Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Программа'
Изучить возможность использования комплекса ВЕНУЛОН в комплексных программах терапии и реабилитации пациентов с хронической венозной недостаточностью...полностью>>
'Конкурс'
Сьогодні вперше ми зібралися у такому складі не на нараду, не на семінар, і , навіть не на колегію, а зібралися привітати одних із кращих музичних ке...полностью>>
'Лекции'
Темой этих лекций является философская всемирная история, т. е. не общие размышления о всемирной истории, которые мы вывели бы из нее и желали бы пояс...полностью>>
'Контрольная работа'
Внешнеэкономическая деятельность может рассматриваться как деятельность государства по развитию сотрудничества с другими государствами в области торг...полностью>>

Греки в риме в III в. До н. Э. 1 В. Н. Э

Главная > Реферат
Сохрани ссылку в одной из сетей:

www.diplomrus.ru ®

Авторское выполнение научных работ любой сложности – грамотно и в срок

Содержание

ВВЕДЕНИЕ...3

ГЛАВА I.

ГРЕКИ В РИМЕ В III В. ДО Н.Э. -1 В. Н.Э...27

§ 1. Начало активного проникновения эллинской культуры в Рим (III - II вв. до н.э.)...27

§ 2. Греческие учителя и римская элита в 1 в. до н.э...32

1. Культурные центры греческого мира...32

2. Греки в системе римского образования...36

3. Греческое окружение представителей римской знати...48

4. Восприятие греков и греческой культуры в римском обществе...56

§ 3. Греко-римские интеллектуальные связи в эпоху принципата Августа...58

1. Рим как культурный центр и рост его популярности...58

2. Поэтическая и риторическая интеллектуальная среда в Риме...63

3. Греки при дворе Августа...68

§ 4. Греки в римской культурной жизни в эпоху принципата Юлиев-Клавдиев и Флавиев. 73

1. Научные занятия принцепсов и греки в их окружении...73

2. Стоическая оппозиция...82

ГЛАВА II.

ВТОРАЯ СОФИСТИКА КАК ЛИТЕРАТУРНОЕ И СОЦИАЛЬНОЕ ЯВЛЕНИЕ...91

§ 1. Вторая софистика как риторическое явление...91

§ 2. Социальный статус софиста в "Жизнеописании софистов" Флавия Филострата...103

1. География происхождения софистов и важнейшие софистические центры...105

2. Социальное положение семей софистов...108

3. Имущественное положение софистов...109

4. Понятие «софист»...114

5. Кафедры риторики...122

6. Должности и почетные обязанности софистов...126

7. Влияние на политическую жизнь. Софисты и императоры...129

8. Популярность софистов...132

ГЛАВА III.

ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНАЯ ЖИЗНЬ В СТОЛИЦЕ ИМПЕРИИ

И ПРИ ДВОРЕ ИМПЕРАТОРОВ...143

§ 1. Интеллектуальные занятия и окружение римских императоров эпохи Антонинов...143

1.Траян(97- 117)...143

2. Адриан (117-138)...150

3. Антонин Пий (138 - 161)...160

4. Марк Аврелий (161 - 180)...164

5. Коммод(180-192)...170

§ 2. Представления о Риме у Плутарха, Лукиана и Галена...171

§ 3. Роль Рима в интеллектуальной жизни II в...177

§ 4. Самоидентификация греков в римской империи...183

ЗАКЛЮЧЕНИЕ...191

БИБЛИОГРАФИЯ...196

Введение

Один из важнейших факторов истории римского государства - постоянные культурные связи с Грецией. Период самостоятельной истории Греции закончился, расцвет ее классической культуры был в прошлом, но остались носители этой культуры, греки и эллинизированные жители восточных областей Средиземноморья. Во все время существования сначала римской республики, потом римской империи, рядом, и позже даже внутри империи, жили «потомки и наследники» греков, современников Платона, Аристотеля, Демосфена. Всем, и грекам, и римлянам было понятно, что слава Эллады лежит в ее прошлом, но греки продолжали осознавать, что они и сейчас тоже имеют к ней отношение. Именно через них Рим обращается к греческой учености. Конечно, общим местом является пренебрежительное отношение к современным грекам. Они - лишь тень великой цивилизации. Только культура греков достойна восхищения и изучения. И тем не менее, римляне не ограничились чтением сочинений Платона и речей Демосфена. Они регулярно обращаются к первоисточнику, то есть к грекам современникам. На протяжении римской истории римлян несколько раз охватывают порывы увлечения греческой культурой, каждый раз все более массово.

