Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Доклад'
1.7.Санитарно-эпидемиологическое заключение территориального отдела управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благо...полностью>>
'Документ'
Рассмотрение вопроса об отношении Гамсуна к Германии имеет большое значение для объяснения противоречий в творчестве писателя и для ряда актуальных ф...полностью>>
'Документ'
Аннотация. Дана новая интерпретация преобразования Лоренца. Это преобразование дает отображение объектов с помощью световых волн из одной инерциальной...полностью>>
'Документ'
На гэты раз у раздзеле “Дошка гонару “Жывіцы” прапануем вашай увазе водгук Красаты Марыны “Векавечная бацькаўшчына” на верш Уладзіміра Караткевіча “У...полностью>>

Чем чудовищнее солжёшь, тем скорее тебе поверят. Рядовые люди скорее верят большой лжи, чем маленькой. Это соответствует их примитивной душе

Главная > Документ
Сохрани ссылку в одной из сетей:

— За это время мы провели следующую работу: во-первых, в прессе и Интернет-СМИ проведена мощная кампания по дискредитации банка «Зевс». Основной мотив статей — в банке назревает экономический кризис, вызванный проблемами с государственными структурами, которые начали проверку банка на предмет нелегальных финансовых операций. Данные материалы прочитали более трёхсот тысяч человек (вот отчёт о покрытии аудитории), среди которых достаточно много вкладчиков и бизнес-партнёров банка. Проведённые нами фокус-группы с представителями различных социальных слоёв населения доказывают, что за последний месяц доверие к банку неуклонно падает. В частности, аудитории предлагалось оценить десять банков, надёжных, с их точки зрения, для размещения вкладов. В итоге оказалось, что «Зевс» занял в этом списке десятое место. В начале нашего проекта индекс доверия был большим — «Зевс» входил в тройку самых надёжных банков, по мнению участников фокус-групп. Вот отчёты о фокус-группах в начале проекта и результаты двухнедельной давности. — Саша протягивает пачку с цветным графиками и диаграммами Никите, тот механически пролистывает их и смотрит на Сашу, как бы спрашивая «и чо дальше?» — В качестве полевой кампании мы проделали большую работу с работниками завода, которые являются держателями акций. Нами была в достаточно короткие сроки реализована задача построения негативного имиджа директора завода и его связей с бандитской крышей в лице партнёров-»кавказцев» из «Зевса», которые готовятся скупить народные акции.

Саша прерывается и смотрит на Никиту, который продолжает листать отчёты, не поднимая головы.

— С другой стороны, после появления ваших людей, исполняющих роли конкурирующей криминальной группировки, нами была распространена информация о том, что коллектив завода может стать жертвой банальных бандитских разборок. В районных газетах появился цикл статей о криминальном переделе государственной собственности и готовящемся в мэрии Москвы проекте по защите стратегических оборонных предприятий. Таким образом, была подготовлена почва для появления на сцене компании «Прометей», а директор завода и его партнёры из «Зевса» были окончательно криминализированы в глазах заводчан. Среди людей появились подготовленные нами агитаторы, распространяющие информацию о «бандитском беспределе» в местах досуга работников завода и их семей — парке, барах и школах. В целом, за два месяца нами была проделана часть работы, описанная в первоначальном плане. Я считаю, что достигнутые нами результаты доказывают оптимистичный исход дела.

— Для кого? — Никитос, наконец, оторвался от бумаг и бросил их на стол. — Для кого оптимистичный? Для «Зевса», что ли? Кстати, «зевсовцы», по ходу, купили ваших газетчиков, а агитаторов вычислили. В последние две недели в газете вышло несколько статей, раскрывающих нашу схему и представляющих директора и его крышу белыми и пушистыми, шо твои зайцы. Кстати, агитатора одного напильники отпиздили, а весь завод обклеен листовками, типа «работай со своими, не слушай провокаторов».

— Да, тут есть определённые трудности, — кивнул Саша, — но мы их решаем... постепенно...

