Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Тезисы'
Современный мир и история. Сложности современных мировых проблем. Ускорение темпов, шагов истории. Современное состояние планеты и вызовы человечеств...полностью>>
'Документ'
Французская поговорка гласит: «Сухой рыбак и мокрый охотник являют вид печальный». Не имев никогда пристрастия к рыбной ловле, я не могу судить о том,...полностью>>
'Документ'
Спеціальність 08.00.01 – економічна теорія та історія економічної думки – досліджуються суспільно-економічні відносини в суспільному виробництві, еко...полностью>>
'Документ'
"Казахстанская правда" от 02.06.2010 г., № 136 (26197); "Егемен Қазақстан" 2010 жылғы 03 маусымдағы № 216 (26062); "Официаль...полностью>>

История России с древнейших времен до конца XX века в 3-х книгах (1)

Главная > Книга
Сохрани ссылку в одной из сетей:

В либеральной среде было потрачено много слов и аргументов на доказательство того, что историческая власть не хотела «действительных реформ», что во всем виновато исключительно правительство. Этот тезис различные общественные деятели страстно отстаивали и в России, а когда оказались в эмиграции, то и там не могли избавиться от подобного мировоззрения, походившего уже на болезненное наваждение. Один из самых непримиримых кадетских лидеров И.И. Петрункевич и через двадцать лет после 1905 г . писал: «Император Николай II в своем Манифесте 17 октября торжественно обещал установить как незыблемое правило, чтобы никакой закон не мог воспринять силу без одобрения Государственной думы. Тем не менее, все законы, опубликованные в промежутке времени от Манифеста до созыва Первой думы, были изданы без одобрения Государственной думы и, следовательно, были нелегальны и не могли иметь силы». Ничего не понял и ничему не научился! Подобной зашоренности сознания можно только удивляться. Что же должна была сделать власть, чтобы расположить к себе деятелей типа Петрункевича. Ведь согласно подобной перевернутой логике нельзя было вообще проводить выборы, так как избирательный закон «не был одобрен» Государственной думой! Но свои мандаты ни Петрункевич, ни его соратники не сложили.

Когда вышел Манифест 17 октября 1905 г ., то кадетско-либеральная фронда стала требовать, чтобы положения Манифеста начали реализовываться чуть ли не на следующий день после его издания и призывали власть «немедленно составить» кабинет из «общественных деятелей». Но никто не задумывался над тем, сколько бы времени просуществовало такое правительство и когда бы наступило всеобщее крушение. А оно наступило бы неизбежно и очень скоро, потому что либеральные деятели были людьми фразы и позы, а не людьми дела.

Через много лет, накануне второй мировой воины, это с грустью констатировал участник тех событий, один из главных лидеров кадетской партии В.А. Маклаков: «Но что показала либеральная общественность в лице кадетской партии в эпоху Первой Государственной думы? Она оказалась способна только мешать; мешала в их деле и революционерам, и реформаторам... А своих государственных людей она не выдвинула потому, что свою созидательную силу они могли бы показать только в сотрудничестве с исторической властью; а этого кадетская партия не захотела, так как легкомысленно вообразила, что власть «повержена» и «подняться не может», «революционеры» им подчинятся и что они все смогут одни. И жизнь прошла мимо этих детских претензий».

27 апреля 1906 г . царь призвал депутатов к совместной работе и указал основные проблемы русской жизни, которые необходимо решать совместными усилиями Думы и правительства. Депутаты выслушали эти слова и вечером того же дня собрались под сводами Таврического дворца на первую сессию Государственной думы первого созыва. И сразу же разгорелась «битва»: с одной стороны было большинство Думы, обуреваемое жаждой возмездия за проигранные «общественные сражения» (к весне 1906 г . стало ясно, что победа не на стороне революции), а с другой — правительственные круги, историческая власть, которой приходилось учиться жить и действовать в новых политических условиях.

