Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
В. 080110 15-з II Бухгалтерский учет 10 Евграфова В.В. Анализ финансово-хозяйственной деятельности 10 Каракова Н....полностью>>
'Закон'
Почему Украине необходимо активизировать свои усилия по обеспечению эффективной защиты прав меньшинств? Почему улучшение законодательства в этой сфер...полностью>>
'Документ'
Рейтинг по курсу «Экономика и управление ВЭД» формируется по результатам текущего, межсессионного и итогового (зачет) мониторинга учебной деятельност...полностью>>
'Документ'
Для выявления типа темперамента ребенка можно использовать метод, предложенный Б.С. Волковым и Н.В. Волковой. Необходимо ответить на приведенные ниже...полностью>>

Виртуальная электронная библиотека по теме эксперимента

Главная > Документ
Сохрани ссылку в одной из сетей:

ВИРТУАЛЬНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА ПО ТЕМЕ ЭКСПЕРИМЕНТА

УВАЖАЕМЫЕ КОЛЛЕГИ ! ЗДЕСЬ ВЫ МОЖЕТЕ ПОМЕСТИТЬ МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ ЭКСПЕРИМЕНТА

Кем добавлен ресурс

Информация с указанием его источника

Дзятковской Е.Н.

О массовом образовании населения России в области безопасности

(Инициатива Международного общественного фонда «Фонд национальной и международной безопасности» о формировании общенародного движения «Общественный университет всеобуча безопасности населения России»).

Сегодня вопросы безопасности России и ее граждан приобрели ключевое, решающее значение. Системный кризис, поразивший нашу страну, углубляется. Демографическая катастрофа, тяжелейшее состояние экономики, науки, здравоохранения, образования, культуры и спорта, деформация власти и ее силовых структур, криминализация общественных отношений, бедность и нищета, чрезвычайные ситуации в технической, социальной, экологической сферах, происки внутренних и внешних враждебных сил – все эти негативные факторы порознь и в совокупности почти не оставляют России шансов на выживание. На тревожность положения в ряде областей жизнедеятельности не раз указывал Президент Российской Федерации В.В. Путин.

Жизнь в опасном мире, на фоне отказа государства от значительной части функций защиты населения и страны, ставит перед гражданами задачу повышения их ответственности за Россию, за семью, за себя, требует перехода к мобилизационному типу жизнедеятельности, овладения ими знаниями, умениями и навыками в области безопасности.

Международный общественный фонд «Фонд национальной и международной безопасности» (Фонд НИМБ) выступает с инициативой организации всеобщего обучения населения Российской Федерации в области безопасности как общенародный ответ на главный вызов XXI века: быть способными обеспечить человеку и семье, России благополучие и безопасность. Предлагаемая форма массового образования – Общественный университет всеобуча безопасности населения России.

Фонд НИМБ рассматривает Общественные университеты всеобуча безопасности как возрождение и продолжение славной русской традиции подвижничества лучших представителей интеллигенции, несших знания в массы в самых разных областях жизни (культура, искусство, наука, религия, техника, здоровье, спорт и др.) через самодеятельные народные университеты. Они активно действовали в России с царских времен вплоть до 70-х годов XX века, сохраняя свою специфику и оригинальность.

К настоящему времени уже создана основа для развертывания общенародного движения по всеобщему образованию населения России в области безопасности. Всеобуч безопасности 10 лет преподается в школе курс «Основы безопасности жизнедеятельности». В технических и некоторых гуманитарных вузах студенты изучают предмет «Безопасность жизнедеятельности». Начата подготовка преподавателей ОБЖ в ряде педагогических вузов страны. Есть юридическая основа для всеобуча безопасности – Конституция РФ, Федеральный закон «О безопасности», Федеральный закон «Об участии граждан Российской Федерации в обеспечении правопорядка», иные федеральные законы и принятые в соответствии с ними нормативные правовые акты, Концепция национальной безопасности Российской Федерации.

Немаловажное значение имеет также накопленный Фондом НИМБ опыт проведения в течение ряда лет постоянно действующего семинара со студентами и аспирантами «Молодежь и национальная безопасность России в переходную эпоху». На нем отработана учебно-методическая программа «Современный комплекс проблем безопасности жизнедеятельности на глобальном и национальном уровнях», которая может быть адаптирована ко всем слоям населения. Наконец, при Фонде НИМБ уже открыт и начал функционировать Общественный университет всеобуча безопасности населения России, первыми слушателями которого стали граждане старше 50 лет, пожелавшие приобщиться к научным знаниям о безопасности с тем, чтобы в последующем применить их в своей практической деятельности. Уже 10 лет Фондом НИМБ издается журнал «Безопасность», в настоящее время готовится выпуск газеты «Общественная безопасность», которые могут стать методологической основой для всеобуча безопасности.

Общественные университеты представляются как общественные объединения многофункционального предназначения, включающие в своих программах по опыту молодежного семинара Фонда НИМБ и вопросы теории безопасности, и овладение навыками безопасного поведения в различных ситуациях, и возможное личное участие в какой-либо форме обеспечения национальной безопасности России. Они призваны стать важнейшим элементом общественной системы безопасности России на местном, региональном, страновом и даже международном уровнях. Общественные университеты явятся способом общения людей, в котором испытывают большой дефицит, на началах соборности, гражданственности, на непартийной основе. Их деятельность может быть максимально приближена к клубной работе, сочетая в себе познавательные, консультативные, тренировочные, оздоровительные, научно-исследовательские, культуроведческие, досугово-развлекательные, реально деятельные аспекты в различных сферах безопасности.

Главное – это наличие у них четкой цели: спасение и возрождение России как цивилизации и суверенного государства, содействие формированию активной гражданской позиции в обеспечении безопасности России.

Общественные университеты могут создаваться и проводить занятия на базе образовательных учреждений, центров ГО МЧС, военных частей, охранных структур и разного рода государственных и негосударственных учреждений, в расположении штаб-квартир общественных объединений. В качестве лекторов они могут приглашать к себе любых специалистов. Хотелось бы надеяться, что найдется немало добровольцев в качестве преподавателей и организаторов общественных университетов безопасности, для которых эта деятельность стала бы формой служения Отечеству.

Как представляется, прохождение Общественных университетов всеобуча безопасности должно быть обязательным для народных дружинников, спасателей, пожарников, охранников, правозащитников, участников общественных объединений и работников коммерческих структур, занимающихся вопросами обеспечения безопасности населения.

Учебные программы университетов включают самые актуальные проблемы личной, семейной, национальной и глобальной безопасности. Их примерная тематика может быть следующей:

  1. Демографическая катастрофа в России: причины, пути преодоления вымирания.

  2. Разрушительные и созидательные свойства власти: как укрепить российскую государственность.

  3. Общественная система безопасности как гарант соблюдения общественных интересов всех и каждого в России.

  4. Комплекс проблем безопасности жизнедеятельности для мира, для России.

  5. Национальная безопасность России в современных условиях.

  6. Современное состояние России: пути выхода из системного кризиса.

  7. Будущее России с позиций духовной, физической и экономической безопасности

  8. Как побороть преступность в России?

  9. Гармония Свободы и ответственности, природосообразность – залог безопасности и покоя России.

  10. Восстановление и повышение культурного иммунитета граждан России: защита культурной самоидентификации России.

  11. Что такое достойное существование человека и как его обеспечить?

  12. Практикум безопасности: овладение навыками и умениями духовной, правовой, физической защиты и личного участия в обеспечении безопасности в различных сферах жизнедеятельности.

Общественные университеты, выполняя просветительские и практические задачи, свои главные усилия сосредотачивают на профилактике чрезвычайных ситуаций, негативных явлений. Они исходят из того, что 80% чрезвычайных ситуаций происходит по причине так называемого человеческого фактора, причем нередко по вине чиновников, паразитирующих на ЧП. Отсюда важность изучения закономерностей поведения человека с целью устранения предпосылок к ЧП, духовно-нравственного наполнения всеобуча безопасности на опыте воспитания и жизнеобеспечения русского народа, других народов России.

Общенародным движение «Общественный университет всеобуча безопасности населения России» может стать только при его действенной поддержке со стороны общественности и государства, средств массовой информации. Неоценимое значение имело бы выделение одного из каналов российского радио и телевидения, сайта в Интернет для всеобуча безопасности – человека, семьи, детсада, школы, вуза, людей старшего поколения, что позволило бы стране совершить прорыв в своем развитии, в укреплении ее жизнестойкости.

В целях продвижения идеи массового образования безопасности при Фонде НИМБ создан Координационный совет по делам Общественного университета всеобуча безопасности населения России, который будет оказывать посильную методическую помощь открывающимся его подразделениям. Совет готовит Положение об Общественном университете и другие документы, необходимые для его конституирования. Совет не форсирует эту работу, рассчитывая завершить ее в течение года с учетом накапливающегося опыта открытия и деятельности первых университетов. Соответствующее уведомление об инициативе Фонда НИМБ по развертыванию сети Общественных университетов всеобуча безопасности в России Совет направляет в средства массовой информации, в Правительство, Федеральное Собрание РФ, Академию наук, общественные организации. Мы рассчитываем, что идея всеобуча безопасности найдет самую широкую поддержку в обществе.

Мы полагаем, что есть настоятельная необходимость создать независимый и совершенно прозрачный Общественный фонд поддержки всеобуча безопасности, который базировался бы на сборе пожертвований от населения, коммерческих и государственных структур во имя собственного спасения, выживания России, как это было в Великой Отечественной войне. Тогда люди жертвовали на танки, пушки, самолеты. Сегодня же есть острая нужда всем миром потратиться на интеллектуальный потенциал, на информационно-психологические средства защиты, на высокие гуманитарные технологии. В них наша судьба, гарантия достойного будущего России.

Координационный совет Фонда НИМБ (секретарь - Харитонов Анатолий Сергеевич) собирает и обобщает все инициативные предложения по поводу формирования общенародного движения «Общественный университет всеобуча безопасности населения России».

Л.И. Шершнев,
Президент Фонда НИМБ,
Председатель Координационного
совета по делам университета
всеобуча безопасности,
генерал-майор запаса.

Дзятковская Е.Н.

Как заметил консультант по безопасности Брюс Шнайер: "Безопасность - это не продукт, это процесс". Кроме того, безопасность - это не технологическая проблема, это проблема людей и управления.

В 2001 году Центр по безопасности культурных ценностей выпустил второе издание "Терминологического словаря-справочника по безопасности культурных ценностей".

Составители словаря: Л.И.Душкина (отв. ред.), С.С.Гуцало, Л.С.Песковская, Н.А.Принцев, К.В.Штыкова
изд. 2, М.: Центр по безопасности культурных ценностей ГосНИИР Министерства культуры Российской Федерации, — 112 с.

Ранее понятие безопасности трактовалось в узком смысле, как состояние защищенности от ядерного уничтожения, посягательств на независимость и территориальную целостность страны и других угроз. Однако такое понимание относилось в большей степени к государству, а не к человеку. В соответствии с этим система безопасности создавалась таким образом, что на первом месте стояла безопасность государства и лишь затем безопасность общества и человека.

С.ВАСИЛЬЕВ
"Обозреватель". № 3 март 1999 года В древности понимание безопасности не выходило за рамки обыденного представления и трактовалось как отсутствие опасности или зла для человека. В таком житейском значении термин "безопасность" употреблялся, например, древнегреческим философом Платоном.

