Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Закон'
Об утверждении перечней вредных и (или) опасных производственных факторов и работ, при выполнении которых проводятся предварительные и периодические м...полностью>>
'Документ'
Основное назначение Международной патентной классификации, как средства для обеспечения единообразного классифицирования патентных документов мировым...полностью>>
'Конспект'
Содержание: Моя экскурсия расскажет о чеховских реликвиях, хранящихся в главном усадебном доме; поможет настроиться на волну чеховского настроения, по...полностью>>
'Документ'
Почва - самый драгоценный капитал любого государства, его стратегический запас. Однако, скорость потери почвенных ресурсов из-за варварской эксплуата...полностью>>

Курс Философии и Философии Науки ХХI века для студентов физического факультета мгу им. М. В. Ломоносова. 2009 года (3)

Главная > Лекция
Сохрани ссылку в одной из сетей:

1

Смотреть полностью

Студенты - Физ. МГУ (2009/Ч.2/Разд. 6/25) 269 Понедельник, 09 Ноября 2009 г..

Работа выполнена Романихиной Екатериной Александровной, группа 418-518

(Кафедра Физики ускорителей высоких энергий)

,© Mark V. Zhelnov. Student’s Lectures. 2009.

Курс Философии и Философии Науки ХХI века

для СТУДЕНТОВ физического факультета

МГУ им. М.В. Ломоносова.

2009 года

проф. М.В. Желнова

Лекция № 25 (2009)

Эстетика, эстетическое и эстетичность. Философствования по независимым отдельным проблемам, причудливо вышедшим на первый план в 21 веке на 09 ноября 2009 года в аудитории 5-19 на Физическом факультете.

Проблемы:

1. Единство саморазвития, самотворчества и самотворения эстетики, эстетического и эстетичности. Изменения меры паритетности между эстетическим и эпистемическим в пользу эстетического. Аутентичная мифология. Эстетичность художественности и художественность эстетичности.

2. Саморазвитие эстетики. Пределы меры постоянного воспроизведения симулякров и эстетическая наука. Кажимости, видимости и фантастичности. Клиповость комического и комичность клиповости.

3. Самотворчество эстетического. Проблема меры. Соотношение «великого искусства» и «искусства сегодняшнего дня». Символичность драматичности и драматичность символичности.

4. Самотворение эстетичности. Проблема меры трагичности постоянной трансформации безобразного в прекрасное и прекрасного в безобразное. Рациональность эстетичности и эстетичность рациональности.

5. Субъективно-объективная художественность как мера объективно-субъективной актуализации ситуации времени. Эстетичность научности и научность эстетичности.

Литература:

к Студенческой лекции № 25 (09 ноября 2009)

Эстетика, эстетическое и эстетичность. Философствования по независимым отдельным проблемам, причудливо вышедшим на первый план в 21 веке на 09 ноября 2009 года в аудитории 5-19 на Физическом факультете.

Учебно-справочная:

1. В.А. Канке, Философия. Исторический и систематический курс. Учебник для Вузов.- Изд.6-е, перераб. и доп. - М.:Логос, 2009. стр. 230-232

2. Журнал «Вопросы философии», 2008 г., № 1, Волошинов А.В., «Еще раз о математической традиции красоты», стр. 102-112

3. Эко Умберто, «Авангард или красота провокации», Москва, Слово, 2005г.

Дополнительная:

  1. Степанов Ю.С. «Концепты. Тонкая пленка цивилизации», Москва, Языки славянской культуры, 2007 г.

  2. Апендинова Т.А., «Красота как символ нравственности», в книге «Актуальность Канта. Сборник статей», Санкт-Петербург, изд. Санкт-Петербургского Университета, 2005 г., стр391-398.

  3. Смазнова О.Ф., «Личность и миф (о субъекте мифической речи)». Вопросы философии 2008г., № 6, стр. 56-65

  4. Ойзерман Т.И., «Метафилософия. Теория историко-философского процесса», Москва 2009 г., гл.10 стр. 395-418

  5. Махлин В.Л., «Второе сознание. Подступы к гуманитарной эпистемологии», Москва, Знак, 2009г.

  6. Терещенко Е.В., «Век 20. Эмансипация прекрасного и принцип дегуманизации в искусстве», в книге Философия в современном мире, Москва, Полиграф-Информ, 2009 г., стр. 229-235

Основная цель данной лекции:

Показать различия между введенными нами концептами (поскольку мы обосновали необходимость и возможность в современном мире). Перейти от работы с понятиями какими-то концептами, которые сами конструируют все окружающие другие концепты и понятия. Такие как само, мера, саморазвитие, творчество, творение, эстетика, эстетическое, эстетичность и другие разные понятия. Особенно важные понятия – безобразное и прекрасное, которые никак не соотносятся и имеют совершенно иной смысл, нежели некрасивое и красивое, не уродливое и уродливое. Во-вторых, мы постараемся все это обсудить не на уровне какой-то части определенно систематически изложенных концептов, а на отдельно каких-то случайных примерах (хотя примеры не являются доказательствами). Постараемся показать как сегодня все это обстоит. Постараемся осмыслить события сегодняшнего дня, используя все эти концепты и понятия, содержащиеся в предыдущих лекциях данного раздела.

1. Единство саморазвития, самотворчества и самотворения эстетики, эстетического и эстетичности. Изменения меры паритетности между эстетическим и эпистемическим в пользу эстетического. Аутентичная мифология. Эстетичность художественности и художественность эстетичности.

Эстетика, эстетическое, эстетичность

Речь пойдет о том, что саморазвитие, самотворчество и самотвориние, могут быть восприняты только в единстве. Не может быть самотворения без других моментов; не может быть саморазвития без других моментов; не может быть самотворчества без крайних моментов. Соответственно, не может быть ни эстетики без соприкосновения с эстетичностью и эстетическим. Не может быть ни эстетичности без эстетического и эстетики. И именно поэтому каждое понятие должно «знать свое место», но, тем не менее, всегда «вылезать к соседям» и там всегда присутствовать. Поэтому когда мы обсуждаем что-то одно, это совершенно не значит, что нет других моментов. Давайте посмотрим, что мы в целом вынесли? Какая проблема, касающаяся этой тематики, сейчас является центральной? Выясняется, что есть эпистемическое, то есть близкое нам, связанное с процессом постижением мира. Частными случаями этого являются понятия познание, постигаемость. Вот в этой сфере мы и находимся как в узкой области, хотя она на самом деле широкая. И ее сужение только до познания это ограничение. Эта сфера по каким-то причинам, нам непонятным, начинает уступать другому какому-то процессу, тому, что связан с эстетическим. Поэтому возникает проблема меры паритетности.

Проблема меры паритетности

Почему мы говорим «мера», ведь мы не работаем с этим понятием? А это главное, чтобы не попасть впросак. Поскольку речь всегда идет о соотношении субъективного и объективного, то, по сути, всегда мера должна быть, без нее нельзя. Захотим только объективного – никак не получим; захотим только субъективного – тоже никак не получим. Так вот, идея состоит в том, что постепенно эпистемическое оттесняется, не скажем что вытесняется, но сильно оттесняется эстетическим. Грубо говоря, вместо того чтобы думать, человек начинает любить образно представлять себе что-то, а не в понятиях. Ему нравится не думать, не мыслить так, как думали когда-то, когда не было условий для мышления образами. Были образы, но они другие были. Теперь есть научные образы, все стало проникать везде, в том числе доходить и до научной стези. Вот в чем дело! И это нужно осознать. Что реально происходит. Это не только на основе эмпирического материала можно показать. Люди не хотят об этом думать, ведь им проще так осваивать мир, чем безобразно работать с логическими отвлеченными понятиями. Хочется начертить. Все люди всегда чертили мелом, была такая меловая математика и физика. Но посмотрим на это более широко.

