Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Доклад'
Доклад подготовлен Управлением периодической печати, книгоиздания и полиграфии Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям при содейств...полностью>>
'Поэма'
Какое место занимает жанр поэмы в творчестве Некрасова? Какова тематика и проблематика поэм Некрасова? В чём состоят художественные открытия Некрасов...полностью>>
'Документ'
Образование - это та сфера жизнедеятельности человека, которая затрагивает интересы практически каждого, и вопрос «какой должна быть сегодня школа» я...полностью>>
'Урок'
Русский литературный язык, территориальные диалекты (народные), социальные диалекты (жаргоны) и просторечия. Национальный язык и единство его различны...полностью>>

Немецкое население Западной Сибири в конце XIX начале XXI века: формирование и развитие диаспорной группы

Главная > Автореферат диссертации
Сохрани ссылку в одной из сетей:

После депортации и в период трудармии организованных общин не существовало, богослужения в этих условиях либо не проводились вообще, либо проводились тайно. В послевоенный период существовали условия, способствующие привлечению немцев в религиозные организации. Дискриминационная политика по отношению к немцам увеличила и без того высокую среди них долю верующих. Для многих приверженность к католической или протестантской религии стала отождествляться с принадлежностью к немецкому народу, религия фактически стала источником национальной культуры, средством защиты национальной самобытности. В середине 1950-х гг. происходит возрождение религиозных общин, некоторые из них были зарегистрированы, но большая часть вела нелегальную деятельность.

Лютеране и католики, несмотря на все трудности и проблемы, находились в лучшем положении, поскольку считались более традиционной конфессией по сравнению с баптистами, меннонитами и пятидесятниками. Незарегистрированных общин баптистов было гораздо больше, потому что им сложнее было пройти регистрацию. Многие общины, особенно меннонитов, принципиально отказывались от регистрации, потому что их убеждения противоречили религиозному законодательству. По закону были запрещены открытая проповедь, водное крещение в «общественных местах». Уголовно наказуемым преступлением считался отказ меннонитов служить в армии.

Наибольшую активность в этот период проявили общины баптистов, для которых характерна высокая степень организации и прозелитическая деятельность. Это привело к росту количества баптистских общин среди немецкого населения и к увеличению их численности. В результате изменения условий деятельности общин и внутренних миграций конфессиональный состав немецких сел и деревень изменился кардинальным образом по сравнению с первой половиной ХХ в. Перемещения огромных масс людей в период депортации, мобилизации в трудармию, возвращения из трудовой армии и последующего укрупнения населенных пунктов привели к тому, что практически во всех немецких селах стали действовать несколько религиозных общин. Изучение конфессионального состава немецкого населения, проведенное в ходе этнографических экспедиций, показало, что в конце 1980-х – середине 1990-х гг. лютеранские общины существовали в 58 населенных пунктах (из 136 обследованных), баптистские – в 53, менонитские – в 33, католические – в 17, адвентистские – в 5, пятидесятнические – в 2. В 30 населенных пунктах организованных общин не существовало, и верующие посещали религиозные собрания в соседних селах.

В 1990-е гг. происходит восстановление полноценной религиозной жизни. Активно строятся храмы, все общины действуют на законных основаниях, с 1992 г. в Омске ежегодно проходит Синод евангелическо-лютеранских церквей Урала, Сибири и Дальнего Востока. Но в то же самое время начался процесс эмиграции немцев в Германию, который привел к очень большим изменениям религиозной жизни. Резко снизилась численность общин, и немцев в этих общинах. Католические приходы существуют сейчас только в городах, в сельской местности католических общин почти не осталось. Изменилась языковая ситуация, еще десять лет назад языком богослужения был немецкий язык. В настоящее время службы повсеместно ведутся на двух языках – русском и немецком, в некоторых общинах – только на русском языке.

Совместное проживание немцев, принадлежащих к разным группам, в смешанных населенных пунктах, естественно, оказало влияние и на религиозную жизнь. Анализу религиозного синкретизма и взаимодействию с православием посвящен второй параграф третьей главы. В отличие от европейской части России, религиозные общины в Сибири долгое время не имели возможности поддерживать стабильные связи с религиозными центрами и вели замкнутый образ жизни. Особенно это относится к меннонитам, которые могли поддерживать связи только друг с другом внутри сибирского региона. Их изоляционизм, а затем эмиграция, привели к значительному сокращению численности меннонитов по вероисповеданию. В начале XXI в. от многочисленных меннонитских общин в Сибири остались буквально единицы (например, в с. Неудачино Новосибирской области, с. Солнцевка Омской области).

Существование в большинстве немецких сел нескольких общин привело к их активному взаимодействию, и как следствие – к появлению большого количества синкретичных явлений в религиозной сфере. Верующие разных вероисповеданий могли собираться на службу вместе, служба у католиков и лютеран проходила в форме молитвенного собрания, как у баптистов, священников не было, про конфирмацию многие не слышали, все обряды проводили старики, которые хорошо их знали, праздники отмечали все сообща, принципиальных различий между религиями верующие не видели. Эти тенденции особенно характерны для небольших по численности общин, которые очень быстро попадали в сферу влияния баптистов. В массовом порядке в баптистские общины «переходили» меннониты.

Еще одна тенденция религиозной жизни – это влияние православных традиций. В настоящее время практически повсеместно немцы проживают в смешанных населенных пунктах, где одновременно существуют протестантские и католические общины, и православные. В 1990-е гг. стало практиковаться строительство храмов, которые посещают представители разных конфессий. Это, например, церковь в с. Литковка Омской области, в которой проходят службы лютеран, православных и баптистов, «Дом молитвы для всех народов» в с. Хортицы Омской области, построенный для общин лютеран, меннонитов, баптистов и православных. Многие семьи являются смешанными в конфессиональном плане. Проведенный среди верующих опрос показал, что 36,5% протестантов и 25% православных считают, что можно посещать религиозные собрания в других общинах, 33,3% респондентов не видят разницы между христианскими религиями и около четверти опрошенных православных и протестантов затруднились назвать эти отличия. Часть респондентов видит эти отличия в обрядах, но длительное совместное проживание сказалось и на обрядовой сфере. Например, Пасху немцы в Сибири считают, в отличие от Германии, более важным и великим праздником, чем Рождество, вместо традиционного «Palmsonntag» местные немцы отмечают Вербное воскресенье, вместо Дня трех королей – «русское Рождество».