В средние века, согласно словарю Робера, под безопасностью понимали спокойное состояние духа человека, считавшего себя защищенным от любой опасности. Однако в этом значении данный термин не вошел прочно в лексику народов Европы и до XVII в. использовался редко.

Широкое распространение в научных и политических кругах западноевропейских государств понятие "безопасность" приобретает благодаря философским концепциям Т.Гоббса, Д.Локка, Ж.Ж.Руссо, Б.Спинозы и других мыслителей XVII-XVIII вв., означая состояние, ситуацию спокойствия, появляющуюся в результате отсутствия реальной опасности (как физической, так и моральной).

Именно в этот период предпринимались первые попытки теоретической разработки этого понятия. Наиболее интересной представляется версия, предложенная Зонненфельсом, который считал, что безопасность - это такое состояние, при котором никому нечего опасаться. Для конкретного человека такое положение означало частную, личную безопасность, а состояние государства, при котором нечего опасаться, составляло общественную безопасность.

При таком теоретическом подходе в условиях постоянного присутствия каких-либо опасностей, исходящих от других людей, иностранных государств или стихийных сил природы безопасность выступала в качестве целевой установки, определяющей всю деятельность государства. "Безопасность собственная есть высший закон в политике...", - писал наш великий соотечественник Н.Карамзин.

Впервые в российской научной литературе термин "государственная безопасность" мы встречаем в работах XIX в. Так, в частности, профессор И.Тарасов отмечает, что опасность может иметь общее значение и частное. Однако такое различие не заключает столь резкого обособляющего признака, на основании которого можно было бы правильно разграничить и сгруппировать меры борьбы с обоими этими видами опасности. Так, например, измена угрожает всей государственной безопасности, но она в то же время угрожает и безопасности частной; класс воров и мошенников посягает на имущество единичных лиц, но развитие этого явления угрожает и всему государству. То же следует сказать и относительно различия между опасностью общей и местной. Так, например, относительно эпидемий и эпизоотии, хотя бы и местных, нередко принимаются меры не только местные, но и общегосударственные и даже международные. В этот период понятие "государственная безопасность" по своему содержанию совпадало с такими понятиями, как "безопасность Российской империи", "безопасность царской России", "безопасность государства". "...В нашей стране как до, так и после революции, в силу особенностей исторического развития общества и власти, термин "государственная безопасность" понимался гораздо шире - как безопасность общества", - заключает А.Малыгин.

В советский период термин "государственная безопасность" был введен в нашей стране в апреле 1934 г. при образовании в составе НКВД Главного управления государственной безопасности, которому были переданы функции ОПТУ при ликвидации последнего. При этом следует отметить, что термин "государственная безопасность" в известной мере отражал официальную точку зрения о приоритете интересов государства диктатуры пролетариата перед интересами общества в целом и интересами личности ("общество для государства"). Термин "государственная безопасность" в 1936 г. был официально включен в текст Конституции СССР (пункт "и", статьи 14, главы 2) и начал употребляться в документах и актах органов советского государства, в советской правовой литературе. Долгое время этим термином пользовались без какого-либо разъяснения его значения. И только в 50-е годы в юридической и специальной литературе стали предприниматься попытки глубоко проанализировать указанную проблему. Однако до недавнего времени изучение этих проблем не носило системного, комплексного характера и проводилось отдельными авторами в основном в рамках закрытых научно-исследовательских и учебных заведений КГБ СССР, ГРУ Генерального штаба и других учреждений.

Анализ материалов, посвященных раскрытию содержания понятия "государственная безопасность", в рассматриваемый период (с начала 50-х до конца 80-х гг.) позволяет сделать вывод о существовании нескольких подходов к определению этого понятия.

Часть одной группы авторов рассматривает государственную безопасность как состояние прочности и незыблемости государственного и общественного строя государства, нерушимости его территориальной целостности и независимости в определении внешней и внутренней политики. Другая же часть группы видит государственную безопасность в качестве состояния защищенности от подрывной деятельности противника. Государственная безопасность СССР есть защищенность основ общественного и государственного строя советского государства от посягательств со стороны враждебных социалистическому строю сил, осуществляющих подрывную деятельность.

Представители другой группы раскрывают понятие государственной безопасности через систему общественных отношений, обеспечивающих независимость государственного и общественного строя.

Третьи настаивают на том, что государственная безопасность не что иное, как способность советского государства противостоять враждебным силам и защищать интересы народа. Безопасность советского государства есть состояние, которое характеризуется способностью государства противостоять посягающим на него враждебным силам и защищать интересы трудящихся или всего общества (в условиях общенародного государства).

В Юридическом словаре говорится: "Государственная безопасность - в СССР система мероприятий, направленных на охрану политической и экономической основ Советского социалистического государства и его государственных границ".

Глубокие изменения политической и экономической ситуации в стране и мире в конце 80-х годов, прекращение противостояния между Востоком и Западом потребовали серьезного пересмотра существующей концепции обеспечения безопасности нашего государства. Это обстоятельство привело к тому, что, примерно с 1990 г., исследование проблем безопасности выходит за рамки закрытых учреждений бывшего СССР. В мае 1990 г. по инициативе группы Комитата Верховного Совета СССР по науке, народному образованию, культуре и воспитанию под руководством академика Ю.Рыжова сделана первая попытка разработки концепции безопасности нашей страны с учетом новой геополитической ситуации. В апреле 1990 г. организован Фонд национальной и международной безопасности (президент Л.Шершнев), принимающий активное участие в разработке теоретических и научно-практических проблем безопасности. Начала работу секция "Геополитика и безопасность" Академии естественных наук (председатель секции В.Пирумов), на базе которой сегодня создан Центр исследований геополитики и безопасности АЕН РФ, а принятый в марте 1992 г. закон "О безопасности" способствовал проявлению более широкого интереса политических, научных и общественных кругов нашей страны к этой проблеме. В этот период Институтом социально-политических исследований (директор академик - Г.Осипов) представлена новая парадигма безопасности страны, разработанная на основе результатов исследований, проведенных в 1991-1993 гг.; при Отделении философии, социологии, психологии и права РАН создается Центр социальных исследований безопасности России во главе с Р.Яновским; в качестве позитивной программы движения новой мыслящей оппозиционной общественности предлагается проект национальной доктрины, разработанный С.Кургиняном, в 1994 г. был опубликован проект концепции обеспечения национальной безопасности, подготовленный группой А.Подберезкина.

В результате анализа научной литературы по проблемам безопасности, опубликованной за последние 5-6 лет, можно сделать вывод, что границы понимания безопасности учеными нашей страны в сравнении с предыдущими закрытыми разработками в этой области существенно расширились. Так, если ранее безопасность, за редким исключением, рассматривалась только применительно к государству, затем и к обществу, то сегодня чаще всего безопасность рассматривается в отношении триединства - личности, общества, государства. Хотелось бы обратить внимание на тот фактор, что данная триада для России не нова, мы встречаем ее в работах профессора Андриевского, которые были опубликованы в конце XIX в. Как для отдельного гражданина, так и для целого общества и государства, могут являться опасности от таких деяний и учреждений, кои сами по себе в высшей степени важны и необходимы, как самостоятельные условия для безопасности и благосостояния граждан. Развитие таковых условий не только желательно, но на государстве лежит обязанность оказывать всевозможное содействие их развитию и распространению; но вместе с тем на государстве лежит и обязанность предупреждать опасности, которые могут от таких учреждений или деяний явиться для отдельного лица, для целого общества и государства. При этом, как видим, акценты делаются не на сами субъекты и объекты, а на их жизненно важные интересы, в чем, несомненно, проявляется влияние западных научных подходов в этой области.

Определение "безопасность государства" в официальных изданиях РФ, - как отмечает И.Жинкина, появилось совсем недавно, в частности в Кратком словаре специальных терминов для руководящего состава Вооруженных сил Российской Федерации: "безопасность государства национальная, состояние, при котором обеспечивается защита жизненно важных интересов государства и гражданского общества в экономической, политической, военной, экологической, гуманитарной и других областях". Представляется необходимым решить терминологический вопрос: о какой безопасности будет идти речь далее - о национальной безопасности, о безопасности страны или безопасности государства? Будем придерживаться точки зрения о синонимичности этих понятий. (А государство следует рассматривать не как совокупность аппаратов управления и подавления, а как субъект международного права.)

Общее понимание безопасности страны как состояния общественных отношений и в теоретическом и в практическом плане подводит нас к необходимости выделения во всей системе этих отношений проблем политической, экономической, военной, научно-технической, социальной, экологической и иной безопасности, которые выступают как виды безопасности страны. Страна представляет собой единый общественный организм, состоящий из ряда подсистем - политической, экономической, социальной, духовной, в каждой из которых зарождаются и развиваются противоречия вокруг основных ценностей (материальных и духовных). Именно эти противоречия, а точнее некоторые из них, ведут в случае их обострения к формированию источников опасности не только и даже не столько для самой этой сферы отношений, сколько для безопасности страны в целом, для всей суммы жизненных интересов общества. И для того чтобы иметь объективную возможность отслеживать процессы возникновения и развития противоречий, эффективно управлять этими процессами и воздействовать на них, общество, государство вынуждены, обязаны классифицировать всю сумму отношений на однотипные, имеющие свою сущностную характеристику, свои закономерности развития и поддающиеся системному и проблемному анализу. Отсюда и возникает острая необходимость классификации всей суммы отношений в сфере безопасности на ее определенные виды.

В настоящее время произошло существенное расширение представлений о безопасности, как в отношении объектов посягательства, так и в отношении источников опасности, а в принципиальных вопросах при определении понятия "безопасность" речь по-прежнему идет либо о способности (иногда свойстве, качестве) какой-либо системы противостоять посягательствам, либо о состоянии объекта, характеризующегося защищенностью от опасности или отсутствием самой возможности разрушительного воздействия.

Необходимо отметить, что в отечественных исследованиях по проблемам безопасности, так же как и на Западе, наметилась тенденция отхода от концепции "государственной (национальной) безопасности" и переноса центра тяжести на глобальный уровень решения проблем всего человечества.

Как и на Западе, в отечественной науке налицо те же проблемы с неопределенностью понятия "безопасность". В.Спиридонова отмечает: "Термин "безопасность" в научной литературе весьма многозначен, до сих пор не выработано четкого и строго определения этого понятия. Иногда безопасность рассматривается как цель, в других случаях как концепция, в третьих как научная программа или научная дисциплина. До сего времени не существует целостной концепции безопасности: понятия "личной безопасности", "национальной безопасности", "международной безопасности" и "глобальной безопасности" имеют дело с совершенно различным набором проблем и исходят из различных исторических и философских контекстов".

Рассматривая национальную безопасность как научную категорию российской стратегии, следует подчеркнуть, что сформулировать определение национальной безопасности крайне сложно ввиду разнородности и трудносопоставимости подходов к данной категории. Предлагается следующий вариант определения: Национальная безопасность Российской Федерации - есть состояние защищенности жизненно важных интересов личности, общества и государства, достигаемое совместными действиями государственных и общественных институтов путем гибкого использования экономических, политических и иных средств как во внутренней политике, так и в международных отношениях.

