Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Реферат'
Мороженое - от одного этого слова становится сладко и прохладно. Мы с братом очень любим мороженое. Причем любим в любое время года. Это у нас от наш...полностью>>
'Документ'
курс Почтовый адрес (с указанием индекса)    е-mail    Телефон  (с кодом города)   Фамилия, имя, отчество научного руководителя   Ученая степень, уче...полностью>>
'Документ'
– это конечная совокупность конструктивных, техн. и формальных программных средств для автоматизации работ конкретного пользователя -> 2 основные цели...полностью>>
'Автореферат диссертации'
Защита диссертации состоится 23 декабря 2010г. в 14 00 часов в конференц-зале на заседании совета по защите докторских и кандидатских диссертаций Д 5...полностью>>

А. П. Чехов Из письма Имя Антона Павловича Чехова завершает список писателей, сегодня называемых классиками, писателей второй половины ХІХ века. Идействительно, Антону Чехову в год смерти И. С. Тургенева было 23 г

Главная > Документ
Сохрани ссылку в одной из сетей:

Е.М.Роик,

учитель русского языка и литературы

СШ №57 г. Киева

Мир женщин в прозе А. П. Чехова

Поэзия и беллетристика не объяснили ни одного явления?

Да разве молния, когда блестит, объясняет что-нибудь?

Не она должна объяснять, а мы должны объяснять ее.

А. П. Чехов Из письма

Имя Антона Павловича Чехова завершает список писателей, сегодня называемых классиками, писателей второй половины ХІХ века. И действительно, Антону Чехову в год смерти И.С. Тургенева было 23 года в год смерти А.Н. Островского - 26 , И.А. Гончарова – 31, Н. А. Некрасова – 27, М.Е. Салтыкова – Щедрина – 29, Ф. М. Достоевского - 21 год. А Лев Николаевич Толстой пережил его, скончавшись в 1910 году. Заслужить право быть в этом списке - великая честь и ответственность в изменяющемся мире. И хотя сегодняшние компьютеры с их возможностями вытесняют художественную литературу из жизни тех, кого Антон Павлович называл обывателями, чеховские произведения существуют в быту людей, которые ощущают себя интеллигентами. Ведь жизнь Антона Павловича и его отношение к действительности – это и есть интеллигентность.

Интеллигентность – состояние души - в этом меня убеждает гениальный рассказ «Скрипка Ротшильда». Герой рассказа Яков Иванов, по прозвищу Бронза, по ремеслу своему гробовщик, необразованный грубый человек, но душа у него не мертвая – он играет на скрипке. Сознание неправильного устройства жизни людей мучит его, и главная его мысль об убытках своих, личных, но потрясенный смертью безответной жены своей Марфы, он, хотя и снимает мерку для гроба с нее, когда она еще не умерла, как будто прозревает. «Пятьдесят два года … он ни разу не пожалел Марфы. А ведь она каждый день топила печь, варила и пекла, ходила по воду, рубила дрова, спала с ним на одной кровати, а когда он возвращался пьяный со свадеб, она всякий раз с благоговением вешала его скрипку на стену и укладывала его спать, и все это молча, с робким заботливым выражением» – так вспоминается Якову. И, думая о своих убытках, Яков начинает сокрушаться о человечестве: «Зачем люди вообще мешают друг другу? Ведь от этого какие убытки! Какие страшные убытки! Если бы не было ненависти и злобы, люди имели бы друг от друга громадную пользу». Вот эта возможность нравственного прозрения Якова потрясает читателя, особенно предсмертные слова Якова: «Скрипку отдайте Ротшильду».

Раздумья писателей-классиков о смысле жизни человека, об устройстве этой жизни – вот содержание их произведений, и если Чехов продолжает их традиции, то своеобразие его в том, что он не проповедует, не поучает, как это делает, например, его современник Л. Н. Толстой, а уходит от прямого участия в политической борьбе, предоставляет читателю самостоятельно формировать свою общественную позицию. И это вовсе не значит, что Антон Павлович в своих писаниях озабочен только изображением мира людей, хотя он и пишет А. И. Суворину: «Мое дело только в том, чтобы быть талантливым, то есть уметь отличать важные показания от неважных, уметь освещать фигуры и говорить их языком». Здесь он настаивает на умении отбора материала и освещении его, а двумя годами раньше утверждает: «Художественная литература потому и называется художественной, что рисует жизнь такою, какова она есть на самом деле. Ее назначение – правда, безусловная и честная». Позиция писателя сказывается в том, что и как он изображает, следуя правде жизни, а уж судить, истолковывать - дело читателя, которому автор доверяет. Однако как же гневается Антон Павлович, когда видит в библиографическом отделе журнала «Русская мысль» слова: «Такие жрецы беспринципного писания, как г. г. Ясинский и Чехов». «Беспринципным писателем, или, что одно и то же, прохвостом я никогда не был» - возражает Чехов в письме редактору журнала, порывая отношения с этим печатным органом

Чехова надо уметь читать, а это, как мы видим, не всегда удавалось его современникам,.. особенно в начале его творческого пути. Но довольно быстро молодой автор завоевал своего читателя, хотя жанр его, рассказ, казалось бы, не мог претендовать на глубокое, всестороннее изображение жизни Но именно рассказы Чехова прежде всего поражают охватом явлений жизни современной ему России.

Среди самых усердных читателей и почитателей Антона Павловича особенно много было женщин. И потому, что в его рассказах мир женщин, их общественное, семейное положение, особенности их восприятия действительности, разнообразные свойства их психики, поведения представлены с такой глубиной и широтой охвата действительности, что воспринимается как энциклопедия. Правда, это энциклопедия жизни мещанского общества, ибо в прозе А. П. Чехова не рассказывается о жизни «высшего света». В письме К.С. Баранцевичу, «милому другу и коллеге», в 1890 году мы находим строки: «Мы ведь не кавалергарды и не актрисы французского театра, чтобы чувствовать себя хорошо. Мы мещане на сей земле, мещанами будем и по–мещански умрём - таково веление рока». А что такое мещанская жизнь, ненавидимая Антоном Павловичем»? Душа моя рвётся вширь и ввысь, но поневоле приходится вести жизнь узенькую, ушедшую в сволочные рубли и копейки. Нет ничего пошлее мещанской жизни с её грошами, харчами, нелепыми разговорами и никому не нужной условной добродетелью. Душа моя изныла, что я работаю ради денег, что деньги центр моей деятельности» - это горькое признание А. И Суворину из письма 1892 года.