Таким образом, совместное проживание представителей разных религиозных общин привело к распространению религиозного синкретизма. Причина этого заключается и в тесном общении в повседневной жизни, и в отрыве от религиозных центров, когда в условиях изоляции члены общин были вынуждены исходить либо из собственных представлений и опыта, либо заимствовать не противоречащие этим представлениям элементы культуры у верующих других общин. Результатом стало постепенное разрушение конфессиональных границ и барьеров, развитие интеграционных процессов в религиозной сфере.

Четвертая глава «Этническая идентичность в диаспоре» посвящена особенностям формирования этнической идентичности у немцев Западной Сибири. В первом параграфе рассматриваются структура и уровни этнической идентичности. Одной из причин формирования многоуровневой идентичности является сложный этнический состав немецкого населения Сибири. Его невозможно определить по статистическим источникам, так как в них указывается только национальная принадлежность. Поэтому принадлежность немцев к определенной группе в настоящем исследовании определялась с помощью этносоциологических опросов, интервью, привлечения архивных материалов, изучения генеалогий, пофамильного состава жителей.

Наиболее крупными группами в составе немецкого населения Сибири являются поволжские, украинские, волынские немцы и меннониты. Поволжские немцы, в свою очередь делятся на две группы – потомков первых переселенцев и депортированных и их потомков. Одной из наиболее обособленных групп, имеющей выраженную специфику, являются меннониты. После переселения части меннонитов в Россию, то обстоятельство, что они получили статус колонистов, языковое сходство, протестантское вероисповедание и отношение к ним властей способствовали их сближению с немцами. Препятствиями на пути сближения всегда была вера, которую они старались «соблюдать в чистоте», и эндогамия. Но в советский период роль конфессионального фактора значительно снизилась. Помимо того, что неуклонно сокращалось количество менонитских общин, и среди меннонитов все более распространялся баптизм, появилось большое количество неверующих. В настоящее время значительная часть людей, называющих себя меннонитами, являются ими только по происхождению, по их выражению «этническими меннонитами».

Практически тот же путь – из Голландии в Восточную Пруссию и Польшу, а затем на территорию Российской империи, прошла еще одна группа населения, которая была отнесена к немцам – это голендры (голландцы), лютеране по вероисповеданию, компактные группы которых сохранились до настоящего времени в Иркутской области. В этом случае также определенная языковая близость и лютеранская вера привели к тому, что государственные власти стали считать голендров немцами. Отнесение разных, гетерогенных по происхождению, немецкоязычных групп населения к немцам и проведение в их отношении единой политики (например, депортации), действительно, привело к консолидации, сближению этих групп.

Тем не менее, процессы консолидации нельзя считать завершенными. Во время проведения экспедиций, особенно первых, встречалось достаточно большое количество людей, обладающих самосознанием локального или регионального уровня. Так, были немцы, которые на вопрос о групповой принадлежности, отвечали, что они швабы, баварцы, кашубы, ципсеры, фризы, саксонцы, сохраняя, таким образом, память о месте выхода предков из европейских государств и земель. Довольно значительная часть немцев сохраняла региональное самосознание, связанное уже с российскими регионами. Например, часть поволжских немцев называла себя самарскими или саратовскими немцами. Выходцы из южных губерний называли себя немцами житомирскими, запорожскими, херсонскими и т.д. В настоящее время около половины опрошенных считают себя сибирскими немцами. Таким образом, групповая самоидентификация осуществляется немцами на основе территории проживания – собственной или своих предков.

Для большинства немцев Западной Сибири характерно наличие нескольких уровней идентичности: человек может считать себя сибирским немцем, так как он родился и вырос в Сибири, одновременно он считает себя украинским немцем, поскольку его родители приехали с территории Украины, также он может сказать, что он житомирский, конкретизируя место выхода переселенцев, и в то же время называет себя швабом, так как говорит на швабском диалекте и знает, что предки его были швабами. Таких вариантов самоидентификации существует огромное количество, вследствие того, что неоднократные миграции происходили в течение относительно короткого периода. Для завершения процессов консолидации «народа в пути» просто не хватало времени, поэтому для немцев характерна многоуровневая идентичность.

С другой стороны, на протяжении всего периода жизни немцев в Сибири шел процесс стирания языковых и конфессиональных границ, происходило сближение всех групп немцев, формирование единой территориальной общности. Об этом свидетельствуют результаты повторного этносоциологического опроса, проведенного на рубеже XX и XXI вв.: резко снизилось число респондентов, относящих себя к малочисленным этнолокальным группам, например, швабам, кавказским, крымским немцам. Все больше распространяется этноним «сибирские» немцы, пусть он характерен и не для всех немцев, живущих в Сибири, но, по крайней мере, для значительной их части. Об этих процессах свидетельствует и сознание своего отличия, своей обособленности от других групп, например, соседних «казахстанских» немцев.

В последние годы на развитие идентичности большое влияние оказывают процессы самоорганизации. В настоящее время на территории Российской Федерации действуют более 500 структур российских немцев, это Центры немецкой культуры, национально-культурные автономии, отделения общества «Возрождение», молодежные объединения, российско-немецкие дома, различные фонды. Наиболее распространенной формой организаций являются Центры немецкой культуры (Центры встреч), в Сибири их более 240. В Барнауле, Новосибирске и Томске действуют российско-немецкие дома. В 2006 г. была создана Ассоциация немцев Сибири, в состав которой вошли национально-культурные центры Алтайского края, Красноярского края, Кемеровской, Новосибирской, Омской, Томской и Тюменской областей. Ассоциация является координационным центром, она регулярно проводит съезды и совещания, на которых принимаются планы работы и решаются организационные вопросы. По нашей оценке, в работе Центров участвует около 10% немецкого населения, а в различных праздниках, фестивалях и других массовых мероприятиях – до 30%. Это значительное количество людей, проявляющих интерес к истории и культуре собственного народа, также свидетельствует о выраженной этнической идентичности российских немцев в настоящее время.

Второй параграф посвящен такому качеству этнической идентичности в диаспорной группе, как ее множественный характер. Длительное пребывание в составе российского государства, проживание в иноэтничном окружении, инокультурное влияние, а главное – большое количество смешанных браков привели к формированию сложной, смешанной или множественной идентичности. Как было показано в первой главе, на рубеже XX и XXI вв. сложилась парадоксальная ситуация: немцев из России эмигрировало немногим меньше, чем было по переписи населения 1989 г., и осталось еще почти 600 тыс. Возник т.н. недемографический прирост населения, причем очень значительный. Единственное объяснение этому парадоксу заключается в таком свойстве этнической идентичности диаспоры, как ее мобильный характер, подвижность, изменчивость в зависимости от ситуации.

