Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
СПС  є організаціями, які представляють інтереси всіх студентів твого ВНЗ, факультету, групи, гуртожитку. Їх позиція є досить впливовою і органи влад...полностью>>
'Документ'
3 Возьми густой вишневый сок И белый мамин плащ. Лей аккуратно сок на плащ - Получится пятно....полностью>>
'Документ'
Головним завданням науки є пізнання об'єктивних законів дійсності, а пізнані закони служать основою цілеспрямованої діяльності людей. Наука має склад...полностью>>
'Доклад'
МОУ СОШ№1 находится в левобережной части города. Жилой фонд, в котором проживают учащиеся, в основном – двухэтажные деревянные, трехэтажные дома с уд...полностью>>

Из цикла “Философские беседы” (2)

Главная > Документ
Сохрани ссылку в одной из сетей:

Из цикла “Философские беседы”


ПРОБЛЕМЫ КАТЕГОРИАЛЬНОЙ ЛОГИКИ

ИХ ОТРИЦАТЕЛЬНЫЕ ЭФФЕКТЫ,

КАТЕГОРИАЛЬНАЯ ПУТАНИЦА

(СМЕШЕНИЕ КАТЕГОРИАЛЬНЫХ ФОРМ),

НЕОБХОДИМОСТЬ КОРРЕКТИРОВКИ

КАТЕГОРИАЛЬНОГО МЫШЛЕНИЯ

МОСКВА 2006

ББК 87.817

Б 20

О цикле “Философские беседы”

Цикл задуман автором как своеобразная библиотечка философской литературы по широкому кругу проблем. Он рассчитан на читателя, которому интересно философствование само по себе. Таким читателем может быть и философ-профессионал, и деятель науки, культуры, и учащийся, студент, аспирант.

Книги цикла относятся к разряду развивающей литературы и могут служить учебными пособиями для пополнения знаний по философии.

Балашов Л. Е.

Ошибки и перекосы категориального мышления. 2-е издание, расширенное. М., 2006. — (Из цикла “Философские беседы”/серия “Проблемы категориальной логики”). — 219 с.

В книге ставится вопрос об ошибках и перекосах категориального мышления.

Применительно к ошибкам мышления обычно говорят о логических ошибках. Однако, если внимательно посмотреть на то, что называют логическими ошибками, то можно увидеть, что в этом предмете синкретически присутствуют или смешиваются принципиально разные ошибки: чисто логические ошибки, связанные с нарушением правил логического мышления (законов формальной логики), и категориально-логические ошибки, связанные с нарушением категориальной логики или логики взаимоотношения категорий мышления.

Категориально-логические ошибки — это по большей части ошибки абсолютизации тех или иных категорий мышления. Последние осознаются людьми обычно под именем философских понятий-категорий.

Перекосы и крены категориального мышления — те же ошибки, но только не отдельные, а, как бы сказать, системные или совокупные, ведущие к большим искажениям-деформациям категориальной логики.

По проблемам категориальной логики автором изданы:

1. Мир глазами философа. Категориальная картина мира. М., 1997.

2. Соответствия и антисоответствия между категориями. М., 1998.

3. Философия: Учебник. М., 2004.

Отзывы и предложения направлять по адресу:

Россия, 115583, Москва, Воронежская ул., д. 9, кв. 110

Телефон: 397-77-91 E-mail: lev_balashov@

На сайте “” размещены электронные тексты 20-и книг автора

ISBN  © Балашов Л.Е., 2006

С О Д Е Р Ж А Н И Е

В В Е Д Е Н И Е 8

Категориальный строй мышления
(категориальная логика) 8

О категориальном детерминизме 16

"Крены", абсолютизация одних категорий
в ущерб другим 18

О многозначности слов,
выражающих категории мышления 18

Ошибки категориально-логического мышления 20

Классификация категориальных ошибок 22

Типичные категориальные ошибки 23

Каузализм 23

Ошибка представления причины как следствия, а следствия как причины 30

Ошибка отождествления необходимости, закономерности
с причинностью или причинности с необходимостью 31

