Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Реферат'
Конец XIX — начало XX в. в России — это время перемен, неизвестности и мрачных предзнаменований, это время разочарования и ощущения приближения гибел...полностью>>
'Лекция'
Один школьник много читает, причем не развлекательной литературы, а научно-популярной и даже научной. Часто задает учителям вопросы (конечно, если уч...полностью>>
'Доклад'
Обеспечивая информационную открытость нашего образовательного учреждения посредством публичного доклада, мы надеемся на увеличение числа социальных п...полностью>>
'Решение'
Окружность и четырехугольник Многогранники и круглые тела Информация, ее виды и свойства Кодирование информации Алгоритм и их свойства Данные и их об...полностью>>

А. Н. Леонтьев Избранные психологические произведения (1)

Главная > Документ
Сохрани ссылку в одной из сетей:

22

Познавательная работа руки, как и глаза, может быть описана сейчас в соответствии с представлениями И. М. Сеченова как самоафферентирующийся процесс, который имеет механизм вроде механизма следящих устройств, «липнущих» к объекту: благодаря этому рука, пробегающая по контуру объекта, не срывается с него, а глаз не теряется в отдельных его элементах. Контакт руки с объектом дает начало и направление ее движению, которое в свою очередь определяет дальнейшие поступающие от объекта сигналы; в то же время процесс ощупывания или осматривания в целом остается жестко детерминированным свойствами объекта.

Таким образом, по своей структуре этот процесс представляет собой рефлекторное кольцо, но кольцо это замкнуто только в морфофизиологическом смысле; с точки же зрения детерминации отражения оно, наоборот, разомкнуто — оно разомкнуто в «точках встречи» с объектом. Нечто похожее происходит, когда, например, мягкая резиновая камера свободно перекатывается через твердые предметы: она сохраняет свою кольцеобразную структуру и свойственный ей тип движения качения, но, вступая в соприкосновение с предметами, она меняет свою конфигурацию в зависимости от рельефа этих предметов и таким образом дает их адекватный динамический слепок.

В процессе осязательной рецепции тоже происходит «снятие слепка» объекта; однако в отличие от только что описанного явления это осуществляется не путем изменения формы самого «снимающего» субстрата, а путем изменения процесса: не сама ощупывающая рука, соприкасаясь с предметом, воспроизводит его контур, а ее движение. При этом самый простой и само собой понятный факт состоит в том, что, чем более движение изоморфно объекту, тем совершеннее отражение его формы, тем точнее может быть отличена данная форма от другой. Все это хорошо известно, и многие детали описанного процесса выявлены экспериментально20.

Анализ осязания обладает тем преимуществом, что он имеет дело с процессом, существеннейшее содержание которого выступает в форме внешнего движения, легко доступного изучению.

Попытаемся всмотреться ближе в этот процесс. Это такой приспособительный процесс, который не осуществляет ни ассимилятив-

20 В е к к е р Л. М. О динамике осязательного образа в зависимости от характера движения. — В сб.: Проблемы психологии. Л., 1948; его ж е. О некоторых вопросах теории осязательного образа. — В сб.: Материалы совещания по психологии. М., 1957. Котлярова Л. И. Условия формирования образа восприятия. — В сб.: Тезисы научной сессии Харьковского пед. ин-та, Харьков, 1956; Ш и ф м а н Л. А. К вопросу о тактильном восприятии формы. — Труды ин-та по изучению мозга им. В. М. Бехтерева. Л., 1940, т. XIII; Л. А. Шифман. К проблеме осязательного восприятия формы. — Труды Ин-та по изучению мозга им. В. М. Бехтерева, Л., 1940; К a t z D. Der Aufbau der Tastwelt. Leipzig, 1925; Revesz Q. Die Formenwelt des Tastsinnes. Den Haag, 1938/39, Bd. I —II.

