Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Курсовая'
В журналистике нынешнего времени, когда в единицу времени человек получает огромное количество разнообразной информации, на первый план выходят инфор...полностью>>
'Публичный отчет'
Ситуация на рынке труда Калужской области в 2011 году значительно улучшилась, что обусловлено как продолжающимися позитивными изменениями в экономике...полностью>>
'Рабочая программа'
Цель преподавания дисциплины «Промышленная экология» – формирование у слушателей инженерно-экологического мышления, позволяющего понимать современные...полностью>>
'Документ'
Перевод с китайского Д.В.Ершова. Текст оригинала заимствован с сайта www.xinjunshi.com (КНР). Время и место первой публикации статьи, а также информац...полностью>>

Майнов В. Поездка в Обонежье и Корелу

Главная > Документ
Сохрани ссылку в одной из сетей:

LXI.

Рано утромъ я позвалъ хозяина. «Можно ли, говорю, другъ милый, пробраться отъ васъ въ Паданы». — «Отчего же. Сейчасъ въ Повѣнецъ, а тамъ почтовая дорога». «Нѣтъ, говорю, по Сегежѣ». — «Ну такъ-то не ѣзжали». — «Да вѣдь Сегежа-то изъ Сегозера вышла?» — «А то откуда же?» — «Ну, значитъ, можно?» — «Да вотъ гонки идутъ оттуда». — «Какъ? гонки ходятъ?» обрадовался я и сталъ распрашивать какъ ѣхать и какія деревни на Сегежѣ стоятъ. «Да вотъ первая деревня будетъ Линдозеро». Посмотрѣлъ на карту — никакого Линдозера не значится, а значится только дер. Сегежа, но, повидимому, это отнюдь не одно и то же. «Ну, а Сегежа — это что такое?» — Какъ расхохочется хозяинъ мой: «да это говоритъ на картахъ такъ его обозначаютъ!» — «Кого его?» — «Да Данилу Воцему — онъ одинъ тамъ и живетъ, гдѣ Воцема рѣка въ Сегежу пала». Вотъ тебѣ и деревня Сегежа! Ну, а Линдозеро, думаю, это что за штука. «Да вотъ теперь хоть бы Линдозеро: живетъ значитъ Павелъ на одномъ берегу, а на другомъ — Никифоръ, — вотъ тебѣ и вся деревня, а озеро верстъ на 5 въ

С. 246


ширину далось. Справляюсь съ картой — опять чепуха страшная: Сегежа какъ-то сливается съ какими-то рѣками, изъ Ондозера впадаетъ вь нее и въ Сегозеро какая-то Однозерка, но озеръ на Сегежѣ ни одного не показано. По повѣркѣ съ разсказами мѣстныхъ жителей и съ моими собственными наблюденіями оказалось, что никакого соединенія съ Ондозеромъ Сегежа не имѣетъ; на 20 верстѣ отъ устья Сегежа образуетъ обширное (верстъ 12 квадр.) озеро Линдозеро; затѣмъ на 35 верст. находятся пороги: Койкеницкій, Кривой, Сиговецъ, Щучій121, Сюрейне и Нереукса (2 с. паденія на ½ в. теченія); передь порогами впадаетъ въ нее небольшая рѣченка Западный ручей, а за порогами р. Войванцы — обѣ съ лѣвой стороны; на 50 верстѣ съ правой стороны впадаетъ въ Сегежу р. Кягма, гдѣ и живетъ Данило; на 53 верстѣ снова идутъ большіе пороги: нижній, средній, верхній122 и Поповъ порогъ (21/2 с. паденія на 200 с. теченія); эти пороги тянутся на 4 версты, т. е. до небольшаго озера Воцема-Ламба (лужа Воцемы), въ которое впадаетъ съ юга р. Воцема. Всего теченіе Сегежа имѣетъ 65 верстъ тамошняго счета, или 91 версту. Теченiе ея чрезвычайно извилисто, а отнюдь не идетъ такимъ хлыстомъ, какимъ Сегежа изображается на картахъ. Ондозеро соединяется не съ Сегозеромъ, а съ Выгозеромъ, выпуская изъ себя Ондозерку, впадающую въ Кирасъ-озеро при Кирасовскомъ жилищѣ; Кирасъ-озеро выпускаетъ изъ себя въ свою очередь р. Тамбогу, которая почему-то на картахъ обозначается Ондогой. Часу въ 8-мъ утра я выѣхалъ наконецъ изъ Ловища, подрядилъ гребцовъ до Линдозера, съ условіемъ протащить лодку черезъ первые пороги, находящіеся въ самомъ устьѣ Сегежи. Верстахъ въ 10 отъ Ловища, пролавировавъ все время среди безчисленнаго количества острововъ на Выгозерѣ, и слѣдовательно въ полномъ

