Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Автореферат диссертации'
Защита диссертации состоится " 22 " декабря 2011 г. в 11-00 на заседании диссертационного совета Д 212.217.03 ФГБОУ ВПО Самарский государст...полностью>>
'Пояснительная записка'
Программа разработана на основе Федерального государственного образовательного стандарта начального общего образования, Концепции духовно-нравственно...полностью>>
'Учебно-методический комплекс'
Учебно-методический комплекс «Финансовое право» составлен в соответствии с требованиями Государственного образовательного стандарта высшего профессио...полностью>>
'Закон'
РУПП ”Гроднохлебпром“ Хлебозавод в Северном промузле, г. Гродно 5 1 11 03.1993/ 003г. Не законсервиро-вано 3. РУПП ”Борисовхлебпром“ Расширение хлебо...полностью>>

Гулабер Ананиашвили Бесславный конец пресловутого «Георгиевского Трактата» и

Главная > Документ
Сохрани ссылку в одной из сетей:

9. В ХIХ веке со всей очевидностью проявилась колониальная суть и активное участие интеллектуальной элиты России в формировании «тюрьмы» народов. Тогда как Байрон сражался вместе с греками за независимость Эллады, такие гранды русской литературы как А. Пушкин, М. Лермонтов, Л. Толстой и другие фактически превратились в апологетов русского империализма. В подтверждение этого достаточно просмотреть произведение Пушкина «Путешествие в Арзрум», где автор не скрывает чувства гордости по поводу могущества Российской империи. Это прослеживается и в других произведениях поэта. В 1829 году после консультации с уже бывшим наместником царя на Кавказе и вышедшим в отставку генералом А. Ермоловым (отстраненным за его упрямство Николаем I), уже обретший славу поэт едет на Кавказ, чтобы воочию убедиться и описать дела и доблесть русского воинства на переднем крае борьбы за Кавказ под руководством генерала И. Паскевича. При посещении Северного Кавказа Пушкин рассуждает о будущем черкесов в Российской империи и склоняется к мысли, что русским (казакам) и черкесам вряд ли удастся мирно сосуществовать на Кавказе и думает о возможной депортации горцев, что империя и осуществила в1859 и 1864 годах.

Даже признанный пацифистом Л. Толстой, который служил в оккупационной русской армии, не выступал с обличительными публикациями против депортаций и этнических чисток грузинского мусульманского населения и горцев северного Кавказа (вайнахов, дагестанцев, черкесов). Толстой высокохудожественно описал трагические события вокруг одного из наибов имама Шамиля – Хаджи-Мурата, но не подумал возвысить голос в защиту справедливой борьбы кавказского населения, будто это кровопролитие не касалось писателя-гуманиста. Лев Толстой стал пацифистом и защитником прав человека уже после окончания Кавказской войны с горцами и депортации, геноцида как северокавказцев, так южных – месхов, аджарцев, лазов, тао-кларджетских и абхазских грузин, абазинцев, убыхов. Фактически в начале ХХ века, в глубокой старости, будучи уже маститым писателем, Лев Николаевич заступился за обреченных на смертную казнь революционеров, а также публично осудил инспирированный царским режимом с участием черносотенцев – еврейский погром 1903 года в молдавском городе Дубосары. Тогда, как известно, разъяренная толпа расправилась с 47 евреями якобы по причине ритуального кровопускания. Другой гранд русской литературы М. Лермонтов был офицером регулярной русской армии на Северном Кавказе и принимал активное участие в карательных операциях против мятежных черкесов.

