Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Программа дисциплины'
При составлении программы дисциплины использовались источники следующих авторов: Буякевича Т.С., Замыцких В.П., Михлина А.С., Селиверстова В.И., Ткач...полностью>>
'Реферат'
Традиційна культура укра­їнського населення цього надзвичайно самобутнього регіону розвивалася у загальноукраїнському руслі, незважаючи на те, що йог...полностью>>
'Учебно-тематический план'
Теория: презентация - виды монохромной графики, материалы и т.д. ТЕХНИКА ГРАФИТОВОЙ ПЫЛИ. Теория: материалы и инструменты, и их применение Практика: ...полностью>>
'Документ'
1.1. Комитет по делам национальностей и взаимодействию с религиозными объединениями (далее - комитет) является структурным подразделением администрац...полностью>>

Клочков В. В. Крель А. В

Главная > Документ
Сохрани ссылку в одной из сетей:

Клочков В.В.

Крель А.В.1

Оценка эффективности стратегического планирования инновационного развития наукоемкой промышленности

Введение

На первый взгляд, необходимость стратегического планирования в самых разных областях, в т.ч. в наукоемкой промышленности, уже никем в нашей стране не оспаривается. Однако в реальности, нынешнее качество разработки и обоснования стратегий развития целого ряда отраслей российской наукоемкой промышленности представляется авторам неудовлетворительным. Низкая прозрачность в принятии решений, не «стратегическая» глубина и несамостоятельность в принятии решений – все это является признаками дисфункции стратегического планирования развития российской наукоемкой промышленности. Выполнение стратегического планирования на ненадлежащем уровне чревато выбором коммерчески неэффективных или чрезвычайно рискованных для российской промышленности направлений инновационного развития. Постановка целей развития отрасли, не отвечающих долговременным национальным интересам России и не связанных с решением насущных проблем социально-экономического развития страны, также сбивают Россию с инновационного пути развития.

В основе всех перечисленных проблем лежит отсутствие в России проводимых на регулярной основе системных стратегических исследований перспектив развития многих наукоемких отраслей. Системные стратегические исследования должны давать научно обоснованные ответы на вопросы, связанные с выбором целевого сегмента рынка, уровнем технико-экономических характеристик перспективной наукоемкой продукции, реализуемостью этого уровня характеристик на базе имеющегося фундаментального научного и технологического задела. Неадекватный выбор технико-экономических характеристик и их низкая реализуемость являются прямым следствием отсутствия системных стратегических исследований перспектив развития отрасли. В такой ситуации неопределенными становятся не столько средства достижения целевого уровня характеристик, сколько сами цели исследований и разработок. В отсутствие системных исследований, обоснованно сравнить эффективность постановки тех или иных целей инновационного развития не представляется возможным, и отечественной наукоемкой промышленности остается придерживаться следующих возможных стратегий:

1. Стратегия подражания: ориентируемся на целевой сегмент рынка, избранный зарубежными конкурентами.

2. Волюнтаристская стратегия: самостоятельно выбираем целевой сегмент рынка, но не научно обоснованным, а произвольным образом.

1. Подход к оценке последствий отсутствия научно обоснованного выбора приоритетных направлений инновационного развития

Невозможность научно обоснованного выделения приоритетных направлений исследований и разработок приводит к повышению стоимости и длительности поисковых НИР, а также к снижению их результативности, что особенно критично в условиях жесткой конкуренции на рынках наукоемкой продукции. Для количественной оценки соответствующих негативных последствий, рассмотрим следующую экономико-математическую модель. Предположим, что всего может быть поставлено возможных целей инновационного развития отрасли, причем, к достижению -й цели может привести возможных путей. Для простоты будем считать эти количества одинаковыми для всех возможных целей и равными . Различные пути достижения данной цели на начальном этапе реализации программы инновационного развития могут характеризоваться лишь ожидаемым временем достижения успеха поисковых НИР , а также среднегодовым объемом финансирования, потребного для реализации поискового исследовательского проекта . В таких условиях стратегия исследований и разработок зависит от трех групп факторов:

1) взаимосвязи различных целей инновационного развития отрасли (являются ли они взаимоисключающими, независимыми, или при их совместной реализации достигается синергетический эффект);

2) наличия либо отсутствия стратегических системных исследований, позволяющих оценить эффективность постановки тех или иных целей;

3) располагаемого ресурсного обеспечения (финансового, кадрового и др.).