Эпохальное собрание началось в Таврическом дворце в пять часов пополудни. Прежде всего надлежало решить ряд важных организационных вопросов и первый среди них — избрание председателя Думы. Почти единогласно (за него проголосовало 426 человек из 436, принимавших участие в голосовании) прошла кандидатура доктора римского права, профессора Московского университета кадета С.А. Муромцева. Оставались другие первоочередные темы: утверждение регламента работы Думы и подготовка ответного адреса на тронную речь императора. Но в тот же вечер 27 апреля стало ясно, что народные избранники отдают предпочтение «жестам», а не «результатам». Как только председатель занял свое кресло, на трибуну буквально выбежал кадет И. И. Петрункевич и разразился страстной тирадой, которая во всем блеске продемонстрировала общее настроение собрания.

Воспроизведем ее по стенограмме: «Долг чести, долг нашей совести повелевает, чтобы первая наша мысль, первое наше свободное слово было посвящено тем, кто пожертвовал своей свободой за освобождение дорогой нам всем Родины (гром аплодисментов). Все тюрьмы в стране переполнены (продолжительные аплодисменты), тысячи рук протягиваются к нам с надеждой и мольбой, и я полагаю, что долг нашей совести заставляет нас употребить все усилия, которые дает нам наше положение, чтобы свобода, которую покупает себе Россия, не стоила больше никаких жертв (продолжительные аплодисменты). Мы просим мира и согласия. Я думаю, господа, что если в настоящую минуту мы и не приступим к обсуждению этого вопроса, а коснемся его тогда, когда будем отвечать на тронную речь Государя Императора, то сейчас мы не можем удержаться, чтобы не выразить всех накопленных чувств, крика сердца и не сказать, что свободная Россия требует освобождения всех пострадавших (продолжительные аплодисменты)».

Гремели аплодисменты, собравшиеся были возбуждены и воодушевлены. По представлениям думского (кадетского) большинства, первоочередная акция должна свестись к тому, чтобы объявить всеобщую амнистию политическим заключенным. Но ведь такая амнистия уже была объявлена. Еще 21 октября 1905 г . был опубликован царский указ, где предписывалось «освободить от преследования, суда и прочих последствий и даровать полное помилование всем совершившим до 17 октября 1905 г . преступные деяния без насилия». Политические оппоненты режима получили жить и действовать совершенно открыто, а главные действующие лица русской эмиграции вернулись в Россию.

Так кого же надо было амнистировать? Тех, кто попал под арест и следствие с конца октября 1905 г . по конец апреля 1906 г ., тех, кто непосредственно замешан в насилиях. Это были поджигатели, грабители («экспроприаторы»), убийцы. И либеральное общественное мнение им сочувствовало, поднимало их имена на щит, выставляя подобных лиц «жертвами правительственного террора». Остановимся только на одном из самых громких в свое время случаев.

В начале 1906 г . советник Тамбовского губернского правления Г.Н. Луженовский, ездивший по губернии прекращать беспорядки, на вокзале в Тамбове был смертельно ранен пулей в живот. Стреляла в него недоучившаяся гимназистка, член организации эсеров, девятнадцатилетняя дворянка М. Спиридонова (после 1917 г . ставшая лидером партии левых эсеров). Толпа на вокзале ее избила. Полиция с трудом избавила ее от самосуда и препроводила в тюрьму. Оттуда она прислала своим соратникам письмо, в котором обвиняла арестовавших ее во всевозможных издевательствах. Это письмо опубликовали в целом ряде газет, в том числе и столичных.

Общественность негодовала и требовала расследования. Оно было проведено и не подтвердило этих обвинений, а сама Спиридонова о них больше не упоминала. Суд состоялся 12 марта 1906 г . и приговорил обвиняемую, которая ни в чем не раскаялась, к смертной казни, замененной пожизненным заключением. Шум вокруг дела сразу стал стихать, как только публике довелось увидеть во всей красе «жертву режима». Она производила впечатление психически неуравновешенного человека. В этой связи умеренно-консервативная газета «Санкт-Петербургские ведомости» вопрошала: «Как можно было галлюцинации больного, тяжело ушибленного человека печатать в качестве важного обвинительного материала?» Но ответа не было. «Читающая публика» интересовалась лишь «произволом власти», в то время как реальный произвол радикалов ее не занимал. И прошло почти незамеченным то, что двое офицеров полиции, которых оклеветала Спиридонова, по ее наводке были убиты террористами.

