Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
Попадая в конфликтную ситуацию, учитель может направить свою активность либо на то, чтобы лучше понять своего собеседника, либо на регуляцию собствен...полностью>>
'Закон'
Цей Закон спрямований на врегулювання суспільних відносин у галузі вищої освіти. Він встановлює правові, організаційні, фінансові та інші засади функ...полностью>>
'Документ'
Биобиблиографический справочник «Ученые обско – угорских народов» – это первая попытка представить развитие науки малочисленных народов ханты и манси ...полностью>>
'Информационный бюллетень'
Информационный бюллетень подготовлен по данным формы государственного статистического наблюдения №11 «Сведения о заболеваниях наркологическими расстр...полностью>>

Фонд роснано проводит заключительный конкурс проектов наноцентров 12 роснано: Некремниевые технологии удешевят стоимость электронного ридера на 50%. 12

Главная > Конкурс
Сохрани ссылку в одной из сетей:

Илья Пономарев, член комитета Госдумы по информационной политике, информационным технологиям и связи: В РФ сейчас невозможно создать "западный" венчурный фонд

Законопроекты "Об инвестиционных товариществах" и "О хозяйственных партнерствах" приняты Госдумой в первом чтении. Новые организационно-правовые формы задуманы как аналоги британской Limited Liability Partnership (LLP) и американской Limited Liability Company (LLC). Как считают в министерстве экономического развития, соединение положительных моментов ООО (ограничение ответственности) и товариществ (гибкость управления) в целом позволит иностранным инновационным инвесторам быстрее и проще приступать к реализации своих проектов в России. Ведь хозпартнерства и инвесттоварищества лишены многих ограничений, обязательных для других типов компаний. По мнению экспертов, эти законопроекты создадут условия для возникновения рынка венчурных инвестиций и других элементов проектного финансирования, позволят защитить права и снизить риски венчурных инвесторов, а также обеспечить соблюдение международных стандартов и расширить возможности вложения средств институциональных и квалифицированных инвесторов. О том, какие еще выгоды принесут инновационному сообществу эти инициативы, "РБГ" рассказал один из авторов документов член Комитета Госдумы по информационной политике, информационным технологиям и связи Илья Пономарев.

- Илья Владимирович, откуда взялась идея применения в отечественном инновационном бизнес-сообществе таких нетрадиционных для России правовых форм, как хозяйственное партнерство и инвестиционное товарищество?

- Начнем с того, что российское законодательство построено по принципу континентального права. В то же время законодательство почти всех стран, успешных с точки зрения коммерческих инноваций, выстроено в системе англо-саксонского права. Причина этого следующая: в англо-саксонском праве договор (личное согласие двух и более людей или компаний) фактически превалирует над законом. Имеется в виду, что если люди о чем-то договорились, оставаясь в рамках законности, договор будет иметь такую же силу, как и сам закон.

В континентальном же праве, которое действует в России и Европе, закон имеет безусловный приоритет над договором, договор у нас вторичен по сравнению с законом. Закон, таким образом, определяет, имеет ли силу то, о чем договорились компании, или не имеет.

В англо-саксонском праве благодаря большей его свободе на договоре построен ряд интересных организационно-правовых форм, которыми пользуются компании. В частности, существует такая форма, как партнерство, которая выступает как одна из основных. В России такого никогда не было. Сейчас единственной привлекательной правовой формой для инвесторов в России считается простое товарищество, по которому инвесторы могут объединить свои вклады и действовать без образования юридического лица.

- Почему же существующие формы мешают иностранным инвесторам приходить в Россию? Слишком велики налагаемые ими ограничения или дело в долгой бюрократической возне с бумагами?

- И то, и другое. Для информации: значительная часть венчурных инвесторов из США в опросах 2009-2010 годов называли отсутствие специализированных форм хозяйственных обществ под нужды стартапов и венчурных фондов как существенный барьер на пути развития инновационного сектора малого бизнеса в РФ.

Сейчас создать в России венчурный фонд в том понимании, в котором эти фонды существуют на Западе, невозможно, потому что для этого не существует подходящей организационной формы. Российское законодательство предлагает организационно-правовую форму в виде закрытого паевого инвестиционного фонда (ЗПИФ), что крайне трудоемкий, нервный и никому не нужный процесс. Эта форма подразумевает обязательную отчетность и другие сложности. Заниматься венчурными инвестициями в таком режиме нельзя.