Существовавший ранее естественный прирост немецкого населения обеспечивался в основном за счет мест компактного проживания немцев в Сибири, где существовало достаточно большое количество однонациональных семей. В национально-смешанных семьях, которые преобладают в местах дисперсного расселения немцев и, особенно, в городской среде, дети определяли свою этническую принадлежность преимущественно как русские, поскольку окружающее население было русским, язык общения и образования был русским. Поэтому в тех регионах Сибири, где российские немцы проживали в основном в городе, а также там, куда немцы переселялись насильственным путем, численность немцев снижалась в результате ассимиляции. Но за счет сельских жителей в тех деревнях, которые были основаны немцами в Сибири еще в прошлом и позапрошлом веках, в целом сохранялись и традиционная культура, и этническая идентичность, и положительная динамика численности немецкого населения.

Массовая эмиграция кардинально изменила ситуацию. С одной стороны, подавляющее большинство живущих в настоящее время в Сибири немцев имеют либо смешанное происхождение, либо находятся в смешанном браке, а чаще всего - и то, и другое вместе. С другой стороны, большинство из них считает себя немцами, особенно в ситуации выбора. В обычных условиях люди смешанного происхождения чаще всего определяют себя как «и русские, и немцы», но в случае необходимости выбора национальности (при проведении переписи, оформлении документов) в настоящее время большинство выбирает немецкую национальность.

В подтверждение приведем расчеты о выборе национальности детей в национально-смешанных браках, сделанные по данным похозяйственных книг. По данным 1989-91 гг. в русско-немецких браках дети были записаны немцами в 30% случаев, русскими – в 70%. Причем, среди глав семей национальность «русский» была указана у людей с фамилиями Шенвальд, Геринг, Франц, Лихвальд и т.д. То есть, люди явно немецкого происхождения определяли свою этническую принадлежность как русские. По данным 2006-2007 гг., во-первых, количество смешанных семей значительно выросло, а во-вторых, в этих семьях 77,4% детей записаны немцами, и только 22,6% – русскими. В тех семьях, где отец русский (и соответственно, русские фамилии) – 65% детей все равно записаны немцами. Таким образом, в настоящее время, ситуация с определением национальности детей в смешанных немецко-русских семьях прямо противоположная той, которая была в начале 1990-х гг., что свидетельствует о том, что статусные позиции немецкой национальности за последние годы значительно выросли и стали выше, чем статус русской национальности.

При проведении опроса мы спрашивали, что должно быть главным при определении национальности в случае сложного происхождения. Большинство респондентов считает, что национальность человека зависит от национальности отца (43,4%), но на практике многие люди сегодня используют любую возможность для того, чтобы записать своих детей немцами.

Во многом эта ситуация связана с эмиграционными настроениями, поскольку число немцев, желающих выехать на постоянное место жительства в Германию, хотя и снизилось, но по-прежнему является существенным. По данным последнего опроса, хотят выехать в Германию 38,5% респондентов, не хотят менять место жительства – 59,2%, затруднились ответить – 2,3%. Сложный или множественный характер идентичности характерен для мигрантов в целом, поскольку они находятся между двумя мирами. Положение между Россией и Германией лучше всего характеризует собственная оценка ситуации эмигрантами: «В России мы были немцами, в Германии мы стали русскими».

Наверное, нет ни одного российского немца, который в последние годы не задавался бы вопросом, эмигрировать или нет. Большинство отдает себе отчет в том, что Германия – страна хотя и с высоким жизненным уровнем, но проблемы там есть, для многих это чужая страна. Чтобы выяснить психологический настрой респондентов, их представления о своих корнях, о чувстве связи и общности с Россией, мы задавали вопрос «Что Вы представляете, услышав слово «Родина» и получили следующие ответы: «Родина – это мое село, место, где я живу» – 46,0%, «Родина – это Россия» – 13,1%, «Родина – это Сибирь» – 7,3%. У многих понятие родины связано с личными ассоциациями, домом, семьей, друзьями. Лишь 0,6% опрошенных немцев Сибири, услышав слово «Родина», представляют себе Германию.

Проблема адаптации российских немцев в ФРГ заслуживает особого внимания. Несмотря на то, что в целом интеграция проходит успешно, для многих этот процесс является весьма болезненным, часть эмигрантов, особенно последних лет, возвращается назад. Например, если в 1997 г. вернулось в Россию 4,9% от выехавших в Германию, то в 2007 г. – уже 48,7%. Можно утверждать, что трансформация этнической идентичности российских немцев в связи с эмиграционным процессом является очень значительной.

При исследовании этнической идентичности в диаспоре важным показателем являются представления людей об этноконсолидирующих и этнодифференцирующих признаках. Во время всех опросов в качестве объединительного признака респонденты называли язык, и это в то время, когда более половины немцев считают родным языком русский. Роль языка, как консолидирующего признака, кажется парадоксальной, но лишь на первый взгляд. С одной стороны, мы отмечаем неуклонное снижение доли тех немцев, которые считают немецкий язык родным. Растет число немцев, не владеющих немецким языком совсем (с 3,4% во время первого опроса до 8,2% во время второго опроса). Но с другой стороны, в последние годы проводится большая работа по совершенствованию преподавания немецкого языка, выпускаются газеты, журналы, методические разработки для учителей. Значительно выросла языковая компетентность, то есть литературный язык стали знать лучше, доля хорошо владеющих немецким языком выросла с 44% до 51%. В первую очередь это касается молодежи, также большая работа была проведена в немецких национальных районах. Например, читают литературу и периодику на немецком языке в целом по Западной Сибири 10,3% респондентов, а в Азовском немецком национальном районе – 34%.

В последние годы произошло изменение установок населения на изучение немецкого языка. Все большее количество людей хочет изучать литературный немецкий язык, а не диалекты, поскольку считают, что изучение диалектов не имеет никакой перспективы. Тенденция к употреблению нормированного языка является заметной, но далеко не определяющей. Более явной тенденцией является все большее расширение сферы употребления русского языка. Все немцы употребляют в основном русский язык, степень владения русским языком гораздо выше, чем немецким, потому что все, включая нынешнее старшее поколение, получили образование на русском языке. О роли русского языка говорит тот факт, что на титуле выходящей в ФРГ газеты «Русская Германия» стоит девиз «Наше Отечество – русский язык».