Первые дни Государственная дума была занята обсуждением ответного адреса на тронную речь императора. И в этих дискуссиях, полных эмоционального накала и страстности, обозначились приоритеты-требования. Помимо амнистии в их число входило: создание ответственного перед Думой правительства, упразднение Государственного совета, введение всеобщего избирательного права, обновление администрации на всех уровнях. Иными словами, думцы ратовали, по существу, за ниспровержение существовавшего строя, хотя и не признавались в этом.

В конце политических требований стояли социальные вопросы и острейший среди них — аграрный. Крестьянское малоземелье намеревались разрешить путем изъятия государственных, церковных и части частновладельческих земель с передачей их крестьянам. Это была обычная политическая риторика, доступная и понятная крестьянству, с которым заигрывали как могли (ведь это главная категория выборщиков!). Реализация подобной программы аграрную проблему не решала, так как не устраняла главную причину тяжелого положения крестьянства — малоэффективные формы землевладения и землепользования. Что же касается рабочего вопроса, то Дума считала, что первым шагом для его разрешения должно быть «обеспечение наемным рабочим во всех отраслях труда свободы организации и самодеятельности для поднятия своего материального благосостояния». Ничего более вразумительного депутаты придумать не могли.

Адрес был принят 5 мая 1906 г ., а через неделю с речью выступил премьер И.Л. Горемыкин. В своем выступлении глава правительства сформулировал первоочередные задачи совсем иначе, чем это виделось депутатам. На первом месте стоял аграрный вопрос, но пути его решения не соответствовали тем, к чему призывали собравшиеся в Таврическом дворце: «Совет министров считает своею обязанностью заявить, что решение этого вопроса на предложенных Государственною думою основаниях безусловно недопустимо. Государственная власть не может признать права собственности на земли за одними и в то же время отнимать это у других. Не может государственная власть и отрицать вообще частной собственности на землю, не отрицая одновременно права собственности на всякое иное имущество». Власть ясно и последовательно отвергала самую идею экспроприации, понимая, что ни в коем случае нельзя потакать подобным вожделениям. Те, кто называл себя русскими либералами, этого не понимали и во имя политической конъюнктуры переступали через принцип, нерушимый в любом правовом государстве: неприкосновенность частной собственности.

Через несколько недель после начала работы Первой Государственной думы стало очевидным, что сотрудничества между властью и представительным учреждением не предвидится. И исторический шанс примирения во имя социальной консолидации был упущен. Либералы обвиняли правительство в том, что оно не пошло навстречу «чаяниям страны», а правящие круги возмущались поведением депутатов, их крайними лозунгами, экстремистскими призывами, отсутствием у них хоть каких-то примирительных нот вообще. По этому поводу В.А. Маклаков заметил: «Идеология Думы была уделом ничтожного интеллигентского меньшинства населения. Народ тогда еще не мыслил государства без Государя. Власть Государя была для него более привычной и признанной, чем власть новорожденной Думы. Заняв такую позицию, давая отпор беззаконным претензиям Думы, правительство защищало не одну конституцию, но понимание обывательской массы. И если бы, как позднее утверждал либеральный канон, правительство только и мечтало о поводах к роспуску Думы, зачем оно им не воспользовалось? Ясно, что ни Государь, ни министры разрыва совсем не хотели, и после адреса они все еще надеялись с Думой работать». Это соображение участника и очевидца тех событий представляется вполне обоснованным.