Ограничения могут накладываться на поток финансирования, измеряемый в денежных единицах в год:

Располагаемую сумму необходимо соотнести с потребным объемом финансирования одного поискового проекта . Таким образом, в рамках бюджетного ограничения можно одновременно реализовать не более поисковых исследовательских проектов.

Рассмотрим процесс взаимодействия отечественной и обобщенной зарубежной наукоемкой промышленности, обозначив этих игроков, соответственно, В и А. Если всевозможные цели инновационного развития отрасли являются взаимоисключающими, тогда при наличии информации об их эффективности было бы естественным выбрать цель, дающую отрасли максимальную прибыль или обладающую наибольшей социально-экономической эффективностью в масштабах страны (с учетом внешних эффектов), и вести для ее достижения поисковые исследования, по возможности, в наибольшем количестве направлений (которое, ограничено наличием оригинальных идей и квалифицированных исследователей, способных их развивать). Предположим, что именно так и действует зарубежная наукоемкая промышленность. На основе системных исследований перспектив своего развития, она осознанно выбирает наиболее выгодный для себя сегмент рынка1 . Будем считать, что она располагает и всеми необходимыми ресурсами для проведения поисковых НИР в направлениях, т.е. . Согласно модели поисковых НИР со случайным временем достижения успеха, предложенной в [2] это позволит ей достичь поставленной цели за следующее время:

(1.1)

где – вероятность завершения поисковых НИР в течение лет. При этом ожидаемый объем затрат зарубежной промышленности на поисковые НИР можно оценить по следующей формуле, полученной в [2]:

(1.2)

2. Последствия реализации стратегии подражания

В случае, если избрана стратегия подражания, российская промышленность стремится достичь цели (оптимальной для зарубежной промышленности), проводя поисковые НИР в следующем количестве направлений:

(2.1)

Динамика взаимодействия игроков зависит от информированности отечественной промышленности о направлении НИР, выбранном зарубежными конкурентами. Если они открыто объявляют о своих стратегических целях (что, в основном, соответствует действительности – см., например, Национальный план США в области авиации, оба игрока начинают поисковые НИР практически одновременно. Для получения количественных оценок может использоваться описанная в [2] простейшая модель временной конкуренции с учетом случайного времени окончания поисковых НИР. С ее помощью можно оценить ожидаемые значения прибыли обоих игроков и .

Как показано в работе [4], прямая конкуренция с зарубежной наукоемкой промышленностью во многих отраслях является малоэффективной и рискованной. Кроме того, целевой сегмент рынка, избранный зарубежной промышленностью, может обладать низкой социально-экономической эффективностью с точки зрения интересов развития России. Как показано в работе [] применительно к гражданскому авиастроению, вполне возможно, что существуют иные рыночные сегменты, освоение которых позволило бы значительно успешнее решить насущные социально-экономические проблемы России, чем подражание зарубежным конкурентам – и при этом избежать прямой конкуренции с ними. Обозначим такой целевой сегмент . Если бы была выбрана именно данная цель, и на ее достижение были бы направлены все имеющиеся ресурсы, отечественная промышленность осталась бы в избранном сегменте рынка монополистом и получила бы ожидаемую прибыль , которую можно оценить с помощью соответствующих моделей. Однако стратегия подражания не оставляет возможности для достижения такой цели, даже если такой сегмент рынка действительно существует – более того, его поиск не предполагается.