А ведь многие героини прозы Чехова барахтаются в мещанском болоте, задавленные необходимостью в «сволочных рублях», не осознавая, что с ними делается. Но появляются уже те, кто мечтает об иной жизни, осмысленном существовании.

Женщины всех сословий – от княгини до поденщицы - крестьянки, всех возрастов – от девочки до старухи; всех семейных ролей: тещи, невестки, дочери, жены, любовницы, свояченицы, приживалки; возможных в чеховское время женских занятий и профессий: учительницы, гувернантки, акушерки, кухарки, горничной, владелицы какого - либо предприятия – всех перечислить трудно – существуют в рассказах Чехова.

И хотя прошло 150 лет со дня рождения Антона. Павловича, многое в жизни женщин не изменилось, а так называемый женский вопрос продолжает будоражить общественную мысль заставляет размышлять над ним.

Так, по свидетельству дочери Л. Н. Толстого Татьяны Львовны: «Отец читал четыре вечера подряд вслух «Душечку» и говорил, что поумнел от этой вещи. «Поумнеть», по Толстому, - воспринять и умом, и сердцем. Именно так осваивают читатели свидетельства рассказов Чехова - умом и сердцем.

Какие наблюдения обобщает доктор и писатель Чехов, рассказывая о женщинах? Прежде всего, он объясняет их поведение натурой, данной им природой, а затем средой, в которой они живут, семейным их воспитанием.

В начале жизни, в семье родителей, девочку готовят к тому, чтобы она по достижении брачного возраста создала свою семью в соответствии с сословным положением своего мужа. Семейная жизнь устраивается в зависимости от того, на какие средства эта семья рассчитывает. Если деньги есть достаточные на покупку своего дома, на содержание прислуги: кухарки или повара, горничных, дворника, садовника, нянек – это один уровень социального положения семьи, при котором жена уже барыня, дама. Если же денег в семье мало, едва хватает на то, чтобы прокормиться и одеться, а также заплатить за жилье, то эта женщина – баба.

Бедности боятся, ее скрывают, как это было в семье родителей Антона Павловича (об этом свидетельствует М. П. Чехова в своих воспоминаниях) В рассказе 1886 года «Кошмар» Антон Павлович показал жизнь сельского священника. Тот, осуждая свою гордыню вспоминает: «… на берегу стоит какая–то женщина и что–то делает, … подхожу ближе и глазам своим не верю …Ужас! Сидит жена доктора Константина Сергеича и белье полощет … Докторша, в институте кончила! Значит, чтоб люди не видели, норовила пораньше встать и за версту от деревни уйти … Неодолимая гордость! Как увидела, что я около нее и бедность ее заметил, покраснела вся …». Да, во времена Чехова сословная принадлежность определяла положенный образ жизни членов семьи.

А к какому сословию причислить героиню рассказа» Анюта»? (1886 год) Она «состоит во внебрачном сожительстве» со студентом – медиком, за последние шесть- семь лет это шестой ее «сожитель». В меблированной комнате студента Клочкова она, худенькая двадцатипятилетняя брюнетка, прислуживает ему, немного подрабатывает шитьем, вышиванием. Клочков зубрит к экзаменам, и Анюта становится живым учебным пособием с намеченными угольком линиями ребер. Сосед Клочкова, художник, «одалживает» Анюту у Клочкова: ему нужна натурщица. Но тут же упрекает Клочкова в отсутствии эстетики в его жилье, что и приводит того к мысли расстаться с Анютой. Безгласная Анюта, которой некуда идти, уже собирает узелок, а четыре кусочка сахара, найденные на окне, кладет на стол со словами: «Это ваше …сахар». Читателя особенно пронзают жалостью эти четыре кусочка. Редко у Чехова так явно выражается авторское сочувствие. Бессемейная жалкая жертва обстоятельств – такой выглядит Анюта.

И в рассказе «Хористка» (1886 год) Паша, певица в хоре, изображена в ситуации, когда она, принимая мужчину, обескуражена появлением его жены. Та пришла, чтобы возвратить деньги, якобы потраченные мужем на подарки Паше. Теперь ему грозит суд, потому что деньги казенные. Пашу сначала оскорбляет жена, а затем муж, сравнивая свою жену, «порядочную женщину», с Пашей, «женщиной легкого поведения». А ведь Паша сгоряча отдала все украшения, которые у нее были от других гостей!

О той же незащищенности подобных женщин мы читаем в рассказе «Знакомый мужчина» (1886 год). Настасья Канавкина - по паспорту - а по известности в пьяных компаниях «прелестнейшая Ванда», выйдя из больницы, очутилась без приюта и без денег. А главное – это в рассказе повторяется трижды – «без модной короткой кофточки, высокой шляпы и туфель бронзового цвета». И хотя знакомый по ресторану зубной врач, к которому она явилась за деньгами, не узнает ее и вырывает зуб, принимая за пациентку, горе Ванды непродолжительно: назавтра она уже модно одета и танцует в ресторане, а угощает ее «молодой купец, приезжий из Казани»! Такова мотыльковая жизнь «прелестнейшей Ванды», жизнь жалкая, греховная.

Нет, только в семье женщина реализует себя, но во всякой ли семье? В раннем (1885 г.) рассказе А. Чехонте «Женское счастье» персонаж с выразительной по-чеховски фамилией Пробкин завистливо обобщает: «Мужскому полу никогда таких привилегий не будет, как ихнему дамскому» Несправедливость эта, по мнению Пробкина, в том и состоит, что мужчина чин, почетное звание заслуживает «потом и кровью», а «какая-нибудь Варенька или Катенька, молоко на губах не обсохло, покрутит перед графом шлейфом, пощурит глазки – вот и ваше сиятельство». Как ни глуп Пробкин, он прав в том суждении, что положение женщины в обществе зависит от значимости в нем ее мужа. А это обстоятельство вкупе с экономической зависимостью ставит женщину всегда в подчиненное положение. Отсюда правдивое изображение существ женского пола в их стремлении, главной мечте их жизни: выгодно выйти замуж, а если долго нет выгодного богатого жениха, то пусть будет хоть какой-нибудь. Это жизненная программа крестьянок и дворянок, мещанок и купеческих дочерей и, конечно, их родителей. Женщины, выходя замуж, совершают сделку – неважно, по своему ли желанию или по настоянию родителей – так положено!