Что же показала первая революция в России? Каковы были ее обретения, сколь велики оказались потери? Государственная система России претерпела существенные изменения, крупные сдвиги произошли в социальной и культурной жизни. Либерально-правовые нормы входили в повседневность, и для защиты своих прав уже требовались не столько связи и знакомства среди сильных мира, сколько умение найти грамотного и опытного адвоката, способного защитить интересы как юридического, так и физического лица. Но все это касалось главным образом состоятельной части общества, крестьянство в большинстве случаев оставалось за чертой законодательно-правового обеспечения. Но и в жизни деревни происходили изменения. Начавшая реализовываться с конца 1906 г . столыпинская аграрная реформа меняла правовой статус члена общины, вела к миграции больших групп населения из районов аграрного перенаселения центральных губерний европейской части России в Сибирь, на Алтай, где многие из прибывших за несколько лет становились крепкими сельскими хозяевами.

Революция создала представительный орган — Государственную думу, наделенную законодательными правами. В то же время революция негативно сказалась на экономической жизни страны, и финансовые убытки были огромны. Но самое главное — она показала всю мерзость кровавого социального конфликта, когда во имя политических целей убивали и калечили людей, часто ни в чем не замешанных; она показала весь ужас русского бунта, которому со времен Александра Пушкина предсказывали быть «бессмысленным и беспощадным». И когда в годы революции, по словам Д. Мережковского, «люди подошли к краю и заглянули в бездну», то многие содрогнулись. Но прозрели лишь некоторые.

§ 6. Партии социалистической ориентации в начале XX в.

Социал - демократы . В предгрозовой обстановке первых лет XX в. произошло окончательное организационное оформление основных партий социалистической ориентации.

Ведущие деятели социал-демократии понимали, что РСДРП, создание которой было провозглашено в 1898 г ., существует лишь формально. На деле по-прежнему действует множество разрозненных кружков. Такое положение никак не устраивало В.И. Ленина, мечтавшего о централизованной и дисциплинированной партии типа «Народной воли». Он решил начать с создания общероссийской нелегальной марксистской газеты, которая должна выработать идейно-теоретическую платформу для объединения кружков в единую партию.

Еще находясь в ссылке, Ленин заручился согласием своих товарищей по петербургскому «Союзу борьбы» Ю.О. Мартова и А.Н. Потресова сотрудничать в будущей газете. В начале 1900 г . Ленин, которому запретили проживать в столицах, поселился в Пскове и здесь провел совещание по вопросу о газете. Съехались многие видные социал-демократы. Было утверждено название газеты — «Искра».

Летом 1900 г . В.И. Ленин выехал за границу, чтобы практически заняться подготовкой издания. Наиболее трудными были переговоры с Г.В. Плехановым, который считался идейным руководителем российской социал-демократии. В результате договорились о формировании редакции на паритетных началах: трое от группы «Освобождение труда» (Плеханов, Аксельрод, Засулич) и трое от петербургского «Союза борьбы» (Ленин, Мартов, Потресов).

Местом издания газеты был избран Мюнхен. В канун 1901 г . первый номер «Искры» вышел в свет. Сначала газета выходила ежемесячно, затем — каждые две недели. Тираж, доходивший до 10 тыс., тайно переправлялся в Россию и распространялся по социал-демократическим кружкам. «Искра» стала нитью, незримо связывавшей их воедино. В 1902 г . при редакции был образован организационный комитет, который занялся подготовкой к съезду партии.

II съезд РСДРП, на котором присутствовало 43 делегата от 26 местных организаций, начал работу в июле 1903 г . в Брюсселе, а затем переехал в Лондон. Съезд принял программу партии, состоявшую из двух частей: программа-максимум и программа-минимум. Первая из них в соответствии с марксистской доктриной конечной целью партии объявляла социалистическую революцию, установление диктатуры пролетариата и построение социализма. В программе-минимум определялись ближайшие цели: свержение самодержавия, введение демократической республики, уравнение в правах всех граждан, установление 8-часового рабочего дня. Аграрный раздел этой программы требовал отмены выкупных платежей и возвращения «отрезков». Это были очень важные пункты, затрагивавшие наболевшие вопросы крестьянской жизни.