23

ной, ни оборонительной функции; вместе с тем он не вносит и активного изменения в самый объект. Единственная функция, которую он выполняет, есть функция воспроизведения своей динамикой отражаемого свойства объекта — его величины и формы; свойства объекта преобразуются им в сукцессивный рисунок, который затем вновь «развертывается» в явление симультанного чувственного отражения. Таким образом, специфическая особенность механизма процесса осязания заключается в том, что это есть механизм уподобления динамики процесса в рецепцирующей системе свойствам внешнего воздействия.

По отношению к осязанию такое понимание механизма отражения почти не нуждается в обосновании. Осязание наглядно выступает как процесс, состоящий в том, что осязающий орган устанавливает такой контакт с объектом, в результате которого его движения повторяют своей формой очертания данного объекта, что, иначе говоря, в динамике этого процесса происходит уподобление отражаемым свойствам объекта. Умение осязать, собственно, ведь и есть не что иное, как владение специфическими приемами или операциями такого уподобления21.

О том, что дело здесь в уподоблении, а не в какой-нибудь другой стороне процесса, свидетельствует множество фактов, из числа которых наиболее выразительным является, пожалуй, факт почти ничем не ограниченной возможности вводить в этот процесс разного рода промежуточные средства и искусственные «перешифровки» сигналов, афферентирующих движение руки, не вызывая этим нарушения адекватности осязания. Например, в случае когда ощупывание производится при помощи зонда, состав сигналов, поступающих от руки, держащей зонд, решительно меняется; меняется и конкретная форма самого движения. Неизменным остается только одно — отношение подобия рисунка «снимающего» движения форме объекта. Этого достаточно для того, чтобы было возможно его адекватное отражение. Наоборот, как только это отношение в силу тех или других причин нарушается, зонд становится «слепым» и осязательное ощущение исчезает; рука чувствует теперь только удерживаемый зонд.

Нет надобности умножать факты, иллюстрирующие выдвигаемое понимание принципиального механизма отражения применительно

21 Большой интерес в этой связи представляют как данные, полученные в исследованиях онтогенетического развития осязания (Г и н е в с к а я Т. О. Развитие движений руки при осязании. — Известия АПН РСФСР, 1948, вып. 14; Р о-зенфельд Ф. С. Особенности осязательных восприятий ребенка-дошкольника. — Известия АПН РСФСР, 1948, вып. 17; так и данные патологии (Леонтьев А. Н., Гиневская Т. О. Гностическая чувствительность пораженной руки. — Ученые записки Московского ун-та. 1947, вып. 111; Ч л с н о в Л. Г., С у т о в с к а я А. К. К патологии осязания. — Архив биологических наук, 1936, вып. I; Delay J. Les astereognosies. Pathologie du toucher. Paris, 1935).

24

к процессу осязания и в пределах аналогии, отмеченной И. М. Сеченовым, к зрению. Оно едва ли может здесь серьезно оспариваться. Главный вопрос заключается в другом, а именно: может ли быть распространено это понимание также и на такие органы чувств, деятельность которых не включает в свой состав двигательных процессов, контактирующих с объектом? Иначе говоря, главным является вопрос о возможности рассматривать уподобление процессов в рецепцирующей системе как общий принципиальный механизм непосредственно чувственного отражения природы воздействующих свойств действительности.

4

Одним из наименее «моторных» органов чувств, несомненно, является слуховой орган. Ухо, если можно так сказать, максимально непраксично, максимально отделено от аппарата внешних мышечных движений; это типичный орган-«созерцатель», откликающийся на поток звуков процессами, совершающимися в чувствительном приборе, скрытом в толще кости. Это впечатление неподвижности органа слуха сохраняется, несмотря на наличие внутреннего проприомоторного аппарата уха; что же касается двигательных реакций наружного уха, то о малой их существенности достаточно свидетельствует факт отсутствия их у большинства людей.

Естественно поэтому, что по отношению к слуху вопрос о роли моторных процессов в отражении специфического качества звука является особенно острым.

