Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Программа'
Программа для ДЮК ФП по лыжным гонкам состав­лена в соответствии с Законом Российской Федерации «Об образо­вании» (в редакции Федерального Закона от ...полностью>>
'Документ'
На основании пункта 4 статьи 57, пункта 9 статьи 176, пункта 9 статьи 194 и пункта 9 статьи 210 Кодекса Республики Беларусь об образовании Совет Мини...полностью>>
'Документ'
Семья - это малая социальная группа, члена которой связаны общностью быта, взаимопомощью и взаимной ответственностью, это отношения между мужем и жен...полностью>>
'Документ'
«Культурно-досуговая работа по-прежнему будет охватывать все уровни – от подразделения до Министерства обороны… Организация эффективного досуга военн...полностью>>

О. Б. Лебедева История русской литературы XVIII века Учебник

Главная > Учебник
Сохрани ссылку в одной из сетей:

О.Б.Лебедева
История русской литературы XVIII века
Учебник для вузов

Оглавление

Предисловие

Введение в историю русской литературы XVIII в.
Особенности философской картины мира в рационалистическом мировосприятии
Своеобразие национальной концепции литературы как отрасли духовной жизни общества
Рационалистический тип эстетического сознания и его приоритеты: мысль, разум, идеал
Периодизация русской литературы XVIII в.

Литература первой трети XVIII в.
Общественно-политическая и культурная атмосфера эпохи государственных преобразований
Безавторские гистории первой трети XVIII в.: бытовая проза. «Повесть о российском матросе Василии Кориотском»
Идеологическая проза первой трети XVIII в.: жанр проповеди в творчестве Ф. Прокоповича. Поэтика ораторской прозы

Классицизм как художественный метод
Понятие классицизма
Картина мира, концепция личности, типология конфликта в литературе классицизма
Эстетика классицизма
Своеобразие русского классицизма
Нормативные акты русского классицизма. Реформа стихосложения В. К. Тредиаковского — М. В. Ломоносова
Регламентация жанровой системы русской литературы в эстетике А. П. Сумарокова
Реформа стиля литературного языка М.В. Ломоносова

Поэтика жанра сатиры в творчестве А.Д. Кантемира (1708—1744)
Место сатиры в творчестве Кантемира
Жанровые разновидности сатиры. Генетические признаки ораторских жанров
Особенности словоупотребления: слова с предметным значением и абстрактные понятия
Типология художественной образности и особенности вещного мирообраза сатиры
Сатира как жанр и как эстетическая тенденция русской литературы XVIII в.

Жанровые разновидности оды в лирике М.В. Ломоносова (1711—1765)
Литературная позиция и эстетические манифесты Ломоносова
Поэтика торжественной оды как ораторского жанра. Понятие одического канона
Принципы одического словоупотребления: абстрактные понятия и слова с предметным значением
Типология художественной образности и особенности понятийного мирообраза торжественной оды
Духовная и анакреонтическая оды как лирические жанры

Творчество В. К. Тредиаковского (1703—1769)
Метрико-стилевое своеобразие переходной лирики Тредиаковского. Силлабические стихи
Силлабо-тоника индивидуального метра. Стихи ломоносовских метров
Переводы западноевропейской прозы. «Езда в остров Любви» как жанровый прообраз романа «воспитания чувств»
«Тилемахида» как жанровая модель политико-государственного воспитательного романа-эпопеи.

Драматургия и лирика А. П. Сумарокова (1717—1777)
Жанровый универсализм литературного наследия Сумарокова и его эстетические тенденции
Основы жанровой типологии трагедии и комедии
Поэтика жанра трагедии в его преемственных связях с одой. Стилистика, атрибутика, пространственная организация текста
Типология художественной образности, природа конфликта, жанровое своеобразие трагедии
Поэтика жанра комедии в его генетических связях с сатирой и трагедией
Каламбурное слово и функция двоящихся понятий в комедийном конфликте
Типология художественной образности: люди — вещи и люди — идеи
Типология развязки как показатель жанрового синкретизма комедий Сумарокова
Жанровый состав лирики Сумарокова. Поэтика жанра песни: песня и трагедия
Поэтика жанра басни: басня и комедия
Место литературной пародии в творчестве Сумарокова и в русском литературном процессе