Проект устава партии был написан Лениным. Большой спор разгорелся по первому параграфу. Ленин предлагал такую формулировку: «Членом партии считается всякий, признающий ее программу и поддерживающий партию как материальными средствами, так и личным участием в одной из партийных организаций». Это предполагало постоянный контроль партии над ее членами.

Мартов внес предложение, что членом партии может быть тот, кто признает ее программу и оказывает ей «регулярное личное содействие». Участие в работе местных партийных организаций при этом было не обязательно. Мартов исходил из того, что марксизм к этому времени получил значительное распространение среди интеллигенции, превратился в широкое идейное течение. Партия, по мысли Мартова, должна была охватить это течение, не стремясь контролировать каждого марксиста в отдельности.

С небольшим перевесом на съезде была одобрена формулировка Мартова. Но это мало изменило общий дух ленинского устава, построенного на началах централизма, что выражалось в жестких требованиях подчинения нижестоящих партийных организаций вышестоящим и в больших полномочиях Центрального комитета. Кроме того, ограничивался принцип выборности и широко внедрялось право кооптации членов центральных органов партии. Съезд принял устав в ленинской редакции, за исключением первого параграфа. Так что в целом Ленин одержал победу.

Это подтвердили выборы ЦК и редакции «Искры». Большинство мест получили сторонники Ленина. Их стали называть большевиками, в отличие от меньшевиков, сторонников Мартова. Среди последних оказался и Потресов. Плеханов не вошел ни в одну из фракций, но ближе был к меньшевикам. Большевики и меньшевики образовали два самостоятельных течения в РСДРП. Они то отдалялись друг от друга, то сближались, но никогда полностью не сливались. Фактически на II съезде возникло две партии под одной крышей. Одна из них, меньшевистская, ориентировалась на опыт западных социалистических партии. Другая, руководимая Лениным, изначально была нацелена на захват власти.

Сразу же после съезда ленинский ЦК постарался поставить под свой жесткий контроль все социал-демократические организации, в том числе и заграничные. Это вызвало недовольство меньшевиков. Возмутился и Плеханов. В редакции «Искры» произошел резкий конфликт между Лениным и Плехановым. В октябре 1903 г . Ленин был вынужден выйти из редакции. «Искра» оказалась в руках меньшевиков. Она выходила до октября 1905 г .

Вскоре в Женеве стала издаваться большевистская газета «Вперед». Две социал-демократические газеты вступили друг с другом в ожесточенную перепалку. Большевистские и меньшевистские лидеры принимали самостоятельные решения, никак не согласовывая их между собой. Меньшевики поддержали организованную «Союзом освобождения» «банкетную кампанию», а большевики продолжали вести против либералов беспощадную войну.

К началу 1905 г . РСДРП насчитывала до 10 тыс. членов (в России и за границей). Это был хороший показатель для молодой партии, находящейся на нелегальном положении. Фактически, однако, это были две партии, еще вполне не осознавшие свою особость и старавшиеся подавить друг друга. Это, конечно, их ослабляло. Меньшевики численно преобладали — и в России, и за границей, но большевики были активнее, напористей. Борьба, развернувшаяся в руководстве РСДРП, не сразу дошла до низовых звеньев. Рядовые члены, а иногда и руководители местных кружков по-прежнему считали себя социал-демократами, не примыкая ни к какой из фракций и не видя между ними особой разницы.

Эсеры . В 1901 —1902 гг. некоторые народнические кружки и группы объединились в партию социалистов-революционеров (эсеров). Большую роль в этом объединении сыграла газета «Революционная Россия», выходившая сначала в России (нелегально), а затем за границей, и ставшая официальным органом партии. К эсерам примкнули такие ветераны народнического движения, как Н В. Чайковский и М.А. Натансон. Главным теоретиком и видным лидером партии стал В.М. Чернов, выходец из крестьян, занимавшийся подпольной деятельностью с гимназических лет. В своей программе эсеры сохранили тезис о крестьянской общине как зародыше социализма. Интересы крестьянства, говорили они, тождественны интересам рабочих и трудящейся интеллигенции. «Трудовой народ», считали эсеры, состоит из этих трех групп. Себя они относили к его авангарду. Грядущая революция представлялась им как социалистическая. Главную роль в ней они отводили крестьянству. Эсеры выступали за «социализацию земли», что означало отмену частной собственности на нее, изъятие из торгового оборота и уравнительное распределение между всеми, кто хочет ее обрабатывать (в общине, товариществе или единолично).