С. 247


затишьѣ, я увидалъ на берегу какую-то постройку и народъ, который что-то рубилъ и надъ чѣмъ-то плотничалъ. Оказась, что строятъ «головни» для тѣхъ «кошелей», которые будутъ здѣсь собираться для отправки въ Надвоицу (на истокѣ Сѣвернаго Выга и Выгозера) изъ бревенъ, идущихъ уже по Сегежѣ. Изъ разспросовъ оказалось, что бревна въ настоящее время уже въ «порогахъ бьются», и я возрадовался духомъ — будетъ отъ кого разузнать и что посмотрѣть. Вотъ, наконецъ, лодка наша вошла и въ устье Сегежи, которая оказалась тутъ шириною въ ¾ версты; съ трудомъ идетъ лодка противъ теченія; слышенъ шумъ какой-то — это первые пороги. Ловко работаютъ гребцы, которые въ порогахъ дѣйствуютъ гдѣ багромъ, гдѣ весломъ, а гдѣ и горбомъ, и первая опасность скоро остается за нами; далеко за кормою виднѣются уже головни, съ народомъ, который любопытствуетъ, куда это люди по своей охотѣ забираются. Тутъ-то на Сегежѣ не мало удивлялся я той честности, которая царитъ на нашемъ сѣверѣ; все время пути постоянно приходится выходить изъ лодки, идти берегомъ, а лодку тащить; шелъ я такимъ образомъ — вдругъ вижу на берегу топоръ, снасти рыболовныя дежатъ. «Чье это?» спрашиваю. «Да такъ чье-нибудь», преспокойно отвѣчаетъ мой проводникъ. — «Видно, говорю, забылъ кто-нибудь?» — «Начто забывать! это нарочно оставлено.» — «А ну какъ кто-нибудь возьметъ?» — «Снасть-то? топоръ? да кто же возьметъ? Нѣтъ, этого никогда никто не сдѣлаетъ!» Какъ послѣ оказалось, зачастую оставляются на берегу вещи, и ни одна душа123 не возьметъ чужаго; лодкой, топоромъ, снастью пользоваться можно сколько угодно, но доставь на свое мѣсто. Что это за чудеса! постоянно дивился я, оставь-кась такъ у насъ на Руси что нибудь — врядъ-ли кто поцеремонится взять чужое добро. Тутъ взять чужое

С. 248


и въ особенности чужой припасъ, снарядъ — страшный грѣхъ, да оно и понятно, такъ какъ здѣсь украсть лодку значитъ лишить возможности питаться, т. е. фактъ пользованія чужою собственностью будетъ уже не наше великорусское «стибреніе», а просто грабежъ, чуть не убійство. — Берега Сегежи до Линдозера совершенно ровные и заросли огромною травою изъ рода осоковыхъ; часто наѣзжаютъ сюда и изъ Ловища и даже изъ Койкеницъ покоситься, да половиться, и потому между жителями установленъ всегда порядокъ, какой деревнѣ гдѣ косить траву по рѣкѣ и ловить рыбу; въ силу этого обычнаго раздѣла зачастую видишь по берегамъ «зимушки», т. е. хатки съ земляною крышей, которыя построены пріѣзжими косарями, рыболовами и пользовщиками на случай непогоды; зимушки эти представляются великимъ благомъ для пришельца, когда его въ дорогѣ застанетъ ненастье, но мнѣ пользоваться зимушкою не пришлось даже и для ночевки, какъ видно будетъ изъ послѣдующаго. Часу во второмъ мы въѣхали въ Линдозеро, пристали къ жилищу Павла и захватили его съ собою, чтобы свезти его на ту сторону Линдозера къ Никифору и сговориться тамъ о дальнѣйшемъ путешествіи. У Никифора мы застали цѣлое общество — у него учреждена главная квартира, пекарня и кабачишко для гоночныхъ рабочихъ. Въ горницѣ сидѣли два главныхъ гоночныхъ прикащика, которые разъясняли мнѣ, что гонки ихъ стоятъ въ порогахъ, что намъ тянуться черезъ пороги придется не иначе, какъ ночью, а потому и предложили съ необыкновенною любезностью дать мнѣ записку на «харчевую» къ своимъ соприкащикамъ, чтобы они пріютили меня на ночь на харчевой, а на утро дали бы хорошаго рулеваго для прохода черезъ пороги. «А можетъ на харчевой и Данилу встрѣтите», закончилъ любезный прикащикъ. «Да какъ же, спрашиваю,