Не менее острой, чем эмиграция, для Сибири является проблема этнической иммиграции, в основном из Казахстана и республик Средней Азии. Среди мигрантов преобладают русские, немцы находятся на втором месте. Они селятся в основном в тех населенных пунктах, откуда немцы уезжают в Германию. Процессы иммиграции и реэмиграции также оказывают влияние на формирование идентичности, поскольку они актуализируют вопросы этнической и национальной принадлежности, гражданства, «своей» и «чужой» культуры, норм и правил поведения, знания немецкого языка.

Характер этнической идентичности в значительной степени определяется той этнической средой, в которой жили и живут российские немцы в Западной Сибири. В частности, это численность группы, компактный или дисперсный характер расселения, городская или сельская среда, длительность проживания в населенном пункте, этническое окружение и отношения с окружающими народами.

В Заключении подведены итоги исследования и сформулированы основные выводы, которые заключаются в следующем. На протяжении конца XIX – начала XXI вв. происходило формирование и развитие этнической общности немцев Западной Сибири, которая представляет собой наиболее крупную диаспорную группу российских немцев. На все ее существование, и, прежде всего, на численность и расселение, оказали влияние миграционные процессы. Анализ этих процессов дает основания для выделения трех периодов в развитии группы, которые связаны с добровольными переселениями, депортацией и эмиграцией. В результате переселений крестьян в конце XIX – начале XX вв. сложились очаги компактного проживания немцев в Сибири, главным образом на Алтае и в районе Омска. Депортация привела к значительному, четырехкратному росту численности и дисперсному расселению немцев на территории Западной Сибири, в основном в сельской местности, к увеличению доли поволжских немцев в этнической структуре населения. Следствием массовой эмиграции в Германию в конце XX - начале XXI вв. стало резкое сокращение численности диаспорной группы и изменение ее этнического состава.

В рамках этих трех крупных периодов происходили процессы, также связанные с политическими факторами, которые оказали решающее влияние на этническое развитие группы. Так, в начале первого периода немцы проживали в относительно замкнутых и однородных в этническом и конфессиональном плане колониях, в которых сохранялись традиции «материнских» колоний. Но коллективизация и ликвидация хуторов привели к совместному проживанию немцев, относящихся к разным группам и возникновению локальных консолидированных культурных комплексов.

Во время второго периода большое влияние оказала мобилизация в «трудовую армию», которая привела к перемещениям внутри страны и региона огромных масс населения, и как следствие – широкому распространению русского языка и росту национально-смешанных браков. Режим спецпоселения и запрет на перемещения закрепили в Сибири самую крупную группу российских немцев и фактически оформили ее границы. Политика укрупнения колхозов привела к совместному проживанию не только немцев, относящихся к разным группам, но и немцев с другими народами. В результате в культуре появилось большое количество интегрированных и синкретичных форм, стали усиливаться процессы языковой и культурной ассимиляции.

В третьем периоде выделяется пик эмиграционного движения, который пришелся на середину 1990-х гг., одновременно в Сибирь (в основном в Алтайский край и Омскую область) переселяется значительное число немцев из Казахстана и других азиатских республик. Это привело фактически к полному уничтожению традиционных культурных комплексов, локальных вариантов обрядов и обычаев, диалектов и появлению новых национальных форм культуры, основанных в значительной мере на немецком литературном языке и культуре современной Германии. В это время значительную роль играли процессы самоорганизации и создание немецких национальных районов.

Всесторонняя характеристика миграционных процессов, особенностей культурного воспроизводства, религиозной жизни, идентичности немцев Западной Сибири позволяет сформулировать основные положения концепции диаспорной группы:

- диаспорная группа – это часть диаспоры, сформировавшаяся из мигрантов общность, основанная на этнической идентичности, чувстве принадлежности к определенному народу и осознании себя как части этого народа, главной характеристикой которой и особой чертой является территория проживания. С этой территорией связаны представления о своей отличительности, о собственной исторической судьбе, о родине.

- именно территория лежит в основе формирования идентичности диаспорной группы. Свидетельством этого могут служить самоназвания групп (эндоэтнонимы), которые возникают на новой территории обитания, и которые связаны именно с ней (поволжские, украинские, волынские, кавказские, крымские немцы, и, наконец – сибирские немцы, Sibiriendeutsche).

- диаспорная группа является, как правило, частью более широкой коалиции, формирование которой происходит в рамках государства. Так, российские немцы – это более широкая коалиция, часть немецкой диаспоры. Для ее формирования главным фактором является политика государства по отношению к мигрантам. Эта политика основана, как правило, на формальных признаках, таких, как иммиграция из определенной страны или язык, но в результате проведения этой политики происходит образование неформальных общностей, обладающих общей идентичностью.

- в формировании и развитии диаспорной группы определяющую роль играют миграции. В результате многочисленных миграций группа изменяется, в нее включаются новые этнические компоненты, меняется ее культура в результате адаптации к новым условиям, меняется или исчезает язык. В иноэтничном окружении культура и язык могут сохраниться лишь при наличии каких-либо барьеров, например, конфессиональных. С исчезновением этих барьеров культурная и языковая ассимиляция являются неизбежными. По отношению к немецкому населению самым ярким примером, подтверждающим это положение, являются меннониты.

- стратегия развития диаспорной группы зависит во многом от характера расселения, территориального размещения. При компактном расселении, например, заключается меньше смешанных браков, которые являются основным механизмом естественной ассимиляции. Компактный характер расселения немцев в Западной Сибири обусловил более низкие темпы ассимиляции здесь, по сравнению с другими территориями России, что выразилось, например, в признании большим количеством немцев родным языком немецкого языка и сохранении локальных очагов традиционной культуры в моноэтничных поселениях. По отношению к немцам следует подчеркнуть связь характера расселения с политическими процессами. Именно политика государства (сначала деятельность Переселенческого управления, затем переселения в период коллективизации, депортация и, наконец, миграционная политика последних десятилетий) обусловили принципы и особенности формирования диаспорной группы.

- роль территории, на которой формируется группа, гораздо шире общепринятых положений о формировании единых хозяйственно-культурных комплексов. Кроме формирования определенной этнотерриториальной идентичности, о которой было сказано выше, происходит выделение определенных символов, как правило, культурных, маркирующих эту идентичность. Таким образом, именно значение территории в качестве объединительного признака, позволяет нам определить немецкое население Западной Сибири как диаспорную группу, для которой характерны внутренние связи, общие процессы демографического и миграционного поведения, общие закономерности в культурном воспроизводстве и формирование особой территориальной идентичности.