— Решалки, бля. Это чо? Все?

— Почему же, — вступил я, — мы договорились с несколькими модераторами, людьми из кругов бизнеса, тусовки и чиновников, которые распространяют информацию о скором отзыве лицензий у «Зевса», таким образом, часть партнёров «Зевса» в скором времени начнёт сомневаться в надёжности банка. Через две недели, максимум месяц, мы ожидаем ухода из «Зевса» нескольких серьёзных корпораций.

— Каких?

— Никита, я пока не могу их назвать, сам понимаешь. Это серьёзные люди. В этой части, могу тебя заверить, мы продвинулись очень далеко. Так что твои опасения я считаю безосновательными. Всё будет хорошо, уверяю тебя, — я улыбаюсь и смотрю на Никитоса взглядом, полным любви.

— Хорошо будет, говоришь? Дай-ка я тебе расскажу за одну тему, Антон. Два года назад любовница одного из наших пацанов, Толяном его звать, захотела стать светской дамой. Ну там, чтобы своей быть в тусовке, типа иметь вес и все дела. И хуй бы с ней, если бы она цацки новые попросила или тачку там, так нет же. Развела она его на деньги, чтобы делать гламурный, бля, журнал. Ну он чего, дал ей, конечно. Наняла она пару умников из этой тусовки и стали они делать журнал. Название придумали «Эпикур», офис в центре сняли, людей набрали, все чичи-гага, секретарша с сиськами сидит, все при бабках и при деле. Тусовки стали модные делать, с названием «балы эпикурейцев». Пацаны её нарисовали нашему Толе бизнес-план, доходы, хуё-моё. Короче, процесс пошёл.

— Интересно, — прокомментировал я.

— Типа того. Короче, проходит полгода, год, ещё полгода, пацан наш тока бабки палит, а дохода ни хуя нет. Ну, тут кто-то присоветовал ему нанять спеца, чтобы он работу тех двух чижиков проверил. Он так и сделал. Вызывает свою телку и её двух менеджеров с отчётом. Они приехали все на понтах — в ушах серьги, на шеях шарфики, под мышкой папки, чистые петухи. Понеслось: графики-шмафики, отчёты всякие, покрытие рынка, имидж журнала, будущее повышение оборота, разработка крупных рекламодателей. В общем, все красиво, базара нет. Только и денег тоже. Я как раз на той сходке с ними сидел. Послушали мы их и начали проверять ихнюю бухгалтерию. И как повскрывались там косяки. По итогу вышло, что всё это время они просто бабки на себя проебывали, а телка эта велась на их базары, про красивый бизнес. Короче, закрыли тот журнал. Чуваков этих с тех пор никто не видел, а телке своей Толян пиздюлей навешал и запретил впредь вести базары за бизнес. Вот как было. Врубаетесь?

Не врубиться в такую очевидную параллель мог бы только конченый идиот. В целом, со слов Никиты мы получались полными козлами.

— Это что же у тебя, Никита, получается, — спрашиваю я, — выходит дело, что мы, как те два чувака из журнала, тебя просто на бабки разводим, так?

— Не, Антон, выходит ещё хуже. То, как вы выглядите, это хуй бы с ним. Другое дело, что я выгляжу, как та телка. Это чего получается, я телка, что ли? Меня чо, можно ебать, по-вашему? Так я выгляжу перед пацанами или нет?

Признаться, меня всегда поражало умение криминальных персонажей производить в ходе конкретного базара весьма неожиданные для собеседника сравнения, которые били под дых больнее приклада и позволяли сделать из услышанного кристально чёткие выводы.

— Никитос, мне кажется, ты загнул сильно, — тихо говорит Саша, — мы имеем на этом этапе некоторые трудности, но при этом мы остаёмся перед тобой честными партнёрами. Мы решаем проблемы, понимаешь? Мы не пытаемся соскочить там, или что.