«Комедия нравов» в творчестве В. И. Лукина (1737—1794)
Идеология и эстетика «прелагательного направления» драматургии в теоретических работах В. И. Лукина
Поэтика комедии «Мот, любовью исправленный»: амплуа говорящего персонажа
Поэтика комедии «Щепетильник»: синтез одо-сатирических жанровых формант

Сатирическая публицистика 1769—1774 гг. как индикатор жанровых тенденций в литературе переходного периода
Общественно-политическая и культурная ситуация первых лет царствования Екатерины II
Спор о сатире и крестьянский вопрос как идеологическая и эстетическая категории сатирической публицистики
Одический и сатирический мирообразы в публицистике «Трутня» и «Живописца»

Повествовательная проза 1760—1770 гг.
Пути развития русской художественной прозы
Жанровые модели романа-путешествия и романа-воспитания чувств в творчестве Ф.А. Эмина
Поэтика и жанровое своеобразие романа М.Д. Чулкова «Пригожая повариха»

Лиро-эпическая поэма 1770—1780 гг.
Бурлеск как эстетическая категория литературы переходного периода и форма словесного творчества
Ирои-комическая поэма В. И. Майкова «Елисей, или раздраженный Вакх». Пародийный аспект сюжета
Условно-фантастический и реально-бытовой планы сюжетосложения
Формы выражения авторской позиции как фактор эстетики и поэтики повествования
Ирои-комическая поэма И. Ф. Богдановича «Душенька». Эстетический смысл интерпретации «чужого» сюжета
Миф и фольклор в сюжете поэмы
Эстетика бытописания
Ирония и лиризм как формы выражения авторской позиции. Автор и читатель в сюжете поэмы

Поэтика драматургии Д. И. Фонвизина (1745—1792)
Говорение как драматическое действие в комедии «Бригадир»
Каламбурное слово и природа художественной образности в комедии «Недоросль»
Жанровые традиции сатиры и оды в комедии «Недоросль»
Проблема жанрового своеобразия комедии «Недоросль»

Поэтика стихотворной высокой комедии: «Ябеда» В. В. Капниста (1757—1823)
«Ябеда» и «Недоросль»: традиция прозаической высокой комедии в стихотворной разновидности жанра
Функции каламбурного слова в комедии «Ябеда»: характерологическая, действенная, жанрообразующая, миромоделируюшая
Особенности развязки и типология героя-идеолога в русской высокой комедии

Жанрово-стилевое своеобразие лирики Г.Р. Державина (1743—1816)
Контрастность и конкретность образно-стилевых структур в лирике Державина 1779—1783 гг.
Одо-сатирический мирообраз в торжественной оде «Фелица»
Эстетическая категория личности в лирике Державина 1790—1800 гг.
Эмпирический человек в «домашней» поэзии. Бытописательные мотивы лирики
Человек в контексте социальных связей. Сатира Державина
Человек — современник своей исторической эпохи. Батальная лирика
«Тайна национальности». Анакреонтическая поэзия
Бытийные аспекты личности в философских одах и эстетических манифестах

Пародийные жанры в творчестве И.А. Крылова (1769—1844)
Журнал одного автора «Почта духов». Сюжет и композиция
Традиции русской сатирической публицистики в «Почте духов»
Пародийные жанры «ложного панегирика» и «восточной повести»
Шутотрагедия «Подщипа»: литературная пародия и политический памфлет

Жанровая система русской сентименталистской прозы в творчестве А.Н. Радищева (1749—1802)
Сентиментализм как литературный метод
Своеобразие русского сентиментализма
Идеологические позиции раннего Радищева
Типологическая структура повествовательной прозы Радищева. «Письмо к другу, жительствующему в Тобольске»
«Житие Ф.В. Ушакова»: жанровые традиции жития, исповеди, воспитательного романа
«Путешествие из Петербурга в Москву». Струкгура повествования как модель процесса познания
Проблема автора и героя
Особенности композиции и сюжетосложения
Жанровое своеобразие «Путешествия» в соотношении с национальной литературной традицией
«Дневник одной недели». Проблема художественного метода Радищева