Безопасность - это такое состояние человека, которое обеспечивает невозможность причинения ему вреда как другими, так и им самим благодаря имеющимся знаниям, умениям и навыкам, как это сделать. Безопасность - важная цель жизни человека. Безопасность его деятельности - это средство обеспечения комфортной жизни.
С последними двумя утверждениями согласится следует, однако определение безопасности имеет ряд уязвимых мест.
Первое, вряд ли безопасность можно отнести только к состоянию человека, исключив при этом связь с внешней средой, состояние которой также влияет на безопасность человека. Второе - опасность человеку исходит не только от других людей, но и от природных факторов. И третье - является спорным утверждение, что безопасность достигается только благодаря наличию у человека соответствующих знаний, умений и навыков. Состояние человека проявляется только в действии, а действие всегда направлено на другие объекты. Действие же не всегда обусловлено знаниями, умениями и навыками, порой привычкой, или интуицией, порой просто повторением действий других людей. Спектр мотивов, используемых человеком для обеспечения безопасности, гораздо шире, чем указано в определении.
Поэтому подойдем к определению понятия "безопасность личности" с применением системного подхода.

При определении данного понятия можно оперировать терминологией, рекомендованной Академией наук СССР для теории управления. [Теория управления. Терминология. Академия наук СССР. Институт проблем управления. М.: "Наука", 1988]
К необходимым понятиям относятся следующие.
Объект - выделенная по некоторым правилам часть мира, являющаяся предметом познания, практической деятельности.
Внешняя среда - объекты, не принадлежащие рассматриваемому объекту, но оказывающие на него влияние.
Воздействие - влияние одного объекта на другой, вызывающее в последнем изменение его свойств и (или) состояния.
Свойство объекта - то, чем рассматриваемый объект сходен с другими сравниваемыми объектами или отличен от них.
Состояние объекта - состояние процессов в объекте.
Воздействие возмущения - воздействие извне на объект, затрудняющее, как правило, достижение цели действия.
И, наконец, понятие безопасность данные рекомендации определяют следующим образом.
Безопасность - свойство объекта, заключающееся в способности не допускать таких изменений своих состояний и свойств, а также не вызывать изменений состояний и свойств других, связанных с ним объектов, которые были бы опасны для людей и (или) окружающей среды.

Таким образом, с позиций системного подхода каждый человек является объектом, имеющим связи с другими объектами, по отношению к нему внешними. Он взаимодействует с этими объектами с использованием воздействий, которые могут быть:
- воздействиями прямой связи, идущими от человека к внешним объектам и изменяющими их состояние;
- воздействиями обратной связи, идущими от внешних объектов к человеку и изменяющими его состояние.
Особенно следует понять то, что, воздействие обратной связи будет зависеть от состояния внешнего объекта, обусловленного предшествующими прямыми воздействиями на него этого человека, или других людей и объектов. Кроме того, на внешние объекты действуют воздействия возмущения от других объектов, которые могут менять их состояние и параметры воздействий обратной связи от данного объекта к человеку.
Независимо от того, ощущает или осознает человек эти связи, они объективно существуют. Их характер может не нести человеку угрозу при изменении состояния внешнего объекта в определенном диапазоне. Однако вне допустимого диапазона изменение этих параметров может приводить к возникновению и осуществлению угрозы для жизни, здоровья и имущества человека.

Это самая важная идея безопасности - с кем бы мы не взаимодействовали, даже на бесконтактном уровне, опосредовано, не посылая сигналов агрессии, не нарушая правила технической безопасности, дисциплину или внутренний порядок и т.п., воздействия обратной связи к нам всегда будут "модулированы" возмущающими воздействиями на взаимодействующий объект других объектов вне нашего влияния. Попытки расширять собственное влияние или ограничивать влияние других объектов на взаимодействующие всегда имеют ограничения (из-за противодействия или ограниченности ресурсов), особенно если принять во внимание конъюнктивность нашего мира. Из этой идеи и вытекает роль информации как инструмента придания такого характера прямым и обратным связям между объектами непосредственного и ближнего окружения, при котором влияние одного объекта на другой не вызывает в последнем опасного изменения его свойств и (или) состояния.

С учетом сказанного безопасность личности мы даем такое определение.
Безопасность личности - это такое взаимоотношение человека с объектами внешней среды, при котором незапланированные (неожидаемые) изменения в их состоянии не приводят к потере жизни, здоровья или имущества. Провоторов В.Д.

Дзятковская Е.Н.

Концепция устойчивого развития и проблема безопасности

 

А.Д. Урсул, А.Л. Романович

 

В июне 1992 г. в Рио-де-Жанейро состоялась Конференция ООН по окружающей среде и развитию (ЮНСЕД), на которой было принято историческое решение об изменении курса развития всего мирового сообщества. Такое беспрецедентное решение глав правительств и лидеров 179 стран, собравшихся на ЮНСЕД, было обусловлено стремительно ухудшающейся глобальной экологической ситуацией и прогнозируемой на основе анализа ее динамики глобальной катастрофой, которая может разразиться уже в XXI в. и привести к гибели всего живого на планете.

Среди проблем экологического характера, которые, согласно недавно изданному Программой ООН по окружающей среде (ЮНЕП) докладу “Глобальная экологическая перспектива – 2000” (ГЕО-2000), окажутся основными в XXI в., названы изменение климата в результате выброса парниковых газов, недостаток пресной воды и ее загрязнение, исчезновение лесов и опустынивание, сокращение биоразнообразия, рост численности населения (и его перемещение), необходимость удаления отходов, загрязнение воздуха, деградация почв и экосистем, химическое загрязнение, истощение озонового слоя, урбанизация, истощение природных ресурсов, нарушение биогеохимических циклов, распространение заболеваний (включая появление новых) и т.д. Почти каждая из этих экологических проблем может, если будет продолжаться стихийное развитие цивилизации, привести к гибели человечества и биосферы.

ЮНСЕД продемонстрировала осознание пагубности традиционного пути развития, который был охарактеризован как неустойчивое развитие, чреватое кризисами, катастрофами, омницидом (гибелью всего живого). Переход на новую модель (стратегию) развития, получившую название модели устойчивого развития, представляется естественной реакцией мирового сообщества, стремящегося к своему выживанию и дальнейшему развитию.

Человечество столкнулось со все обостряющимися противоречиями между своими растущими потребностями и неспособностью биосферы обеспечить их, не разрушаясь. В результате социально-экономическое развитие приняло характер ускоренного движения к глобальной экокатастрофе, при этом ставится под угрозу не только удовлетворение жизненно важных потребностей и интересов будущих поколений людей, но и сама возможность их существования. Возникла идея разрешить это противоречие на пути перехода к такому цивилизационному развитию, которое не разрушает своей природной основы, гарантируя человечеству возможность выживания и дальнейшего непрекращающегося, т.е. управляемого и устойчивого, развития.

Идеи устойчивого развития отвечают объективному требованию времени и могут решающим образом повлиять на будущее России, сыграть важную роль в определении государственных приоритетов, стратегии социально-экономического развития и перспектив дальнейшего реформирования страны. Новая стратег00ия развития цивилизации уже определила позицию мирового сообщества – объединить усилия во имя выживания человечества и непрерывного развития и сохранения биосферы. Россия, подписавшая документы упомянутой Конференции ООН, взяла на себя серьезные обязательства по реализации программы всемирного сотрудничества, принятой на основе консенсуса.

 

 

О понятии устойчивого развития

 Термин “устойчивое развитие” получил широкое распространение после публикации доклада, подготовленного для ООН в 1987 г. специально созданной в 1983 г. Международной комиссией по окружающей среде и развитию [1]. В русском издании этого доклада английский термин sustainable development переведен как “устойчивое развитие”, хотя слово sustainable имеет и другие значения: “поддерживаемое, самоподдерживаемое”, “длительное, непрерывное”, “подкрепляемое”, “защищаемое”.

Еще в докладе “Всемирная стратегия охраны природы” (1980 г.), представленном Международным союзом охраны природы и природных ресурсов, подчеркивалось, что для того чтобы развитие было устойчивым, следует учитывать не только его экономические аспекты, но также социальные и экологические. В 80 е годы проблемы связи экологии и развития особенно активно обсуждались в трудах ученых из исследовательского института “Worldwatch” (“Всемирная вахта”) в США, и в частности его директора Л.Р. Брауна. ЮНЕП еще с середины 1970-х годов широко использовала понятие “развитие без разрушения” (development without destruction), а в дальнейшем получило распространение понятие “экоразвитие” (ecodevelopment), означающее экологически приемлемое развитие, т.е. развитие наименее негативно воздействующее на окружающую среду.

Можно считать, что уже в Декларации Первой конференции ООН об окружающей среде (Стокгольм, 1972 г.) также была отмечена связь экономического и социального развития с проблемами окружающей среды. В такое понимание развития важный вклад внесли научные доклады Римского клуба, и особенно доклад “Пределы роста” (1972 г.), в которых формулировались идеи перехода цивилизации от экспонциального экономического роста к состоянию “глобального динамического равновесия”, от количественного роста – к “органическому” (качественному) и “новому мировому экономическому порядку”.

На ЮНСЕД широко использовалось определение, приведенное в книге “Наше общее будущее”: “Устойчивое развитие – это такое развитие, которое удовлетворяет потребности настоящего времени, но не ставит под угрозу способность будущих поколений удовлетворять свои собственные потребности” [2]. Это определение подвергалось критике за нечеткость и антропоцентричность. Отмечалось, что определение понятия “устойчивое развитие” должно в явной форме включать в себя и представление о сохранении окружающей природной среды. Вот почему из имеющихся дефиниций надо устранить даже скрытые намеки на деградацию как человечества, так и биосферы. Это в какой-то мере сделано в Концепции перехода Российской Федерации к устойчивому развитию, где под устойчивым развитием подразумевается “стабильное социально-экономическое развитие, не разрушающее своей природной основы” [3]. Далее это представление конкретизируется: “Улучшение качества жизни людей должно обеспечиваться в тех пределах хозяйственной емкости биосферы, превышение которых приводит к разрушению естественного биотического механизма регуляции окружающей среды и ее глобальным изменениям” [4].

Упомянутая выше Концепция перехода Российской Федерации к устойчивому развитию была представлена Правительством РФ и утверждена Указом Президента РФ № 440 от 1 апреля 1996 г. В Концепции отмечено, что “следуя рекомендациям и принципам, изложенным в документах Конференции ООН по окружающей среде и развитию (Рио-де-Жанейро, 1992 г.), руководствуясь ими, представляется необходимым и возможным осуществить в Российской Федерации последовательный переход к устойчивому развитию, обеспечивающий сбалансированное решение социально-экономических задач и проблем сохранения благоприятной окружающей среды и природно-ресурсного потенциала в целях удовлетворения потребностей нынешнего и будущих поколений людей” [5].

Данная Концепция была принята по рекомендации ЮНСЕД, в документах которой правительству каждой страны предлагалось разработать и утвердить свою национальную стратегию устойчивого развития. Концепция стала важной вехой на этом пути, а в настоящее время завершается работа над проектом Государственной стратегии устойчивого развития Российской Федерации.

Именно после ЮНСЕД стало понятным, что если не будут решены проблемы окружающей среды, то все завоевания цивилизации окажутся под угрозой уничтожения. Они могут исчезнуть потому, что все человечество будет ввергнуто в пучину планетарной экологической катастрофы, поскольку богатства природы, возможности самовосстановления биосферы окажутся полностью исчерпанными. Стало ясным, что необходимо коренным образом изменить модель развития человечества и даже сам способ жизнедеятельности каждого человека, провести самые кардинальные за всю историю человечества цивилизационные трансформации, которые обеспечили бы его выживание.