Мифы в современном мире

Мы все прекрасно понимаем, что происходит у нас в стране и что заведомо каждый из нас, независимо от желания, имеет какое-то определенное представление о мире. Сейчас мы не говорим о том, что идет извне, имеется ввиду то, что каждый мыслит САМ. Мы говорим о конкретном человеке теперь и здесь. Следует еще раз подчеркнуть, что сейчас такова обстановка в мире (в его идеологической, художественной и нравственной сферах), что ничего нельзя сказать человеку, чтобы он не пропустил это через себя. Мы слышим огромное количество мнений, но при этом каждый из нас «себе на уме». Мало ли кто что там болтает, у человека все равно будет собственное мнение на это. Почему? Потому что человек живет в конкретной обстановке и для него все определяется его средой, окружением, воспитанием, тем где он отучился, тем где он находиться сейчас и т.д. и т.п. так вот, если подойти с этой точки зрения, то каждый раз из человека работает мифология. Нет никаких абсолютно точно известных знаний об истории, даже о сегодняшнем дне. Есть статистика. Точнее даже не так: есть ложь, есть абсолютная ложь, а есть Статистика. Исходных данных нет. Если мы захотим получить исходные данные, то это нам не удастся. Они будут искажены, а это значит, что и все выкладки будут не те, не точные, приближенные. Как любят говорить: «В пределах погрешности». А это значит, что никакого вывода нет. Следовательно, возникает вопрос: Почему именно мифология? Потому что мы смешиваем все здесь: свое, что сказали, что где чего. То есть мы порождаем для себя маленький миф, новеллу и живем в этом мире. Тогда возникает вопрос пошире: Что думают в Университете, в стране, в мире? Мы начинаем строить какие-то картины мира. Конечно, мы считаем, что строим эти представления с научной точки зрения. Но если специалисты начинают скрести эту научность, то выясняется что все это в той или иной степени миф. На самом деле это ведь не мы сами говорим, а, например, президент или премьер-министр. На самом деле мы никак не можем определить истину, ведь мы ни прошлого не знаем по-настоящему, ни настоящего, ни, уж тем более, никто не берется предсказывать, что будет в будущем. По-настоящему! Вот, например, есть праздник 4-го ноября. Ну, конечно, что-то было в 1612 году. Все это исторически не обоснованно, но нужен праздник, нужен символ какой-то. Конечно, были еще некие политические соображения, дабы «уйти» от даты 7-го ноября, которая связана с определенным направлением мысли. Видимо нашему руководству не хотелось принимать данное направление мысли, либо хотелось, но в некоем измененном варианте. Это все другой вопрос, что это на самом деле было. Но это было нужно. В настоящем все то же самое, а про будущее даже говорить не стоит. Просто то, что вдруг наступил кризис, ведь все было хорошо. Это жизнь. Это самотворение. Саморазвитие мы можем предсказать. Что-то немножко изменилось, потом что-то еще изменится, потом мы сами можем вмешаться. Мы предлагаем какие-то идеи, новые технологии, как-то хитрим, заключаем новые договора. И вроде все идет прекрасно, прибыли растет, а потом раз и все летит чертям. А почему? Потому что есть какие-то другие силы. Теперь вот государство, например, вынужденно спасать ВАЗ. Хотелось бы спасти по-умному, не хочется просто вкладывать деньги. Можно предложить некоторые технологии. Но что такое Opel? Это технологии 30-40 летней давности. Сейчас все должно идти вперед и нам нужно разрабатывать что-то свое. А мы тут ничего не можем. Тогда мы начинам крутитьcя. Создавать какие-то мифы, касательно того, что мы что-то решили или решим, миф о том, что мы сами что-то меняем.

Аутентичная мифология

А почему этот миф называется аутентичным мифом? Почему стали пользоваться такими понятиями? Для того, чтобы отличить от мифов, которые были, скажем, в Древней Греции…где-то в прошлом. Мы ведь не верим в то, что некий бог может спуститься на землю, поговорить с человеком, выпить с ним вместе. Мы не верим в Кощея и Бабу-Ягу, хотя они, может и существуют. Все это мы считаем глупым и несуразным и называем мифом. Но при этом мы не считаем мифом то, как мы сейчас смотрим на мир. А вот это получило название - аутентичный - сегодняшний, соответствующий нынешнему состоянию, миф. Не надо считать, что мифология это плохо и что она не нужна. Массы людей не могут действовать без мифологии, без мифов и без символов. Если мы думаем, что все рассуждают по научному, то мы ошибаемся. Кто-то выдумал и говорил: «С точки зрения науки должен быть научный коммунизм!». Вот так научный коммунизм и строился и развалился. Сам по себе. Никто его не валил. Вот в чем проблема: внутреннее противоречие. А не лучше ли пропагандировать себя так будто все знаешь? Нет, лучше уметь знать меру в том и в другом. Вот в чем суть дела. А если мы работаем с такими мифами, то они нужны. Вот тот подъем, который был в России, когда свершилась революция. Революция – это не Октябрьский переворот, а то, что произошло потом. Пошло изменение в деревни, гражданская война, поднялись массы, что-то делали, свершали, индустриализация. Вот что такое революция, изменившая суть дел. И вот когда все это было, это было на энтузиазме. То есть люди действительно верили, что можно построить такое общество, в котором все равны. Общество, в котором от каждого по способностям и каждому по труду. Но, позже выяснилось, что выделяются слои номенклатуры, которые получают больше чем по труду, но не много по сравнению с тем, что могут сейчас получить и так далее. В таких случаях обыкновенный рядовой человек, разоренный, ничего не имеющий, он потихонечку перестанет у вас работать. Потому что он считает, что он работает, а достается все другим. Вот в чем проблема. И что же нам делать в такой ситуации? Нужна какая-то новая идея, какой-то миф, который бы объединил всех. Пусть будет понятно, что он не абсолютный, но какое-то единство должно быть. И к этому, кстати, призывают. Пытаются создать единый праздник. Правда, такие единые праздники устанавливаются веками, хотя бы десятилетиями. Ну, пока такой праздник не найден, но обязательно найдется, ведь это нужно. А если это нужно, то хотим мы или нет, то мы будем опираться на какие-то художественные и эстетические формы.

Возьмем к примеру церковь, религию, православие. Ведь она берет не только какой-то логикой (может, и логики никакой и нет), а верой. Или тризной, пышностью, ритуалом, силой какой-то притягательной проповеди. Многим, например, сейчас бросается в глаза отличие нынешнего патриарха от предыдущего. Предыдущий говорил словами из Евангелия, использовал какие-то проповеди, афоризмы и фразеологизмы из Библии. А сейчас, слушая Патриарха, мы услышим просто речь светского человека, который говорит, что нужно поднимать промышленность, что не надо воровать, что богатые отнимают у бедных. А ведь этого всего, между прочим, у Христа в Евангелие нет. Христос, он более глубоко смотрит. Он призывает нас прощать, если сложилась ситуация. Уметь жить в этом обществе. Совсем другие идеи. Предоставить себе свободу. Не ждать, что кто-то извне пошлет нам что-то, а самим все определять. Отсюда получается, что мы в своем художественном представлении стремимся куда-то к возвышенному, к эстетичности, к чему-то придуманному. Что это такое? А вот что-то такое прекрасное, что будет, выходящее за пределы современного мира. Тем не менее, логически обосновать и показать это не возможно. Мы хотим добра, красоты, прекрасного. Вот эту эстетичность мы и притягиваем к своей жизни. Пытаемся ее реализовать в отдельных каких-то моментах. Доводим до простых проблем своей обыденной жизни. И пытаемся что-то сознательно понять. А это уже типа учения или рассуждения о прекрасном. А это уже эстетика, сознательное, а не бессознательное художественное, тем более не предельная эстетичность. Но как же мы создаем этот образ? А никак. Вот так, из нашего маленького художественного мифа, мы выходим на художественность, то есть на искусство, на бессознательно. Ходим в музеи, что-то нам нравится, покупаем себе определенные вещи, носим определенные прически. И в каждом есть все в соответствии с его возможностями и представлениями. Одной из замеченных черт русскости в художественной литературе есть такой пример: русский, когда у него ничего нет, бедность, едет и продает что-нибудь. Но вместо того чтобы купить на вырученные деньги какую-то нужную вещь, он покупает красивую штуку, которая неизвестно зачем нужна. Если не могу я улучшить жизнь по частым, то куплю я люстру. Какую-нибудь шикарную хрустальную. Она у меня в деревне в избе будет назло всем светить. Если задуматься, то у каждого из нас в жизни были подобные случаи.

2. Саморазвитие эстетики. Пределы меры постоянного воспроизведения симулякров и эстетическая наука. Кажимости, видимости и фантастичности. Клиповость комического и комичность клиповости.

Саморазвитие эстетики.

Существует то, что называют наукой. Что значит «наука»? Значит сознательное. Мы начинаем рассматривать, как работать с этими мифами. Как оценить, на основе этих мифов, что думают другие, что нам делать и как можно повлиять на других. Но стоит какому-то образу возникнуть, он начинает сам развиваться, сам по себе. Появился какой-то образ, понравился какой-то артист, который играет какую-то роль. Вот, например роман «Три мушкетера», эта тема просто бесконечна. Фильм снимается в сотый, а то и в тысячный раз, все играют и играют без конца. Даже уже есть мультипликационные фильмы, в которых мыши с кошками изображают этих мушкетеров. То есть идет саморазвитие, оно было создано и пошло. Возникает целая проблема: Человек отвечает за то, что он делает? Выясняется, что нет. Вот создал писатель произведение, режиссер кино и оно пошло, причем совсем не обязательно, что в том направление, которое задумывал автор. Вот само пошло. И хотите или нет, но с этим приходится считаться. Вот покупаем мы какую-то вещь, например мобильный телефон, и мы уже вынуждены под него подстраиваться. Он начинает двигать нами, заставляет так жить, а не по-иному. Саморазвивается. И в этом мире мы и живем. Но тут все-таки есть возможность как-то предсказать, как же он тихонечко изменяется.

