Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
В даній статті розглядається якість представлених на ринку України «Шпроти в олії» від різних виробників: ТМ :”ХАКО”,”МАСЕКО”, “ДАГОТАР”, “ЛЯЯТСА”, “...полностью>>
'Программа'
В школьном курсе истории, из-за недостатка времени, мало времени уделяется изучению личностей, с чьими именами связаны основные вехи истории того или...полностью>>
'Документ'
Основы организации оказания хирургической помощи в чрезвычайных ситуациях и в действующей армии. Н.И. Пирогов, как основоположник военно-полевой хиру...полностью>>
'Семинар'
В рамках реализации Федеральной целевой программы «Русский язык» (2006-2010 гг.) Министерство образования и науки России, Федеральное агентство по об...полностью>>

«Северокавказцы» в 1936-1938 гг

Главная > Документ
Сохрани ссылку в одной из сетей:

СОДЕРЖАНИЕ

О ЧЕМ СПОРЯТ ИСТОРИКИ (ВМЕСТО ВСТУПЛЕНИЯ)

ГЛАВА 1. ЧТО СКРЫВАЕТСЯ ЗА ЦИФРАМИ

  1. Свидетельства документов

  2. Что сообщают «книги памяти»

ГЛАВА 2 КАК ЭТО БЫЛО

  1. Судьбы почетных чекистов

  2. июль 1937

  3. август-декабрь 1937

  4. январь-апрель 1938

  5. май-август 1938

  6. Замысел кулацкой операции

  7. Отступление – 1: Попытка уничтожить Церковь

ГЛАВА 3 «ТЕНЬ! Знай свое место!»

  1. Рост влияния руководства НКВД

  2. «Северокавказцы» и «кавказцы»

  3. Школа Евдокимова

  4. «Северокавказцы» в 1936-1938 гг.

  5. Что пытался найти Берия

ГЛАВА 4 ВНЕШНЕПОЛИТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ (ОСОБЫЕ ПОРУЧЕНИЯ)

Отступление – 2: За что убили Слуцкого

Отступление - 3: «Особые поручения» на Тихом океане.

«СЛОВО и ДЕЛО». Вместо заключения

О ЧЕМ СПОРЯТ ИСТОРИКИ (ВМЕСТО ВСТУПЛЕНИЯ)

О ЧЕМ СПОРЯТ ИСТОРИКИ (ВМЕСТО ВСТУПЛЕНИЯ)

Историки, изучающие советскую эпоху, не могут пройти мимо «загадки 1937 года». За два года в стране было уничтожено почти 682 тыс. человек, в местах лишения свободы оказалось почти полтора миллиона заключенных. Если в 1929-1936 среднее число расстрелянных по политическим статьям в год составляет несколько тысяч, то в 1937 – 353074, а в 1938 - 328618. Затем, в 1939 г., количество расстрелянных снова возвращается к «средним цифрам» перовой половины тридцатых годов. Эта кривая расстрелов происходит на фоне плавного роста числа заключенных ГУЛАГа.

Неизбежно возникает вопрос: в чем причины такого скачка массовых расстрелов именно в эти два года? Более того, почему репрессии происходят спустя 20 лет после революции, в условиях относительной политической стабильности? Понятны причины «красного террора» в годы гражданской войны, понятны причины расстрелов и ссылок в период коллективизации. В том и в другом случае в стране происходит острейший социально-политический конфликт, сопровождающийся перераспределением собственности. Но во второй половине 30-ых нет столь же заметных социальных конфликтов, для решения которых необходимо было применить столь масштабное насилие.

Историография событий второй половины 30-ых гг. насчитывает сотни работ. Вместе с тем основных концепций всего несколько. С самого начала хочу оговориться, что историографический обзор построен на анализе концепций, за которыми стоит определенная традиция интерпретации событий второй половины 30-ых.

Первая попытка теоретически осмыслить события 30-ых гг. была предпринята в рамках марксистского метода. Наиболее развернуто этот подход был сформулирован Л.Д.Троцким в «Преданной революции».