Квалитатизм 31

Квантитатизм. Ошибка абсолютизации
количественных определений 32

Ошибка сведения качества к количеству
(«качество — это еще не познанное количество» и т. п.) 33

Ошибки смешения категории количества
с другими категориями 33

Аналогизм. Ошибки абсолютизации сходства (аналогизирования) 36

Дистинктивизм. Ошибки абсолютизации различия (специфики) 37

Ошибка отождествления качества и свойства 40

Ошибка отождествления мира и материи (материализм) 42

Ошибка отождествления мира и духа
(абсолютный идеализм) 43

Противоположные взгляды на взаимоотношение
материи и движения 43

Кинетизм. Ошибка абсолютизации движения 47

Ошибка расширенной трактовки (абсолютизации) движения 48

Ошибка сведения материи к движению (критика трактовки движения как способа существования материи) 49

Ошибка отождествления материи с вещью,
а движения со свойством 50

Ошибка отождествления материи с субстанцией,
а движения — с атрибутом 51

Ошибка отождествления материи (как философской категории) и тела 54

Ошибки применения категорий «возможность» и «действительность» 55

Потенциализм. Ошибки абсолютизации возможности 56

Актуализм. Ошибка абсолютизации действительности. Отрицание возможности 57

Ошибка отождествления необходимости с неизбежностью 67

Нецессизм. Ошибка абсолютизации необходимости 69

Фатализм 69

Отрицание случайности
(случай — атеистический псевдоним чуда) 70

Ошибка отождествления случайности с беспричинностью 87

Окказионализм. Ошибка абсолютизации случайности 88

Противоположные взгляды на свободу 89

О так называемом парадоксе свободы 96

Ошибки применения категорий «целое—строение—часть»
и «система—структура—элемент» 98

Распутывание клубка путаницы с категориальными триадами «целое—строение—части»
и «система—структура—элементы». 98

Холизм (абсолютизация целостности).
Ошибка сведения частей к целому 102

Целое без частей 105

Систематизм. Ошибка абсолютизации
системы (системности), порядка 106

Партикуляризм. Ошибка сведения целого к частям
(к отдельной части или к сумме частей).
По-другому: ошибка элиминации целого 109

Хаотизм. Ошибка абсолютизации неупорядоченности, хаоса, неопределенности 110

Реализм и номинализм 117

Ошибки абсолютизации общего (всеобщего) 119

Абсолютизация общего в теории и практике коммунизма и национал-социализма 119

Ошибка поспешного обобщения (отождествления общего с частным) 120

Ошибки смешения категорий «общее—частное» («род— вид») с категориями «целое—часть» в логических операциях обобщения и ограничения понятий или в операциях с понятиями, употребляемыми в собирательном и/или разделительном смысле 122