Эстетика и поэтика повествовательной прозы Н.М. Карамзина (1766—1826)
Повествование в «Письмах русского путешественника»: очерковый, публицистический, художественный аспекты как прообраз романной структуры
Личностный аспект повествования: проблема жизнестроительства и ее реализация в оппозиции «автор — герой»
Поэтика и эстетика сентиментализма в повести «Бедная Лиза»
Эволюция жанра исторической повести: от «Натальи, боярской дочери» и «Марфе-посаднице»
Предромантические тенденции в повествовательной прозе Карамзина: «Остров Борнгольм»
Поэтика романного повествования в «Рыцаре нашего времени»

Список рекомендуемой литературы

Планы практических занятий

Список вопросов для подготовки к экзамену

Приложение. XVIII век в преданиях и анекдотах

Источник: Лебедева О.Б. История русской литературы XVIII века: Учебник. М.: Высш. шк.: Изд. центр «Академия», 2000. 415 с.
Рецензенты: кафедра истории русской литературы Российского государственного гуманитарного университета (зав. кафедрой докт. филол. наук, проф. Г.А. Белая); докт. филол. наук действительный член Российской академии образования Н.И. Михайлова.
В учебнике литературный процесс эпохи рассмотрен как история возникновения, развития, взаимодействия и смены жанровых моделей русской литературы. Каждое литературное явление представлено в контексте общих тенденций литературного процесса. Дается общая периодизация русской литературы XVIII века, культурной эпохи Петра I. Отдельные главы посвящены творчеству Кантемира, Ломоносова, Тредиаковского, Сумарокова, Фонвизина, Карамзина, Крылова, Державина, Радищева. В учебнике представлен целостный анализ текстов, входящих в список обязательной литературы по курсу.
Для студентов-филологов университетов и педагогических институтов, для учителей-словесников школ, колледжей и лицеев.

ПРЕДИСЛОВИЕ

Предлагаемый учебник по истории русской литературы XVIII в. ориентирован на программу высшего гуманитарного образования, принятую и используемую в практике преподавания истории русской литературы в высших учебных заведениях Российской Федерации. От существующих учебников, используемых в настоящее время в педагогическом процессе, он отличается тем, что историю русской литературы XVIII в. автор попытался последовательно интерпретировать в аспекте исторической поэтики, уделяя преимущественное внимание своеобразию жанровых моделей и жанровой системе.

Подобный подход к изучению и преподаванию истории русской литературы XVIII в. наметился в научных трудах русских филологов еще в 1920—1930-х гг.

Достаточно упомянуть хотя бы классическую работу Ю.Н. Тынянова «Ода как ораторский жанр», статьи Л. В. Пумпянского и целый ряд исследований Г. А. Гуковского, начиная от статьи «О сумароковской трагедии» (1926) до монографии «Русская поэзия XVIII в. (Л., 1927), проблематика которых отчасти отразилась в его учебнике по истории русской литературы XVIII в.

В современном литературоведении эта тенденция нашла свое продолжение в трудах Ю. М. Лотмана, Б. А. Успенского, В.Н. Топорова, Н.Д. Кочетковой и др. И именно она, характеризующая основное направление современной историко-литературной науки, оказалась менее всего отражена в существующих учебных пособиях по истории русской литературы XVIII в.

Стремление приблизить содержание учебника, адресованного преподавателям и студентам высшей школы, к основной тенденции современной филологической науки, очевидно тяготеющей в своем развитии к культурологическому знанию и методологии исторической поэтики, продиктовало основной аспект изложения историко-литературных фактов, которого автор предлагаемого учебника стремился во всех случаях придерживаться.

Не отступая от традиционно сложившихся представлений об историко-литературной парадигме XVIII в. и общепринятого хронологического принципа ее развертывания, автор попытался последовательно интерпретировать историю русской литературы XVIII в. в аспекте исторической поэтики, то есть представить литературный процесс изучаемой эпохи как историю возникновения, развития, взаимодействия и смены продуктивных жанровых моделей русской литературы, считая, что этому аспекту в существующей учебной литературе уделено несравненно меньше внимания, чем идеологически-мировоззренческому, проблемному и социологическому.

