Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
Образ Печорина. Роман "Герой нашего времени" Лермонтов начал писать в 1838г. Уже через два года роман вышел отдельным изданием. В отличии от...полностью>>
'Исследовательская работа'
Туризм страны на данном этапе развивался на основе установившегося рынка. Самым ярким и характерным примером туристской компании * области, развивавш...полностью>>
'Документ'
Факультет иностранных языков ОмГУ и ассоциация преподавателей английского языка ВУЗов г. Омска OMSKELTA проводят 20 апреля 2011 года вторую Всероссийс...полностью>>
'Документ'
"Языковая личность" писателя и читатель : работа с ключевыми словами романа Ф. Достоевского "Преступление и наказание" / Е.С. Абе...полностью>>

На днях я пригласил к себе в кабинет гувернантку моих детей, Юлию Васильевну. Нужно было посчи­таться

Главная > Документ
Сохрани ссылку в одной из сетей:

Размазня

На днях я пригласил к себе в кабинет гувернантку моих детей, Юлию Васильевну. Нужно было посчи­таться.

  • Садитесь, Юлия Васильевна! —сказал я ей.—Давайте посчитаемся. Вам, наверное, нужны деньги, а вы такая церемонная, что сами не спросите...Ну-с... Договорились мы с вами по тридцати рублей в месяц...

  • По сорока...

- Нет, по тридцати... У меня записано... Я всегда платил гувернанткам по тридцати... Ну-с, прожили вы два месяца...

— Два месяца я пять дней...

- Ровно два месяца... У меня так записано. Следует вам, значит, шестьдесят рублей... Вычесть девять воскресений... вы ведь не занимались с Колей по воскресеньям, а гуляли только... да три праздника...

Юлия Васильевна вспыхнула и затеребила обо­рочку, но... ни слова!..

- Три праздника...Долой, следовательно, двена­дцать рублей... Четыре дня Коля был болен и не было за­нятий... Вы занимались с одной только Варей,.. Три дня у вас болели зубы, и моя жена позволила вам не зани­маться после обеда... Двенадцать и семь—девятнадцать. Вычесть... останется... гм... сорок один рубль. Верно?

Левый глаз Юлии Васильевны покраснел и напол­нился влагой. Подбородок ее задрожал. Она нервно закашляла, засморкалась, но—ни слова!..

- Под Новый год вы разбили чайную чашку с блюдечком. Долой два рубля... Чашка стоит дороже, она фамильная, но... бог с вами! Где наше не пропадало! Потом-с, по вашему недосмотру Коля полез на дерево и порвал себе сюртучок... Долой десять... Горничная тоже по вашему недосмотру украла у Вари ботинки .Вы должны за всем смотреть. Вы жалованье получаете. Итак, значит, долой еще пять... Десятого января вы
взяли у меня десять рублей...

  • Я не брала! —шепнула Юлия Васильевна.

  • Но у меня записано!

  • Ну, пусть... хорошо.

  • Из сорока одного вычесть двадцать семь—оста­нется четырнадцать...

Оба глаза наполнились слезами... На длинном, хоро­шеньком носике выступил пот. Бедная девочка!

  • Я раз только брала, — сказала она дрожащим го­лосом.— Я у вашей супруги взяла три рубля... Больше не брала...

  • Да? Ишь ведь, а у меня и не записано! Долой из четырнадцати три, останется одиннадцать... Вот вам ваши деньги, милейшая! Три... три, три... один и один...Получите-с!

И я подал ей одиннадцать рублей... Она взяла и дрожащими пальчиками сунула их в карман.

— Мегsi,— прошептала она.

Я вскочил и заходил по комнате. Меня охватила злость.

- За что же мегsi? —спросил я.

— За деньги...

- Но ведь я же вас обобрал, черт возьми, ограбил! Ведь я украл у вас! За что же мегsi?

— В других местах мне и вовсе не давали...

- Не давали? И не мудрено! Я пошутил над вами, жестокий урок дал вам... Я отдам вам все ваши восемь­десят! Вон они в конверте для вас приготовлены! Но разве можно быть такой кислятиной? Отчего вы не про­тестуете? Чего молчите? Разве можно на этом свете не быть зубастой? Разве можно быть такой размаз­ней?

Она кисло улыбнулась, и я прочел на ее лице: «Мож­но!»

Я попросил у нее прощения за жестокий урок и от­дал ей, к великому ее удивлению, все восемьдесят. Она робко замерсикала и вышла... Я поглядел ей вслед и подумал: легко на этом свете быть сильным!

А.П.Чехов

Сочинение по рассказу А.П.Чехова «Размазня»

Структура сочинения

Сочинение ученицы

Комментарий эксперта

Баллы

Вступление

А.П.Чехов в первую очередь известен благодаря своим рассказам на бытовые темы. Мастер обличения ничтожества и пошлости, Чехов даже в самых кратких своих рассказах удивительно точно несколькими штрихами передает человеческие характеры. Причем произведения писателя недидактичны, он не поучает читателя, а заставляет задуматься.

Во вступлении хорошо сказано об авторе, но далее вся работа не поддерживает тему ничтожества и пошлости.

Формулировка одной из

проблем

Вот и в рассказе «Размазня» автор, рисуя, казалось бы, обыденную ситуацию, поднимает проблему притеснения сильными слабых. Так было и будет, вероятно, всегда: тот, кто имеет хотя бы незначительную власть над другим человеком, редко отказывает себе в удовольствии показать эту власть.