Пример саморазвития

Если мы что-то сделаем, все что угодно, потом обязательно начнется саморазвитие этого явления. Причем последнее будет противоречить задуманному. Вот, например, в отличие от всех других преподавателей философии, М.В. Желнов просит студентов записывать лекции на диктофон. Сама по себе идея какая? Приучить студентов к работе, как говорит ректор. Обязательным является так же и письменная работа. Студенты начинают это делать, их трудно «сдвинуть», некоторые отчаянно сопротивляются. Но в итоге большинство все делает и даже вовремя. Но, бывает что находятся и такие, которые решают что можно не ходить на лекции, попросить кого-то другого записать за него лекцию. Ведь зачем тратить свое время на прослушивание лекций, ведь все потом будет вывешено на сайте. То есть то, что задумывалось как положительный образовательный момент, может стать отрицательным. Все Саморазвивается как систематически, так и не систематически.

Саморазвитие образования

Эстетика не занимается теперь широкими какими-то проблемами. Она критикует этот фильм, этот кусочек, вырванный откуда-то. Сегодня рейтинг такой-то, а завтра рейтинг наоборот. Это, по сути, клиповостью называется. То есть кусочки. Только человек осваивает как вести себя в такой-то ситуации, а ситуация уже изменилась. Раньше мы ходили за книгами куда-то и что-то там искали, а теперь любую информацию можно получить из Интернета, причем с того же самого мобильника. Получается, что начинает все изменятся. Все экзамены, которые установлены у нас, были по средневековому немецкому и французскому стилю. То есть, даются лекции, семинары, потом сдается экзамен. То есть студент приходит, его спрашивают, он так что-то отвечает. Сейчас вся эта система просто выродилась. Теперь какой смысл? Ведь раньше не было всех этих электронных приспособлений. Теперь получается, что необходимо сажать студентов в какое-то вакуумное помещение, чтобы нельзя было извне послать сигнал, чтобы они не могли по наушникам что-то спросить. Но ведь так поступить преподаватель просто не может. Проблема университетов в том, что студенты не посещают лекций, ведь они и так все что нужно могут прочитать. Причем не посещают не только непрофильные предметы, но и основные лекции. Если сейчас пройтись по университету и заглянуть в аудитории, то мы не найдем ни одной забитой студентами. На важных лекциях будет сидеть от силы четверть курса. Это связано с тем, что экзамены превратились собственно не в экзамены, основные оценки четыре и пять. А ведь раньше, когда устанавливались нормы этих оценок, были не только двойки, но еще и колы. Перед принятием экзамена устанавливалась определенная норма по оценкам. Согласно ей четверть сдающих должна была получить пятерки, четверить – четверки, четверть – тройки и четверть – двойки. Вот тогда пятерка имеет смысл, она выделяет кого-то. Четверочка так, средне.

Клиповость комического и комичность клиповости.

Хорошее дело вроде ЕГЭ, но оказывается, что шестьдесят процентов поступивших не может решить простейшие математические задачи. Восемьдесят процентов первокурсников факультета журналистики не могут написать диктант без ошибок. Возникает вопрос что делать. Это очень яркий пример саморазвития. Задумано одно, а получается другое. И получается, что вроде есть, но если серьезно на все посмотреть, то это же смешно. То есть на каком-то этапе это становится комично. Получается комичность всего образования. Уже мы не говорим, что мы в первых рядах. Уже даже американцы берут каких-то китайцев и индусов вместо наших специалистов. Хотя наши студенты все еще могут поехать за границу, правда ничего уникального для них уже не найдется. Получается комичность многих ситуаций. С одной стороны серьезные люди сидят, преподают, а результат то комичный получается. Получаются у нас серьезные ученые, хороши ребята, все есть. Есть люди, которые серьезно учатся, но ведь есть еще и те, кому это особо не надо. Вырождается то, что задумано. А это называется воспроизведением симулякров. То есть вот таких псевдо дипломов, псевдо мнений, псевдо знаний, которые симулируют то, что человек специалист, ученый, физик. А на самом деле до той научности он недотягивает. Уровень Виталия Гинзбурга ему даже не светит. Туда надо еще карабкаться и карабкаться. А сколько выпускников выйдет на этот уровень, и главное как, это уже целая проблема. Поэтому мы имеем дело с кажимостью. Кажется что так, ну сдал, ну пришел, пишет, работает. Отсюда и такие формулы нашей обыденной жизни. «Им кажется, что я работаю, я мне кажется, что они мне что-то платят».

3. Самотворчество эстетического. Проблема меры. Соотношение «великого искусства» и «искусства сегодняшнего дня». Символичность драматичности и драматичность символичности.

Самотворчество эстетического

Давайте посмотрим дальше, во что вырождается упомянутый ранее уровень, к чему он идет. Самотворчество нашего эстетического, иногда говорят художественного. Человек начинает пытаться что-то исправить. Ведь попытка ЕГЭ – это попытка убрать коррупцию из университетов, исправить отличия между периферией и городом. Так сказать, что бы Ломоносовы не погибли там, на периферии, не имея возможности попасть в город. А результат то какой? Вот в чем дело. Все начинает изменяться. Сейчас за рубежом проблема, ведь все мозги у них покупные, а шестьдесят пять лет это возраст, в котором ученые в строгом порядке отправляются на пенсию. Правда, там пенсия 60-80% от зарплаты, так что материально эти ученые особо не теряют. Что получается? Куда этих людей деть? Они прожили там 20-30 лет, уехали давно. Это наши советские ученые, которые обладают опытом. У них там лаборатории, они там что-то делают. И вдруг их всего это лишают. А они живой материал. Их бы взять и сюда, они ведь и хотят приехать, но не могут. Ведь они же не станут работать за ту зарплату, за которую у нас все работают. Да они уже просто не могут жить так, у них другие привычки и возраст, и все прочее. И потом, им нужны деньги, ведь они привыкли работать на определенной аппаратуре, которой может и не быть у нас. И что же придумали? А придумали так: мы будем давать гранты. Пусть они живут там, а сюда будут приезжать на 3-4 месяца, на полгода. У нас здесь поработают и уедут. Как это получится пока не ясно.

Разве раньше могла быть такая мысль? Да никто и не думал, что может сложиться такая ситуация: и нужны и взять нельзя. Вот в чем проблема. Получается самотворчество. Человек одно сделал, а у него что-то новое появилось и он не может этим овладеть.

Проблема «великого искусства»

А у нас сейчас другая складывается проблема. Проблема так называемого великого искусства и, как мы называем, искусства сегодняшнего дня. Оно что, это великое искусство, в прошлом и никогда больше не возникнет и не повториться? Теперь мы вынужденные довольствоваться тем, что есть. Теперь вот авангард, новая архитектура. С одной стороны происходит самотворчество. Отрицается одно, возникает другое. Самым главным, нашим высшим достижением, видимо, станет постройка «кукурузы» в Петербурге – четырехсот метрового небоскреба. Аргумент тут какой? Была Эйфелева башня в Париже, все говорили, что это ерунда, а теперь вот прижилась. Значит и этот небоскреб приживется. Можно что угодно говорить. Как сочетать реальные проблемы? Одни говорят так, другие – наоборот. Вообще говоря, это уже проблема символов. Петербург – это символ чего-то, символ имперского, красоты, какой-то эпохи. Как без таких символов прошлого существовать? И если люди начинают его разрушать, то это драма. Драматично, что все новое разрушает старое и символическое. Найдется, конечно, какое-то решение, ведь вопрос строительства данного здания все еще обсуждается. Но обсуждаются о не логические понятия, не борьбу группировок внутри элиты. Мнения петербургских деятелей искусства разделились, кто-то выступает за строительство данного здания, кто-то категорически против. А ведь эти люди являются символом эстетического в нашей стране. И как это все воспринимать? Многие коренные петербуржцы конечно против. Ведь они родились в этом городе и хотели бы видеть его архитектурный ансамбль неизменным. Хотя находятся и те, кто имеет противоположное мнение. То есть это уже начинается самотворчество. Любое решение, которое будет принято, создаст условия для чего-то еще. Драматичность состоит в том, что проблемы могут быть решены, но только на каком-то определенном уровне. Ведь решение одной проблемы, непременно приведет к появлению кучи новых проблем.