Весьма примечательна позиция «зятя» грузин А. Грибоедова в отношении к Грузии и Кавказа в целом, нашедшая отражение в пушкинском «Путешествие в Арзрум», а также в романе классика русской литературы Ю. Тынянова «Смерть Вазир-Мухтара». А. Грибоедов был не только другом и единомышленником декабристов, но и преданным чиновником царско-имперской машины. Им был разработан план по обустройству Грузии и всего Кавказа и эта «диссидентская» модель, мало чем отличалась от модели декабриста П. Пестеля, которая подразумевала укрепление российской самодержавной политики на Кавказе и окончательное подавление грузинской национальной самобытности и самосознания. Именно отличавшееся крайним цинизмом его отношение к местным традициям и национальной самобытности, явилось причиной разгрома русского посольства в бытность исполнения им функций полномочного посла России в Иране. Грибоедов стал жертвой разъяренной толпы шиитов-фанатиков, растерзавшей его и сотрудников посольства. Следует также отметить отношение к Кавказу признанных «диссидентами» так называемых декабристов. Это отношение – сугубо империалистическое. Об этом свидетельствует та часть меморандума лидера декабристов, полковника П. Пестеля, которая касается обустройства территории южной пограничной зоны Российской империи. Согласно этому меморандуму, Россия должна занять все те земли на Кавказе, которые прилегают к империи вдоль турецкой и иранской границы. С Кавказа должны быть высланы во внутренние провинции России бунтующие кавказцы, а все оставшиеся мирные – подчинены российской юрисдикции. Пестель требовал также вместо депортированных кавказцев, освободившиеся земли заселить русскими крестьянами. Еще более беспощадна официальная позиция Николая I, выраженная в циркуляре на имя генерала Паскевича-Эриванского, который в то время успешно атаковал турок в окрестностях Гюмушхане-Байбурта (на территории исторического Лазики). Император, помимо благодарности за героическую службу на благо отечества, призывает генерала к не менее, а может к более героической деятельности на Кавказе. Ему предписывалось истребить всех непокорных и усмирить оставшихся кавказцев.

Вслед за этим циркуляром последовала депортация из оккупированной Самцхе-Саатабаго грузинских мусульман в Турцию. После нескольких неудачных попыток, Россия в 1829 году смогла за счет большого кровопролития и жертв взять Ахалцихе и Ахалкалаки, покорить значительную часть этого края Грузии. Мусульманские беги Месхети, будучи этническими грузинами, потребовали от русских властей уравнять их в правах с христианской знатью Грузии. Взамен, вместе со своими подчиненными, они обязывались вернуться к религии отцов и дедов – к христианству. Колониальная администрация и лично Паскевич не только отказали им в этом, но и депортировали полностью все грузинское мусульманское население из Джавахети, а из оставшейся части оккупированных земель Месхети было выселено две трети коренного населения. На место месхетцев, в их опустевшие села по инициативе Паскевича-Эриванского были поселены беженцы-армяне из Анатолии (Турции). В то же самое время, здесь запретили селиться грузинам-христианам из малоземельной Шида Картли. Армянам же, переселившимся в Грузию, была оказана не только определенная денежная помощь, но были обеспечены привилегии при выделении земельных участков и начислении налогов, в области образования и религии.

После объявления в 1918 году независимости, когда было создано Армянское государство, академик Иванэ Джавахишвили поставил вопрос перед грузинской общественностью о целесообразности возвращения принятых в лоно Грузии в 1829 году армянской общины из Самцхе-Джавахети в суверенную Армению. Но тогда грузинские меньшевики не стали обсуждать этот вопрос, а затем ситуация в регионе осложнилась и голос ученого оказался гласом вопиющего в пустыне. Сегодня потомки переселенных Паскевичем-Эриванским армян в Джавахети не только не владеют грузинским языком, но часто не знают в каком государстве живут сами, кто их президент и даже требуют автономии. Осуществляя политику усиления армянской общины и ослабления грузин в Самцхе-Джавахети, для месхов-католиков были созданы такие условия, чтобы они (грузины-католики), не имевшие представительства в Ватикане стали паствой Армянской католической церкви. Царские власти добились того, что сегодня мы пожинаем горькие плоды этого коварства России, а также нашей безответственности и недальновидности. В семи селах Ахалкалакского и Ниноцминдского районов (Бавра, Хулгумо, Турцхи, Вели, Уджмана, Эштиа, Картиками), на грузинской территории стали «армянами» примерно 20 тысяч грузин (месхов)-католиков.

Как видим, в двух стратегических пограничных зонах Грузии были созданы крупные регионы, превратившиеся в дальнейшем в антигрузинские анклавы. Положение дошло до маразма: в Грузии совершенно открыто, в нашем же доме, на протяжении последних 170 лет, этнические грузины-месхи и лазы на наших же глазах были превращены в «турок», «армян» и «греков». Они были оторваны от родных корней, их заставили забыть свое происхождение, родной язык, национальное достоинство, деформировали их самосознание.

