Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Публичный отчет'
ДВУХФАКТОРНАЯ МНОГОКРИТЕРИАЛЬНАЯ МЕТОДИКА АТТЕСТАЦИИ НАУЧНО-ПЕДАГОГИЧЕСКИХ РАБОТНИКОВ СПБГУ НА ОСНОВЕ ПОКАЗАТЕЛЕЙ ЭФФЕКТИВНОСТИ ИХ НАУЧНО-ОБРАЗОВАТЕЛ...полностью>>
'Диплом'
Дизайнерские решения в оптимизации размещения и функциональных связей системы раннего предупреждения приближения земли СРППЗ на самолетах ТУ-134 и АН-...полностью>>
'Документ'
2. Мінприроди, МНС, МОЗ, Мінагрополітики, Держкомприродресурсів, Держводгоспу, Держжитлокомунгоспу, Держкомлісгоспу, Держкомзему подати в шестимісячн...полностью>>
'Документ'
Пьеса "Ньютоновы кольца" публикуется впервые по архивному источнику, хранящемуся в РГАЛИ, фонд 332, ед.хр. 226. В этом фонде хранятся два ав...полностью>>

Начало Православной Руси первый опыт христианского благочестия и богатырства. § Слово о закон

Главная > Закон
Сохрани ссылку в одной из сетей:

Ю.Ю.Булычев

ИСТОРИЯ РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ

Материалы лекционного курса

Первый раздел

XXVII вв.

ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ЭПОХА ФОРМИРОВАНИЯ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ

ТРАДИЦИИ

Глава первая. ПРИНЯТИЕ РУСЬЮ ПРАВОСЛАВНОГО ХРИСТИАНСТВА, «СЛОВО О ЗАКОНЕ И БЛАГОДАТИ» МИТР. ИЛАРИОНА

§ 1. Духовное состояние Руси перед принятием христианства.

§ 2. Выбор православной веры князем Владимиром.

§ 3. Начало Православной Руси первый опыт христианского благочестия и богатырства.

§ 4. «Слово о законе и благодати».

§5.Культурно-исторический смысл приобщения Руси к греко-православной традиции.

Глава вторая. СТАНОВЛЕНИЕ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ КУЛЬТУРЫ И РУССКОГО ПРАВОСЛАВНОГО МИРОСОЗЕРЦАНИЯ В ДОМОСКОВСКИЙ ПЕРИОД

§1.Строительство православной культуры в Киевской Руси.

§2. Формирование древнерусской народности и русского православного миросозерцания.

§3. Отражение древнерусского религиозно- нравственного сознания в «Поучении» Вл. Мономаха.

§4. Своеобразие русского типа святости.

Глава третья. РАЗВИТИЕ КУЛЬТУРЫ В ПЕРИОД ПОЛИТИЧЕСКОЙ РАЗДРОБЛЕННОСТИ РУСИ, ВЕЛИКОРУССКИЙ ДУХОВНЫЙ ПОДЪЕМ ХIV – ХV ВЕКОВ

§ 1. Культурное развитие Руси в период политической

раздробленности.

§2. Возрастание чувства русской духовной общности в условиях распада киевской государственности.

§3. Перемещение жизненного центра Руси на северо-восток, многообразные следствия этого сдвига.

§4. Духовное и политическое сплочение русского народа, Сергий Радонежский и Дмитрий Донской.

§5. Воплощение великорусского духовного подъема в нравственном сознании общества, архитектуре, иконописи.

XIV –XV вв.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

МОСКВА - ТРЕТИЙ РИМ, ЭПОХА ТРАДИЦИОННОЙ ОРГАНИЧЕСКОЙ ЦЕЛОСТНОСТИ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ КУЛЬТУРЫ

(Вторая половина ХV – ХVII век)

Глава четвертая. ФОРМИРОВАНИЕ ДУХОВНЫХ ОСНОВ РУССКОГО ПРАВОСЛАВНОГО САМОСОЗНАНИЯ И РУССКОЙ НАЦИОНАЛЬНОЙ КУЛЬТУРЫ

§ 1. Возвышение православно-державного значения Московской Руси.

§2. Становление русского христианского мессианизма, учение «Москва – третий Рим» и ее мировоззренческие особенности.

§3.Формирование основополагающих мифологических символов русского православного самосознания.

§4. Развитие традиции православного иночества, русской церковной жизни и русского церковного самосознания.