С. 249


онъ одинъ черезъ пороги проѣзжаетъ?» — «Да больше на веслахъ». Ну, думаю я, хорошъ же должно бытъ этотъ Данило, если одинъ дѣлаетъ то, при чемъ дай Богъ 5—6 управиться. Такъ и сдѣлали: переложили въ новую лодку вещи и порѣшилъ я воспользоваться крайнею любезностью прикащика и переночевать на «харчевой» — кстати и потолковать можно будетъ. Въ Линдозерѣ впервые видѣлъ я лодку, сшитую новыми прутьями, такъ какъ хозяинъ самъ шьетъ лодки. Такая лодка отнюдь не менѣе прочна, нежели всякая иная, а пожалуй даже и прочнѣе будетъ. Лодки здѣсь крайне неуклюжи и замѣтно, что всѣ дѣлаются по образцу чуть-ли не Ноева ковчега; кабы сюда (т. е. конечно не въ Линдозеро на Сегежу, а хоть бы въ Повѣнецъ) да школу кораблестроенія и управленія! Много бы пользы было, да видно Повѣнцу вмѣстѣ съ Онежскимъ озоромъ суждено отъ Аллаха ждать, ждать — и ничего не дождаться.

LXII.

Прежде чѣмъ разсказывать о тѣхъ впечатлѣніяхъ, которыя я вынесъ изъ пребыванія моего на «харчевой», я полагаю здѣсь будетъ вполнѣ умѣстно дать хоть малѣйшее понятіе объ огромномъ лѣсномъ богатствѣ описываемыхъ мною мѣстъ, о томъ, какъ эксплуатируются эти богатства и какъ могли бы эксплуатироваться при болѣе порядочномъ хозяйствѣ и при отсутствіи варварски разбойничьяго отношенія къ лѣсу промышленниковъ и тѣхъ, кому сіе вѣдать надлежитъ. Лѣса въ Олонецкой губерніи занимаютъ огромнѣйшую площадь въ 101/милліоновъ десятинъ — это одно изъ весьма немногихъ богатствъ губерніи, такъ какъ пахатныя земли составляютъ такую малую долю общей площади

С. 250


губерніи, что объ нихъ и говорить не стоитъ. Только страшно выносливый горбъ русскаго человѣка, поставленнаго въ самыя отвратительныя экономическія условія и климатомъ, и людьми, которые и думать забыли объ этомъ краѣ, можетъ кое-гдѣ сдѣлать изъ болотины пашню и рѣшительно изъ любви къ искусству сѣять рожь и овесъ, которые то не взойдутъ вовсе, то не успѣютъ дозрѣть, а то и взойдутъ и даже дозрѣютъ, но въ количествѣ самъ-другъ посѣва. Если бы къ лѣсу олонецкому да приложить руку, если бы его не разграбляли, какъ res nullius, если бы правильно расходовать его, если бы весь оyъ пошелъ въ дѣло такъ, какъ дѣлается это за границей — сильно разбогатѣлъ бы олонецкій крестьянинъ, такъ какъ, быть можетъ, къ той порѣ онъ распростился бы навѣки съ своею охотою быть вѣчно у кого нибудь въ кабалѣ и питаться крошками со стола господъ, когда могъ бы самъ быть господиномъ и питаться явствами, которыми обильно уставлены столы. Самыя обширныя лѣсныя пространства находятся въ Пудожскомъ, Повѣнецкомъ и Петрозаводскомъ уѣздахъ, т. е. въ тѣхъ имѣнно, гдѣ народонаселеніе не такъ густо, гдѣ подсѣчное хозяйство не успѣло еще распространиться до такой степени, какъ напр. въ уѣздахъ болѣе густо населенныхъ, въ каргопольскомъ, вытегорскомъ, лодейнопольскомъ и олонецкомъ. Гдѣ народонаселеніе особенно густо, тамъ въ настоящее время начинается уже ощущаться недостатокъ въ лѣсѣ; лѣса истощены здѣсь губительнымъ подсѣчнымъ хозяйствомъ и представляютъ до крайности жалкiй видъ; кустарникъ, да обгорѣлыя кривыя деревья свидѣтельствуютъ о томъ, что цивилизація проникла сюда, но цивилизація лишь папуанская, отнюдь не бòльшая, такъ какъ право захвата, минута — вотъ на чемъ она основывается, нѣтъ думы о будущемъ, о томъ, что будетъ дѣлать, чѣмъ будетъ кормится