Органицизм 123

Монизм. Ошибка сведения многого к одному 125

Плюрализм. Ошибка представления одного как многого 127

Абсолютизм и релятивизм 129

Финитизм. Разные степени и формы отрицания бесконечного 129

Инфинитизм. Пренебрежительное отношение
к категории конечного 131

Ошибки переоценки и недооценки противоречий 132

Противоречия в мышлении 132

Парадоксальное мышление 133

Ошибка отождествления живого и сущего,
жизни и существования, бытия. 145

Телеологизм, финализм. Абсолютизация
целесообразности и целеполагания 145

Ошибки абсолютизации старого и нового 146

ПЕРЕКОСЫ КАТЕГОРИАЛЬНОГО МЫШЛЕНИЯ И ИХ ОТРИЦАТЕЛЬНЫЕ ЭФФЕКТЫ 149

О нежелательных следствиях, вытекающих
из концепции первичности качества 149

Материализм и идеализм 150

Рационализм, эмпиризм, иррационализм 153

Вышизм. Ошибка наделения низшего чертами высшего 157

Гилозоизм 158

Панпсихизм 158

Антропоморфизм 158

Редукционизм. Ошибка сведения
высшего к низшему или сложного к простому 160

Механицизм 160

Механистический тоталитаризм Ленина-Сталина 160

Физикализм 161

Бихевиоризм 162

Лапласовский детерминизм 162

Лаплас 162

Квазилапласовский детерминизм 164

Эссенциализм и экзистенциализм 167

Субъективизм и объективизм 167

“Наше время” и ложный объективизм 169

Категориально-логическая характеристика
идей социализма и коммунизма 172

КАТЕГОРИАЛЬНАЯ ПУТАНИЦА, СМЕШЕНИЕ КАТЕГОРИАЛЬНЫХ ФОРМ 176

Гегель о смешении категориальных форм 176

Критика концепции перехода количества в качество 178

О смешении "вещи-свойства" с "предметом-признаком" (отождествление вещи и предмета, вещи и тела, вещи и объекта, свойства и признака) 193

Примеры сбалансированного подхода
к категориальной логике 194

Случайность и необходимость — «полюсы взаимозависимости» 194

Н. Винер: астрономия и метеорология 195

М. Борн: причинность и случайность 199

К. Поппер: «облака» и «часы» 199

М. Н. Грецкий: незамкнутые цепочки
и замкнутые циклы 200

Е. А. Седов: случайные и детерминированные связи 201

Концепция соответствий и антисоответствий между категориями 202

Указатель имен 220

В В Е Д Е Н И Е

Всякое мышление является категориальным. Категории — структурные элементы мысли, которые фигурируют в философской литературе под именем философских категорий-понятий. Человек думает, решает умственные задачи не иначе как с помощью категорий. Последние — инструменты мышления, идеальные орудия человеческой деятельности.

Когда философы обсуждают проблему категорий как свое внутреннее дело, т. е. как проблему исследования и систематизации философских категорий, то нельзя не увидеть некоторый отпечаток профессиональной ограниченности, субъективности на этой проблеме. В зависимости от личного опыта и склада ума одни философы считают эту проблему искусственной, надуманной, вчерашним днем философии, а другие считают ее важной, заслуживающей внимания философской проблемой. В том и другом случае проблема категорий субъективно ограничена и не поддается разумному решению. Суть в том, что надо выйти за рамки этой проблемы и взглянуть на дело шире, не с чисто философских, узко цеховых позиций, а с точки зрения объективной, естественной систематики категорий. Хотят или не хотят философы обсуждать проблему категорий, независимо от них она властно заявляет о себе как необходимость мыслить сознательно-системно, во всеоружии категориального аппарата мышления.

Бессознательно люди давно уже мыслят системно. Для этого они выработали целый комплекс вопросов: что? кто? чей? когда? где? куда? откуда? как? какой? каким образом? в какой мере? сколько? почему? отчего? зачем? для чего? ради чего? как возможно? что делать? и т. д. В этих вопросах отчетливо проглядывают категориальные формы мышления. (Философы, кстати, являются своего рода повивальными бабками, помогающими рождению, т. е. осознанию людьми категорий мышления — под видом философских категорий и понятий).

Категориальный строй мышления
(категориальная логика)

Категории функционируют, работают, действуют в нашем мышлении, хотим мы этого или нет, более того, они формируют, организуют, упорядочивают мышление. В самой природе мышления заключен определенный категориальный строй, порядок. Люди мыслят в той степени, в какой они пользуются категориями. Впервые об этом со всей определенностью сказал И. Кант: "Мы не можем мыслить ни одного предмета иначе, как с помощью категорий"1. Это открытие Канта базируется на солидной философской традиции, начало которой положили Платон, Аристотель, и которую в Новое время поддержали великие философы-рационалисты Декарт, Спиноза, Лейбниц.

Открытие Канта воспринял и развил Гегель. Вся логическая система Гегеля есть не что иное, как грандиозная попытка открыть естественную систематику категорий. Кант только поставил проблему, Гегель же попытался ее решить.

У Гегеля можно встретить немало высказываний о естественной логике мышления, естественной системе категориальных определений.

