Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Методические указания'
Методические указания по выполнению выпускной квалификационной работы для студентов направления 080100 «Экономика» и специальностей 080103 «Национальн...полностью>>
'Документ'
-привлечение ведущих деятелей искусства и культуры стран–участниц Фестиваля к научной работе фестиваля, интеграция их в международном творческом проц...полностью>>
'Лекции'
стремится к личностному и профессиональному саморазвитию, умеет расставлять приоритеты, ставить личные цели, способен учиться на собственном опыте и ...полностью>>
'Документ'
Вот уже прошло 20 лет с тех пор, когда два узких языка пламени один за другим высотой от 100 до 500 м, а также резкий звук, подобный выстрелу из пушк...полностью>>

Русская философия сложный и многогранный процесс, который включает в себя многие направления как идеалистической, так и материалистической ориентации

Главная > Документ
Сохрани ссылку в одной из сетей:

В 1847 году Герцен уехал в Западную Европу переполненный утопической верой в прогресс и западноевропейскую борьбу за свободу и социальную правду. Эта вера развеялась в результате столкновения с западноевропейской революционной реальностью. Отказаться совершенно от веры в идеал значило для Герцена утерять всякий смысл в личностном и историческом смысле. От «нравственной гибели» его спасла, по собственному признанию, «вера в Россию».

Попав в Европу, Герцен был подавлен воцарившимся там духом «мещанства», т. е. властью денег, вещей, «самодержавием частной собственности». Стремление к материальным удобствам подавило все высокие порывы, и личность, освободившись от средневекового гнета церкви и цеховых, сословных, ограничений, попала в рабство денег. Община же с ее коллективной собственностью на землю и общинным самоуправлением смогла бы, по мнению
Герцена, стать основой таких общественных отношений, где эта жажда денег, неограниченный индивидуализм не будут иметь материальной почвы, а следовательно, свобода каждого не будет ограничена наличием частной собственности. Герцен стал идеализировать общинное владение как противовес
частной собственности буржуа, которая делала собственника ее рабом, ее заложником, одновременно обрекая на полное отсутствие собственности, на нищету и бесправие большую часть населения. В таких работах, как «Письма из
Франции и Италии», «С того берега», «Россия», «О развитии революционных идей в России», «Русский народ и социализм», «К старому товарищу» и других, статьях, письмах Герцен постоянно обращается к философским проблемам
личности, выяснению путей социальных преобразований, условий осуществления социалистических, идей.

Н. Бердяев писал о Герцене: «Он страстно любил свободу и защищал ценность и достоинство личности. Но он верил, что русский мужик спасет мир от торжествующего мещанства, которое он видел и в западном социализме…». Другими словами, Герцен пришел к выводу, что идея социализма, созревшая на западной почве, может осуществиться там, где найдет более благоприятные условия, а именно в России на основе крестьянской общины. При этом он развил мысль Чаадаева о том, что отсталость России может стать ее преимуществом, ибо, усвоив достижения западноевропейской науки, она сможет избежать тех негативных моментов, которые сопутствовали движению западного общества вперед, и даже миновать стадию буржуазного развития в том виде, в каком она проявлялась в Западной Европе.

Герцен сознавал тот факт, что в обществе человек не может быть свободным, не обладая материальной независимостью. Пример западноевропейских стран ясно свидетельствовал о том, что человек не становится свободным в своих поступках даже в обществе, где конституция и законодательство гарантируют каждому свободу распоряжаться собой. Только обладание собственностью делает человека действительно независимым от других людей и даже от государственных учреждений. Поэтому политических свобод недостаточно для обеспечения действительной свободы всех членов общества, необходимы еще определенные социальные преобразования в духе социалистических идей, чтобы обеспечить свободу всем. «Личности мало прав, писал Герцен, - ей надобно обеспечение и воспитание, чтобы воспользоваться ими. Человек, не имеющий собственности, безличен. Право на ее приобретение несостоятельно. Одна артель может выручить неимущего».

Но частная собственность, обеспечивая свободу лица, неизбежно сосредоточивается в руках немногих, обрекая большую часть населения на отсутствие собственности вообще. Поэтому в качестве единственной гарантии обеспечения личной свободы для всех членов общества Герцен считал общественную собственность.

