Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Задача'
Перед современной школой поставлена задача подготовки учащихся к жизни в быстро меняющемся информационном обществе. Главную роль в решении этой задач...полностью>>
'Документ'
Олимпийские игры, по преданию придумал древнегреческий герой Геракл. В Древней Греции победитель Олимпийских игр считался полубогом, в его честь слаг...полностью>>
'Документ'
Доклады пленарных заседаний. Всероссийская научная конференция молодых исследователей «Шаг в будущее». М.: Научно-техническая ассоциация «Актуальные п...полностью>>
'Исследовательская работа'
Космическая биология и медицина — комплексная наука, изучающая особенности жизнедеятельности человека и других организмов в условиях космического пол...полностью>>

Ieronim Munchhauzen

Главная > Документ
Сохрани ссылку в одной из сетей:

Ieronim Munchhauzen

( .1720 года [Боденвердер]- .1797 года [Боденвердер])

Германия (germany)

Всем известно, разумеется, кто такой барон Мюнхаузен.
А вот все ли знают, что этот герой и на самом деле существовал на свете?..
Звали его Иероним Карл Фридрих барон фон Мюнхгаузен.

  • Кем на самом деле был барон Мюнхаузен

  • Труба барона Мюнхгаузена

  • Русские сказки барона Мюнхгаузена

  • [7]

  • Форум (1)

  • Анекдоты (1)

  • Новости (4)

Кем на самом деле был барон Мюнхаузен

Основателем рода Мюнхаузенов считают рыцаря Хейно, который принимал в XII веке участие в крестовом походе под предводительством императора Фридриха Барбароссы.

Потомки Хейно погибали в войнах и междуусобицах. И лишь один из них уцелел, поскольку был монахом. По специальному указу его выпустили из монастыря.

Вот с него-то и началась новая ветвь рода - Мюнхгаузен, что означает "дом монаха". Именно поэтому на гербах всех Мюнхгаузенов изображен монах с посохом и книгой.

Среди Мюнхгаузенов были известные воины и вельможи. Так, в XVII веке прославился полководец Хилмар фон Мюнхгаузен, в XVIII-ом - министр Ганноверского двора Герлах Адольф фон Мюнхгаузен, основатель Геттингенского университета.

Но настоящая слава, понятное дело, досталась "того самого" Мюнхгаузена.

Родился Иероним Карл Фридрих барон фон Мюнхгаузен 11 мая 1720 года в поместье Боденвердер недалеко от Ганновера.

Дом Мюнхгаузенов в Боденвердере стоит и поныне - в нем располагаются бургомистрат и небольшой музей. Сейчас городок на реке Везер украшают скульптуры знаменитого земляка и литературного героя.

Иероним Карл Фридрих барон фон Мюнхгаузен был пятым ребенком среди восьмерых братьев и сестер.

Отец его умер рано, когда Иерониму исполнилось только четыре года. Ему, как и его братьям, скорее всего предстояла военная карьера. А начал он служить в 1735 году пажом в свите герцога Брауншвейгского.

В это время сын герцога, принц Антон Ульрих Брауншвейгский, служил в России, готовился принять под командование кирасирский полк. Но у принца была и куда более важная миссия - он был одним из возможных женихов Анны Леопольдовны, племянницы русской императрицы.

В те времена Россией правила императрица Анна Иоанновна, рано овдовевшая и не имевшая детей. Она хотела передать власть по своей, Ивановской линии. Для этого императрица решила выдать замуж племянницу Анну Леопольдовну за какого-нибудь европейского принца, чтобы дети от этого брака унаследовали русский трон.

Сватовство Антона Ульриха затянулось почти на семь лет. Принц участвовал в походах против турок, в 1737 году во время штурма крепости Очаков оказался в гуще боя, конь под ним был убит, адьютант и двое пажей ранены. Пажи позднее скончались от ран. В Германии не сразу нашли замену погибшим - пажей страшила далекая и дикая страна. Иероним фон Мюнхгаузен сам вызвался ехать в Россию.

Произошло это в 1738 году.