С. 251


сынъ, внукъ. Мнѣ надо быть сытымъ — руби, жги, паши, сѣй, а тамъ что Богъ дастъ! Но конечно надежда на Бога обманываетъ: черезъ четыре, много, года палъ, огнище бросается за негодностью и только ползучій кустарникъ свидѣтельствуетъ по прошествіи нѣсколькихъ лѣтъ, что цивилизаторъ папуанецъ приложилъ къ этому мѣсту свою ручку и сдѣлалъ вопіющее дѣло, даже преступленіе, сгубивши на вѣки богатую растительность и бросивши какъ негодь черезъ три-четыре года загубленное мѣсто. Только сохранившіеся чудомъ пеньки свидѣтельствуютъ путнику о тѣхъ строевыхъ лѣсахъ, среди которыхъ селился здѣсь русскій человѣкъ, и грустно станетъ за то, что все еще не вышелъ онъ изъ своего папуанскаго момента развитія. Чѣмъ дальше уѣзжаешь отъ селъ, тѣмъ лѣсъ становится и гуще и лучше; въ особенности онъ хорошъ тамъ, гдѣ слой производительной почвы достаточенъ для произрастанія его. Но присущая русскому человѣку охотка хоть кое-какъ поковырять землю да посѣяться часто увлекаетъ крестьянина и не вѣсть куда отъ его логова; ищетъ онъ сележныхъ мѣстъ во время своихъ полѣсовныхъ странствованій, и лишь только выдастся такое мѣстечко гдѣ-нибудь, тотчасъ попалитъ онъ и его, начнетъ работать почти впустую, чтобы года черезъ три посѣять рожь или ячмень, которые уродятся самъ-другъ и едва хватятъ ему на мѣсяцъ, ну на два въ смѣси съ такою дрянью, которую переварить можетъ только такое толоконное брюхо, какимъ несомнѣнно обладаетъ русскій человѣкъ, да вотъ еще корелякъ, который, право, мало въ чемъ отличается здѣсь отъ русскаго: тоже мнетъ, такъ же подголодываетъ, такъ же вѣчно работаетъ другому на пользу и живетъ въ кабалѣ, въ которую попадаетъ всенепремѣнно, словно иначе и быть не можетъ. И русскіе, и кореляки здѣсь зачастую ѣдятъ такой хлѣбецъ: ячменная солома

С. 252


предварительно просушивается и толчется въ деревянной ступѣ; по столченіи въ мягкія волокна, мелется на ручныхъ жерновахъ (зачастую по недостатку на покупку каменныхъ — на деревянныхъ) вмѣстѣ съ рожью или ржаною мукою, которой обыкновенно примѣшивается только ¼ часть противъ соломы. Потомъ «хлѣбушко» растворяется и печется обыкновеннымъ образомъ. Изрѣдка, и то развѣ въ семействахъ позажиточнѣе въ ячменно-соломенный хлѣбушко на половину входитъ ржаной муки. Но и ячменная солома не у всѣхъ бываетъ124 и тогда употребляютъ ржаную, которая «не въ примѣръ грубѣе будетъ для нутря». Хлѣбъ изъ нея выходитъ жестче и непріятнѣе на вкусъ ячменнаго. Къ ячменно-соломенному хлѣбу трудно привыкнуть безъ боли, а къ ржано-соломенному нашъ барскій желудокъ—бѣлоручка и ввѣкъ привыкнетъ; я было попробовалъ, такъ и не радъ былъ жизни: животъ пухнеть и бурчитъ, какъ кипитъ что въ немъ. Но все это только цвѣточки, а есть еще и третій разрядъ хлѣба — унеси мое ты горе! Ѣлъ я и этотъ и долго потомъ каялся. Весною, послѣ перваго грома непремѣнно, сдираютъ съ сосенъ кору, отдѣляютъ нижнюю бѣловатую оболочку отъ верхнихъ толстыхъ слоевъ коры, сушатъ и потомъ кладутъ на горячія уголья, чтобы «духъ смоляной выгорѣлъ.» Какъ только эта бѣлая оболочка отъ жара приметъ красноватый цвѣтъ, ее толкутъ въ ступѣ125 и мелятъ на ручномъ жерновѣ. Потомъ къ сосновой мукѣ прибавляютъ отъ ¼ до ½ пропорціи ржаной муки и изъ этой смѣси необыкновеннымъ образомъ приготовляютъ хлѣбъ, растворяя съ вечера, а то «не убухнетъ древесина». Для экономіи ржаной муки, хлѣбъ дѣлаютъ обыкновенно126 прѣснымъ. Но въ иныхъ семействахъ иногда (нерѣдко) и до того нужда доходитъ, что и вовсе ржаной то муки не останется; вся она продана на уплату податей и земскихъ сборовъ. И на этотъ случай есть подмога,