— У меня не соскочишь, бля. И как вы их решаете? На бумаге? Короче, ситуация такая. Поскольку вы люди мне знакомые, и я вас привёл в наш проект, решение будет такое. Дело вы не сделали. Подписали нас на сотку, и всё. По всем понятиям, вы нас развели, а за это отвечают. Но, поскольку я Сашу знаю, обойдёмся без санкций. Вы возвращаете сотку, а всё, что вы истратили, это ваши дела. А то получается, что...

Никитос бубнил про «честность», «деловые отношения», «репутацию», «кидалово» и ещё что-то. Я пил виски, смотрел телевизор, висящий на стене напротив, и думал о том, что после всей, пусть и безрезультатной, но работы, отдавать деньги обратно мне не хочется. За какие-то десять минут то ли доза алкоголя, то ли безвыходность ситуации открыла во мне второе дыхание. Я вдруг почувствовал, что меня несёт. Вероятно, такое ощущение испытывают прижатые к стене аферисты. Я не был аферистом, но был медийщиком. А проиграть своё поле вчерашнему «бригадиру» медийщик не может. Точнее, не должен. Особенно когда речь идёт о сотке грин. Особенно когда они уже потрачены. Я поставил стакан на стол и заговорил:

— Послушай, Никита. Всё, что ты сейчас сказал, правильно. С твоей точки зрения. А с позиции своего опыта, я могу тебе сказать, что ты не прав. Ты просто неверно оцениваешь ситуацию. И дело не в сотке. Если мы сейчас все свернём, то просто откажемся от выигрыша на полпути. Ты же видишь ситуацию со своей стороны, а я вижу её в целом.

— И как же, интересно, ты её видишь?

— А так. Давай договоримся, если я тебе сейчас расскажу, что будет дальше, то ты даёшь нам ещё месяц. Если не хочешь слушать, то получишь свои бабки обратно и все. Согласен?

— И чо? Ты мне опять впарить хочешь?

— Нет, Никита, я хочу, чтобы ты проанализировал события и совместил это с тем, что я тебе расскажу. Согласись, глупо же соскакивать на полпути?

— Ну... за спрос денег не берут. Говори. Только короче.

— Короче так. Ты сказал, что «Зевс» купил наших газетчиков, вычислил агитаторов и поймал ваших братков. Так?

— Ну.

— Агитаторы попались, потому что лохи, так? Но пацаны твои, они же не фраера, значит, их как-то хитро взяли, правильно?

— Ну... типа того. Они тёртые ваще-то ребята.

— Правильно. Значит была какая-то сложная комбинация. Так? А если прибавить к этому то, что «зевсовцы» купили газетчиков, то выходит, что мы им серьёзно в печень дали. Значит, они оценили, что комбинация может вскипешить напильников и директора, и они акции потеряют, правильно?

— Ага. Но фишку-то они просекли и решают проблему, А у нас мазы нет. Наши методы все проехали мимо денег.

— Вот! Правильно, Никита. Они тоже так думают. А что дальше-то будет, они не знают и думают, что это конец комбинации, а это-то только начало.

— А чо дальше-то?

— А то. Вот представь, Никитос, что ты снова контролируешь авторынок и узнал, что чуваки, у которых с тобой доля в предприятии коммерсанта, прознали, что в такое-то время этот коммерсант привезёт себе в офис миллион баксов. И решил они его грохнуть. А тебе ничего не сказать. Вот ты чего бы сделал?

— Гы. Ясно чего. Приехал бы с братвой и накрыл их на хуй, вместе с коммерсом. Взял бы лимон, да ещё потом по братве слух пустил, что это они общего коммерса грохнули.

— Правильно. Вот и прикинь. Едешь ты со своей братвой в офис этого коммерса, чтобы взять лимон. Подъезжаешь уже, а тебе тут звонят и говорят, что на рынке, который ты контролируешь, начался пожар и под эту тему какие-то «залётные» увозят наиболее дорогие тачки, грохают твой офис и на самом деле жгут рынок. Ты бы чего сделал?