Рим рано столкнулся с греческой культурой, еще до завоевательных походов на Восток, через города Великой Греции на юге Италии. Но основное знакомство с самой Грецией произошло во время Македонских войн. В Риме происходит первая волна эллинизации, туда привозят произведения греческого искусства, книги и самих греков. Вторая волна наступает в эпоху конца Республики, когда греческая образованность утверждается в системе ценностей, и представители обоих народов, а точнее образованная элита, активно перемещаются между Римом и греческими городами. И наконец, самый яркий расцвет, получивший даже название «греческое возрождение»,

4

происходит во II в., когда греки уже давно часть римской империи, они знакомы римлянам, в них ничто не удивляет. Но, в отличие от предыдущих волн эллинистических увлечений, в этот раз не только римляне (среди которых и император Адриан), но и сами греки увлекаются своей классической культурой или воспоминаниями о ней.

Культурные заимствования между Грецией и Римом были очень широки во всех областях, и в литературе, и в искусстве, и в религии, и в формах общественной жизни. Предметом нашего исследования станет только взаимодействие греков и римлян в интеллектуальной жизни общества. Интеллектуальная жизнь - это, конечно же, общение интеллектуалов, то есть людей, которые владеют высокой культурой своего времени, умственным потенциалом для ее обработки и волей к творческой деятельности. В том случае, когда человек проявляет себя как интеллектуал, он живет интеллектуальной жизнью, сам с собой или в общении с другими. Однако в интеллектуальную жизнь общества всегда вторгаются и те, кто не отвечает нашему определению интеллектуала, которым не хватает высокой культуры или умственного потенциала или даже воли к творчеству. Тем не менее, это тоже участники интеллектуальной жизни. Иногда именно они определяют направления, настрой, дух интеллектуальной жизни. И теперь, поскольку они участвуют в ней, мы можем тоже называть их интеллектуалами.

Покажем ситуацию на примере. Цицерон и Варрон безусловно интеллектуалы в первом смысле слова. Греческий раб, попавший в Рим, и вскоре ставший грамматиком - наверное, нет. Философ стоического или киническо-го толка, которого выделяют только борода и плащ — наверное, тоже нет. Но мы будем обращаться к ним в нашем исследовании, поскольку они участники интеллектуальной жизни, участники общего процесса, и мы будем называть их интеллектуалами.

Итак, мы будем рассматривать положение самого интеллектуала в обществе, его социальную роль. Нас будет интересовать и непосредственно общение интеллектуалов, и та социальная ниша, которую оно занимает, а

5

также их собственные мнения и суждения об интеллектуальной жизни, положительные или критические, их мнения и суждения об интеллектуальном взаимодействии на стыке греческой и римской культуры, мнения римлян о себе и об ученых греках, мнения греков о своей культуре и об участии в ней римлян.