Весь мир, и Россия в том числе, стоит на пороге третьей, после агрикультурной и индустриальной, цивилизационной революции, не менее, а может быть, и более фундаментальной, чем две предыдущие. Стратегию устойчивого развития невозможно создать, исходя из традиционных общечеловеческих представлений и ценностей, стереотипов мышления. Она требует выработки новых научных и мировоззренческих подходов, соответствующих не только современным реалиям, но и предполагаемым перспективам развития в III тысячелетии.

Понятие устойчивого развития должно определяться через два основных признака такого развития – антропоцентрический и биосфероцентрический. Под антропоцентрическим признаком в широком смысле понимается выживание человечества (страны) и способность (возможность) его дальнейшего непрекращающегося (устойчивого), непрерывно долгого развития, чтобы наши потомки имели не меньшие возможности, по сравнению с настоящим поколением, удовлетворения своих потребностей в природных условиях и экологических условиях Земли и космоса (принцип равенства возможностей поколений в плане удовлетворения своих потребностей). Биосфероцентрический (в общем случае – экологический) признак понятия связан с сохранением биосферы как естественной основы всей жизни на Земле, необходимого условия ее устойчивости и естественной эволюции, так чтобы дальнейшее развитие человечества не происходило в экофобной форме. В книге “Наше общее будущее” отмечается, что “стратегия устойчивого развития направлена на достижение гармонии между людьми и между обществом и природой” [6]. Этот принцип можно охарактеризовать как принцип коэволюции природы и общества.

Сказанное позволяет определить устойчивое развитие как стратегию социоприродного развития, которая обеспечивает выживание и непрерывный прогресс общества и не разрушает окружающую природную среду, особенно биосферу.

Переход к устойчивому развитию предполагает поэтапное восстановление естественных экосистем до уровня, который обеспечивает устойчивость окружающей среды и при котором появляется реальная возможность существования будущих поколений людей, удовлетворения их жизненно важных потребностей и интересов. Формулирование новой стратегии развития означает постепенное соединение в единую самоорганизующую систему экономической, экологической и социальной сфер деятельности. В этом смысле устойчивое развитие предполагает, как минимум, экономическую эффективность, биосферосовместимость и социальную справедливость при общем снижении антропогенного давления на биосферу.

Организация хозяйственной деятельности, не разрушающей биосферу, а ее сохраняющей, т.е. экологодопустимой, не выходящей за пределы несущей емкости экосистем, – одно из центральных направлений становления будущего устойчивого общества. Биосфера с этой точки зрения должна рассматриваться уже не только как кладовая и поставщик ресурсов, а как фундамент жизни, сохранение которого должно быть обязательным условием функционирования социально-экономической системы и ее отдельных элементов.

Пока не существует удовлетворительного научно обоснованного подхода к созданию полностью биосферосовместимого хозяйства. Хозяйственная деятельность в XX в., ориентированная на быстрые темпы экономического роста, стала разрушительной силой для человека и биосферы. Но до сих пор биосферосовместимая экономика выглядит как очередная утопия и неясны пути и механизмы ее формирования, которые устроили бы современную цивилизацию. Разрешение этого эколого-экономического противоречия видится в создании новой модели хозяйствования, равновесной, или устойчивой, экономики, базирующейся на принципах всесторонней и полной интенсификации и экологизации.

Глубинная сущность перехода к устойчивому развитию заключается в выживании человечества и одновременном сохранении биосферы, иными словами, в сохранении биосферы и цивилизации. Однако для того чтобы выжить, сохраниться как уникальный биологический вид, человеку необходимо кардинальным образом трансформировать все сферы своей деятельности в направлении существенного уменьшения давления на биосферу – почти на порядок. Это очень сложная задача, и ее выполнение во многом противоречит всему тому, что характерно для модели неустойчивого, или экономоцентрического, развития, начавшегося с перехода человечества к производящему хозяйству. Экологическую несостоятельность этой модели особенно ярко продемонстрировал XX век.

XXI век может оказаться переломным в истории цивилизации, ибо на его протяжении должен разрешиться главный вопрос – быть или не быть человечеству. Переход к устойчивому развитию и позволит его разрешить, так как создает возможность выживания и дальнейшего непрерывного развития цивилизации, но в существенно измененной, биосферосовместимой, форме, когда человек не разрушает природную среду своего обитания – эту естественную колыбель любой жизни, в том числе и разумной. В настоящее время во всем мире разрабатывается концепция устойчивого развития, которая должна в научном плане превратиться в теорию, а в практическом – в стратегию устойчивого развития, и мировое сообщество должно реализовать эту стратегию, чтобы выжить в наступившем тысячелетии.

В 2002 г. исполняется 10 лет со времени проведения ЮНСЕД, и эту дату планируется отметить созывом Всемирного саммита по устойчивому развитию (“Рио+10”), который состоится в сентябре 2002 г. в Йоханнесбурге (ЮАР) под эгидой ООН. “Саммит Земли III”, как его еще называют, должен подвести итоги, в которыми человечество подошло к третьему тысячелетию, скорректировать дальнейшее движение в соответствии с новой стратегией цивилизационного развития.

Каждая страна, которая примет участие в саммите “Рио+10”, должна будет оценить свой вклад в устойчивое развитие цивилизации, выявить трудности, с которыми она сталкивается, и определить проблемы, которые предстоит решить. Вклад в устойчивое развитие России наиболее значителен не столько на практическом уровне (как и все страны мира, она по инерции продолжает свои реформы в рамках модели неустойчивого развития), сколько на теоретическом: отечественные ученые существенно разработали концептуальные основы устойчивого развития.

Накануне Всемирного саммита по устойчивому развитию наряду с подготовкой официальных документов и докладов российской общественности целесообразно проанализировать, что же представляет собой концепция устойчивого развития. Собственно говоря, именно на начальном этапе перехода мирового сообщества к новой форме (стратегии) развития важно объединить уже существующие в различных странах и исследовательских коллективах научные разработки и их результаты, которые содействовали бы формированию образа нашего устойчивого будущего.

 

 

Взаимосвязь устойчивого развития и безопасности

 

Процесс перехода к устойчивому развитию является глобальным, и отдельно взятая страна не может перейти на этот путь, пока другие страны будут оставаться в рамках старой модели развития. Вот почему важно использовать стихийно начавшийся процесс глобализации и направить прежде всего его экономическую, экологическую и социальную составляющие на реализацию целей устойчивого развития. Тем самым процесс глобализации, развертывающийся по инициативе постиндустриальных государств, транснациональных корпораций и всемирных организаций стал бы способствовать переходу мирового сообщества не к постиндустриальному, а к устойчивому будущему всей цивилизации.

В переходе к устойчивому развитию Россия имеет ряд особенностей (в первую очередь имеются в виду высокий интеллектуальный потенциал и наличие мало затронутых хозяйственной деятельностью территорий, составляющих более 60 % всей территории страны), благодаря которым она может сыграть роль лидера в переходе к новой цивилизационной модели развития. В настоящее время важно выйти из системного кризиса, обрести относительно стабильное и безопасное состояние, из которого можно наименее болезненно начать переход на траекторию устойчивого развития.

Как уже отмечалось, глубинная суть устойчивого развития заключается в сохранении и цивилизации, и биосферы. Представляется целесообразным особое внимание обратить на связь идей устойчивого развития и становления ноосферы. Ноосферная ориентация устойчивого развития выдвигает на первое место интеллектуально-духовные и рационально-информационные факторы и ресурсы, которые в отличие от материально-вещественных и природных ресурсов и факторов безграничны и создают основу для выживания и непрерывно долгого развития цивилизации. Именно поэтому в заключительной части Концепции перехода Российской Федерации к устойчивому развитию речь идет о ноосфере как целевой ориентации устойчивого развития, таком этапе развития цивилизации, когда критерием индивидуального и национального богатства станут духовные ценности и знания человека, живущего в гармонии с окружающей средой.

Недавно об этом напомнил Президент РФ В.В.Путин на состоявшемся 15 ноября 2000 г. деловом саммите стран АТЭС “Бизнес и глобализация”, отметив, что на фундаменте учения о ноосфере фактически строится сегодня концепция устойчивого развития. Сделать такое напоминание уместно и здесь – чтобы подчеркнуть, что идея устойчивого развития, довольно часто выдаваемая за сугубо западную, имеет российские корни, и обратить внимание на уже выявленную специфику перехода России к устойчивому развитию.

Это важно и потому, что государственная стратегия должна содержать не только общие рекомендации относительно последующего развертывания хозяйственной, организационно-управленческой и иной практической деятельности, – она должна также стать мировоззренческим ориентиром для всего XXI в. и даже для всего III тысячелетия. Именно в этом веке и тысячелетии должно разрешиться противоречие между старой моделью цивилизационного развития (т.е. не­устойчивого развития) и пока только теоретически декларируемой моделью устойчивого развития, которой, на наш взгляд, надо придать ноосферную ориентацию. В зависимости от этого XXI в. станет либо веком глобальной антропоэкологической катастрофы, либо веком выживания и устойчивого развития цивилизации.

Специфика перехода России к устойчивому развитию помимо сказанного выше о необходимости его ноосферной ориентации связана с тем, что этот переход по историческим масштабам времени совпадает с переходом к рыночным отношениям и демократии. Важно, чтобы дальнейшие реформы и государственные решения ориентировались на стратегию устойчивого развития страны, а не на модернизационные рецепты сторонников движения по модели неустойчивого развития. Если стратегия устойчивого развития окажется в фокусе формируемой сейчас национальной идеи, Россия обретает шанс уйти от модернизационно-догоняющих преобразований, уводящих на периферию мирового развития, мы сможем перейти к опережающим и сбалансированным действиям путем принятия комплексных решений в духе новой цивилизационной парадигмы.

Еще одна важная концептуальная идея связана с актуальной необходимостью сопряжения концепции перехода к устойчивому развитию с концепцией национальной безопасности. Налицо противоречие между уже разработанными концепциями безопасности (в том числе и в новых редакциях) и Концепцией перехода РФ к устойчивому развитию. Это обусловлено в основном тем, что обеспечение безопасности до их пор мыслилось в рамках старой модели, т.е. модели неустойчивого развития. В соответствии с таким мировоззренческим принципом принятие государственных решений носит несистемный, в основном ведомственный характер. В существующей практике принятия государственных решений имеется противоречие, которое необходимо разрешить, с тем чтобы существенно повысить их эффективность. Это противоречие заключается в том, что государственные решения принимаются, как правило, без учета обеспечения безопасности их реализации, а уже потом принимаются решения Советом безопасности в его области компетенции.

Приведем характерный пример подобной процедуры принятия решений. Правительство РФ обсуждает и принимает Государственную стратегию социально-экономического развития страны до 2010 г., и только спустя почти год начинается разработка новой редакции Государственной стратегии экономической безопасности Российской Федерации, которая должна быть завершена к середине 2002 г. (и рассчитана на те же сроки).