Подчеркивание влияния человека и науки на ход исторического процесса характерно для всех этапов развития герценовской мысли. Однако основополагающие идеи о закономерностях исторического процесса претерпели у Герцена довольно существенную эволюцию. Если до середины 50-х гг. он рассматривал человечество как единый организм, в котором постепенно сглаживаются все различия между народами и каждый народ в том или ином виде должен пройти теми же путями исторического развития, какими прошли другие народы, то в 60-е гг. пишет о том, что слово «человечество» «не выражает ничего определенного». Он высказывает предположение, что разные народы удовлетворяются различными типами социального устройства, в соответствии со своими историческими традициями, привычками, устоявшимся бытом и порожденным им сознанием. Будущее всего человечества, и каждого народа в отдельности, зависит в первую очередь от деятельности людей. «Теперь вы понимаете, от чего и кого зависит будущность людей, народов?» — спрашивает Герцен и отвечает: «От нас с вами, например. Как же после этого нам сложить руки!».

Одним из первых среди деятелей русского освободительного движения Герцен понял неоправданность революционного насилия без понимания перспектив социального развития, без преобразования народного сознания. Кровавый опыт революции 1848 года писал Герцен, «взошел у меня в плоть и кровь». И с тех пор он не устает выступать против «вспышкопускательства». Насилие способно только расчищать место для будущего, для социального созидания необходимы «построяющие идеи», нужно развитое народное сознание. «Нельзя людей освобождать в наружной жизни больше, чем они освобождены внутри». Эта фраза является ключевой в философских исканиях Герцена.

Авторитет Герцена – мыслителя в истории России несомненен. Без ссылок на замечательный труд Герцена «Былое и думы» не обходился ни один исследователь истории русской философской мысли середины XIX века. Итог подводит Н. Бердяев: «Герцен, если и не самый глубокий, то самый блестящий из людей 40-х годов».

3.2. Антропологические проблемы в русской философии. Ф.М. Достоевский. Л.Н. Толстой

В русской философии практически на всех этапах ее развития рассматриваемые проблемы связывались с попыткой определения сущности человека. Человек как религиозно-этическое существо характеризует философские источники древнерусской культуры. Основательное развитие антропологические проблемы получили в русском Просвещении (см. гл. 2). Н.И. Новиков, определяя человека как «цель всех вещей сего мира», подчеркивал присущую человеческому существу «благородную гордость», проистекающую из разума – источника совершенства. Антропология Радищева основана на безусловном признании человека как существа природного, но в отличие от многих существ окружающего мира обладающего «чудодейственной речью», разумом и способностью к трудовой деятельности.

XIX век – начало оригинальной философской мысли – определил появление новых категорий в русской антропологии, и прежде всего – категории «свободной воли». Теперь характеристика человека неразрывно связывалась с понятием свободы, имеющим ярко выраженный праксиологический смысл. Это, не в последнюю очередь, определяется спецификой русской философии в целом, которая, по словам С. Булгакова, является «жизнеутверждением, а не софистикой». Отсюда реальность «творческого начала в личности» у К.Д. Кавелина, признание «личного принципа свободы» П.Л. Лавровым, утверждение свободы человека «как подлинной и реальной творческой силы» в работах Н.К. Михайловского. Понимание свободы как потенциальной способности человека выбирать, мыслить и поступать в соответствии со своими представлениями и желаниями, а не вследствие внутреннего или внешнего принуждения, подчеркивалось в трудах русских философов и рассматривалось как обретение человеком самого себя.

Проблема человека, его свободы, и «свободной воли» получает определенное осмысление в антропологической проблематике западников и славянофилов. Славянофилы стремились в определенной мере «синтезировать» внешнюю (социальную) и внутреннюю (проявление воли духа) свободы творчества на основании учения о целостности, а также «пропустить» данные категории через призму религиозных проблем.

В человеке, по мнению А.С. Хомякова, постоянно идет борьба двух противоположных начал - свободы и необходимости. Это и есть то «тайное начало, около которого ... сосредотачиваются все мысли человека». Вся история движется под знаком этой борьбы. Но определение необходимости невозможно естественным путем, и искание свободы, полагает Хомяков, еще не раскрывает ее во всей полноте. Только на почве христианства «торжествует дух свободы». Исторический парадокс состоит в том, что люди, одаренные «силой свободы», «призванные к ней», стремятся к такому «строю жизни» и «строю мысли», в котором царит необходимость. Человек уходит из Церкви, чтобы стать рабом природной или социальной необходимости, и в этом - трагизм человеческой жизни.