Историческое исследование, основанное на этой концепции, представлено И.Дойчером. Важнейшие причины становления сталинизма у И. Дойчера совпадают с анализом Троцкого в книге «Преданная революция». Это слабость российского рабочего класса, который не смог стать ни стабильной социальной базой советской власти, ни источником руководящих кадров для большевистской партии. Кроме того Дойчер указывает на влияние материальной отсталости на социалистические строительство. Сочетание слабости рабочего класса и отсталости, по мнению Троцкого, стало основой бюрократизации советского государства и вырождения революции.

Сталинизм, писал И. Дойчер, был, прежде всего, продуктом изоляции русского большевизма в капиталистическом мире и взаимной ассимиляции изолированной революции и российских традиций. Он оценивал сталинский режим с его культом, автократией, дисциплиной и ритуалом как политическую надстройку, воздвигнутую на базе примитивного первоначального социалистического накопления1.

В России марксистская интерпретация представлена работами В.З.Роговина. Исследователь считает, что сталинский террор выражал интересы бюрократии и был направлен на лишение народа завоеваний Октября. "Политический смысл и политические результаты великой чистки уже в конце 30 х годов были адекватно оценены наиболее серьёзными западными аналитиками. В докладе английского Королевского института внешних сношений, опубликованном в марте 1939 года, говорилось: "Внутреннее развитие России направляется к образованию "буржуазии" директоров и чиновников, которые обладают достаточными привилегиями, чтобы быть в высшей степени довольными статус кво... В различных чистках можно усмотреть приём, при помощи которого искореняются все те, которые желают изменить нынешнее положение дел"2.

В интерпретации событий исследователь широко использует оценки Л.Д.Троцкого. С его точки зрения "правящая бюрократия развязала ряд малых гражданских войн против коммунистической оппозиции, переросших в большой террор 1936-1938 годов". По сути это "белогвардейский … террор… уничтоживший намного больше коммунистов, чем это сделали даже фашистские режимы в Германии и Италии, реализовался в специфической и не предвиденной марксистами политической форме: он осуществлялся изнутри большевистской партии, её именем и руками её руководителей"3.

По мнению Роговина террор направлен против тех слоев бюрократии который сохраняли остатки верности коммунистическим идеалам. "Зверское очищение правящего слоя от инородных элементов, т. е. тех людей, в сознании которых сохранилась верность традициям большевизма, имело своим следствием всё больший разрыв между бюрократией и массами"4.

Иными словами суть концепции Роговина в попытке описать события, как разрыв режима Сталина с революционным прошлым, в конфликте между диктатурой и старыми большевиками. Свою точку зрения он обосновывает анализом выступлений членов ЦК на февральско-мартовском 1937 года пленуме, рассказами Орлова и Кривицкого о конфликте Сталина с «ленинской гвардией» и др. Попыткой уничтожить силы, несущие «традиции Октября» он считает, дело Тухачевского.

Роговин согласен, что «великая чистка на первый взгляд представляется пароксизмом бессмысленного иррационального насилия. Даже многие серьёзные исследователи сводят её политическую функцию исключительно к устрашению народа и тем самым - к предупреждению всякого сопротивления господствующему режиму. Такая концепция, сохраняя многочисленные белые пятна в истории советского общества, сводит сложную и противоречивую картину исторических событий к упрощённой схеме: всемогущий Сталин, всецело подчинившаяся ему партия и рабски бессловесный народ". Он пытается опровергнуть представление о том, что Сталин - единственный субъект политической истории СССР во второй половине 30-ых.

С точки зрения Роговина, сталинский террор был попыткой нанести удар по тем силам в партии, которые пытались реально сопротивляться диктатуре: "ежовщина" была превентивной гражданской войной против большевиков-ленинцев, боровшихся за сохранение и упрочение завоеваний Октябрьской революции"5. В качестве доказательств изложенной точки зрения он приводит факты сопротивления троцкистов в оппозиции, героическую борьбу троцкистов в тюрьмах, попытку Пятницкого организовать сопротивление террору на июньском пленуме.

Наблюдения о политическом смысле чистки приводят Роговина к поиску социального смысла трагедии. "Такое масштабное явление, как великая чистка, не могло не иметь своей социальной базы - в виде групп населения, кровно заинтересованных в массовых репрессиях». Эту социальную базу он обнаруживает в слое сталинских выдвиженцев и великую чистку 1936-1938 годов называет сталинской "кадровой революцией".