Символичность драматичности

Давайте посмотрим дальше. Нельзя абсолютизировать. Каждая эпоха дает свой результат какого-то искусства, бессознательное выражение чего-то внутреннего. Невозможно так понять картины, скажем, голландской живописи, всей классической живописи, если человек внутренне не жил и не представляет что такое Библия. Не в смысле слышал, что говорят, а пережил все это на каких-то молитвах, на проповедях. Пережил ее на многолетнем чтении текстов и их трактовок, какие мифы были. Да, эти знаменитые картины есть теперь на любой рекламе. Взять, к примеру, знаменитую фреску Микеланджело «Как Бог создал человека». Эта знаменитая рука Бога, мощная могучая и такая слабая, протягивающаяся к нему рука Адама, которого он создал. Какие линии там художники находят, на каком уровне там что находится.… Но если это все просто «выдрать» и поместить на рекламу, то никакого впечатления эта произведение уже не будет производить. Так же и здесь, пусть оно не такое искусство, пусть оно будет просто дребезжание. Но тот, кто дребезжит, он же все-таки выражает свое что-то. Другое дело, вот сейчас какое-то увлечение Майклом Джексоном. Вот если посмотреть такие каналы как BBC или CNN, там же что-то невероятное твориться. То его называли мерзавцем и обвиняли во всем подряд, а теперь его показывают по все канал, причем и по нашему телевидению. Показывают его песни и знаменитую походку. Это все интересно, но что говорить о девицах которые сходят с ума, что просто визг стоит в аудиториях. И это происходит с огромными массами людей, целыми стадионами. Что это такое? Это явление и с этим надо считаться. Да, на определенном уровне, определенной молодежи нужно именно это. И что? Великое это или нет – не наше право сейчас судить. Сейчас это есть и больше тут ничего не скажешь.

Е

Драматичность символичности

сть какая-то мода, какие-то прически, какие-то аксессуары всякие, которые выставляются. Или вот сейчас идут старые постановки балетов Дягилева. Что мы можем там понять? Был такой лозунг «Искусство - народу». Ну, это хорошо, конечно, потому что все принадлежит народу. Но, тем не менее, чтобы понять и оценить надо что-то знать, чем-то заниматься. Почему именно в те года у нас возникло именно это и прозвучало на весь мир? Что у нас сейчас из этой сферы может проявиться? Чьи концерты? Есть высказывание знаменитого писателя, говорящее, что у нашего искусства есть только одно будущее – это его прошлое. Можем ли мы создать такую литературу, что она будет равнозначной с той, что была раньше или кто-то значительно позже признает ее равнозначной. Вот это существенные моменты нашего эстетического восприятия мира и его самотворчества. Вот он творит все время, сам. Вот человек сделает так, вынесет какое-то решение сделать кинофильм, а он получится не такой. Мы живем и спорить об этом бессмысленно. Это не надо сравнивать в таком примитивном виде, что там великое, а здесь нет. Как каждая эпоха отражается и влияет на состояние общества это уже проблема драматичности и символичности. Да, нам нужны такие символы. Они драматичны в том смысле, что сталкивается противоречие. Но драма еще не трагедия. То есть как-то в жизни решается, примиряется. Ну что поделать, или побеждает добро: все милиционеры живы, всех преступников поймали и расстреляли. Или все так и остается нерешенными. Была любовь, она любила, он любил. Но потом она уходит в эту сторону и удаляется вдаль, он уходит в эту сторону и удаляется вдаль и оглянуться или нет, не известно.

4. Самотворение эстетичности. Проблема меры трагичности постоянной трансформации безобразного в прекрасное и прекрасного в безобразное. Рациональность эстетичности и эстетичность рациональности.

Самотворение эстетичности


Речь пойдет о самотворении эстетичности, то есть крайности. То есть вот того, казалось бы, возвышенного идеала, а это всегда должно присутствовать. Наше представление о том, что такое где-то на пределе того, что нам бы хотелось, что бы нам хотелось выразить этим. Это и есть проблема. Такого творения, которое уничтожает все что было. То есть возникают трагедии. Трагедия это когда неразрешимо. Очень яркими примером этого является трагедия «Ромео и Джульетта». Вражду между кланами примирить смогла только смерть юных представителей этих семей. Трагедия возникает. А вот Джульетта, вышедшая замуж и родившая десяток детей – это уже совершенно другой смысл, который не вызывает никакого интереса.

Самотворение истории

Везде происходит творение. Что же будет с нами, с образованием? Что ждет нас в жизни? Нас ждет самотворение. Мы используем саморазвитие, образование, все, что происходит на стороне. Мы как-то устроимся и попытаемся устроить свою жизнь. Займемся самотворчеством. Например, после физики, можно еще закончить биологический факультет и вообще перейти туда. Можно вообще уйти в киноиндустрию или стать музыкантом. Со всем образованием что-то все равно произойдет. В таком противоречии как мы живем, так нельзя оставаться. Потому что, как у нас говорят «не хотим мы никаких резких движений революции, а хотим эволюции. Хотим, чтобы все было медленно и спокойно». Но это невозможно. Не надо называть это революцией. Можно назвать это самотворением того, чего никто не ожидал. Развалился у нас Советский Союз, а, ведь, сколько было возможностей. Не было бы ГКЧП, не известно что бы было. Не вошли бы в Чехословакию, раньше всех бы потеряли все эти страны, но, может быть, сохранили бы Советский Союз. То есть история творит сама.

Рациональность эстетичности

То, что считается сейчас безобразным, будет прекрасным, то, что считается прекрасным, станет безобразным. Вот в чем дело. Вот какие интересные продукты самотворения происходят в искусстве, в рациональности. Появляется эстетичность. Мы хотим сделать ее рациональной, чтобы она была так, как положено. Эстетики этим занимаются, все на это направлено. Вот пусть в этих рамках будут наши эстетические представления. Представления о возможном, об эстетичности, как о самом прекрасном идеале, к которому мы стремимся. Но, мы хотим сделать его рациональным. Но получается, что рациональность подавляется эстетичностью. Она теряет свои качества.

Эстетичность рациональности

Мы входим в эстетику. Мы на разном уровне пытаемся представить ее себе. Сама наука, сама рациональность требует воображения. Это ведь слова Эйнштейна, не знания определяют науку и то, как она будет развиваться, а воображение. Суть его открытий в этом и состоит. Другие этого не могли вообразить. Были другие основания, а Эйнштейн взял и перевернул все. Вот вообразил, и получилась Специальная теория относительности. Получается, что человек не может жить в стационарности, даже красоты, даже всех творческих проблем. Он всегда нацелен на преодоление, на прекрасное. А прекрасное у него, как у человека, это выход за пределы того, что есть. А это есть трагичность. Это связано с его гибелью. Он вынужден рисковать, иначе у него не получится взгляд на мир. Он – человек. Он взял камень и начал уничтожать природу. Он нагадил так, что сам в этом задыхается. И он еще будет это делать, не может отказаться от этого, иначе он перестанет быть человеком. Поэтому всегда получается, что человек что-то делает, потому ему это возвращается, но не так как хотелось бы. Тогда он начинает это все переделывать, все пошло-пошло. Его рациональность становится другой. Теперь он должен оценить не только что ему хочется, а еще и то, что получится. Он, наконец, дошел до того, что не все можно делать на этом свете. А ведь это все приходит через эстетику. Дышать нечем, глядеть не на что, туман, смог. Мы, конечно, считаем, что это капельки воды, но, на самом деле, это все ужасная грязь.

5. Субъективно-объективная художественность как мера объективно-субъективной актуализации ситуации времени. Эстетичность научности и научность эстетичности.

Субъективно-объективная художественность

Субъективно-объективная художественность, в которой мы живем и пользуемся. Нам кажется, что она наша, субъективно нет. Она укорена в чем-то объективном. Каково время. Оно идет оно у нас, в Росси одно, в Германии другое, где-то третье, четвертое. Есть общие какие-то представления о времени, что-то мировое. Но мы живем здесь и ситуация такая. И мы с одной стороны не можем опуститься ниже уровня своих художественных представлений. Нам смешно как играют всякие эскимосы на своих каких-то примитивных инструментах, но у них тоже своя культура. Вот такой уровень нашей эстетичности.

Эстетичность научности

А в конце хочется подчеркнуть самое главное, ведь мы все-таки как-то имеем дело к науке, необходимо все сравнить с научностью. Но и на научность наступает эта эстетичность. Нет теперь научности чистой. Тот же Эйнштейн играл на скрипке, Планк был настройщиком музыкальных инструментов. То есть, все более-менее известные ученые никогда не были узкими специалистами. Иначе не хватит воображения. Ведь сначала мы создаем метафору, какой-то образ, а потом это все уже понятийно обосновывается. Это с одной стороны. А с другой – сейчас нет эстетичности, которая не включала бы в себя научности. Ну, как можно жить в какой-то сфере прекрасного образа, не представляя, что люди общаются друг с другом при помощи мобильных телефонов и компьютеров. Сейчас все швыряются научными понятиями, не задумываясь о том, что это значит. А это все тоже очень важно. Поэтому никак нельзя оторвать одно от другого. Одно тянет за собой другое.

Концептуальная обработка лекции

Лекция № 25 (2009)

Эстетика, эстетическое и эстетичность. Философствования по независимым отдельным проблемам, причудливо вышедшим на первый план в 21 веке на 09 ноября 2009 года в аудитории 5-19 на Физическом факультете.

Краткие итоги логической последовательности лекции (от конца к началу).

