Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
Коляда Наталія Миколаївна – к.пед.н., доцент, докторант, науковий співробітник Науково-дослідного центру педагогічного краєзнавства подвійного підпор...полностью>>
'Документ'
Нумерація трицифрових чисел. Записування чисел піддиктовку. Розкладання чисел на розрядні доданки. Зв'язок діймноження і ділення. Множення і ділення ...полностью>>
'Рабочая программа'
Рабочая программа составлена на основе ОС ТПУ по направлению 240100 «Химическая технология и биотехнология», специальности 240100.09 «Химическая техно...полностью>>
'Автореферат'
Защита состоится «15» декабря 2006 года в 14-00 на заседании совета по защите докторских и кандидатских диссертаций Д 520.020.01 при Открытом акционер...полностью>>

Герцог Вильгельм

Главная > Документ
Сохрани ссылку в одной из сетей:

Герцог Вильгельм

Вначале, уважаемые читатели, мы кинем ретроспективный взгляд на состояние Англии к 1066 году, а потом: Потом я еще не знаю, куда меня занесет, но в Нормандию мы обязательно заглянем, хотя бы ненадолго. А пока взглянем на наш остров. Когда Гарольд вступил на престол, Англия уже несколько царстований представляла собой единое государство. Король, хоть и не был самодержцем, но был верховным повелителем, гарантом внутреннего спокойствия и исполнения законов, которые издавались от его имени, имел значительные денежные средства и постоянную, пусть и не очень многочисленную, армию.

Владычество датчан, а также их поселение в Данло оказали на общественную жизнь и устройство Англии гораздо меньшее влияние, чем можно было ожидать. В Данло оно ярче всего выразилось в географических названиях: те названия, которые оканчивались на "-by", обозначали датские земли, а названия оканчивавшиеся на "-ham" или "-ton", обозначали английские поселения. Разделение Англии Кнутом на элдорменства (ealdormanats) было лишь урегулированием уже существовавших и сложившихся порядков. Разделение некоторых графств на более мелкие единицы приписывается датчанам без достаточных оснований. А сами датчане в большей своей части смешались с англо-саксонским населением, усвоив их религию и учреждения. Заметим, что в Нормандии, кстати, произошло практически то же самое.

Я не буду подробно останавливаться на развитии прав землевладельцев, так как эта тема интересна, в основном, специалистам. Отмечу только, что к описываемому времени король уже окончательно захватил все народные земли (folcland), которые превратились в королевские земли (terra regis). Частью этих земель король жаловал своих знатных сторонников, которые становились его ленниками, исполняли почетные обязанности при дворе и служили в армии. Кроме того, короли поделились с крупными землевладельцами и частью судебных полномочий, так что уже при Этельстане в Англии вполне сложилась феодальная система.

Я также не буду касаться вопросов государственного устройства, финансов, просвещения, церковной жизни и т.д. Отмечу только, что в 1052 году король Эдуард официально отменил сбор danegeld'а, чтобы облегчить положение населения, но на самом деле этот сбор взыскивался даже некоторое время и после смерти этого короля. Следствием такого распоряжения был отказ Эдуарда содержать на английские деньги датские корабли и датских наемников. Датский флот и датские отряды были распущены, желающие могли отправиться на родину, а часть датчан окончательно осела в Англии. Однако по могуществу английского флота это решение Эдуарда нанесло смертельный удар. Вот в чем причина того, что английский флот никак не помешал нормандскому вторжению, - его попросту уже не было. Да и постоянная армия сократилась до размеров немногочисленного отряда телохранителей (housecarls), а для того, чтобы собрать более значительные силы, требовалось какое-то время. Эдуард, правда, умер в своей постели, но Гарольду это уже аукнулось.

Надеюсь, что я не очень вас утомил, уважаемые читатели, и взглянем теперь через Канал. Что же к описываемому нами времени представляла собой Нормандия? Длинной истории от меня пока не ждите, но вот вам краткий очерк ее истории. Действительно краткий! Итак, Рольф Странник, такой же датский морской разбойник, какими были Гутрум и Гастинг, захватил земли по обеим берегам Сены в районе ее устья и в 911 году добился от короля Карла Простоватого утверждения своих прав на эту землю. А что было делать Карлу? Сила была на стороне захватчиков, а кроме того король в этом же 911 году захватил Лотарингию: Напомню, что в Англии в это же время сыновья Альфреда начали покорение Данло. Договор, по которому король Франции уступил часть своих земель на побережье, очень напоминал Уэдморский мир. Как и Гутрум, Рольф крестился, женился на дочери короля и стал его вассалом по землям, которые с того времени и стали называться "страной норманнов" или Нормандией.