§5.Усиление духовной самобытности и политической самостоятельности Московской Руси, особенности развития культуры и цивилизации в XVI веке.

Глава пятая. ОБЩЕСТВЕННО-ГОСУДАРСТВЕННОЕ СОЗНАНИЕ, СОЦИАЛЬНАЯ И ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА МОСКОВСКОЙ РУСИ

§1.Религиозные и национально-психологические основания православного самодержавия.

§2.Монархическая власть в Московской Руси сравнительно с императорской властью в Византии.

§ 3. Московские традиции государева двора.

§4.Общий характер общественно-государственной и правовой системы Московской Руси, единство самодержавия и земского самоуправления.

§ 5. Развитие политической публицистики.

§ 6. Достоинства московской системы и недостаток национально-государственного самосознания в московский период.

Глава шестая. ОСОБЕННОСТИ КУЛЬТУРНОЙ ЖИЗНИ РОССИИ В XVI – XVII СТОЛЕТИЯХ, РАЗВИТИЕ ЛИЧНОСТНОГО СОЗНАНИЯ И ПРЕДПОСЫЛОК СЕКУЛЯРИЗАЦИИ В РУССКОМ ОБЩЕСТВЕ

§1. Мировоззрение и быт русского народа.

§2.Домострой.

§3.Развитие личностного начала внутри традиционного русского общества в XVII в., особенности личностного сознания человека

Московской Руси.

§4.Смута и ее культурно-исторические следствия.

§5.Внутренние и внешние факторы осложнения русского исторического развития.

Глава седьмая. РАСКОЛ РУССКОЙ ЦЕРКВИ В XVII ВЕКЕ, НАЧАЛО ЗАПАДНОГО ВЛИЯНИЯ НА ОТЕЧЕСТВЕННУЮ КУЛЬТУРУ

§1.Предпосылки церковного раскола, природа грекофильского направления в русском культурном самосознании.

§2.Раскол Русской Церкви.

§3.Культурно-исторический смысл и значение раскола как фактора развития русской общественной жизни и русского самосознания.

§4.Программа просвещения Московской Руси в книге Ю. Крижанича «Политика».

§5.Новые явления в развитии русской цивилизации, архитектуры и художественной культуры.

§6.Усиление западного влияния в культурной жизни и культурном самосознании, полемика восточников и западников.

Введение

Вводную часть нашей книги уместнее всего начать с разъяснения, какой смысл авторы придают понятиям, входящим в ее название, а именно – «история», «русское», «культура».

Под историей нами понимается процесс стихийного, зачастую непредсказуемого в своих последствиях изменения общества во времени. Очевидно, временность, текучесть, изменчивость относится к самому существу исторического. Не случайно, говоря об истории, мы, как правило, прибегаем к выражениям «история движется», «идет», «свершается», «разрушает», «созидает», «учит», «свидетельствует». Это указывает, что под историческим бытием традиционно понимается некая стихия и сила социального жизнедвижения.

Под русским мы понимаем исторически существующую социальную общность людей, объединенных единством этнического происхождения, языка, культурной традиции, национального самосознания, государственности. Русские как этнос, или народ, – естественноисторический тип человеческого общества, то есть тип общества, возникший отчасти под влиянием природного процесса этногенеза, отчасти под воздействием стихийного социального процесса формирования этнически обусловленной культуры (этнокультурогенеза). Русские как нация – духовно-разумное единство людей, объединенных не только этногенетическими и этнокультурными (обычно подсознательно проявляющимися) началами, но так же сознанием своего исторического предназначения, своей культурной самобытности и волей к его сохранению в истории.

Народ – этническая, этнопсихологическая и этнокультурная основа нации, предполагающая вполне объективные (физиологически, психически, исторически обусловленные) особенности телесно-душевного и культурного типа представителей данной социальной общности в рамках определенной расы. Этническая общность людей выражается в сходстве их тела и души, типа их психики, единстве интуитивного отношения к окружающему природному и социальному миру и таким образом является «строительной площадкой» для созидания нации. Последняя, в отличие от сугубо природной, доисторической по происхождению расы и естественноисторического феномена народа, нами понимается как личностная, духовно-культурная индивидуальность. Нация есть духовная общность личностей данного народа, являющаяся результатом их воли, выбора и сознания. Именно сознательное единение представителей одного народа на родной земле, посредством родного языка, вокруг отеческих святынь и традиционных культурных ценностей, в свете общих исторических целей образует духовный организм нации.