"Западники основывают свои поиски свободы на плодотворном использовании, с одной стороны, на критике - с другой, западноевропейской философии. А.Герцен, понимающий историю как «свободное необходимое дело человека» обращает внимание на проблемы единства среды и личности, исторических обстоятельств и человеческой воли. Западники отмечают, что человеческая свобода вместе с ее «вольной реальностью» может иметь «непредотвратимые последствия», поэтому основной движущей силой в мире должна быть не свободная воля, а свобода как осознанная необходимость.

У западников со всей очевидностью прослеживается установка: как бы ни была универсальна и всеобъемлюща свобода, она есть, прежде всего, проблема человеческой деятельности. С этих позиций пытается решить антропологические проблемы П.Я. Чаадаев. С одной стороны, по его мнению, свобода заключается лишь в том, что человек не осознает своей зависимости, и само наличие свободы относительно и связано с человеком лишь познавательным процессом. С другой – свобода определяется рамками этики, но тогда она «страшная сила».

Учение о «страшной» силе свободы у Чаадаева стоит в теснейшей связи с учением о поврежденности человек и всей природы. Чаадаев спрашивает: «Может ли человек когда-нибудь, вместо того индивидуального и обособленного сознания, которое он находит в себе теперь, усвоить такое всеобщее сознание, в силу которого он постоянно чувствовал бы себя частью великого духовного целого?». И отвечает на этот вопрос положительно: «Зародыш высшего сознания живет в нас самих явственным образом – оно составляет сущность нашей природы».

Ко II половине XIX века русская интеллектуальная мысль накопила значительный материал для определения человека и с позиций объективного идеализма, и с позиций материалистических воззрений (социально-личностная характеристика потребностей, интересов и целей, данная В.Г. Белинским; антропологический материализм Н.Г. Чернышевского).

Новое звучание эта тема получила в творчестве великих русских писателей-философов – Ф.М. Достоевского и Л.Н. Толстого.

В истории русской духовной культуры эти имена по праву стоят рядом, объединенные не столько хронологией, сколько содержательными принципами. И тот и другой со всей полнотой выразили свою эпоху и далеко перешагнули за ее пределы: будучи глубоко национальными, они стали явлениями мировой культуры уже века ХХ. И тот и другой были «титанами» по значимости поднятых общечеловеческих проблем. И тот и другой не были философами в строгом смысле этого слова, но их художественные творения по глубине философских обобщений оставляли позади себя многотомные философские трактаты. Достоевский и Толстой, осознанно либо нет, видели в качестве главной проблему человека, включенного в системы «человек-человек», «человек-Бог».

Творчество Ф.М. Достоевского (1821–1881) сосредоточено вокруг вопросов философии духа – это темы антропологии, философии истории, этики, философии религии. В этой области обилие и глубина идей у Достоевского поразительны, - он принадлежит к тем творческим умам, которые страдают от изобилия, а не от недостатка идей. Не получив систематического философского образования, Достоевский много читал, впитывая в себя чужие идеи и откликаясь на них в своих размышлениях. Как бы он ни пытался выйти за пределы чисто художественного творчества (а в нем, несомненно, был огромный дар и темперамент публициста), он все равно оставался мыслителем и художником одновременно. Его «Дневник писателя», оригинальный по своему стилю, постоянно заполнен чисто художественными зарисовками.

Все его произведения можно считать автобиографическими, поскольку их герои решают проблемы, мучившие самого Достоевского, и переживают в жизни те же страстные чувства, ужасы и надежды, которые так хорошо были знакомы ему самому. А себя Достоевский настолько хорошо изучил, что романы его, подобно классической греческой трагедии, навсегда запечатлели вечную драму человеческого духа.

Ф.М. Достоевский родился в семье военного врача, жившего в Москве. Детство его протекало в благоприятной обстановке, он писал: «Я происходил из семейства русского и благочестивого… Мы в семействе нашем знали Евангелие чуть ли не с первого года; мне было всего лишь десять лет, когда я знал почти все главные эпизоды русской истории». По окончании «подготовительного» училища Достоевский, вместе со старшим братом, поступил в Военно-инженерное училище в Петербурге. В годы учебы Достоевский свел дружбу с неким И.Н. Шидловским, «романтиком, обратившимся его позже на путь религиозных исканий» и имевшим несомненное влияние на Достоевского. «Читая с ним Шиллера, - писал Достоевский брату, - я примерял на нем и благородного, пламенного Дон-Карлоса, и маркиза Позу… имя Шиллера стало мне родным, каким-то волшебным звуком, вызывающим столько мечтаний…». В эти годы Достоевский жадно впитывает в себя влияния романтической поэзии.