Однако христианская вера и вассальные отношения в первое время очень мало сдерживали норманнов. В отличие от Англии, норманнов с французами не связывали ни родство языка, ни узы крови. Сын Рольфа, Вильгельм Длинный Меч, хотя внешне и старался внешне быть христианином и подданным французского короля, в глубине души оставался северным язычником, да и сына своего он воспитывал среди викингов в Байе, где крепче всего сохранялись датский язык и обычаи. Вильгельм Длинный Меч призвал так много датчан в свои земли, что сумел полностью заселить ими полуостров Котантен. После смерти Вильгельма наступила языческая реакция. Большинство норманнов, во главе с юным герцогом Ричардом, который позднее получил прозвище Бесстрашного, на время отпали и от христианства, и от Франции. В это время новые флотилии морских разбойников появились у берегов Франции и входили в Сену. Так что еще в начале XI века французы называли норманнов "пиратами", Нормандию - "страной пиратов", а их герцога - "герцогом пиратов".

Но Ричард Бесстрашный правил очень долго, так долго, что к концу его правления нравы норманнов очень сильно переменились. Из свирепых язычников они превратились в верных ленников французской короны и чуть ли не примерных христиан. Датский язык еще некоторое время сохранялся в Байе, а память о нем осталась в некоторых географических названиях. В Нормандии же вдруг закипела религиозная жизнь: строились монастыри и церкви, по дорогам шли паломники и пилигримы, основывались школы и проводились философские исследования. Словом, полная противоположность полусонному существованию в Англии.

Пилигримами становилось все-таки меньшинство нормандцев. Часть нормандских рыцарей ставала под знамена Святого Креста, другая часть рыцарей приняла участие в борьбе христиан с мусульманами на Пиренейском полуострове, а цвет рыцарства подался на Сицилию и юг Италии, где на стороне византийцев принялись воевать с арабами. Вначале они служили византийцам, но потом в их среде появился доблестный рыцарь Роберт Гвискар, который отправился из своих владений на Котантене с одним только оруженосцем, но вскоре стал во главе всех нормандских сил в Сицилии и на Юге Италии. В битве при Каннах нормандцы разбили византийцев и отняли у них Апулию, а затем и Калабрию. Последователи Гвискара захватили всю Южную Италию и Сицилию и основали блестящее Сицилийское королевство.

Рассказы о подвигах Гвискара и других нормандских рыцарей в Италии и их несметной добыче только раздражали остававшихся в Нормандии рыцарей, подвигали их на поиски новых предприятий и воспламеняли честолюбие нормандских герцогов. А герцогом Нормандии к описываемому времени был Вильгельм, которого современники называли Великим, а в историю он вошел, как Вильгельм Завоеватель.

Вильгельм был побочным сыном герцога Роберта Великолепного (другое его прозвище было Роберт Дьявол) и Арлетты, дочери фалезского скорняка Фулберта. Герцог однажды увидел Арлетту, которая стирала белье в ручье, пленился юной девушкой, увез ее с собой, и 1027 году в Фалезе у нее родился сын Вильгельм. Других сыновей у Роберта не было, так что мальчик, хоть и имел прозвище "бастард", которое долго еще ходило за ним, воспитывался возле отца. Правда, недолго, так как в 1035 году Роберт Великолепный скончался в Никее во время обратного пути от святых мест. Так что детство выдалось у Вильгельма трудным, он видел множество интриг, измен и предательств, но все эти трудности только закаляли его характер, который с самых ранних лет смело можно было назвать железным. Бароны охотно признали Вильгельма своим герцогом, и он правил Нормандией под их опекой.

Такое положение вещей устраивало всех до 1047 года, когда Вилли стукнуло двадцать лет, и он решил править самостоятельно. Многих баронов такое решение юного герцога решительно не устраивало. Ведь за прошедшие годы они привыкли к самовластию, а тут "бастард" решил ими командовать! В восточной части Нормандии, однако, все было тихо, а вот на западе герцогства, в округах Бессен и Котантен созрел заговор против Вильгельма, причем в герцоги наметили двоюродного брата Вилли Ги (Gui) бургундского, вскоре переросший в открытый мятеж. Мятеж так тщательно готовился и вспыхнул столь неожиданно для Вилли, что застал его врасплох в его охотничьем домике. Мятежные бароны чуть не схватили своего юного герцога, но он сумел ускользнуть от них, выпрыгнув в реку в чем был. Вильгельму удалось заручиться поддержкой французского короля, собрать свои силы и в битве при Валь-де-Дюн разбить мятежников. Союз с французским королем, впрочем, оказался не очень продолжительным.