У Антоши Чехонте сюжеты о заключении этой сделки построены по законам комического жанра. Смешно, как один участник сделки обманывает другого, нет ни к одному из них сожаления. В рассказе «Брак по расчету», напечатанном в 1884 году в журнале «Развлечение», есть подзаголовок «Роман в двух частях». Почему такой подзаголовок? Да потому, что содержание коротенького рассказа передает два эпизода: первый – разговор за свадебным столом в доме вдовы Мымриной, которая выдала дочь Дашеньку замуж за молодого чиновника Апломбова. Эти фамилии – уже характеристики персонажей. Гость - телеграфист Блинчиков – хочет показать себя человеком ученым и заговаривает об электричестве, пророча ему блестящее будущее, что вызывает враждебность собеседников. Знаменитая (единственная!) реплика Дашеньки полностью её характеризует: «Они хочут свою образованность показать и всегда говорят об непонятном». А её маменька откликается так: «Слава богу, прожили век без образования и вот уж, благодарить бога, третью дочку замуж за хорошего человека выдаём». И когда сконфуженный телеграфист оправдывается: «Я всегда желал Дарье Ивановне хорошего жениха. В наше время трудно выйти замуж за хорошего человека. Нынче каждый норовит вступить в брак из-за интереса, из-за денег» - жених усматривает в этом намек. Но телеграфист усугубляет положение: «Никакого тут нет намека,… все знают, что вы из любви…Приданое пустяшное». Но этого не может слышать Дашенькина мать: «Мы тысячу рублей, мы три салопа даём, постелю и вот эту всю мебель!» И невозможно удержаться, чтобы не привести ответ возмущенного Апломбова: «Нет, я желаю показать, что он не имеет никакой полной правы!.. . Позвольте вам выйти вон!»

Вторая часть этого рассказа – романа повествует о наступившем после свадебного ужина утре. На улице удивленные прохожие видят кружащиеся в воздухе белые хлопья: оказывается, Апломбову не додали ста рублей из обещанной тысячи и он, разгневавшись, разодрал перину. Плачущие Мымрина с Дашенькой идут по улице, где впереди шагают городовые, за ними - Апломбов. На вопросы, что случилось, о чем плачут, отвечает мать: «Перины жалко! Три пуда, голубчики! И пух–то, ведь какой! Пушинка к пушинке» Ей бы плакать о том, какая семейная жизнь ожидает дочь, а она о перине! Вот он – чеховский подтекст. Автор в рассказе единственный раз прямо выявляет себя, говоря о Дашеньке: «Невеста Дашенька, у которой на лице написаны все добродетели, кроме одной – способности мыслить». Как правило, персонажи разоблачают себя сами своими речами, поведением. Смешно, и противно, и жалко этих женщин, скудных и умом, и сердцем.

С одной стороны, подзаголовок РОМАН здесь оправдан тем, что изображается свадебный ужин – заключительный, вроде бы, этап романтических отношений влюблённых. С другой - так ясно выявляется сущность персонажей, как будто прочёл пухлый роман. В этом подзаголовке – горькая ирония автора.

Женщины – хищницы, достигшие в браке своей цели, обирающие и обманывающие своих мужей, циничные и наглые, не случайны в рассказах Антона Чехова девяностых годов. Они, образованные, мыслящие, искусно используют слабохарактерность, вялость своих мужей. Такова Софья Львовна из рассказа «Володя большой и Володя маленький», вышедшая замуж в 23 года за 52-летнего полковника Владимира Никитича Ягича. Она с мужем и другом детства Владимиром Михайловичем едет на тройке из ресторана, весёлая и торжествующая. Замужем она всего два месяца, и ей немного неудобно сознавать, что брак её заключён по расчету, тем более что она помнит, что любила Владимира Михайловича еще вчера. Но в ресторане, где платил, как обычно, полковник, а друг детства от уплаты уклонился, да еще и коньяком её подпоил, она увидела своего мужа свежим, бодрым и подумала, что не случайно он всегда имел такой успех у женщин. Автор несобственно-прямой речью передаёт мысли Софьи Львовны: «По счету в ресторане уплачено сто двадцать и цыганам сто, а завтра она, если захочет, может бросать на ветер хоть тысячу рублей, а два месяца назад, до свадьбы, у неё не было и трех рублей собственных, и за каждым пустяком приходилось обращаться к отцу. Какая перемена в её жизни!» В то же время Софье Львовне хочется как-то оправдаться, и в разговоре с Володей маленьким она упрекает его: «Вы, Володя, старше меня на десять лет, а муж старше меня на тридцать лет Я росла на ваших глазах, и если б вы захотели, то могли бы из меня сделать всё, что вам угодно, хоть ангела… . Как мне хочется измениться, начать новую жизнь! Быть хорошим, честным, чистым человеком, не лгать, иметь цель в жизни». Собеседник уличает её: «Ну, ну, ну, пожалуйста - не ломайтесь! Ей-богу, точно на сцене. Будем держать себя по-человечески». Тут же она становится его любовницей, но через неделю он ее оставляет. В рассказе есть эпизод, как Софья Львовна с выпившей компанией проезжает мимо монастыря и вспоминает родственницу Олю, ушедшую в этот монастырь. Описана худенькая бледная послушница Оля, которую горестная судьба брата побудила уйти от мира. И в конце рассказа читаем: «Софья Львовна вспоминала про Олю, и ей становилось жутко при мысли, что для девушек и женщин её круга нет другого выхода, как кататься на тройках и лгать или же идти в монастырь убивать плоть».

Ещё непригляднее героини рассказов «Супруга» и «Анна на шее» Муж, Николай Евграфович, женат семь лет. Он, сын деревенского попа, бурсак по воспитанию, влюбился в Ольгу Дмитриевну, женщину чуждой ему среды. Да, он зарабатывает десять тысяч ежегодно, он врач-хирург, но не может послать и десяти рублей матери - попадье, он должен по векселям тысяч пятнадцать. Его супружеская жизнь «безнадежно, непоправимо разрушена женой» Она является домой, как это часто делает, к пяти часам утра, а он за это время измучился, обвиняя себя, что не смог оказать на неё доброго влияния, и решает дать ей развод и взять вину на себя. Он так и объявляет жене, от которой пахнет вином и устрицами и которая расстроена тем, что провожавший её студент потерял её сумку с пятнадцатью рублями, взятыми, как она говорит, у её мамы. «Ах, я дам тебе двадцать пять, только замолчи!» - просит её муж и напоминает о телеграмме от любовника, полученной накануне. Сначала она лжет, а потом, признавшись, что телеграмму послал любовник, категорически отказывается от развода. Она хочет только получить заграничный паспорт. Нагло и цинично заявляет мужу: «Развода я не приму и не уйду, не уйду, не уйду! Во – первых, я не желаю терять общественное положение…и я не ручаюсь, что это моё увлечение может продлиться долго…. Вот вам!» Из воспоминаний Николая Евграфовича мы узнаём, как он двадцатилетним студентом поверил, что компания хищников, в которую случайно втолкнула его судьба, даст ему и поэзию, и счастье… . Теперь–то он недоумевает, как он мог «беспомощно отдаться в руки этого ничтожного, лживого, пошлого, мелкого, по натуре совершенно чуждого ему существа». Но рассказ-то оканчивается тем, что в одиннадцать часов утра, когда он готовится ехать в больницу, горничная входит со словами: «Барыня встали и просят 25 рублей, что вы давеча обещали».