Нация – качественно новый этап исторического развития народности. Рождение нации из народно-этнографических предпосылок, по справедливой аналогии С.Н. Булгакова, – рационально непостижимый акт появления самобытной духовной индивидуальности, подобный рождению нового человека. Процесс развития народности в нацию есть путь, на котором не отрицаются, не подавляются этнопсихологические и культурно-традиционные начала народной самобытности, но усложняются, утончаются, разумно ограниваются, то есть, возводятся к сознанию и сознательно-волевому утверждению. Ибо народность – хранитель глубинных жизненных энергий нации, ее самобытного характера, бессознательных психических архетипов, первоначальных мифов и мотиваций творческих актов.

Стало быть, собственная духовно-разумная жизнедеятельность нации никоим образом не может и не должна отрицать своих народно-органических предпосылок. Наоборот, она призвана восполнить душевно-кровное, естественноисторическое и традиционно-культурное родство людей сознанием исторической самобытности народа, его предназначения в истории, его высших духовных целей и жизненных интересов на арене мировой борьбы вероисповеданий, наций и государств.

С точки зрения содержательной, нация есть общество, обладающее свойствами наиболее полного и конкретного из всех мыслимых культурно-исторических единств, ибо объединяет людей по максимальному числу признаков социальной связи: этносу, языку, культуре, религии, исторической памяти, территории, государству. Поскольку отдельный человек не имеет непосредственного языкового, психологического, религиозного, культурного единения со всей человеческой массой, обитающей на планете, то нация для него есть, по верному определению Н.Г. Дебольского, «человечество, индивидуализировавшееся или организовавшееся в общество» .

Не должно как возвышать нацию над человечеством, так и подчинять ее последнему. По сути дела относительно каждого из нас нация – человечество ближних, которое служит сферой живого проявления всемирных, универсальных начал человеческого бытия.

С точки зрения творческо-динамической нация есть действительный субъект истории. То есть, чем более национально развит народ (чем яснее осознанность им его высших интересов и ценностей, чем целеустремленнее воля и деятельнее жизнь), тем успешнее он осваивает стихию исторического времени, тем плодотворнее ведет борьбу за свою самобытность среди народов человечества, тем значительнее его мировая роль.

Субъектами исторического процесса являются только народы, нации и конкретные союзы национальных организмов, а не формальные, отдаленные общности людей. Последние не связаны этнопсихологическими и духовно-культурными узами, а потому лишены живого «мы-чувства» и «мы-сознания». Ведь быть субъектом истории – значит организовывать, стабилизовать, структурировать внутри социального бытия всеразрушающую стихию временного потока в свете тех сверхисторических духовно-культурных ценностей, которые исповедует нация. Именно посредством служение вечному, вневременному, абсолютному нация овладевает историей, торжествует над временем и сохраняет от истребления историческим временем, от порождаемых им неисчислимых опасностей, свою народную основу, свою религию и свою культуру.

С этой духовно-культурной точки зрения не видно никаких исторических пределов существования национально зрелого народа. Поскольку нация – явление, главным образом, духа, а не природы, то, покуда существуют общепланетарные условия для жизни на земле, способно сохранять себя и всякое национально конкретное общество. Оказываясь собирательной духовной «личностью», рождающейся в истории, но возвышающейся над стихией времени, нация как некая сверхисторическая сущность может жить в разных эпохах, формациях, типах государства и даже без определенной политической формы. Нация способна ставить себе на службу выходцев из других народов и целые народности. Порой национальный инстинкт ищет в «инородцах» ресурсов восполнения витальной энергии и определенных черт характера, ослабленных в среде представителей коренного этноса. Вводя этнически инородных лиц в свое ментальное поле, в стихию своего языка, с доверием приобщая их к своим священным мифам и преданиям, нация зачастую навечно покоряет «новоначальных» членов духовными дарами своей культуры и ставит этническую энергию и личные таланты «инородцев» на службу своей культурной деятельности и своей жизненной борьбе.

Словом, «нация» есть понятие одного порядка с понятиями «субъект», «воля», «сознание», ибо подразумевает начала свободы, творчества, выбора, служения и ответственности. Если понимать национальность как самобытное качество сознания, воли, творческих актов, направлений выборов, ценностных предпочтений конкретного общества, то мы должны самым тесным образом сблизить понятия «нация» и «культура».