С. 253


и тутъ вѣрящій въ мощь желудка своего повѣнчанинъ, русскій ли онъ, корелякъ ли (а чаще по бѣдности и удаленности своей — послѣдній) находитъ средства не доставить «Правительственному Вѣстнику» великой горести, сознаться въ существованіи голода; тогда, изволите ли видѣть, сосновую то муку всыпаютъ въ молоко и этою, въ сыромъ видѣ127, какою то молочно сосновою кашею питаются люди вмѣсто хлѣба; даже словцо особое придумалъ туземецъ ддя этого бдюда — «корява», остроумно! и дѣлается изъ коры и, какъ говорятъ ѣвшіе, «для нутря очень ушъ корява». Съ этою сосновою кашею только уже очень крѣпкія натуры могутъ свыкнуться; обыкновенно же она производитъ непремѣнную опухоль, при которой рѣдко туземецъ освобождается отъ хлопотъ посылки въ погостъ за попомъ для отпѣванія. И такой то хлѣбецъ, такое положеніе отнюдь не временное явленіе, а вполнѣ постоянное; такъ идетъ здѣсь питаніе уже нѣсколько вѣковъ и только разъ завопилъ здѣшній туземецъ о голодѣ, когда даже соломы не было вовсе и коряка одна царствовала вездѣ и губила народъ десятками. Но и эта постоянная безхлѣбица не можетъ удержать земледѣльческаго зуда, и просто диву дашься иной разъ, когда верстъ за 20 отъ селенія, вдругъ вынырнетъ изъ-за лѣса огнище съ посѣвомъ, а слѣдовательно и подсѣчка «государственнаго имущества». Порѣшили однако, что надо положить конецъ подсѣчкамъ и задумали кабинетные рѣшители судебъ «внушить крестьянамъ, что лѣсъ не весь принадлежитъ имъ и надѣлить ихъ землею въ достаточномъ количествѣ». Что изъ этого вышло, мы укажемъ нѣсколько ниже, точно также какъ сообщимъ и отношеніе народа къ этимъ ухищреніямъ отцовъ благодѣтелей. — Главныя породы, представители которыхъ чаще всего встрѣчаются въ лѣсахъ Повѣнецкаго уѣзда, суть: сосна, ель и лиственница; весьма много въ нихъ

С. 254


березы, ольхи, осины, рябины, ивы, липы и клена. Сосна господствуетъ. Береза и ольха идутъ сполна на дрова, и рѣдко рѣдко можно увидать, что туземецъ не побрезгалъ ими для постройки; вотъ рябину, липу и кленъ такъ пустилъ повѣнчанинъ въ дѣло на всякую хозяйственную мелкую подѣлку, а иву облюбилъ за ея кору на лапти, корзины и иную плетеную надобность. Смотрѣть жалко, какъ попорчены березовые лѣса сдираніемъ бересты, которая идетъ здѣсь на всякую подѣлку, которая въ центрѣ Руси и на югѣ дѣлается изъ волоконъ льна и конопли. А какъ посмотришь вообще на эту прорву лѣса, да сообразишь, пользуются ли этимъ богатствомъ такъ, какъ нужно — обидно станетъ за русскаго человѣка, что не умѣетъ онъ вовсе пользоваться тѣмъ, что даетъ ему природа. Энергія и капиталъ   вотъ что требуется для этого заброшеннаго края; съ ними воскресло бы это сонное болото, маленько нагулялъ бы жиру крестьянинъ, а лѣсная промышленность получила бы правильное и широкое развитіе. Много конечно теперь условій, которыя мѣшаютъ дѣлу, но вышеупомянутыми двумя двигателями они были бы легко устранены. Главнымъ образомъ страдаетъ здѣсь лѣсопромышленность отъ того, что водяные пути имѣютъ различное направленіе, отъ обширности н неизвѣданности огромныхъ озеръ и отъ отдаленности лѣсныхъ дачь отъ мѣстъ сбыта; кромѣ того, до самаго послѣдняго времеви, запрещено было отпускать строевые деревья изъ такъ-называемыхъ корабельныхъ рощъ и изъ «усвоенныхъ флоту дачъ», а этихъ привиллегированныхъ пространствъ считается около 1 м. десятинъ; ясно, что въ этихъ рощахъ и дачахъ вѣками копился и гнилъ сухоподстой, никуда негодный, и знаменитыя рощи и дачи существовали только на бумагѣ, а на самомъ дѣлѣ ничѣмъ ровно но отличались отъ остальныхъ лѣсовъ, развѣ только грудами