Как правило, важные государственные решения, принимаются без учета обеспечения безопасности и в других сферах, и это обусловлено прежде всего неадекватным представлением о роли и месте безопасности в процессах развития. Чаще всего безопасность понимается как особая область деятельности, которая как бы дополняет основной вид деятельности, защищает его от внешних либо внутренних угроз и опасностей. В определенной степени подобное понимание безопасности как состояния защищенности жизненно важных интересов личности, общества и государства (объекта безопасности) от внутренних и внешних угроз правомерно и даже отражено в федеральном законе “О безопасности” (1992 г.). Вместе с тем если обеспечение безопасности мыслить как защиту основной деятельности, то происходит раздвоение деятельности на созидательную и дополнительную, связанную с обеспечением безопасности. К тому же в рамках модели неустойчивого развития безопасность можно обеспечить лишь временно и на самом минимальном уровне.

Вот почему идея реализовать обеспечение безопасности через развитие [7] оказывается наиболее плодотворной для решения проблемы безопасности. В этом случае раздвоение деятельности исчезает, основная созидательная деятельность и обеспечение безопасности совпадают, поскольку модель устойчивого развития оказывается одновременно и моделью безопасного развития. Если мы принимаем принцип обеспечения безопасности через развитие, то это однозначно приводит к обеспечению безопасности именно через устойчивое развитие, и иной модели развития, где могла бы быть гарантирована безопасность, причем на длительное время, просто не существует.

ЮНСЕД связала развитие с охраной окружающей среды, а мы сейчас должны выйти на более широкую концепцию, связав развитие с безопасностью во всех сферах. Это означает, что сказанное выше относится не только к проблеме экологической безопасности, которой в обсуждаемом проекте стратегии отведено основное место, но и ко всем видам социально- экономической и иной деятельности, особенно если принимаются решения на государственном уровне (ведь государство как раз и является основным субъектом обеспечения безопасности личности, общества и самого государства). Таким образом, речь идет об одновременном обеспечении экономической эффективности и экономической безопасности, социальной справедливости и социальной безопасности, экологической безопасности и коэволюционного развития.

Ведь особенностью перехода каждого суверенного государства является реализация им своих национальных интересов (в том числе в плане обеспечения безопасности), а теперь также – одновременная по историческим масштабам ориентация на переход к устойчивому развитию. Совершенно очевидно, что разрешение этого противоречия связано с тем, что обеспечение безопасности должно все в большей степени осуществляться через развитие и все в меньшей – через защиту, что вынуждает найти консенсус между новым мировоззрением, соответствующим идее устойчивого развития, и мировоззрением, на котором до сих пор основывалось обеспечение безопасности любого государства через защиту.

Именно поэтому реальный переход к устойчивому развитию начнется только тогда, когда на уровне государственного управления решения по обеспечению безопасности станут приниматься одновременно с решениями по основным видам деятельности. Устойчивое развитие – это не только системное единство экономических, социальных и экологических видов и аспектов деятельности, но и имманентная взаимосвязь развития и безопасности, это обеспечение безопасности через развитие и развитие через обеспечение безопасности.

В свете сказанного важно во всех разделах проекта обсуждаемой стратегии связать переход к устойчивому развитию с обеспечением национальной и других видов безопасности (как это сделано в отношении экологии и процесса экологизации). Это важно прежде всего для того, чтобы не поступили “как всегда” и, приняв стратегию, через некоторое время не стали разрабатывать стратегию ее защиты, т.е. ее безопасной реализации.

В настоящее время во всех странах мира, и в том числе, как уже отмечалось, в России, обеспечение безопасности мыслится и реализуется в соответствии с моделью неустойчивого развития. Такая традиционная ориентация в области безопасности сталкивается со все большими трудностями и в принципе бесперспективна, несмотря на все возрастающие финансовые и административно-организационные ресурсы, вкладываемые в это направление человеческой деятельности. Важно концептуально-мировоззренчески осознать неэффективность традиционного подхода к обеспечению безопасности во всех видах деятельности и для всех объектов (для человечества, биосферы, государства, личности и социума) и разработать новый теоретико-методологический подход к решению этой жизненно важной проблемы.

Переход к устойчивому развитию предполагает обеспечение безопасности во всех отношениях, а всеобщая безопасность, как уже отмечалось, также реализуется на пути устойчивого развития. Столь тесная взаимосвязь всеобщей (и глобальной) безопасности страны и мирового сообщества и устойчивого развития и определяет особенности дальнейшего человеческого существования. В качестве методологической основы подобного видения должны использоваться все средства исследования будущего, включая прогностические, футурологические, системные, ноосферные и другие подходы, определяющие специфику проблемы безопасности.

Безопасность – это некоторый инвариант существования и развития, который характерен для любой модели развития цивилизации. Даже в рамках модели неустойчивого развития необходимо добиться определенного уровня стабильности и безопасности, для того чтобы можно было осуществлять переход к стратегии устойчивого развития. В годовом докладе о работе ООН за 1999 г. “Предотвращение войн и бедствий: глобальный вызов растущих масштабов” Генеральный секретарь ООН отметил, что “справедливое и устойчивое развитие является одним из необходимых условий обеспечения безопасности, однако обеспечение минимальных стандартов безопасности, в свою очередь, является одной из предпосылок развития. Стремление решить одну задачу в отрыве от другой не имеет большого смысла” [8].

Вот почему существуют принципы обеспечения безопасности, которые специфичны для модели неустойчивого развития и для модели устойчивого развития. Существуют также принципы, общие для обоих моделей. Так, например, основные принципы обеспечения безопасности, упомянутые в федеральном законе “О безопасности”, характерны как для традиционно понимаемой модели развития, так и для модели устойчивого развития. Среди них – законность, соблюдение баланса жизненно важных интересов личности, общества и государства, взаимная ответственность личности, общества и государства в отношении обеспечения безопасности, интеграция с международными системами безопасности.

Выделение этих принципов диктовалось переходом от прежнего, советского, типа общества и государства к демократическому и правовому. Теперь же в свете концепции обеспечения безопасности через устойчивое развитие требуется выделение новых основных принципов.

Как уже неоднократно отмечалось, в рамках новой стратегии безопасность и развитие (саморазвитие) оказались настолько взаимосвязанными, что обеспечение безопасности цивилизации в принципе невозможно без перехода на путь устойчивого развития. И наоборот, устойчивое развитие, т.е. сохранение человеческой культуры и биосферы, невозможно без обеспечения их совместной безопасности. Рассмотрим далее ряд принципов обеспечения безопасности через устойчивое развитие, на которых мы подробно останавливались в другой работе [9].

 

 

Процесс глобализации обеспечения безопасности

 

Развернувшийся процесс глобализации существенно влияет на постановку проблемы безопасности. Становится очевидным, что усилия, направляемые на обеспечение безопасности отдельно взятого объекта безопасности – государства, общества, личности, фирмы и т.п., должны одновременно способствовать и глобальной безопасности, т.е. безопасности всего человечества. Это означает, что безопасность любого объекта (субъекта) не может быть обеспечена в полной мере без обеспечения глобальной безопасности. А поскольку безопасность цивилизации зависит от сохранения биосферы, ее устойчивости и естественной эволюции, постольку необходимо обеспечение безопасности (сохранение) естественной природной среды.

Итак, переход к устойчивому развитию возможен лишь в глобальном масштабе, в согласованно-когерентном режиме всех объектов безопасности (и субъектов также), а значит, любые решения и действия по обеспечению безопасности любого объекта не должны противоречить международно-глобальным императивам устойчивого развития. Сказанное относится не только к экологической безопасности, но и к любому виду безопасности – к экономической, информационной, социальной и т.д. Отсюда следует также, что в старой модели – модели неустойчивого развития – не может быть обеспечена безопасность ни всего человечества, ни отдельно взятого государства независимо от того, по какому типу мыслится ее обеспечение (американскому, северокорейскому и т.п.). В начале XXI в. обеспечение безопасности государства, общества, личности, всей человеческой культуры зависит не только от отдельно взятого объекта и субъекта безопасности, но и от того, осуществляется ли переход к устойчивому развитию всего человечества. Кроме того, это означает, что любые процессы на любом направлении глобализации – экономическом, финансовом, культурном, информационном и т.д. – также должны “работать” не на старую модель цивилизации, а на глобально-управляемое устойчивое развитие.

 

 

Системно-синергетический характер безопасности

 

Сказанное выше свидетельствует о системном характере обеспечения безопасности через устойчивое развитие, поскольку в одно системное целое объединяются глобальный, региональный, нацио­нально-территориальный и локальные аспекты, но на базе планетарных императивов. Системно-синергетический характер проблемы безопасности проявляется и при объединении в одно целое различных видов безопасности, что реализуется в Концепции национальной безопасности Российской Федерации и аналогичных документах других государств.

Такое системно-синергетическое видение существенно углубляется, если мы рассматриваем обеспечение безопасности через переход к устойчивому развитию. Синергетический характер последнего проявляется прежде всего в том, что оно объединяет в целостную систему как минимум три сферы человеческой деятельности – экономическую, социальную и экологическую, создавая не существовавший ранее, системный, эффект устойчивого развития. Вместо модели неустойчивого развития, основанной на доминировании экономической эффективности, модель устойчивого развития ориентируется в своем системном единстве на реализацию как минимум трех совместимых целей – на обеспечение экономической эффективности, достижение социальной справедливости и следование экологическим императивам, что в совокупности должно дать синергетический эффект устойчивой безопасности (безопасной устойчивости). Очевидно, что соответствующие виды безопасности (экономическая, социальная и экологическая) должны имманентно сопрягаться с упомянутыми выше целями устойчивого развития, из которых, пожалуй, лишь цель обеспечения экологической безопасности оказывается относительно новой, а две другие в той или иной степени уже реализовались (наиболее удачно, хотя и временно, – цель достижения экономической эффективности в рыночной экономике).

Системно-синергетический характер обеспечения безопасности через переход к устойчивому развитию не исключает противоречий между основными его составляющими, и общее решение предполагает, что на различных этапах такого перехода на приоритетное место будет выдвигаться какая-либо одна из них (например, в России в ближайшие годы – экономика, а не экология) [10]. Наконец, уместно заметить, что системно-синергетический характер безопасности, обеспечиваемой через устойчивое развитие, не сводится лишь к упомянутым трем составляющим единой системы устойчивого развития [11]. Он предполагает все виды безопасности, и прежде всего те, которые выделяются в Концепции национальной безопасности Российской Федерации. Однако обеспечение безопасности через устойчивое развитие не может мыслиться лишь как защита жизненно важных интересов объекта безопасности от внутренних и внешних угроз. Защита от угроз имманентно включается в устойчивое развитие. Разделение на “развитие” и “безопасность” возможно лишь в рамках модели неустойчивого развития.

 

 

Опережающий характер обеспечения безопасности

 

Обеспечение безопасности в рамках модели неустойчивого развития и новой цивилизационной модели в темпоральном аспекте носит принципиально различный характер. В рамках старой модели обеспечение безопасности, как правило, не является упреждающим и реализуется в основном при появлении серьезных отклонений от естественного развития – реальных угроз, катастроф, катаклизмов, бедствий и т.п. Более того, среди принципов обеспечения безопасности не выделен принцип предотвращения этих отклонений. Сказанное, однако, не означает, что в рамках модели неустойчивого развития не используются превентивные меры, – они просто не носят всеобщего и обязательного характера, а используются в качестве цивилизации (часть международного сообщества, государства и т.п.), которая может участвовать в ликвидации последствий катастроф либо в противодействии реальным угрозам. В случае такой угрозы всему человечеству, влекущей за собой планетарную катастрофу, устранение последней возможно только через принятие опережающих решений и реализацию превентивных мер. Но для этого необходимо кардинальное изменение формы (стратегии) развития, превращение его из стихийного в глобально управляемое на базе принципа упреждения (15 й принцип Рио-де-Жанейрской декларации по окружающей среде и развитию). В рамках новой модели развитие перестает быть стихийным процессом, требующим защиты от внешних и внутренних угроз, а становится самоорганизующимся устойчивым безопасным развитием. Развитие в соответствии с такой новой формой цивилизационной самоорганизации должно быть одновременно и опережающим саморазвитием, в русле которого возможно заранее предвидеть и предотвращать угрозы и опасности внутреннего и внешнего характера.