Обзор источников

То как мы видим сейчас разные периоды греко-римских связей в эпоху республики и империи зависит в немалой степени от характера наших источников, так как они освещают ситуацию неодинаково. Для эпохи поздней республики у нас есть очень обширный источник - это сочинения Марка Туллия Цицерона. Причем он является источником не только по периоду своей жизни, но и по предыдущей эпохе золотого века республики. Его наследие сохранилось достаточно полно, это трактаты, посвященные вопросам риторики "Об ораторе", "Брут" и "Оратор", политические трактаты "О государстве", "О законах" и "Об обязанностях", сочинения на темы философии и религии, "Тускуланские беседы", "О пределах добра и зла", "Академические вопросы", "О богах", "О дивинации", а кроме того речи и обширное собрание писем. Но кроме того, что весь этот материал весьма объемен, сочинения Цицерона обладают и дополнительной ценностью для истории именно интеллектуальной жизни. Дело в том, что эта тема была интересна и самому Цицерону. Его сочинения не исторические, они не столько освещают политическую историю, сколько касаются общекультурных вопросов. Цицерон специально затрагивает темы образованности, научных интересов, усвоения греческой культуры, высказывает свои соображения о том, как воспринимает те или иные ученые занятия римское общество и о возможных перспективах Рима в этой области. Как пишет о нем Плутарх: "Что касается современников, не было среди них ни одного, кто бы славился красноречием или ученостью и чью славу Цицерон не умножил бы своим благожелательным суждением в речи, в книге или же в письме" (Plut. Cic, 24). Наличие такого источника отражается на нашем представлении об интеллектуальной жизни эпохи, мы получаем много информации о высшем обществе и о его многочисленных связях с греческими областями империи.

Сведения Цицерона дополняют "Сравнительные жизнеописания" Плутарха. Плутарх, конечно, уже не современник эпохи, но сам он человек ученый, окруженный друзьями интеллектуалами, тоже интересуется подробностями научной жизни, его биографии полны интересных мелких фактов о философских и риторических школах, об образе жизни интеллектуалов, а главное, Плутарх как грек особенно уделял внимание культурному общению ученых греков и римских политиков.

Для эпохи Августа главный источник по жизни образованной публики - это поэзия, в первую очередь произведения Горация и Овидия. Наибольшее количество информации дают "Сатиры" и "Послания" Горация. Жанр сатиры прекрасно позволяет Горацию иронично осветить современную ему культурную жизнь общества. Но Гораций рисует свою сферу существования, поэтому лучше всего нам известно о бурной поэтической жизни эпохи Августа. "Послания" Горация обращены к его друзьям, часто тоже поэтам, что дает Горацию возможность обсудить общие занятия в кружке Мецената.

Из творчества Овидия для истории интеллектуальной жизни особенно интересны его "Письма с Понта" и "Скорбные элегии". Специфика этих произведений в том, что ими Овидий, находясь в ссылке, пытается напомнить о себе римскому обществу. Поэтому, обращаясь к своим друзьям, он вспоминает подробности их прошлой дружбы, совместные занятия. Он обращается к своим покровителям и напоминает им, что они любители литературы, рассказывает об их прошлом литературном меценатстве и призывает их позаботиться о нем ради его литературных талантов. Таким образом, интеллектуальную жизнь времени Августа мы видим, в основном, глазами двух поэтов, вращающихся в поэтической среде и пользующихся покровительством влиятельных любителей литературы.

О греках в Риме этого периода мы узнаем из кратких замечаний греческих писателей, которые работали в Риме в это время, таких как Страбон и Дионисий Галикарнасский. Цветистую мозаику об ученых греках выклады-вает Светоний в небольшом трактате «О грамматиках и риторах». Сочинение до предела насыщено фактами и биографическими подробностями жизни греков. Продолжает тему греков в образовательной системе Рима произведение Сенеки Старшего "Изречения, разделения и расцветки ораторов и риторов", состоящее из двух частей: десяти книг "Контроверсий" и одной книги "Свазорий". Сенека писал свое сочинение в глубокой старости и опубликовал после смерти Тиберия. Сенека вспоминает декламации риторов, которых он слушал в Риме в молодости, в начале правления Августа. Сохранившиеся вступления к нескольким книгам "Контроверсий" дают нам характеристики важнейших ораторов и риторов, в том числе и греков, некоторые подробности их занятий и выступлений, раскрывают те споры, которые велись вокруг риторических школ.