С. 255


валежника и гніющаго сухоподстоя. Но врядъ-ли безъ внѣшняго толчка можно ожидать великихъ результатовъ въ Повѣнецкомъ уѣздѣ и, только возвысивши заводскую и фабричную дѣятельность, можно будетъ ожидать проку. Лѣсъ, какъ средство обработки продуктовъ заводско-фабричной дѣятельности, дешевъ и если только суждено когда-нибудь Повѣнцу увидать развитіе обработки металловъ и технической обработки лѣсныхъ матеріаловъ, то и для лѣсныхъ повѣнецкихъ богатствъ наступитъ лучшая пора. А пока сколько мы не ѣздили, сколько нн ходили — вездѣ видѣли все одно и тоже: подгниваетъ лѣсъ, дачи завалены валежникомъ и лѣсъ служитъ лишь удобреніемъ для бѣдной почвы. Такъ какъ мало извѣстно о томъ, гдѣ расположены олонецкія лѣсныя богатства и каковъ къ нимъ доступъ, то я полагаю что будетъ здѣсь не излишне подробнѣе и толкомъ описать по крайней мѣрѣ тѣ лѣса, что расположены въ мѣстностяхъ, чрезъ которыя мнѣ пришлось проѣзжать, т. е. тянутъ, такъ сказать, къ бѣломорскому, финскому и онежскому бассейнамъ. Для болѣе опредѣлительнаго указанія мѣстностей, въ которыхъ лѣсопромышленность достигла большей или меньшей степени развитія и тѣхъ причинъ, что останавливаютъ дальнѣйшее движеніе впередъ этой промышленности, удобнѣе всего будетъ сдѣлать здѣсь краткій обзоръ тѣхъ водяныхъ путей, по которымъ лѣсные матеріалы могутъ быть доставляемы къ пунктамъ сбыта. Къ бѣломорскому бассейну относятся Сума и озера Хижезеро, Пулосозеро и Сумозеро, которые особенно значительныхъ притоковъ не принимаютъ и потому представляютъ128 одну длинную питательную жилу для лѣсной торговли Сумскаго посада, въ которой начинаютъ чаще и чаще заходить иностранные корабли за досками и другимъ лѣснымъ матеріаломъ. Кромѣ этой жилы есть еще и другая, гораздо болѣе питательная.

С. 256


Издалека несетъ свои волны быстрый, величественный Выгъ, который129 пробѣжавъ около 90 верстъ, впадаетъ наконецъ въ обширное Выгозеро, имѣющее 927 кв. верстъ протяженія; въ Выгъ впали быстрыя полноводныя рѣчки Лекса и Кумбакса съ Вожмою, а тамъ гдѣ Выгъ снова черезъ Надвоицкій проходъ вырывается изъ Выгозера, чтобы, пробѣжавъ еще 90 верстъ, впасть наконецъ въ Бѣлое море130, широкая Онда вноситъ опять-таки въ него обильныя воды Ондозера и цѣлой системы мелкихъ озеръ, расположенныхъ вокругъ него по Архангельсной границѣ. Не одинъ Выгъ питаетъ Выгозеро, такъ какъ съ юга впала въ него широкая Телекина (80—120 с.), а съ запада Сегежа. Рѣка эта, какимъ то образомъ обойденная прежде на картахъ, на самомъ дѣлѣ отнюдь не притокъ, а составляетъ, такъ сказать, главную жизненную жилу системы уже по одному протяженію своему на цѣлую 91 версту. Подъ названіемъ Сондалы она вытекаетъ изъ самаго центра корельскихъ волостей повѣнецкаго уѣзда, образуетъ по пути Машозеро и Сяргозеро и впадаетъ наконецъ въ Сегозеро, представляющее площадь 1033 кв. версты, т. е. по величинѣ своей уступающее только Онего; не одна впрочемъ Сондала питаетъ Сегозеро — сюда же изливаютъ свои воды Селецкая и Остерская рѣки, изъ которыхъ послѣдняя беретъ начало на Масельгскомъ перевалѣ изъ Остерскаго озерка. Къ тому же бѣломорскому бассейну относятся и неизвѣданная красавица Кемь съ притоками Чиркакемью и Муею, которая беретъ начало на финляндской границѣ и, переливаясь изъ одного озера въ другое, образуетъ на своемъ теченіи Боярское, Ругозеро, Текшезеро и Нюккозеро. Всѣ переименнованныя131 здѣсь рѣки могутъ превосходно служить для сплава лѣсныхъ матеріаловъ; озера Выгъ и Сегъ представляли до послѣдняго времени значительное затрудненіе для прохода