В конце лекции мы пришли к выводу, что сейчас не существует науки в чистом виде. Она, так или иначе, связана с эстетичностью и последняя накладывает свой неизгладимый отпечаток. Причем, мы не можем опуститься ниже уровня своей эстетичности не только в науке, но и в жизни. Эстетичность влияет на рациональность нашего мышления и поступков. Мы относимся к ней, как к самому прекрасному идеалу, который мы только можем представить.

Помимо этого мы узнали что везде происходит творение. Но не просто творение, а САМОтворение. То есть, чтобы мы не начинали и как бы не задумывали это сделать, итог все равно будет отличаться от предполагаемого. Каждое наше начинание будет развиваться без нашего ведома, оно будет заниматься самотворением. Любая революция – это яркий пример самотворения того, чего никто не ожидал. Последнее свойственно не только для истории и нашей жизни, оно наблюдается повсюду, в том числе в искусстве и религии.

Именно по этой причине нами была затронута проблема символичности и драматичности. Мы сравнили то, что считалось велики раньше и то, что считается великими теперь. Попытали предположить, появится ли в нашем искусстве такие произведения, которые назовут великими через десятки лет. Но, в итоге, мы пришли к выводу, что не нам решать что великое, а что нет. Каждая эпоха не только отражает состояние общества, но и влияет на него. Именно поэтому, чтобы по-настоящему оценить все величие художников, композиторов и прочих деятелей искусства прошлых столетий, нужно как минимум очень многое знать о той эпохе, в которой они жили и творили. Но даже этого будет недостаточно. Только человек, живший в этой эпохе, сможет по настоящему понять и прочувствовать то, что хотел сказать автор того или иного произведения искусства. То есть, мы пришли к выводу, что каждая эпоха дает свой результат какого-то искусства, бессознательное выражение чего-то внутреннего.

Перед этими нами был рассмотрен вопрос самотворчества эстетического. Мы пришли к выводу, что всякому человеку свойственно самотворчество. То есть, каждый из нас, видя что его задумка развивается не так, как предполагалось и хотелось бы, пытается что-то сделать чтобы исправить это. В качестве примера самотворчества мы рассмотрели проблемы образования и науки в нашей стране. На основании этих примеров был сделан вывод, что любое решение, которое будет принято, при решении той или иной проблемы, создаст условия для чего-то еще. Драматичность состоит в том, что проблемы могут быть решены, но только на каком-то определенном уровне. Ведь решение одной проблемы, непременно приведет к появлению кучи новых проблем.

Саморазвитие мы можем предсказать. Что-то немножко изменилось, потом что-то еще изменится, потом мы сами можем вмешаться. Мы предлагаем какие-то идеи, новые технологии, как-то хитрим, заключаем новые договора. И вроде все идет прекрасно, прибыли растет, а потом раз и все летит чертям. А почему? Потому что есть какие-то другие силы.

Так же мы рассмотрели идею аутентичного мифа и прояснили, почему именно используется название «аутентичный». Нашу жизнь окружают мифы. Массы людей не могут действовать без мифологии, без мифов и без символов. Если мы думаем, что все рассуждают по научному, то мы ошибаемся. Это хорошо подтверждается на примере идеи коммунизма. Ведь люди реально верили, что возможно такое общество, в котором все будет равны. Общество, в котором можно трудить по своим способностям и получать по труду. Но чуть позже миф развеялся и оказалось, что не все получают столько, сколько заслуживают. Люди стали считать, что они работают, а достается все другим.

Коммунизм – это только один из немногих существовавших мифов, но он относится к числу развеянных. А ведь есть еще и не развеянные, прочно укоренившиеся в умах населения. Вот например, праздник 4-ое ноября. Это тоже своего рода миф, придуманные для единения народа. Правда, мы пришли к выводу, что такие единые праздники устанавливаются веками, хотя бы десятилетиями. Ну, пока такой праздник не найден, но обязательно найдется, ведь это нужно. А если это нужно, то хотим мы или нет, то мы будем опираться на какие-то художественные и эстетические формы.

Эти наши рассуждения основывались на том, что человек живет в конкретной обстановке и для него все определяется его средой, окружением, воспитанием, тем где он учился, тем где он находиться сейчас и т.д. и т.п. То есть каждый раз из человека работает мифология. Нет никаких абсолютно точно известных знаний об истории, даже о сегодняшнем дне. Есть статистика. Исходных данных нет. Если мы захотим получить исходные данные, то это нам не удастся. Они будут искажены, а это значит, что и все выкладки будут не те, не точные, приближенные. У человека всегда будет собственное мнение на все, мнение, пропущенное через себя. Следует еще раз подчеркнуть, что сейчас такова обстановка в мире (в его идеологической, художественной и нравственной сферах), что ничего нельзя сказать человеку, чтобы он не пропустил это через себя.

А эти рассуждения подводят нас к первым мыслям данной лекции: саморазвитие, самотворчество и самотвориние, могут быть восприняты только в единстве. Не может быть ни эстетики без соприкосновения с эстетичностью и эстетическим. Не может быть ни эстетичности без эстетического и эстетики. И именно поэтому каждое понятие должно «знать свое место», но, тем не менее, всегда «вылезать к соседям» и там всегда присутствовать. Поэтому когда мы обсуждаем что-то одно, это совершенно не значит, что нет других моментов.

1. Мифы в современном мире.

Современная наука видит в мифах не плод фантазии или интеллектуальную схему, но акцентирует их действенную природу и ценностный характер. Касаясь проблемы так называемого мифологического мышления, можно с полной определенностью утверждать: для того, чтобы впасть в мифологию, совершенно не обязательно обладать каким-то особым типом мышления. Мифология коренится не в сознании человека, а в его отношении к миру, в системе ценностей, в механизмах социальной регуляции поведения, формах и способах мировидения. Носителями политических мифов вполне могут быть и современные образованные люди.

Говоря о месте мифа в культурной традиции и о психологии мифа, мы прежде всего должны определить, что нас интересуют не сами мифы как определенные представления, верования или повествовательные тексты, но то, как мифы воплощаются в ритуальных практиках, религиозных или морально-этических системах либо повседневных регламентациях поведения. Надо отчетливо понимать, что миф для носителя традиции и миф для постороннего наблюдателя (в частности, и для ученого исследователя) - это две принципиальные разные вещи. И для постижения психологии мифа важно не столько то, что представляет собой сам миф, сколько то, чем он является для носителя традиции. Своеобразный конфликт внешнего и внутреннего восприятия мифа обусловлен тем, что сторонний наблюдатель видит несоответствие мифа реальности, носитель же традиции не сравнивает миф с реальностью, а стремится воплотить его в ней; миф для него более важен и обладает большей ценностью, чем реальность. Последней еще предстоит уподобиться мифу; она еще просто недостаточно совершенна для этого. В пределе миф упраздняет реальность и создает на ее место новую, куда более совершенную и привлекательную. Для носителя традиции миф является также объектом веры, и как таковой не нуждается в верификации; скорее, наоборот, миф всячески оберегается от тех явлений действительности, которые могли бы посеять в нем сомнение. Мифологический объект выше критики, выше всего, что окружает человека в повседневной жизни, и в то же время он придает ей смысл и приобщает к сакральным ценностям. Таким мифологическим объектом в архаическом обществе могут быть сверхъестественные существа, духи умерших предков, позднее - Бог с окружающими его небесными силами. В политической мифологии ХХ в. это вожди, лидеры наций, а также такие собирательные образы, как Родина, партия, народ.

Мифология требует, чтобы в нее верили безоговорочно, просто принимали ее как должное, без рассуждений. Для мифологических образов и символов характерна высокая степень эмоциональной насыщенности. Они вызывают у человека не размышления, а смешанное чувство любви и страха, обожания и ужаса. Характерные примеры таких мифологических символов - это образы вождей (например, Сталина или Гитлера), образ Родины-матери, знамя воинской части. Человек мечтает о том, чтобы хотя бы издали, хоть на мгновение прикоснуться взглядом к вождю; он видит смысл своего существования в том, чтобы сохранять свою кровную связь с Родиной; он готов пожертвовать жизнью, чтобы вынести знамя с поля боя. Политическая мифология не отражает реальность и не стремится ее объяснить; она призвана управлять коллективным сознанием и поведением человеческих масс. В условиях тоталитарного государства мифология стремится не только заместить собой реальность, но и физически ее уничтожить.

Так, например, революция, совершенная именем народа, привела к массовому уничтожению того самого народа, во имя которого она якобы совершалась. Отметим попутно, что столь милая К. Марксу идея революционного преобразования мира несет в себе глубокий мифологический потенциал. Политическая мифология должна быть проста и понятна, она оперирует не отвлеченными представлениями, а доходчивыми, визуально представимыми образами ("враг", "товарищ" и др.). Вообще она апеллирует не столько к разуму человека, сколько к его чувствам и эмоциям, к его личному психологическому опыту (не случайно так значимы в политической мифологии образы отца, матери, брата, сына). Она мало проницаема для опыта и для критики извне. Напротив, именно стойкая убежденность, готовность умереть за свои идеалы считаются наивысшим подвигом и достоинством.