В свите принца Антона Ульриха юный Мюнхгаузен постоянно бывал при дворе императрицы, на военных парадах, вероятно, принимал участие в походе против турок в 1738 году. Наконец в 1739 году состоялась пышная свадьба Антона Ульриха и Анны Леопольдовны, молодые были обласканы тетушкой-императрицей. Все с нетерпением ждали появления наследника.

В это время юный Мюнхгаузен принимает неожиданное на первый взгляд решение - уйти на военную службу. Принц не сразу и неохотно отпустил пажа из свиты. Гиронимус Карл Фридрих фон Минихаузин - так значится в документах - поступает корнетом в Брауншвейгский кирасирский полк, расквартированный в Риге, на западном рубеже Российской империи.

В 1739 году Иероним фон Мюнхгаузен поступил в корнетом в Брауншвейгский кирасирский полк, расквартированный в Риге. Благодаря покровительству шефа полка принца Антона Ульриха, уже через год Мюнхгаузен стал поручиком, командиром первой роты полка. Он быстро вошел в курс дела и был толковым офицером.

В 1740 году у принца Антона Ульриха и Анны Леопольдовны родился первенец, нареченный Иваном. Императрица Анна Иоанновна незадолго до смерти провозгласила его наследником престола Иоанном III-м. Анна Леопольновна вскоре стала "правительницей России" при малолетнем сыне, а отец Антон Ульрих получил звание генералиссимуса.

Но в 1741 году цесаревна Елизавета, дочь Петра Великого, захватила власть. Вся "Брауншвейгская фамилия" и ее сторонники были арестованы. Некоторое время знатных узников содержали в Рижском замке. И поручик Мюнхгаузен, охранявший Ригу и западные рубежи империи, стал невольным стражником своих высоких покровителей.

Опала не коснулась Мюнхгаузена, но следующий чин ротмистра он получил лишь в 1750 году, последним из представленных к повышению.

В 1744 году поручик Мюнхгаузен командовал почетным караулом, встречавшим невесту русского цесаревича Софию Фредерику Августу - будущую императрицу Екатерину II. В том же году Иероним женился на прибалтийской немке Якобине фон Дунтен, дочери рижского судьи.

Получив чин ротмистра, Мюнхгаузен попросил отпуск для улаживания наследственных дел и уехал с молодой женой в Германию. Он дважды продлял отпуск, и наконец был отчислен из состава полка, зато вступил в законное владение родовым поместьем Боденвердер. Так окончилась "русская одиссея" барона Мюнхгаузена, без которой не было и бы и его удивительных рассказов.

С 1752 года Иероним Карл Фридрих фон Мюнхгаузен жил в родовом имении в Боденвердере. В то время Боденвердер был провинциальным городком с населением в 1200 жителей, с которыми, к тому же, у Мюнхгаузена сразу не заладились отношения.

Он общался только с соседями-помещиками, охотился в окрестных лесах и полях, изредка бывал в соседних городах - Ганновере, Гамельне и Геттингене. В поместье Мюнхгаузен построил павильон в модном тогда парковом стиле "грот", специально чтобы принимать там друзей. Уже после смерти барона грот прозвали "павильоном лжи", потому что, дескать, именно здесь хозяин рассказывал гостям свои фантастические истории.

Скорее всего, "Мюнхгаузеновы истории" сначала появились на охотничьих привалах. Русская охота особенно запомнилась Мюнхгаузену. Неслучайно так ярки его рассказы об охотничьих подвигах в России. Постепенно веселые фантазии Мюнхгаузена об охоте, военных приключениях и путешествиях стали известны в Нижней Саксонии, а после их опубликования - и по всей Германии.

Но со временем к нему прилепилось обидное, несправедливое прозвище "lugenbaron" - барон-лжец. Дальше - больше: и "король лжецов", и "вранья вруна всех вралей". Вымышленный Мюнхгаузен полностью заслонил настоящего и наносил своему творцу удар за ударом.