Таким образом, ожидаемые потери российской наукоемкой промышленности вследствие подражания зарубежным конкурентам в выборе целевого сегмента рынка можно оценить как разность . Заметим, что практически получить оценки потерь по описанному алгоритму сложно – для этого необходимо знать прибыль, которую получила бы российская промышленность, выбирая те или иные альтернативные рыночные ниши. Выявить эти ниши, а также оценить эффективность их освоения и найти среди них наиболее перспективную, можно лишь в результате системных стратегических исследований (которые, как правило, не проводятся, что и послужило поводом для предпринятого здесь анализа).

Для иллюстрации предлагаемого подхода к оценке потерь вследствие механического подражания зарубежной промышленности, рассмотрим следующий пример. Перед российским гражданским авиастроением стоит выбор целевых сегментов рынка авиатехники. Рассматриваются следующие альтернативы:

  • работать в сегменте I, соответствующем агрегированному рынку пассажирских самолетов, на котором в настоящее время господствует зарубежное авиастроение;

  • работать в сегменте II, соответствующем рынку сверхтяжелых грузовых самолетов, где отечественная авиапромышленность обладает ключевыми компетенциями;

  • работать одновременно в обоих сегментах.

Здесь приняты следующие исходные данные:

  • общая продолжительность ЖЦИ в обоих сегментах ;

  • ожидаемое время выхода на рынок игроков А и В, соответственно, в сегментах I и II: ; ; ; ;

  • совокупный спрос на продукцию в сегментах I и II, соответственно, на монопольном и конкурентном рынках: ; ; ; ;

  • цена изделий в сегментах I и II, соответственно, на монопольном и конкурентном рынках: ; ; ; ;

  • постоянные затраты на НИОКР и ТПП (общие – для всех изделий, и специфические – для сегментов I и II) игроков А и В, соответственно,: ; ; ; ; ;

  • удельные материальные затраты игроков А и В на 1 изделие, соответственно, в сегментах I и II: ; ;

  • удельные затраты на оплату труда на первое изделие для игроков А и В, соответственно, в сегментах I и II: ; ; темп обучения .

Такой набор исходных данных показывает, что отечественная авиапромышленность обладает ключевыми компетенциями в сегменте II (сверхтяжелых грузовых самолетов), однако возвращение на рынок пассажирских самолетов (сегмент I) потребует от нее значительных инвестиций и времени, в силу накопившегося отставания. В такой ситуации зарубежная авиапромышленность не составит конкуренции отечественной на рынке сверхтяжелых грузовых самолетов при любой возможной доле на этом рынке. Т.е. это – практически безрисковый сегмент рынка для отечественных предприятий, и на него следует ориентироваться в первую очередь, особенно если ожидаемая доля рынка пассажирских самолетов невелика. В то же время, стоимостная и натуральная емкость рынка пассажирских самолетов почти на два порядка больше, чем емкость узкой ниши рынка сверхтяжелых грузовых самолетов. Придерживаясь стратегии подражания зарубежному авиастроению, российские предприятия могут отказаться от этой ниши, несмотря на ключевые компетенции, которыми в ней обладали. Фактически, это и произошло во многих отраслях наукоемкой и высокотехнологичной промышленности. На рис. 1 показаны графики ожидаемой прибыли российского авиастроения за весь ЖЦ данного поколения изделий при различном стратегическом позиционировании отрасли (только в сегменте I; только в сегменте II; одновременно в обоих сегментах рынка гражданской авиатехники) в зависимости от доли, которую отечественным авиастроителям удастся занять на рынке пассажирских самолетов (т.е. в сегменте I).