Я думаю, что целесообразно сейчас набросать обобщенный портрет Вильгельма Великого, перескакивая временами через временные рамки, чтобы полнее оценить незаурядную личность Завоевателя. Начнем с внешности Вильгельма, который был одним из самых последних и самых грозных представителей северной расы. Он был гигантом, обладавшим огромной физической силой. Отчаянная храбрость дополнялась диким взглядом, а бешеный гнев сочетался с беспощадной мстительностью. Летописец утверждал, что в нем воплощался дух

"морских волков, так долго живших грабежом всего мира".

Даже его враги утверждали, что

"Вильгельм не имел во всем свете равного себе рыцаря".

Еще в сражении при Валь-де-Дюне люди и кони падали под ударами его копья. Бешенство и неукротимость его характера выражалась и в других приключениях его юности. Так, например, он с пятью солдатами принял бой с пятнадцатью анжуйцами: И победил! Или когда анжуйский граф Жоффруа Мартелл предъявил свои претензии на часть его владений, Вильгельм с соколом на руке вызывающе проехался по спорным землям, как будто война или охота были для него одним и тем же делом. И Мартелл отступился: Как, согласно Гомеру, никто не мог натянуть лук Одиссея, так никто из современников не мог натянуть лук Вильгельма, настолько он был силен физически. Своею палицей он мог проложить себе путь сквозь строй английских воинов, или своим громовым голосом остановить начинающееся бегство своих солдат. Его характер и сила проявлялись в наибольшей степени тогда, когда другие приходили в уныние или отчаяние. И во время зимнего похода к Честеру он шел пешком во главе своих измученных войск и собственноручно помогал расчищать дорогу сквозь сугробы.

Но и его безжалостность не знала пределов. Когда жители Алансона в насмешку над его происхождением вывесили на городских стенах сырые кожи и начали кричать:

"Вот работа для скорняка!" -

он приказал ослепить пленников, отрубить им руки и ноги и побросать их в город. Потом он взял город штурмом и наказал шутников. После победы при Гастингсе он запретил хоронить тело Гарольда. Сотни жителей Гемпшира были выгнаны из своих домов, потому что Вильгельм решил в этих краях организовать свои охотничьи угодья. А когда Нортумбрия попыталась сопротивляться ему, он на несколько десятилетий превратил ее в пустыню. Жестокими и беспощадными были даже его шутки. Когда он состарился, то в 1087 году его старый враг французский король Филипп I подсмеивался над неуклюжей уже полнотой Вильгельма, а когда болезнь уложила его в постель в Руане, сказал:

"У Вильгельма такие же долгие роды, как у женщины".

Вильгельм тогда дал обет:

"Когда я встану, я отслужу обедню в стране Филиппа и щедро одарю церковь за счастливые роды. Я принесу ей тысячу свечей. Этими свечами будут пожары, при свете которых заблещет сталь".

И он сдержал свое слово, несмотря на приближающуюся смерть. В пору жатвы даже вдали от французской границы запылали города и села во исполнение обета Вильгельма.  Суровость характера Вильгельма сказывалась и в его любви к уединению. Он мало обращал внимания на ненависть или любовь людей, а его суровый взгляд, молчаливость и дикие порывы гнева наводили жуткий страх на его приближенных. Летописец отмечает:

"Он был так могуч и свиреп, что никто не осмеливался противоречить его воле".

Такого человека трудно любить, но ему легко подчиняться. Сам он был любезен только с настоятелем аббатства в Бете Ансельмом. Только в лесной глуши Вильгельм становился другим человеком. Летописец отмечал:

"Он любил диких оленей и ланей как будто был их отцом, и человек, виновный в их убийстве подвергался ослеплению".

Одиноким прошел Вильгельм свой жизненный путь, и смерть застала его таким же одиноким. Когда король испустил свое последнее дыхание, вельможи и священники, окружавшие его, разбежались, а его обнаженное тело долго оставалось распростертым на полу.