В самом деле, создать, передать и сохранить в истории все то, что нами связывается с понятиями «человечность», «культура», «духовность», что подразумевает все тонкие чувства родства и любви, нравственные ценности и идеалы, обеспечивающие вочеловечение рождаемых индивидов, никоим образом невозможно вне национальной общности как человечества душевно и духовно родственных «ближних». Более того, вне подобной органической духовно-социальной связи людей окажется невозможным приобщить человеческую душу Богу. Ведь Откровение Божие многоликому и духовно многоразличному роду человеческому дается национально определенным образом. Никакая религиозная традиция немыслима вне народа и поверх национальной культурной жизни. Ибо традиция – это передача духовного опыта в определенных языковых и социальных формах, понятных новым поколениям. Понятность же определяется как языком, так и мифологическо-символическим контекстом конкретной народной культуры. Вот в чем ценность ветхозаветного материала в рамках христианской религии. Без пророка Иеремии, сказавшего, что Бог даст Новый завет, написанный уже не на скрижалях, а в сердцах человеческих и завершающий богоизбранничество Израиля, без пророческих мыслей Даниила о явлении Христа и разрушении Иерусалима учение Спасителя было бы совершенно не понято и не воплощено в сознании евреев-апостолов, а затем и всего человечества. Народ израильский в данном случае явился создателем того первоначального всечеловечески значимого культурного контекста христианства, в котором состоялось как отрицание богоизбранничества самого Израиля, так и утверждение нового христианского достоинства народов.

Следовательно, всякая действительная культура по своим истокам и формам существования национальна. Понятие «мировая культура» – категория обобщающая, собирательная. Она подразумевает все те произведения человеческого творчества, которые, родившись в лоне национальных культур, были приняты многими народами как имеющие общечеловеческую ценность. И, очевидно, если иссякнет творческий потенциал конкретных народно-национальных обществ, если оскудеет самобытный дух национальных культур, то и мировая культура обеднеет великими произведениями.

Выявляя тесную связь понятий «нация» и «культура», необходимо подчеркнуть, что не только культуротворческий процесс непосредственно зависит от определенной национальной почвы, но и самосохранение всякого национально конкретного общества в истории самым прямым образом связано с преемственным сохранением в веках культурной традиции и культурного самосознания определенного народно-национального организма. Ибо в самом общем, а ныне и в общепринятом смысле культура может быть определена как специфический способ существования человеческого общества в условиях земной природы и всемирной истории. К сущности собственно культурного способа существования следует отнести использование обществом сверхбиологических начал, институтов и инструментов обеспечения своей жизнедеятельности, таких как разум, религия, нравственность, наука, искусство, социальные традиции и обычаи, право, государство, техника, производственно-экономические комплексы.

Для различения духовных и материально-экономических аспектов культурно-исторического бытия зачастую вводится различие понятий собственно культуры и цивилизации. В этом случае под культурой понимается сфера верований, мифов, философских идей, ценностей, нравственных и социальных идеалов, эстетических образов, отвечающих за внутреннее сплочение народа, за ценностно-смысловое единство общественного сознания. Под цивилизацией же – совокупность стереотипичных норм внешней деятельности, формальных знаний, политических и экономических институтов, производственных, транспортных, оборонительных систем и тому подобных средств обеспечения преимущественно внешних условий социальной жизни и преемственности культуры.

Мы будем придерживаться достаточно обоснованного подхода, предполагающего тесную связь культуры и цивилизации в историческом бытии всякого национально конкретного общества при первостепенном значении сферы духовных ценностей и смыслов жизни. Цивилизация в ее нормальном состоянии – внешняя форма существования и транслирования культуры, подобно яичной скорлупе, служащая сбережению нежного внутреннего содержания. Если понятие «культура» (ведущее, как полагал о. Павел Флоренский, родословную от слова «культ») служит обозначению сферы весьма тонких творческих процессов, проистекающих из области религиозного Откровения, непостижимого вдохновения и вековых пластов духовного опыта народа, то понятие «цивилизация» охватывает сравнительно внешнюю, вторичную, ориентированную на земную жизнь область исторической деятельности человека – область институтов, привычек, социальных форм, вносящие внешнюю жесткость, функциональную повторяемость и устойчивость в общественное бытие. Однако цивилизационные принципы имеют всеобщее распространение, глубоко проникая в сферу духовной культуры и даже религии. В частности, многое в формах организации Церкви как социального института имеет отношение не столько собственно к культурной сфере, сколько к сфере цивилизации.