Партия эсеров не сложилась как единая, дисциплинированная и централизованная организация. В ней всегда было много анархии и самодеятельности отдельных лидеров и кружков. По этой причине эсеры очень долго (до 1905 г .) не могли созвать свой первый съезд. Центральный комитет, возникший как бы самочинно, без избрания, большим авторитетом не пользовался. Из-за частых арестов состав его постоянно менялся. В первые годы существования единство партии поддерживалось в основном усилиями трех энергичных лидеров — Г.А. Гершуни, Е.Ф. Азефа и М.Р. Гоца.

Г. Гершуни, по профессии скромный аптечный работник, когда-то увлекался культурно-просветительской работой, а затем воспринял идеи крайнего радикализма и перешел на нелегальное положение. Азеф сочетал учебу в Карлсруэ и Дармштадте с участием в работе заграничных революционных кружков. Получив диплом инженера, он целиком погрузился в связанные с революцией дела и стал одним из основателей партии эсеров. М. Гоц, сын купца-миллионера, был главным организатором всей заграничной работы партии и щедро ее финансировал.

К началу первой русской революции численность партии эсеров доходила до 2,5 тыс. челбвек. Из этого числа около 70% приходилось на интеллигенцию, примерно 25% были рабочими, крестьяне составляли чуть более 1,5%.

От «Народной воли» партия эсеров унаследовала тактику индивидуального террора. «Боевая организация» партии была обособленной и замкнутой группой с железной дисциплиной. Центральному комитету так и не удалось поставить ее под свой полный контроль. Первое время «Боевую организацию» возглавлял Гершуни. В 1902 г . эсер-боевик С.В. Балмашев застрелил министра внутренних дел Д.С. Сипягина. В 1903 г . был убит уфимский губернатор Н.М. Богданович, главный виновник «златоустовской бойни». При этом Гершуни был схвачен и попал на каторгу. «Боевую организацию» возглавил Азеф. 15 июля 1904 г . Егор Сазонов бросил бомбу в карету министра внутренних дел В.К. Плеве. Террористические акты, направлявшиеся против самых ненавистных деятелей режима, создавали преувеличенное представление о силе эсеровской партии. Но это был скользкий путь, впоследствии дорого обошедшийся эсерам.

Анархисты . Идеи анархизма появились в русском общественном движении со времен М.А. Бакунина. Видным теоретиком анархизма стал П.А. Кропоткин. В начале XX в., в условиях нараставшего революционного кризиса анархистское движение, этот спутник всех революций, заметно оживилось как в эмиграции, так и в самой России. В Лондоне вокруг Кропоткина образовалась «Группа русских рабочих анархистов-коммунистов». В 1903 г . в Женеве стараниями супругов Георгия и Лидии Гогелия была создана организация «Хлеб и Воля». При поддержке Кропоткина начала выходить газета с одноименным названием — первый русский анархистский печатный орган за границей. Небольшие группы российских анархистов появились в Болгарии, Германии, Франции и США.

В начале XX в. в России возникло три главных центра анархистского движения — в Белостоке Гродненской губернии (среди еврейской интеллигенции и ремесленников), Одессе и Екатеринославе. Всего же в 1904 г . по разным городам и местечкам действовало 29 анархистских организаций и групп. Некоторые из них состояли из 3—10 человек, но существовали и более многочисленные формирования.