Вот каков был наш герой.

О правах на корону и подготовке вторжения.

После 1047 года за ростом могущества Нормандии и ее герцога стал ревниво следить граф Анжу Жоффруа Мартелл. Он опасался усиления могущества своего соседа, и ему удалось рассорить герцога с королем и натравить короля на Нормандию. Это было не так уж и трудно сделать. Ведь богатая и густо населенная Нормандия, которая была больше и сильнее многих королевств, не только вызывала у своего сюзерена страх, но и перекрывала французским королям прямой выход к морю. Вильгельм тоже искал союзников, и в 1053 году он женился на дочери фландрского графа Балдуина V (опять Фландрия!) Матильде, но этот союз мало помог Вилли. Ему приходилось, в основном рассчитывать только на свои силы.

И вот в 1054 году французские войска под командованием самого Генриха I вторглись в Нормандию. Вильгельм не стал принимать прямого сражения. Он отступал, держа свои силы на флангах французской армии, не вступал в столкновения и дожидался удобного часа. Наконец, он дождался момента, когда силы французов разделились на две части. Часть французов стала на ночлег в маленьком городке Мортемере, а другие расположились лагерем. Вильгельм тоже разделил свои силы на две части и внезапно напал на французов. Сам Вильгельм атаковал лагерь короля. Однако, атака предпринятая на Мортемер оказалась более удачной, ибо нормандцы застали французов врасплох и полностью истребили весь отряд. Сражение же отряда Вильгельма с французами шло с переменным успехом до тех пор, пока из Мотемера не прискакал Ральф де Тени. Он взобрался на дерево и закричал:

"Вставайте! Вставайте, французы! Вы слишком долго спите! Идите хоронить ваших друзей, лежащих мертвыми в Мортемере!"

После этих слов в рядах французов началась паника, перешедшая в беспорядочное бегство. Французы покинули Нормандию не солоно хлебавши, потеряв почти весь свой обоз.

Четыре года Генрих I собирал силы, и в 1058 году вновь вторгся в Нормандию. И вновь Вилли уклонился от прямого столкновения с главными силами французов. Он спокойно наблюдал за тем, как французы грабили его селения и монастыри, на разграбленные и пылающие Бессен и Кан. Так продолжалось до тех пор, пока фпанцузам не приглянулся богатый округ Лизье. Для этого французской армии надо было переправиться через реку Див возле Варавилля. Вот тут-то и появился Вилли со своим войском. Едва только половина французских сил переправилась через реку, а в реке начался подъем воды, как он напал на тыл французской армии. Начался разгром, ибо тыловые части французов не были готовы к сражению и в панике метались по берегу реки. Подъем воды в реке почти полностью разделил французскую армию на две части. С одного берега реки можно было теперь перебраться на другой только по узенькой плотине, которая была забита обозом, толпящимися беспомощно всадниками и пехотой. Нормандцы, уничтожив тыловые части французов, засыпали плотину дождем стрел. Генрих I беспомощно наблюдал с другого берега реки за истреблением своей армии. Разгром был ужасным. Почти никто не спасся, а обескураженный король с остатками свиты отправился умирать домой.

Вскоре умер и Жоффруа Мартелл, так что среди французских князей при малолетнем короле Филиппе I у Вильгельма соперников пока не было. Бретань, воевавшая против Нормандии, признала господство Вилли, едва лишь его отряд пересек границу. А в 1063 году ему удалось захватить и остров Мэн. Но немало сил у Вильгельма занимали и внутренние дела, ведь нормандские бароны всегда были склонны к анархическим выходкам и грабежам. Вилли никогда особенно не любил своих хищных баронов. Он всегда предпочитал оказывать покровительство торговцам, крестьянам, ремесленникам и монахам, что вызывало раздражение баронов. Во главе недовольных оказывались родственники Вилли, которые становились на сторону французского короля. Но победы при Мортемере и Варавилле отдали мятежных баронов в его власть. Часть сидела в тюрьмах, а часть подверглась изгнанию, и присоединилась к нормандцам, сражавшимся в Южной Италии и на Сицилии. [Нет, определенно, придется написать более подробный очерк об этом периоде в истории Италии, точнее Неаполитанского королевства. - Прим. Ст. Ворчуна.]