Самоорганизационно-опережающий характер управления при переходе к устойчивому развитию позволит решать проблемы обеспечения безопасности уже на стадии превращения потенциальных угроз в реальные, как правило, путем предотвращения появления этих угроз. Если в рамках модели неустойчивого развития мы имеем дело с реальными угрозами, катастрофами и их неблагоприятными последствиями, то в рамках новой модели, соединяющей в одно системно-синергетическое целое развитие и безопасность, должна быть предусмотрена система предотвращения и устранения реальных угроз и опасностей, а тем более стихийных бедствий и антропогенных катастроф.

В самоорганизующейся системе устойчивого развития, таким образом, должно быть реализовано опережающее обеспечение всех видов безопасности. Этот опережающий механизм обеспечения безопасности должен быть встроен в систему реализации перехода к устойчивому развитию как самоорганизующемуся развитию, ориентированному на новые культурно-цивилизационные цели.

 

 

Информационно-консенсусный характер обеспечения безопасности

 

Одно из основных различий в обеспечении безопасности в рамках старой и новой моделей цивилизационного развития связано с тем, что задействованы различные средства и силы. В рамках модели неустойчивого развития к силам и средствам обеспечения безопасности относятся разного рода силовые структуры (например, упомянутые в ст. 12 федерального закона “О безопасности”).

Если взять в качестве конечной цели перехода к устойчивому развитию становление ноосферы (ноосферной цивилизации, ноосферной культуры), то становится очевидным, что в обществе устойчивого развития военно-силовые средства не являются основными. Доминирующими здесь оказываются рационально-консенсусные средства, имеющие информационную природу. Они уже начинают применяться, например при обеспечении безопасности государств – участников Договора о коллективной безопасности [12]. Если возникает угроза безопасности, территориальной целостности и суверенитету одного или нескольких государств-участников либо угроза международному миру, государства-участники незамедлительно приводят в действие механизм совместных консультаций с целью координации своих позиций и принятия конкретных мер для устранения возникшей угрозы. Предотвращение войн и вооруженных конфликтов, устранение реальных угроз должны достигаться урегулированием спорных вопросов, международных и региональных кризисов – исключительно политическими, согласительными средствами. Один из принципов обеспечения безопасности государств-участников – принцип принятия решений по главным вопросам обеспечения коллективной (всеобщей) безопасности на основе консенсуса.

В грядущей ноосфере упомянутые принципы в силу глобального характера обеспечения безопасности цивилизации должны иметь планетарный статус, распространяться на все государства, народы и социумы. Это возможно лишь в том случае, если переход к устойчивому развитию будет идти по траектории, близкой к ноосферной, когда решения будут приниматься на гуманистически и экологически рациональной основе, а не на военно-силовой. Переход от общества потребления и превалирования материально-экономических интересов к ноосферно-консенсусной демократии позволит сформировать новые формы управления средствами обеспечения безопасности, информационной основой которых будет ноосферный интеллект глобального масштаба [13].

 

 

Ноосферные ориентиры безопасности

 

Невозможность радикального решения проблемы безопасности без перехода на магистраль устойчивого развития дает основания для формулирования еще одного принципа обеспечения безопасности, носящего ориентационно-целевой характер. Обеспечение безопасности через устойчивое развитие осуществляется поэтапно и зависит от реализации тех или иных целей на пути устойчивого развития. Общей целью и, по сути, завершающим на определенном историческом отрезке времени этапом является становление ноосферы [14]. В пользу этого предположения было приведено достаточно аргументов, которые позволяют если не отождествить переход к устойчивому развитию и становление ноосферы, то по крайней мере считать эти процессы достаточно близкими и однонаправленными [15]. Эта логическая связь показалась достаточно привлекательной и для того, чтобы в заключительной части Концепции перехода Российской Федерации к устойчивому развитию сформулировать, что в отдаленной исторической перспективе постепенно должна решаться проблема гармонизации взаимодействия с природой всего мирового сообщества. Движение человечества к устойчивому развитию в конечном счете приведет к формированию предсказанной В.И.Вернадским сферы разума, ноосферы, когда мерилом национального и индивидуального богатства станут духовные ценности и знания Человека, живущего в гармонии с окружающей средой.

Весьма важной для решения рассматриваемой нами проблемы является уже упоминавшаяся идея о том, что на учении о ноосфере фактически строится сегодня концепция устойчивого развития. Между тем понятие “ноосфера” может определяться не только в том ракурсе, в каком это было сделано в Концепции перехода Российской Федерации к устойчивому развитию. Ноосферу возможно рассматривать в сопряжении с обеспечением безопасности во всех отношениях, т.е. сфера разума представляется как самое безопасное состояние и самой цивилизации, и области ее взаимодействия с природой [16]. Подобное представление о связи сферы разума и безопасности поначалу было основано лишь на интуитивном ожидании, что наступление ноосферы решит проблему обеспечения безопасности дальнейшего развития. Связь же стратегии устойчивого развития и безопасности приводит к выводу, что сфера разума окажется одновременно и сферой обеспечения безопасности как в глобальном, так и в других отношениях (что выглядит вполне естественно, поскольку все разумное должно быть и безопасным).

В этом плане важно проанализировать в прогностическом аспекте механизмы и этапы обеспечения безопасности на пути устойчивого развития, т.е. применить методологию исследования будущего, имея в виду реализацию нормативного прогноза в виде стратегии устойчивого развития. Методологической основой формулирования представления о пер­спективах обеспечения безопасности является ноосферный подход как наиболее адекватный для исследования желаемого будущего.

Упомянутый ноосферный подход формировался в недрах такого научного направления, как учение о ноосфере (ноосферология). Последнее представляет собой междисциплинарную интегративную область научного поиска. Оно охватывает весь комплекс знаний о ноосфере, законах и тенденциях ее становления и развития, включая представления о переходе цивилизации к “устойчивому обществу” и “устойчивому государству”. Ноосферология мыслится как та часть исследования будущего, которая акцентирует внимание на выживании человечества путем развития нравственного гуманизированного и экологизированного разума, прогнозирования безопасного устойчивого будущего посредством становления ноосферного коллективного интеллекта на базе средств информатики.

Обеспечение безопасности через устойчивое развитие в ходе становления ноосферы осуществляется главным образом с помощью рациональных средств, новейших информационно-интеллектуаль­ных технологий. С одной стороны, речь идет об использовании естественных механизмов (типа естественной безопасности, биологической стабилизации и регуляции окружающей среды), которые необходимо включить в сферу взаимодействия природы и общества. С другой стороны, гармонизация этого взаимодействия должна достигаться с помощью рационально-духовных механизмов, оптимально организующих социальную деятельность и переводящих ее на интенсивно-
коэволюционный путь развития, что в совокупности обеспечивает всеобщую безопасность и стратегическую стабильность.

Именно в ноосфере достигается системно-синергетический синтез всех составляющих устойчивого развития, причем не только в самом социуме, выступающем как ноосферно-глобальное целое, но и в его взаимоотношениях с природой, как земной, так и космической. Причем в отношении космоса также в перспективе должна быть обеспечена безопасность в результате становления космоноосферы, где глобальная безопасность обеспечивается и в ее внешнем, геокосмическом и собственно космическом, варианте, о чем мечтал К.Э.Циолковский, разрабатывая концепцию бессмертия человечества в результате освоения космоса.

 

 

Рационализация механизмов обеспечения безопасности

 

Если в царстве животных обеспечение безопасности (сохранение биосистем) основано на биологических механизмах, то с выделением из этого царства человека начинают развиваться рациональные средства. Человек разумный, которому это наименование было дано с большим авансом, начал употреблять свой ум прежде всего для защиты своих жизненных интересов, т.е. для обеспечения безопасности, хотя этот процесс совершался стихийно. До сих пор, пока шло естественно-стихийное развитие человечества, иррациональные тенденции доминировали. Бытие человечества в целом носило иррациональный и алогичный характер, создало иллюзию ускоряющегося прогресса, привело к глубочайшему кризису цивилизации. Дорациональное, нерациональное и сверхрациональное (мистическое) господствовали в человеческой истории, и выживание рода человеческого мало зависело от его коллективного разума.

Между тем нам неизвестны иные механизмы выживания, кроме разума (нравственно-справедливого), как индивидуального, так и общественного (коллективного). Мы полагаем, что трансформированный и ноосферно-ориентированный разум сможет в будущем доминировать в пространстве социального бытия, сможет, управляя развитием человечества, обеспечить ему выживание и устойчивое поступательное движение. И если это так, то следует попытаться посмотреть, что же произойдет с цивилизацией, которая, отбросив инерцию стихийно-иррационального развития и неестественные потребности, перейдет к рационально управляемому развитию и становлению сферы разума как области бытия качественно новой, ноосферной, цивилизации.
С этой точки зрения основной вопрос ноосферной философии – это вопрос о соотношении рационального и иррационального, но не столько в познании, сколько в социальном бытии, ведь это вопрос выживания человечества и обеспечения его безопасности.

Рационализация механизмов обеспечения безопасности при переходе к устойчивому развитию означает, что в жизнь будут воплощаться лишь проекты, прошедшие сквозь “призму разума”. Обеспечение безопасности в должной мере, если оно осуществляется стихийно, оказывается невозможным и это подтвердил опыт реформирования России в последние годы. Тем более это относится к переходу к устойчивому развитию, когда будущее должно вначале создаваться, проектироваться разумом, а лишь затем воплощаться в реальность.

 

 

Соответствие измерений устойчивого развития и видов безопасности

 

В рамках модели неустойчивого развития все различия в уровне развития стран привязаны к экономике. Такое одномерное, экономическое, измерение лежит в основе деления стран на развитые, развивающиеся и страны с переходной экономикой. В этом смысле модель неустойчивого развития с полным правом можно именовать рыночной, или экономической моделью по типу критериев (индикаторов, лежащих в основе такой классификации).

В отличие от модели неустойчивого развития (экономической) в модели устойчивого развития прежде всего и наряду с экономическими индикаторами (которые остаются) появляются индикаторы развития социальной сферы и экологической деятельности. На этом увеличение “системной мощности” модели устойчивого развития не завершается, поскольку в дальнейшем количество измерений (групп индикаторов) будет лишь возрастать, все более преодолевая одномерность рыночно-экономической модели. При ноосферной ориентации устойчивого развития добавится группа индикаторов, отражающих информационно-духовные характеристики развития, которые в перспективе будут становиться все более весомыми по сравнению с упомянутыми тремя группами “материальных” индикаторов.

На пути движения к устойчивому развитию все страны становятся развивающимися, но не в традиционном экономическом понимании. В рамках трехиндикаторной модели устойчивого развития (экономика, социальная сфера, экология) важно соблюдать баланс развития по всем трем группам (измерениям) параметров, а не только по одной из них, подтягивая отстающие индикаторы до уровня, соответствующего новой цивилизационной модели. В последней со временем будет предложена иная классификация типов государств с учетом трехмерности групп индикаторов такого развития, и в рамках этой новой модели развитыми окажутся другие страны, нежели в рамках модели неустойчивого развития (в частности, США здесь уже не будут лидировать).