О стиле жизни риторических школ и о риторе и ораторе как об интеллектуале в эпоху империи повествуют еще два произведения авторов конца I в. н.э. - это "Воспитание оратора" Квантилиана и "Диалог об ораторах" Тацита. "Воспитание оратора", конечно, больше посвящено теории риторики, за исключением первых книг, говорящих собственно о риторической школе. Но Квинтилиан высказывает некоторые интересные суждения о необходимом поведении оратора, секретах его популярности, размышляет о состоянии риторического образования. Диалог Тацита - спор о важности разных видов интеллектуальных занятий (красноречия и литературы), а также о разных риторических стилях, дает не только подробности жизни и занятий оратора, но из него мы можем узнать и о сложившемся восприятии ритора и оратора, вооб-ще интеллектуала в обществе конца I в. н.э.

Иное освещение получает в источниках эпоха Юлиев-Клавдиев. Материал по ней дают в основном исторические сочинения Тацита и Светония. Сочинения Тацита "Анналы" и "История" концентрируются на политической

жизни Рима, в них встречается мало подробностей жизни интеллектуальной. Зато Тацит, как представитель сенатской аристократии, пострадавшей во время репрессий, уделяет много внимания террору против интеллигенции. Сочинение же Светония "О жизни цезарей", концентрируется на биографиях императоров. Для нас интересны те сведения, которые Светоний дает в конце каждой биографии о занятиях принцепсов "благородными науками" и их греческом окружении.

Что касается эпохи Антонинов, то если сравнивать ее с эпохой конца республики, то здесь не было своего Цицерона, давшего многогранную картину интеллектуальной жизни в Риме и его связей с греческим востоком. Лишь немного исправляют положение письма Плиния Младшего, дошедшие не в таком объеме и не заменяющие ученые трактаты Цицерона. Письма, однако, насыщены деталями интеллектуальной жизни. Во-первых, причина этому то, что время Плиния было временем безумного увлечения литературой, а во-вторых, сам Плиний был чрезмерно увлечен научными занятиями, в которых видел благородство. Плиний считал, что интеллектуальные занятия трудны и потому достойны уважения. Письма Плиния были специально обработаны для публикации, поэтому, в отличие от писем Цицерона, наполненных намеками, в них много развернутых описаний жизни интеллектуалов и показательно немного замечаний об интеллектуалах - греках.

Переписка жившего на полвека позже ритора Фронтона с Антонином Пием, Марком Аврелием, Луцием Вером и друзьями еще более, чем письма Плиния, представляет собой обработанные риторические произведения. Однако рекомендательные письма к друзьям являются ценным источником по широким связям Фронтона, как в среде римской элиты, так и в среде провинциалов из восточных областей и из Африки. Сам Фронтон происходил из африканского города Цирта, но он настолько акклиматизировался в Риме, что мы можем считать его римским ритором.

Если красноречие Фронтона не очень богато жизненными подробностями, то собрание заметок Авла Геллия «Аттические ночи» восполняет этот

9

пробел. Здесь не только выписки из прочитанной литературы, но и своего рода дневниковые заметки человека, который все время с видимым удовольствием вращался в кругах образованных людей.

Итак, Плиний, Авл Геллий и Фронтон позволяют современному читателю увидеть эпоху Антонинов глазами римлянина. Но особенность этого времени в том, что появляется большое количество греческих авторов. Поэтому, если в I в. до н.э. мы хорошо знаем греко-римские отношения по сообщениям римских писателей, в первую очередь Цицерона, то во II в. н.э. мы видим ситуацию в основном по греческим источникам.

