на подобие челове­ка всем другим людям, на его общность с человеческим родом. Человек как индивид является продуктом филогенетического и онтогенетического развития.

Специфика человеческой индивидности опосредована всей историей вида, которая преломилась в наследственной програм­ме человека. Так, только человеку присущи рекордная продол­жительность периода детства; возможность пребывать при рож­дении в состоянии крайней «беспомощности»; вес мозга ребенка при рождении составляет всего лишь около четверти мозга взрос­лого человека (у обезьян это соотношение составляет две трети). С момента своего рождения человеческий индивид является но­сителем специфически человеческой биологии, сформированной предшествующим развитием в филогенезе.

В молекулярной биологии твердо установлено, что любая клетка в организме содержит копию модели всего организма, за­кодированную в ДНК, однако все клетки, за исключением поло­вых, используют только часть информации ДНК, чтобы выпол­нять присущие им функции в организме.

Миллиарды клеток, из которых построено человеческое тело, берут начало от одной-единственной клетки — зиготы, образо­ванной слиянием яйцеклетки и сперматозоида. Любая клетка состоит из цитоплазмы, в которой вырабатываются различные вещества, необходимые для роста и жизнедеятельности организ­ма, и ядра, обеспечивающего программирование этой активнос­ти и определяющего ее общее направление.

Ядро у человека содержит 23 пары хромосом. Каждая хро­мосома несет в себе многие тысячи генов, ответственных за раз­личные аспекты строения организма и разнообразные функции (размеры тела, цвет глаз, волос и кожи, выработка тех или иных ферментов, рост и развитие, продолжительность жизни и т.д.).

Носителем наследственности с ее генетическим кодом служит ДНК, которая передает заложенную в ней информацию в цито­плазму через другую, синтезируемую с ее помощью кислоту — РНК. Таким образом, именно РНК, выходя из ядра, будет нала­живать «работу» цитоплазмы и заставлять ее вырабатывать все необходимые белки в соответствии с «генеральным планом», за­данным ДНК.

С момента образования зиготы весь процесс роста организ­ма происходит за счет последовательных клеточных делений. Ядро клетки при этом делится надвое, что приводит к разделе­нию генетического материала между двумя образующимися яд­рами и к восстановлению в каждом из них 23 пар хромосом.

Исключение из этого правила составляют лишь половые клет­ки, или гаметы, ответственные за размножение. Когда для образо­вания яйцеклеток в яичниках или сперматозоидов в семенниках клетки-предшественники подвергаются делению, оно происходит таким образом, что каждая из дочерних клеток в результате по­лучает только 23 хромосомы (по одной из каждой пары) и поэто­му содержит лишь половину той генетической информации, ко­торой располагают мать и отец.

Набор из 46 хромосом восстанавливается только в момент оплодотворения яйцеклетки сперматозоидом. Генетическая ин­формация, которую вносят в зиготу сперматозоид и яйцеклетка, зависит, таким образом, от того, как распределился генетический материал во время образования каждой из половых клеток. Чис­ло возможных сочетаний генетического материала в оплодотво­ренной яйцеклетке огромно, чем и определяется уникальность каждого появляющегося на свет человека.

Существенное различие между мужчинами и женщинами вы­является в структуре 23-й пары хромосом. Если у девочек она обра­зована двумя большими Х-образными хромосомами, то у мальчи­ков состоит из большой Х-образной хромосомы и более мелкой Y-образной. Таким образом, при образовании гамет все яйцеклетки получают Х-хромосому, а сперматозоиды — либо Х-, либо Y-хромосому. Поэтому в момент оплодотворения яйцеклетка с 50%-ной ве­роятностью может получить две Х-хромосомы и с такой же вероят­ностью — одну Х- и одну Y-хромосому; в первом случае из зиготы разовьется девочка, а во втором — мальчик.