Для дальнейшего исследования проблемы можно сформулировать следующие рекомендации. В настоящее время необходимо проведение массового этносоциологического опроса немецкого населения, проживающего в Западной Сибири, и в других регионах. Это позволит изучить динамику этнических процессов на протяжении длительного периода (с интервалом в 10 и 20 лет) и более четко определить тенденции этнического развития, а также провести сравнительное исследование разных групп российской немецкой диаспоры. Важным является продолжение этнографических исследований, экспедиционных работ, поскольку эмиграция фактически уничтожает последние «островки» немецкой традиционной культуры. Дальнейшей разработки требуют вопросы этнической истории немецкого населения Западной Сибири, в частности, слабо проработана история послевоенного периода и до конца 1980-х гг., обобщающие работы по этому периоду отсутствуют. Необходимо проведение сравнительных исследований развития групп российской немецкой диаспоры в разных регионах России и за рубежом – в Казахстане, Украине, США, Канаде и других странах. В связи с тем, что большая часть российских немцев эмигрировала в Германию, и процесс эмиграции, хотя и в значительно меньших масштабах, но продолжается, нужно проводить исследования всех составляющих процесса эмиграции. Ключевыми проблемами здесь являются адаптация и интеграция переселенцев, реэмиграция, поддержка наших соотечественников за рубежом. Актуальным является изучение такой проблемы, как более эффективное использование помощи, оказываемой российским и германским правительствами российским немцам.

Список основных работ, опубликованных по теме диссертации:

Публикации в ведущих рецензируемых научных журналах, определенных ВАК Минобрнауки России:

1. Смирнова Т.Б., Томилов Н.А. Немцы Сибири: история и культура // Этнографическое обозрение. 1994. № 2. С. 167-168. (0,2 п.л., авторский вклад 0,1 п.л.).

2. Смирнова Т.Б. Современное состояние языка немцев Западной Сибири // Гуманитарные науки в Сибири. 1996. № 3. С.80-84. (0,3 п.л.).

3. Смирнова Т.Б. Материальная культура российских немцев Западной Сибири: традиции, трансформации и современное состояние // Вестник Новосибирского государственного университета. Серия: история, филология. 2006. Т. 5, вып. 3: Археология и этнография. С. 118-123. (0,5 п.л.).

4. Смирнова Т.Б. Миграции и динамика численности немецкого населения Западной Сибири в конце XIX – начале XXI в. // Известия Алтайского государственного университета. 2007. № 4/3. С. 174-181. (1,0 п.л.).

5. Смирнова Т.Б. Обычай венчания покойников у немцев Сибири // Этнографическое обозрение. 2008. № 5. С. 133-144. (0,8 п.л.).

6. Смирнова Т.Б. Этническая история немецкой диаспоры в трудах сибирских ученых // Гуманитарные науки в Сибири. 2008. № 3. С. 63-68. (0,4 п.л.).

7. Смирнова Т.Б. Особенности развития обрядности в диаспоре (на примере свадебных обрядов немцев Сибири) // Известия Алтайского государственного университета. 2008. № 4/2. С. 169-177. (1,0 п.л.).

8. Смирнова Т.Б. Современное демографическое развитие немецкой диаспоры в Сибири // Проблемы истории, филологии, культуры. 2008. № 22. С. 600-606. (0,4 п.л.).

9. Смирнова Т.Б. Этнический состав немцев Сибири // Вестник Томского государственного университета. 2009. Авг. № 325. С. 86-87. (0,3 п.л.).

10. Смирнова Т.Б. Обычаи ряжения в календарных праздниках немцев Сибири // Археология, этнография и антропология Евразии. 2009. № 3 (39). С. 128-134. (0,8 п.л.).

Монографии и главы в коллективных монографиях

11. Рублевская С.А., Смирнова Т.Б. Традиционная обрядность немцев Сибири. Омск: Издательство ОмГПУ, 1998. 154 с. (9,6 п.л., авторский вклад 4,8 п.л.).

12. Смирнова Т.Б. Немцы // Народы Западной и Средней Сибири: Культура и этнические процессы / Ш.К. Ахметова и др. Новосибирск: Наука, 2002. С. 83-112. (15,2 п.л., авторский вклад – 1,4 п.л.).

13. Смирнова Т.Б. Немцы Сибири: этнические процессы. Омск: ИЦ «РУСИНКО», 2002. 210 с. (13,1 п.л.)

14. Смирнова Т.Б. Немцы Сибири: этнические процессы и этнокультурное взаимодействие. Новосибирск: Издательство Института археологии и этнографии СО РАН, 2003. 88 с. (10,5 п.л.).

15. Смирнова Т.Б. История формирования и тенденции этнического развития населения Омской области // Омская область на пороге тысячелетий: политика, экономика, культура / Ж.В. Лазарева и др. Омск: Издательство ОмГАУ, 2003. С. 128-145. (14,8 п.л., авторский вклад 1,0 п.л.).

Статьи в научных изданиях

16. Smirnova T. Siberian Germans // Encyclopedia of world cultures. Boston: G.K. Hall, 1992. Volume VI. P. 337-341. (0,4 п.л.).

17. Брук С.И., Смирнова Т.Б. Немцы // Народы России: энциклопедия. М.: Большая Российская Энциклопедия, 1994. С. 246-249. (0,5 п.л., авторский вклад 0,3 п.л.).

18. Смирнова Т.Б. Этническое самосознание и этнические процессы у немцев Западной Сибири // Российские немцы. Проблемы истории, языка и современного положения: Материалы Международной научной конференции. М.: «Готика», 1996. С. 485-492. (0,4 п.л.).

19. Рублевская С.А., Смирнова Т.Б. Роль этнографических источников в изучении истории и культуры немцев Сибири // Российские немцы. Историография и источниковедение: Материалы Международной научной конференции. М: «Готика», 1997. С. 303-312. (0,5 п.л., авторский вклад 0,25 п.л.).

20. Смирнова Т.Б., Томилов Н.А. История, современное этническое развитие российских немцев в Сибири и проблемы их изучения // Немцы Сибири: история и современность: Материалы Международной научно-практической конференции. Омск: Омский филиал ОИИФФ СО РАН, 1997. С. 9-16. (0,5 п.л., авторский вклад 0,3 п.л.).