В 1843 году Достоевский кончил офицерские классы Инженерного училища, получил место в инженерном ведомстве, но недолго оставался на службе и скоро вышел в отставку. В 1845 году он печатает свое первое произведение «Бедные люди», сразу выдвинувшее его в первоклассные писатели. С этого времени Достоевский с упоением отдается литературной деятельности. Но следующий роман «Двойник» подвергся острой критике. Некрасов и Белинский, прежние друзья Достоевского, изменили свое отношение к нему, и Достоевскому пришлось пережить тяжелые времена разочарования и безденежья. Тем не менее, он продолжал писать, хотя его произведения того периода уже не пользовались успехом. В самый разгар испытаний, выпавших на его долю, работа Достоевского неожиданно прерывается: 23 апреля 1849 года его арестовывают по подозрению в политическом заговоре и привлекают к суду.

Последние годы правления Николая 1 были отмечены невиданным наступлением политической реакции. Правительство подавляло любые попытки свободомыслия в России, считая независимые суждения причиной всех беспорядков и политической нестабильности. Принимались специальные меры для ограждения русских от проникновения революционных идей из Европы, и прежде всего из Франции. Однако ничего не смогло предотвратить увлечения русской молодежи социалистическими теориями Фурье и Сен-Симона. Их произведения читались и обсуждались в различных кружках, Достоевский принимал участие в одном из них, организованным Петрашевским. На членов кружка донесли, и все они предстали перед судом. Двадцать человек, включая Достоевского, были приговорены к смертной казни. 22 декабря 1849 года их доставили к месту казни, но в последний момент пришел указ о помиловании. Достоевскому казнь заменили четырехлетними каторжными работами в Сибири. Каторга дала Достоевскому ни с чем несравнимый материал будущих философских исследований. Здесь оттачивается умение Достоевского видеть «чужие души».

После своего освобождения Достоевский занимается журналистской деятельностью, много пишет, зачастую живет в тяжелой нужде. Обычно жизнь Достоевского после каторги делят на три периода.

Первый – с 1859 по 1865 год. Достоевский восстанавливал свою литературную репутацию и был занят
главным образом журналистикой. В 1861 году, вместе с братом Михаилом, он основал периодический журнал «Время»; журнал пользовался значительным успехом. Особенно шумный успех выпал на долю «Записок из
мертвого дома». К нему стала возвращаться слава талантливого писателя, и братья с оптимизмом смотрели в будущее. Но все их надежды неожиданно рухнули: правительству не понравилась одна из статей, и в 1863 году журнал был запрещен.

Второй период – 1865 – 1871 год. Достоевский вынужден подолгу жить за границей, спасаясь от тюрьмы за неуплату долгов - своих и брата. Он постоянно просит друзей слать ему деньги и тем спасти его от голода, но и сам напряженно работает. В этот период увидели свет его лучшие романы — «Преступление и наказание» (1866), «Идиот» (1868), «Бесы» (1870), «Подросток» (1871).
В последний период его жизни, с 1872 по 1881 год, слава Достоевского уже распространилась по всей России, многочисленные трудности остались позади. Начиная с 1873 года и с перерывами до самой смерти, Достоевский издает «Дневник писателя», где он излагает свои политические и философские взгляды.

Последний и лучший из своих романов — «Братья Карамазовы» - он опубликовал в 1879—1880 годах, и роман сразу был признан гениальным произведением. Достоевский уже почитается не просто как романист, а как учитель жизни. Его знаменитая Пушкинская речь, произнесенная в 1880 году, за шесть месяцев до смерти, вознесла его на самую вершину общественного признания. Речь оценивалась друзьями и противниками Достоевского как пророческое описание будущего России. К тому же периоду относится его дружба с Владимиром Соловьевым, который произвел на Достоевского глубочайшее впечатление; в большой степени и сам Соловьев испытал влияние Достоевского.

Ф.М. Достоевский умер 28 января 1881 года. Похороны его вылились во всенародное горе: ни одного русского писателя не оплакивали так, как Достоевского.

А. Ремизов, известный в свое время русский писатель, выразил отношение к Достоевскому и его творчеству в словах: «Достоевский – это Россия. И нет России без Достоевского».