В подобный же анклав превращена и Квемо Картли. Здесь также процессы управлялись сначала царской администрацией, а затем коммунистической (советской) партноменклатурой и спецслужбами по разработанной ими (дезинтеграционной) имперской модели.

10. Как уже отмечалось выше, в 4-ом пункте в ХIХ веке Россия ликвидировала автокефалию Грузинской православной церкви и институт патриарха, а самого патриарха Антони II (сына Эреклэ II) выслали в Нижний Новгород. Грузинскую церковь подчинили русскому синоду и назначаемому им русскому экзарху, это продолжилось до 1917 года. В результате упразднения трона Романовых грузинская автокефалия была восстановлена, и католикосом-патриархом был избран Кирион Садзаглишвили, осужденный ранее за свою патриотическую деятельность русским синодом и экзархом на изгнание из Грузии, и находившийся в ссылке в России.

Царизм стремился развалить цельный грузинский церковный организм с помощью различных мер. Началось это с изгнания грузинского языка из церковного богослужения и общеобразовательных учреждений. Все делалось и для замены исторически сложившихся и традиционного для грузинской церкви интерьера и экстерьера. Во многих церквях были ликвидированы алтарные преграды-канкели и заменены иконостасами. Куполам многих храмов приданы типично русские лукообразные формы (в Лазурной, в Дидубийской и в церкви Св. Нино в Тбилиси). Многие храмы лишились боковых галерей, а в 1837 году перед визитом в Грузию императора Николая I, под предлогом «упорядочения» интерьера грузинских церквей, по приказу экзарха на всем протяжении Военно-грузинской дороги были побелены известкой интерьеры храмов и повреждены уникальные фрески в Ананури, Самтависи, Светицховели и других культовых сооружениях. Этот акт вандализма – наглядный пример того, каким непримиримым и агрессивным выглядело отношение Синода единоверной России к Грузинской апостольской православной церкви. 1500-летней самобытности грузинской церкви была объявлена беспощадная борьба.

11. В ХIХ столетии, наряду с отчуждением исторически грузинских территорий и их перераспределением в соседние губернии, была осуществлена и массовая этночистка и депортация грузинских мусульман и горцев-кавказцев.

Параллельно шла интенсивная «работа» по дезинтеграции грузинского этноса и по уничтожению налаженных этнокультурных связей Грузии с северокавказскими народами. Во время переписи населения отдельные этнографические группы (имеретцы, кахетцы, карталийцы, мегрелы, сваны, хевсуры, аджарцы, цова-туши и другие) с этой целью были записаны, как представители соответствующих этнографических групп. Более того, отдельно выделялись грузинские мусульмане (месхи, аджарцы, лазы и ингилойцы). Полковник русской армии Услар «создал» на основе латинской графики азбуку сначала для горцев Северного Кавказа (осетин, черкесов), затем – мегрелам и сванам, хотя ни грузинам ни северокавказцам такая «забота» вовсе не требовалась. Еще во времена грузинского царя Парнаваза в III веке до нашей эры для всего этнокультурного пространства родственных народов Кавказа была создана единая грузинская азбука и принятие неадекватной латинской, а затем и русской графики являлось шагом назад и было нацелено на разъединение кавказцев, расчленение Грузии. Этим разрушалось этническое единство Кавказа, стимулировались дезинтеграционные процессы и сепаратизм. Нивелировалась функция Грузии, являвшейся осью консолидации, становым хребтом для Кавказа.

Царизм не довольствовался тем, что переподчинил Двалети (ущелье Нара) северокавказскому административному управлению. Была выдвинута идея создания «осетинского очага», т.е. новой административной единицы в Шида Картли, что в дальнейшем и было практически реализовано уже Советской Россией и их безропотной грузинской партноменклатурой. Была создана суррогатная автономия под названием «Южная Осетия».