Наглая, продажная, развратная – исчерпывающие определения для понимания героини рассказа «Ариадна» (1893 год). Повествование ведется от лица, встреченного автором на пароходе; господина, возвращающегося из заграницы со спутницей. Вот она-то – предмет любви и поклонения - искусно пользуется чувством обожателя, чтобы жить, потакая своей страсти к роскоши. Собеседник поклонника Ариадны выслушивает долгий откровенный перечень предательств её и даже горькие выводы насчет женщин вообще: «В городах всё воспитание и образование женщины сводится к тому, чтобы выработать из неё человека – зверя, то есть, чтобы она нравилась самцу и чтобы она умела победить этого самца». И что же? Наутро повествователь продолжает раболепствовать перед Ариадной.

Из той же породы хищниц и Ольга Ивановна, попрыгунья, как назвал её Чехов. Глупая пустая женщина, лживая, но не злобная, она тщеславна, и ей кажется, что близость к прославившимся людям - артистам, художникам - и ее самое делает необыкновенной. Успехи мужа – врача, трудящегося в двух больницах и к тому же имеющего небольшую частную практику, - она оценить не может, а ведь он занимается вдобавок научными изысканиями и защищает диссертацию. Ольга Ивановна изменяет мужу, и тот об этом знает, но, обожая ее, не даёт ей даже понять этого. «Молчаливое, безропотное, непонятное существо», каким ей представляется муж Осип Дымов, умирает, и только тогда от друга мужа, ненавидящего ее, узнаёт, что прозевала оценить действительно великого человека. Эгоистичная пустышка, она не имеет даже того оправдания в глазах читателя, которое есть у героини рассказа «Анна на шее».

Ведь Анна, которой едва минуло восемнадцать, вышла замуж за пятидесятидвухлетнего. Она из бедной семьи, отец её пьющий учитель чистописания и рисования, вдовый, на его иждивении два сына – гимназиста. «Аня должна была ухаживать за пьяным отцом, штопать братьям чулки, ходить на рынок» - так рассказывает о её жизни до замужества автор. Он заставляет нас сочувствовать Анне, описывая внешность её мужа Модеста Алексеича: «Это был чиновник среднего роста, довольно полный, пухлый, очень сытый, с длинными бакенбардами и без усов, и его бритый, круглый, резко очерченный подбородок походил на пятку. Самое характерное в его лице было отсутствие усов, это свежевыбритое голое место, которое постепенно переходило в жирные , дрожащие, как желе, щеки». Как умело нагнетает Чехов чувство физического отвращения к этому человеку повторениями и сравнениями и усугубляет его, продолжая описание: «Мягкие движения его пухлого тела пугали её, ей было страшно и гадко». Да, так, и мы ощущаем гадливость вместе с Анной и понимаем ее, когда она не может есть с ним за одним столом. Денег ей муж не давал, а когда водил в театр, не покупал в буфете ничего, кроме бутылки сельтерской воды, и выпивал всё сам. И Аня боялась и ненавидела своего мужа. Правда, он покупал для неё кольца, браслеты, броши и говорил, что эти вещи хорошо иметь на черный день, но часто отпирал комод и проверял, целы ли эти вещи.

Но всё изменилось после новогоднего бала в дворянском собрании. Модест Алексеич, давший сто рублей на бальное платье жены, увидя жену в этом наряде, заявил: «Я тебя осчастливил, а сегодня ты можешь осчастливить меня. Прошу тебя, представься супруге его сиятельства! Через неё я могу получить старшего докладчика!» Анна произвела фурор на балу, сверх ожидаемого мужем, и наутро для неё начинается новая жизнь. И с каким же наслаждением она говорит Модесту Алексеичу, вошедшему к ней: «Подите прочь, болван!»

Удовольствия новой жизни требуют безудержной траты денег, и Анна отсылает мужу такие записки: «Подателю сего уплатить 200 рублей». Но об отце и братьях некогда было подумать и увидеться с ними ей, ставшей женщиной развращенной и эгоистичной.

Чехов изображает и богатых женщин, независимых, получивших состояние по наследству. Такова княгиня из одноименного рассказа 1889 года, работая над которым Чехов писал А.И.Суворину: «Описываю одну поганую бабу». Женщина, «которая имеет больше миллиона состояния», в первом браке графиня, затем, вышедши замуж, ставшая княгиней, она, по словам Чехова, представлена в новом для него «протестующем тоне». Правда, разоблачение фальшивой благотворительницы автор поручает бывшему её доктору, но и сам с гадливостью раскрывает ее внутренний мир: «Княгине казалось, что она приносила с собою извне точно такое же утешение, как луч или птичка». Гигантское самомнение этой женщины не может пошатнуть чрезвычайно убедительное суждение её доктора о том вреде, который она несёт людям.

Вредоносна, но по-другому героиня рассказа «Тина» 1886 года. Владелица водочного завода Сусанна Моисеевна Ротштейн парадоксально высказывается о страсти к деньгам, однако увлекает мужчин, будучи ростовщицей.

В рассказе «Бабье царство» 1894 года двадцатипятилетняя Анна Акимовна – владелица завода, где работают более 1800 человек. Она тоже благотворит, но и её помощь людям вся пропитана тщеславием. Незамужняя, она мечтает о любящем муже, но никому не доверяет и любит жалеть себя. Богатые эти женщины несимпатичны и автору, и читателям, но, быть может, иное чувство вызывают женщины, живущие своим трудом?

Во время жизни Антона Павловича не много было возможностей для женщины трудиться вне семьи. Гувернантка, учительница, акушерка, швея, актриса на сцене драматического театра или певица, горничная, прислуга – вот персонажи его рассказов, в том числе скрытые или явные проститутки. Вспоминаются рассказы «Переполох», «Дочь Альбиона», «На подводе». Написанные в разные годы, они не изображают сколько-нибудь счастливых женщин.

Унизительный обыск комнаты гувернантки по причине пропавшего украшения хозяйки, учиненный ею, вынуждает гувернантку оставить место. Этого не может сделать англичанка - учительница, живущая в семействе помещика, - она одинока и беззащитна.