Понимание разных философских проблем имеет у Достоевского разную глубину. Ширина интереса при этом огромна. Его интересует общая проблема бытия: «Бытие только тогда и есть, когда ему грозит небытие. Бытие только тогда и начинает быть, когда ему грозит небытие». Его волнует проблема материализма. В записных книжках и художественных произведениях можно увидеть размышле­ния Достоевского над зависимостью общих понятий от явлений жизни, он касается и проблемы отрицания: «Отрицание необходимо, иначе человек так бы и заключился на земле, как клоп. Отрицание земли нужно, чтобы быть бесконечным. Христос, величайший положи­тельный идеал человека, нес в себе отрицание земли, ибо повторе­ние его оказалось невозможным». Некоторые герои писателя живут по закону отрицания отрицания: нормальная жизнь - падение - воскре­сение .

Диалектичность подхода Достоевского к миру обнаруживается во всех его художественных произведениях. Все эти «вдруг», так часто встречаемые, все катастрофы героев суть проявление диалектическо­го подхода писателя. Выражение диалектичности прослеживается и в сократовском принципе иронии, пронизывающей его романы.

Однозначно решить вопрос о материализме или идеализме Досто­евского трудно. Для художника-философа основной вопрос философии - это вопрос «нижнего этажа» ее, из которого нельзя механически вывести вопросы «этажа высшего». А высший этаж - это человек. Он и есть для писателя предмет философии. Философия Достоевского - философия человека. Вместе со всей русской мыслью Достоевский - антропоцентричен, а его философское мировоззрение есть, прежде всего, персонализм, окрашенный и достигающий в этой окраске необычайной силы и глубины. Нет для Достоевского ничего дороже и значительнее человека, хотя, быть может, нет и ничего страшнее человека. Человек загадочен, соткан из противоречий, но он является в то же время - в лице самого даже ничтожного человека - абсолютной ценностью.

Ответ на вопрос «Что есть человек?» Достоевский начал искать с попыток понять человека, изгнанного обществом, осужденного за утрату требуемых обществом качеств,
«урезанного» в своих человеческих правах. Исследование его началось не с лучших образцов человеческого рода, не с носителей высших проявлений духовности и
нравственности и даже не с обычных людей в обычных условиях жизни. Это - люди из «мертвого дома». Исходный тезис его исследования есть одновременно вывод, к которому он приходит: каторжник тоже человек, требующий понимания его человеческой сути, более того, понимание каторжника - необходимое условие раскрытия человеческой природы вообще, ведь каторжник живет на грани человеческого существования. Достоевский пишет о каторге: «... шум, гам, хохот, ругательства, звук цепей, чад и копоть, бритые головы, клейменные лица, лоскутные платья, всеобруганное, ошельмованное ... да, живуч человек! Человек есть существо ко всему привыкающее, и, я думаю, это самое лучшее его определение».

Интерес к постижению природы человека у Достоевского проявился рано. В 1839 году семнадцатилетний Достоевский писал брату: «Человек есть тайна. Ее надо разгадать, и ежели будешь ее разгадывать всю жизнь, то не говори, что потерял время; я занимаюсь этой тайной ибо хочу быть человеком».

Он ведет свое исследование в двух тесно связанных планах: изучает самого себя (главным образом через позицию героя повествования) и пытается понять других посредством своего Я. Этот анализ, по своей природе не лишенный субъективизма, и Достоевский этого не скрывает. Познание становится у него самопознанием, а самопознание – предпосылкой познания. Один из самых основательных исследователей творчества Достоевского – В.Ф. Кирпотин пишет о гениальности писателя как знатока человеческой психики: «Достоевский обладал способностью как бы прямого видения чужой психики. Он заглядывал в чужую душу, вооруженный оптическим стеклом, позволявшим ему улавливать самые тонкие нюансы, следить за самыми незаметными переливами и переходами внутренней жизни человека. Достоевский, как бы минуя внешние преграды, непосредственно наблюдает психологические процессы, совершающиеся в человеке, и фиксирует их на бумаге».

Другими словами, у Достоевского был только один всепоглощающий интерес, только одна тема, которой он отдал