IV. Несбывшиеся надежды – Грузия и Россия в 1918-1921 гг.

12. В 70-ые годы ХIХ века в России обострилась ситуация – активизировались недовольные внутренней и внешней политикой царизма отдельные политические группы. Началось активное революционное движение, чему в определенной степени способствовала деятельность царя-реформатора, инициатора упразднения института крепостного права в России Александра II-го. Русские «народники» создают тайную организацию «Земля и воля» и прибегают к методам политического террора. В 1878 году в России произошел ряд нашумевших террористических актов, произошли столкновения с полицией. Вера Засулич застрелила городского голову Петербурга Трепова. Власть ужесточила полицейское давление на общество, прибегла к репрессивным мерам. В 1879 году была совершена неудачная попытка покушения на императора: несколько взрывов прогремело на железной дороге и в самом Зимнем Дворце. 1 марта 1879 года в Петербурге, на набережной Екатерины II был убит взрывом бомбы Александр II.

Было ясно, что революционное движение в России – террористические акты против самого императора и ответные репрессии со стороны властей, найдут свое отражение и в аннексированных провинциях, в частности – в Грузии. С одной стороны, ужесточился полицейский режим против патриотических сил, а с другой – усилилось административное давление на защитников национальной самобытности. Вместе с тем, как обратная реакция, стало набирать силу и сопротивление народа, особенно молодежи. В Грузии, выступления недовольных деспотизмом царя приняли, разумеется, характер национально-освободительного движения, что вызывало большое раздражение и жесткие ответные антигрузинские репрессивные меры царской администрации. Например, в учебных заведениях – учащимся, в государственных структурах чиновникам запрещалось говорить на родном, грузинском языке.

В 1886 году выстрелом из револьвера семинаристом Сосо Лагиашвили был убит ректор тифлисской духовной семинарии Чудецкий. Причина – запрет ректора разговаривать в семинарии на «собачьем» языке (т.е. – на грузинском). Это событие вызвало большое волнение в городе, после чего последовал «ответ» экзарха Павла Лебедева: он публично, по причине этого убийства, проклял и предал анафеме весь грузинский народ. На этот совершенно неоправданный шовинистический выпад экзарха острым памфлетом отозвался в прессе известный общественный деятель, предводитель дворянства (маршал) кутаисской губернии Димитри Кипиани. Он потребовал выдворения из Грузии экзарха Павла. Власти на это ответили тем, что сначала патриот был снят с должности, а затем, в том же году, выслан в ссылку в Ставрополь, где и был злодейски убит русскими черносотенцами. Здесь же нельзя не вспомнить полную крайним цинизмом и желчью антигрузинскую статью Каткова и строгий ответ классика грузинской литературы Ильи Чавчавадзе. Катков издевался над грузинской общественностью и над грузинскими национальными флагами, которые были вынесены на сцену актерами в заключительной части спектакля, а взволнованные зрители стоя устроили овацию. Это была наглядная демонстрация пробуждения национального самосознания и достоинства, что у русских шовинистов, впрочем как и сегодня, вызвало бешенство и неадекватную риторику. Или чего стоит, например, крайне недостойная и оскорбительная реплика Пуришкевича в Государственной Думе во время выступления грузинского депутата, когда грузин он обозвал дикарями. На эту реплику со стороны грузинского депутата последовал незамедлительный ответ: «когда ваши предки в лесу бродили, наши предки Евангелие переводили».

13. В начале ХХ века, по указке экзарха, будто бы с целью реставрации, из грузинских церквей в Россию были вывезены уникальные предметы, след большинства которых или вообще пропал, или они стали собственностью музеев и частных коллекций западной Европы и Америки.

14. В конце ХIХ века, Грузия, как одна из упрямых и неуемных колоний российской империи, оказалась в хлынувшем с севера мутном потоке народничества и социал-демократического (марксистского) движения. Плохо образованные и державшие глаз на чужое добро люмпены, бросились изучать с большим энтузиазмом пришедшие из западной Европы и искаженные в призме русского самосознания идеи Маркса. Особенной активностью в этой связи отличались провинциальные «товарищи», прошедшие курс обучения в двухлетних сельских школах. Они появились на политической авансцене с гранатами и маузерами. Бравируя суждениями, беспредметной болтовней о слиянии народов и национальных языков, шантажируя общество террористическими актами и насилием, эта «публика» сразу же противопоставила себя лидерам истинно национально-освободительного движения и грузинской интеллектуальной элите во главе с Ильей Чавчавадзе.

Борющиеся за социальную справедливость «товарищи» сразу же окрестили Чавчавадзе, как национал-реакционера и врага народа, начав беспощадное его преследование как «выразителя классовых интересов дворянства». А в 1907 году его злодейски убили в Цицамури по дороге из Тбилиси в Сагурамо.