С. 257


гонокъ, какъ по своей обширности, такъ и по бурности, но теперь открытъ способъ такъ связывать бревна, что размыкать ихъ по озеру можетъ только самая ужасная буря, что здѣсь впрочемъ все-таки рѣдкость; единственно, что затрудняетъ нѣсколько, или вѣрнѣе, замедляетъ доставку бревенъ въ торговые пункты — это Сегежскіе, Кемскіе, Сумскіе и Выговскіе пороги, на которыхъ желающій можетъ слѣзть съ лодки на берегъ и вдоволь налюбоваться на могилы тѣхъ, кого нужда загнала на купеческую прибыль, на раззоренье для семьи, на гонку бревенную. Къ этому бассейну прилегаютъ 21/2 мил. десятинъ лѣса, но заготовка идетъ довольно дѣятельно лишь на 1/5 всего пространства (на Сондалѣ и Селецкой), въ остальныхъ же 4/5 только гонятъ на мѣстную потребу смолу, да гадятъ лѣсъ изъ за бересты. Вся Кемь не только не эксплуатируется, но даже сколько мнѣ извѣстно, никто не далъ себѣ труда побывать на ней и извѣдать эту превосходную рѣку, по которой чуть-ли не отъ самой Каяны вплоть до Бѣлаго моря можно проѣхать. Конечно при настоящемъ жалкомъ положеніи фабричной и заводской дѣятельности нельзя ожидать сбыта всѣхъ тѣхъ заготовокъ, которыя возможно сдѣлать въ бѣломорскомъ бассейнѣ, но можно смѣло рубить по бассейнамъ Кеми, Сумы и Выга — сбытъ будетъ, такъ какъ иностранцы все чаще и чаще заглядываютъ въ наши бѣломорскія пристани и навѣдываются за лѣсомъ, такъ что распиловка не поспѣваетъ совершаться по мѣрѣ требованія. По одному выговскому132 бассейну можно смѣло вырубать ежегодно отъ 50—60 т. строевыхъ деревъ, а Кемь и побольше того можетъ доставить, если прекратится когда-нибудь наше варварское отношеніе къ лѣснымъ богатствамъ. Въ рабочихъ уже конечно недостатка не окажется, такъ какъ русскому человѣку покажи лишь хомутину — самъ въ нее полезетъ; конечно плату-то

С. 258


немного возвысить придется такъ какъ существующая въ настоящее время заработная плата куда какъ незначительна — чего добраго корелякъ и не пойдетъ работать хоть бы на Кемь; про русачка толковать нечего! Этотъ полезетъ всенепремѣнно, такъ какъ вездѣ и всюду онъ за мѣдный грошъ тянетъ лямку. Побаиваются дороговизны сплава за-границу, и боязнь эта вполнѣ справедлива; дѣло въ томь, что вслѣдствіе бòльшаго вывоза, нежели ввоза морскія суда берутъ кучу фрахтовыхъ денегъ, такъ какъ должны идти въ Бѣлое море съ балластомъ, т. е. впустую, и дѣлать огромный переходъ безъ всякаго толку; все это вѣрно, но почему же существуетъ компанія бѣломорскаго торга? почему не завести наконецъ свои морскія суда и не рискнуть изобидѣть голланцевъ, норвежцевъ и англичанъ, которые, по правдѣ сказать, довольно таки133 покормились отъ нашей неумѣлости. Наконецъ, такъ какъ въ этихъ мѣстахъ вовсе не было до сихъ поръ сбыта, то бревно въ доставкѣ на берегъ моря обойдется несравненно дешевле, нежели въ иныхъ мѣстахъ, а слѣдовательно и будетъ изъ чего заплатить за прогульный фрахтъ! Нѣтъ! вся бѣда въ томъ, что косны мы, что нѣтъ у насъ энергіи, нѣтъ предпріимчивости, а кто въ этихъ качествахъ и гораздъ, такъ капиталомъ не осилитъ — и радъ бы въ рай, да грѣхи не пускаютъ. Составится общество — опять дѣло дрянь! сидятъ себѣ люди въ Петербургѣ и распоряжаются всѣми дѣлами изъ своихъ кабинетовъ на Морской; здѣсь нуженъ человѣкъ дѣла, а не жалкій аферистъ или134 собраніе аферистовъ, которые у насъ вѣчно аршинничаютъ, объегориваютъ на мелочахъ, а дѣйствительные барыши упускаютъ, благо есть добрые люди иностранцы, которые и до сихъ поръ нашею глупостью не брезгали, да врядъ-ли когда и побрезгаютъ, — дуракъ не повсякъ день родится!