Из рисунка видно, что стратегия механического подражания в данном примере никогда не является наилучшей. При малых долях рынка пассажирских самолетов (приблизительно до 12-13%) российским предприятиям вообще не следует выходить на этот рынок, работая в своей, пусть узкой, но почти безрисковой и вполне рентабельной нише. При больших долях освоение рынка пассажирских самолетов становится выгодным, но и при этом отечественному авиастроению нецелесообразно отказываться от своих ключевых компетенций на рынке грузовых самолетов. Графически потери прибыли вследствие стратегии подражания можно измерить как расстояние между верхней огибающей всех графиков и линией, соответствующей точному подражанию стратегии зарубежных конкурентов (на рисунке это расстояние отображается стрелками). Эти потери будут выше (как в относительном, так и в абсолютном выражении), если позиции российской промышленности в традиционной сфере деятельности конкурентов слабы. В большинстве отраслей наукоемкой промышленности это соответствует действительности. Особо подчеркнем, что в данном примере отечественная промышленность обладает ключевыми компетенциями в одной, чрезвычайно узкой нише, емкость которой на два порядка ниже емкости сегмента рынка, занятого зарубежными конкурентами. И даже в этом случае подражание конкурентам и неоправданный отказ от своих ключевых компетенций приводит к значительным потерям прибыли.

Если же учесть, что российская наукоемкая промышленность (в т.ч. авиационная) могла бы, решая насущные социально-экономические проблемы России и других развивающихся стран, открыть новые ниши рынков, обладающие гораздо большей емкостью, неэффективность стратегии подражания становится еще более значительной.

Рис. 1. Потери вследствие подражания зарубежным конкурентам (пример)

Ситуация усугубляется, если стратегия подражания реализуется с существенным запаздыванием относительно зарубежных конкурентов. Отечественная промышленность может начать поисковые НИР для освоения сегмента , когда конкуренты уже завершили НИР, или даже вывели новый продукт на рынок. Такое поведение мотивируется желанием избежать инновационных рисков, идти путем, уже проторенным конкурентами. Строго говоря, такая стратегия не является инновационной, поскольку в этом случае отечественная промышленность заведомо не будет новатором – она соглашается с ролью имитатора. Как показано в работе [1], такое поведение может быть оправданным, если у имитаторов имеются резервы существенного снижения себестоимости относительно уровня, достигнутого новатором (даже с учетом эффекта обучения), а также, если спрос на данный продукт высокоэластичен по цене. Однако первое условие выполнимо, скорее, в ряде стран АТР, но не в России. Что касается эластичности спроса по цене, на многих рынках она также невысока. В итоге благодаря такой «осторожной» стратегии отечественные предприятия обречены на отставание и проигрыш во временной конкуренции.

Соответствующие потери можно оценить путем небольшой модификации описанной в [2] модели временной конкуренции со случайным временем окончания поисковых НИР. Для каждого момента окончания НИР зарубежной промышленностью (либо, момента вывода нового продукта на рынок ) как момента начала поисковых НИР российской промышленности, необходимо рассчитать ожидаемую прибыль последней:

(2.2)

либо

(2.3)

где - прибыль отечественных предприятий, работающих в сегменте , за весь ЖЦ данного поколения изделий, при условии, что зарубежная промышленность завершила поисковые НИР через лет после начала периода моделирования, а российская – через лет;

- длительность предпроизводственных стадий ЖЦ продукции зарубежной промышленности (т.е. момент ее выхода на рынок в сегменте );

- вероятность того, что российские предприятия завершат поисковые НИР за лет.

Затем можно найти математическое ожидание прибыли российской промышленности с учетом вероятностей завершения поисковых НИР зарубежной промышленностью в различные моменты времени:

, или (2.4)

где - вероятность того, что зарубежные предприятия завершат поисковые НИР за лет.

При наличии этих оценок, можно оценить потери отечественной промышленности не только относительно гипотетической «идеальной» стратегии, при которой выбирается оптимальный рыночный сегмент , но и относительно более определенной стратегии «мгновенного» подражания, при котором российские предприятия начинают поисковые НИР одновременно с зарубежными в том же рыночном сегменте , и могут рассчитывать в этой временной конкуренции на ожидаемую прибыль . Если российские предприятия начинают НИР по достижении успеха НИР иностранными конкурентами, потери выражаются разностью , а если только после выхода зарубежной продукции на рынок – то разностью .