- В начале нашего разговора вы упомянули форму товарищества. В чем конкретно заключаются ее недостатки?

- Большинство западных фондов, осуществляющих венчурные инвестиции, имеют правовую форму коммандитного товарищества (limited partnership). В российском праве коммандитное товарищество регулируется статьями 82-86 ГК РФ. "Товариществом на вере (коммандитным товариществом) признается товарищество, в котором наряду с участниками, осуществляющими от имени товарищества предпринимательскую деятельность и отвечающими по обязательствам товарищества своим имуществом (полными товарищами), имеется один или несколько участников - вкладчиков (коммандитистов), которые несут риск убытков, связанных с деятельностью товарищества, в пределах сумм, внесенных ими вкладов, и не принимают участия в осуществлении товариществом предпринимательской деятельности".

Другими словами, в венчурном фонде, который создан в форме такого товарищества, должны быть инвесторы (коммандитисты), которые не участвуют в управлении фондом, но имеют право знакомиться с его годовыми отчетами и балансами. Управляющий фондом (полный товарищ) занимается инвестиционной деятельностью фонда.

Согласно статье 82 ГК РФ, название фонда должно содержать либо имена (наименования) всех управляющих и слова "товарищество на вере" или "коммандитное товарищество", либо имя (наименование) не менее чем одного управляющего с добавлением слов "и компания" и слова "товарищество на вере" или "коммандитное товарищество". То есть, если управляющим венчурного фонда выступает человек по имени Иван Петров, то и фонд согласно закону должен иметь, например, такое название: Товарищество на вере "Иван Петров и компания". Согласитесь, выглядит странно.

У формы товарищества есть еще множество ограничений по использованию. В частности, "товарищами" не могут стать ни существующие в форме некоммерческих организаций госкорпорации, ни пенсионные фонды, которые в международной практике выступают основными венчурными инвесторами.

Товарищество как правовая форма имеет отношение только к вопросу материальной ответственности: если мы создаем товарищество, то все отвечаем своим имуществом за результат нашей деятельности. А вот ограниченного партнерства, когда отвечает компания, а не ее организаторы, у нас пока нет и не было. В то же время все западные венчурные фонды выстроены именно по такой системе. И они не хотят тратить время на инкорпорирование открытого акционерного общества или общества с ограниченной ответственностью, им гораздо проще договориться между собой понятийно.

Что же касается ООО и АО, то они также не подходят для венчурных стартапов из-за излишней "зарегулированности" правил формирования и изменения уставного капитала. Кроме того, отсутствие в российских законах концепции "переменного капитала" не позволяет венчурным компаниям работать по принципу постадийного финансирования. А в случае ликвидации или банкротства ООО или АО есть риск оставить дольщиков и акционеров без интеллектуальной собственности.

- А появление хозяйственного партнерства и инвестиционного товарищества эти проблемы решает.

- Да. Хозяйственное партнерство занимает промежуточное положение между хозяйственным товариществом и обществом, что позволяет избежать нежелательных радикальных изменений в сложившемся законодательстве РФ об АО, ООО и товариществах. Партнерство удобно тем, что можно жестко обговорить права и обязанности, можно обговорить условия, при которых участники могут выйти из ХП. Например, можно запретить бывшим участникам становиться конкурентами. В случае с ООО и АО это прописать невозможно.

Что касается инвестиционных товариществ, то в законопроекте прописываются особенности договора ИТ, согласно которому "двое или несколько лиц (товарищей) обязуются соединить свои вклады и осуществлять совместную инвестиционную деятельность без образования юрлица для извлечения прибыли". При этом прописаны две категории участников - управляющие товарищи и обычные с различным объемом прав, обязанностей и ответственности. Кроме того, в договоре обеспечены такие требования, как отсутствие двойного налогообложения, возможность ограничения размера совокупных инвестиций в одну компанию, обеспечение возможностей поэтапного внесения вкладов в общее дело и санкций за их невыполнение.

­­­­­­­­­­­­­­

Unova.ru, 23.08.2011

Татьяна Комиссарова, вице-президент Российской ассоциации маркетинга: Специалисты не заинтересованы заниматься маркетингом инноваций

Маркетинг инноваций – современное и актуальное направления маркетинговой деятельности компании.