Не менее одинока героиня рассказа «На подводе». Сельская учительница Марья Ефимовна вот уже тринадцать лет служит в сельской школе и зависит, прежде всего, от мужиков, которые эту школу содержат, – земство денег на школу не имеет. Автор сообщает: «В учительство она пошла из нужды, не чувствуя никакого призвания, и никогда она не думала о призвании, о пользе просвещения, и всегда ей казалось, что главное в её деле не ученики и не просвещение, а экзамены». И теперь она едет в город в апреле, перед экзаменами, по весенней грязи за жалованьем, как делала это тринадцать лет. Жалованье её 21 рубль в месяц, и мужики считают, что это много, довольно было бы и пяти. Вдобавок она должна собирать деньги на отопление школы, и мужики уверены, что она оставляет сколько-нибудь себе. Но это вовсе не значит, что она у них не уважаема. Просто они считают, что, если можно взять безнаказанно, - берут все. «Жизнь трудная, неинтересная, и выносили её подолгу только молчаливые ломовые кони, вроде этой Марьи Васильевны» - так автор характеризует жизнь своей героини и её самоё. Счастливой она ощущает себя тогда, когда вспоминает жизнь в семье, в московской квартире, а служба в школе для неё – длинный тяжелый сон.

Что же говорить о «счастье труда» женщин низшего сословия? Рассказ «Мужики» рисует условия жизни в деревне Жуково, которую в округе называют Хамской или Холуевкой, потому что из этой деревни уходят в прислуги в Москву. Глазами уроженца этой деревни Николая Чикильдеева, его жены. Ольги, дочки Саши, возвратившихся из Москвы, увидена жизнь мужиков. Из женщин в доме старуха – мать, тощая, сгорбленная; жена старшего брата Кирьяка, у которой шестеро детей, Марья; жена брата Дениса, ушедшего в солдаты, Фекла, у которой двое детей. Обе невестки широкие в плечах, сильные; обе работают на помещика. Но Марья запугана Кирьяком, который постоянно бьёт её удовольствия ради, когда возвращается домой из лесу, где он работает. Вот он идёт домой. Услышав за дверью шаги Кирьяка, все дети в избе начинают реветь «Подойдя к жене, он размахнулся и ударил её кулаком по лицу, она же не издала ни звука, ошеломленная ударом, и только присела, и тотчас же у неё из носа пошла кровь» - рассказывает автор, При этом старуха молчит, Фёкла качает люльку, а дети замолкают. Бедность, невежество, страх – вот жизнь этих женщин.

«В избе по случаю праздника варили похлёбку из селёдочной головки. В полдень сели пить чай и пили его долго, до пота…и уж после стали, есть похлёбку все из одного горшка. А селёдку бабка спрятала» - вот что мы узнаём о праздничной трапезе в семье Чикильдеёвых. Пьяная брань – общее занятие. Марья рожала тринадцать раз – в живых пока шестеро. Фёкла тоже живёт как скотина: ест, что дают, спит, где придется. Она ненавидит приезжих из города родственников, но Ольга зла не держит, она богомольная, хотя для неё невыносимо то, что творится вокруг, особенно во время церковных праздников. И когда Николай умирает, Ольга с дочерью отправляются в Москву, побираясь по дороге.

Значительно выше на социальной лестнице находится семья Цыбукиных из рассказа «В овраге» Григорий Цыбукин – мещанин, у него в деревне лавка. С ним живёт женатый младший сын Степан, а старший неженатый сын Анисим служит в городе в полиции. Сам Григорий был вдов, но недавно женился на девушке Варваре. Главный интерес в жизни семьи – деньги. Красивая, здоровая и молодая, но бездетная Аксинья, жена глухого Степана, в лавке и во дворе незаменима. Всякие тёмные дела её не пугают, сутра до вечера крутится. Анисима – старшего – женят, взяв у бедной вдовы – подёнщицы дочь «за красоту». Показательно: Анисим до свадьбы не слышал голоса будущей жены Олимпиады, Липы. На свадьбе она «сидела, как окаменелая». Анисим с женой и не жил почти, он оказался фальшивомонетчиком и был осуждён на каторжные работы. А Липа, когда уехал муж, повеселела, пела серебристым голоском, «когда мыла лестницы, вынося лохань с помоями, счастливо улыбалась солнцу». Правда, это было до рождения её ребенка. Но и тогда она чувствовала себя чужой в этой семье и попрекнула мать: «И зачем ты отдала меня сюда, маменька!» - на что услышала в ответ: «Замуж надо идти, дочка. Так уж не нами положено».

Есть у Чехова рассказы о женщинах, не удовлетворенных обычной благоустроенной семейной жизнью с её традиционными обязанностями. Эти женщины хотят участия в общественной жизни людей, хотят быть нужными за пределами семьи. Они из дворянских семейств, образованные. Такова героиня рассказа «Жена», ищущая возможности организовать помощь голодающим. Автор пишет о ней с симпатией: ведь брак её очень неудачен, и муж её тяжелый человек.

Необычна Лида Волчанинова из рассказа «Дом с мезонином». Эта серьёзная девушка увлечена мыслью о возможности участия в делах земства. Она принимает больных из деревни, раздаёт книжки, работает в сельской школе «Лида презирала во мне чужого» - говорит о ней повествователь, художник, гостящий в соседнем имении. Мать и сестра Евгения преклоняются перед Лидой и считают её замечательным человеком. Но художник видит в ней ограниченную и даже страшную в этой ограниченности личность. Она грубо вмешивается в жизнь своей младшей сестры, губит любовное чувство молодых людей.

В «Рассказе неизвестного человека», как и в «Скучной истории» Зинаида Федоровна и Катя, потерпев крушение в любви, хотят найти, обрести смысл жизни. Но в чём? Любовнику Зинаиды Федоровны, чиновнику Орлову, совсем не льстит, когда она уходит к нему от мужа. «Я не тургеневский герой, и если мне когда-нибудь понадобится освобождать Болгарию, то я не нуждаюсь в дамском обществе. На любовь, прежде всего я смотрю как на потребность моего организма, низменную и враждебную моему духу; её нужно удовлетворять с рассуждением или же совсем отказаться от неё, иначе она внесёт в твою жизнь такие же нечистые элементы, как и она сама»- такими суждениями объясняет свои отношения с женщинами Орлов. Но для Зинаиды Фёдоровны смысл жизни в её любви к нему. «Что мне делать? Научите меня»- обращается она к тому, кто показался ей «идейным» человеком. И Катя из «Скучной истории», одна из самых привлекательных чеховских героинь, тоже глубоко несчастна, обманувшись в увлечении театром и обманутая любовником. Её опекун – ученый с мировым именем – не может ей помочь .Материально она обеспечена покойным отцом, но чему же посвятить свою жизнь?» Доверчивая девочка», какой она запомнилась опекуну, стала женщиной с высокими духовными запросами, но без ответа на них. «Ведь вы умны, образованны, долго жили! Вы были учителем! Говорите же: что мне делать?» - взывает она к Николаю Степановичу, но ему нечего ей сказать.

