Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Программа'
по дисциплине «Нормирование и снижение загрязнения окружающей среды» цикла специальных дисциплин составлена в соответствии с государственным образова...полностью>>
'Документ'
Сколько будет стоить жителям центра столицы капремонт их домов, какой станет цена парковки и как отреагировали инвесторы на запрет строительства в ста...полностью>>
'Документ'
За последний месяц в Донецкой области разгорелось два крупных взяточнических скандалов, и оба - по вине чиновников, связанных с Партией регионов. За в...полностью>>
'Документ'
Идеальный маршрут для первого знакомства с этой удивительной, уникальной страной, где соседствуют разные культуры, разные языки, разные традиции и обы...полностью>>

II. Литературное «шолоховедение»

Главная > Закон
Сохрани ссылку в одной из сетей:

II. Литературное «шолоховедение».

Научное наследие советской эпохи

Советская историческая эпоха, закончившаяся где-то к 1991 году, ос­тавила после себя много нерешенных вопросов, загадок и просто неясных обстоятельств прошедшего периода истории. Более того, к концу века в связи с так называемой перестройкой только лишь и обозначились явно масштабы и последствия погрома, осуществленного в гуманитарных нау­ках в годы революции и в последующее время. То, что предвиделось и предсказывалось немногими проницательными русскими людьми в нача­ле века, осуществилось после 1917 года: немногочисленный культурный слой русского народа в том виде, как он сложился к началу XX века, в ре­зультате революции оказался уничтоженным, либо отброшенным в соци­альные низы общества или в эмиграцию, потеряв при этом способность воздействовать и направлять культурную и нравственную жизнь народа.

Последующие десятилетия советской эпохи являют нам пример мед­ленного и мучительного восстановления утраченных, разрушенных свя­зей страны и ее народа со своим прошлым. Трудность и мучительность такого восстановления во многом связаны с тем обстоятельством, что на верхи общества, и, в частности, на верхи новообразованного советского культурного слоя поднялись и пришли представители совершенно иных социальных и национальных групп - с другим менталитетом, мышлени­ем, с другими основами нравственности и морали, с иной исторической памятью и традицией.

В советское время многие гордились социальным происхождением, но сегодня слишком очевидным стал тот факт, что те слои русского народа, которые взяли на себя ответственность за страну после ее крушения и распада в 1917 году, не справились со своей миссией, и к концу века мы имеем национальную катастрофу ничуть не меньших масштабов, чем в начале века. В основе - слабость и недостаток творческого начала в этой среде, отсутствие разумных и действенных оценок прошлого и конструк­тивных предложений для нашего будущего, неспособность и нежелание вести за собой общество. Образовался заколдованный круг - люди, кото­рые в тяжелых условиях нашего кризиса и должны бы были первыми воз­главить поиск выхода из сложившегося тупика, сами оказались несостоя­тельными.

Пример «Тихого Дона» и возникшего вокруг него спора о его авторст­ве, дает всем нам хорошую возможность увидеть, как действует сложив­шаяся в советское время литературная и гуманитарная профессиональная среда, какими методами и приемами добивается она своих целей и в чем именно заключаются эти цели.

Литературное «шолоховедение». Научное наследие советской эпохи 31

I ОСНОВНЫЕ ПРИЕМЫ РАБОТЫ «ШОЛОХОВЕДОВ»

С конца 80-х годов в литературоведении и шире, в общественной жиз­ни, можно наблюдать активную деятельность «сторонников» М. А. Шоло­хова, категорически отвергающих любые сомнения в его авторстве. Это направление, объединившее самых разных людей (филологов, литературо­ведов, писателей, журналистов и проч.), и которое можно условно назвать «шолоховедением», заявило о себе самым активным образом. Именно его представители все эти годы вели широкую кампанию пропаганды своих взглядов, инициировали издание книг, статей в научных и общественно-политических и литературных журналах, многократно выступали перед общественностью.