Другой же классик грузинской поэзии – Акаки Церетели, чудом избежал приговора: к убийцам обескураженный поэт обратился с вопросом: «Зачем же вы меня убиваете, я ведь Акаки?», на что последовал циничный ответ: «Именно потому, что ты – Акаки!».

Благодаря грузинским марксистам (социал-демократам) в стране воцарилась обстановка анархии, психоза, ксенофобии и беспредела.

Безграмотным провинциалам, чье сознание было основательно деформировано под влиянием идей русских «революционеров», взявших на вооружение террористическую модель борьбы, казалось, что совсем скоро грянет мировая революция, исчезнут границы между государствами, исчезнут национальные языки, национальная самобытность и т.п. Поэтому «осуществлению» их идей, мешали гранды блестящей плеяды «шестидесятников» ХIX столетия, такие как И. Чавчавадзе и А. Церетели – как обладающие огромным авторитетам апологеты национально-освободительных приоритетов. Нравственным уродам и умственным пигмеям удалось свалить столп, физически уничтожив отца нации И. Чавчавадзе, «освободив тем самым себе дорогу».

Грузинские марксисты (меньшевики и большевики – из «Месаме даси») в отличие от социал-демократов Польши, Финляндии и стран Балтии, остались на задворках русских социал-демократов до самого конца. Главным их оружием была русская черносотенная схема террора. В связи с этом примечательны заявления лидеров самой организованной и сильной партий (меньшевиков), сделанные в прессе в начале ХX века по поводу убийства Ильи Чавчавадзе: они «отрицали» обвинения в свой адрес, отрицали участие в убийстве, но не преминули отметить, что для них Илья Чавчавадзе «давно был мертв».

Конечно же, «политики» в шляпах (Н. Жорданиа, П. Махарадзе) непосредственно не стреляли и уже убитому писателю не наносили удара в лоб прикладом ружья. Это сделали другие, т.е. «стрелочники» – выкормленные ими разбойники из числа коммунистов, укрывавшихся в местных лесах. Эти «идеологи» в шляпах лишь придали импульс, запушенной ими же кампании насилия и ненависти, травли и убийств.

Грузинские марксисты, также как и их духовные отцы, бросили камень в собственное национальное достоинство, историю, в веру, после чего логически последовали плачевные результаты. Совсем скоро все обернулось тоталитарным режимом, кровавыми репрессиями, депортациями, концлагерями, деформированным самосознанием, девальвацией общечеловеческих и национальных ценностей, т.е. - нравственной деградацией.

Лидерам меньшевистской партии, этим ничтожным «кондрис каци» (карликам, пигмеям) оказали поддержку многие «стрелочники»-безграмотные партийные товарищи и безрассудные сторонники из низов. Таковым был, например, Петрэ Гелеишвили (выпускник Кутаисского городского училища), который сначала занялся «чтением лекций» по дискредитации авторитета Ильи Чавчавадзе, затем и вовсе выпустил книгу, в которой подробно стал «разбирать по косточкам» теорию «меча и орала» достойнейшего из сограждан. «Исследовав» произведения писателя, этот выскочка сделал «глубокомысленный» вывод: И. Чавчавадзе – апологет феодализма. Меч оказывался всегда в руках у знати, а плуг – у закабаленного крестьянства.

При этом П. Гелеишвили «восполнил» теорию феодала Чавчавадзе замаскированным «главным звеном», которое он назвал «головой» – царем (монархом). И еще – сына Отаровой вдовы Гиорги, борющегося за честность и справедливость, он объявил приспешником феодалов только лишь за то, что Гиорги выводил на чистую воду лентяев и бездельников, стыдил таких крестьян, а иногда даже и бил.

После того, как в Грузии установилось большевистское правление, одно лишь упоминание имени Ильи Чавчавадзе попало под запрет. Только лишь в 1937 году по инициативе И. Сталина (перед началом декады культуры Грузии в Москве) началась «реабилитация» Чавчавадзе, хотя часть из его творчества, например, «Вопль камней» по-прежнему находилась под запретом.