Сочувствие автора к Екатерине Ивановне в рассказе «Ионыч» проявляется по-чеховски. Наивная и простодушная, она в начале повествования – Котик, как в «Доме с мезонином» юная Женя - Мисюсь. Важно отвечает она на предложение Дмитрия Ионыча: «Сделаться женой – о нет, простите! Человек должен стремиться к высшей, блестящей цели, а семейная жизнь связала бы меня навеки». Котик называет жизнь в родном городе «пустой и бесполезной для себя» Но через четыре года «это была уже Екатерина Ивановна, а не Котик». В её воспоминаниях Дмитрий Ионыч – благороднейший человек. «Какое это счастье быть земским врачом, помогать страдальцам, служить народу. Какое счастье»! - говорит она Старцеву, «лучшему из людей, которых знала в жизни». Но в душе Старцева пусто. Он стал Ионычем, и ему неловко слышать восторженные похвалы Екатерины Ивановны. Он трусливо избегает возможной встречи с ней. Что с ней будет? Не знаём. Но знаменательно то, что эта девушка хочет жить для людей.

В поисках смысла жизни и героиня последнего рассказа А.П. Чехова двадцатитрёхлетняя Надя Шумина, девушка из обеспеченной семьи. Глава семьи - владелица дома и торговых рядов на ярмарке, бабушка Нади, которая и содержит Надю и её мать, свою невестку. Надя « с шестнадцати лет страстно мечтала о замужестве», и сейчас она невеста Андрея Андреича, сына соборного протоирея. В их дом каждое лето приезжает студент Саша, сирота, опекаемый бабушкой, Надя не первый год слышит от него призыв уехать учиться, чтобы потом приносить пользу обществу, но именно в это лето она «прозрела». «У меня открылись глаза, я теперь всё вижу, - говорит она матери.- Жениха я презираю, себя презираю, презираю всю эту праздную, бессмысленную жизнь». И Надя покидает дом, уезжает к этой новой жизни. Но какая она? Из рассказа мы этого не узнаём. «Она неясная, полная тайн» - такой мнится Наде.

Стремление искать осмысленную, лучшую жизнь не случайно в душах героинь Чехова. «Только ту молодость можно признать здоровою, которая не мирится со старыми порядками и глупо или умно борется с ними – так хочет природа и на этом зиждется прогресс» - писал Антон Павлович в 1890 году, когда он тоже «перевернул свою жизнь», уезжая на Сахалин. В отрицании обычного пути в жизни: брака и создания семьи – многие героини Чехова не находят счастья. В чём оно, женское счастье? В безоглядной нерассуждающей любви? Любви – служению любимому? Его благородному делу, как думала Екатерина Ивановна («Ионыч») и Зинаида Фёдоровна («Рассказ неизвестного человека»)? Но они обманываются, как обманулась и Катя («Скучная история»). И что внесла любовь в жизнь Анны Сергеевны («Дама с собачкой») или Анны Алексеевны («О любви»)?

Героиня рассказа «Соседи», девушка идейная, уходит к несчастливо женатому, одинокому помещику – соседу. Его в уезде считают либералом, он плохой хозяин. Ему 41 год, ей – 22, она хороша собою. Рассказчик – её брат – раздумывает: «Она тоже либералка, но в её вольнодумстве чувствуется избыток сил, тщеславие молодой сильной девушки, страстная жажда быть лучше и оригинальнее других». Читателю сомнительно, любовь ли движет героиней рассказа? «Свободная любовь» не делает счастливыми ни Анюту Благово, ни её подругу, сестру рассказчика, из повести «Три года». Разве что Маша, дочь богатого инженера-путейца, может оставить мужа, вначале любимого, уехать из России, чтобы жить самостоятельно. Но обычно женщины зависимы экономически, зависимы от общественного мнения, с которым нельзя не считаться, следовательно, им приходится лгать и страдать, как это делает Анна Сергеевна («Дама с собачкой»).

Но не вызывает сострадания Надежда Федоровна («Дуэль»), которая ушла от мужа к Лаевскому, несостоятельному во всех отношениях фразёру, каким его рисует автор. Живущая на содержании Лаевского Надежда Федоровна запутывается в своих отношениях с мужчинами – полицейским приставом Кирилиным и сыном местного купца Ачмиановым. Вся жизнь её в Крыму этим летом сводится к тому, чтобы подтвердить убежденность в собственной неотразимости. Праздность и чувственность этой женщины ставят её в жалкое и унизительное положение.

Да, чувственность, или, как нынче говорится, сексуальность есть в природе женщин, но проявляется она по-разному. Пожалуй, Сусанна Моисеевна из рассказа «Тина» не случайно названа одним её любовником «уездной царицей Тамарой». Двадцатисемилетняя девушка, она богатая наследница, может себе позволить нагло и бесцеремонно потворствовать своим инстинктам, используя похотливых мужчин. Но как понять деревенскую молоденькую бабенку Агафью («Агафья»), только год назад вышедшую замуж за железнодорожного обходчика, «молодого бравого парня»? Она напрашивается на вечер в гости к Савке, парню лет двадцати пяти, рослому и крепкому, но настолько ленивому, что никакой работой он не занимался, жил бобылём, и мужики определили его сторожить огороды. Этот Савка известен в округе своими «бабьими историями», хотя и непонятно, что заставляет баб ходить к нему: он обращается с ними презрительно-ласково, говорит с презрительной усмешкой. Вот и Агафья пришла к нему на то время, пока муж занят встречей почтового поезда. Времени у неё в обрез, а Савка, услышав трель соловья, срывается с места и убегает, чтобы поймать его. Агафья волнуется, ждёт, а времени до проезда поезда остаётся всё меньше, и она едва дожидается «презрительной ласки» Савки. «Непобедимая, неутолимая сила» заставляет Агафью махнуть на всё рукой и остаться на ночь с Савкой, когда поезд уже прошёл. Что это за сила? Повествующий об этом барин - охотник и рыбак – не называет её. Но когда он рассказывает, как Агафья возвращается поутру к мужу, стоящему у крайней избы и поджидающему жену, у нас тоже «холодеет под сердцем». «Никогда я ещё не видал такой походки ни у пьяных, ни у трезвых. Агафью будто корчило от взгляда мужа» - читаем мы. Чувственная природа женщины естественно и неодолимо проявляет себя и в рассказе «Ведьма», и в рассказе «Аптекарша». Ни голод, ни холод не помеха Фёкле из рассказа «Мужики», муж которой взят в солдаты. Она ещё молодая и крепкая, хотя родила двух детей, и ходит по ночам на барский двор к приказчикам, и об этом знают старики- родители мужа.