Работы Роговина и до сего дня представляют собой наиболее подробное описание политической жизни в СССР в 30-ых. Вместе с тем концепция Роговина не свободна от недостатков.

Как будет показано ниже, невозможно объяснить репрессии против коммунистов стремление избавиться от «старых большевиков». Как известно на XVII съезде избран 71 член и 68 кандидатов ЦК ВКП(б) 6. Из 139 членов и кандидатов в члены ЦК, избранных на XVII съезде, в 1936-1940 годах было репрессировано подавляющее большинство - 101 человек. Естественно возникает ряд вопросов: чем отличается меньшинство от большинства и как меньшинство могло уничтожить большинство. И кто собственно «старые большевики»?

В действительности если считать «средний год» (год рождения, вступления в партии, избрания в ЦК), то выясниться, что «родились» репрессированные членов ЦК – 1893 г., в партию «вступили» в 1911, а в состав руководящих органов партии вошли в 1927г. Конечно эта цифра средняя, она включает в себя и Рыкова (1881 года рождения, в РСДРП с 1898 г, в ЦК – с 1905 г.) и Косарева (1903 года рождения, в партии с 1919, в ЦК с 1930). Для сравнения: средний возраст выживших членов ЦК – тоже 1893 г., год вступления в партию – 1907, а избрания в ЦК – 1925 год. Эта средняя цифра включает в себя и Сталина, и Берия (1899 года рождения, в партии с 1917, в ЦК – с 1934). Для всех, кто знаком с историей партии понятно, что такое четыре года в партстаже – до или после кризиса РСДРП в 1908-1911 гг. и что означает два года в ЦК – до или после разгрома троцкистско-зиновьевской оппозиции. Логичнее было бы предположить, что выжившие будут моложе по политическому стажу, но все наоборот. Вместе с тем принципиальной разницы нет. Достаточно вспомнить, чем отличается ЦК 1934 года от ЦК 1939 года7.

Хочется обратить внимание и еще на одно обстоятельство. Из 101 репрессированного члена и кандидата в члены ЦК, 14 вошли в этот орган в 1930 году и 30 – в 1934. 44 человека из 101 – 44%. Среди выживших соответственно 13 из 32 . То есть – 40%. Иными словами чистка в ЦК - это конфликт и среди т.н. «старых большевиков», и среди тех, кто выдвинулся при Сталине, в 30-ые (среди «сталинистов»)8.

Только для событий весны 1937 можно утверждать, что репрессированные члены ЦК (Пятаков, Сокольников, Рыков, Бухарин и др.) имеют больший партстаж, чем выжившие и могут быть охарактеризованы как «старые большевики». В дальнейшем их характеристики были некритично перенесены на всех репрессированных членов ЦК.

В 1937-1938 гг. были репрессированы те, кто ранее активно поддерживал Сталина. Чем репрессированные члены ВКП(б) в глазах Сталина хуже, чем выжившие? Пока мы не разберемся в механизме изменений, трудно будет понять их смысл. Надо не просто знать, чем все кончилось, но и понимать, как это происходило, «как это было». Почему одни руководители сменяли других. Почему из членов ЦК одни исчезли, а другие нет? Почему Орджоникидзе исчез, а Микоян нет? Чем вызвано появление именно этих новых руководителей? Почему Тухачевский погиб, а Шапошников нет, почему Рокоссовского арестовали, но не расстреляли, а Василевского и не арестовали? Почему погибли М.Кольцов и И.Бабель, а И.Эренбург нет? Чем в глазах власти Б.Пильняк и О.Мандельштам были хуже А.Толстого и М.Булгакова? Почему разгром Церкви сопровождался критикой пьесы Д.Бедного «Богатыри» за «очернение» Крещения Руси? Почему погибали и сталинисты, и антисталинисты? Необходим детальный анализ всего происходившего.