Однако именно исследование слуха и дало основание выдвинуть изложенное выше понимание механизма чувственного отражения.

Некоторое время тому назад и в несколько другой связи мы избрали для экспериментального изучения вопрос о строении функциональной системы, лежащей в основе звуковысотного слуха. Уже предварительный анализ привел нас к необходимости учитывать факт участия деятельности голосового аппарата в процессе различения звуков по высоте — факт, на значение которого указывали В. Келер22 и ряд других авторов, в частности у нас Б. М. Теплов23.

Применяя специальную методику исследования порогов звуко-высотной различительной чувствительности, основанную на использовании разнотембральных звуков для сравнения их по высоте, мы получили возможность экспериментально показать наличие в этих условиях строгой зависимости между порогами различительной зву-

22 КuH2е г W. Akustische Untersuchungen, III. — Zeitschrift fur Psychologic. Leipzig, 1915, Bd. 72.

23 Теплов Б. М. Психология музыкальных способностей. М.; Л., 1947.

25

ковысотной чувствительности и точностью вокализации заданной высоты, т. е. точностью интонирования звуков24.

Проведенные опыты показали далее, что определяющим в анализе звуков по высоте является процесс интонирования, что, иначе говоря, величина порогов зависит от способности интонировать звуки и что пороги звуковысотной различительной чувствительности падают вслед за «налаживанием» правильного интонирования25. Таким образом, звуковысотный анализ выступил в этих опытах как функция, в основе которой лежит система рефлекторных процессов, включающая в качестве необходимого и решающего компонента моторные реакции голосового аппарата в виде внешнего, громкого, или внутреннего, неслышного, «пропевания» высоты воспринимаемого звука.

Более общее значение этого факта могло быть понято благодаря тому, что исследование, о котором идет речь, было направлено на то, чтобы показать строение звуковысотного слуха как особой функции, не совпадающей с речевым слухом. Сравнительный анализ строения обеих этих функциональных систем слуха позволил выяснить более подробно роль их моторных звеньев.

Объективно звук, как, впрочем, и другие воздействия, характеризуется несколькими параметрами, т. е. комплексом определенных конкретных качеств, в частности высотой и тембром. Восприятие звука и есть не что иное, как его отражение в этих его качествах; ведь нельзя представить себе «бескачественного» отражения. Другое дело, в каких именно качествах он отражается. Особенности «набора» отражаемых в ощущении качеств и дифференцируют различные рецептирующие системы как системы разного слуха: с одной стороны, слуха звуковысотного, с другой — специфически речевого.

В связи с тем что периферический орган — рецептор — является у обеих этих систем общим, вопрос о различии их начального звена представляется более сложным. Зато весьма отчетливо выступает несовпадение со стороны их моторных компонентов. Основной факт состоит здесь в том, что если у данного испытуемого не сложилась функциональная система, характеризующаяся участием вокальной моторики, то звуковые компоненты собщ

ственно по высоте им не дифференцируются26. Этот кажущийся несколько парадоксальным факт тем не менее может считаться вполне установленным.

а4 Г и п п е н р е й т е р Ю. Б. Анализ системного строения восприятия: Сообщение 1. К методике измерения звуковысотной различительной чувствительности.— Доклады АПН РСФСР, 1957, № 4; Г и п п е н р е й т е р Ю. Б. Анализ системного строения восприятия: Сообщение II. Экспериментальный анализ моторной основы процесса восприятия высоты звука. — Доклады АПН РСФСР, 1958, 1.

25 Овчинникова О. В. Анализ системного восприятия: Сообщение VII. — Доклады АПН РСФСР, 1959, № 2.

26 В обычных условиях и при применении классической методики измерения звуковысотных порогов факт это маскируется различением звуков по другим параметрам, сопряженно меняющимся с изменением основной высоты.