Вильгельм приступил и к реформе церкви. Первым делом он сместил руанского архиепископа, который был охотником, пьяницей и бабником, и поставил на его место ученого и благочестивого человека. Потом он принялся улучшать нравственность и среди остального духовенства, путем довольно частого созыва местных соборов, на которых главенствовал сам герцог. Центром нормандского просвещения стала школа в Беке, а один из ее выдающихся преподавателей и приор местного аббатства ломбардец Ланфранк стал главным советником герцога. Но этому предшествовала одна забавная история. При заключении брака с Матильдой Фландрской у Вильгельма возник спор с Римом, который противился заключению этого брака. Ланфранк в этом споре стал на сторону Рима, и Вильгельм в наказание приказал ему покинуть Нормандию. Приор неторопливо собрал свои вещи и уже сел на свою хромую лошадь, когда появился Вильгельм и стал торопить Ланфранка с отъездом. Ломбардец невозмутимо сказал:

"Дай мне лошадь получше, тогда я и уеду быстрее".

Вилли расхохотался, и гнев на Ланфранка сменился на полное расположение к нему. Вскоре Ланфранк стал первым министром Вильгельма и его советником, не только в делах герцогства, но и в его внешнеполитических предприятиях.

Вернемся теперь к вопросу англо-нормандских отношений. В своем повествовании я уже несколько раз обращал ваше внимание, уважаемые читатели, на появлявшуюся тему Нормандии. Рассмотрим коротко контакты этих стран за полвека до смерти короля Эдуарда. В конце правления Ричарда Бесстрашного одно из нападений датчан на Англию было поддержано Нормандией, а датский флот даже перезимовал в нормандских гаванях. В отместку за это Этельред послал свой флот для опустошения Котантена, но атака была отбита нормандцами. Потом Этельред женился на Эмме, сестре герцога Ричарда Доброго, и вражда затихла. А через некоторое время и сам Этельред с детьми нашел в Нормандии убежище после датского нашествия. Если верить нормандской летописи, то только встречные ветры помешали нормандскому флоту немедленно восстановить изгнанников на английском престоле. Казалось, что мирное призвание Эдуарда на английский престол открывало нормандцам дорогу в Англию, но, как мы помним, этого не произошло.

А как только Годвин был изгнан из Англии, в Лондоне появился Вилли. Это было в конце 1051 года. Якобы во время свидания Вилли с королем Эдуардом последний обещал ему английскую корону, если умрет бездетным. Но последнее обстоятельство уже для всех было очевидным. А за что Эдуард вдруг мог обещать Вилли свою корону? Некоторые нормандские источники сообщают, что якобы за то, что Вилли признал себя вассалом Эдуарда. Очень сомнительно, Ведь Вилли уже был вассалом французского короля. Правда в то время королем Франции был малолетний Филипп I, но: Даже если такое обещание было дано, то, во-первых, оно было сделано без свидетелей, а, во-вторых, без утверждения уитенагемота это обещание ничего не стоило. Да и возвращение Годвина в Англию должно было положить конец этим надеждам. Но не положило:

Другая версия относит возникновение планов Вилли относительно английского престола к тому времени, когда корабль Гарольда во время плавания по Каналу (Ла-Маншу) был прибит к нормандскому берегу. Правда дата этого события нормандскими источниками почему-то не сообщается. Якобы Гарольд был взят в плен графом Ги (Gui) или Витом. Но благодаря вмешательству Вилли он получил свободу, правда, за это он должен был поклясться на святых мощах и обещать поддержку Вилли в его притязаниях на английскую корону. Но это, скорее всего, нормандские легенды. Но прав на английский престол у Вилли было больше, чем у Гарольда. Он, хоть и был бастардом, все-таки состоял в отдаленном родстве с английскими королями. А идеологом притязаний Вилли на английскую корону был уже упоминавшийся Ланфранк. Во всяком случае именно эти два обстоятельства полужили юридическими обоснованиями прав Вильгельма на английский престол.

Но вот вслед за известием о смерти Эдуарда в Нормандию пришло сообщение о восшествии Гарольда на английский престол. Когда Вильгельм получил известие о восшествии на английский престол Гарольда, то его приближенные разбежались по углам и затаились. Летописец пишет:

"Ни с кем не говорил Вильгельм, и никто не осмелился заговорить с ним".