3. Последствия реализации волюнтаристской стратегии

В случае, если избрана волюнтаристская стратегия, целевой сегмент выбирается случайным образом в начальный момент времени, далее для достижения избранной цели финансируются поисковые НИР. Однако в случае волюнтаристского выбора любая цель может быть выбрана лишь случайно, с вероятностью . С такой вероятностью может быть выбрана цель , аналогичная цели зарубежных конкурентов, и тогда реализуется описанная выше ситуация прямой временной конкуренции с зарубежными компаниями (с одновременным началом НИР в России и за рубежом). С такой же вероятностью может быть избрана цель , наиболее предпочтительная для отечественной промышленности, и реализуется сценарий монопольного освоения соответствующей рыночной ниши. Во всех остальных случаях будут избраны иные сегменты рынка. Вероятность такого исхода составляет . Таким образом, ожидаемое значение прибыли отечественной промышленности при волюнтаристском выборе цели развития определяется следующей формулой:

(3.1)

Как и в случае стратегии подражания, корректная оценка потерь из-за волюнтаризма в выборе направлений развития отрасли требует наличия оценок ожидаемой прибыли отечественной промышленности для всех альтернативных направлений (рыночных ниш) , . Такая информация может появиться только в результате системных стратегических исследований.

Вернемся к наглядному примеру, описанному в п. 2. Он может быть использован и для иллюстрации неэффективности стратегии волюнтаризма. Пусть развитие в сегменте I – это цель зарубежных конкурентов , развитие в сегменте II – это цель наиболее предпочтительная для российской промышленности , а развитие в сегментах I и II мы обозначим за III сегмент - . Хотя III сегмент не является альтернативным, а объединяет сегменты I и II, такой составной сегмент может рассматриваться наравне с «простыми». Этому агрегированному сегменту мы присваиваем все показатели, присущие работе в обоих простых сегментах одновременно. Когда три альтернативных цели сформированы, и значение прибыли в каждом из сегментов известно, мы можем оценить ожидаемую прибыль при волюнтаристской стратегии. Вероятность выбора одной из 3 стратегий равна . Результат оценки ожидаемой прибыли при волюнтаризме изображен на рисунке 2 мелким пунктиром.

Рис. 2. Потери вследствие подражания зарубежным конкурентам (пример)

Как и стратегия подражания, волюнтаризм никогда не является самым выгодным. А в ситуации, когда доля рынка у российской промышленности в сегменте I больше 15%, стратегия волюнтаризма становится еще менее выгодна, чем стратегия подражания. В отсутствие стратегических исследований, когда перед российской промышленностью стоит вопрос, какую из субоптимальных стратегий выбрать – волюнтаризм лишь помогает сократить убытки (причем, лишь ожидаемые, поскольку, в отличие от стратегии подражания, существует риск еще большего проигрыша) в ситуации, когда доля российской промышленности в I сегменте меньше 10% процентов.

4. Оценка эффективности научно обоснованного тактического управления инновационными проектами

Системные исследования призваны помочь правильное управленческое решение на каждом этапе высокотехнологичного проекта. Такого рода исследования призваны не только обозначить приоритетное направление развития, но повысить вероятность принятия правильного решения на различных этапах проекта. Представим, что проект состоит из n стадий. На каждом шаге руководство может принять одно из двух решений: «правильное» и «неправильное». При волюнтаристской стратегии вероятность принять правильное решение  и вероятность принять неправильное решение  равны  на каждом шаге проекта, так как при отсутствии системных исследований нет никакой дополнительной информации, которая могла бы увеличить вероятность правильного шага:

При наличии системных исследований вероятность принять «правильное» решение  больше чем вероятность принять «неправильное» решение  ().

На рис. 3 изображена биномиальная модель принятия решения по проекту, который состоит из n стадий. На i-ой стадии возможно i+1 состояние, каждое состояние характеризуется количеством k=0…i принятых «правильных» и (i-k) «неправильных» решений. Каждое состояние на i-ой стадии характеризуется вероятностью попасть в это состояние, которое равно .