26

Принципиально так же, по-видимому, обстоит дело и с системой речевого слуха, обеспечивающей адекватное отражение специфического качества (инвариант) звуков речи (имеется в виду речь на нетональных языках), с тем, однако, различием, что место вокальной моторики занимает в этом случае движение органов собственно артикуляции27. Известно, например, что при восприятии речи на фонетически совершенно чужом нам языке мы специфического качества речевых звуков первоначально не различаем28. роль артикуляторных движений в восприятии речи прямо подтверждается также и данными экспериментальных исследований29.

Таким образом, мы стоим перед следующим положением вещей: раздражимость периферического слухового органа создает, собственно, только необходимое условие отражения звука в его специфических качествах; что же касается того, в каких именно качествах осуществляется его отражение, то это определяется участием того или другого моторного звена в рецептирующей рефлекторной системе. При этом следует еще раз подчеркнуть, что моторные звенья рецептирующей системы, о которых идет речь, не просто дополняют или усложняют конечный сенсорный эффект, но входят в число основных компонентов данной системы. Достаточно сказать, что если вокально-моторное звено не включено в процесс восприятия высоты звуков, то это приводит к явлению настоящей «звуковысотной глухоты». Следовательно, отсутствие в рецептирующей системе моторного звена, адекватного отражаемому качеству звука, означает невозможность выделения этого качества. Наоборот, как только происходит налаживание процесса интонирования звука, оцениваемого по его высоте, различительные пороги резко падают — иногда в 6—8 и даже в 10 раз.

В каком же смысле процесс интонирования является адекватным отражаемому качеству звука? Очевидно, в том же смысле, в каком движение ощупывания при осязании является адекватным контуру предмета: движения голосовых связок воспроизводят объективную природу оцениваемого свойства воздействия.

При этом безразлично, стоим ли мы в понимании механизма интонирования на классических позициях теории пассивно-колебатель-

27 «Слушание речи не просто только слушание: до известной степени мы как бы говорим вместе с говорящим» (Блонский П. П. Память и мышление. М.; Л., 1935, с. 154). В новейшей лингвистической литературе это положение подчеркивается П. Далатром, который формулирует его следующим образом: «...звуковая волна воспринимается не прямо, а опосредствованно (indirectement) путем соотнесения ее с артикулярным движением (par reference au gest arti- culatoire) (Delattre P. Les indices acoustiques de la parole. — Phonetica. Basel; N. Y., 1958, v. 2, № 1—2, p. 248).

28 Бернштейн С. Н. Вопросы обучения произношению. M., 1937.

29 Соколов А. Н. Внутренняя речь и понимание. — Ученые записки Гос. НИИ психологии. М., 1941, т. II.

27

ного движения связок или на точке зрения Р. Хюссона30 , развивающего концепцию их активной вибрации; в обоих случаях под-страивание высоты интонирования к высоте дифференцируемого звука представляет собой уподобление процесса, составляющего эфферентное звено рецептирующей системы, отражаемому качеству. Ведь основная характеристика движения голосовых связок, т. е. частота их колебаний, вполне адекватна физическому параметру, по которому дифференцируется звук. Иначе говоря, принципиальный механизм рецепции высоты тона является вполне аналогичным механизму тактильной рецепции формы.

Между обоими этими процессами существует, однако, и различие. В случае осязательного восприятия рука вступает в соприкосновение с самим объектом и ее движение, «снимающее» его контур, всегда развертывается во внешнем поле.

Иначе бывает при восприятии звука. Хотя и в этом случае процесс уподобления первоначально происходит также в форме внешне выраженного движения (внешнее пропевание), но оно способно далее интериоризоваться, т. е. приобрести форму внутреннего пропевания, внутреннего «представливания» (Б. М. Теплов). Это возможно вследствие того, что собственный сенсорный периферический аппарат и эффектор данной рецептирующей системы не совмещаются в одном и том же органе, как это имеет место в системе осязания. Поэтому если бы при осязании внешнее движение редуцировалось, то это вызвало бы прекращение экстрацептивных сигналов, воздействующих на руку, и тактильная рецепция формы предмета стала бы вообще невозможной. Другое дело при слуховом восприятии: в этом случае редукция внешнедвигательной формы процесса уподобления (т. е. переход от громкого пропевания к внутреннему «представливанию» высоты), конечно, не устраняет и не меняет воздействия экстрасенсорных раздражителей на периферический слуховой орган и слуховой рецепции не прекращает.