Кроме того, Роговин, конечно, знает, что основная масса репрессированных пострадала в ходе массовых операций, однако, подробно характеризует только удар который наносился по коммунистической элите СССР. Реальный социальный и политический смысл и кулацкой, и национальной операций не вскрыт. Иногда складывается впечатление, что указание на гибель сотен тысяч людей нужно лишь для того, чтобы политически осудить сталинистов.

Ряд деталей проигнорирован исследователем. Например, не описаны и не объяснены прогерманские высказывания Тухачевского зимой 1936 г. во время поездки в Европу. Практически проигнорированы сведения об уничтожении десятков тысяч священников, разгроме Русской Православной Церкви в 1937-38 гг.

В 1950-ые гг. наиболее популярной среди исследователей была концепция тоталитаризма. По справедливому замечанию Меньковского «определенные различия в интерпретации тоталитарной концепции сохранялись постоянно», однако, можно выделить базовые идеи. Тоталитарная диктатура отличается массовой социальной базой, является крайне бюрократизированной системой власти. Для тоталитарного режима характерно систематическое использование террора, режим личной власти диктатора. Под властью тоталитарной диктатуры общество находится в состоянии перманентной революции или перманентной войны9.

Как известно, школа тоталитаризма сложилась в 1940-1950-х гг. на Западе, в 1990-х гг. она получила широкое распространение в нашей стране. В настоящее время в русле этой интерпретации работает И.В.Павлова. Как можно понять она исходит из традиционного определения тоталитаризма, предложенного З.Бжезинским: «1) официальная идеология, полностью отрицающая ранее существовавший порядок и призванная сплотить всех граждан общества для построения нового мира; 2) единственная массовая партия, возглавляемая одним человеком (диктатором), организованная на олигархических принципах и тесно интегрированная с государственной бюрократией; 3) террористический контроль не только над «врагами» режима, но над всеми, на кого укажет перст партийного руководства; 4) партийный контроль над всеми средствами массовой информации; 5) аналогичный контроль над всеми вооруженными силами; 6) централизованное бюрократическое управление экономикой10.

С точки зрения Павловой «следование тоталитарному подходу к событиям 30-х годов заставляет …признать регресс страны, ее откат в историческом развитии по сравнению с периодом конца XIX — начала XX вв., особенно на пути формирования традиций отношений частной собственности и правовой культуры в обществе, а также признать факт деморализации российского народа и решающую роль в этом политики сталинских репрессий, в результате проведения которой народ стал не только жертвой, но и соучастником действий власти»11 .

Исследователь считает, "что сталинская власть с начала 1930-х годов последовательно раскручивала маховик Большого террора, и инициативная роль Сталина здесь несомненна"12.

Еще 7 января 1933 г. на объединенном пленуме ЦК и ЦКК в докладе "Итоги первой пятилетки" Сталин сформулировал программу "зачистки" общества от антисоветских элементов. "Промышленники и их челядь, торговцы и их приспешники, бывшие дворяне и попы, кулаки и подкулачники, бывшие белые офицеры и урядники, бывшие полицейские и жандармы, всякого рода буржуазные интеллигенты шовинистического толка и все прочие антисоветские элементы" не могут принять социалистических преобразований. "Поэтому единственное, что остается им делать, - это пакостить и вредить рабочим, колхозникам, Советской власти, партии… "- цитирует Павлова Сталина. Однако, по ее мнению, в первой половине 30-ых реализовать "зачистку" общества не удалось.

Однако, сталинское руководство не отказалась от своего замысла. "Карт-бланш сверху на обвинения в саботаже, вредительстве, воровстве и хищениях открывал широчайший простор для расправы со всеми неугодными власти людьми... К тому же в обществе с сильными патриархальными предрассудками такая борьба стала наиболее действенным способом канализации массового недовольства"13.

Поскольку "завершающая операция по "построению социализма" планировалась одновременно с подведением итогов первой пятилетки, но …сорвалась" Сталин вернулся к своему замыслу по окончании второй пятилетки. "Именно неудачей в исполнении первоначального замысла можно объяснить содержание той самой телеграммы, которую направили Кагановичу и Молотову 25 сентября 1936 г. Сталин и Жданов, отдыхавшие в Сочи. В ней предусматривался ряд кадровых перестановок, и первая касалась НКВД.