После взрыва бешеного гнева на Вилли было страшно смотреть. Обсудив с Ланфранком положение, Вильгельм решил отстаивать свои права на английский престол силой оружия. Ведь он искренне считал, что требовал себе не короны, а права быть претендентом на нее. Вилли считал, или пытался убедить в этом других, что такое право дано ему прямым обещанием Эдуарда Исповедника. Поэтому поспешное избрание королем Гарольда он считал незаконным. К этому примешивался и гнев на Гарольда за нарушенную клятву.

Тут объявился и еще один претендент на английскую корону - это был брат Гарольда Тостиг, укрывавшийся до этого в Норвегии. Он заручился поддержкой норвежского короля Гаральда (Гардрады) и стал собирать силы для заморской экспедиции. Пришлось Вильгельму форсировать подготовку. Помимо подготовки вооруженных сил и флота, на что требовалось несколько месяцев, Вилли решил заручиться и внешней поддержкой своего предприятия, в чем большую помощь ему оказал Ланфранк.

Основной упор был сделан на то, что Гарольд не только клятвопреступник, что само по себе возмутительно (но кто из нас не нарушал клятв?), но и узурпатор. Ведь Гарольд был помазан на английский престол противозаконным образом. Ведь он же был коронован архиепископом йоркским в присутствии самозванного архиепископа кентерберийского Сиганда. Вот когда аукнулось это мероприятие! А Вилли пообещал римскому папе подчинить английское духовенство Риму. Папа Александр II полностью стал на сторону Вильгельма даже не выслушав оправданий Гарольда. Он осудил Гарольда, заранее благословил подготовлявшуюся Вилли экспедицию, как будто дело шло о священной войне или крестовом походе и передал ему священное знамя вместе с кольцом, в которое был вложен один волосок Святого Апостола Петра. Вот так!

Кроме связей с Римом Вилли отправил послов к Германскому императору, французскому королю, в Данию и Бретань, во Фландрию и Анжу для того чтобы убедить их в обоснованности его притязаний на английский престол. А в Лиллебонне герцог назначил сбор тех своих вассалов, кто был согласен идти с ним в Англию. Но этих сил было явно недостаточно для успеха экспедиции, и Вильгельм объявил сбор добровольцев не только по всей Франции, но и из Аквитании, Бретани, Фландрии и Бургундии. Почувствовав богатую поживу, прибыли даже добровольцы из Апулии и Сицилии! Это был настоящий сбор крестоносцев, но их целью была христианская Англия! Как видите, уважаемые читатели, первым крестовым походом христиан против христиан же был вовсе не поход против альбигойцев или взятие Константинополя в 1204 году.

Помимо этих хлопот требовалось усилить нормандский флот, для чего активно рубились деревья, быстро строились и спускались на воду корабли. Собиралось оружие, фураж и продовольствие, хотя бы на первое время. Кроме того, надо было спешить, чтобы его не опередил другой претендент. Наконец все было готово и Вильгельм сосредоточил свои силы близ устья реки Див. Но когда он отправился в плаванье, противные ветры вынудили его флот укрыться в Сен-Валери, что на Сомме, и дожидаться более благоприятной погоды.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Книга первая. Реформация в германии 1517-1555 глава первая

    Книга
    ГЛАВА ПЕРВАЯ. Общее положение Германии в 1517 г. Индульгенции. Первые шаги Лютера. Избрание императора. Первый сейм при Карле V, в Вормсе. Лютер на сейме и Вормсский эдикт.
  2. П. П. Котельников Не судимы, но осуждены книга

    Книга
    Предлагаю каждому вспомнить свое босоногое детство, одетое во что-то, формой напоминающее шорты, выкроенные из какого-то давно отслужившего свое время материала, если оно протекало в сельской местности, да еще во времена относительно
  3. Народом на востоке эгейского мира

    Реферат
    через который прошли многие малоазийские города - Ми-лет, города эгейского региона - Лесбос, Хиос, Самос, влиятельные полисы - Мегары, Коринф, Афины, Сиракузы и другие, завершился установлением режима личной власти Часто тирания была
  4. Л. А. Асланов Культура и власть

    Документ
    В работе рассматриваются исторические условия формирования и развития североморской культуры в Нидерландах и Англии, которые сопоставляются с процессом формирования культуры Португалии.
  5. Что бы ни говорили, разведка это первая древнейшая профессия

    Документ
    Слово "разведчик" окружено уважением и почитанием, слово "шпион" - всеобщим презрением. Задачи, цели и техника их работы порой одинаковы, разница в общественном, политическом и эмоциональном восприятии этих терминов.

Другие похожие документы..