21. Smirnowa T.B., Tomilow N.A. Geschichte, gegenwärtige ethnische Entwicklung der Russlanddeutschen in Sibirien und Probleme ihrer Untersuchung // Немцы Сибири: история и современность: Материалы Международной научно-практической конференции. Омск: Омский филиал ОИИФФ СО РАН, 1997. С. 17-24. (0,5 п.л., авторский вклад 0,3 п.л.).

22. Смирнова Т.Б. Миграция как фактор формирования этнической субкультуры немцев Сибири // Миграционные процессы среди российских немцев: исторический аспект. Материалы Международной научной конференции. М.: «Готика», 1998. С. 424-430. (0,3 п.л.).

23. Смирнова Т.Б., Филимонова Т.Д. Немцы // Народы и религии мира: Энциклопедия. М.: Большая Российская Энциклопедия, 1998. С. 371-375. (0,32 п.л., авторский вклад 0,16 п.л.).

24. Смирнова Т.Б. Изменение конфессионального состава немцев Западной Сибири в ХХ в. // Протестантизм в Сибири: история и современность: Материалы Международной научной конференции. Омск: ТОО «Полиграф», 1998. С. 130-132. (0,1 п.л.).

25. Смирнова Т.Б. Исследования научно-исследовательской лаборатории этнографии и истории немцев Сибири по этнической истории (на примере населенных пунктов Омской области) // Исторический ежегодник. Омск, 2001. С. 195-203. (0,6 п.л.).

26. Смирнова Т.Б. История немецких населенных пунктов Горьковского района Омской области // Сибирская деревня: история, современное состояние, перспективы развития: Сборник научных трудов. Омск: Издательство ОмГАУ, 2002. Ч. I. С. 65-68. (0,2 п.л.).

27. Смирнова Т.Б. Обряды перехода в немецкой свадьбе // Исторический ежегодник. Омск, 2002. С. 104-109. (0,2 п.л.).

28. Смирнова Т.Б. Этнические процессы у немцев Сибири // Немцы Сибири: история и культура: Материалы Третьей международной научно-практической конференции. Омск: Аркор, 2002. С. 32-38. (0,3 п.л.).

29. Смирнова Т.Б. Методика полевых этнографических исследований // Российские немцы: Научно-информационный бюллетень. М., 2003. № 1. С. 11-14. (0,4 п.л.).

30. Смирнова Т.Б. Современные этнические процессы у немцев Западной Сибири // Немецкое население в постсталинском СССР, в странах СНГ и Балтии (1956-2000 гг.): Материалы международной научной конференции. М.: АОО «Международный союз немецкой культуры», 2003. С. 169-176. (0,5 п.л.).

31. Смирнова Т.Б. Особенности этнического развития немцев Западной Сибири (по материалам социологических опросов 1990-х гг.) // Диаспоры. 2003. № 2. С. 142-159. (0,9 п.л.).

32. Смирнова Т.Б. Этнографическое изучение культуры российских немцев Сибири // Ключевые проблемы истории российских немцев: Материалы Х Международной научной конференции. М.: ЗАО «МСНК-пресс», 2003. С. 330-347. (1,0 п.л.).

33. Смирнова Т.Б. Динамика современных этнических процессов у немцев Западной Сибири // Немцы Сибири: история и культура: Материалы IV международной научно-практической конференции. Новосибирск: Издательство Института археологии и этнографии СО РАН, 2003. С. 126-128. (0,3 п.л.).

34. Смирнова Т.Б. История немецких населенных пунктов Исилькульского района Омской области // Сибирская деревня: история, современное состояние, перспективы развития: Сборник научных трудов. Омск: Издательство ФГОУ ВПО ОмГАУ, 2004. Ч. I. С. 105-108. (0,2 п.л.).

35. Смирнова Т.Б. Конфессиональный состав и межконфессиональные отношения немцев Западной Сибири // Положение российских немцев в России и в Германии на рубеже XX-XXI веков: Материалы международной научной конференции. Саратов: Научная книга, 2004. С. 89-106. (0,8 п.л.).

36. Смирнова Т.Б. Сравнительная характеристика групп немецкого населения Алтайского края и Омской области // Этнография Алтая и сопредельных территорий: Материалы международной научно-практической конференции. Барнаул: Издательство Барнаульского гос. пед. ун-та, 2005. Вып. 6. С. 57-59. (0,2 п.л.).

37. Смирнова Т.Б. Межэтнические процессы у российских немцев Западной Сибири // Российские немцы в инонациональном окружении: проблемы адаптации, взаимовлияния, толерантности: Материалы международной научной конференции. М.: «МСНК-пресс», 2005. С. 203-212. (0,6 п.л.).

38. Смирнова Т.Б. Миграционные процессы у немцев Западной Сибири в конце XX – начале XXI веков // Социогенез в Северной Азии: Сборник научных трудов. Иркутск: Издательство ИрГТУ, 2005. Ч. 2. С. 216-219. (0,3 п.л.).

39. Смирнова Т.Б. Орнаментальное искусство немцев Сибири // Актуальные вопросы истории Сибири. Пятые научные чтения памяти профессора А.П. Бородавкина: Сборник научных трудов. Барнаул: «Аз Бука», 2005. С. 270-272. (0,2 п.л.).

40. Смирнова Т.Б. История возникновения и современное состояние религиозных общин немецкого населения Западной Сибири // Народы и культуры Сибири: изучение, музеефикация, преподавание: сборник научных трудов. Омск: Издательство Омского университета, 2005. С. 207-219. (0,6 п.л.).

41. Смирнова Т.Б. Исследования по этнографии немецкого населения Сибири в Омском государственном университете // Немцы Сибири: история и культура: Материалы V Международной научно-практической конференции. Омск: Издательский дом «Наука», 2006. С. 178-180. (0,3 п.л.).

42. Томилов Н.А., Ахметова Ш.К., Смирнова Т.Б. Направления национальной политики России и укрепление ее научной и общественной базы // Немцы Сибири: история и культура: Материалы V Международной научно-практической конференции. Омск: Издательский дом «Наука», 2006. С. 96-100. (0,5 п.л., авторский вклад 0,25 п.л.).

43. Смирнова Т.Б. Похоронный обряд немцев Сибири // Интеграция археологических и этнографических исследований: сборник научных трудов. Красноярск; Омск: Издательский дом «Наука», 2006. С. 157-160. (0,3 п.л.).