Позиция «шолоховедов» отличалась, во-первых, определенной спло­ченностью и внутренней однородностью (аргументация и концепции раз­ных авторов в их публикациях практически повторяли друг друга). Во-вторых, все эти годы они отказывались вступать в какой-либо конструк­тивный, содержательный диалог со своими оппонентами, как правило иг­норировали их работы и аргументы, зачастую делая вид, что таких работ в природе вовсе не существует. В-третьих, само содержание их взглядов, того, что они писали, претерпевало заметную эволюцию по мере появле­ния все новых критических работ по авторству романа, как бы приспо­сабливая свои аргументы к той новой информации, которую публиковали их оппоненты и которая «должна» была быть опровергнута ими. И, нако­нец, в-четвертых, аргументация представителей этого направления, «шо-лоховедения», зачастую была не просто неубедительной, а внутренне противоречивой, не соответствовала во многих своих положениях накоп­ленному научному знанию, научной методологии исследований и просто здравому смыслу. Поясним это на нескольких примерах.

Известно, что одним из важных аргументов против авторства Шоло­хова выдвигалась его молодость, отсутствие образования, серьезного жизненного опыта. Поэтому наши оппоненты постоянно приводили при­меры из истории мировой литературы, когда писатели создавали свои ге­ниальные произведения в молодом возрасте. Вот, например, Валентин Осипов в открытом письме А. Солженицыну пишет: «...история хранит множество блистательных примеров взлета совершенного (!) творчества в юные годы - Шиллер, Байрон, Лермонтов, Диккенс, Толстой...»* Однако, обращаясь к обсуждению многочисленных ошибок и противоречий, об­наруживаемых в тексте романа, как аргумент в пользу Шолохова указы­вали на ту же его молодость и неопытность, которые якобы и объясняют

* В Осипов. «Эмоции или факты». - «Независимая газета», еженедельное приложение «Субботник НГ», №1,15 января 2000, с. 1.

наличие грубейших и многочисленных ошибок самого разного плана. Со­ображения, подобные предложенным В. Осиповым, при внимательном рассмотрении оказываются ложными. Заметим, что творчество и Лермон­това, и Байрона, так рано проявивших себя на литературном поприще, представляет собой целостное явление, мы не найдем в стихах и прозе Лермонтова временных провалов и скатывания на уровень заурядного третьестепенного литератора. А главное, все их творчество пронизано личными ассоциациями, все персонажи взяты ими из собственного круго­зора и жизненного опыта, все герои давно идентифицированы исследова­телями их творчества. У Шолохова - иное. «Тихий Дон» столь разительно отличается от всего, написанного Шолоховым до и после, что даже бла­гожелательно настроенный к нему писатель Феоктист Березовский, ре­дактор его «Донских рассказов» в 20-е годы, не мог представить себе в 1929 году, как из беспомощной ранней прозы начинающего литератора могла в течении пары лет родиться глыба «Тихого Дона».

Не менее важным представляется та внутренняя неровность, неодно­родность текста, которая обнаруживается практически на протяжении всего художественного текста. Приведем характерный пример из десятой главы четвертой части «Тихого Дона». Евгений Листницкий, прибыв с полком на подавление большевистского выступления в Петроград в июле 1917 г., идет по Невскому... Описание города, домов, уличной публики -все вместе воссоздает точный и достоверный колорит времени, хотя сам Шолохов к Петрограду (Ленинграду) отношения не имел, города не знал и скорее всего даже не бывал в нем когда «писал» роман. И тут же в тек­сте - нелепая, безграмотная вставка: «Близкий дыбился фронт. Армии дышали смертной лихорадкой, не хватало боевых припасов, продоволь­ствия; армии многоруко тянулись к призрачному слову «мир»; армии по-разному встречали временного правителя республики Керенского и, по­нукаемые его истерическими криками, спотыкались в июньском наступ­лении; в армиях вызревший гнев плавился и вскипал как вода в роднике, выметываемая глубинными ключами...» (IV, 10, с. 204) Упоминание (.(.вре­менного правителя республики» (правильно - глава Временного прави­тельства) в июльские дни 1917 г., когда сама республика была провоз­глашена лишь сентябре на «Демократическом Совещании», говорит о не­вежестве и безграмотности писавшего, для которого описываемые собы­тия далеки и малопонятны (а таких мест в романе, как показали мы в сво­ем исследовании, множество).

Другой пример логики рассуждений «шолоховедения». Возможность авторства Ф. Д. Крюкова отвергается на том основании, что стилистика его произведений предшествовавшего периода не похожа на стилистику «Тихого Дона», что Крюков работал всегда в других литературных жанрах. При этом «шолоховедами» обходится полным молчанием радикальное несоответствие «Тихого Дона» всему, что было написано Шолоховым до и после выхода романа в свет. Более того, даже сам Шолохов писал (в письме к А. Фадееву в конце 20-х годов), что рад был бы забыть свои собственные ранние - неудачные - литературные опыты в виде «Донских рассказов»!