все свои творческие силы. Тема эта – человек и его судьба. Человек, по утверждению Н.А. Бердяева, мучил писателя всю жизнь. Не может не поражать исключительный антропологизм и антропоцентризм Достоевского. Человек у Достоевского явление природного мира, но не есть одно из явлений в ряду других, хотя бы и высшее. Человек – микрокосм, центр бытия, солнце, вокруг которого все вращается, в нем – загадка мировой жизни. Решить вопрос о человеке – значит решить вопрос и о Боге. Существует только дух человеческий, и только он интересен, он исследуется. Н. Страхов, близко знавший Достоевского, говорит о нем: «Все внимание его было устремлено на людей, и он схватывал только их природу и характер. Его интересовали люди, исключительно люди, с их душевным складом и образом их жизни, их чувства и мысли». И даже город есть лишь атмосфера человека, момент его трагической судьбы, он пронизан человеком, но не имеет самостоятельного существовании. Человек отпал от природы, оторвался от органических корней и попал в отвратительные городские трущобы, где корчится в муках. Петербург, который так изумительно чувствовал и описывал Достоевский, есть призрак, порожденный человеком в его одиночестве. В атмосфере туманов этого призрачного города зарождаются безумные мысли, созревают замыслы преступлений, в которых преступаются границы человеческой природы. Все сконцентрировано и сгущено вокруг человека, оторвавшегося от божественных первооснов. Все внешнее, — город и его особая атмосфера, комнаты и их уродливая обстановка, трактиры, с их вонью и грязью, все это, по мнению Н. Бердяева, лишь знаки, символы внутреннего, духовного человеческого мира, лишь отображения внутренней человеческой судьбы.

Произведения писателя объединены стремлением отыскать чело­веческое в человеке. Но в каждом произведении есть какая-то глав­ная проблема. «Бедные люди» - психология униженного человека, «Двойник» - сложность человека, «Униженные и оскорбленные» - «быть» и «иметь» как ценностные ориентации личности, «Скверный анекдот» - нравственные качества человека, «Записки из подполья» - смысл человеческого существования; «Преступление и наказание» - цель, средство, результат человеческой деятельности; «Игрок» - разум и чувства человека; «Идиот» - идеал человека; «Бесы» - лжеидеал человека; «Подросток» - сложность человека, «иметь» как жизненная ориентация, «Братья Карамазовы» – человек отпадший от Бога.

Достоевский говорит о забвении современной общественной мыслью человека и проблем его существования. Если о человеке го­ворят, то создают образ «человека-механика». Все это происходит из-за подмены одного вопроса другим. Спрашивают, что такое человек, а отвечают на другой вопрос - под влиянием каких факторов он фор­мируется. Достоевский не забывает о роли среды в формировании че­ловека, но интересует его другое - человек сформировавшийся. Глав­ная для него проблема - человек, каков он есть, он всегда в центре повествования. Достоевский понимает, что современный ему человек далек от совершенства. В нем есть «бриллианты», но много и «грязи».

Достоевский не торопится с провозглашением величия человека. В человеке должно преобладать величие. Но пока не преобладает. И провозглашать в этих условиях величие значило бы воздвигнуть на пьедестал низкое, увековечить эту сбитую школу ценностей.

Не величие человека видит Достоевский, а его сложность. Сложность человека – это исходная позиция философии человека. Сложен всякий человек. Простых людей нет, простыми они только кажутся.

Разгадка «тайны» человека привела Достоевского к постижению двойственности его природы. Большинство героев писателя постоянно противоречивы, они хотят ссор – и уходя от них, хотят делать добро – и делают зло. Если герой говорит: «сию минуту уйду», то ясно, что он никуда не уйдет. Замечая свою двойственность, думает переделаться, считая двой­ственность аномалией. Но затем понимает, что это есть норма, что «на самом деле и переделываться-то, может быть, не во что».



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Учебное пособие предназначено для освоения студентами основ историко-философского знания, поскольку именно история философии является базовой частью философии как таковой.

    Учебное пособие
    Учебное пособие предназначено для освоения студентами основ историко-философского знания, поскольку именно история философии является базовой частью философии как таковой.
  2. Введение в философию

    Документ
    И. Т. Фролов - академик РАН, профессор (руководитель авторского коллектива) (Предисловие; разд. II, гл. 4:2-3; Заключение); Э. А. Араб-Оглы - доктор философских наук, профессор (разд.
  3. Философия (6)

    Документ
    А18 Александровская В.Н. Философия. Учебное пособие для самостоятельной подготовки студентов ВУЗов. Донецк.: ДонНМУ.- 2009.- 430с. Библиогр: С.-427-430
  4. История философии (1)

    Документ
    Философия, в отличие от любой науки, каков бы ни был исторический уровень ее развития, существует как неопреде­ленное множество философских учений, которые противостоят друг другу, но вместе с тем и дополняют друг друга.
  5. А. Ф. Современная западная философия: Учебн. М.: Высш шк., 2001. 784 с. Isbn 5-06-004104-2 Федеральная целевая программа (1)

    Программа
    Предлагаемая работа — фундаментальный труд известного ученого и педагога, созданный на основе лекционного курса, много лет читаемого автором на философском факультете МГУ им.

Другие похожие документы..