"В жизни, — пишет он, например, — уже пользуются категориями; они лишаются чести рассматриваться особо и низводятся до служения духовной выработке живого содержания, созданию и сообщению друг другу представлений, относящихся к этому содержанию. С одной стороны, они ввиду своей всеобщности служат сокращениями (...) С другой стороны, они служат для более точного определения и нахождения предметных отношений... Такое применение категорий, которое в прежнее время называлось естественной логикой (курсив мой — Л.Б.), носит бессознательный характер"2.

Ниже Гегель говорит о "формах мысли", "которые проходят через все наши представления".

Нам кажется, что они "нам служат, что мы обладаем ими, а не наоборот, они нами". На самом деле, отмечает он, дело обстоит иначе: "когда мы хотим говорить о вещах, их природу и их сущность мы равным образом называем понятием, которое существует только для мышления; о понятиях же вещей мы имеем гораздо меньшее основание сказать, что мы ими владеем или что определения мысли, комплекс которых они составляют, служат нам; напротив, наше мышление должно ограничивать себя сообразно им и наш произвол или свобода не должны переделывать их по-своему. Стало быть, поскольку субъективное мышление есть наиболее характерная для нас деятельность, а объективное понятие вещи составляет самое суть (Sache), то мы не можем выходить за пределы ее, и столь же мало мы можем выходить за пределы природы вещей (Natur der Dinge)".

"... сказанного нами, — заключает философ, — будет вполне достаточно для уяснения той точки зрения, согласно которой исчезает отношение, выражающееся в том, что определения мысли берутся только как нечто полезное и как средства".

И еще: "Пронизывающая все наши представления, цели, интересы и поступки деятельность мышления происходит, как сказано, бессознательно (естественная логика)". Ниже Гегель еще раз говорит об "инстинкте здравого смысла" и об "инстинктивном действии естественной логики"3.

В своей обычной абстрактно-философской, идеалистической манере немецкий философ высказывает, по существу, правильную мысль, что категории, понятия выражают объективную природу вещей и именно в силу этого они подчиняют себе субъективную деятельность мышления, "владеют нами".

Далее Гегель отмечает, что категории мышления нельзя рассматривать как "формы, которые только касаются содержания, а не составляют самого содержания"1.

"Непременная основа, понятие, всеобщее, — пишет он, — которое и есть сама мысль, поскольку только при слове "мысль" можно отвлечься от представления, — это всеобщее нельзя рассматривать лишь как безразличную форму при некотором содержании. Но эти мысли обо всех природных и духовных вещах, само субстанциальное содержание, представляет собой еще такое содержание, которое заключает в себе многообразные определенности и еще имеет в себе различие души и тела, понятия и соотносимой с ним реальности; более глубокой основой служит душа, взятая сама по себе, чистое понятие ­сердцевина предметов, их простой жизненный пульс, равно как и жизненный пульс самого субъективного мышления о них"2.

Аналогичные рассуждения можно найти и в Малой логике:

"Утверждать о категориях, что они сами по себе пусты, будет не основательно, поскольку они имеют содержание уже потому, что они определены. Содержание категорий, правда, не есть чувственно воспринимаемое, пространственно-временное содержание, однако последнее мы должны рассматривать не как недостаток категорий, а скорее как их достоинство. Это обстоятельство находит признание уже в обыденном сознании: мы говорим, например, о книге или о речи, что они полны содержания, когда мы в них находим мысли, всеобщие выводы и т. д. (...) Этим, следовательно, обыденное сознание также определенное признает, что для того чтобы быть содержанием, требуется нечто большее, чем один лишь чувственный материал, и это большее есть не что иное, как мысли, а в данном случае прежде всего категории. При этом следует еще заметить, что утверждение, будто бы категории сами по себе пусты, несомненно, правильно и в том смысле, что мы не должны останавливаться на них и их тотальности (на логической идее), но должны двигаться вперед, к реальным областям природы и духа. Однако мы не должны понимать это движение вперед так, будто благодаря ему к логической идее прибавляется извне чуждое ей содержание, а должны понимать движение вперед так, что именно собственная деятельность логической идеи определяет себя к дальнейшему и развивается в природу и дух"3.