Восстановление полного набора хромосом в ядре зиготы при­водит к тому, что каждый ген здесь будет представлен двумя «эк­земплярами», по одному от матери и отца, и признаки нового ин­дивидуума будут определяться их совместным действием. В зависимости от того, однако, является ли ген доминантным или рецессивным, это действие будет проявляться по-разному. Если ген доминантный, то признак, за который он ответствен, про­является во всех случаях автоматически. Напротив, если ген бу­дет рецессивным, то в присутствии доминантного гена он обре­чен на «безмолвие» и способен проявиться только в том случае, если второй ген той же пары будет тоже рецессивным. Поэтому некоторые наследственные признаки одного из родителей у ре­бенка могут навсегда остаться в скрытом состоянии и снова про­явиться лишь в следующем поколении. Подобным образом дело обстоит с голубым цветом глаз и с некоторыми наследствен­ными заболеваниями.

Итак, с развитием зиготы начинается развертывание, реали­зация информации, заключенной в генах. Этот процесс очень сложный, многоступенчатый, многое в нем остается для нас пока загадкой. Гены в своем действии взаимосвязаны, т.е. формирова­ние каждого признака и свойства организма происходит под кон­тролем всего генотипа. Вместе с тем на реализацию генетической информации огромное влияние оказывают факторы внешней и внутренней среды, т.е. условия, окружающие организм в целом, и внутриклеточное состояние. Эти факторы среды могут моди­фицировать действие гена в определенных границах, предусмот­ренных генотипом. Пределы проявления модификаций призна­ка при данном генотипе называют нормой реакции. Каждый организм, каждый его признак и свойство имеют свою норму ре­акции: одни признаки более широкую, другие — более узкую.

Таким образом, можно заключить, что наследуется ген, оп­ределяющий не какой-то стабильный признак, а его норму реак­ции, т.е. пределы изменчивости данного признака в зависимости от условий среды. У людей индивидуальность полностью прояв­ляется лишь в результате взаимодействия генетических задатков и внешней среды, причем к действующим факторам среды наря­ду с питанием и физическими условиями относятся и играют столь же решающую роль воспитание и общественные отноше­ния. Это касается и умственных способностей. Умственные спо­собности — весьма сложное качество, состоящее из целого ряда составных компонентов. И наследуются не сами способности как таковые, а их задатки, которые в пределах нормы реакции могут проявиться в зависимости от условий среды в большей или мень­шей степени.

Взаимодействие наследственности и среды в развитии чело­века имеет место на всем протяжении его жизни. Но особую важ­ность оно приобретает в периоды формирования организма: эмб­рионального, грудного, детского, подросткового и юношеского. Именно в это время наблюдается интенсивный процесс разви­тия организма и формирования личности.

Наследственность определяет то, каким может стать организм, но развивается человек под одновременным влиянием обоих фак­торов — и наследственности, и среды. Сегодня становится обще­признанным тот факт, что адаптация человека осуществляется под влиянием двух программ наследственности: биологической и социальной. Все признаки и свойства любого индивида (за ис­ключением тех, которые касаются биологии организма и не подда­ются влиянию среды, например, группа крови, отпечатки пальцев, структура самого генотипа) являются, таким образом, результатом взаимодействия его генотипа и среды. Поэтому каждый человек есть и часть природы, и продукт общественного развития[4; стр.70].

Наследственные различия в физических, физиологических и других признаках между разными людьми обусловлены различи­ями в генотипе. Но эти различия могут быть не только по призна­кам нормальным, но и аномальным, т.е. с какими-то отклонения­ми от нормы (физические уродства, наследственные заболевания).

Известно, что одной из причин аномалий в развитии людей служат изменения числа хромосом в генотипе. Если при образо­вании яйцеклетки или сперматозоида разделение хромосомного материала произойдет неправильно, то гаметы либо не получат надлежащего числа хромосом, либо, наоборот, получат лишнюю хромосому. Последнее, например, бывает при синдроме Дауна. Это заболевание обусловлено присутствием одной лишней хромо­сомы в 21-й паре. Чаще всего это происходит, если мать перешла некий критический возраст, хотя в одном из четырех случаев та­кая аномалия может быть обусловлена неправильным образова­нием сперматозоида. Последствия этого заболевания проявляют­ся главным образом во внешнем облике больного, особенно в чертах лица, и в задержке умственного развития. Ребенок может оказать­ся и носителем трех хромосом 23-й пары (XXY) — это синдром Клайнфельтера. Этот синдром характеризуется развитием муж­ских половых органов в сочетании с типично женскими вторич­ными половыми признаками.