Данные, характеризующие роль и особенности эффекторного звена в рефлекторной системе звуковысотного слуха, позволяют выдвинуть следующую общую схему процесса анализа звуков по высоте.

Звуковой раздражитель, воздействующий на периферический орган слуха, вызывает ряд ответных реакций, в том числе специфическую моторную реакцию интонирования с ее проприоцеп-тивной сигнализацией. Реакция эта не является сразу же точно воспроизводящей высоту воздействующего звука, но представляет собой процесс своеобразного «поиска», активной ориентировки, который и продолжается до момента сближения внутри рецептирующей системы интонируемой высоты с основной высотой воздействующего звука. Далее в силу наступающего своеобразного «резонанса» частотных сигналов, идущих от аппарата вокализации, с сигна-

30 Hussоn R. Etude des phйnomиnes physiologiques et acoustiques de la voix chantee. — In: Revue scientifique, 88. Paris, 1950.

28

лами, поступающими от слухового рецептора (или удерживающимися «операционной памятью»), этот динамический процесс стабилизируется, что и дает выделение высоты звука, т. е. отражаемого его качества.

Это представление о ходе процесса звуковысотного восприятия было подтверждено полученными нами экспериментальными данными31.

Учитывая эти данные, мы можем описать изученный нами процесс анализа звуков по высоте как процесс компарирующего анализа32

Этот анализ протекает так: после того как первый из сопоставляемых звуковых раздражителей определяется путем «опробования» его частоты с помощью встречного процесса подстройки движений голосового аппарата, воздействие второго раздражителя, дифференцируемого по отношению к первому, вызывает дальнейшее изменение вокально-моторного звена системы — теперь до совпадения с частотой второго раздражителя. Этот процесс и есть процесс относительной оценки звуков по высоте. При движении его в одну сторону (повышение частоты) сравниваемый раздражитель оценивается как более высокий, при движении в противоположную сторону — как более низкий. Этот же процесс, очевидно, лежит и в основе измерения отстояния дифференцируемого звука от звука эталона, т. е. в основе оценки интервалов. (Понятно, конечно, что совпадение диапазона воспринимаемых звуков с певческим диапазоном испытуемого вовсе не является при этом обязательным.)

Итак, то представление о функциональном механизме, осуществляющем рецепцию, к которому мы были приведены в исследовании звуковысотного слуха, оказалось принципиально аналогичным пред-

31 Леонтьев А. Н., Овчинникова О. В. Анализ системного строения восприятия: Сообщение V. О механизме звуковысотного анализа слуховых раздражителей. — Доклады АПН РСФСР, 1958, № 3.

32 Вводя эти термины, я имею в виду различные схемы анализирующих устройств, которые выделяются в современной теории автоматов. Одна из них (У. Мак-Келлог и В. Питтс) характеризуется тем, что окончательная оценка входного сигнала представляет собой его простой фильтрат, возникающий в результате процессов, идущих только в одном направлении — от входа. По другой схеме, описанной Д. Мак-Кеем, оценка входного сигнала («физическое представление» о нем) является результатом встречного «подражательного» процесса, происходящего внутри системы, который осуществляет как бы непрерывное опробование «организующих программ» — гипотез, согласуемое посредством отрицательной обратной связи с процессами в цепи входного сигнала. Метафорически, говорит автор, отличие этой схемы, основанной на принципе «компарации», от первой состоит в том, что в ней «акт познания есть акт ответа» (Shannon С. Е. A universal Turing machine with two internal states. — In.: Automata Studies. Princeton, 1956; McCarthy ,1. The inversion of functions defined by Turing machines. — Ibid.).