Ко всем несчастьям, в 1790 году умерла любимая жена Якобина. Барон окончательно замкнулся в себе. Он вдовел четыре года, но тут ему вскружила голову юная Бернардина фон Брун. Как и следовало ожидать, этот неравный брак принес всем одни неприятности. Бернардина, настоящее дитя "галантного века", оказалась легкомысленной и и расточительной. Начался скандальный бракоразводный процесс, окончательно разоривший Мюнхгаузена. От пережитых потрясений он уже не сумел оправиться.

Иероним Карл Фридрих барон фон Мюнхгаузен умер 22 февраля 1797 года и был похоронен в фамильном склепе под полом церкви деревени Кемнаде в окрестностях Боденвердера...

И вот по округе пошла гулять молва о боденвердеровском помещике, потчующем гостей удивительными историями. Мюнхгаузен рассказывал их талантливо и остроум но, и, чтобы послушать его, люди приезжали издалека.

Только ли выдумки и забавные несуразицы манили их в Боденвердер? Конечно, нет. В рассказах Мюнхгаузена был не только вымысел. В них была жизнь страны, неведомой и загадочной для многих земляков. Его истории сокрушали предрассудки, высмеивали чванливое невежество и местечковый национализм бюргеров. В книжке о его приключениях есть очень примечательная реплика, сказанная Мюнхгаузеном по поводу его участия в походах русской армии: У меня... нет особых притязаний на славу, добытую в крупнейших боях с неприятелем. Все мы вместе выполняли наш долг патриота, солдата и просто честного человека. Мюнхгаузен и впрямь был простым солдатом и просто честным человеком. Он и впрямь был патриотом. Но его патриотизм не имеет ничего общего с пивным патриотизмом обывателей, в представлении которых русские и сегодня рисуются этакими коварными саблезубыми медведями. Пусть немало воды утекло со времен Мюнхгаузена, но и по сей день большая пресса ФРГ насаждает этот стереотип, облеченный в современную облатку антисоветизма. Россказни об угрозе с Востока, о кознях русских, о руке Москвы - все, чем сегодня пытаются оправдать на Западе опасные натовские планы, - вся эта тысячекратно повторенная злобная ложь бессильна перед патриотизмом Мюнхгаузена, вмещающего в себя осознание жизненной потребности наших народов жить в мире и согласии друг с другом.

Барон Мюнхгаузен любил Россию и до самых своих последних дней, сохранил в воспоминаниях о ней теплоту и сердечность, - с некоторой гордостью произносит Вильгельм Юнке.

Прижизненная слава рассказчика и выдумщика принесла Мюнхгаузену лишь одни огорчения и неприятности. Родственники, обвинив барона в том, что он опозорил их имя, отвернулись от него. Иероним Мюнхгаузен умер 22 февраля 1797 года одиноким и всеми покинутым. Но он остался в литературе и в нашем сознании никогда не унывающим, веселым человеком. Да он и был таким. И когда вы откроете книжку о его удивительных приключениях, вспомните о том реальном, живом человеке, и он отзовется вам лукавой доброй улыбкой.

А. АНЦИФЕРОВ. Соб. корр. Труда". 13 мая 1983 года

***

Прибыв в Петербург, Мюнхгаузен поступает в кирасирский полк. Через год его производят в корнеты, а в 1740 году он уже лейтенант. Впрочем, карьера Мюнхгаузена никак не была связана с тем блеском славы, которой барон увенчивает себя в рассказах. Многие историки вообще сомневаются в его непосредственном участии в военных кампаниях, которые в то время русская армия вела против Турции и Швеции. Служба для Мюнхгаузена была "солдатской лямкой", которую он исправно тянул в гарнизонах Петербурга и Риги, в маленьких прибалтийских городках и лесах под Выборгом.

Известно и ведомо будет каждому, что Еронииус Мюнхгаузен, который: "Нам верно служил, для его оказанной службе Нашей ревности и прилежности в Наши ротмистры всемилостивейши произведен 20 февраля 1750 года", - гласят строки указа императрицы Елизаветы, копия которого висит на стене боденвердерского музея.

"Мюнхгаузен очень гордился этим своим званием и, вернувшись в том же году в Боденвердер, решил во всех официальных документах именоваться не иначе, как ротмистром российской армии", - рассказывает Вильгельм Юнке.