Загадка Шолохова в конце XX века

Позиции и поведение рассматриваемого нами направления не случайны.

В основе их лежат не научные принципы исследования и поиска истины,

но нечто совсем другое. По стилю аргументации и характеру отбора са­мих аргументов, нежеланию и неспособности вести диалог с оппонента­ми, алогичности и повышенной эмоциональности в изложении и ведении дискуссии мы видим, что основная деятельность «шолоховедения» на­правлена вовсе не на выяснение того, что происходило на самом деле в далекие 20-е годы, как именно возник и создавался наш «Тихий Дон». Его цель - поддержание и укрепление существующей с советских времен ми­фологии и недопущения пересмотра сложившихся представлений. На современном научном языке эти методы и действия можно назвать по­пыткой целенаправленного воздействия на общественное сознание ма­нипуляции им. Попытаемся восстановить наиболее характерные черты и методы работы наших оппонентов. За последнее десятилетие можно было наблюдать несколько направлений активной деятельности «шолохове-дов». И все они были связаны в единую систему воздействия на массовое сознание наших граждан.

1. Создание и поддержание мифов о жизни и творчестве Шолохова

Наиболее простым и непосредственным направлением были много­численные публикации о жизни М. А. Шолохова, тех или иных фактах биографии, общении его с советскими руководителями. Здесь кстати пришлась и переписка Шолохова со Сталиным, и описания якобы имев­ших место попыток ареста Шолохова в 1937-38 гг., и письма Шолохова о народных страданиях и просьбах о помощи из центра в голодные годы коллективизации. Часть этой информации была правдоподобной и досто­верной, писалась на основе имеющихся архивных данных. Часть явно но­сила характер мифотворчества, традицию которого заложил еще сам Шо­лохов в годы своей юности. Все эти отрывочные сведения, подававшиеся в самых разных газетах во множестве публикаций непосредственно к во­просу об авторстве «Тихого Дона» отношения не имели, но создавали благоприятный для имени Шолохова фон в массовом общественном соз­нании. И поддерживали в общественном сознании сложившийся в совет­ские годы шолоховский миф.

Явление это само по себе очень интересно, поскольку попытки много­численных исследователей создать достоверную биографию писателя приводили каждый раз к решительному расхождению документальных фактов его биографии с теми сведениями, которые Шолохов в разное время рассказывал сам или распространял о себе и о своей истории написания романа. Наверное ему было что скрывать в своей биографии, впрочем для послереволюционного времени такое поведение само по себе никак нель­зя считать чем-то исключительным - так жили миллионы советских гра­ждан от простых крестьян до маршалов и министров.

Рамки настоящей работы не позволяют провести подробное рассмот­рение, поэтому мы ограничимся несколькими наиболее характерными

Литературное «шолоховедение». Научное наследие советской эпохи 33

примерами. Первый из них на виду у всех читателей Шолохова - празд­нование 95-й годовщины со дня рождения писателя. Дело в том, что ис­следователями давно уже установлено, что Шолохов родился не в 1905 году, а раньше на год или два. Но, поскольку обстоятельства изменения его года рождения были связаны с его арестом в 1922 г. и последующим судом за совершенные им злоупотребления, то и он сам, и шолоховеды никогда не старались публично обсуждать этот вопрос и так и значится до сегодняшнего дня годом рождения Шолохова - 1905 !

Для сравнения дадим небольшой отрывок из работы Марата Тимофее­вича Мезенцева, проливающий свет на всю эту историю.

«Сводка о приеме, передвижении, перемещении, командировании и уволь­нении ответственных работников и технических специалистов по всему округу Верхне-Донского окрисполкома с 1 августа по 1 сентября 1922: 5. Шолохов Михаил Александрович, станичный налогоинспектор. Отстранен от занимае­мой должности. Приказ 45 от 31 августа с.г. Нахождение под следствием суда за преступление по должности»*.