44. Блинова А.Н., Смирнова Т.Б. Этнография российских немцев Сибири в собраниях университетского музея // Вiсник Одеського iсторико-краєзнавчого музею. Матерiалi III Мiжнародноï науково-практичноï конференцiï «Музей. Iсторiя. Одеса»: Наукове видання. Одеса: «Астропринт», 2006. С. 49-50. (0,2 п.л., авторский вклад 0,1 п.л.).

45. Смирнова Т.Б. Немецкая тематика в журнале «Этнографическое обозрение» // Российские немцы. Научно-информационный бюллетень. М., 2007. № 3 (51). С. 9-12. (0,25 п.л.).

46. Смирнова Т.Б. Немецкая идентичность в национально-смешанной среде (по материалам этносоциологических исследований в Сибири) // Российское государство, общество и этнические немцы: основные этапы и характер взаимоотношений (XVIII-XXI вв.): Материалы XI Международной научной конференции. М.: «МСНК-пресс», 2007. С. 389-397. (0,5 п.л.).

47. Смирнова Т.Б. Немецкие национальные районы в Сибири: история и роль в развитии этнической культуры // Вопросы германской истории: Сборник научных трудов. Днепропетровск: «Пороги», 2007. С. 254-265. (0,6 п.л.).

48. Смирнова Т.Б. Адаптация немецкого населения в условиях освоения Сибири (по материалам этнографических экспедиций) // История немецкой колонизации в Крыму и на юге Украины в XIX-XX вв.: Материалы Международной научной конференции, посвященной 200-летию переселения немцев в Крым. Симферополь: АнтиквА, 2007. С. 61-73. (0,7 п.л.).

49. Смирнова Т.Б. История немецких населенных пунктов Тарского района Омской области // Сибирская деревня: история, современное состояние, перспективы развития: Материалы VII Международной научно-практической конференции. Омск: Издательство Омского аграрного университета, 2008. Ч. I. С. 79-82. (0,2 п.л.).

50. Смирнова Т.Б. Этнический и конфессиональный состав немецких населенных пунктов Сибири // Этнография Алтая и сопредельных территорий: Материалы международной научной конференции. Барнаул: БГПУ, 2008. Вып. 7. С. 121-124. (0,4 п.л.).

51. Смирнова Т.Б. Трансформация этнической культуры, этнической идентичности, этнической самоидентификации немцев Сибири в конце ХХ – начале XXI века: причины и результаты // Немцы России: исторический опыт и проблемы самоорганизации: Материалы международной научно-практической конференции. М.: «МСНК-пресс», 2008. С. 46-50. (0,6 п.л.).

1 Концепция Федеральной целевой программы «Развитие социально-экономического и этнокультурного потенциала российских немцев на 2008-2012 годы». Утверждена распоряжением Правительства Российской Федерации от 29 августа 2007 г. № 1143-р // Интернет-портал Правительства Российской Федерации. URL: /content/governmentactivity/rfgovernmentplans/8110163.htm

2 Интервью К. Бергнера информационной службе ОРНИС 4 ноября 2006 г. // ORNIS-press. Сайт. URL: /index.php?article_id=578&goback=42

3 Арутюнов С.А. Диаспора – это процесс // Этнографическое обозрение. – 2000. - № 2. – С. 74-78 ; Семенов Ю.И. Этнос, нация, диаспора // Этнографическое обозрение. – 2000. - № 2. – С. 64-72 ; Тишков В.А. Исторический феномен диаспоры // Этнографическое обозрение. – 2000. - № 2. – С. 43-63.

4 Дятлов В. Диаспора: попытка определиться в понятиях // Диаспоры. – 1999. - № 1. – С. 8-23 ; Его же. Диаспора: экспансия термина в общественную практику современной России // Диаспоры. – 2004. - № 3. – 126-138 ; Милитарев А. О содержании термина «диаспора» (к разработке дефиниции) // Диаспора. – 1999. - № 1. – С. 24-33 ; 2005. - № 3. – С. 8-17 ; Тишков В.А. Увлечение диаспорой (о политических смыслах диаспорального дискурса) // Диаспоры. – 2003. - № 2. – С. 160-183 ; Попков В. «Классические диаспоры»: к вопросу о дефиниции термина // Диаспоры. – 2002. - № 1. – С. 6-21.

5 Иларионова Т.С. Этническая группа: генезис и проблемы самоидентификации (теория диаспоры). – М.: Нойес Лебен, 1994. – 167 с. ; Полоскова Т.В. Современные диаспоры: внутриполитические и международные аспекты. – М.: «Научная книга», 2002. – 283 с. ; Попков В.Д. Феномен этнических диаспор. – М.: ИС РАН, 2003. – 340 с.; Тишков В.А. Реквием по этносу: Исследования по социально-культурной антропологии. – М.: Наука, 2003. – 544 с.

6 Малиновский Л.В. Жилище немцев-колонистов в Сибири // Советская этнография. – 1968. - № 3. – С. 97-105; Его же. Некоторые предварительные результаты социолого-лингвистического обследования немецкого населения Западной Сибири // Сбор и разработка материалов социолого-лингвистических исследований в Сибири. – Новосибирск, 1969. – С. 20-29.

7 Чешко С.В. Время стирать «белые пятна» // Советская этнография. – 1988. - № 6. – С. 3-16.

8 Наумова О.Б., Чешко С.В. Современные этнокультурные процессы у казахов и немцев Казахстана (опыт сравнительного анализа) // Этнокультурные процессы в национально-смешанной среде. – М., 1989. – С. 30-77.

9 Остроух И.Г., Шервуд Е.А. Немцы в России: исторический очерк // Этнографическое обозрение. – 1993. - № 3. – С. 40-51.

10 Соколовский С.В. Меннониты Алтая: история, демография, ономастика. - М.: Институт этнологии и антропологии РАН, 1996. – 257 с.

11 Герман А.А. Немецкая автономия на Волге. 1918-1941. – М.: «МСНК-пресс», 2007. – 576 с.

12 Вибе П.П. Немецкие колонии в Сибири: социально-экономический аспект. – Омск: Издательство ОмГПУ, 2007. – 368 с.

13 Рублевская С.А. Календарная обрядность немцев Западной Сибири конца XIX – XX вв. – М.: Готика, 2000. – 136 с. ; Рублевская С.А., Смирнова Т.Б. Традиционная обрядность немцев Сибири. – Омск: Издательство ОмГПУ, 1998. – 154 с. ; Смирнова Т.Б. Немцы Сибири: этнические процессы и этнокультурное взаимодействие. – Новосибирск: Издательство Института археологии и этнографии СО РАН, 2003. – 88 с.