Политическая мифология становится важнейшим средством консолидации общества и противопоставления "своих" и "чужих". Она дает человеку силы преодолевать житейские трудности и надежду на то, что все его лишения окупит счастливое будущее всего человечества. В этом отношении политический миф глубоко дегуманизирован; он внушает человеку мысль о том, что его индивидуальная жизнь ничтожна по сравнению с теми задачами, которые стоят перед партией и государством. Наиболее благоприятны для политической мифологии эпохи тоталитарного правления. Тоталитаризм превращает свою идеологию в своеобразную мифологию, поскольку приписывает ей абсолютную истинность, считая любые другие взгляды в лучшем случае ложными, а в худшем - враждебными. Такое отношение распространяется и на науку, которая призвана подтвердить на конкретном материале справедливость данной идеологии и ложный характер любого другого взгляда на вещи. Государство утверждает свою идеологию с помощью репрессий и распространяет ее посредством внешней агрессии, вмешательства в дела других государств. Закономерно формируется образ своего государства как осажденной крепости, со всех сторон окруженной врагами. При этом и внутренние проблемы объясняются происками внешнего врага, а несогласные объявляются шпионами иноземных держав. Своему же государству придается мессианское значение. Считается, что это не просто одно из существующих государств, но самое лучшее и передовое; оно представляет собой образец для других государств и народов; это воплотившаяся мечта всего человечества.

2. Проблемы современного высшего образования в России.

На протяжении последних 10-15 лет российское государство и общество переживают сложный и неоднозначный период реформирования всех сфер жизнедеятельности. Очевидно, что конечная цель этих реформ - ускоренная модернизация, прорыв в социально-экономическое и политическое благополучие, создание сильного, стабильного государства, формирование процветающего, устойчиво развивающегося общества.

Успешность решения указанной проблемы в первую очередь определяется средствами образования, как отраслью выявляющей, развивающей интеллектуальный потенциал нации, обеспечивающей углубление демократизации общества.

Сегодня конкурентоспособность страны в меньшей степени определяется наличием природных ресурсов. На первый план выступает “человеческий фактор”, способность создавать и осваивать сложнейшие наукоемкие технологии, обеспечивать принципиально новый технологический уровень производства, адаптироваться к условиям новой информационной среды. Это возможно только при наличии тотальной грамотности, высокого интеллектуального уровня общества, а также при условии результативной государственной политики в области образования.

В первую очередь, это утверждение верно для системы профессионального, высшего образования. Российскому государству необходима четко функционирующая система подготовки высокоинтеллектуальных специалистов, которые будут способны эффективно работать в высокотехнологичном производстве XXI века.

Новое время выдвигает новые требования к образованию, в том числе такие, как создание условий для массового профессионального образования при сохранении элитарного высшего образования, основанного на принципах отбора абитуриентов, а также предоставление возможности гражданам в любом возрасте, в любое время, в любом месте независимо от социального статуса получать любое необходимое качественное образование. Таким образом, система высшего образования, при переходе к устойчивому развитию общества, должна существенно отличаться от традиционной.

Вместе с тем, крайне важно сохранить все лучшее, что было достигнуто в отечественной системе высшего образования за прошедший период её развития.

Одной из причин кризиса университетского образования многими исследователями называется технократическое, то есть узконаправленное мышление специалистов, которое культивируется в процессе существующей образовательной практики, когда студентов учат быстро и эффективно решать специальные задачи без учета социальных или экологических последствий этих решений. Кроме того, в самом процессе обучения процветает пустая болтовня, и она подменяет подлинную науку. Если в ближайшем будущем положение дел не изменится, российскую систему образования ждет участь полуграмотной Америки.

Американизация общества, которую мы наблюдаем в большинстве стран, может привести и в России к уничтожению науки и культуры современного человечества. Угроза наступления века невежества представляется совершенно реальной. Начинают торжествовать бюрократия и администрация, уничтожающие образование, науку и культуру в целом.

Подлинное образование предполагает сознание своей включенности в судьбу своего народа, и оно неотделимо от сострадательности и заботы о нем. Когда эта забота о подлинном образовании исчезает, тогда его место занимает полуобразованность, отвергающая творческое мышление и ведущая к утрате самого государственного начала. Отсюда повсеместное преступное равнодушие власть имущих с их «профессионализмом» в делах личной выгоды к нуждам своего народа; прогрессирующее развитие некомпетентности на различных уровнях нынешней власти, которая с завидным упорством игнорирует разрушительные процессы, происходящие в стране. Полуобразованность и бегство от мысли — таковы ныне характеристики «массового» человека, которому больше не нужна ни совесть, ни здравый самоотчет. Преступность и коррупция — плоды не просто безумной приватизации богатейшей страны по Чубайсу, а естественное следствие изначально абсурдных реформ сверху. За что бы ни взялось государство, радея об интересах народа, оно, одержимое своей инициативой и фантастическими проектами, стремлениями ко всякому перспективному и жизнеспособному начинанию, вызывает отчуждение у людей.

В преступной неряшливости весь корень зла. Поэтому любые реформы политико-экономического характера, включая реформы университетов, имеют преимущественно деструктивный характер. Если все оказывается бесформенным, тогда само человеческое существо становится сугубо массовым, а его душевный строй как возможность самому себе не лгать разрушается.

Студенчество как специфическая социальная группа, имеющая свою политическую волю в системе сложившихся властных отношений, ныне деградирует. Этот слой гражданского общества нуждается в государственных программах поддержки и без этой поддержки в принципе существовать не может. Широкая коммерсализация сферы государственного образования оборачивается сокращением и разрушением этой важнейшей социальной группы, в «недрах» которой медленно и скрупулезно вырабатывается «человеческий фактор», «человек как таковой».

3. Проблемы современного искусства.

Современное искусство в основном представляет собой сгусток страстей и разврата. Оно постоянно держит человека в состоянии нервного возбуждения и напряжения. И если духовное чувство никогда не пресыщает и никогда не становится привычным для человека, то душевное страстное чувство постоянно нуждается в разнообразии. Такое искусство нуждается в непрерывном поиске новых ощущений, которые превращают человека в сосуд страстей. Сладострастник не удовлетворяется простой пищей: его изощренный и извращенный вкус всегда требует того, что у нормального человека вызывает отвращение. Поэтому современное искусство превращается в лавку с широким ассортиментом всех отбросов, черпая свое вдохновение из двух источников: убийств и секса.

В древности искусство было религиозным — символическим языком духа. Первой секуляризацией культа была античная трагедия, которая уже в своей ранней стадии имела мифологический богослужебный характер. Трагедия была ложной дешифровкой материализованного культа. Очищение души — как соприкосновение с духовным миром — было заменено сопереживанием и эмоциональным душевным состоянием. И победа добродетели через обязательное убийство человека становится сюжетом, как древних, так и современных трагедий.

Церковное пение, как музыка человеческого голоса, трансформирует молитвенные чувства в мелодии — условно и символично. Каноны этой музыки создали тот фильтр, который очищает ее от налета страстей. Для того, чтобы понимать ее, требуется предварительная подготовка. Она может показаться, на первый взгляд, несколько однообразной для новоначального человека, может быть, ищущего в музыке наслаждения и восторга. Но покаянное чувство и молитва открывают ищущей душе всю полноту удивительной красоты церковных песнопений. Многие направления современной музыки представляют собой трансформацию страстей в ритмы и мелодии. Порой страстность музыки может достигать и утонченных, кажущихся благородными форм, но она все же принадлежит области человеческих эмоций и не может быть надмирной. Музыка, являясь непосредственным и интимным видом искусства, глубоко захватывает душу человека, где и кроется опасность включения души в область страстных мечтаний, доводящих до поклонения сатане. Так, начало порогу в музыке, ведущему к сатанинскому культу, было положено группой «Битлз», когда они выпустили в 1968 году свой «Дьявольский белый альбом». Музыка вроде рок-н-ролла, особенно в стиле «тяжелого металла», приводит людей в состояние буйности, ажиотажа, злобы и к психическим расстройствам.

Реализм, воспроизводящий одну материальную действительность - не искусство, а только механическая, фальшивая, причем односторонняя копировка внешнего облика жизни. Наказание за односторонность художественного материализма — недосягаемость для него вдохновенного высшего творчества.

Если живопись бессильна передать бытие духовного мира, то современный абстракционизм смог заглянуть в бездны ада и человеческого подсознания. Он отразил процесс распада человеческой личности превращение человека в конструкцию. Он пишет иллюстрации к рок и поп-музыке, изображая демонический мир в эпилептических припадках.