Таким образом, в предлагаемом учебнике русская литература XVIII в. представлена не как совокупность исчерпывающего описания творческого наследия отдельных писателей, а как динамичная жанровая система. Именно эта исходная позиция определила основные принципы отбора литературного материала и его композиции.

Прежде всего предлагаемый угол зрения заставил автора отказаться от общепринятого принципа фактографического энциклопедизма, как определяющего тематический состав учебника, в частности — опустить биографические сведения о писателях, исторический комментарий вводить только в отдельных случаях, необходимых с точки зрения эстетических факторов интерпретации данного текста, а также произвести целенаправленный отбор текстов из общей совокупности творческого наследия русских писателей XVIII в.

Как правило, биографическая эмпирия жизни писателя XVIII в. мало связана с его литературной личностью, представленной ведущими жанрами его творчества и масштабами функционирования его авторских жанровых моделей в литературном сознании эпохи. Напротив, именно литературная личность явилась принципиальным эстетическим новшеством, отличающим авторскую русскую литературу XVIII в. от анонимной книжности русского средневековья. Исключения в общей закономерности разрыва между биографической и литературной личностью писателя очень редки.

Так, для разговора о литературной позиции Ломоносова, например, важны сведения о его научной деятельности, а для анализа жанровой модели торжественной оды они в принципе неприменимы, поскольку личность автора оды выступает в ней в подчеркнутом обобщенно-общечеловеческом срезе. Для характеристики сатиры Кантемира совершенно неважно то, что он был дипломатом; стилевое своеобразие лирики и эпоса Тредиаковского никак не соотносится с его академической деятельностью. С другой стороны, экстраординарная биография Эмина прямо обусловила эстетику и поэтику его романов, автобиографизм лирики Державина является эстетически определяющим ее своеобразие фактором, а жизнестроительство Карамзина требует соотнесения его текстов с фактами его биографии. В этих и всех подобных, эстетически мотивированных, случаях автор стремился давать необходимые биографические сведения, опуская их в других случаях, не столь принципиальных.

То же самое можно сказать о мотивировках введения исторических очерков эпохи. Несмотря на то что русская история XVIII в. была весьма бурной на всем протяжении столетия, эстетической насыщенностью обладают только два ее периода, оба — переходные эпохи в развитии русской ментальности, русской государственности и русской словесности. Это эпоха государственных преобразований начала века, связанная с именем Петра I, и первые десятилетия царствования Екатерины П. Первая породила новый тип личности и массового эстетического сознания, определившие общее направление литературного процесса, вторая — новый тип соотношения идеологии и эстетики. Поэтому очерк общественно-политической и духовной атмосферы дан только для этих двух культурно-исторических периодов. Новое качество русской словесности у истоков нового времени русской культуры и в момент первого глубокого кризиса просветительского мировоззрения в этих случаях глубоко мотивировано внелитературной реальностью, вступающей в непосредственный контакт с эстетической деятельностью. Разумеется, исторические факты, реалии русской и европейской жизни, необходимые для понимания того или иного художественного текста, постоянно присутствуют на страницах учебника, но акцентируется характер их эстетического преломления.

Наконец, критерии отбора литературного материала обусловлены очевидной неравноценностью жанровых моделей в пределах совокупности литературных текстов одного писателя: при общем разнообразии этих моделей для каждой творческой индивидуальности, литературную личность писателя определяют лишь отдельные жанровые структуры — а именно те, которые имеют перспективу дальнейшего бытования не только в литературе XVIII в., но и за его хронологическими пределами. В случае с Кантемиром, чье имя стало синонимом жанра сатиры, с Ломоносовым, чья литературная личность изоморфна жанру торжественной оды, с Богдановичем — «певцом Душеньки», с Чулковым — автором первого оригинального русского романа, Фонвизиным — «сочинителем Недоросля» и т.д., подобный подход, вероятно, не нуждается в специальной мотивировке.

Теми же самыми критериями автор руководствовался, представляя творчество Ф. Прокоповича жанром проповеди-слова, ограничивая разговор о творчестве Сумарокова (бывшего принципиальным жанровым универсалистом) его драматургией и лирикой, выбирая из совокупности текстов Фонвизина его комедии, в которых формируется продуктивнейшая жанровая модель «высокой комедии», представляя Капниста как автора комедии «Ябеда», сосредоточиваясь на формировании жанровой системы русской сентименталистскои прозы в творчестве Радищева и Карамзина, и т.д.