29

ставлению о механизме осязания, о котором говорилось выше. Здесь, как и там, в качестве решающего момента, от которого зависит адекватное отражение отражаемого свойства, является момент уподобления процесса, составляющего эффекторное звено рецептирующей системы, отражаемому свойству. Вместе с тем исследование слуха дало возможность характеризовать этот механизм более детально в соответствии с большей сложностью его, обусловленной тем, что процесс уподобления при исключении возможности внешнего практического контакта моторного органа с предметом происходит путем «компарирования» сигналов внутри системы, т. е. во внутреннем поле.

* * *

Выдвигаемая гипотеза представляет собой попытку ответить на наиболее трудный вопрос теории ощущения: как возможно детектирование сигналов, приходящих от чувствительных экстрацептивных приборов, в результате которого происходит воспроизведение специфического качества раздражителя? Ведь первоначальная трансформация внешних воздействий в рецепторах есть их преобразование, т. е. их кодирование33.

При этом «частотный код» нервных процессов сохраняется на всем их пути, что составляет необходимое условие деятельности коры. Иначе взаимодействие нервных процессов, отвечающих разнокачественным раздражителям, было бы невозможно. При этом условии механизм воспроизведения специфического качества воздействия должен включать в себя также и такие процессы, которые способны выразить собой природу воздействующего свойства. Таковы процессы ощупывания предмета, слежения взором, интонирования звуков, осуществляющиеся при участии мышц.

Всегда ли, однако, детектирование качества воздействия должно происходить при участии мышечной периферии, или же следует говорить об участии в этом процессе вообще тех или других эфферентов? Это вопрос, требующий особого рассмотрения, как и еще более важный вопрос об общебиологическом смысле и о происхождении самой функции уподобления.

Таким образом, гипотеза, о которой идет речь, еще оставляет многие важные вопросы открытыми. Гипотеза эта является, на мой взгляд, лишь совершенно предварительной попыткой сделать дальнейший шаг в развитии концепции, рассматривающей ощущения как процессы, которые, опосредствуя связи с воздействующей предметной средой, выполняют ориентирующую, сигнальную и вместе с тем отражательную функции.

33 Гранит Р. Электрофизиологическое исследование рецепции. М., 1957; Эдрман Е. Д. Основы ощущений. Деятельность органов чувств. М., 1931; Morgan Cl. Physiological Psychology. N. Y., 1941.

30



Скачать документ

Похожие документы:

  1. А. Н. Леонтьев Избранные психологические произведения (2)

    Документ
    Том содержит работы, сгруппированные по трем тематическим разделам. В первый раздел вошли работы разных лет, отражающие становление и развитие методологических основ современной совет-сков психологии.
  2. Д. Б. Эльконин Избранные психологические труды

    Документ
    В книгу избранных трудов известного советского психолога вошли его основные работы по детской и педагогической психологии, в которых представлена оригинальная теория периодизации детства, психического развития ребенка, игровой и учебной
  3. Психологическая энциклопедия психология человека

    Документ
    Аверин В. А. Часть1: главы 1-11. Дандарова Ж. К. В частях II, IV, V: глава 3; часть III: глава 4. Деркач А. А., Зазыкин В. Г. Часть VI: глава 6. Зимняя И.
  4. А. Н. Леонтьев Психофизиологическая проблема и ее решение

    Решение
    Соотношение психического и физиологического рассматривается во множестве психологических работ. В связи с учением о высшей нервной деятельности оно наиболее подробно теоретически освещено С.
  5. Ананьев Б. Г. Избранные психологические труды: в 2 т. М: Педагогика,2000. Ананьев Б. Г. Психология чувственного познания

    Документ
    Коммуникативная компетентность руководителя : Методические рекомендации /сост. А. Н. Гирнык, Н. П. Тименко, В. В. Савченко, И. И. Авдеева. – Севастополь, 1994.

Другие похожие документы..