Однако изменения могут касаться не только числа половых хромосом и аутосом (хромосом соматических клеток), но и струк­туры хромосом и отдельных генов. Все эти изменения в генетическом материале носят наследственный характер, и их называ­ют мутациями. Мутации постоянно возникают в природе у са­мых различных организмов. Человечество в результате возник­новения мутаций в каждом поколении обладает значительным количеством дефектных генов и хромосомных аномалий, вызы­вающих разного рода наследственные заболевания. В каждом поколении рождается около 6% детей, отягощенных наследствен­ными заболеваниями.

По характеру происхождения мутации делятся на спон­танные, возникающие естественным путем в условиях при­роды, и индуцированные, вызываемые человеком искусствен­но действием различных факторов. Причины возникновения спонтанных мутаций пока до конца не выяснены, они могут корениться в условиях среды, в особенностях химического про­цесса обмена веществ и т.п. Однако установлены основные фак­торы, вызывающие их. Это так называемые мутагены, рожда­ющие изменения. Известно, например, что мутации могут вызываться некоторыми общими условиями, в которых нахо­дится организм: его питанием, температурным режимом.

Как правило, мутагены, загрязняющие пищу, обладают сла­бой или средней мутагенной эффективностью. Поэтому обнару­жить их не всегда удается. Вместе с тем, зная эффект суммирова­ния действия мутагенов и учитывая постоянное употребление человеком такой загрязненной пищи, становится очевидным, что их вред превосходит сильные мутагенные соединения, с которы­ми человек, как правило, весьма ограниченно контактирует. При­мером подобных мутагенов, поступающих через пищу, служит кофеин. Большая часть кофеина в организм человека поступает за счет чая или кофе. И при их ежедневном потреблении концен­трация кофеина постепенно увеличивается.

Высоким мутагенным эффектом обладают и многие лекар­ственные препараты. Особый интерес вызывают биологические факторы мутагенеза человека. Имеется ряд организмов, кото­рые, проникая в клетки человека, становятся источником пора­жения ДНК хозяина. К ним относятся, в частности, вирусы. Вирусы — мельчайшие из живых частиц. Они не имеют клеточного строения, не способны сами синтезировать белок, поэтому полу­чают необходимые для их жизнедеятельности вещества, прони­кая в живую клетку и используя чужие органические вещества и энергию. У человека вирусы вызывают множество заболеваний, включая грипп и СПИД.

Мутагенными свойствами обладают и некоторые живые вак­цины. Живые вакцины с подавленной вирулентностью способны индуцировать мутации. А ведь известно, что вакцинациям против оспы, кори, гриппа и других инфекций подвергаются массы людей.

Зависят мутации и от некоторых экстремальных факторов, таких, как действие отравляющих веществ, радиации, в результате которых количество мутаций увеличивается в сотни раз, причем возрастает оно пропорционально дозе воздействия. Химические вещества, поступающие в организм с пищей, водой и воздухом, и некоторые продукты, образуемые в ходе внутреннего клеточ­ного метаболизма, тоже иногда являются причиной естественно возникающих мутаций.

Все приведенные факты свидетельствуют о гигантском разнообразии мутагенных источников в среде, окружающей человека. Они вызывают индуцированные мутации в сомати­ческих и половых клетках человека. Известно, что соматические мутации увеличивают количество злокачественных опухолей, влияют на продолжительность жизни и другие признаки и исчеза­ют со смертью индивида. Мутации же, возникшие в гаметах родителей, проявляются в их потомках в виде наследственных болезней и уродств.

Необходимость исправления «ошибок природы», генной те­рапии наследственных болезней выдвигает на первый план та­кую область молекулярной генетики, которую называют генной инженерией. Генная инженерия — это раздел молекулярной био­логии, прикладная молекулярная генетика, задачей которой явля­ется целенаправленное конструирование новых, не существующих в природе сочетаний генов при помощи генетических и биохими­ческих методов. Она основана на извлечении из клеток какого-либо организма гена или группы генов, соединении их с определенны­ми молекулами нуклеиновых кислот и внедрении полученных гибридных молекул в клетки другого организма. Исследования ведутся очень интенсивно, хотя до реализации программы лече­ния для большинства наследственных заболеваний предстоит еще длинный путь.