— Как чего. Бросил бы все на хуй и вернулся на рынок. Там же бабла больше, понимать надо.

— Вот. Вот, Никитос, и они так думают. И так же, как и ты, будут спасать наиболее значимый бизнес, забыв про завод. А прикинь, приезжаешь ты на рынок и оказывается, что горит пара дешёвых тачек, в окно офиса чисто бросили «коктейль Молотова», никаких залётных нет, все ровно и есть только небольшой кипеж. Ты приехал рынок спасать, а мулик проебал. Как тебе такой расклад?

— Так это... это же чистая подстава. Я бы вычислил ту суку, что мне звонила, и...

— И что? Мулик-то всяко проебал? Суку ещё вычислить надо, а мулика уже нет. Так?

— Бля. Не понял, и где тут суть?

— А суть в том, что через неделю на банковских форумах Интернета начнётся кипеж типа «сотрудников «Зевса» о том, что им зарплату задерживают и что филиалы закрываются. Потом выйдет статья в «Коммерсанте», уважаемом, между прочим, издании, где будет написано, что у «Зевса» не хватает денег расплатиться с вкладчиками, у банкоматов очереди. И всё это связано с тем, что у банка скоро, по информации из компетентных источников, отзовут лицензию. Затем на улицы выйдут толпы людей, осаждать банкоматы «Зевса», все это покажут по телевизору... Понятно, да?

— А где ты эти толпы возьмёшь?

— А это уже моя проблема. Я митинги собираю по тысяче человек. А в твоём случае мне нужно человек триста максимум. Остальное телевизор и Интернет с газетами увеличат в размерах. Как думаешь, при таком пожаре, до завода им будет?

— Бля... чистый развод. Ахуеть, — Никита зовёт официанта и просит водку. Повисает пауза.

— Ну, как, брат, нравится тебе такая схема? Месяц для неё — это долго или как? Тем более, что для тебя ситуация со всех сторон ровная.

Приносят водку. Никита махает сто грамм, перегибается через весь стол ко мне и спрашивает:

— А ты отвечаешь, что все так и будет?

— Без базара, — чётко говорю я.

— Значит так. Месяц тебе даю, не вопрос. Если через месяц по-твоему не выходит, вы возвращаете сотку и даёте мне ещё сотку за моральные издержки, согласен?

— Без базара, — снова говорю я.

— Я тебе или Сашке через час максимум позвоню. Мне с пацанами увидеться нужно. Я согласен. Думаю, они тоже не будут против. Но, если всё будет не так, вам пиздец, ребята, врубаетесь?

— Врубаемся, — отвечаю я за обоих.

— Тогда лады. Все. Я поехал. Позвоню через час.

После того, как Никитос уходит, мы сидим с Сашкой и молчим, тупо смотря в свои тарелки. Наконец, Сашка не выдерживает:

— Послушай, а ты не мог раньше мне об этом рассказать?

— О чём?

— Ну, о том, что ты Никитосу сейчас говорил. Я всю встречу сидел, как на еже. Если бы я знал, что у тебя есть готовый вариант, я бы так не нервничал.

— А... ты об этом. Так в том-то и дело, Сашка, что нету меня никакой схемы.

— Бля... То есть ты все придумал на ходу?

— Ага...

— А зачем ты его парил-то, если схемы нет?

— Так ведь и сотки уже тоже нет, вот в чём дело-то... вот в чём дело-то...

— И что нам теперь делать?

— Попытаться воплотить эту схему. Она не так уж и плоха, правда? Кстати, у тебя есть кто-нибудь в «Коммерсанте»?

В мире животных

На митинг «гражданской оппозиции» я не поехал, хватило утреннего. Шёл дождь, настроение было омерзительное, и единственным моим желанием было отключить телефон, садануть виски, поваляться в ванне и протупить час перед телевизором, обдумывая завтрашнее выступление.