Как представляется, особой мотивировки требует и сквозная мысль предлагаемого учебника — а именно, акцент на бытовании традиции старших жанров сатиры и торжественной оды и исследовании их функций в русском литературном процессе XVIII в. Еще Ю. Н. Тыняновым показана исключительная роль ораторской торжественной оды, исчерпавшей свое жанровое существование в творчестве создателя этой модели, М. В. Ломоносова, но ставшей подспудной тенденцией русского литературного процесса не только XVIII, но и первой трети XIX в. То же самое можно сказать и о закономерностях бытования жанра сатиры, переросшей в тенденцию развития русской литературы уже за пределами творчества Кантемира, где сатира бытует исключительно в своем жанровом качестве.

Как попытался показать автор предлагаемого учебника, все подвижки в жанровой системе русской литературы XVIII в. связаны с моментами взаимодействия, перекрещивания и синтеза одических и сатирических жанровых установок и принципов, порождающих новые жанровые модели драмы, лирики, публицистики и повествовательной прозы, вплоть до творчества Радищева и Крылова, наследие которых представлено как своеобразная синтетическая кульминация литературного процесса XVIII в. Эстетические новшества, являющиеся качественным преобразованием этой универсальной тенденции, автор склонен связывать с деятельностью Н. М. Карамзина, предвосхищающего эстетические открытия литературы XIX в.

Все остальные необходимые для работы над курсом сведения можно почерпнуть в существующих и широко используемых в педагогической практике учебниках, принадлежащих Г. А. Гуковскому, Д. Д. Благому, П. А. Орлову, О. В. Орлову и В. И. Федорову, а также из двух коллективных академических трудов «История русской литературы» (1941—1956, 1980—1983), в которые история русской литературы XVIII в. входит одним из хронологических разделов, представляют собой фундаментальную учебную базу и для преподавателя, читающего лекционный курс, и для студентов, его изучающих.

Перечисленные выше учебники по истории русской литературы XVIII века выполнены в русле определенной общей типологии: это обширные энциклопедические своды информации по всем традиционным проблемным аспектам изучения историко-литературного процесса в его целостности. Все они дают исчерпывающий фактографический материал по истории русской литературы XVIII в.: биографические сведения о писателе, описание полного состава литературного наследия данного автора, чередующее упоминание произведений с более или менее развернутым анализом отдельно взятых текстов, хронологические связи между отдельными литературными фактами и судьбами, изложение исторических обстоятельств, на фоне которых осуществлялся литературный процесс XVIII в. Эти сведения можно найти в любом из перечисленных изданий, и мера подробности их изложения естественно продиктована объемом учебника.

Кроме того, все упомянутые учебники придерживаются и единой методологической основы: литературный процесс эпохи предстает в них как серия монографических очерков творчества писателей XVIII в., которые сменяют друг друга в хронологической последовательности, подобно своеобразным медальонам, замкнутым и изолированным в содержании каждого из них, хотя отдельные мотивы этого содержания и вступают в определенные интертекстуальные ассоциативные связи.

Наконец, можно сказать, что общую типологию существующих учебных изданий по истории русской литературы XVIII в. определяет и единство исходных позиций в ее интерпретации: идеологически-мировоззренческому, проблемному и социологическому аспектам исследования произведений русской литературы XVIII в. уделено в них несравненно больше внимания, нежели аспектам ее поэтики и эстетики. За редчайшими исключениями литературные тексты XVIII в. анализируются в них не столько как факты изящной словесности (т. е. с точки зрения их эстетического своеобразия и художественных особенностей), сколько как факты общественно-политической мысли, идеологии и публицистики.