Материальная субстанция генов должна иметь две особенности. Во-первых, она должна быть в состоя­нии снова и снова удваиваться, сохраняя большую точность вос­произведения. Только по одному набору хромосом от отца и ма­тери сочетается в оплодотворен­ной яйцеклетке. Эта клетка затем делится, чтобы создать тело с мил­лионами клеток и в дальнейшем сотни яйцеклеток или миллионы сперматозоидов в гонадах взрос­лого человека. Все эти клетки со­держат копии исходных хромосом и генов. Во-вторых, генетическая субстанция должна быть в состоя­нии существовать в огромном числе разных форм, соответствующих тысячам различных генов, представ­ленных в наборе хромосом.

Хромосомы состоят из двух ви­дов молекул — белка и ДНК (де-зоксирибонуклеиновой кислоты), — каждый из которых обладает эти­ми двумя необходимыми свойст­вами. Долгое время считалось, что белок является фактически генети­ческой субстанцией: длинные цепи аминокислот, в которых любая из 20 аминокислот может занимать любую позицию, обеспечивают не­обходимое для генов разнообра­зие и в то же время предполагают линейную организацию генов в хромосомах. Более того, в клет­ках существует механизм для син­теза белка, поэтому вполне закон­но было предположить, что гене­тический белок может, используя этот механизм, служить матрицей для построения собственных копий. Около 30 лет назад, однако, стало ясно, что на самом деле генетичес­ким материалом является ДНК. Свидетельства этого приходили из многих источников, но основным доказательством стали эксперимен­ты, показавшие, что ДНК сама по себе способна переносить наслед­ственную информацию из одной клетки в другую, в то время как белок не может [2; стр.68]. Например, бак­териальные клетки одной формы могут быть трансформированы в другой тип при воздействии на них очищенной ДНК из клеток послед­него. Воздействие же на них белка не приводит к такому результату. Как и белок, ДНК имеет моле­кулярную структуру, которая де­лает возможными и самореплика­цию (удвоение), и огромное разно­образие форм. Структура ДНК, зна­менитая двойная спираль Уотсона и Крика, показана на рис. 1. Моле­кула представляет собой длинную спирально закрученную лестницу, боковые перила которой сделаны из замещающегося сахара (дезоксирибозы) и фосфорных кислотных групп. Ступени лестницы сделаны из пар оснований. В ДНК может быть только четыре типа основа­ний — аденин, тимин, гуанин и цитозин, — и их пространственная структура такова, что если одна по­ловинка ступени в лестнице состоит из аденина (А), то вторая должна быть из тимина (Т), иначе ступень­ки не поместятся между боковыми перилами. Точно так же цитозин (Ц) всегда бывает в паре с гуани­ном (Г). Выбрав одну из сторон, ограниченную дезоксирибозными и фосфатными перилами, и прочитав по порядку названия прикреплен­ных к ним оснований, мы можем найти следующую последователь­ность:

Ц А А Г Т А Г А Ц Т Г Ц

При этом мы можем быть уверены, что вторая половина молекулы, на­чинающаяся в этом же месте, будет такой:

Г Т Т Ц А Т Ц Т Г А Ц Г

так как Ц всегда бывает в паре с Г, а А — с Т. Последний элемент (при­чем жизненно важный) в структуре ДНК — это химические связи, удер­живающие вместе две половины спи­ралей — связи между Г и Ц и между Т и А — в середине ступеней. Это водородные связи. Они очень слабы и позволяют двум половинкам спи­рали легко расходиться, подобно половинкам застежки-молнии.

Комплементарная структура двух полумолекул является имен­но тем свойством, которое делает возможным правильный порядок само репликации генов. При репли­кации две полумолекулы расходят­ся, и на каждой из них достраивают­ся новые половинки. Из-за прост­ранственных ограничений новая по­ловинка будет всегда точным до­полнением старой. В результате оказываются построенными две двойные спирали, каждая из кото­рых точная копия исходной. Одна имеет старую правую сторону и но­вую левую, другая же — старую ле­вую сторону и новую правую.