Иеронии Мюнхгаузен вернулся под кров отчего дома не один. Из России за ним последовала жена Якобина - дочь мелкопоместного прибалтийского дворянина из рода фон Дуден, с которой он прожил в счастье и согласии до глубокой старости.

Боденвердер по-прежнему оставался забытой богом глухоманью. Заботы об имении, охота, сплетни и свары соседей - так текли монотонные будни. Единственной отдушиной в большой, наполненный событиями мир оставались фантазии и воспоминания, воспоминания о России.

Эти истории и сейчас звучат в стенах старого дома. Их рассказывает Вильгельм Юнке, пожилой, небольшого роста, но крепкий еще человек с круглым простодушным лицом - директор, он же экскурсовод, он же хранитель музея. Рассказывает с небывалой страстью и воодушевлением, будто все, о чем он повествует, произошло с ним самим. Подводя нас к здоровенному, покоящемуся на подставке чугунному ядру - тому самому! - и все больше увлекаясь рассказом о беспримерном воздушном путешествии барона, он готов сам оседлать это ядро, и, будь под рукой пушка, нам, кажется, довелось бы воочию убедиться, что полет этот - штука не столь уж фантастическая.

- А вот пистолет, разумеется, тоже тот самый, выстрелом из которого барон перебил веревку, привязывавшую его коня к макушке колокольни, - помните? - приступает старик к очередной истории, - В России зимой бывает очень много снега.

"Я выехал из дома, направляясь в Россию в середине зимы…" Так на бодрой ноте начинается повествование удивительного приключения барона Мюнхгаузена в известной нам с детских лет книжке, принадлежащей перу Готфрида Августа Бюргера, выдающегося немецкого просветителя-гуманиста, соратника Фридриха Шиллера по литературному движению Буря и натиск. Иерониму фон Мюнхгаузену было тогда 18 лет. Он ехал в Россию, преисполненный юношеского честолюбия, планов и надежд. В кармане он вез рекомендательное письмо герцога Брауншвейгского к его внуку - принцу Антону Ульриху, находившемуся в Петербурге при дворе императрицы Анны Иоанновны. Далекая заснеженная страна, столь уверенно и мощно выходившая на авансцену европейской и мировой политики, была для юного барона, до того ни разу не покидавшего Боденвердер, краем, где вершилась сама История. И он спешил навстречу будущему, открывавшемуся ему в мечтах.

Памятник этот стоит на лужайке в парке, примыкающем к довольно большому двухэтажному дому. В его облике - простые белые глинобитные стены, схваченные затейливым каркасом из мощных деревянных балок, - угадывается немецкая старина. Сейчас здесь размещается городская ратуша. А 300 лет назад этот дом был имением семьи Мюнхгаузенов, в которой 11 мая 1720 года родился мальчик, нареченный звучным трехступенчатым именем -

Иероним Карл Фридрих, на собственный лад и манер прославивший свой род.

Одна из комнат в доме сейчас отведена под музей. Он очень небольшой. Но все помещение от пола до потолка заполнено экспонатами, гравюрами, рисунками и картинами, иллюстрирующими его рассказы, коллекцией старинного оружия, побывавшего с бароном в известных всему свету передрягах, предметами охотничьей утвари двухвековой давности, словно призванными подтвердить его лишенные ложной скромности слова: "В полях и лесах долгие годы будет жить слава моего имени".

Здесь же книги - приключения барона - на разных языках и разных лет издания.

Попадая в этот музей, невольно испытываешь некоторую раздвоенность. Конечно, своим существованием он обязан литературному персонажу. Но ведь сам персонаж связан с реальным человеком. И не просто носит его имя, а унаследовал, не мог не унаследовать, вполне реальные особенности его характера и мировидения. Какие он в действительности был, барон Мюнхгаузен?