Рассмотрим n-ый и последний этап проекта. Допустим, что каждое k-ое (k=0…n) состояние на n-ом этапе характеризуется средней ожидаемой прибылью . k-ое состояние характеризуется количеством «правильных» решений, которые привели в данное состоянию равное k. Предположим, что прибыль  прямо пропорциональна k. Т.е. чем больше правильных решений было принято, тем больше прибыль. Предлагается выражать прибыль в условных единицах следующем образом:  (усл. ед.).

Т.е. если число «правильных» решений больше чем «неправильных», то проект приносит прибыль, в обратном случае компания терпит убытки в виде отрицательной прибыли. Стоит отметить, что проект приносит доход только после полного завершения проекта, т.е. на n-ой стадии, что естественно, поскольку решения принимаются, в основном, на предпроизводственных стадиях.

Если применяется волюнтаристская стратегия (), то ее средняя ожидаемая прибыль в условных единицах равна 0. Так как в таком случае вероятность получить прибыль  равна вероятности получить прибыль 

0 (4.1)

Средняя ожидаемая прибыль в условных единицах






npqn-1







.

.











npqn-1




i=0

i=1

i=2

i=3

i=n

Стадии проекта


Рис. 3. Биномиальная модель принятий решения по проекту

При расчете средней ожидаемой прибыли от проекта с использованием системных исследований необходимо учесть затраты на эти исследования . Будет естественным предположить, что  прямо пропорциональны количеству этапов на которых принимаются решения , т.е. чем больше принимается решений, тем больше информации необходимо использовать для этих решений, следовательно в больших объемах должны проводится исследования. Другой интерпретацией этого факта может быть предположение о том, что на каждом этапе i=0..n-1 затраты на системные исследования для принятия решения равно  (α должна быть выражена в условных единицах, в которых измеряется прибыль). На n-ом этапе никакое решение не принимается. Следовательно, средняя ожидаемая прибыль от проекта с использованием системных исследований:

 (4.2)

 (4.2.1)

Так как при использовании системных исследований , то  и выигрыш от их использования исследований ( ) будет больше нуля, если затраты на системные исследования будут удовлетворять условию:

. (4.3)

т.е. затраты на системные исследования должны быть меньше, чем средняя прибыль от проекта. Если это условие не выполняется, то выгоднее отказаться от системных исследований и выбрать цель случайным образом.

Стоит отметить, что оценку прибыли от использования системных исследований можно улучшить, если принять во внимание тот факт, что при выполнении реального проекта, существует возможность остановить его выполнение на i-ом (i<n) этапе, когда становится понятно, что продолжение проекта невозможно или невыгодно.

Выводы

Стратегические системные исследования перспектив развития наукоемких отраслей промышленности позволяют обоснованно выбрать целевые сегменты рынка и направления НИР, что сокращает непродуктивные потери инвестиций в НИОКР, потери времени, риск неэффективного выбора направлений инновационного развития. Фактическое отсутствие таких исследований приводит к критическим потерям во многих отраслях российской наукоемкой промышленности. Расчеты, проведенные с помощью предлагаемых моделей, показывают, что ожидаемые потери только российской авиационной промышленности от отсутствия стратегических системных исследований составляют несколько миллиардов долларов в год, т.е. сравнимы по порядку величины с возможными доходами отрасли, работающей успешно. В ситуации, когда системные стратегические исследования отсутствуют, предприятиям приходится выбирать между стратегией подражания или волюнтаризма. В случае выбора стратегии подражания или волюнтаризм предприятия оказываются не только коммерчески, но и социально неэффективными по отношению к государственным интересам России. Системные исследования призваны помочь правильное управленческое решение на каждом этапе высокотехнологичного проекта. Их отсутствие тоже может повлечь тяжелые последствия. Волюнтаристская стратегия является оправданной только в ситуации, когда затраты на системные исследования меньше чем ожидаемая средняя прибыль от проекта, что является весьма сомнительным, так как в случае высокотехнологичных проектов затраты на системные исследования много меньше, чем прибыль от проекта.