Практика работы со студентами младших курсов и размышления о методологических основах интерпретации такого эстетически сложного материала как русская литература XVIII в. убедили автора в том, что основные проблемы освоения этой дисциплины студентами сосредоточены на двух полюсах литературного анализа. Трудности возникают при обращении к максимально абстрактному его уровню, когда речь заходит о теоретических основах интерпретации литературного произведения, а также при обращении к уровню максимально конкретному, когда дело доходит до целостного анализа текста. Поэтому весь материал предлагаемого учебного пособия автор попытался скомпоновать, исходя из приоритетности именно этих уровней изложения: дать необходимый минимум теоретических принципов подхода к анализу текста (это особенно актуально в тех случаях, когда речь идет о преобладании сугубо эстетического материала в теоретических темах: «Классицизм как литературный метод», «Реформа русского стихосложения», основы жанровой типологии трагедии и комедии и т.д.). Наконец, стремление дать примеры целостного анализа текстов продиктовано чисто дидактической установкой: сформировать у студентов представление о методике целостного анализа на материале многочисленных конкретных его примеров, подобно тому, как эта задача осуществлена в научных изданиях «Поэтический строй русской лирики» (Л., 1973), «Стихотворения Пушкина 1920—1930-х гг.» (Л., 1976), «Анализ драматического произведения» (Л., 1988), «Анализ одного стихотворения» (Л., 1985), и т.д.

Изложенные выше размышления, порожденные двадцатилетней практикой преподавания дисциплины «История русской литературы XVIII века» в высшей школе, определили концепцию предлагаемого учебника. Насколько попытка ее систематического воплощения оказалась удачной — судить тем, кому этот учебник адресован: преподавателям и студентам гуманитарных факультетов высших учебных заведений, в программу которых эта дисциплина входит в качестве обязательного или факультативного предмета изучения.

ВВЕДЕНИЕ В ИСТОРИЮ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ XVIII в.

Особенности философской картины мира в рационалистическом мировосприятииСвоеобразие национальной концепции литературы как отрасли духовной жизни обществаРационалистический тип эстетического сознания и его приоритеты: мысль, разум, идеалПериодизация русской литературы XVIII в.

Восемнадцатое столетие, европейский «век разума и просвещения», увенчавший собой период абсолютизма в Западной Европе и закончивший длительную эпоху европейского культурного развития Великой французской революцией, в России открывает новую эпоху ее государственности и культуры. 1700-й год Россия впервые в своей истории отсчитала не от сотворения мира, а от Рождества Христова, и встретила 1-го января, а не 1-го сентября. Это — культурный знак символического рубежа, который отделяет древнюю средневековую Русь от России Петровской эпохи новой истории.

В масштабах всемирной истории век — это совсем немного. Духовная жизнь XVIII в. отличается невиданной степенью интенсивности и концентрации, особенно заметной на примере новой русской литературы. Тот путь, который культуры других европейских стран проделывали в течение веков, русская словесная культура — от Кантемира до Державина и от безавторских гисторий до Карамзина проделала практически за полстолетия: ведь литература и жизнь связаны между собой как предмет и его отражение в зеркале, и стремительное развитие национального эстетического сознания до общеевропейского культурного уровня неоспоримо свидетельствует о таком же стремительном развитии национальной жизни в целом. Только вот в том, что считать предметом — жизнь или литературу, а что отражением — литературу или жизнь, русский (как, впрочем, и европейский) XVIII в. придерживался собственных убеждений, не совпадающих с теми, которые порождены современным типом эстетического сознания.

Особенности философской картины мира

в рационалистическом мировосприятии

В XVIII в. в Западной Европе к политике, экономике и культуре которой обратились взоры россиян сквозь окно, прорубленное реформами Петра I, господствовало рационалистическое мировоззрение. Рационалистический тип мировосприятия является по своей природе дуальным и иерархическим. Дуализм рационалистического мировосприятия определяет структуру философской картины мира: в сознании людей XVIII в. мир не был единым, целостным, развивающимся и изменчивым, каким мы видим его сейчас. Реальность для людей XVIII в. имела два уровня своего проявления и восприятия: материальный и идеальный, и оба были в равной мере существующими, только материальный мир обладал физическим существованием, а идеальный — духовным. И как в дуальной христианской модели мира дух торжествовал над плотью, дуальное рационалистическое мировосприятие считало идеальную реальность высшей и первичной, а материальную — низшей и вторичной — ив этом проявился иерархический характер рационалистического мировосприятия. Материальная реальность была совокупностью отдельных случайных, несовершенных и разрозненных предметов и явлений. Божественная гармония, правильность, высший смысл всего сущего имели свое бытие в реальности идеальной, умопостигаемой, и задачей словесных искусств было именно выражение этого общего смысла с тем, чтобы материальная реальность могла приблизиться к своему должному идеальному облику.