Речь идет об известной телеграмме вечером 25 сентября 1936 года: «Первое. Считаем абсолютно необходимым и сроч­ным делом назначение т. Ежова на пост наркомвнудела. Ягода явным образом оказался не на высоте своей зада­чи в деле разоблачения троцкистско-зиновьевского блока. ОГПУ опоздал в этом деле на 4 года. Об этом го­ворят все партработники и большинство областных представителей НКВД. Замом Ежова в наркомвнуделе можно оставить Агранова.

Второе. Считаем необходимым и срочным делом снять Рыкова с НКсвязи и назначить на пост НКсвязи Ягода. Мы думаем, что дело это не нуждается в мотиви­ровке, так как оно и так ясно…

Пятое. Ежов согласен с нашими предложениями.

Шестое. Само собой разумеется, что Ежов остается секретарем ЦК.

Сталин, Жданов».

"Именно в этом контексте подготовки завершающей кампании по "построению социализма" находится, - по мнению Павловой, - следующая цепь событий: убийство Кирова 1 декабря 1934 г. и последовавшие за ним закрытое письмо ЦК ВКП(б) "Уроки событий, связанных с злодейским убийством С.М. Кирова" (18 января 1935 г.), новая чистка партии в виде проверки учетных документов, объявленная циркулярным письмом Сталина от 13 мая 1935 г., закрытое письмо ЦК "О террористической деятельности троцкистско-зиновьевского контрреволюционного блока" от 26 июля 1936 г. и широко известные ныне инсценировки судебных процессов. Непосредственно перед принятием Конституции и подготовкой к выборам состоялись процесс по делу так называемого Антисоветского объединенного троцкистско-зиновьевского центра (19 - 24 августа 1936 г.), Кемеровский процесс с разоблачением "диверсионно-вредительской деятельности троцкистов" (19 - 22 ноября 1936 г.), процесс по делу так называемого Параллельного антисоветского троцкистского центра (23 - 30 января 1937 г.) и началась подготовка процесса так называемого Антисоветского правотроцкистского блока, первым шагом к организации которого стала принятая на февральско-мартовском 1937 г. пленуме резолюция по докладу Ежова о передаче дела Н.И. Бухарина и А.И. Рыкова в НКВД14.

Слабой стороной этой версии является то, что жертвы указанных процессов 1935-1937 гг. – «троцкисты», «зиновьевцы» и «правые» никак не попадают под категорию «промышленников, торговцев, бывших дворян и попов, кулаков и подкулачников, бывших белых офицеров и урядников» указанных как целевая группа в 1933 г.. Вовсе не чуждое социальное происхождение инкриминировалось подсудимым на этих процессов. Иными словами нет объяснения того, почему репрессии затронули и представителей тех социальных групп, которые пострадали от политики советской власти, и руководство ВКП(б).

В рамках концепции тоталитаризма по сути работает и такой видный исследователь как О.Хлевнюк. Он считает, что "справедливо отвергая апологию террора, многие антиста­линисты нередко впадают в другую крайность. Не желая ни­чего объяснять, они рассматривают любые попытки понять причины репрессий как стремление оправдать их. Но посколь­ку известные факты террора приходится как-то истолковы­вать, постольку все сводится к размышлениям о психической неполноценности Сталина, палаческой натуре вождя и его со­ратников, к общим замечаниям о тоталитарной природе режи­ма»15 и т.п.

Он спорит с публицистическими версиями в основе которых лежит концепция, объясняющая драматические события особенностями личности тирана Сталина, который был гениальным злодеем. В отечественной историографии эта версия лучше всего изложена Д. Волкогоновым, сформулировавшим тезис, о «цезаристском» характере режима личной власти Сталина [46, С. 353]. Действительно, личная власть Сталина укрепилась в ходе «Большой чистки». Но при внешней убедительности этой версии, она практически игнорирует, что террор имел ясно выраженный социальный аспект - в конце 30-х произошла ротация властной элиты.