И все же, если культура, почти как и религия, несет свою творческую цель в себе, цивилизация относительно культуры имеет в принципе вторичный и служебный характер. В гуманитарном знании понятие цивилизации широко используется для выражения системной целостности какой-либо социально-культурной общности, взятой с ее внешней стороны. Это понятие направляет наши усилия на выявление механизмов интеграции общества, связывающих религиозные, психологические, социальные, экономические, политические стороны жизни данного исторического субъекта в определенное функциональное единство. Цивилизационный анализ жизнедеятельности социальной и культурной общности (народа, страны, геополитического комплекса стран и народов) приобретает достаточно формальное содержание. Он ориентируется не столько на раскрытие идейно-смысловых пластов общественно-культурной жизни, сколько на вычленение ее специфических форм, структур, функций, которые определяют поле цивилизационного единства исследуемого общества. Того внешнего «поля притяжения» свойственной ему самобытности, которое обусловливает общую стилистику самых различных видов социально-культурной деятельности.

Но чтобы распространялось подобное «поле притяжения», должен существовать его излучающий «магнит». Этим «магнитом» цивилизации является ядро ее духовной культуры, ее традиционная религиозно-мифологическая идея, или архетип – средоточие всей ее самобытности. Без интуитивного чувства бытия такого духовного архетипа невозможно понять ни типологии культуры, ни вычленить формы рождаемой ею цивилизации, ни определить их соответствия своей духовной первооснове, ни отразить в мысли динамику пребывания народно-национального организма в истории.

В современной гуманитарной науке под культурно-исторической самобытностью понимается духовная способность конкретного, национально определенного общества к самостоятельному существованию и развитию, к созданию оригинальных произведений литературы, мысли, искусства, обогащающих эстетический, нравственный интеллектуальный опыт человечества. Предпосылки культурно-исторической самобытности всякой нации определяются по меньшей мере тремя обстоятельствами: во-первых, типом религии, исповедуемой большинством населения, определяющей его отношения с Богом, дающей ему образ высшей истины, систему нравственных категорий, духовные устои многообразных культурных и социальных традиций, словом, глубоко предопределяющей весь его жизненный уклад; во-вторых, этнопсихологической индивидуальностью народа – созидателя данной культуры и цивилизации; в-третьих, природно-географическими условиями страны, под влиянием которых оформляется национальный характер и осуществляется культурное развитие общества. Об особенностях православного вероисповедания, о специфике его усвоения русским народом, равно как о свойствах русской национальной психологии и природно-географическом факторе истории русской культуры мы будем вести речь в специальных разделах нашей книги. В рамках же этого введения необходимо обратить внимание на то, что духовная самобытность всякого национально конкретного общества аккумулируется в его традиционных, то есть исторически сохраняющихся верованиях, ценностях и фиксируется в свойственных нации принципах культурной идентификации, или культурного самосознания.

Культурное самосознание, хотя оно глубоко связано с «вечным», традиционным и постоянно обращено к духовным истокам культуры, есть вместе с тем всегда конкретно-исторический, «овремененный», остро современный процесс выявления совокупностью национально связанных личностей культурной самобытности своего народа, его отношений к иным нациям и его функций в глобальном социально-культурном развитии. Стало быть, культурное самосознание имеет несколько уровней. Во-первых, – уровень знаний о самобытном духовном «Мы» национально конкретного общества и о традиционной основе данной культуры, определяющей ее историческое существование, ее уникальность и неразложимость в контексте многообразных культурных взаимодействий. Во-вторых, – уровень ценностного восприятия своего национально-культурного типа, на котором формируется понимание объективной ценности родной культуры и ее отношения к культурами иных народов. В-третьих, – уровень культурно-исторического мировоззрения, предполагающего комплекс идей о духовном предназначении, о культурной миссии своего народа в совокупной жизни многих цивилизаций.