Среди всех других источников необходимо выделить сочинение Флавия Филострата «Жизнеописания софистов», которому будет уделено много внимания в нашей работе. Филострат жил уже при Северах, и его сочинение было написано между 230 и 238 гг. Однако эпоха «второй софистики» не заканчивается с окончанием династии Авнтонинов, и мы можем считать Филострата тоже поздним представителем этого явления. Грек, родом с Лемноса, Филострат получил образование в Афинах и в Эфесе. Его учителя стали позже героями его биографий. Он был близок к императрице Юлии Домне, супруге Септимия Севера, которая собирала вокруг себя образованных людей, и ее двор имел интерес ко всяческой учености, хотя, конечно, это был светский интерес. В таких кругах любят анекдоты и истории и не интересуются серьезными, но скучными изысканиями. В таком духе написано и сочинение Филострата, которое изобилует анекдотическими подробностями, нанизанными одна на другую. Однако, как мы покажем в главе II, его биографии написаны по особому плану, и среди анекдотов есть обязательные биографические подробности. Да и сами анекдоты вполне могут быть использованы в работе, так как нашей задачей является не просопографическое исследование, а изучение картины социальных представлений.

Итак, сочинение Филострата дает основной фактический материал по софистическому движению. Из произведений софистов совсем немного сохранилось до нашего времени: фрагменты из речей Фаворина (ему приписывают и "Коринфскую речь" в корпусе Диона Хризостома1), две декламации Полемона, одна речь Герода Аттика, несколько декламаций Гермогена и "Ономастикой" Поллукса. Зато сохранился большой корпус речей двух ораторов, которых нельзя в полном смысле слова считать софистами, и которые сами не отождествляли себя с ними. Это речи Диона Хризостома и Элия Аристида. Дион - современник императоров Веспасиана, Домициана и Трая-на, жил в период зарождения «второй софистики». Сохранилось около 80 его речей. Дион является одним из наиболее ярких представителей интеллектуалов греков, имевших тесные связи с Римом.

Элий Аристид - современник Антонина Пия и Марка Аврелия. Под его именем сохранилось 55 речей. Аристид жил в самом центре софистического мира, в Смирне, и много путешествовал по Малой Азии, так как из-за своей болезни часто ездил в Пергам, в храм Асклепия. Он побывал в Риме в 156 г., где произнес перед императором свой знаменитый «Энкомий Риму». Аристид учился у Герода Аттика и имел многочисленные связи среди софистов. Однако еще больше знакомств его связывало с римской элитой и элитой греческих городов Малой Азии. Взгляды Аристида также как и Диона важны для того, чтобы понять положение интеллектуала грека в отношении к римскому миру.

Несколько авторов, не принадлежавших к собственно софистическому движению, относятся к «литературе эпохи второй софистики». Правда один из них, Лукиан, тоже получил софистическое образование и до 40 лет выступал с речами в судах, но все его литературные сочинения относятся ко второму периоду его жизни, когда он, как он сам утверждает, обратился к философии. Эта «моральная философия», да и еще и в сатирической форме, обширный источник по представлениям II в., касающимся и софистов, и интеллектуальной жизни в Риме, и положения в ней греков. Сатира, конечно, искажает реальность. Но она не подменяет истинное ложным, а скорее концен-

1 Barigazzi A. Favorino di Arelate // ANRW. Tl. II. Bd. 34. Hbbd.l. Berlin; N.-Y., 1993. P.556-581.

трирует истину. Много мелких наблюдений, рассеянных в реальной жизни, здесь сжаты в одну ситуацию и дают гротескное впечатление. Сатира не претендует на фактическую точность, но это всегда один из лучших источников, передающий дух времени.

Мы уже упоминали «Сравнительные жизнеописания» Плутарха как источник по греко-римскому общению в конце республики. К сожалению, сочинения Плутарха не так богаты историческим материалом, касающимся его собственного времени. Редкие замечания разбросаны по его корпусу «Мора-лий».

«Описание Эллады» Павсания - также памятник греческой литературы II в. Описание сохранившихся ко II в. памятников классической эпохи дает общее представление о Греции этого периода, однако исторических и жизненных подробностей, касающихся современности, чрезвычайно мало. Однако Павсаний пишет о строительной деятельности императора Адриана и софиста Герода Аттика.