В целом исследование Хлевнюка опирается на концепцию тоталитаризма. «Факторы, предопределившие "большой террор", - считает он,- условно можно разделить на две группы. Первая — это общие причи­ны, по которым террор и насилие в более мягких формах были главным оружием государства на протяжении всего советско­го периода, и особенно в 30-50-е годы. По этому вопросу в литературе существует большое количество соображений, развивающих теорию "перманентной чистки", согласно которой постоянные репрессии были необходимым условием жиз­неспособности советского режима, как и всякого другого ре­жима подобного типа»16. Исследователи отмечают, что репрес­сии, "подсистема страха" выполняли многочисленные функ­ции. Одна из главных — удержание в повиновении общества, подавление инакомыслия и оппозиционности, укрепление единоличной власти вождя. Кампании против вредителей и "переродившихся" чиновников были также достаточно эф­фективным методом манипулирования общественным созна­нием по принципу: все хорошее — от партии и вождя; все плохое — от врагов и "разложившихся" местных руководите­лей. Репрессии и насилие можно рассматривать как необходи­мое условие функционирования советской экономики, основу которой составляло прямое принуждение к труду, дополнявшееся на отдельных этапах широкомасштабной эксплуата­цией заключенных. Перечень подобных наблюдений можно продолжать. Каждая из террористических акций, включая массовые репрессии 1937-1938 гг., в той или иной мере выпол­няла эти общие функции.

Хлевнюк считает, что в принципе: "такова природа любого насилия. Однажды прибегнув к нему, уже трудно оста­новиться. Произвол порождает противодействие и ненависть, и, чтобы удержаться у власти, диктатура прибегает к более жестокому террору". Однако, считает исследователь, выяснение общих причин существования террора как основополагающего элемента диктаторского режима не исключает необходимости конкретизации этих причин при­менительно к отдельным периодам советской истории.

Полемизируя со сторонниками концепции «высокой степени автономности и бесконтрольности местной репрессивной инициативы» (см. ниже), он настаивает на том, что «чистка» 1937-38 была целенаправленной операцией, спланированной в масштабах государства». Основной целью этой политики он считает ликвидацию «пятой колонны» (миллионов и миллионов обиженных политикой власти в предыдущий период)»17.

С точки зрения Хлевнюка, можно утверждать, что "чистка" 1937-1938 гг. была целенаправлен­ной операцией, спланированной в масштабах государства. Она проводилась под контролем и по инициативе высшего ру­ководства СССР. Решения о начале террора были санкционированы и утверждены Политбюро. Исследователь имеет ввиду постановление от 2 июля 1937 года и приказ № 00447 от 31 июля 1937 года, постановление от 31 января 1938 года и другие документы.

Опираясь на концепцию Хлевнюка, Н. Петров и М. Янсен выступили с работой «Сталинский питомец» - Николай Ежов». В исследовании описывается содержание приказа № 00447 о репрессировании антисоветских элементов. Всего приказ установил, что должно быть осуждено 75950 человек по 1 категории (к ВМН) и 193000 - по 2 категории (к 10 годам лишения свободы). Для каждого региона был установлен свой лимит, в рамках которого должна была действовать тройка. Председателем тройки был региональный руководитель НКВД, в тройку входили представители партийных органов. Решения тройки носили внесудебный характер и обжалованию не подлежали.

Авторы описывают практику увеличения лимитов региональным руководством. В ряде случаев увеличение лимитов проводилось через решение Политбюро. Известно несколько десятков таких решений. Кроме того, лимиты повышались и решением руководства наркомата внутренних дел без письменной санкции Политбюро. Удалось установить, что всего в ходе кулацкой операции репрессировано 767397 человек, из которых 386 798 расстреляно. 300 000 репрессировано в результате превышения лимитов, принятого с санкции только руководства НКВД (или, что возможно, минуя эту санкцию).