Не успел я зайти домой, как в кармане куртки затрещал мобильный. «Вербицкий» — высветилось на экране. Я хотел было ответить, но раздражение взяло своё, я сказал вслух «да пошёл ты на хуй, нет меня» и стал наполнять ванну. Телефон продолжал звонить. «Нету, нету меня. Абонент послал всех и больше не доступен для вас, уроды». Телефон замолчал, затем выдал два коротких звонка, будто послав меня в ответ, и замолчал. Я разделся, залез в воду, прикрыл глаза и попытался отключить голову. Но куда там. Снова этот чёртов сотовый. Такое впечатление, что звонок стал даже более громким.

— Да, Аркадий Яковлевич.

— Антон, ты телефон потерял?

— Нет, просто в душе был.

— Так ты дома уже? Я вообще-то ожидал, что ты в «Фонд» заедешь. Есть разговор к тебе.

— Аркадий Яковлевич, я сегодня замотался, митинг, потом собрание с главами департаментов, потом ещё пара встреч, башка трещит, я решил отоспаться перед завтрашним событием.

— А ты на «Пушкинскую», значит, не поехал?

— («Нет, бля, поехал. Как я могу быть одновременно у себя дома и на «Пушке», что за манера задавать идиотские вопросы?») Нет, не поехал.

— А кто там?

— Вадим. Он мне вечером расскажет.

— Ясно. А я с тобой поговорить хотел.

— О чём?

— Я думаю, ты и сам знаешь о чём. Есть проблемы.

— Какие именно, Аркадий Яковлевич?

— Проблемы эффективности. Проект работает вхолостую. Я за два месяца не вижу никаких продвижений. Мы занимаемся тем... мым...

— Что?

— Я говорю, что мы занимаемся тем же самым, что и до твоего появления у нас.

Поскольку я уже успел намочить голову, то мне приходилось держать телефон на некотором удалении от уха, из-за чего голос Вербицкого звучал издалека, и последние предложения съедались. Капли воды с волос текли по шее, ноги уже начинали ощущать холод кафеля, в общем, разговор начинал меня порядком раздражать.

— Аркадий Яковлевич, я сегодня как раз собирал ребят по этому вопросу. Излагал им текущие проблемы. Мы наметили некоторые решения.

— Интересно. Я как раз сегодня хотел тебя послушать.

— (Ну, давай теперь мусолить одно и то же.) Вы хотите, чтобы я прямо сейчас приехал?

— Нет, зачем. До завтра терпит, конечно. Просто я ощущаю некий кризис. И потом, ты же понимаешь, есть некая неудовлетворённость у наших друзей. Я хотел бы, чтобы ты, Антон, это весьма чётко понимал. Нам нужно менять ситуацию, потому что времени у нас остаётся всё меньше и меньше. В одну из наших первых встреч я говорил тебе, что «можно доказать, что солнце вреднее луны, равно, как и наоборот», помнишь? Вопрос в том, как доказывать.

Ноги уже начинали замерзать. В ванну, что ли лечь обратно? Блядь, как же ты меня заебал, старый козёл. Ну, давай, выскажи мне в пятый раз, за то, что я к тебе не приехал вечером. Давай перетрём все по второму кругу. Ну, кризис, и чего? О чём говорить-то? Я пытаюсь решать вопросы, и последнее, что я хочу слышать, это твоё мерзкое нытьё. Давай, доведи меня сейчас, чтобы я тебя послал и, наконец, принял ванну по-человечески.

— Антон, ты меня слушаешь?

— Да, Аркадий Яковлевич.

— И что ты думаешь по этому поводу?

— Я думаю, что надо работать (блядь, как же холодно), я уверен, что мы с ребятами сейчас попробуем какие-то новые методики (сука, что же ты сидишь в своём фонде, тебе заняться нечем? Поехал, шлюху бы снял, все развлечение).

— У тебя есть уже какая-то конкретика?