«Сводка судебных мер воздействия, принятых в отношении должностных лиц по В.-Донскому округу. Фамилия, имя, отчество: Шолохов. Занимаемая должность: станинспектор... Краткое содержание проступка или преступле­ния: переправка в поселенных списках в сторону уменьшения...»**

До 19 сентября 1922 года Шолохов находился под стражей. Затем его отец, Александр Михаилович, пользуясь хорошим советом, стал утвер­ждать, что его сын родился не в 1904, а в 1905 году и потому является не­совершеннолетним, и к нему нельзя применять такие меры пресечения. Окрисполком признал претензии справедливыми:

«Подписка.

Дана настоящая граж. ст. Каргинской Шолоховым Александром Михайло­вичем В.-Донскому окрпродкому в том, что я, Шолохов, беря на поруки своего родного сына Михаила Шолохова, находящегося под судом... и по первому требованию окрпродкома... ДОРТА [Донского отдела революционного трибунала] или Бюро... доставит, куда будет указано, в противном случае отве­чаю сам лично перед судом, как административным, равно и имущественным. К сему гражд. ст. Каргинской Александр Шолохов. 19.1Х. 1922».

С тех пор во всех документах год рождения М. А. Шолохова стал указываться не 1904, а 1905»***. Впервые этот материал с точными ссылками на архивные документы был опубликован Мезенцевым в газете «Вечерний Ростов» еще осенью 1991 г., но на позиции «шолоховедов», на содержание их публикаций эти документы и сведения никакого воздействия не оказали.

Обратим внимание на должность, которую исполнял молодой Шоло­хов перед арестом - налоговый станинспектор. Рядовая аппаратная долж­ность того времени. А как ее называет сам Шолохов в последующие годы,

* ГАРО Ф. 1891, оп. 9, ф. 338, л. 399. Цит. по кн.: М. Т. Мезенцев, указ. соч., с. 111. ** ГАРОШ Ф. 760, оп. 1, д. 208, л. 35. Там же. *** М. Т. Мезенцев, указ. соч., с. 111-112.

34 Загадка Шолохова в конце XX века

Литературное «шолоховедение». Научное наследие советской эпохи 35

когда он стал уже знаменитым писателем? Обратимся снова к работе Ме­зенцева.

«В автобиографии [Шолохова], написанной 5 апреля 1949 года для Вешенского райвоенкомата, есть такие строки: «В 1922 году был осужден, будучи продкомиссаром, за превышение власти: 1 год условно». Из до­кументов видно, что Шолохов никогда продкомиссаром не являлся, выше станичного налогового инспектора он не поднялся...

«Мария Петровна Шолохова в беседе... [с В.Н.Запеваловым в 1986 го­ду — м. М.] в ответ на мой вопрос, в чем состояло «превышение власти», в сердцах сказала: «Какое там «превышение власти»!...»*

Получается интересная история. Все, что рассказывал о себе Михаил Александрович Шолохов в разные годы жизни, документами не подтвер­ждается и является как правило вымыслом, сочинявшимся для создания благоприятной легенды о себе. А ведь автобиография для военкомата это не какая-нибудь застольная байка - это все же официальный документ того времени. Какое же доверие можем мы иметь к биографии Шолохова, сложившейся под влиянием его собственных рассказов, и почему наши оппоненты-«шолоховеды» позволяют себе вплоть до наших дней и даль­ше поддерживать и реанимировать старые мифы этой псевдобиографии? Как относится к продуктам «шолоховедческого» восторга, который про­должают множить многочисленные деятели этого направления - вот один из самых свежих примеров: «Самостоятельную жизнь Михаил Шолохов начал в 1919 г., в четырнадцать лет. Принимал участие в гражданской войне. Не будучи совершеннолетним, как мы уже знаем, стоял во главе отряда в 216 штыков. За превышение власти...» и т. д.** Что здесь мож­но еще сказать? Какое отношение все это может иметь к научном мето­дам исследования, на которые так яро и «энергично» претендуют шоло­ховские защитники?

Еще один типичный случай создания и распространения одного из элементов шолоховской легенды. Сам Шолохов не раз рассказывал, как его, попавшего в плен к махновцам, якобы собирались расстрелять, и спас ему жизнь сам батько Махно. В том или ином виде эту выдумку шолохо-веды включают в свои работы вплоть до сегодняшнего дня. Вот, напри­мер, газета «Труд» от 14 декабря 1999 г. пишет:

«В двадцатые годы я мыкался по Дону, был продотрядовцем, - вспо­минал писатель. - Приходилось бывать в разных переплетах... Когда пленных [продотрядовцев] выводили за хутор, мимо на тачанке проезжал сам Нестор Махно. Увидя подростка, батька подозвал его к себе и после недолгого разговора велел охране отпустить мальца. Пусть подрастет, - сказал Махно. - В другой раз повесим».