Мировоззренческие лозунги «века разума»: «Я мыслю, следовательно, я существую» и «Мнения правят миром» — Россия на заре новой эпохи своей истории восприняла и разделила с особенным энтузиазмом в силу того, что рационалистическое мировосприятие, усваиваемое по мере развертывания западнических реформ эпохи государственных преобразований, органично наложилось на национальную культурную традицию. С одной стороны, многовековая история России до Петра оказалась как бы перечеркнута в сознании людей Петровской эпохи: средневековая Русь закончила свое существование, и все, что создавалось в области политики, экономики, культуры, создавалось заново. В этом смысле весьма характерно мироощущение, зафиксированное в текстах эпохи, ближайшей ко времени государственных преобразований: во II Сатире Кантемира ее герой Филарет (добродетельный человек), обращаясь к своему собеседнику Евгению (благороднорожденному), характеризует своих современников следующим образом: «Мудры не спускает с рук указы Петровы, // Коими стали мы вдруг народ уже новый <...> Они ведь собою // Начинают знатный род, как твой род начали //Твои предки, когда Русь греки крестить стали» [1].

С другой стороны, это восприятие своей эпохи как новой отнюдь не отменило глубоко укорененных в национальном сознании культурных традиций. Несмотря на то что главным направлением культурных реформ была секуляризация — то есть отделение культуры от церкви, многовековая традиция принадлежности словесного творчества к сакральной сфере не могла быть ни преодолена в короткое время, ни отменена в плане культурных ассоциаций национального сознания. «Одной из особенностей русской средневековой культуры был особый авторитет Слова. Слово совмещает в себе и разум, и речь, и одно из наименований Сына Божия, и данный им людям закон. <...> Слово никогда не ставится в один ряд с другими искусствами: они получают авторитет извне, от сакральных или феодальных ценностей. Слову же авторитетность присуща имманентно, как таковому. <...> В этом смысле естественно, что когда место религиозного авторитета оказалось вакантным, его заняло искусство Слова. <...> Заменив сакральные тексты, литература унаследовала их культурную функцию» [2]. Это предопределило своеобразие национальной концепции литературы как отрасли духовной жизни общества.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. История русской литературы (XVIII век)

    Учебный курс
    Настоящий учебный курс является продолжением начатого в предыдущем семестре систематического освоения студентами (курс “История древней русской литературы”) многовекового процесса исторического развития отечественной словесности в
  2. Программа дисциплины «История русской литературы XVIII века» цикл гос впо опд входит в число обязательных дисциплин федерального компонента к следующим образовательным профессиональным программам подготовки специалистов

    Программа дисциплины
    разработана Гридневой Л.Н., к.ф.н., доцентом кафедры русской и зарубежной литературы, Чимиричкиной М.В., аспирантом кафедры русской и зарубежной литературы.
  3. Программа дисциплины Теория и история русской литературы для специальности 031400. 62 «Культурология» подготовки бакалавра

    Программа дисциплины
    Курс «Теория и история русской литературы» читается в 1-2 модулях на 3 курсе отделения культурологии факультета философии и, с одной стороны, коррелирует с курсом «Теория и история зарубежной литературы» (читается на 2 курсе), с другой
  4. Учебно-методический комплекс по дисциплине Русская литература XVIII века Специальность 050301. 65 «Русский язык и литература»

    Учебно-методический комплекс
    Цели и задачи изучения курса соотносятся с общими целями ГОС ВПО по специальности 032900 «Русский язык и литература» и 033 «Родной язык и литература с дополнительной специальностью русский язык и литература»
  5. Учебно-методический комплекс дисциплины «История русской литературы» Специальности 031001

    Учебно-методический комплекс
    «История русской литературы» - дисциплина, которая является базовой для студентов-филологов: соответствующей ей курс читается на 1 курсе. В течении двух семестров.

Другие похожие документы..