С древнейших времен сохранились записи историков, которые говорят о трудолюбии, гостеприимности и справедливости наших предков. Русское национальное сознание - плод творческой жизни многих поколений, обусловлено Божественным промыслом и исторической судьбой. Россия — это живой, исторически выросший и культурно оправдавшийся организм, не подлежащий расчленению, основанный на единстве языка, духовности и культуры. В отличие от европейских государств, имевших колонии, величие русской цивилизации заключалось в том, что она не полагалась на насилие, и все народы имели одинаковые права с коренным населением. Русский народ также приютил и множество переселенцев из дальних стран, историческая родина которых была, например, в Индии, Палестине или в Европе. Так, например, евреи в силу объективных исторических причин стали народом рассеяния и чаще всего они остаются равнодушными или враждебными по отношению к русской традиционной религии и ее культуре. Как известно, большинство из евреев, по убеждению являясь космополитами, работают в области культуры и искусства, теперь можно понять, почему многие из них проповедуют только общечеловеческие ценности и культуру. Так же обстоят дела в области образования и воспитания. Если великий русский народ по своей неземной любви предоставляет естественное право каждому народу хранить и преумножать свою национальную культуру, то должны ли мы спрашивать или дискутировать о своем праве? Ведь мы живем на своей исторической родине.

По своему геополитическому признаку Россия является евразийским государством, но это не означает смешение в одном котле всех культур, в том числе и азиатских. Великий русский народ и назывался «великим» благодаря именно тому, что оставлял право каждой народности самобытно сохранять свою национальную культуру. Все народности, населяющие нашу необъятную родину, не испытывали на себе чванливого и надменного отношения со стороны коренного православного русского народа, миропонимание которого всегда оставалось как преображение земной жизни через преодоление греховной природы и совершенствование души. Русская культура — плод многовековой творческой жизни народа и является бесценным вкладом в общемировую культуру. Произведения архитектуры, живописи, литературы, музыки по праву являются предметом национальной гордости. Отсюда следует, что патриотизм — это важнейшая сторона общественной и личной культуры духа, когда народ ставит перед собой возвышенные и сверхличные цели и задачи.

4. Связь воображения с чувственным и рациональным познанием

Воображение выступает необходимой формой связи чувственного и рационального, мысленным постижением сущности объекта и его чувственной реконструкции. Чувственное и рациональное в познании находятся в неразрывном единстве. Познание движется от чувственного к рациональному, абстрактному мышлению. При этом чувственное познание рассматривается как первая, исходная ступень, а мышление - как высший уровень знания.

Чувственное, хотя и осмысленно, представляет собой ступень познания, отличную от логического знания. Осмысленность чувственного опыта - условие формирования новых знаний. Влияние логического знания на чувственность часто имеет своим результатом образование воображения, которое выступает, как деятельность, созидающая понятия. Мышление же является своеобразной программой, определяющей течение процессов воображения. Воображение характеризуется как процесс преобразования образа в наглядном плане.

В отличие от расчлененности логического мышления воображение обладает динамической и синтетической структурой, причем дедукция выступает как непосредственное осмысление, воссоздание целого. Всякое общее понятие как бы “отходит” от действительности благодаря своей абстрактности, чтобы глубже ее отразить. И в этом “отлете” мышления от непосредственной данности объекта, в подготовлении понятий воображение играет существенную роль.

Воображение в процессе образования понятия сохраняет свою специфику, то есть созданные воображением продукты являются ни чем иным, как переработкой отраженных реальных отношений: оно выступает в качестве дополнительного фактора в процессе образования понятий, адекватных объекту. В то же время это есть создание нового единства, новой связи, новой целостности. Воображение дает возможность “видения” этого целого, общей картины явления до того, как оно будет представлено в частностях. Следовательно, в воображении способность усматривать целое раньше его частей формирует программу дальнейшего мысленного анализа. Своеобразность составляет и экономность воображения, так как его образы никогда не копируют объекта в целом, а фиксируют лишь отдельные характерные детали, но эти детали сохраняют значимость и смысл целого. Достаточно часто оно выступает в качестве догадки, связывающего звена, охватывающего и соединяющего различные компоненты опыта в стройную, целостную картину.

В ходе практической деятельности субъект одинаково опирается как на данные чувственного опыта, так и на мышление, которые теснейшим образом переплетаются. Практика опосредует переход как от чувственного к рациональному, так и от логического знания к чувственному опыту. Продукты воображения - наглядные образы - вербализуются, приобретая смысловое значение.

Обобщенность, присущая воображению, дает возможность субъекту строить гипотезы, теории. Называя те или иные объекты, с которыми субъект взаимодействует, человек тем самым “одевает” чувственный опыт в своеобразный “каркас” логических понятий. Такой опыт выступает не просто как собрание не связанных друг с другом элементов качеств, свойств, а как внутреннее согласованное единство. В ходе предметно-практической деятельности субъект имеет дело с объектами, отношениями, которые раньше в его чувственном опыте не присутствовали (например, обнаруживание новых растений, минералов). Чувственный опыт должен стать коммуникабельным, то есть приобрести общественно значимый характер, чтобы он мог быть использован в деятельности многих людей и как фактор практики и как условие познания. Роль воображения в такого рода ситуация можно оценить следующим образом. Воображение соотносит новый чувственный опыт с уже имеющимся у человека опытом. Так, встречаясь с останками ископаемых животных и получая определенные чувственные впечатления, человек пытается установить связь этих впечатлений с имеющимися у него представлениями известных ему животных. Наглядное соотнесение актуального чувственного впечатления, зафиксировавшего останки животного с имеющимся ранее опытом, выступает проявлением деятельности воображения. В данном случае обнаружившаяся связь составляет творческое новообразование.

Воображение, соотнося новый и старый чувственный опыт, как бы извлекает из глубин памяти и соответствующие категории, понятия. Старый чувственный опыт субъекта осмыслен, связан с определенными понятиями. Поэтому при сопоставлении его с новыми чувственными данными мы совершаем определенные попытки включить мышление в его переработку. Это не всегда приносит положительные результаты. Соотношение нового и старого опыта может оказаться неудачным, если между ними нет внутренней связи. И так до тех пор, пока не удастся приложить к новому опыту определенный категориальный аппарат.

Ценностная значимость воображения обнаруживается здесь в том, что оно как бы “вплетается”, органически входит в познавательный процесс, заполняя его пробелы. Посредством догадки, а также перекомбинацией элементов, свободной игры ассоциаций оно способствует формированию новых образов, создает целостную картину знания.

Сказанное о воображении характеризует его как фактор, определяющий общественную природу человеческого знания и, в частности, чувственного опыта. Само воображение сформировалось в результате общественного развития человека, его социальная форма познания. Наглядные образы обеспечивают постоянную связь мышления с конкретными ситуациями, с предметами изменяющейся действительности. Эти образы обогащают процессы мышления многими ценными деталями, утраченными в абстрактных понятиях, и часто наталкивают мысль на решение проблемы, задачи, потому что иногда бывает достаточно по-новому соотнести наглядные данные, переосмыслить проблемную ситуацию, чтобы найти искомое. В силу того воображение позволяет субъекту опираться на общечеловеческий опыт, отражая объект с позиции общего и всеобщего.

“Воображение - это специфически человеческая способность. Это свойство в его социальной функции, среди других способностей, обеспечивающих общественно-человеческую жизнедеятельность. Функция эта заключается в том, что она обеспечивает человеку возможность правильно соотносить общие, выраженные в понятиях знания с реальными ситуациями, которые всегда индивидуальны”.[6]

“Вплетаясь” во все формы познавательного процесса, выступая компонентом восприятий, представлений, мышления, воображение, однако, имеет относительно самостоятельное значение. При его активном участии происходит выявление сущности объектов. Образы воображения осмыслены, в них осуществляется как бы “вторичная” чувственная реконструкция, основанная на знании субъектом части объекта. Развитие воображения здесь зависит от объема знаний, а также от интеллектуальных способностей субъекта.

Благодаря связи с мышлением, воображение характеризуется как творческий акт. Имеющаяся у субъекта информация (знания) способствует формированию новых образов, реконструированных из чувственного опыта и мышления. В этих процедурах действие воображения постоянно возобновляется. Причем отсутствие или недостаток познавательной информации способствует постановке целей и задач для воображения.

Роль и место воображения неодинаковы, оно по-разному функционирует в творческих актах, активно выступая в одних процессах или скрыто проявляя себя в других.

В самом общем смысле воображение есть способность субъекта создавать наглядные образы (частично или полностью) невоспринимающихся явлений при ведущей роли мышления, которые служат наглядным средством выражения мышления и тем самым его конкретизации и развития.

Процессы воображения в той или иной форме “проникают” во все виды деятельности человека, выполняя различные функции. Важнейшей из них является познавательная и связанная с ней эвристическая, имеющая большое значение в творческом поиске. Воображение осуществляет также прогностическую и планирующую роли, способствуя выработке целей, предваряя, предвосхищая результаты деятельности. Оно выступает и как организатор творческого поиска. Воображение помогает ориентироваться в исходном материале. Оно осуществляет и функцию определенного контроля, корректирует деятельность, способствуя адекватному отражению действительности.