Исследование содержит ряд новых сведений о встрече Ежова с местными руководителями НКВД в середине июля 1937 года (это совещание устанавливается по материалам следствия над чекистами 1939 года), о раннем стар­те» операции в некоторых регионах в конце июля — начале августа 1937 года, об изменениях в составе троек). Большое значение имеют данные о количественных размерах операции: общее количество приговорённых тройками, казнённых, на основании решений Сталина, либо без формального решения Политбюро. Авторы, как и Хлевнюк убеждены, что Ежов был лишь исполнителем воли Сталина. Несмотря на «перегибы», раз­мах репрессий, осуществляемых в соответствии с приказом №00447, не выходил за рамки спущенных сверху лимитов. В поисках при­чин «кулацкой операции» Янсен и Петров ссылаются на мнение Хлевнюка, согласно которому Советский Союз с 1937 года готовил­ся к войне и с помощью массовых операций стремился лишить со­циальной основы потенциальную «пятую колонну». Правда они, опираясь на высказывание Сталина, что успешное проведение выборов было возможно, потому что своевременно провели репрессии, допускают связь между операцией и запланированными по новой схеме выборами в Верховный совет18.

В 2003 году вышла работа Р.Биннер и М. Юнге «Как террор стал «Большим», посвященная «кулацкой операции». Работа построена на анализе официальных документов в которых, «деталь­но регулировались все существенные вопросы репрессивной кампа­нии: начало, завершение, интенсивность, сроки и фазы акции, целевые группы и региональные лимиты репрессий, механизмы вынесения приговора, мера наказания, назначение и отзыв исполнительного персонала репрессий»19. Исследователи подробно описывают ход операции, этапы, региональные особенности. С фактической стороны данные этой работы совпадают с результатами исследования «Сталинский питомец» - Николай Ежов», что отчасти объясняется тем, что они опираются на ранний вариант книги Н.Петрова и М.Янсена, вышедший на английском языке. Правда внесен ряд уточнений. С точки зрения авторов всего Политбюро утвердило лимитов (приказ № 00447 и повышения лимитов) на 452700 (в том числе 226450 по 1 категории). НКВД утвердило лимитов на 129655 по 1 категории и 170960 по 2 категории. Более 14 000 репрессировано без санкции и Политбюро, и центрального аппарата НКВД. Кроме того, в работе использованы исследования хода кулацкой операции в регионах (Карелии, Татарстане, Украине, Туркмении). В результате Р.Биннеру и М. Юнге удается составить таблицу, описывающую ход репрессий в каждом регионе, им принадлежит идея соотнести размах операции с населением региона, установить «средний процент» репрессий.

С точки зрения Биннера и Юнге «осуждённые в рамках кулацкой операции лица в большинстве своем относились к группам населения, которые, как считалось уже давно, … совсем нельзя интегрировать в советское общество…». Авторы обосновывают свое мнение «крайне высоким количеством жертв среди духовенства и членов религиозных объединений, а также бывших политических партий и группировок... Очевидное систематическое преследование хулиганства, уголовных преступлений и маргинализированных групп населения также заключало в себе аспект чистки общества от нежелательных элементов…»20.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Руководство нквд в 1937-1938 гг

    Руководство
    Мой дед Наум Наумов, родился в 1899 году в Речице, он окончил гимназию и собирался учиться в Петрограде, но началась революция. Служил в киевской ЧК, был направлен большевиками в Крым, должен был переправить деньги для подполья.
  2. Борьба в руководстве нквд в 1936-38 гг

    Документ
    С самого начала хочу уточнить, что название, вынесенное в подзаголовок работы, никоим образом не характеризует отношение автора к первому русскому царю.
  3. Сталин и Каганович. Переписка. 1931–1936 гг

    Документ
    С 77 Сталин и Каганович. Переписка. 1931–1936 гг. / Сост. О.В. Хлевнюк, Р.У. Дэвис, Л.П. Кошелева, Э.А. Рис, Л.А. Роговая. — М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 2001.
  4. В. И. Ленин Ягенерал государственной безопасности и еврей. Есть гарантия, что я кончу свои дни в тюрьме

    Документ
    Мой дед Наум Наумов, родился в 1899 году в Речице, он окончил гимназию и собирался учиться в Петрограде, но началась революция. Служил в киевской ЧК, был направлен большевиками в Крым, должен был переправить деньги для подполья.
  5. Алексея Николаевича Куропаткина, высказанного в доклад

    Доклад
    Электронная версия одноименной книги (М.: Яуза, Эксмо, 2006), уточненная и дополненная, рассказывающая о тайной войне зарубежных спецслужб против Российской империи, Советского Союза и современной России.

Другие похожие документы..