Он был красивым. Среди экспонатов музея на меня, признаюсь, самое большое впечатление произвел портрет молодого человека в форме русского офицера елизаветинских времен, в стальной кирасе, с белым шарфом на шее, шпагой на боку. Букли уставного парика из-под треуголки, высокий лоб, прямой нос, губы в легкой усмешке и большие, тщательно выписанные глаза, в которых читаются и ум, и пытливое внимание. Таким барон Мюнхгаузен был в 30 лет. Вопреки сложившемуся стереотипу. Именно таким - молодым, обаятельным и симпатичным, а не тщедушным старичком с закрученными на кайзеровский манер усами - знали его друзья, собиравшиеся в Боденвердер со всей округи, чтобы послушать об удивительных приключениях барона..

НАШ СТАРЫЙ ДРУГ БАРОН МЮНХГАУЗЕН

Итак, милостивые государи, вы теперь знаете все о бароне Мюнхгаузене и, надеюсь, уже никогда не станете сомневаться в его правдивости

(Г. Бюргер. Удивительные приключения барона Мюнхгазузена)

Узкая дорога петляет средь холмов Везерского нагорья, то жмется к их покатым склонам, то сбегает в низину к самому берегу неширокого, но полноводного и быстрого Везера. Вот она нырнула, словно в тоннель, под сплетенные ветви вековых платанов, по гренадерски выстроившихся по сторонам, и выскочила к маленькому, будто игрушечному, городку, центр которого умудрился уместиться на крошечном островке посреди реки. Это - Боденвердер, глубинка, провинциальная глухомань земли Нижняя Саксония. И быть бы ему в захолустной безвестности, если бы не память нашего детства, если бы не завещанная потомству мудрость лукавой шутки, если бы не мужественная стойкость фантазии, способной и через века дарить нам счастливые минуты открытий и откровений. Здесь, в Боденвердере, родился, жил и умер барон Мюнхгаузен, чье имя уже давно стало нарицательным.

В сегодняшнем Боденвердере все напоминает о нем. Его имя носят улица, ресторан, отель, аптека и даже кинотеатр, в котором в тот день крутили два американских супербоевика, чьей фантазии хватило лишь на потоки льющейся с экрана крови - ну, да Мюнхгаузен за это, понятно, ответственности не несет. Есть в Боденвердере и памятник ему, очень славный памятник-фонтан, который изображает барона восседающим на половинке лошади, жадно приникшей и колодцу, и, точь-в-точь, как в его рассказе, взору обернувшегося всадника предстает поток воды, выливающейся у него за спиной.

Россия под натиском Мюнхгаузена.

Во второй раз Мюнхгаузен посетил Россию через 41 год после того, как покинул ее. Приехал он туда в книге под названием «Не любо, не слушай, а лгать не мешай» (текст Бюргера, пересказ Н.П.Осипова). «Мемуаристы» барона долго не могли установить точную дату столь замечательного события. Потому что известный книгоиздатель И.К.Шор написал на томике приключений Мюнхгаузена «вышло в нынешнем году».

У текста было два приложения: «Прибавки к вышеописанным несбыточным правдам» и «Еще барышок: Что не долгано, то надобно добавить новым полыганием». Не удержался переводчик — «дописал» книгу, рассказав в частности о детстве и юности барона.

Третий приезд Мюнхгаузена в Россию оказался… нелегальным. «Путевые чудесные приключения барона Мюнхгаузена» выпустил в Англии друг Герцена Николас Трюбнер. Маленький томик с прекрасными гравюрами известного художника А.Кроуквила был предназначен для тайного ввоза в Российскую империю. Подлинные приключения барона довольно остроумно переплетались здесь с всевозможными политическими домыслами, доходящими до курьеза: на одной из страниц Мюнхгаузен читает стихи А.С.Пушкина. К сожалению, автор этой литературной мистификации неизвестен. Историкам так и не удалось расшифровать таинственную подпись К.М. Не сам же Карл Мюнхгаузен!..

Но триумфальное шествие барона по России началось, когда книгу Распе, подмешав к ней немного текста из Бюргера, пересказал для детей Корней Чуковский. Впрочем, для детей ли? Мюнхаузена Чуковского с неменьшим удовольствием читают и взрослые. Потому что книга получилась особая — для всех и на все времена.