Очень важный момент – возможная классификация, касающаяся обеспечения безопасности. В рамках упомянутой трехмерной модели устойчивого развития предполагается лишь экологическая безопасность. Однако безопасность и устойчивое развитие настолько взаимосвязаны, что обеспечение безопасности мыслится по всем трем указанным измерениям, а в принципе – по всем другим измерениям, которые будут появляться и затем приниматься мировым сообществом. Отсюда следует важный методологический вывод: концепция (доктрина) безопасности того или иного государства, да и мирового сообщества в целом должна соответствовать новой модели развития. Этот вывод (и принцип) означает, что принятая тем или иным государством концепция безопасности (а она так или иначе формируется, если даже называется иначе) должна по всем видам безопасности дополняться соответствующей концепцией (стратегией) устойчивого развития. В перспективе, когда высшее политическое руководство страны полностью осознает необходимость реальных действий, направленных на переход к устойчивому развитию, это должна быть единая Концепция перехода к устойчивому развитию и обеспечения безопасности.

В настоящее время эти две концепции, например, в России (Концепция перехода Российской Федерации к устойчивому развитию и Концепция национальной безопасности Российской Федерации) слабо взаимосвязаны и не соответствуют друг другу по выделенным измерениям устойчивого развития и аналогичным видам безопасности, причем обеспечение этих последних видится в официальных документах пока лишь в рамках старой модели развития. Думается, что принцип взаимосвязи и соответствия измерений устойчивого развития и видов безопасности окажется методологическим ориентиром как для дальнейших исследований в области проблем безопасности и устойчивого развития, так и для разработки соответствующих государственных документов.

 

 

Расширение объектов безопасности (пространственных и темпоральных границ)

 

Обычно к основным субъектам безопасности относят (см. закон “О безопасности”) личность – ее права и свободы; общество – его материальные и духовные ценности; государство – его конституционный строй, суверенитет и территориальную целостность.

В модели устойчивого развития основных субъектов больше, поскольку обеспечение безопасности в рамках этой модели носит не социальный (пусть даже в широком смысле), а социоприродный характер. Поэтому наряду с основными социальными объектами (личность, общество, государство) в число объектов безопасности должна войти природа – ее экосистемы, биосфера в целом и даже космические объекты (естественные и искусственные). Обеспечение их безопасности, мыслимое как их сохранение и продолжение естественного развития (без антропогенного вмешательства), тоже предполагается концепцией социоприродной безопасности [17]. Не сохранив биосферу в ее естественном виде, мы не сможем обеспечить устойчивое развитие системы общество – природа как коэволюцию ее составляющих. Сохранение локальных (региональных, бассейновых и т.п.) экосистем необходимо для обеспечения регионального (территориального) устойчивого развития, в рамках которого хозяйственная деятельность должна находиться в соответствующем экологическом коридоре, т.е. в пределах хозяйственной емкости экосистем. Концепция социоприродной безопасности в принципе базируется на представлении о так называемой естественной (адаптивной) безопасности, когда естественные процессы используются для эффективного обеспечения безопасности на социальном уровне [18].

В концепции социоприродной безопасности, связывающей безопасность с устойчивым развитием, расширяется список основных объектов безопасности, и в него, согласно одному из ранее рассмотренных принципов, включается все человечество, причем не только ныне живущие поколения (одновременно сосуществуют три-пять поколений людей), но и поколения будущие, ради которых и должен быть осуществлен переход к устойчивому развитию. Следует заметить, что имеется противоречие между обеспечением безопасности нынешних поколений людей (в рамках старой модели развития) и обеспечением безопасности будущих поколений (в рамках новой модели). Это противоречие должно разрешиться так, чтобы в одинаковой степени обеспечивалась безопасность как ныне живущих, так и будущих поколений людей, ведь в этом заключена главная идея устойчивого развития – выживаемость и непрерывное развитие человеческой цивилизации в условиях сохранения окружающей природной среды.

 

 

Примечания

 

1. См.: Наше общее будущее: Пер. с англ. – М.: Прогресс, 1989.

2. Там же.

3. Рос. газета. – 1996. – 9 апр.

4. Там же.

5. Там же.

6. Наше общее будущее. – С. 68.

7. См.: Кузнецов В.Н. Безопасность через развитие. – М., 2000. Еще точнее будет сформулировать эту идею как “обеспечение безопасности через устойчивое развитие” (см.: Урсул А.Д. Переход России к устойчивому развитию: ноосферная стратегия. – М., 1998; Он же. Обеспечение безопасности через устойчивое развитие // Безопасность Евразии. – 2001. – № 1. – С. 443–456; Урсул А.Д., Романович А.А. Безопасность и устойчивое развитие: философско-концептуальные проблемы. – М., 2001.

8. Аннан К.А. Предотвращение войн и бедствий: глобальный вызов растущих масштабов: Годовой доклад о работе ООН за 1999 год. – Нью-Йорк, 2000. – С. 17.

9. См.: Урсул А.Д., Романович А.Л. Безопасность и устойчивое развитие…

10. Именно поэтому проблема взаимосвязи устойчивого развития и безопасности наиболее полно должна прозвучать в подготавливаемой новой редакции Государственной стратегии экономической безопасности Российской Федерации на период до 2010 г.

11. Другое системное видение представлено в монографии О.Л.Кузнецова, П.Г.Кузнецова, Б.Е.Большакова “Система общество – природа – человек: устойчивое развитие” (М., 2001).

12. См.: Концепция коллективной безопасности государств – участников Договора о коллективной безопасности // Безопасность России: правовые, социально-экономические и научно-технические аспекты: Основополагающие государственные документы. – M., 1998. – Ч. I.

13. См.: Урсул А.Д. Путь в ноосферу: Концепция выживания и устойчивого развития цивилизации. – М., 1993; Он же. Становление ноосферного интеллекта и опережающее образование // Синергетика и образование. – М., 1997.

14. См.: Урсул А.Д. Путь в ноосферу…

15. См.: Урсул А.Д. Экологическая проблема и агроноосферная революция. – М., 1994; Он же. Ноосферная концепция перехода России к устойчивому развитию. – М.; Гомель, 1997; Он же. Переход России к устойчивому развитию… К высказанной в этих работах точке зрения в последние годы присоединился и академик Н.Н.Моисеев, а также многие другие ученые.

16. См.: Урсул А.Д. Путь в ноосферу…

17. См.: Урсул А.Д. Обеспечение безопасности через устойчивое развитие.

18. См.: Урсул А.Д. Переход к устойчивому развитию… – С. 133–155.

 

 Ursul, A.D. and A.L.Romanovich. The conception of sustainable development and the problem of security

In this paper, the concept of sustainable development is defined as a strategy of socio-natural development which ensures survival of the society and its continuous development and does not destroy the environment, especially biosphere. Transition to sustainable development presupposes phased rehabilitation of natural ecosystems up to the level ensuring stability of the environment. At this level, there appears a real possibility for future human generations to live and satisfy their vital requirements and interests.

 

Дзятковская Е.Н.

Газета "Школьный психолог" Издательского дома "Первое сентября", № 8/2005.
Все права принадлежат автору и издателю и охраняются.

Психологическая безопасность образовательного учреждения

В феврале на базе Академии повышения квалификации и профессиональной переподготовки работников образования прошла V Всероссийская конференция «Современное состояние и перспективы развития курса ОБЖ». Конференция был подготовлена кафедрой психолого-педагогических технологий охраны и укрепления здоровья. Среди ее участников — психологи и педагоги, медицинские работники и специалисты МЧС.
По словам члена оргкомитета старшего преподавателя М.В. Аносовой, в этом году чрезвычайно актуальными стали вопросы психологической безопасности. Эти вопросы стали предметом обсуждения на пленарном заседании, а также на одной из секций.
Мы приводим один из докладов, посвященных основным направлениям обеспечения психологической безопасности образовательного учреждения.

Печальным симптомом нашего времени является, в частности, замена термина «психологический комфорт» на термин «психологическая безопасность». А что стоит за изменениями в терминологии? Увы, многое, если нам приходится думать уже не о комфорте, а о безопасности. Как говорится, не до жиру, быть бы живу. Год от года в нашей стране появляются новые опасные для жизни и здоровья факторы: это техногенные и природные катастрофы, террористические акты, опасность оказаться заложником, неконтролируемое распространение боевого оружия и т.д.
Театр начинается с вешалки, говорил Станиславский. А с чего начинается школа? Не с уборщицы Марь-Ванны и не с одноклассника Вовки, нацепившего красную повязку дежурного, а с камуфляжной формы или подчеркнуто строгого костюма охранника.
В стране (и в мире) происходит своеобразная катастрофизация сознания: мы понимаем, что живем в мире катастроф и, при этом нам регулярно об этом напоминают. Утренние новости из уст «друга семьи» — телевизора: взорвался припаркованный автомобиль, столкнулись поезда, погиб известный политик, снежная лавина засыпала две деревни. А вот вечерний подбор телепрограмм: отечественный бандитский сериал, американский бандитский сериал, сводка криминальных происшествий за день. Спокойной ночи!
О навязывании уголовных понятий через телеэкран и об общей сексопатологии современных средств массовой информации можно говорить долго. Вопрос в том, может ли школа этому противостоять и, соответственно, какими же могут быть направления обеспечения психологической безопасности образовательного учреждения. Сразу подчеркнем: создать систему психологической безопасности можно только вместе с психологами и при поддержке руководства школы.
Вообще говоря, разбирая потенциальные «критические точки», можно выделить несколько групп факторов, составляющих окружение школьника. Это:
— психолого-педагогические факторы (личность учителя, сложность учебной программы, возможности ребенка усвоить эту программу);
— социальные (статус в классе, отношения с другими учениками вне класса и т.д.);
— физические (школьное пространство, включая обстановку, освещенность, режим дня, качество питания и т.д.).
В разном возрасте те или иные факторы приобретают большее или меньшее значение. Так, для младшего школьника наиболее значимой фигурой является учитель, для подростка — сверстники. Физические факторы ученики практически не замечают, хотя испытывают на себе их серьезное воздействие.
Вообще на физические факторы, с одной стороны, повлиять легче всего, так как существуют регламентирующие ситуацию санитарные нормы и правила. С другой стороны, сократить учебную нагрузку для старшеклассников, желающих поступить в вузы, практически невозможно. Так же как невозможно разделить класс из 40 человек на два класса, если нет дополнительного помещения, учителя и ставки.
Рассмотрим два других направления.
Поскольку психологическая безопасность впрямую связана с психологическим здоровьем, обратим внимание на некоторые причины возникновения соматических заболеваний у детей. Мы знаем, как может испортить настроение, а то и довести до инфаркта грубый, несправедливый начальник. У взрослого человека всегда есть возможность изменить ситуацию, в конце концов — уволиться. У ребенка такой возможности нет. Значит — надо заболеть.
Исследования, проводимые в течение нескольких лет научно-методическим центром «Диагностика. Адаптация. Развитие» им. Л.С. Выготского Минобрнауки РФ показали: в начальных классах у авторитарных педагогов учащиеся болеют достоверно чаще. Причина имеет психосоматическое происхождение, так как у ребенка единственным легальным способом пропустить занятия является болезнь. Утомленный психологическим давлением организм «с радостью» заболевает, предоставляя ученику долгожданную передышку.
Однако авторитарность педагога еще не означает, что с ней надо бороться ради психологической безопасности учащихся. Рискну отметить, что субъект-субъектный подход, в соответствии с которым ребенок должен чувствовать себя равным среди равных (в том числе и среди педагогов), — не для каждого учителя и не для каждого ученика. Более того, следует различать: а) процесс передачи школьнику определенных знаний через формирование мотивации к самостоятельному обучению и б) процесс воспитания, в ходе которого ребенок должен не только знакомиться с социальными правилами и нормами, но и понимать, что нарушать их нельзя.
Очевидно, дело не авторитарности, а в том, что нередко педагоги переносят на учащихся свои негативные эмоции и переживания. Те же, кто искренне старается удержать негатив в себе, как правило, сами приходят к заболеванию (язве, неврозу) и, как следствие, к профессиональной деградации.
Таким образом, исходя из тезиса, что психологическое здоровье педагогов является необходимым условием здоровья детей, мы должны задуматься о психогигиене — системе мероприятий, направленных на сохранение и укрепление психологического здоровья учителей.
Психогигиена возникла как научное направление в конце XIX в., а в конце XX в. получила широкое распространение во всем мире, включая Россию. Она является таким же необходимым атрибутом педагогической работы, как гигиена санитарная. Существуют определенные методы ее осуществления, в том числе самостоятельно (за счет методов саморегуляции), однако начинать эту работу рекомендуется под руководством психологов.
Сразу хочется отметить, что психогигиенические мероприятия встречают немалое сопротивление в школах, прежде всего со стороны самих педагогов. Это вполне объяснимо. Дело не только в известной нелюбви учителей к тому, что кто-то будет учить их самих. Ясно ведь, что пока гром не грянет... Многие ли могут похвастаться тем, что два раза в год в целях профилактики посещают стоматолога? Cкажите загруженной работой и семейными проблемами учительнице, что «сегодня после уроков завуч с психологом будут всех лечить», и гарантированно получите отрицательную эффективность психогигиенических мероприятий.
Очевидно, что для эффективного внедрения психогигиены в школьную действительность необходима продуманная, последовательная система мер, о которой можно и нужно говорить отдельно. Пока же рассмотрим еще один аспект психологической безопасности: речь пойдет о сотрудниках службы охраны, которые у многих школьников, мальчишек и девчонок, вызывают определенный интерес.
Как правило, это молодые ребята, да еще с неким романтическим ореолом. Вспоминаются словно высеченные из камня лица киноборцов со злом, их сила, ловкость и мужская привлекательность. В свою очередь, охранники, как и другой технический персонал, не имея педагогического образования и зачастую личного родительского опыта, могут не знать, как следовало бы поступать в определенных школьных ситуациях. Заметим, что в данном случае речь идет не о происшествии, когда от охранника требуются его профессиональные навыки, а о рядовых психолого-педагогических ситуациях.