Воображение необходимо включает в себя элемент “рассогласования” с объектом. Но это совсем не значит, что образы воображения не имеют никакого отношения к действительности. Эвристический образ “неадекватен” лишь при метафизическом понимании действительности, как не содержащей противоречий и возможностей превращения в “свое иное”. Образы воображения отражают возможности, существующие в действительности, и реализуются в процессе их преобразования.

5. Связь эстетики с другими наукам.

Надо иметь в виду, что в эстетической проблематике важное место отводится вопросам методологии эстетического познания и деятельности, а также связям и взаимодействию эстетики с другими духовными ценностями человека.

Связь эстетики с философией, ее философскую природу «выдает» и сам категориальный аппарат эстетической науки, в котором широко используются такие философские категории как «объективное» и «субъективное», «содержание» и «форма», «прогресс» и «регресс» и ряд других категорий.

Конечно, не следует, в буквальном смысле отождествлять эстетику с философией. И та, и другая сферы духовной жизни человека сохраняют свою специфику. Речь идет лишь о таком взаимодействии их, которое формирует определенный способ как философского, так и эстетического мироощущения. Философия, в частности, «вооружает» эстетику системным подходом, помогает рассматривать эстетические объекты, как определенную целостность, обладающую теми или иными специфически эстетическими особенностями.

В свою очередь, эстетика помогает философии формировать универсальное представление о человеке, его возможностях, раскрывает внутреннюю гармонию мира человека, указывает на творческий характер всех сторон его жизнедеятельности, возможности их преобразования по законам красоты. В эстетике активно используются разнообразные философские и общенаучные методы.

Одна из важнейших особенностей эстетики состоит в ее связи с теорией и практикой развития мировой художественной культуры, которая представляет собой мощный источник, питающий эстетику как идеями, мыслями, так и важнейшим конкретным материалом для анализа различных аспектов духовной деятельности человека. Эстетика при этом стремится выявить и исследовать общие закономерности художественного творчества, развития искусства как некоего духовного целого, устанавливает его связи с жизнью, социальной и личной практикой людей, выявляет саму специфику художественной деятельности, понять которую крайне затруднительно, оставаясь в пределах какого-либо одного из видов искусства.

Весьма тесной является связь эстетики с психологией, которая исследует и раскрывает механизмы возникновения, функционирования, трансформации эмоций, в том числе и эстетических, лежащих в основе постижения человеком красоты. Роль психологии в исследовании этой проблематики столь значительна, что некоторые ученые едва ли не отождествляют эти две науки, во всяком случае, готовы истолковать психологию в той ее части, которая связана с эстетическим, как экспериментальную эстетику. В основе подобного убеждения лежит мысль о том, что наслаждение красотой — коммуникативный процесс.

Отказываясь от крайностей такого сопоставления этих наук, следует признать, что их взаимодействие действительно чрезвычайно плодотворно для обеих сторон. Это взаимодействие эффективно реализуется в вопросах исследования психологии творческого процесса создания художественных ценностей, анализа самих произведений искусства, процесса их эстетического восприятия реципиентом (зрителем, слушателем, читателем).

В последние десятилетия в методологию эстетики все настойчивее проникают тенденции, связанные с эпохой научно-технической революции. Все активнее используются в области эстетических исследований методы таких наук, как кибернетика, математика и пр. Это особенно характерно для таких двух обширных сфер эстетического, как искусство и эстетическое оформление человеком окружающей его среды. Все активнее «вторгаются» в эстетику и методы кибернетики. С их помощью удается моделировать некоторые стороны процессов художественного творчества. Машины (точнее, заложенные в них программы) пишут музыку, сочиняют стихи, играют в шахматы и пр.

Так, в области искусства семиотика (наука о знаках и знаковых системах), например, помогает исследовать структуру художественного произведения. Закономерности знаковых систем, раскрываемые семиотикой, позволяют выявить особые связи между художественными произведениями и их значениями (семантика), структурные отношения между элементами образующими эстетический и художественный знак (синтактика), коммуникативную функцию искусства (прагматика). Семиотический анализ уточняет содержание и взаимосвязь таких традиционных понятий искусства, как художественный образ, тип, форма, аллегория, метафора и пр.

6. Антинаука.

Ни для кого не секрет, что в начале XXI-ого века - века космоса, компьютеров (в том числе квантовых) и высочайших достижений в области фундаментальной биологии (расшифровка генома человека, клонирование) - Россию буквально захлестывают тени средневековья: астрология, "народная" медицина, псевдонаучные теории с "обоснованиями", противоречащими элементарной логике и твердо установленным экспериментальным фактам. Особенно заметно это по русскоязычным ресурсам сети Internet, в которой серьезные научно- просветительские сайты на русском языке можно перечесть по пальцам (слава богу, для этого все-таки нужны пальцы обеих рук), а сайтов псевдонаучной и антинаучной направленности тысячи.

В чем тут дело? На мой взгляд, "простой обыватель", а таких, увы, большинство среди "человейников", переживший за предыдущее столетие как минимум три великих научно-технических революции, пресытился достижениями науки, воспринимает их как сами собой разумеющиеся элементы окружающей действительности, не связанные с конкретными учеными и конкретными научными направлениями. Зато проблемы науки, ее неизбежные ошибки и заблуждения, выбивающиеся из привычного ряда постоянных достижений и побед, порождают неадекватное возмущение, разочарование, критику со стороны стандартного обывателя. От пресыщенности "научным шоу" появляется естественная тяга к перемене интересов, направляющая ум, не отягощенный глубоким образованием, ум, для которого в студенческие годы было важно так сдать предмет, чтобы после экзамена ничего себе не оставить, в сторону антинауки: паранауки-эзотерики- религии. Тем более что антинаука научилась хорошо словесно маскироваться. "Психофизическое воздействие", "тонкие эфирные тела", "биополе", "микролептоны". Чем эти псевдонаучные термины, за которыми не стоит ничего, кроме фантазии, на слух лучше настоящих научных - "странный атрактор", "редукция волновой функции", "нейтронная звезда", "барион", - которые подкреплены сотнями и тысячами взаимно переплетающихся экспериментальных данных и их теоретическими обобщениями? Для обычного ума, в круговороте жизни растерявшего последние школьно-ВУЗовские премудрости, ни чем не лучше, эквивалентны! А тут еще религия воспряла духом и опять присвоила себе право судить о сущности человеческой этики, о смысле бытия и происхождении доброты.

За последние десять лет в России ученый-атеист моложе тридцати лет стал встречаться реже, чем амурский тигр. И еще реже встречаются молодые интеллигентные семьи, в которых оба супруга занимаются интеллектуальным трудом на благо Науки и Отечества. А это значит, что в скором времени российские наука и образование начнут испытывать не только финансовую кому, но и интеллектуальную. Все признаки очевидны уже сейчас, но пока относительно пристойный фасад сохраняется за счет людей предпенсионного и пенсионного возрастов. Но если государство еще с советских времен проводит программу по спасению популяции амурских тигров, то ученым, с большой долей вероятности, придется спасать себя самим.

1

Смотреть полностью


Скачать документ

Похожие документы:

  1. Курс Философии и Философии Науки ХХI века для студентов физического факультета мгу им. М. В. Ломоносова. 2009 года (6)

    Лекции
    1.Студенческая запись полного текста ( только двусторонняя печать, Поля везде по 1,5 см. Times New Roman, Основа -12 [Остальное- изменение шрифта, жирность,
  2. Курс Философии и Философии Науки ХХI века для студентов физического факультета мгу им. М. В. Ломоносова. 2009 года (1)

    Лекции
    1.Студенческая запись полного текста ( только двусторонняя печать, Поля: верхнее, нижнее - 2 см, левое – 3 см, правое – 1,5 см. Times New Roman, Основа -12 [Остальное- изменение шрифта,
  3. Курс Философии и Философии Науки ХХI века для студентов физического факультета мгу им. М. В. Ломоносова. 2009 года (2)

    Лекции
    1.Студенческая запись полного текста ( только двусторонняя печать, Поля: верхнее, нижнее - 2 см, левое – 3 см, правое – 1,5 см. Times New Roman, Основа -12 [Остальное- изменение шрифта,
  4. Курс Философии и Философии Науки ХХI века для студентов физического факультета мгу им. М. В. Ломоносова. 2009 года (4)

    Лекции
    1.Студенческая запись полного текста ( только двусторонняя печать, Поля: верхнее, нижнее - 2 см, левое – 3 см, правое – 1,5 см. Times New Roman, Основа -12 [Остальное- изменение шрифта,
  5. Курс Философии и Философии Науки ХХI века для студентов физического факультета мгу им. М. В. Ломоносова. 2009 года (5)

    Лекции
    1.Студенческая запись полного текста ( только двусторонняя печать, Поля: верхнее, нижнее - 2 см, левое – 3 см, правое – 1,5 см. Times New Roman, Основа -12 [Остальное- изменение шрифта,

Другие похожие документы..