Наконец, необходимо упомянуть и врача Клавдия Галена, от которого сохранился огромный корпус сочинений. В век «второй софистики», даже не будучи профессиональным ритором, Гален имеет риторическое образование и следит за стилем своих сочинений. Уроженец Пергама, он несколько раз подолгу жил в Риме, имел покровителей в среде римской элиты и даже был личным врачом Марка Аврелия, Коммода и Севера. Большинство сочинений Галена посвящены сугубо медицинским проблемам, но некоторые автобиографические работы богаты подробностями. Особенно важны здесь «О предсказании» и «О моих книгах».

Помимо литературы эпохи второй софистики необходимо отметить два исторических сочинения, которые освещают интересующий нас период. Собрание биографий императоров Scriptores Historiae Augustae, где несколько биографий, начиная с Адриана, относятся к изучаемому периоду, и «Римская история» Диона Кассия, где эпохе Антонинов посвящены книги с 68 по 72.

12

Хотя интересующая нас тема достаточно хорошо освещена в источниках, надо еще раз отметить, что это произведения в основном греческих авторов, и нам лучше известны их представления об интеллектуальной жизни в греческих городах и их представление о Риме и римском государстве, чем наоборот, взгляды римлян на «греческое возрождение» и интеллектуальную жизнь на востоке империи. Ситуация с источниками для эпохи конца республики и даже I в. империи кардинально противоположна.

Обзор историографии

II в. н.э., эпоха Антонинов, «золотой век» римской истории - этот период привлекал исследователей Рима еще в XIX в. В 1925 г. М.И. Ростовцев, обращаясь к эпохе Антонинов, называет эту тему уже хорошо изученной2. Однако, литература II в. не получила тогда у исследователей такой высокой оценки. Ее «золотой век» прошел в эпоху Августа. Основной мишенью для критики стало течение «второй софистики». Эта точка зрения отразилась в статье Б.А. Ван Гронингена, опубликованной, правда, уже в 60-е годы XX в., но обобщающей взгляды на литературу этого периода. Он характеризует литературу II в. как слабую, лишенную внутренней глубины, далекую от реальной жизни и неоригинальную3. Та же тенденция наметилась и в отечествен- ной историографии первой половины XX в., так что С. Полякова отмечает: «Считается «несолидным», почти «неприличным» заглядывать в поздних авторов, в то время как существует гомеровский эпос, трагедия и лирика»4.

Однако специальное изучение второй софистики начинается именно в рамках истории литературы немецкими исследователями конца XIX в. Предметом для дискуссии стал, в первую очередь, стиль софистов, их место в истории риторики. Полемику начал Эрвин Роде5. Он доказывал, что вторая софистика не принесла ничего нового в отношении стиля. Этот стиль зародился в Азии еще в эпоху эллинизма, когда в III в. до н.э. ритор Гигесий из Магне-сии стал зачинателем стиля, который назвали «азианизм». Основные центры софистики находились в Малой Азии, где этот стиль издавна утвердился и теперь проявился у азиатских софистов.

Ему возразил Г. Кайбель6, показывая, что многие софисты были сторонниками аттицизма. Он привел в пример Диона из Прусы, Полемона, Герода Аттика, Элия Аристида, отметив, что знаменитый азианист Никет был лишь исключением. Однако он тоже считал, что софистика не привнесла ничего нового.

Э. Роде7 ответил соображением, что скорее Элия Аристида надо считать исключением. В общей массе декламаторы и в греческих областях и в Риме с эпохи Августа говорят в напыщенном, велеречивом азианском стиле.

Э. Норден предложил деление по авторам: архаизаторы, последовательно подражающие аттицистам - это Аристид и позже Либаний, Фемистий, Синезий; свободные архаизаторы, пишущие в новом стиле - это Плутарх, Лу-киан, Арриан, Дион Кассий; и авторы, сочетающие оба стиля, древний и новый — Полемон, Герод Аттик, Филострат.