Проблема сформулирована точно.

К1 -1

Комментарий к проблеме

Данная проблема глубже, чем кажется на первый взгляд. Ее можно отнести как к психологическим, так и к социальным. Ведь сам общественный строй предполагает подчинение одних другим, и трудно представить себе нашу жизнь без разделения на классы. Психологизм этой проблемы в том, что человеку почему-то необходимо ощущать свое первенство и знать, что он не хуже всех. А если сильный – хозяин положения и в его власти всего-навсего гувернантка его детей, то как тут не показать себя! Можно широким жестом «простить» разбитую чашку, вычтя два рубля из жалования, а можно обвинить в том, что «горничная по вашему недосмотру украла… ботинки».

Так как перед нами художественное произведение, здесь надо было бы сказать о сюжете одним-двумя предложениями: хозяин куражится над гувернанткой, вычитая из ее жалования деньги под абсурдными предлогами, а потом все-таки ей все деньги отдает, мотивируя тем, что преподнес ей урок, как надо себя защищать.

К2 – 2

(коммен

тируется проблема в целом и есть опора на текст).

Сформулированная позиция автора

Читая рассказ, можно подумать сперва, что автор на стороне своего героя, что он говорит его устами и сам полон презрения к слабенькой, не умеющей постоять за себя гувернантке, но вскоре становится ясно, что это не так. На самом деле симпатии автора на стороне девушки и он сочувствует ей. А отношение к герою выражается в его последней самодовольной реплике: «Я подумал: легко на этом свете быть сильным». Очевидно, этот человек слаб и может быть сильным только с подчиненными ему людьми. Так А.П.Чехов подводит нас к выводу о том, что недопустимо играть чувствами людей, унижать слабых, повышая собственную самооценку за чужой счет.

Автор работы не сразу формулирует позицию писателя, а говорит о своем пути понимания рассказа. Это хорошо, потому что рассказ неоднозначен. В нем отразились две позиции: точка зрения рассказчика заявлена определенно: надо уметь за себя постоять, нельзя быть размазней, а мнение писателя не формулируется, симпатия автора – это не позиция. Но тем не менее вдумчивый читатель должен понять, что писатель не разделяет точку зрения героя. В данном случае по современным критериям можно было бы сформулировать только позицию героя-рассказчика, но ни в коем случае не приписывая ее А.П.Чехову.

К3-1

Выражение своего согласия/

несогласия с позицией автора

С мнением автора, по-моему, согласится не каждый. Если читать рассказ поверхностно, не вникая в его скрытый смысл, то гувернантка кажется ничтожеством, а мужчина, так дурно с ней поступивший, кажется молодым и сильным человеком, умеющим жить. Мне тоже сначала так показалось. Но, перечитав рассказ еще несколько раз, я наконец поняла истинное мнение Чехова и приняла его. Действительно, сила не заключается в том, что ты можешь притеснять других, и не в умении огрызаться на тех, кто несправедлив к тебе.

Автор работы четко сформулировал свою точку зрения.

Аргумент 1

Мне кажется, здесь было бы уместно привести в пример заповеди Христа о непротивлении злу насилием. Его никто не назвал бы «размазней», но Христос, так же как и девушка из рассказа, не боролся с теми, кто желал ему зла и поступал с ним жестоко. Ведь если все будут отстаивать свои интересы, во что превратится наш мир? В банку с пауками?

Один аргумент из Священного Писания, второй из художественной литературы. Можно было бы, конечно, рассказать историю из собственной жизни, но рядом с чеховским рассказом, боюсь, она бы выглядела бледновато.

Аргумент 2

Тема произвола сильных мира сего часто становится предметом рассмотрения в литературе. Достаточно вспомнить хотя бы несчастного чиновника из гоголевской «Шинели», и «вечную» Сонечку Мармеладову, которая своей покорностью добилась большего, чем бунтующий Раскольников, в своем стремлении сделать мир лучше. Русская литература XIX века всегда защищала обиженных, поэтому ни у кого из классиков мы не встретим поэтизации произвола или одобрение насилия.

Второй аргумент больше напоминает ссылку, чем доказательство. Это связано с построением фразы, потому что сам аргумент находится в придаточной части предложения и поэтому не обращает на себя внимание. Лучше было бы разделить это предложение на два, заменив слово «которая» словом «она».

К4-3

Заключение

В русской традиции почитать смирение и всепрощение, а не наглость, нахрапистость и хамство. А примеров духовного подвига можно много найти в житиях святых и у них учиться, у Ксении Блаженной и Серафима Саровского, например.

Заключение логичное, но отказ от сопротивления злу и духовный подвиг – все-таки разные вещи.

Несмотря на отдельные недочеты, работы логичная, связная, убедительная, поэтому и потери баллов здесь нет ни по одному критерию.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Театров мира разведчиков адмиралов диплом

    Диплом
    Во всех справочниках понятие «аристократия» толкуется как «родовая знать». Но, как с печальным смирением написал Доминик Ливен, автор одного из лучших исследований по этому вопросу, «что такое «аристократия» известно всем, но вот вы
  2. Серия: жанр (4)

    Книга
    Эта книга, написанная известным историком Юрием Лубченковым, рассказывает о сотне наиболее выдающихся аристократов всех времен и народов от героев античности до графа Льва Толстого, князя Кропоткина, барона Врангеля и др.

Другие похожие документы..