С. 259


Финскій бассейнъ куда меньше бѣломорскаго, но финны не намъ чета, и потому надо надѣяться, что они распорядятся съ этой стороной повѣнецкихъ лѣсовъ поумнѣе нашего. Путемъ для сплава здѣсь служитъ р. Лендера съ притоками Сѣверкою и Тулосъ въ западной части Повѣнецкаго уѣзда. Сюда прилегаютъ до 500 т. десятинъ еще едва тронутаго лѣса, который стали рубить лишь въ 1859 году и который направляется главнымъ образомъ на финляндскіе лѣсопильные заводы. Повторяемъ, что теперь уже эксплуатація значительно увеличилась и есть надежда на то, что здѣсь по крайней мѣрѣ лѣсопромышленности предстоитъ еще развитіе въ близкомъ будущемъ. Думали между прочимъ, что на Лендерѣ начнется скоро отпускъ дровъ, но это одна фикція, такъ какъ не скоро еще Финляндія будетъ нуждаться въ нашемъ топливѣ, и именно ради того, чтобы не переплачивать за топливо финскихъ денегъ русскому государству, сенатъ финляндскій еще заблаговременно, сдѣлалъ распоряженіе о запрещеніи вывоза дровъ изъ Финляндіи въ Петербургъ.

Къ бассейну Онежскаго озера относятся большая часть посѣщенныхъ нами уѣздовъ, и если бы лѣсопромышленность здѣсь получила правильное развитіе, то цѣлыхъ 41/2 м. десятинъ лѣснаго богатства пошли бы въ дѣло. Повѣнчанка съ притоками135 Волозеркою и Киндасомъ, Кумса съ притокомъ Остерью (всего 700 саж. отъ Остерскаго озера, изъ котораго вытекаетъ Остерская, впадающая въ Сегозеро), Уница, Суна съ притоками Сѣнною и Имчею, Шуя съ притокомъ Ирстою, Мегра, Вытегра, Андома съ притокомъ Соминой, Нигижма, Водла съ притоками Истомою, Колодозеркою и Шалою и наконецъ Пальма съ Тамбицею — всѣ онѣ изливаютъ свои воды въ Онежское озеро и представляютъ полную возможность для сплава; только Суна нѣсколько



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Материалы 3-й региональной научной конференции, посвященной 780-летию крещения карелов (16–17 октября 2007 года, г. Петрозаводск)

    Документ
    Православие в Карелии: Материалы 3-й региональной научной конференции, посвященной 780-летию крещения карелов / Отв. ред. В. М. Пивоев. Петрозаводск: Изд-во Карельского научного центра РАН, 2008.
  2. Успенский б. Семиотика истории. Семиотика культуры оглавление

    Документ
    Работы, собранные в двухтомнике, в той или иной мере посвящены семиотике культуры. В том 1 «Семиотика истории. Семиотика культуры» включены как публиковавшиеся ралее работы: «Роль дуальных моделей в динамике русской культуры» (Совм.
  3. Библиотечный вестник Карелии (4)

    Документ
    Проскурякова Е. А., зав. отделом прогнозирования и развития библиотечного дела Национальной библиотеки Республики Карелия, член Совета Библиотечной Ассоциации Республики Карелия
  4. Грабарь игорь Эммануилович деревянное зодчество русского севера

    Документ
    Глава XV. — Русский север и плотничное искусство Древнейшие деревянные храмы Борьба византийских преданий с самобытными началами Церкви Прикарпатской Руси и Норвегии
  5. В. М. Пивоев (отв редактор), М. П. Бархота, Д. Д. Бреннон «Свое»

    Исследование
    «Свое» и «чужое» в культуре народов Европейского Севера: (Материалы 3-й международной научной конференции) / Отв. ред. В. М. Пи-воев; ПетрГУ. Петрозаводск, 2001.

Другие похожие документы..