Труба барона Мюнхгаузена

Фото: Александр Сорин

Из России с любовью

Когда слуги унесли тарелки и водрузили на стол чашу с ароматным пуншем, взгляды гостей обратились на барона. Ничуть не смущаясь, он наполнил кружку изрядной порцией напитка, неторопливо раскурил громадную пенковую трубку и только тогда начал свою историю. Присутствующие слышали ее уже не в первый раз, но не выказывали недовольства — барон терпеть не мог, когда его перебивали. К тому же он каждый раз дополнял рассказ новыми красочными деталями.

— Итак, господа, я отправился в Россию в середине зимы. Только в это время года мороз и снег приводят в порядок дороги, позволяя добраться до этой удивительной страны…

Дальше он поведал о волке, запряженном в сани, об олене, на голове которого выросло вишневое дерево, и о восьминогом зайце, бегавшем вдвое быстрее обычного. Слушатели в изумлении качали головами, не забывая подливать себе пунша. Даже самые глупые из них давно поняли, что правды в историях их гостеприимного хозяина нет ни на грош. Может, он и в России-то никогда не был… Один пастор Хюнце знал, что хотя бы в этом барон не врет — в его кабинете он видел на стене большой диплом, написанный непонятными русскими буквами. Барон перевел ему начало: «Божьей милостью мы, Анна, императрица Всероссийская, произвели Иеронима Карла Фридриха фон Мюнхгаузена в наши корнеты». Пастор не сомневался в честности друга: потомок старинного рода мог позволить себе безобидную похвальбу, но никак не подделку документов.

Род Мюнхгаузенов и правда был старинным — их предок, воинственный рыцарь Ремберт, жил в ХII веке. Когда-то им принадлежала чуть ли не половина замков, живописно раскинувшихся по берегам реки Везер. Многие представители рода занимали важные посты при дворе немецких князей, а один из них — Герлах фон Мюнхгаузен — основал знаменитый Геттингенский университет. Его стены до сих пор украшены гербом с изображением монаха — по-немецки Munchhausen означает «монашеский дом», проще говоря, монастырь. Правда, ничего монашеского в поведении баронов не было. Они увлекались войной и охотой, любили крепко выпить и от души, по-солдатски, выругаться. Одна из многочисленных ветвей рода обосновалась в городке Боденвердере, где в 1720 году и родился самый знаменитый из Мюнхгаузенов. Он мог повторить судьбу предков, безвестно канув в пыльных родословных таблицах, если бы не судьба, бросившая его в водоворот европейской политики, а потом и на страницы книги, известной всему миру.

О детстве Иеронима Карла Фридриха мало что известно. Он был одним из восьми отпрысков Георга Отто фон Мюнхгаузена — представителя так называемой «черной» линии рода, не имевшей баронского титула. Когда ему было четыре года, отец умер, и на матушку Сибиллу легли все заботы о родовых землях, разбросанных вокруг Боденвердера. Город претендовал на часть владений Мюнхгаузенов, суд следовал за судом, и вдова постаралась поскорее отделаться от подросших детей. Дочек выдали замуж, а сыновей определили в пажи к соседним князьям. Иероним попал к герцогу Брауншвейга Фердинанду Альбрехту II как раз в том году, когда сын последнего Антон Ульрих отправился в далекую Россию. Императрица Анна Иоанновна, обожавшая все немецкое, выбрала юного принца в мужья своей племяннице и наследнице Анне Леопольдовне. Вскоре по приезде он отправился под стены Очакова воевать с турками, но особых талантов не проявил, к тому же потерял в бою двух пажей, привезенных из Германии. Очевидно, без земляков ему было скучно, поэтому он тут же попросил прислать ему новых. Одним из них и стал 17-летний Мюнхгаузен.