Линейная организация пар ос­нований, расположенных вдоль мо­лекулы, позволяет достичь необхо­димого разнообразия. Предполо­жим, что ген состоит из молекулы ДНК, длина которой исчисляется 500 парами оснований. Посколь­ку каждую позицию на протяжении всей молекулы может занимать лю­бое из четырех оснований, возмож­но 4500 различных схем располо­жения для каждого основания, что значительно больше, чем число ато­мов во Вселенной. Не стоит и гово­рить о том, что этого числа вполне достаточно для любых видов тре­буемых генов.

Геном мыши разделен на 20 пар хромосом. Результаты последних анализов показывают, что он состоит из 2,5 млрд. базовых пар, или "букв". По длине он несколько короче генотипа человека, в котором примерно 2,9 млрд. букв, разделенных на 23 пары хромосом. При этом генотип мыши, как и человека, включает около 30 тыс. генов.

3. Человеческое разнообразие.

Практическая направленность данной работы – затронуть тему человеческого разнообра­зия и единства. Это одна из централь­ных тем нашего бытия. Это разнообразие окружает и сопровождает каждого из нас на протяжении всей жизни. Оно впервые является нам в разнообразии членов той се­мьи, в которой мы появляемся на свет, и постепенно растет и ширится до бесконечности, ибо ни одному из нас за всю свою жизнь не сужде­но встретить двух одинаковых лю­дей (кроме редкой встречи с одно­яйцевыми близнецами) или увидеть все людское разнообразие даже в пределах своего народа, тем бо­лее — народов других стран и кон­тинентов. Если бы не только мы, но дети, внуки и отдаленные потом­ки наши продолжили такое наблю­дение, рано или поздно охватив им всю планету, то все равно такому разнообразию не было бы конца. Вероятность повторения определен­ного человека на Земле так мала, как величина, обратная самому большому мыслимому числу лю­дей, которое может вместить пла­нета.

Человеческое разнообразие предстает перед нами прежде всего как разнообразие личностей, уст­ремлений духа, душевных склон­ностей, мировосприятий, проявле­ний в человеке добра и зла, досто­инств и слабостей, добродетелей и пороков, характеров, склоннос­тей, ума, талантов и способностей, восприятий и реакций, предпочте­ний и вкусов, наконец, привычек — нашей второй натуры. Но что же то­гда является натурой первой? Како­ва первооснова того едва обозна­ченного выше человеческого разнообразия, которое является основ­ным богатством общества и даже условием его жизнеспособности?

В нашем чрезвычайно идеологи­зированном обществе прочно утвер­дилось представление об исключи­тельно социальной обусловленности человеческой личности, а значит, и всего личностного разнообразия. Оно представляется если не слеп­ком, то следствием многообразных отношений и связей в обществе, а эти в свою очередь считаются след­ствием сложнейшей дифференциа­ции форм трудовой деятельности человека. Собственно же первоприрода человека — естественная при­рода человеческого вида — в этом случае выступает необходимым и достаточным условием осуществле­ния этой деятельности, и нет вроде бы надобности в более пристальном внимании к этой природе, представ­ляющейся всего лишь единообраз­ным естественным фоном общест­венного бытия. Но попробуйте во­образить, что все люди в природных своих свойствах во всем и полнос­тью не просто подобны, а тождест­венны друг другу, как автоматы серийного выпуска (природа допус­кает такую возможность при опре­деленных способах размножения организмов), и станет ясно, что ни личность, ни неисчерпаемое разно­образие личностей на такой пол­ностью унифицированной биологи­ческой основе возникнуть и сущест­вовать не могут. Самое большее, что можно себе представить, — это фор­мирование в таких воображаемых условиях некоего подобия тех каст, что известны у общественных насе­комых, или же тех вековых харак­теров, что считаются своеобразны­ми постоянными ролями на сцене общественной жизни: воина, строи­теля, мыслителя, художника... Это, конечно, тоже проявление разнообразия, но сколь оно скудно, когда действительно порождено насущны­ми потребностями общества, и сколь избыточным в сравнении с ним кажется реальное человеческое разнообразие. И никуда не уйти от того, чтобы признать не только социальную, но и природную обус­ловленность неисчерпаемого разно­образия личностей.