Татьяна, подскажите, "маркетинг инноваций" – что это такое и почему его выделяют как специализированное направление в маркетинге.

Маркетинг инноваций – это использование методологии современного маркетинга в инновационном процессе от создания нового продукта до продаж. Выделяют его по двум причинам. Во-первых, современные модели маркетинга, ориентированные на приоритеты потребителей, позволяют выращивать новые рынки. Решить аналогичную задачу в условиях конкуренции с использованием моделей классического маркетинга, ориентированного на "первенство" продукта, крайне затруднительно. Во-вторых, маркетинг инноваций (МИ) "обслуживает" этапы инновационного процесса, решая на каждом этапе конкретную задачу, и требует большего количества компетенций от специалиста, чем просто работа маркетинг-менеджера.

Есть ли МИ в России? Часто и многие говорят, что специалистов по этой теме нет.

Есть специалисты, владеющие методологией современного маркетинга. Это или, как правило, сотрудники хороших международных или российских компаний, или высокопрофессиональные консультанты. Эти спецы гипотетически могут работать в МИ, но есть фактор, который не мотивирует их работать в этой сфере. Стартапы денег на предварительные исследования не имеют, бизнес-ангелы экономят на всем, в том числе на детальном исследовании рынка, венчурные компании устраивает Due diligence. Поэтому, если ты профессионал и можешь спокойно работать в классных компаниях, то вряд ли пойдешь на низкооплачиваемую работу и будешь рисковать своей репутацией в случае неудачного запуска стартап-проекта. Неудачным я называю, что проект не выйдет на планируемые денежные потоки в срок.

То есть специалисты есть, но они скрываются в больших компаниях?

Специалисты просто не заинтересованы работать в МИ. Представим себе светлое будущее наших госкорпораций, которые сейчас разработали инновационные программы. Они меньше всего думают о привлечении таких специалистов. Ведь многие топ-менеджеры считают, что специалист по маркетингу – рекламщик и пиарщик.

Почему я упомянула госкорпорации, они могли бы достойно оплачивать работу специалистов по маркетингу инноваций и увеличивать шанс создания денежных потоков проектов. Ведь одна из задач спецов по МИ, это снизить рыночные риски нового проекта на каждом этапе инновационного процесса.

Евгений Савин: Нужно ли форсировать создание компаний, специализирующихся на МИ или они должны вырасти вместе с рынком?

Думаю, что специализированные компании смогут вести бизнес при четком понимании источников доходов, которые сейчас трудно просматриваются. Специализированные подразделения в крупных консультационных компаниях, но и этот внутренний проект должен выйти на рентабельность. Поэтому, скорее всего они должны расти с рынком.

Как в нынешней ситуации инновационным стартапам закрывать недостаток маркетинговых компетенций? Куда идти?

Самый сложный вопрос для меня. Если в компании есть человек с предпринимательской интуицией, то можно считать, что он использует интуитивный маркетинг для вывода проекта на денежные потоки. Если такого человека нет, то выбрать кого-то из команды и обучить базовым компетенциям по МИ. Если есть инвестиции, то аутсорсить эту функцию у профессионалов.

Кажется, круг замкнулся. Профессионалы - они где?

Есть поступательные решения. Мы в Российской ассоциации маркетинга (РАМ) выводим на рынок некоммерческий проект, направленный на поддержку в регионах инновационных стартапов.

Мы создаем виртуальные представительства в регионах, оцениваем специалистов и обучаем их базовым компетенциям в МИ. Затем они при поддержке местных органов власти смогут сопровождать свои региональные проекты. Весь инструментарий и консультации по отраслям и сложным вопросам запуска стартап проекта будет обеспечивать подкомитет «Маркетинг инноваций» РАМ.

Можете ли вы дать оценку спроса на услуги по маркетингу инноваций.

Оценку спроса сегодня я дать не могу, но подсчитать можно. Существует потенциальный спрос. Реальный спрос практически отсутствует по причинам, которые мы обсуждали.

Сможет ли появление инвесторов конструктивно развить это направление?

Я думаю, что это маловероятно сейчас. Мы тщательно прорабатывали возможность инвестиций в специализированную консультационную компанию, общались с частными, венчурными, иностранными инвесторами. Ответ один - не интересно.