В. Шмид в новой статье предложил еще один вид систематизации по стилям произведении . Ведь внутри творчества одного автора можно выделить разные стилистические особенности. Например, даже строгий аттицист Элий Аристид следует предписаниям азианизма в «Элевсинской речи» и в «Монодии о Смирне». Он выделяет политическую речь (Хоуо? ttoXltlko?) и простую, разговорную речь (Хоуо? афеХц^), определяя также их происхождение и подразделяя на более мелкие виды. Однако это деление прямо не соответствует делению на аттицизм и азианизм.

Наконец, обобщающим исследованием по этому вопросу стала боль- шая статья У. фон Виламовиц-Мёллендорфа11. Он считает необходимым правильно определить термины. Азианизм как явление действительно зарождается в Малой Азии при участии ритора Гегесия. Но термин «азианизм» начинают использовать римляне, которые в своих поездках на восток знакомятся с разными стилями красноречия в разных центрах греческого мира. Понятие «аттицизм» также появляется в результате критики азианского направления в Риме. Теоретиком аттицизма становится Дионисий Галикарнасский. Он называет азианизм испорченным красноречием. Эта полемика заканчивается ко времени Тиберия. Таким образом, азианизм второй софистики не был новшеством или даже возрождением. Новшество У. фон Виламовиц-Мёллендорф

видит скорее в аттической реформе языка, где аттицизм приобретает несколько иные аспекты, чем были в римском аттицизме эпохи конца республики.

До 60-х гг. XX в. изучение второй софистики и в целом интеллектуальной жизни II в. продолжалось в рамках литературных исследований. Такой метод литературного исследования был в совершенстве разработан французским исследователем Ж. Бомпэром в его монографии, посвященной Лукиа-ну. Он помещает творчество Лукиана в широкий контекст второй софистики, изучая разные аспекты его культуры и образованности, как представителя своего времени.

В середине 60-х гг. революцию в изучении культурной жизни II в. произвела работа американского исследователя Глена В. Бауэрсока13. Его работа по веку софистов явилась продолжением вышедшего несколько раньше исследования, посвященного контактам греческого мира с Римом в эпоху Августа14. Наработанные социально-просопографические методы исследования Г. Бауэрсок переносит на эпоху II в. и явление второй софистики. Г. Бауэрсок рассматривает вторую софистику как центральное явление в греческой общественной жизни. Он практически не обращается к литературным и риторическим особенностям софистики, зато изучает социальное положение софистов, их отношения с императорами, с римскими друзьями. Вторая софистика впервые становится в работе Г. Бауэрсока социальным явлением. Однако исследование Г. Бауэрсока является еще и просопографическим, и детальный разбор идентификации персонажей часто вредит ясности повествования и четкости картины.

В ответ на книгу Г. Бауэрсока появляется большая статья Э. Боуи15, который рассматривает не только социальное, но и политическое значение второй софистики. Греция, находясь под властью Рима, оказывается охвачена движением сопротивления и ностальгии по прошлому. Греки лишены свободы и независимости и поэтому они вспоминают эпоху своего величия, V — IV вв. Выступления софистов, которые, обращаясь к классическим ораторам как образцам, брали темы из классической истории и стремились возродить аттический язык древних ораторов, были своего рода отдушиной для греческой интеллигенции.

Оба эти исследователя показали необходимость связать культурные процессы II в. с социально-экономическим расцветом в восточных областях империи и поместить наиболее видных культурных деятелей этого периода и их творчество в исторический контекст. Большую работу в этой области проделал ученик Г. Бауэрсока Кристофер П. Джонс, выпустивший последовательно несколько работ. Он дебютировал монографией по Плутарху , создав широкую интеллектуальную биографию этого автора и поместив его в социальный контекст. Задачей К.Джонса было обрисовать отношение греческой элиты к Риму, и он пытается обнаружить во взглядах Плутарха проявление общих представлений. Вскоре Джонс продолжил исследование, обратившись к творчеству Диона Хризостома17. В вышедшей в 1978 г. книге он также ставит задачу выявить в сочинениях Диона позицию противников «римского мира». Через несколько лет выходит еще одно исследование, посвященное Лукиану, где разрабатывается тот же подход к проблеме18. К работам К. Джонса примыкает и исследование Э. Чемплин19, посвященное ритору Фрон-

тону, которое также помещает его внутрь широкой интеллектуальной среды в Риме эпохи Антонинов. Фронтон тоже одна из ключевых фигур эпохи второй софистики, хотя он и стоит несколько особняком, не будучи греком и не принадлежа к движению софистов.