Он въехал в Петербург в начале 1738 года — конечно, не в санях, запряженных волком, а в обычной почтовой карете. Скорее всего, уже через год он вместе с Антоном Ульрихом принял участие в новом турецком походе, который кончился провалом: русское войско проблуждало по безводной степи и вернулось назад с большими потерями. Об этом барон (все же будем называть его так) не написал домой ни слова — его в то время занимали дела «более важные и благородные». К ним относились охота, которая «в России лучше, чем в любой другой стране мира», лошади, собаки и, конечно, продвижение по службе. Скоро юношу перевели из свиты герцога в элитный Брауншвейгский кирасирский полк. Теперь он мог щеголять в синем камзоле с красной подкладкой и белых лосинах, а по праздникам — в блестящей кирасе. Скоро он оказался в курсе придворных интриг, сдружился с молодыми офицерами — в основном тоже немцами, и немало вечеров провел в шумных попойках, о которых позже вспоминал с восторгом. Похоже, он пил с нужными людьми, поскольку обошел многих соискателей в получении офицерского звания «за ревность и прилежность к службе».

В 1740 году императрица умерла, а ее племянница Анна Леопольдовна очень скоро лишилась власти и вместе с мужем отправилась в ссылку. Несчастный Антон Ульрих много лет провел в заточении и умер слепым полубезумным стариком. Мюнхгаузена могла постигнуть та же участь, но он вовремя прекратил общение с бывшим патроном. Новой царице Елизавете Петровне были нужны преданные офицеры, и Иероним Карл Фридрих успешно продвигался по службе, а в 1744 году выполнил важное поручение двора. Ему пришлось встретить на границе — а именно в Риге, где стоял его полк, — анхальт-цербстскую принцессу Софию, невесту русского наследника Петра Федоровича. Выглянув в окошко кареты, 15-летняя Фике восхищенно смотрела на строй красавцев-кирасир и их командира, салютовавшего ей палашом. Распахнув дверцу, Мюнхгаузен — это, конечно, был он — галантно помог принцессе пересесть в удобный возок, на котором ей предстояло продолжить путь в Петербург.

Вскоре после этого события барон женился на дочке судьи Якобине фон Дунтен. Молодость кончилась, пора было обзаводиться хозяйством. Однако карьера в России не ладилась: особых подвигов на службе Мюнхгаузен не совершил и десять лет ходил в скромном звании поручика. В 1750 году после многих прошений он был произведен в ротмистры и тут же попросился в отпуск для устройства дел на родине. Вернувшись в Боденвердер, барон испытал прилив любви к родине и уже не захотел возвращаться в холодную Россию. Три года он продлевал отпуск, а на четвертый из Военной коллегии пришло извещение об исключении его из списков полка за «самовольное оставление службы». На том путешествия Мюнхгаузена и кончились. Разделив с братьями семейные земли, он занялся обустройством имения, охотой, а также сочинением своих удивительных историй.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Heads of reports 5th international scientific conference of iran and russia on agricultural development problems

    Тезисы
    E. Farshadfar, M. Qaitoli and R. Haghparast Involvement of chromosomes 4H and 5H in barley carrying the genes controlling agronomic, physiologic and metabolic indicators of drought tolerance using wheat-barley disomic addition lines 24
  2. 2. Глава I. На грани миров и эпох: работа и жизнь Лу Андреас-Саломе с

    Реферат
    Психоанализ быстро и своеобразно развивался в атмосфере «серебряного века» и первых футуристских экспериментов большевиков. В его истории в России необычно переплелись интеллектуальные влияния Фрейда и Ницше.
  3. Книга первая 2 (1)

    Книга
    Wie froh bin ich, daß ich weg bin! Bester Freund, was ist das Herz des Menschen! Dich zu verlassen, den ich so liebe, von dem ich unzertrennlich war, und froh zu sein! Ich weiß, du verzeihst mir's.
  4. Сто немецких стихотворений

    Документ
    Füllest (наполняешь, заполняешь) wieder (снова) Busch (кусты, кустарник: der Busch) und Tal (долину: das Tal)Still (тихо) mit Nebelglanz (туманным блеском,
  5. Самоучитель Москва «Иностранный язык»

    Документ
    Данный самоучитель универсален как по форме, так по содержанию. Он позволяет в максимально сжатые сроки приобрести навыки правильного немецкого произношения, усвоить наиболее употребительные в немецком языке грамматические явления,

Другие похожие документы..