Где учатся маркетингу инноваций?

В Высшей школе маркетинга и развития бизнеса НИУ ВШЭ запущен новый образовательный онлайн и оффлайн проект МИ программа разработана на деньги, выделенные по Постановлению Правительства РФ от 9 апреля 2010 г. N 219 г.

Убеждена, что среди моих коллег маркетологов есть энтузиасты, которые готовы бесплатно поддерживать инноваторов.

На стартап-рынке многое делается бесплатно. И вы говорите про бесплатную поддержку. А как же тогда сформируется рынок?

Думаю, что несколько факторов будут формировать рынок под МИ.

Во-первых, бизнес-ангелы поймут, что просто так на рынок вывести проект очень сложно, недостаточно только бизнес-компетенций ментора и ангела.

Во-вторых, специализированные подразделения крупных консалтинговых компаний обучат специалистов, которые начнут писать о своем опыте и возбуждать интерес у владельцев среднего бизнеса.

В-третьих, руководители среднего бизнеса, решившие продвигать внутренние проекты на новые рынки, проанализируют неудачи и захотят минимизировать риски путем обращения к специалистам по маркетингу инноваций.

Российская ассоциация маркетинга своим проектом подготовит достаточное количество специалистов не из маркетингового сообщества, из технарей и технологов, чем сформирует адекватное для рынка предложение по цене.

­

Forbes, 24.08.2011

Основатель Alawar Entertainment Александр Лысковский: С играми так — если создал хит, он тебя кормит много лет

Как устроен бизнес на играх и чем отличаются играющие на PC от Mac-геймеров, о секретах создания успешной игры и о том, почему успех игры зависит не от программиста, а также о том, в каком сегменте рынка разработчиков ждут небывалые прибыли, рассказывает основатель и генеральный директор компании Alawar Entertainment Александр Лысковский.

Александр, казуальные игры, бывшие несколько лет назад очень сильно растущим сегментом, сегодня уступают играм для мобильных устройств, играм в социальных сетях. Что ждет их дальше? Полное вымирание?

Раньше казуальные игры — игры для непрофильной аудитории — существовали только на персональных компьютерах, сейчас они присутствуют и на мобильных, и в соцсетях. Они теперь есть на всех платформах.

— И вы идете на все эти платформы?

— Да.

— Кстати, как лучше растолковать термин «казуальные игры» простым языком?

— Такого термина нет, мы его сами придумали и периодически жалеем, что не назвали эти игры «алавариками», по аналогии с Xerox или Pampers. Существует слово casual, которое на Западе часто используется для обозначения неспециализированных, непрофессиональных игроков. Есть люди, которые считают себя игроками, и если остановить их на улице и спросить: «Кто ты? », то они скажут, что они игроки — играют в компьютерные игры. Обычно это подростки мужского пола от 15 до 25 лет. Они «рубятся» 30-40 часов в неделю, предпочитают шутеры, сложные стратегии, ММО. Они уходят в многочасовые рейды и готовы изучать свою игровую вселенную месяцами. Есть и другие. Если их остановить на улице и спросить: «Кто ты? », они никогда не скажут, что играют в игры. Они скажут, что работают менеджерами, воспитывают детей и так далее. Но у них всегда есть компьютер, смартфон, планшет или аккаунт в социальной сети. Они имеют доступ к различным играм на различных платформах и иногда в них играют. Это случайные игроки. Иногда они играют несколько часов в неделю. Случается, в обеденный перерыв, многие — в метро (на телефоне) или когда ждут чего-то.

— Сами по себе игры обычно достаточно простые по сюжету?

— Непрофессиональность игроков накладывает ограничение на сложность вхождения. Игрок должен очень быстро разобраться в игре. Он редко готов платить деньги сразу же, не видя игры, поэтому обычно используется shareware-модель. Пользователь бесплатно скачивает игру, играет полчаса-час. Если ему она нравится, то он за нее платит и получает доступ к полной версии. Либо он платит внутри игры за валюту или еще за что-то — это так называемая схема free to play. Начальное вхождение всегда короткое, потому что человек не готов тратить много времени и платить деньги.

— Ты сейчас, как и на момент создания компании, живешь в Новосибирске, хотя подавляющее большинство людей, оказавшись в такой ситуации, как ты, переезжает в Москву. Почему ты этого не сделал?