В начале 30-х годов коммунистический режим целенаправленно дискредитировал и принижал роль главного очага грузинского высшего образования: в 1930 году был закрыт Тбилисский государственный университет, у истоков которого наряду с другими сынами отечества стоял и И. Чавчавадзе. В 1930 году еще один человек-пигмей (кондрис каци) Тедоре Глонти, назначенный к тому времени директором Тбилисского Университета, возглавил кампанию по упразднению университета, как «источника реакции» и превращению его в нечто подобное педагогическому институту. Только лишь в 1933 году удалось восстановить статус университета.

Вызывает изумление недальновидность грузинских меньшевиков: начало Первой мировой войны в 1914 году показало не только полный крах второго интернационала, но и иллюзорность главных «идеалов» социал-демократов. Война с новой силой проявила приоритеты национальных идей. В Грузии же, по воле судьбы у руля власти оказались активисты обанкротившейся русской социал-демократиии, часто плохо образованные люди, которым И.Чавчавадзе и А.Церетели «мешали» в установлении социальной справедливости. Эти «деятели» даже в 1918-21 гг. не смогли избавиться от местечкового «мышления». Они дискредитировали не только национальную идею, но в угоду «партийным интересам» и «верности» русской социал-демократии, явились виновниками потери государственной независимости Грузии. Все это прекрасно отражено в воспоминаниях З. Авалишвили, Р. Габашвили, Г. Кикодзе, Г. Лордкипанидзе, Г. Мазниашвили, Г. Квинитадзе и других.

Илья Чавчавадзе, Акаки Церетели и Важа Пшавела раньше всех распознали и дали уничтожающую оценку тем темным силам и их пропаганде, которые были прикрыты марксистской демагогией и распространялись по всей Грузии как чума, разъедающая общество, национальные ценности и настраивала людей друг против друга.

Вспомним слова Акакия Церетели на похоронах И. Чавчавадзе: «Если бы они (убийцы) могли, то убили бы и Грузию». Действительно, через 14 лет грузинские большевики, плетущиеся в хвосте у своих старших братьев, начали с большим рвением осуществлять «программу» остракизма-самоуничтожения по русской схеме, что приобрело особый разрушительный характер в 90-х годах ХХ века во время режима Шеварднадзе. Это был логический итог явления на свет Божий в качестве «избавителей» Грузии от всех бед незадачливых фельдшеров и ветеринаров. Напомним, что Ноэ Жорданиа, Пилипэ Махарадзе, Серго Орджоникидзе и Эдуард Шеварднадзе всего лишь закомплексованные «фельдшеры» («першали») (!?) Чтобы понять кем были те партийные товарищи, на чъей совести и убийство И. Чавчавадзе, и все беды в Грузии, приведем несколько «жемчужин» из их высказываний. Меньшевик Ноэ Жорданиа: «Ни один народ в мире так мало не интересуется национальным вопросом, как грузинский народ». А по поводу убийства Ильи Чавчавадзе он сделал следующий комментарий (кстати, по-русски): «Лес рубят, щепки летят!». О личности ветеринара Ноэ Жордания (учился некоторое время в варшавском Ветеринарном институте) говорит еще один факт. После его избрания председателем правительства, к нему обратился с вопросом один из иерархов грузинской церкви Леонид. На вопрос, как сейчас к нему обращаться, атеист Ноэ грубо ответил: «А вас никто об этом не спрашивает, лучше позаботьтесь о своих делах». Меньшевик Каки Церетели: «Мы – такие грузины, которых не удовлетворяет ни обветшалый патриотизм, ни зов родины и грузинского языка. Наш идеал – общий человеческий идеал, мы живем ради этого идеала, мы надеемся на него. Настоящее ненавидим как змею, прошлое ненавидим подобно чуме, а наши взоры устремлены в блестящее будущее». Когда же Национальный совет в 1918 году принял постановление об объявлении независимости Грузии, Каки Церетели глубоко опечаленный, вздохнув, воскликнул: «Что вы делаете, вы же губите русскую демократию!» Большевик Пилипэ Махарадзе: «Для нас не существует национальной культуры, а национальному языку мы придаем всего лишь условное значение и как дань прошлому. Что же касается национальных традиций и обычаев – то они только лишь проявление консерватизма».