Да ты, видимо, совсем мне мозги решил заебать. Я уже дошёл до точки кипения. Меня раздражают капли воды на шее, замёрзшие ноги, телефон в пяти сантиметрах от уха. Ещё чуть-чуть, и я тебе расскажу про конкретику.

— У меня нет конкретики, Аркадий Яковлевич. Я стою голый, на холодном полу. У меня вода в ухе есть, а конкретики нет.

— Антон, я смотрю, у тебя сегодня какое-то плохое настроение. Давай завтра продолжим. Единственное, что я тебе хотел сказать, это то, что мы в кризисе, понимаешь?

— Понимаю.

— Ну, все. До завтра, тогда. Отсыпайся.

Представляете? В тот момент, когда я уже готов был попрощаться с этим гребаным проектом, в тот момент, когда я чуть было телефон об пол не грохнул, этот урод резко меняет тональность диалога и сваливает. Вы знаете, нет ничего хуже невыплеснутой агрессии. Теперь я, как дурак, буду ходить целый вечер по квартире, накручивать себя, да ещё и напьюсь наверняка. Вот интересно, он кайф, что ли, ловит от того, что треплет мои нервы? Или в моей квартире камера стоит, чтобы смотреть, дошёл я до точки взрыва или ещё нет. Я снова ложусь в ванну, в которой, как вы понимаете, вода уже остыла и моя усталая голова уже не соображает, что надо выпустить часть воды и долить горячей. Фак...

Приняв быстрый душ, я ложусь в кровать, наливаю себе полстакана Dewars™ (практически единственная хорошая вещь из всех тех, о которых я узнал, начав работать на Вербицкого) и заставляю себя написать пару строк для завтрашнего выступления. На всё про всё у меня выходит час. Я просмотрел несколько выступлений, подготовленных мною ещё в ФЭПе, пролистал записи в блокноте и в итоге остановился на тексте, который был написан мною для выступления какого-то чиновника. Посвящён он был работе СМИ:

«Развитие экономики, социальной сферы, банковской системы страны, выход отечественных производителей на международный рынок — всё это говорит о том, что мы стоим на пороге больших перемен. Несмотря на усилия тех, кто пытается представить все происходящее в чёрном цвете, очевидно, что ситуация в стране продолжает динамично развиваться в лучшую сторону. Да, безусловно, проблемы есть, и мы их не скрываем. Наоборот, мы готовы работать над их решением и работать вместе с вами. В этой связи, мне становится не очень понятна политика тех средств массовой информации, которые пытаются игнорировать достижения государства, делая при этом акцент исключительно на проблемах. Более того, обвиняют органы государственной власти в том, что они «замалчивают» текущую проблематику. Создаётся впечатление, что такие каналы, радиостанции и интернет-порталы либо находятся в параллельной реальности, либо очень хотят показать людям картинку «другой страны». Я, как человек, который более десяти лет посвятил работе в СМИ, задаю себе вопрос: зачем вам это нужно? Разве все мы — не граждане одной страны? Разве все мы не хотим счастья нашей Родины? Более того, я хочу вас предупредить, что время расставит все по своим местам и возложит ответственность на каждого по его деяниям. Транслируя заведомо однобокую картину, вы разделяете себя и общество баррикадами. Потому что при всех проблемах всех нас объединяет одно: никто не может помешать человеку любить свою Родину. Даже вы. Со всеми вашими современными технологиями, щедрым финансированием и поддержкой антироссийских кругов на Западе. Мы знаем, что движет вами на самом деле — безудержная жажда власти. Но вы — ещё не значит Россия. Точнее, как раз вы и не являетесь ей. Хотя всячески демонстрируете российскую принадлежность. Вы простые провокаторы. И чем дальше, тем отчётливее это понимают люди. И они вам этого не простят. Потому что они не с вами».