Такова и Аксинья, невестка Цыбукина («В овраге»), распутная, правда, из деловых соображений. А. П. Чехов будучи врачом понимает природу физического влечения своих героинь,. Но в чем избирательная сила этого влечения? Так в рассказе «О любви» помещик Алёхин недоумевает: отчего такая красивая и деликатная горничная Пелагея любит повара Никанора, которого в доме называли «мурло», набожного пьяницу буйного нрава. «Тайна сия велика есть»- заключает Алёхин

Можно ли сказать, что среди многочисленных героинь чеховских рассказов есть любимый автором тип женщин? Никак невозможно согласиться с мнением Дмитрия Быкова, высказанным в журнале «Дружба народов» №1 2010 года в статье «Два Чехова»: «Лучшая, любимейшая его героиня Женя – Мисюсь, которую так роднит с повествователем возлюбленная праздность» - утверждает автор статьи. Во-первых, повествователь – известный художник-пейзажист, значит, уже труженик, во-вторых, кроткая и доверчивая Мисюсь еще ребёнок, а не женщина. Нет, если в чём и можно согласиться с Быковым, то в том, что «чеховский положительный герой – существо крайне редкое, трудно говорить о том, кто же на самом деле авторский любимец».

Но всё-таки думается, именно женщины-матери вызывают глубокое уважение Антона Павловича. Сам выросший в многодетной семье и чуть ли не с двадцати лет ставший надеждой, опорой и гордостью её, Антон Павлович видел в создании семьи красоту и призвание женщины. И в этом он был близок Л. Н. Толстому. В рассказе1888 года «Именины» бытовые пустяки, а главное - ложь и тщеславие - приводят к тому, что беременная Ольга Михайловна, на именинах мужа исполняющая обязанности хозяйки, потеряла ребёнка. И всё потеряло смысл в жизни семьи. «Оля, зачем мы не берегли нашего ребенка?» - горестно спрашивает её муж.

А трагическая судьба Липы из рассказа «В овраге»? Щемящая душу жалость к ней рождается при описании её внешности: «Она была худенькая, слабая, с тонкими, нежными чертами, смуглая от работы на воздухе, грустная робкая улыбка не сходила у неё с лица, и глаза смотрели по-детски: доверчиво и с любопытством». И тут же многозначительная деталь: «её большие мужские руки». Это чеховский подтекст! Самое трогательное впечатление оставляет сцена, где описывается Липа, играющая со своим «тощеньким, жалкеньким младенчиком». «Липа отходила к двери и говорила, кланяясь: «Здравствуйте, Никифор Анисимович!» И бежала к нему опрометью и целовала. А потом отходила к двери, кланялась, и опять «Здравствуйте, Никифор Анисимович!» Вот как она спрашивает мать, поглощенная новым чувством: «Маменька, отчего я его так люблю? Отчего я его жалею так? Кто он? Какой он из себя? Лёгкий, как перышко, как крошечка, а люблю его, люблю, как настоящего человека». В этих сценах - гимн матери и материнству! Когда хищница Аксинья обварила младенца кипятком и он умер, Липа, бережно завернув его, несёт из больницы. Она не может поверить в его смерть. Только после похорон поверила в это и ушла из дому, выгнанная Аксиньей. Замечательно то, что автор показывает её через полтора года в толпе поденщиц и она подаёт милостыню - кусок пирога - бывшему своему свёкру. Липу Чехов написал любовно за её незлобливое материнское сердце.

В рассказе «На мельнице» 1886 года, подписанном ещё А. Чехонте, изображена тоже трагедия матери. Сын её - «здоровенный коренастый мужик с красным мясистым лицом и заплывшими глазками» - Алексей Бирюков - хозяин мельницы. Описание его внешности, его фамилия уже настраивают читателя на восприятие этого человека. Мать его живёт у младшего сына Василия. Алексей живёт один и славится в округе тем, что обирает народ. Но он ей, старухе, сын, и она приходит проведать сына и попросить помощи для брата, у которого четверо детей. Она приносит сыну в узелке гостинец - мятный пряник. «Отстаньте вы!» - кричит Алексей и отстраняет её руку с гостинцем. Даже невольные свидетели – монахи «вскрикнули и в ужасе развели руками», а мать поплелась к плотине. Правда, сын остановил её и вручил двугривенный, обратно спрятав в кошелёк комок бумажных денег и серебра.

Знаменательно, что порочные, дурные женщины, изображаемые в рассказах А. П. Чехова, как правило, бездетны. Можно ли вспомнить злобную женщину-мать у Чехова? Разве что ведущих полуживотную жизнь Марфу и Фёклу из рассказа «Мужики»?

И, конечно, среди всех героинь Чехова надлежит выделить здесь незабвенную Ольгу Семёновну – Душечку. Рассказ «Душечка», напечатанный в журнале «Семья» №1 в 1899 году, уже при появлении своём был неоднозначно воспринят, особенно читательницами. Тогда же писатель Горбунов-Посадов в письме Чехову сообщил: «Какая-то дама сказала, что это насмешка над женщиной». А наш современник Дмитрий Быков в уже упомянутой статье «Два Чехова» пишет: «…Толстой «Душечку» - и героиню – обожает, видя в ней идеальную женщину, а Чехов над ней издевается, почти без сострадания, и рассказ у него смешной, только смешной по-чеховски».