В декабре 1904 г . анархисты-коммунисты и «хлебовольцы» собрались в Лондоне на свой I съезд. Они объявили своей целью «социальную революцию» (полное уничтожение капитализма и государства и замену их анархическим коммунизмом). Главными методами борьбы анархисты считали «восстание и прямое нападение, как массовое, так и личное, на угнетателей и эксплуататоров». Сотрудничество с другими революционными партиями категорически отвергалось. Кропоткин поставил на съезде вопрос о создании в России массовой анархистской партии.

Партии в действии . Каждая из партий по-своему оценивала события русской революции и в соответствии с этим старалась предсказать их исход и наметить план действий.

Уже в 1905 г . одним из первых Ленин понял, что русская революция не будет похожа на «классические» западноевропейские революции XVIII—XIX вв. И эта «непохожесть» проявится прежде всего в особой, едва ли не решающей роли пролетариата. Соответственно и социал-демократия, по мысли Ленина, должна была сыграть такую же роль. (В ее «прирожденном» праве на руководство рабочим классом Ленин сомневался так же мало, как монарх сомневается в праве на свою корону.) Однако после II съезда в партии начались шатания и ослабло руководство. Необходим новый съезд, считал Ленин, чтобы партия во всеоружии встретила надвигающиеся события.

Борьбу за созыв III съезда Ленин начал вскоре после завершения II, когда меньшевики отказались признавать диктатуру большевистского ЦК. В апреле 1905 г . эти усилия, казалось, увенчались успехом. В Лондон на III съезд РСДРП собрались представители 20 партийных комитетов. Это было меньше двух третей общего их числа.

Меньшевики, тыкая пальцем в устав, объявили съезд незаконным. Однако делегаты, присланные этими комитетами, были большевиками» И Ленин смело перешагнул через букву устава, им самим написанного.

III съезд РСДРП проходил с 12 по 27 апреля 1905 г . Именно здесь воочию обнаружилось, что среди большевиков нет лидера, равного Ленину. Он председательствовал на съезде и задавал тон при обсуждении всех вопросов. В протоколах зафиксировано около 140 его выступлений. В основу решений съезда легла ленинская теория гегемонии пролетариата в буржуазно-демократической революции. Крестьянство рассматривалось как ближайший союзник пролетариата, поэтому в программу партии было внесено требование конфискации в пользу крестьянства помещичьих, удельных, казенных, церковных и монастырских земель. В отношении буржуазии была принята тактика «нейтрализации» ее колебаний (на практике это вылилось в постоянные нападки на либеральное движение).



Скачать документ

Похожие документы:

  1. История России с древнейших времен до конца XX века в 3-х книгах (2)

    Книга
    Каждая эпоха нуждается в своем осмыслении истории Отечества в тесной связи с мировой историей. И происходит это вовсе не потому, как это кажется некоторым, что на смену одной идеологической конъюнктуре приходит другая, хотя и это
  2. История России с древнейших времен до конца XX века в 3-х книгах (3)

    Книга
    Эта книга охватывает период истории России с начала XVIII в., со времени знаменитых петровских преобразований, и до рубежа XX в., когда нарастание глубокого экономического, политического, социального, национального кризиса в стране
  3. Боханов А. Н., Горинов М. М. История России с древнейших времен до конца XX века оглавление

    Документ
    ПредисловиеВведениеГлава 1. Первые шаги в государственной деятельности Петра I.Азовские походы и начало Северной войны§ 1. « Двоецарствие » Ивана и Петра.
  4. Программа курса «История России с древнейших времен до конца XX в.» Автор: д и. н. Л. В. Столярова

    Программа курса
    Настоящий учебный курс призван сформировать у студентов базовые представления о развитии истории России с древнейших времен до конца XX в., ее периодизации и включенности во всемирную историю.
  5. Буганов В. Г. «История России с древнейших времен до конца 17 века» глава 23 стр. 181 200 Вэтой книге историк В. Г

    Документ
    Буганов В.Г. «История России с древнейших времен до конца 17 века» глава 23 стр. 181 – 200 В этой книге историк В.Г.Буганов рассказывает о том, как он видит итоги деятельности «собирателя русских земель»

Другие похожие документы..