В этих идеалистических по форме высказываниях заключены важные мысли, которые можно было бы сформулировать так.

Каждая категория — не только момент системы, но и сама является системой более частных категорий и понятий. Она — вершина гигантской пирамиды понятий. И в целом система категорий — это вершина пирамиды всех человеческих понятий. Как с помощью трех десятков букв в алфавите выражается все богатство человеческого языка, так с помощью нескольких десятков категорий выражается все многообразие человеческих понятий и, соответственно, объективного мира.

В "Философии природы" находим замечательное сравнение системы определений (категорий) мышления с алмазной сетью: "метафизика есть не что иное, как совокупность всеобщих определений мышления, как бы та алмазная сеть, в которую мы вводим любой материал и только этим делаем его понятным"1.

Утверждая мысль о естественной системе категорий мышления Гегель ставил задачу осознания, сознательной реконструкции этой системы. "Задача философии, — отмечает он в Малой логике, — состоит лишь в том, чтобы ясно осознать то, что люди издавна признавали правильным относительно мышления.

Философия, таким образом, не устанавливает ничего нового; то, что мы получили здесь с помощью нашей рефлексии, есть непосредственное убеждение каждого человека"2.

В современных научных исследованиях происхождения человеческого мышления ученые приходят к тем же выводам, которые делали раньше великие философы. И то, что у философов носило характер догадки, у современных ученых приобретает характер научно обоснованных утверждений. Немецкий психолог Ф. Кликс совершенно четко указывает, например, на наличие у архаического мышления определенной категориальной организации. "Когнитивное расчленение реальности, — пишет он, — отражается в системе языковых названий. Свое исторически самое раннее выражение оно получает в классификационных системах архаического мышления"3.

Вот как по Кликсу происходит категоризация мыслительного акта:

"Соединение признаков в определенное единство, зафиксированное в памяти, образует понятийную структуру. В соответствии с этим определением понятийные структуры являются основой когнитивной категоризации. Представители определенного множества объектов могут быть распознаны, то есть отнесены к соответствующему понятию, при помощи сопоставления перцептивной информации со структурой признаков, зафиксированной в памяти" (с. 158).

(Это почти по Гегелю: "совокупность всеобщих определений мышления" — "как бы та алмазная сеть, в которую мы вводим любой материал и только этим делаем его понятным").

Кликс указывает на жизненно важное значение категориальной организации мышления:

"... классификационные системы не просто облегчают ориентировку в необозримо многообразном мире, но собственно и делают ее возможной. Названия же способствуют сохранению в памяти именно тех данных, которые значимы для достижения целей в определенной ситуации. Становится возможным гигантский шаг вперед: из необозримого богатства воспринимаемого мира отбирается самое существенное и благодаря классификации сохраняется в памяти. Происходит когнитивное освоение некоторых форм проявления объективной реальности. Именно в этом глубокий рациональный смысл архаического классифицирования, а также причина происходящего с тех пор постепенного преобразования классификационных систем"1.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Из цикла «Философские беседы»

    Документ
    Цикл задуман автором как своеобразная библиотечка философской литературы по широкому кругу проблем. Он рассчитан на читателя, которому интересно философствование само по себе.
  2. Из цикла “Философские беседы” (1)

    Книга
    Книга посвящена философии мышления. По мнению автора, ни логика, ни психология не рассматривают мышление в его тотальности, как вид человеческой деятельности.
  3. Из цикла “Философские беседы”  

    Книга
    Цикл задуман автором как своеобразная библиотечка философской литературы по широкому кругу проблем. Он рассчитан на читателя, которому интересно философствование само по себе.
  4. Из цикла “Философские беседы” (3)

    Документ
    Цикл “Философские беседы” задуман автором как своеобразная библиотечка философской литературы по широкому кругу проблем. Он рассчитан на читателя, которому интересно философствование само по себе.
  5. Философские беседы

    Документ
    Цикл задуман автором как своеобразная библиотечка философской литературы по широкому кругу проблем. Он рассчитан на читателя, которому интересно философствование само по себе.

Другие похожие документы..