Список литературы

  1. Голиченко О.Г. Технологическая революция и фрагментация цепей создания добавленной стоимости // Материалы международной научно-практической конференции «Управление инновациями – 2009». - М.: ИПУ РАН, 2009. - С. 36-41.

  2. Иванова Н.В., Клочков В.В. Экономические проблемы управления высокорисковыми инновационными проектами в наукоемкой промышленности // Проблемы управления. – М., 2010. - № 2. - С. 25-33.

  3. Клочков В.В., Нижник М.В., Русанова А.Л. Прогнозирование экономической эффективности создания новых видов скоростного пассажирского транспорта // Проблемы прогнозирования. – М., 2009. - № 3. - С. 58-76.

  4. Клочков В.В., Русанова А.Л. Проблемы стратегического позиционирования российской наукоемкой промышленности (на примере гражданского авиастроения) // Экономическая наука современной России. – М., 2009. - № 4. -С. 64-78.

  5. National Plan for Aeronautics Research and Development and Related Infrastructure // сайт www.nasa.gov, December 2007 – 56 p.

  6. Avinash K., Dixit R., Pindyck S. Investment under uncertainty. Princeton University Press, 1993. - 468 p.

1 Клочков Владислав Валерьевич – д.э.н., в.н.с. Института проблем управления РАН; e-mail: vlad_klochkov@

Крель Анна Владимировна – магистрант МФТИ; e-mail: krelann@

1 Возможно, составной сегмент, включающий в себя несколько «элементарных» сегментов рынка.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Крель А. В. магистрант мфти (ниу) Клочков В. В

    Анализ
    Сопоставление фактически достигнутых результатов развития российского гражданского авиастроения и плановых показателей, заложенных в основных программных документах (в частности, в Стратегии развития авиационной промышленности на
  2. Анонс Том "Оккультные силы в ссср"

    Документ
    УДК 947( Рос) ББК 3.3 (C) "Северо-Запад", подготовка текста, серийное оформление, 1998 ISBN 5-790 -009 -4 СПЕЦСЛУЖБЫ РОССИИ ПОСЛЕДНИЙ ШАМАН Андрей Балабуха Естествознание в мире мифов Если волшебным ключом к первому тому
  3. Потрясение от свободы Глава 5

    Документ
    Начиная с 1920 года, когда немецкие фильмы прорвали блокаду, устроенную союзниками своему бывшему противнику, зрители Нью-Йорка, Лондона и Парижа были потрясены удивительными, в то же время озадачивающими достоинствами немецкого кинематографа*.
  4. Бальной залы отеля, в которой проводилась эта конференция. Рогов или там хвоста Нику не пририсовали, пострижен он тоже был по-людски и вообще походил на человека,

    Документ
    хоть и неотделимого от чувства вины удовольствия, — тыкал теперь указкой в картинку, спроеци- рованную на пещерную стену бальной залы отеля, в которой проводилась эта конференция.
  5. Прокопович е. А

    Документ
    А. МИХАЛЬЧЕНКО ТАМАРА ИВАНОВНА ЛЕТАЕВ ВАСИЛИЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ МЕЩЕРЯКОВА ГАЛИНА АЛЕКСАНДРОВНА АЛЫМБЕКОВА НАТАЛЬЯ АНАТОЛЬЕВНА НИКОЛАЕВ ВАДИМ ЮРЬЕВИЧ КОВАЛЕВ АНДРЕЙ ВЛАДИМИРОВИЧ НЕМЧЕННИКОВ НИКОЛАЙ ВЛАДИМИРОВИЧ ЕРЕМЕЕВ ИГОРЬ ПЕТРОВИЧ СОЛОВЬЕВА

Другие похожие документы..