«Пламенный ленинец» большевик С. Орджоникидзе: когда этого фельдшера-ветеринара из глухой деревни Гореша, а к тому времени председателя Ревкома, попросили помиловать сына поэта Важа Пшавела (был осужден как должностное лицо, которое сочувствовало антирусскому восстанию 1924 года), он грубо прервал просящих следующими словами: «Будь жив сам Важа Пшавела, я бы и его расстрелял». А потом строго предупредил заступников: «А если не угомонитесь, государственную границу Грузии проведу в самом Тбилиси, по Шайтан-базару».

Вот такие «партийные товарищи» присвоили себе право говорить от имени всей страны и народа, подмяв под себя национальные ценности и издеваясь над достойным прошлым нации. Силы природы жестоко наказали этих уродов – «кондрис каци» как и их духовных отцов.

15. Но ХХ век в истории Грузии был отмечен новыми коварствами и кознями со стороны России. В 1918 году благодаря беспомощной политики правительства Н. Жорданиа часть Восточной Кахети – Закатальский регион был занят сначала турками, а затем после их капитуляции, перед уходом из Закавказья, был передан Азербайджану – вырван из грузинского национального организма. В мае 1920 года Россия, оккупировавшая Азербайджан, ведя мирные переговоры, внезапно напала на Грузию со стороны недавно ею же оккупированного Азербайджана. Грузинская армия, благодаря блестящему дару грузинских генералов и офицерского корпуса, отбросила врага и преследовала его вплоть до пригородов Гянджи. Это было демонстрацией того, что мы способны победить врага в локальной (малой) войне и поставить зарвавшегося северного соседа на свое место. Для этого у нас вполне хватило сил. Но недалекие правители Грузии в лице Н. Жорданиа и Каки Церетели из-за эклектических идеологических клише и капитулянтской внешней политики, а также постыдных «военных» операций по сути криминальной партийной гвардии (воспоминания генерала Г. Мазниашвили) дали возможность армянам оккупировать исконно грузинскую провинцию «Лоре» (Алаверды-Санаин-Дилижан), а русским – присвоить регион Сочи-Туапсе. После поражения в 1920 году в Грузии, Россия предпочла заключить перемирие, так как у нее появились острые проблемы в Крыму и Польше, где генерал Врангель, а около Варшавы и белополяки явились «головной болью» для большевиков. Как известно, в августе 1920 года поляки взяли в кольцо под Варшавой и уничтожили хваленную русскую кавалерию со своими тачанками. Как известно этой кавалерией в то время командовали фельдфебель Буденный и организатор рабочих забастовок в Луганске комиссар Ворошилов. Дабы избежать полного краха, Советская Россия пошла на кабальные соглашения с Польшей, которую тогда поддерживали Франция и Англия. Поляки пощадили, по сути, попавших в плен «кавалеристов с тачанками», заодно комиссара и фельдфебеля. Их не стали уничтожать, а взамен получили Западную Украину (Ужгородскую, Львовскую и Станиславскую области) и Западную Белорусию. Примечательно, что в варшавской операции участвовали почти все выдающиеся «командиры» – Тухачевский, Дзержинский, Сталин и др. Поэтому В. Ленин – главный организатор всей этой авантюры вместе с грузинскими коллаборационистами (среди которых, ясное дело, выделялись сын сапожника Бесо из Гори и фельдшер-ветеринар из Гореша) порешили, что лучше временно прекратить военные действия в Грузии и на этом этапе, «в полголоса» признать независимость Грузии. Потерпевшие поражение от лидера Польши – царского генерала Пилсудского большевики все внимание теперь перенесли на Крым и Кавказ. В ноябре 1920 года, ценой тяжелых потерь, они преодолели Сиваш и ворвались в Крым, изгнав оттуда Врангеля.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Гулабер Ананиашвили Этнические чистки и депортации в Грузии и на Северном Кавказе Конвульсии русского фашизма Гулабер Ананиашвили Этнические чистки и депортации в Грузии и на Северном Кавказе Конвульсии русского фашизма Тбилиси

    Документ
    В 1958 году окон­чил энергети­чес­кий фа­куль­тет Грузин­ского По­ли­техни­чес­кого Института по спе­ци­аль­ности «Эле­к­т­ро­стан­ции, Сети, Сис­те­мы» и Оркест­ровое отде­ление (по классу вио­лон­чели) Тбилисс­кой Государственной консер­вато­рии.

Другие похожие документы..