Чудом оставшийся в живых, Шолохов, однако, не ушел из продотряда. «Я работал в жесткие годы, на продразверстке. Я вел крутую линию, да и время было крутое, шибко я комиссарил...» - чуть позже напишет о том времени писатель».

Налицо явная неправда и сознательное искажение прошлого. Никогда Шолохов не был комиссаром, ни продовольственным, ни каким другим. Не было в 1922 г. на Дону уже продразверстки, а крутая шолоховская ли­ния в 1922 году выражалась в мелких махинациях с налогообложением станичников и получением за это определенной мзды. Таково было начало жизненного пути будущего Нобелевского лауреата, и оно не дает нам ника­кого основания верить ни единому слову Михаила Шолохова, если оно не подтверждено достоверно и документально самым надежным образом!

2. Уровень аргументации «шолоховедения»

Время от времени появляются все новые материалы исследований, ставящие под сомнение авторство Шолохова или хотя бы бросающие на него некоторую тень. Поэтому еще одно важное направление активной деятельности «шолоховедения» связано с попытками опровергнуть или исказить появляющиеся критические сведения и публикации о Шолохове. И здесь действия их также рассчитаны в большей степени на эмоцио­нальное восприятие массовым читателем, а не на критическое и логиче­ское восприятие исследователя: они как бы подсознательно считают, что ответ уже известен и его следует лишь популярно разъяснить непосвя­щенным.

Характерный пример такой упрощенной логики рассуждений можно найти в статье известного литературоведа, доктора филологических наук, профессора Ф. Г. Бирюкова, где он попытался доказать невозможность авторства Ф. Д. Крюкова*. В статье в качестве важного аргумента в поль­зу Шолохова приводится то, что персонажи романа имеют реальных про­тотипов, которых сам Шолохов хорошо знал. «Шолохов знал рабочего, вальцовщика с мельницы, Тимофея, прозвище - Валет, Был он красно­гвардейцем. Стал одним из героев романа...» (с. 59)

Но подобные рассуждения слишком неопределенны и не поддаются строгой проверке, основываясь лишь на призыве поверить Шолохову на слово. Неужели Ф. Г. Бирюков не видит, что такой аргументацией, не подкрепленной критическим разбором и перекрестной проверкой этих сообщений, открывается поле для самых произвольных и недоказуемых выводов и умозаключений.

Далее в своей статье он пишет:

«Автор полагал, что Валет погиб, изобразил его похороны, мо­гилу. Но потом оказалось, что он жив... (Что же дает в этом слу­чае основание считать этого Тимофея прототипом? Чью могилу изобразил Шолохов?) На могиле какой-то старик поставил часов­ню... внизу, на карнизе мохнатилась черная вязь славянского письма:

* М. Т. Мезенцев, указ. соч., с. 109.

" Л. П. Колодный Как я нашел «Тихий Дон». - М. Голос, 2000, с. 234

* Ф. I Ьирюков. «Федор Крюков и Михаил Шолохов». - Вопросы литературы 1991 № 2, с 31-63.

36 Загадка Шолохова в конце XX века

В годину смуты и разврата

Не осудите, братья брата.

...Философская мысль та же, что у Пушкина...» (с. 59)

Философская мысль здесь совершенно не при чем! Прежде всех этих обобщений следовало тщательно проанализировать текст и все его воз­можные источники формирования. Так, например, сделал в своем иссле­довании М. Т. Мезенцев:

«...Отрешенность и лиризм стихотворных строк гармонируют с настроением аскетической строгости и почтения к безвременно ос­тавившим землю. Их принадлежность перу мастера - бесспорна... Мы имеем дело с начальными строками стихотворения А.Голенищева-Кутузова:

В годину смут, унынья и разврата

Не осуждай заблудшегося брата;

Но, ополчась молитвой и крестом,

Пред гордостью - свою смиряй гордыню,

Пред злобою - любви познай святыню

И духа тьмы казни в себе самом...

Анализ дневников и записных книжек Ф.Д.Крюкова подтвер­ждает, что Голенищев-Кутузов был любимым поэтом писателя»*.