— Alawar — это не очень российская компания. Большая часть бизнеса, продаж и офисов находится не в России, поэтому перебираться в Москву смысла нет. Был бы смысл переезжать в Европу или Сиэтл.

— Сколько у вас офисов на сегодня?

— У нас есть люди в 10-11 странах.

— Где находится штаб-квартира?

— Главный офис — в Новосибирске. Это одна из причин, почему мне не хочется переезжать. Здесь работает слаженная команда из 150 человек. Они хорошо работают, и нет причины их увольнять, нанимать новых людей в Москве или заставлять всех покидать родных и близких и ехать в столицу.

— В каких еще городах и странах находятся ваши офисы?

— У нас шесть дочерних студий. Есть большой отдел в Барнауле. Мы присутствуем в Киеве, Днепропетровске, Днепродзержинске, Минске, в Америке, Польше и Турции.

— В Америке, Польше и Турции находятся разработка или продажа?

— Там сосредоточена продажа. Почти вся разработка находится в Восточной Европе, России, Белоруссии, на Украине.

— До Alawar вы делали игры, предназначенные для массового рынка?

— Никто их не покупал. Мы их делали для себя, друзья в них играли. Когда мы пытались из этого сделать коммерческий проект, выяснилось, что нужно делать игры другого качества, что программисты не главное, что нужны художники, музыканты, налаженные каналы продаж. Мы все это изучали, исследовали, и, когда мы разобрались в рынке, начался кризис 1998 года, и все проекты, которые к тому моменту были созданы, оказались никому не нужными. Резко изменилась ситуация в сфере продаж. Тогда уже были компьютеры, люди, которые умели что-то на них делать. Так появилась продажа игр через интернет на Западе. Тогда это называлось shareware. В 1998 году из-за кризиса появилась компания, которая создавала дешевые игры в Новосибирске и продавала их через сеть в США.

— Какие первые игрушки из числа успешных стоит упомянуть?

— Мы делали потрясающие клоны Pacman. Нам казалось, что так можно делать. Как только на нас вышли правообладатели, мы прекратили продажи, но на вырученные деньги мы сумели создать команды, движки. Потом мы делали оригинальные игры, а не клоны.

— Что наиболее важно в бизнес-успехе игры: удачно выбранный сюжет, рыночное попадание, хороший дизайн, оформление?

— Все важно. Очень важно знание рынка и попадание в аудиторию. Нельзя делать игру, которая никому не нужна. Необходимо понимать, кто покупает игру, где ее покупают, как доставить игры потребителям.

— Насколько детально вы моделируете образ своего покупателя? Это конкретные социально-демографические характеристики?

— Я не могу сказать, что это девочка Маша и мальчик Ваня, для которых мы делаем продукты, но мы хорошо знаем, для каких стран создаем продукты, какие каналы дистрибуции будем использовать и как там нужно преподносить игры. В казуальных играх важен этап вхождения. Человек скачал игру бесплатно, поиграл в нее, ему нужно быстро разобраться, как в нее играть. Учитывая, что он не является профессиональным игроком, он мог не видеть такие игры раньше. Очень важен начальный период, и мы представляем себе обычного пользователя обычного компьютера. Это «офисный планктон», домохозяйки и так далее.

— Правда ли, что основной пользователь казуальных игр — семейная женщина 30-35 лет?

— Если брать статистику PC-игр, то 60-65% — женщины. Картина зависит от страны и сегмента. В мобильные игры играют немного другие люди. Те, кто играет на Mac, тоже отличаются от тех, кто играет на PC. Если мы говорим про продукты для PC, там другая аудитория. Усредняя, мы получаем абстрактную женщину.

— Чем отличаются от остальных владельцы Mac?

— Думаю, они больше привыкли к качеству интерфейсов и софта. На Mac лучше операционка, она меньше глючит и зависает. Выше требования к качеству. Понятно, что это люди творческих профессий: фотографы, художники, музыканты, студенты. Учеба у них часто связана с Mac. Apple активно продвигал свою продукцию, и, насколько я знаю, в американских школах стоят Mac.

— Несколько лет назад у вас однозначно доминировали игры под Windows. Это были программы, требующие оплаты. Сегодня казуальность смещается в сторону мобильных устройств?