Можно согласиться с первой частью этого высказывания, особенно сопоставляя Наташу Ростову из эпилога «Войны и мира» с Оленькой – душечкой. Но где же увидел Быков «жестокую издёвку»? Да, любовь её выражается в том, что занятия и мысли любимого человека становятся и её, насколько это возможно, мыслями и занятиями. «Мы с Ваничкой», затем «Мы с Васичкой» - так совершенно искренне чувствовала она, разделяя заботы и тревоги своих мужей. Конечно, комично выглядят её сетования на равнодушную и некультурную публику, когда она, жена управляющего лесным складом во втором браке, сообщает: «Нам с Васичкой некогда по театрам ходить. Мы люди труда, нам не до пустяков. В театрах этих что хорошего»? Но в том-то и дело, что, повторяя слова своих мужей, она совершенно искренняя: ни расчёта, ни позы нет в её поведении. И когда после смерти второго мужа она сходится со своим квартирантом, ветеринаром, женатым, но разъехавшимся с женой, о перемене в её жизни узнают по новым репликам: «В городе нет правильного ветеринарного надзора, и от этого много болезней». Ветеринар переведен по службе, и Оленька остается одна. Детей у неё не было ни в первом, ни во втором браках. Чехов рассказывает об опустошенности её жизни, её души. Двор у неё пустой, «среди мыслей и в сердце была такая же пустота, как на дворе». Автор так описывает её состояние: «…пустота, и неизвестно, зачем живёшь».

Спасением для неё стало появление ветеринара, подавшего в отставку, да не одного, а с сыном и женой, с которой он помирился. Оленька приглашает семью жить в её доме бесплатно, сама поселяется во флигеле, озабоченная, помолодевшая, потому что жизнь её наполняется любовью и заботами о сыне ветеринара, девятилетнем Саше. Мать его скоро снова покидает мужа, и сын живёт на попечении Ольги Семёновны. «Когда вечером он, сидя в столовой, повторял уроки, она смотрела на него с умилением и жалостью и шептала»: «Голубчик мой, красавчик… Деточка моя, и уродился же ты такой умненький, такой беленький» - так выражается её поглощённость новым чувством материнской любви. А самая страшная для неё мысль, что за Сашенькой может приехать мать и забрать его. «Ах, как она его любит! Из её прежних привязанностей ни одна не была такой глубокой, никогда ещё раньше её душа не покорялась так беззаветно, бескорыстно и с такой отрадой, как теперь, когда в ней все более и более разгоралось материнское чувство. За этого чужого ей мальчика, за его ямочки на щеках, за картуз она отдала бы всю свою жизнь, отдала бы с радостью, со слезами умиления. Почему? А кто ж его знает – почему».

Такая обширная выписка, мне кажется, необходима для опровержения суждений о «жестоком издевательстве» автора над своей героиней. Другое дело, что некоторые читатели могут упрекнуть Оленьку в безликости, узости и ограниченности собственного внутреннего мира, но иные из них могут мечтать о встрече с такой женщиной, как Оленька. Когда читаешь о ней, вспоминается вдова Пшеницына из романа И.С. Гончарова, она же Обломова. То же благоговение перед любимым мужчиной, служение ему и самоотверженная материнская любовь

Впрочем, быть может, такое прочтение «Душечки» слишком примитивно для тех, чьи писания оснащены «мощной теоретической арматурой», как об этом говорит А. Жолковский, предваряя статью Ю. Щеглова «Медведь» в трёх измерениях». Эта статья, помещённая в журнале «Звезда» №8 2009 года, содержит парадоксальное суждение о природных качествах Душечки: «Одна из наиболее двусмысленных героинь Чехова, Душечка, наделена, как известно, чертами своеобразного вампиризма, она как бы высасывает жизненное содержание из своих мужей (первые два из них умирают, причём антрепренёр Кукин чахнет и желтеет, в то время как Оленька полнеет и цветёт) и страдает, когда у неё это не получается (с третьим мужем, ветеринаром Смирниным)». Начнём с того, что Смирнин ей не муж, сожитель. Страдает же она, когда боится, что Сашеньку заберёт его мать, жена Смирнина. Но не этот страх определяет её жизнь, а поглощенность любовью к Сашеньке. И наконец, в болезнях и смертях её двух мужей она нисколько не виновата, в чём убедится всякий, кто прочтёт «Душечку».А полной и очень здоровой она была ещё до замужества. Нет, в осмыслении чеховской Душечки мы согласны с Л. Н. Толстым, для которого сущность жизни этой женщины – любовь.

И кто скажет, что в современном обществе такие свойства женщины не востребованы? Устарели? Что создание настоящей семьи для женщины дело необязательное? Да, мир за время, прошедшее со дня смерти А.П.Чехова, изменился. Но вопросы, которые рождаются у читателей рассказов Чехова, остаются нерешенными. Да он и не решал их, предоставляя читателям делать это и надеясь на человека и его человечность.

Когда актёры МХАТа приезжали в Ялту к А.П.Чехову, при отъезде 23 апреля 1900 года они подарили ему пальмовую ветвь с муаровой лентой. На красной ленте надпись: «Антону Павловичу Чехову, глубокому истолкователю русской действительности». Может быть, лучше было бы написать «исследователю»? Потому что истолковывать Чехов не любил, он предоставлял это своим читателям. А в попытках понять и истолковать действительность, изображённую автором, и состоит трудность и увлекательность чтения прозы А.П.Чехова.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Чехов А. П. Полное собрание сочинений и писем в тридцати томах сочинения том десятый 1898-1903    Содержание       рассказы и повести 1898 1903 гг.       Узнакомых (рассказ)

    Рассказ
       "Милый Миша, Вы нас забыли совсем, приезжайте поскорее, мы хотим Вас видеть. Умоляем Вас обе на коленях, приезжайте сегодня, покажите Ваши ясные очи.
  2. П. В. Быков-М. П. Чеховой, письмо от 04. 1910

    Документ
    Мы знаем Антона Чехова как отца-основателя современного теат­ра, в котором главенствует драматург, а не актер. Мы также призна­ем, что он внес в европейскую художественную прозу по-новому ос­мысленную неоднозначность, плотность текста
  3. Владимира Павловича Гудкова, известного слависта, одного из ведущих сербокроатистов в нашей стране. Встатья

    Статья
    Рас­поло­жение текста на некоторых страницах электронной версии по техническим причинам может не совпадать с расположением того же текста на страницах книжного издания.
  4. История русской литературы XX века (20-90-е годы). Основные имена. Под редакцией кормилова с. И

    Документ
    Русская литература 20-90-х годов XX века: основные закономерности и тенденцииА.А. БлокМ. ГорькийИ.А. Бунин И.С. Шмелев С.А. Есенин В.В. Маяковский М.И.
  5. Учебно-методический комплекс дисциплины Бийск бпгу им имени В. М. Шукшина (1)

    Учебно-методический комплекс
    [Текст]: Учебно-методический комплекс дисциплины / Сост.: канд.фил.наук,доцент Ковалева М.А.; Бийский пед. гос. ун-т им. В. М. Шукшина. – Бийск : БПГУ им.

Другие похожие документы..