Но может ли естественная наша природа, представляющаяся столь косной в сравнении с обществен­ной, служить физической основой нашего личностного разнообразия? Косность эта и постоянство прояв­ляются лишь в тех немногих приз­наках, которыми определяется на­ша принадлежность к виду Чело­век разумный. А тем самым опре­деляется способность мыслить, тво­рить, трудиться, мечтать, радовать­ся, переживать и сопереживать, сострадать и понимать друг друга. В этом мы ничем не отличаемся от наших верхнепалеолитических пред­ков, обладавших всеми признаками Человека разумного уже десятки тысячелетий назад. Собственно, этой неизменностью на протяжении все­го исторического процесса и питает­ся представление о косности нашей естественной природы. Понятно, что такая неизменность не может служить основой того человеческо­го разнообразия, о котором говори­лось выше, поскольку разнообра­зие — обязательно результат и свиде­тельство изменений. Однако, поми­мо тех немногих природных приз­наков нашего вида, по которым во всем человечестве по всей Земле и во все времена наблюдается ви­довое постоянство, существует не­обозримое множество других — больших и малых, явных и незри­мых — признаков, по которым лю­ди отличаются друг от друга в та­кой степени, что каждый из нас во всей совокупности своих природ­ных свойств не тождествен никому другому, единствен и неповторим. Таким образом, уникальность и неповторимость личности опирается на уникальность и неповторимость ее физической индивидуальности, равно как и все существующее лич­ностное разнообразие опирается на все явленное на сегодня естествен­ное разнообразие. Подавляющая часть этого раз­нообразия еще никогда не была явлена и находится, подобно опре­деленному виду энергии, в потенци­альном состоянии. Никому не из­вестно, имеется ли и возможно ли потенциальное состояние личности и всего личностного разнообразия человеческого общества. Что же касается природного разнообразия людей, то известна не только прин­ципиальная возможность, но и мате­риальная основа, механизмы и зако­ны, по которым оно из потенциаль­ного переходит в явное. И можно, опираясь на это знание, утверждать, что всему мыслимому грядущему личностному разнообразию челове­ка нашей удивительной природой заранее уготовлена необходимая естественная база потенциального физического разнообразия.

То, как законами природы осу­ществляется совмещение видового единства и бесконечного разнообра­зия человечества, могло бы послу­жить своего рода моделью идеаль­ного общественного устройства, при котором единство и плюрализм сочетались бы столь же естественно, как единство и многообразие пред­ставителей вида Человек разумный. Самое удивительное, что наше раз­нообразие не препятствует созна­нию видового единства каждым, чье восприятие не осложнено пред­взятыми идеями неравенства. Нера­венство — явление социальное, при­рода его не знает. Наши природные различия не означают нашего со­циального неравенства, ибо мы все не равны друг другу, а значит, нет среди нас низших и высших. Как едины мы в понимании слова, ка­ким бы голосом оно ни было про­изнесено, каким бы почерком ни написано, так едины мы в своем человеческом достоинстве при всех отличиях друг от друга. Итак, личностное разнообразие, возника­ющее в условиях общества, имеет под собой фундамент разнообразия природного и едва ли без него мог­ло бы существовать. Можно даже сказать, что оно есть природное разнообразие человека, проявляю­щееся и множащееся в условиях об­щественного бытия.

Помимо изложения основных генетических закономерностей, в этой работе проана­лизировно происхождение некото­рых анатомических и, что особенно интересно, психологических и фи­зиологических особенностей чело­века. Вопрос о наследственных ос­новах психологической индиви­дуальности многие десятилетия в нашей науке даже не ставился: уп­рощенное, не всегда корректное ис­пользование некоторых положений диалектического материализма при­водило к признанию социальной среды как единственного фактора, влияющего на индивидуальные осо­бенности человеческой психики. А тем временем в мире интенсивно развивалась психогенетика — об­ласть науки, пограничная между психологией и генетикой, специаль­но занимающаяся наследственными и средовыми детерминантами инди­видуальности.

Вывод.