Его-то я и использую. Реально, текст настолько хорош и по-прежнему злободневен, что может служить отличным базисом. Можно, конечно, напрячься и написать новый. Я вспомнил нытьё Вербицкого, свои замёрзшие ноги и все гадости сегодняшнего дня и решил, что раз митинг завтрашний на самом деле будет больше смахивать на вечеринку вчерашних героев, то и вместо оратора им нужен диджей. А для диджея сойдёт и ремикс. Я сложил текст вдвое, положил в карман пиджака, снова лёг, сделал два больших глотка и включил телевизор.

По первому каналу шёл сериал, в котором Безруков, сверкая безукоризненной улыбкой и изредка демонстрируя хороший маникюр, пытался изобразить простого сельского участкового. Хорошо село, подумалось мне. Не иначе, как вместо воды туда нефть провели, если рядовые менты выглядят, как светские денди. Или может всех светских денди по разнарядке отправили служить в регионы участковыми?

На РТР что-то медленно вещал Сванизде, который, кажется, хотел спать ещё больше, чем я. НТВ демонстрировало документальный фильм про войну в Чечне, по «Спорту» Сычёв ухитрился три раза не забить из выгодного положения, за ту минуту, что я пытался понять, кто с кем играет. Или это была «нарезка» лучших моментов? Впрочем, какая разница.

Я на автомате прощёлкал MTV, REN TV, Discovery, потом ещё что-то. Наконец, я попал на какое-то юмористическое шоу, в котором идиотского вида полицейский бегал вокруг дома и стучал в окна. Намотав несколько кругов, он всё-таки добился того, что некоторые окна открылись и из них стали высовываться люди. Я одним глазом глядел на всё это безобразие, пока меня не стало затягивать в подушку.

«Как же мне до вас достучаться-то, люди» — видимо, эта мысль, мешавшая мне, пришла вместе с безумным полицейским на экране. Впрочем, и она вдруг стремительно умчалась прочь, как залетевшая в форточку оса. Я уснул...

«...голова игуан покрыта обычно многочисленными, неправильной формы щитками. Спина же одета чрезвычайно разнообразной по виду чешуёй, нередко преобразованной в различного рода роговые шипы, зубцы, бугорки и другие подобные образования. У многих видов на теле развиваются также разнообразные, часто весьма причудливые по форме кожные выросты и складки. Ну, давай. Просыпайся, просыпайся, красавчик. Не бойся, тебя никто тут не обидит...»

Я вздрогнул и судорожно раскрыл глаза. Взгляд мой упёрся во включённый телевизор, в котором сидел Дроздов и традиционно вкрадчивым голосом рассказывал про игуану, лежавшую у него на руках. Какого чёрта? Я точно помнил, что выключил ящик. Пощупав рукой вокруг себя в поисках пульта, я нашёл его под подушкой. Наверное, повернулся неудачно и лёг головой на пульт. Придурок. Весь сон себе сломал. Я подошёл к телевизору и нажал кнопку на панели. Так, чтобы наверняка. Тем не менее, сон сломан. Я двигаю на кухню, закуриваю сигарету, лезу в холодильник за виски, параллельно думая о том, какой дурак поставил в вечернюю «сетку» программу «В мире животных». У нас что, все вдруг стали поклонниками рептилий? Или новостей больше не осталось, и решили сделать что-то типа «Спокойной ночи, чуваки!» с Дроздовым в роли няни?

Что делать, такие уж мы, медийщики, странные люди. Вместо того, чтобы думать, как уснуть, думаем, кто верстал эфир. Реально, при таком раскладе, последнее, о чём подумаешь, отходя в мир иной, сколько приедет камер на панихиду. Вопрос, «приедут ли вообще», не стоит, как вы понимаете. Такие уж мы тщеславные твари.

Я возвращаюсь в спальню, всё ещё думая о новой сетке вещания. Интересно, какой это канал? Я снова включаю ящик и сажусь на кровати. Дроздов продолжает наглаживать игуану, смотря на меня:

«...Для поведения игуан чрезвычайно характерно своеобразное покачивание головой сверху вниз, производимое обычно при каком-либо возбуждении, например во время схваток самцов друг с другом, при охране участка, встрече с врагом или при получении важной информации. Совсем как люди. Правда, Антон?»