Грубость поведения

«Заигрывание»

Нарушения

Описание ситуации

Описание ситуации

Описание ситуации

Описание действий

Описание действий

Описание действий

Люди, которые поступают на работу в школьную службу безопасности, часто не представляют, с какими трудностями могут столкнуться. Специфика этой работы заключается, прежде всего, в том, что сотрудник службы безопасности в школе — это член педагогического коллектива, который обязан работать в системе единых педагогических требований. Обучать сотрудников службы безопасности возрастной психологии не обязательно, однако необходимо разобрать с ними наиболее типичные, характерные для школы проблемные ситуации и предложить алгоритм действий (см. таблицу).
Приведем некоторые примеры, Так, в графе «грубость» могут быть такие ситуации:
— обращение на «ты» и по имени, использование по отношению к сотруднику или в его присутствии бранных слов и угроз, неприличные и агрессивные жесты.
В графе «заигрывание»:
— у девочек: комплименты, различные предложения угощений и подарков, попытки уединения с сотрудником, телесные проявления внимания (поглаживания и т.п.);
— у мальчиков: угощения, просьбы выполнить какие- либо личные поручения, телесные проявления внимания (похлопывание по плечу и т.п.); предложения о встрече вне школы, вне рабочего времени.
В графе «нарушения поведения»:
— драки, оскорбления;
— агрессивное поведение в отношении школьного или чужого личного имущества;
— создание ситуаций, угрожающих здоровью;
— демонстративные проявления подростковой сексуальности («Мы же вам не мешаем»).
Отработка навыков действий, необходимых при таких ситуациях, во многом может способствовать созданию здоровой атмосферы и, если угодно, психологической безопасности учреждения.
Среди предложений, которые прозвучали во время семинара, проводимого автором, был такой: «В любом случае не оставлять ситуацию без внимания».
Не будем сегодня касаться таких факторов, как сложность учебной программы, необходимость ориентироваться на индивидуальные возможности и т.д., — это проблема (причем решаемая!) для завучей и учителей общеобразовательных дисциплин. Рассмотрим некоторые психосоциальные аспекты школьного обучения.
Сегодня цель школьного образования состоит не в создании идеальных условий для ребенка, предполагающих свободную от любых конфликтов окружающую среду, а в обеспечении разносторонней подготовленности подрастающего поколения к вступлению во взрослую жизнь [6]. Наряду с освоением академической программы школьник должен овладеть навыками самоконтроля и самооценки, разрешения конфликтов и сотрудничества. От социальной компетентности подростка во многом зависит его физическое и психическое здоровье, успешность его самореализации как личности.
Специалисты ВОЗ выделяют школу в качестве наиболее перспективного участка воздействия на личностное становление подростка [5]. Школьная психологическая служба способна, превратившись из «службы спасения» для проблемных детей в «службу развития», обеспечить адекватную возрасту программу личностного развития каждого учащегося.
В международной практике выделяют две основные модели обучающих программ первичной профилактики для детей и подростков: программы достижения социально-психологической компетентности и программы обучения жизненным навыкам. Обе модели ставят перед собой три основные задачи: 1) развитие личностной компетенции (обучение навыкам эффективного общения);
2) выработка и развитие навыков психологической защиты (обучение умению противостоять различным факторам риска); 3) предупреждение возникновения проблем (формирование навыков саморегуляции и т.д.) [6].
На практике наиболее успешными оказались программы, объединяющие подходы обеих моделей. Одним из примеров может служить разработанная в США и реализуемая в 30 странах мира программа «Жизненные навыки» (Life skills), адресованная школьникам всех возрастов: от начальных классов до выпускных.
Существуют профилактические программы и в современной России. В общей сложности они охватывают все возрастные группы: от дошкольников и младших школьников до подростков и юношей. Однако каждая из них по отдельности в основном посвящена какой-либо одной возрастной группе. В лучших из них учитывается позитивный опыт, наработанный зарубежными специалистами и доказавший свою эффективность после апробации в России. Среди авторов — практики и теоретики, специалисты в области педагогики, психологии, медицины. Вместе с тем серьезной проблемой для школьного психолога становится то, что большинство этих программ недостаточно приспособлены для реализации в рамках школы с ее жестким временным и контингентным регламентом классно-урочной системы.
Оптимальным вариантом могли бы стать программы, ориентированные именно на школу [1; 2; 3]. Это предполагает, что:
— продолжительность одного занятия – не более 40–45 минут;
— весь курс должен быть коротким, но интенсивным, не увеличивающим и без того огромную учебную нагрузку детей и подростков;
— группа может быть довольно большой (25–30 человек, которые объединены в один класс большей частью случайно, а не в силу индивидуальных психологических особенностей);
— занятия может вести не только психолог, но и педагог, прошедший некоторую подготовку.
При этом программа должна охватывать все учебные параллели — от первого до выпускного класса. Занятия не должны напоминать школьникам уроки, и их проведение могло бы осуществляться не только психологами, но и педагогами, в том числе учителями физической культуры, классными руководителями, социальными педагогами.
Целью занятий должно стать не столько получение учащимися определенных знаний, сколько формирование адекватного отношения к отдельным явлениям, ситуациям, проблемам, создание стойких убеждений в приемлемости или неприемлемости соответствующих способов поведения. При этом хотелось бы рекомендовать соблюдение определенной последовательности: сначала у учащихся формируется представление о предмете или явлении, затем вырабатывается соответствующее отношение к нему и далее — осваиваются адекватные способы поведения в данной ситуации.
В рамках, ограниченных статьей или выступлением, затруднительно подробно описать все подходы к проблеме психологической безопасности школы или иного образовательного учреждения. Помимо перечисленных, очевидно, можно смело предположить наличие еще немалого количества вариантов, включая полный отказ от работы в этом направлении. Однако сам факт, что психологическая безопасность становится предметом серьезного обсуждения на конференции всероссийского масштаба, говорит о том, что это — проблема, и проблема решаемая!

Вадим РОДИОНОВ,
доктор педагогических наук
ЛИТЕРАТУРА

1. Здоровье. Учебно-методическое пособие для учителей 1–11-х классов / Под ред. В.Н. Касаткина, Л.А. Щеплягиной. — М., 2003.
2. Макеева А.Г., Лысенко И.В. Организация педагогической профилактики наркотизма среди младших школьников. Пособие для учителей начальной школы. — СПб., 1999.
3. Родионов В.А. Я и все-все-все. Тренинговые занятия по формированию социальных навыков для учащихся 5–9-х классов. — Ярославль, 2003.
4. Родионов В.А., Аханькова Т.Е., Лангуева Е.А., Ступницкая М.А. С чего начинается школа. Психолог и школьная служба безопасности // Школьный психолог. — 2003. — № 38.
5. Спрангер Б. Ключевые принципы построения профилактических программ для подростков // Вопросы наркологии. — 1993. — № 3.
6. Чечельницкая С.М., Родионов В.А. и соавт. Результаты аналитического исследования «Обучение жизненным навыкам» // Образование. — 2002. — № 4.




Похожие документы:

  1. Электронная библиотека научной литературы по гуманитарным (1)

    Документ
    Мы приглашаем Вас активно пользоваться Эл. библиотекой РГИУ. В Вашем распоряжении около 4 полновесных текстов книг и статей, более 70 словарей. Любую книгу библиотеки вы можете свободно скачать и сохранить у себя на ПК.
  2. В. И. Бажанов Руководство по выполнению диплом

    Руководство
    Данное пособие предназначено для подготовки студентов к дипломной работе математика-программиста по специальности 010503 («Математическое обеспечение и администрирование информационных систем») и к выпускной квалификационной работе
  3. Электронная Библиотека кафедры Национальная безопасность

    Документ
    Каждый человек в течение всей жизни так или иначе связан с организациями. Именно в организациях или при их содействии люди растут, учатся, работают, преодолевают недуги, вступают в многообразные отношения, развивают науку и культуру.
  4. Электронные учебные издания

    Документ
    Диск позволяет подготовиться к контрольным занятиям, ЕГЭ, способствует отработке навыков прохождения тестирования, выявлению слабых мест в понимании предмета и стимулированию к более глубокому его изучению; обеспечивает психологическую
  5. Виртуальная школа Кирилла и Мефодия

    Документ
    На сайте размещены мультики с физическими процессами и даны теоретические объяснения. Очень показательно и поучительно. Есть материал по механике, оптике, волнам и термодинамике.

Другие похожие документы..