Таким образом, в конце работы можно заключить, что необычайное разнообразие внешнего облика людей снова и сно­ва становится источником удивле­ния и восхищения. Плиний Старший в своей "Естественной истории" от­мечал, что, хотя лица людей состоят лишь "из десяти или немногим бо­лее частей", люди устроены так, что "среди многих тысяч не существует двоих, которых нельзя было бы отличить друг от друга"[Цит. по: 2; стр. 8 ]. Не оста­ется неизменным на протяжении жизни и каждый отдельный чело­век. От рождения до смерти каж­дый из нас постоянно меняется во всех своих проявлениях.

Существуют две основные теории для объяснения этого богатого разнообразия физических и психических форм. Эти упрощен­ные теории известны как генетический детерминизм и бихе­виоризм. Для тех, кто придержива­ется взглядов генетического детер­минизма, все различия во внешнос­ти и в поведении людей связаны в конечном счете с различиями в их генах. Для бихевиористов психичес­кие различия являются просто ре­зультатом обучения, реакцией на повторяющиеся стимулы.

Но я, в ходе написания данной работы, пришла к выводу, что истин­ное положение вещей более сложно и менее драматично. Понимание причин психического и физического разнообразия людей требует синте­за молекулярной биологии, генети­ки, учения о развитии, физиологии, психологии, социологии, антропо­логии, политической экономии и истории. Мне кажется, одна­ко, что о генетике и развитии мы знаем достаточно много, чтобы раз­венчать наивный детерминизм, так часто проникавший в науку, и дать представление о той сложной реаль­ности, которая лежит в основе раз­нообразия людей. О развитии же ума и тела в настоящее время из­вестно слишком мало, и оконча­тельное объяснение пока невоз­можно, хотя нет оснований пола­гать, что мы никогда в полной ме­ре не постигнем причин разнообра­зия людей.

Рис.1 Пространственная модель молекулы ДНК. Черная перекрученная двойная спираль — это пара чередующихся сахарофосфатных цепей. Белые структуры — атомы пар оснований, соединяющих две спиральные цепи. Внизу модель короткого участка раскрученной спирали ДНК.

Литература.

  1. Добжанский Ф.Г.Мифы о генетическом предопределении и о TABULA RASA. статья из журнала "Человек", N1, 2000, пер. с англ. [Электронный ресурс]: /vivovoco/

  2. Левонтин Р.Человеческая индивидуальность: наследственность и среда: Пер. с англ./ Р. Левонтин -М.: Издательская группа "Прогресс", 1993. - 208 с: илл.

  3. Найдыш. В.М. Концепции современного естествознания: Учебное пособие. – М.: Гардарики, 1999. – 476 с.

  4. Хасанова Г.Б. Антропология: Учебное пособие. / Г.Б. Хасанова – М.: КНОРУС, 2004. – 240 С.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Цинская генетика представляет собой область знаний о наследственности и изменчивости человека, имеющих непосредственное отношение к проблемам и задачам медицины

    Задача
    Медицинская генетика представляет собой область знаний о наследственности и изменчивости человека, имеющих непосредственное отношение к проблемам и задачам медицины.
  2. Автореферат диссертации на соискание ученой степени (215)

    Автореферат диссертации
    Защита состоится 20 апреля 2007 года в 10.00 часов на заседании диссертационного совета Д-212.208.04 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора психологических наук в Ростовском государст-венном университете по адресу: 344038, г.
  3. Библиотека психологии Р. С. Немов психология Втрех книгах

    Книга
    Учебник подготовлен в соответствии с новой программой по психологии, рассчитанной на 250 аудиторных часов, т. е. на изучение психологии в течение четырех семестров.
  4. Реферат на тему: Генетика и человек

    Реферат
    Люди интересуются генетикой давно, правда, не всегда они называли вопросы наследования определенных признаков генетикой. Проще говоря, издревле человека интересовало,
  5. Вигена Артаваздовича Геодакяна, посвященные проблеме пола, появились в 1965 году в сборниках по проблемам кибернетики. Тогда же вышла статья (1)

    Статья
    Для чего возникли и существуют два пола? Каков эволюционный смысл этого явления? Какова природа различий между полами? Что такое половой диморфизм, что он дает и о чем говорит? Связан ли он с другими явлениями жизни и как? Ответ на

Другие похожие документы..