Поскольку человек, на чисто природное существо, но homo sapiens, а человеческое общество не биологический, а духовный организм, в значительной мере скрепляющийся актами сознания и воли, постольку его историческое самосохранение тесно связано не просто с инертным хранением традиций и обычаев, но с постоянным развитием и обновлением культурного самосознания. Именно работа последнего – залог социальной актуализации традиционных ценностей национальной культуры, национально-исторической памяти, опыта национально-исторической судьбы. Эти ценности, эта память и этот опыт выражают и защищают духовную самобытность народа, подытоживают исторические результаты его существования в конкретной природной среде, в своеобразной геокультурной и геополитической обстановке. Они вносят знание реальностей в труд и борьбу нации, определяют смыслы ее исторической жизни на земле среди других цивилизованных народов. Поэтому нация, утрачивающая сознание своих традиционных культурных ценностей и способность строить в их свете свою социальную жизнь, не просто теряет силы для жизни духовно-нравственной и создания великих произведений искусства, а и физически вырождается. Потерявший смысл своего пребывания в истории, утративший память о своем прошлом, чувство и сознание своей заветной «национальной идеи» народ неизбежно внутренне распадается и зачастую политически погибает с первой же исторической грозой.

Здесь наступила пора сделать вывод, что при существенной близости понятий «история» и «культура» (в том смысле, что культура исторична, а история культурологична) между ними нет тождества. Ибо первое понятие отражает прежде всего линейную последовательность моментов социальной жизни. Второе понятие определяет главным образом духовно-своеобразный способ существования конкретного общества, формы творческого проявления его внутренней специфики в связи не только с историческими обстоятельствами, но и «вечными» началами веры, предания, обычая, традиции. Поэтому не случайно, в отличие от истории, которая, как уже мы ранее заметили, представляется процессом стихийного, порой хаотического и катастрофического изменения общества во времени, неумолимым движение социальной жизни, необратимым и равнодушным чередованием эпох, культура мыслится как сфера разума, красоты, гармонии, человечности, духовного приобщения к любым эпохам, их взаимного примирения и обогащения. Рассуждая о культуре, мы обычно говорим о сохранении, передаче, спасении от всеразрушающей власти времени некоего идеального содержания, что указывает на смысл культуры как начала по своим основаниям сугубо духовного, вневременного, внеисторического. Исторична культура не по своему основанию и существу, но по формам своего сохранения и развития в истории. Ибо в основе всякой культурной организации общества лежит некое самодовлеющее духовное образование («идея», «архетип») прямым образом связанное с религией, конституирующее традицию данной культуры и тем самым предполагающее единство ее бытия в истории.

Проведенное различение культурного и исторического позволяет увидеть, что, несмотря на весьма глубокое проникновение исторического в культуру, она в своей религиозно определенной основе – сравнительно статичное царство «вечных» смыслов, ценностей, идеалов, принципов, структурирующих историческое, вносящих в него дух гармонии и трезвенности, стремление к вечному, блаженному, благодатному. История – стихия жизни и борьбы, переоценки ценностей и вечного обновления. В своей типологически чистой форме человек исторический предстоит нашей мысли как практический деятель, беспокойный, страстно устремленный в будущее, зачастую фанатичный и жестокий, все время, жадно чего-то алчущий. Человек культурный же представляется как созерцатель и творец, уравновешенный, гуманный, внутренне просветлённый и умиротворенный.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Книга митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Иоанна (Снычева) «Русская Симфония»

    Книга
    Книга митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Иоанна (Снычева) «Русская Симфония» состоит из двух самостоятельных частей — «Самодержавие Духа» и «Русь Соборная», представляющих, по замыслу автора, право­славную историософскую
  2. Боги и касты языческой руси

    Документ
    Не первый век ученые спорят — отчего перед крещением Руси князь Владимир поставил на Киевском холме языческих идолов? Почему именно столько и почему именно этих? Автор указывает на схожие культы у наших дальних родичей по индоевропейской
  3. Выдающиеся личности и события в массовом сознании русских крестьян XIX- начала XX вв историко-этнографическое исследование

    Исследование
    Диссертационного совета Д 002. 117. 01 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора наук при Институте этнологии и антропологии РАН по адресу: 11 1,
  4. Б. А. Рыбаков Язычество Древней Руси Предисловие Эта книга

    Книга
    Эта книга является прямым продолжением, как бы вторым томом, моего исследования «Язычество древних славян», вышедшего в 1981 г. В первой книге автора интересовали прежде всего глубокие корни тех народных религиозных представлений,
  5. Б. А. Рыбаков язычество древhей руси москва 1987 Книга

    Книга
    Книга - продолжение монографии Б. А. Рыбакова "Язычество древних славян", вышедшей в 1981 г. Она посвящена роли древней языческой религии в государственной и народной жизни Киевской Руси до принятия христианства.

Другие похожие документы..