— В сторону мобильных устройств, социальных сетей, консолей. У нас вышло несколько социальных проектов, готовятся и другие. Несколько проектов вышло под консоли, PlayStation, но основное — это мобильные устройства (iPhone, iPad, Android).

— Так случайно получилось или это осознанный выбор?

— Это самый быстрорастущий рынок. Несмотря на то что все громко говорят о социальных играх, самый крупный и самый быстрорастущий сегмент игрового рынка — мобильные игры. В 2010 году он оценивался в $8 млрд. Через пару лет будет $15 млрд.

— Как сегодня выглядит структура Alawar?

— Главное, на чем мы специализируемся и в чем мы считаем себя успешными, — это поиск разработчиков, их поддержка в создании продуктов, финансирование, помощь в тестировании и локализации и продвижение их по нашим собственным каналам и через дистрибьюторов. У нас есть продюсеры, сопродюсеры. Кроме того, мы подружились с некоторыми студиями, и они стали внутренними студиями Alawar, у нас есть совместные юридические лица. Alawar — это издательство примерно в 150 человек, 6 студий, где тоже суммарно человек 150, и несколько отделов продвижения в конкретных странах (Россия, Турция, Украина, Польша).

— Сегодняшняя структура эволюционным путем вырастала из той фирмы, которая появилась в конце 1990-х?

— Нет, у нас было несколько важных внутренних революций. Мы начинали как обычные разработчики игр. Я игры разрабатывал, а мой партнер (из банковской сферы) умел заводить в Россию деньги из-за рубежа, принимать чеки в Новосибирске, обналичивать их и правильно платить с них налоги. Для 1999 года это была высшая акробатика. Ко всему прочему он хорошо знал английский, поэтому общался с западной прессой. С этого тандема все и началось. Постепенно мы научились делать игры и продавать их на Западе. В 2000 году к нам стали приходить другие разработчики игр и просили помочь им. Они делали игры, но не знали, как их продавать. Мы стали что-то им рассказывать, объяснять, подсказывать, брать на дистрибуцию их продукты. В итоге выяснилось, что у нас это так хорошо получается, что надо брать с них процент, а не просто помогать за кружкой пива. Мы стали заниматься такой деятельностью. Когда они говорили, что у них нет денег и что им надо доделать игру, мы давали им деньги. Так мы и стали издательством. Через какое-то время мы закрыли собственный отдел разработки. Потом появилась и собственная разработка, но уже не на базе того, что было создано в 1999 году. Были сложившиеся коллективы, с которыми мы нашли точки соприкосновения. Они стали внутренними студиями.

— С твоей точки зрения как руководителя, что особенно хорошего есть у вас в компании?

— Так как компания постоянно развивается, мы 12 лет непрерывно растем. Мы называем себя «пространством возможностей». В Alawar всегда есть возможность поменять сферу деятельности, вырасти, заняться другими вещами — не теми, какими занимался раньше, переехать в другую страну. Это нравится людям. Многие сотрудники в менеджменте, топ-менеджменте начинали совсем не с нынешней своей профессии и не с нынешнего своего отдела, они блуждали внутри Alawar. Многим нравится, что можно прийти с идеей к генеральному директору или руководителям отделов и предложить ее, на что тебе скажут: «Давай! Делай! » — и из этого вырастет целое направление, в котором можно будет стать большим человеком. Например, тот парень, который у нас сейчас является главным мобильным продюсером (Саша Егошин), просто хотел делать игры для iPhone. Тогда iPhone еще не было, он только должен был появиться. Саша был Mac-фанатом и говорил: «Давайте придумаем игры!», на что ему сказали: «Давай! Делай!» Он сделал, и сейчас у нас выходит 40 проектов в год для iPhone. Он все это придумал с нуля и сам сделал.

— В 2007 году 23% акций у вас купил «Финам», верно?

— «Финам» в нас инвестировал. Они дали нам деньги на развитие.

— В 2010 году доля была выкуплена Almaz Capital Partners...



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Составитель: Бабанский Дмитрий 7 499 270 29 52 (2)

    Обзор
    В течение последнего года Великобритания и Россия добивались укрепления основ двухсторонних отношений, и начинающиеся в Москве российско-британские переговоры - это "огромный шанс" для их улучшения.

Другие похожие документы..