Вот куда, оказываются ведут скрытые нити - строки любимого поэта Федора Крюкова лежат в основе одной из лирических картин романа! А как же вальцовщик с мельницы по имени Тимофей?

Мы должны констатировать здесь прежде всего несостоятельность подобных методов, широко применяемых «шолоховедами», отсутствие у них критического подхода и проверки собственных результатов и выво­дов. Поверхностными аналогиями и сравнениями можно доказывать все, что угодно. Но проблема авторства при этом решена не будет.

Хочется остановиться еще на одном месте из статьи Ф. Г. Бирюкова. Он пишет: «Не смущает [противников Шолохова] и шолоховское призна­ние, что Крюкова он [Шолохов] не читал», (с. 61). Но позволительно спросить автора статьи, а как он проверял точность и достоверность шо­лоховских слов? Действительно ли Шолохов ничего не слыхал о Крюко­ве? Лукавят здесь «шолоховеды». В одной из передач ленинградского те­левидения «Истина дороже» летом 1991 г. была показана запись беседы с А. Солдатовым, знавшего Шолохова с рождения. Солдатов подтвердил, что Шолохов не только прекрасно знал имя Крюкова, но лично в 1918г. брал читать из их дома номера журналов «Русского богатства» с произве­дениями Федора Дмитриевича. Одновременно Солдатов обратил внима­ние на то, что будущая жена М. А, Шолохова, Мария Петровна Громо-славская, училась в 1918 г. в Усть-Медведицкой гимназии, директором

* М. Т. Мезенцев, указ. соч., с. 75-76, 100.

Литературное «шолоховедение». Научное наследие советской эпохи 37

которой в то время состоял Ф. Д. Крюков. Поэтому и ее заявления, что она, якобы, не знала и не читала Крюкова, являются неправдой и направ­лены на сознательный обман читателей и исследователей романа.

Снова вернемся к статье Ф. Г. Бирюкова, приглядимся поближе к вы­двигаемым им аргументам: «А как мог будущий тесть овладеть рукопи­сями умершего Крюкова?... И как он тогда, в 1920 году, смог предвидеть, что у него зятем будет не кто иной, а литератор...» (там же). Что это - на­учное исследование или скорее гадания на кофейной гуще на страницах академического научного журнала? «Как мог... овладеть... ?» Да в годы гражданской войны и разрухи, которая царила на Юге России, когда гиб­ли в боях и от тифа тысячи и тысячи военных и мирных людей, сжигались и разрушались города и станицы, армии наступали и отступали, а с ними вместе перемещались и потоки беженцев... Как можно ставить вопрос в такой форме? Что же касается обстоятельств того, как попала рукопись Ф. Крюкова в руки Громославского в 1920 году свою версию, на основа­нии собранных им устных свидетельств, предложил М. Т. Мезенцев*. Ни­какого отклика или обсуждения со стороны «шолоховедов» это обстоя­тельство, конечно, не нашло.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. В. А. Лисичкин, Л. А. Шелепин третья мировая (информационно-психологическая) война

    Реферат
    Глава 1 ЗАКОНОМЕРНОСТИ ИНФОРМАЦИОННОЙ ВОЙНЫ 1.1. ОБЩЕСТВО XX ВЕКА 11Мировые войны и их предпосылки. 11Капиталистическое общество первой половины века. 11Две системы.
  2. Владимир Лисичкин, Леонид Шелепин (1)

    Документ
    В книге дано систематическое изложение предпосылок, хода и результатов Третьей мировой информационно-психологической войны, развязанной США против СССР.
  3. Владимир Лисичкин, Леонид Шелепин (2)

    Документ
    В книге дано систематическое изложение предпосылок, хода и результатов Третьей мировой информационно-психологической войны, развязанной США против СССР.
  4. Владимир лисичкин, леонид шелепин. Третья мировая информационно-психологическая война москва, 1999 г

    Реферат
    В книге дано систематическое изложение предпосылок, хода и результатов Третьей мировой информационно-психологической войны, развязанной США против СССР.
  5. Дмитрий Калихман "тихий дон"

    Документ
    24 мая 205 г. исполнилось 100 лет с предполагаемой даты рождения Михаила Александровича Шолохова – одного из 5 русских писателей, удостоенных Нобелевской премии, единственного из отечественных нобелевских лауреатов, обласканного советским

Другие похожие документы..