Я аж подпрыгнул. Приехали, граждане технологи. Надо больше отдыхать. С таким режимом не то что не научишься управлять аудиторией, а запросто с собственным пультом не справишься...

— А зачем с ним справляться? — услышал я в ответ.

— Вот и всё. Блестящая карьера технолога закончилась, так и не успев набрать рост. Это диагноз. Начал говорить с телевизором, — размышляю я вслух.

— Нет ничего страшного в том, чтобы поговорить с умным собеседником. Куда ты рвёшься, малыш? — Дроздов притянул к себе игуану, пытавшуюся соскочить, — Он ещё маленький. Но жутко любознательный.

Так. Главное спокойствие. Я понимаю, что я говорю с телевизором, следовательно, отдаю себе отчёт в том, что делаю. Следовательно... так... что следовательно? Следовательно, я ещё не до конца сошёл с ума. Не исключено, что я ещё сплю.

— Мы все, в какой-то степени спим, Антон. Пока нас не разбудят, либо пока мы не научимся управлять своими снами. Или просто управлять. Допустим, ты спишь...

— Очень хотелось бы допустить...

— Ну так и спи. А я тебе про игуан пока расскажу...

— Ага. Давай. (Господи, пусть всё-таки это будет сон, а?) — Слушай. Одной из наиболее обычных и широко распространённых групп игуан являются многочисленные виды рода Anolis. Большинство из них характеризуется треугольной, расширенной сзади головой. Стройным, умеренно сжатым с боков туловищем с четырьмя хорошо развитыми ногами, из которых задние...

— Ну и хули? Нафига мне эти игуаны?

— Антон, ты случайно не характеризуешься треугольной, расширенной сзади головой? Я за тобой такого не заметил, вроде. Или я ошибаюсь?

— Я уже сам не знаю, что меня характеризует и вообще, есть ли у меня голова. Заканчивай бодягу свою, спать хочу.

— А раз не знаешь, так сиди и слушай. Пожилой человек тебе интересные вещи рассказывает, а ты ещё и материшься. Некрасиво. Другой бы извинился, а ты тут споришь.

Ну что, видимо реально, я сбрендил. Поздно кривляться, придётся пройти весь этот бред до конца.

— Извините, я не хотел вас обидеть, — говорю я и тянусь за новой сигаретой.

— Прощаю, я не злой. Так вот. Задние лапы заметно длиннее передних, и длинным, постепенно утончающимся хвостом... Игуаны довольно своенравные существа, привыкшие к определённой среде обитания. Как этот красавчик Анолис. Он тебе нравится, Антон?

— Безумно.

— И мне тоже. Его Гоша зовут. Гоша, познакомься с Антоном.

То ли Дроздов ущипнул ящерицу, то ли она тоже была разумна, но факт остаётся фактом. Игуана слегка повернула голову и выпучила на меня глазищи.

За спиной Дроздова в этот момент зажёгся большой экран, с картинкой морского побережья. У самой воды лежали камни, на которых грелись три довольно большие ящерицы.

— Игуаны живут по берегам водоёмов, хотя встречаются и древесные виды, — продолжал он, — посмотрим на них в привычной среде обитания.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. С. Л. Марков Читая «Майн кампф» Гитлера с карандашом в руке Вбессмысленном беспамятстве былого Недостаёт начальных строк. А. Твардовский введение перед Вами не обычная книга

    Книга
    вспоминаю фразу из “Поднятой целины” Шолохова: “Чтобы бить врага, надо знать его оружие!” - и начинаю читать! Первая моя пометка на полях этой книги стоит на странице 17.
  2. Русский ответ на еврейский вопрос

    Реферат
    В предлагаемой вниманию вдумчивого читателя книге автор делится собственным опытом постижения христианской «истины» и постепенного прозрения на путях её преодоления.

Другие похожие документы..