В 80-е гг. многочисленные авторы работают в ключе, заданном Г. Бау-эрсоком и К. Джонсом, рассматривая деятельность разных авторов этого периода. Свод последних достижений европейской и американской науки по этим темам можно найти в интернациональном проекте "Расцвет и закат Римского мира". Кроме работ, посвященных всем крупным авторам второй софистики, хотелось бы отметить исследования1, говорящие о связях интеллигенции и правящей элиты, в первую очередь, императоров — тема, которую начал разрабатывать еще Г. Бауэрсок в своей монографии, посвященной Августу. А до него в этой области писал замечательный французский исследователь Г. Буассье, создавший два живописных очерка интеллектуальной жизни в эпоху конца республики и в правление Августа . Интеллектуальное окружение Траяна и Адриана становится предметом исследования Э. Чижека, Ж.-М. Андре и С.А. Штертца21.

Несколько статей касаются непосредственно сущности второй софистики. Статья итальянского исследователя В.А. Сираго22 продолжает тему, которую начал еще Э. Боуи, о политической направленности второй софистики.

20 Буассье Г. 1) Оппозиция при цезарях / Под ред. Э. Д. Фролова. СПб, 1993; 2) Цицерон и его друзья. Очерк о римском обществе времен Цезаря / Под ред. Э.Д. Фролова. СПб, 1993.

21 Cizek E. La litterature et les cercles culturels et politlques a Tepoque de Trajan // ANRW. Tl. II. Bd. 33. Hbbd. 1. Berlin; N.-Y., 1989. P. 3-35; Andre J.-M. Hadrien litterateur et protecteur des lettres // ANRW. Tl. II. Bd. 34. Hbbd. 1. Berlin; N.-Y., 1993. P. 583-611; Stertz S.A. Semper in omnibus varius: The Emperor Hadrian and Intellectuals // ANRW. Tl. II. Bd. 34. Hbbd. 1. Berlin; N.-Y., 1993. P. 612-628

22 Sirago V.A. La seconda sofistica come espressione culturale della classe diri-gente del II sec // ANRW. Tl. II. Bd. 33. Hbbd. 1. Berlin; N.-Y. 1989. P. 36 - 78.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Греко-македонские отношения в конце III в до н э.: последняя попытка интеграции

    Автореферат
    Защита состоится 26 марта 2010 г. в 9 часов на заседании диссертационного совета Д 212.062.02 при ГОУ ВПО «Ивановский государственный университет» по адресу: 153025, г.
  2. Греко-персидские войны (2)

    Документ
    Вначале V в. до н. э. над Грецией нависла грозная внешняя опасность. К этому времени Персидская держава Ахеменидов переживала период расцвета (см. ст.
  3. План реферата. Истоки римского театра. Народная драма в республиканском Риме Римский театр эпохи республики от середины III в до конца I в до н э

    Реферат
    Латиняне были одним из многочисленных племен и народов, населявших древнюю Италию. Они жили по нижнему течению реки Тибра в области, которая называлась Лациум.
  4. Рабочая программа учебной дисциплины «История Древней Греции», «История Древнего Рима» По подготовке

    Рабочая программа
    Министерство образования и науки Российской Федерации Федеральное агентство по образованию Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования КАРЕЛЬСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ Историко-филологический
  5. Древний Рим (культура)

    Документ
    Римская община в начале республиканского периода была одним из полисов Апеннинскогого полуострова. Полис (по-латыни civitas) - это, как правило, небольшое рабовладельческое государство с единственным городом - центром политической и культурной жизни.

Другие похожие документы..