14 Айсфельд А. «Немецкий вопрос» в России и в СССР в исследованиях 1990-2005 гг. в России и странах СНГ // Немцы Сибири: история и культура. – Омск, 2006. – С. 87-96; Eisfeld A. Die Russlanddeutschen. – München, 1992. - 224 S.; Idem. Migration der Russlanddeutschen in der Epoche von der Gründung des Deutschen Reiches bis zur Auflösung der Sowjetunion // Die Russlanddeutschen in den Migrationprozessen zwischen den GUS-Staaten und Deutschland. – Göttingen, 2008. – S. 65-114.

15 Миллер М. Программа по сохранению наследия российских немцев в Северной Дакоте // Немцы Сибири: история и культура. – Омск, 2006. – С. 162-163; Rahn P. Mennoniten in der Umgeburg von Omsk. – Winnipeg, 1975. – 56 S.; Loewen R. Diaspora in the countryside: Two Mennonite Communities and Mid-Twentieth-Century Rural Disjuncture. – Toronto: University of Toronto Press, 2006. – 331 pp.

16 Филимонова Т.Д. Немцы // Брак у народов Западной и Южной Европы. – М., 1989. – С. 3-43 ; Ее же. Немцы // Календарные обычаи и обряды в странах зарубежной Европы. Зимние праздники. – М., 1973. – С. 139-162.

17 Томилов Н.А. Проблемы этнической истории: (По материалам Западной Сибири). – Томск: Издательство Томского университета, 1993. – 222 с.

18 Космарская Н.П. Диаспора // Большая российская энциклопедия. – М., 2007. – С. 718-719.

19 Тишков В.А. Реквием по этносу. – С. 446.

20 Смирнова Т.Б. Программы сбора материалов по материальной и духовной культуре немецкого населения Западной Сибири: Учебное пособие. – Омск: Издательство ОмГПУ, 2001. – 80 с.

21 История российских немцев в документах (1763-1992). – М.: МИГУП, 1993. – 447 с. ; История российских немцев в документах (1965-1992). – М.: Российский экономический журнал, 1994. - Т. II. – 509 с.

22 Немцы в Сибири. Сборник документов и материалов по истории немцев в Сибири. 1895-1917. / Сост. П.П. Вибе. – Омск: ОГИК музей, 2000. – 360 с. ; Материалы по истории немецких и менонитских колоний в Омском Прииртышье. 1895 – 1930 / Сост. П.П. Вибе. – Омск: ОГИК музей, 2002. – 448 с.

23 Советское государство и евангельские церкви Сибири в 1920 -1941 гг. Документы и материалы. / Сост. А.И. Савин. – Новосибирск: Посох, 2004. – 427 с. ; Этноконфессия в советском государстве. Меннониты Сибири в 1920-1980-е годы. Аннотированный перечень архивных документов и материалов. Избранные документы / Сост. А.И. Савин. – Новосибирск; СПб.: Посох, 2006. – 496 с.

24 Смирнова Т.Б., Томилов Н.А. Решение Международной научно-практической конференции «Немцы Сибири: история и современность» // Немцы Сибири: история и современность. – Омск, 1997. – С. 3-8.

25 Смирнова Т.Б. Анализ этнокультурной деятельности центров встреч. Роль и значение научных исследований в планировании деятельности центров встреч и организации эффективных мер помощи российским немцам со стороны правительств Российской Федерации и Федеративной Республики Германия. Доклад на VII форуме центров встреч российских немцев. Москва, 16 ноября 2008 г. // Международный союз немецкой культуры. Сайт. URL: /?menu=6&menu0=54&menu01=88&z=1

26 Немцы на Алтае: этническая история и культура. Сайт. URL: /alt_nem/

27 Рассчитано по: Ремпель П.Б. Депортация немцев из европейской части СССР и трудармия по «совершенно секретным» документам НКВД СССР 1941-1944 гг. // Российские немцы. Проблемы истории, языка и современного положения. – М., 1996. - С. 74.

28 Рассчитано по: Бруль В.И. Миграционные процессы среди немцев Сибири в 1940-1955 гг. // Миграционные процессы среди российских немцев: исторический аспект. – М., 1998. – С. 345.

29 Eisfeld A. Migration der Russlanddeutschen … – S. 112.

30 Migrationsbericht des Bundesamtes für Migration und Flüchtlinge im Auftrag der Bundesregierung. Berlin, 2008. – S. 53.

31 Там же.

32 Сайт Федеральной службы государственной статистики Российской Федерации. URL:  

33 Межправительственная российско-германская комиссия по проблемам российских немцев. Специальный выпуск Московской немецкой газеты. – М.: АОО «Международный союз немецкой культуры», 2008. – С. 6.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Множественная этническая идентичность: теоретические подходы и методология исследования (на примере российских немцев)

    Автореферат диссертации
    Защита состоится «24» июня 2011 года в 14 часов на заседании Диссертационного совета Д 209.002.04 по социологическим наукам в Московском государственном институте международных отношений (Университете) МИД РФ по адресу: 119454, Москва,
  2. Национальные меньшинства Саратова во второй половине XIX начале XX вв.: социальная интеграция и повседневная жизнь

    Автореферат диссертации
    Защита состоится 18 ноября 2009 г. в 14.00 часов на заседании диссертационного совета Д 212.243.03 по присуждению ученой степени доктора исторических наук при Саратовском государственном университете им.
  3. Бюллетень новых поступлений 2010 год (4)

    Бюллетень
    В настоящий “Бюллетень” включены книги, поступившие во все отделы научной библиотеки. “Бюллетень” составлен на основе записей электронного каталога. Записи сделаны в формате RUSMARC с использованием программы “Руслан”.
  4. Эдуард Азроянц глобализация: катастрофа или путь к развитию?

    Книга
    Книга академика РАЕН, доктора экономических наук, профессора Э. А. Азроянца посвящена исследованию проблем современных процессов глобализации. Автор пытается ответить на вопросы, в чем суть глобализации, ее субъективных и объективных
  5. «… идея нации не то, что она сама думает о себе во времени, но то, что Бог думает о ней в вечности»

    Документ
    Владимир Соловьев еще в 1888 году писал: «… идея нации не то, что она сама думает о себе во времени, но то, что Бог думает о ней в вечности» (В. Соловьев «Русская идея»).

Другие похожие документы..