Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Пояснительная записка'
Данный элективный курс является прикладным, цель которого знакомство учащихся с важнейшими путями и методами применения знаний по физике на практике,...полностью>>
'Документ'
л-нт (фамилия, вроде бы, Буряк. Имя – Виктор. Сам родом с Донбасса. Окончил горный институт, работал на шахте инженером. Был призван, как двухгодичник...полностью>>
'Документ'
1-3 декабря 2011 г. в Москве в МВЦ «Крокус-Экспо» прошла Первая Международная выставка «Мировой океан 2011». Выставка была посвящена судостроению, ис...полностью>>
'Публичный отчет'
Приказом Минфина России от 24.12.2010 N 186н (далее - Приказ N 186н) в п. 70 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Р...полностью>>

Борьба крестьян с властью как фактор общенационального кризиса в истории россии 1917-1921 гг

Главная > Документ
Сохрани ссылку в одной из сетей:

Безусловно, в тексте «Курса общей лингвистики» нет буквального повторения идей Р. Декарта. Соссюр, как писал К. Бюлер, проверяет их, формулируя основополагающие постулаты науки лингвистики. Действительно, декларация различий без положительных моментов, образующих ткань системы языка, может быть адекватно понята и продуктивно использована лишь в том случае, если различия интерпретированы как равные возможности мышления о языке, которые априори уравновешены и систематически организованы в языке как идеальном объекте. Единство и различие элементов суть содержание системы языка. Форма же этой системы, также интеллигибельная по своей природе, с одной стороны, удерживает ее целостность, а с другой – придает активность системе всякий раз, когда происходят существенные изменения в мышлении человека.

Как поясняет Ф. де Соссюр, «диахронические факты вовсе не стремятся видоизменить систему. Никакого не было намерения перейти от одной системы отношений к другой; перемена касается не расположения в целом, а только отдельных элементов» [9]. Всякие изменения в состоянии языка носят случайный характер. И только осмысление изменений как таковых способно придать им нормативность. «При каждом «состоянии» дух вдувается в уже данную материю и оживляют ее» [10]. Думается, что такой взгляд Соссюра на проблему системности языка позволил Н. Хомскому охарактеризовать концепцию языка (langue) как холизмическую. Так, Н. Хомский пишет о том, что в соссюровской схеме нет места для «подчиняющейся правилам творческой деятельности», с которой мы сталкиваемся при обычном, повседневном использовании языка. В то же время влияние гумбольдтовского холизма (ограниченного, однако, инвентарями и парадигматическими наборами вместо «полномасштабных» порождающих процессов, образующих «форму») проявляется в том, что центральная роль в учении Соссюра отводится понятиям «член <системы>» (terme) и «значимость» (valeur)» [11]. Замечание Н. Хомского относительно холизмического характера учения Соссюра следует считать верным, но с учетом того, что последний отнюдь не отрицал возможность творческого преобразования языка, он настаивал на том, что в языке каждый принимает участие ежеминутно, поэтому язык и испытывает постоянное влияние всех.

Язык определялся Соссюром как устойчивая целостность ввиду того, что он включен в комплекс системообразующих факторов общества и транслирует социальные предписания из поколения в поколение вдоль оси времени. Кроме того, язык есть целостность, поскольку он есть целостность, которая ориентирована сама на себя. Как писал Соссюр, язык есть система чистых ценностей (значимостей), ничем не определяемая кроме как наличным состоянием входящих в ее состав элементов. Поскольку одною из своих сторон ценность коренится в самих вещах и в их естественных взаимоотношениях..., постольку можно до некоторой степени прослеживать эту ценность во времени, не упуская, однако, при этом из вида, что в каждый данный момент она зависит от системы существующих с нею других ценностей. Итак, хотя понятие значимости имеет холизмический оттенок, оно не догматизирует учение о языке Соссюра, но призвано показать сложность и тщательную организацию системы языка:

  • во-первых, значимость образует равновесие, равноценность между означаемым и означающим;

  • во-вторых, значимость выражает социально-значимые идеи, но так, что они оказываются непредзаданными «вдруг», но вытекающими из самой системы языка;

  • в-третьих, значимость уравновешивает притязания индивидуальные и коллективные, она оказывает условие воспроизводства социального характера и социальных норм в языке;

  • в-четвертых, значимость является таким элементом языка, который в отличие от собственно значения слова предполагает связь со значениями других слов, а также наличие коллектива людей, говорящих на данном наречии.

Понятие значимости концентрирует в себя, по крайней мере, четыре параметра изучения языка: гносеологический и социологический аспекты (значимость как форма отражения фрагмента действительности и значимость как социально-значимые представления); диахронический и синхронический аспекты (значимость как отношения между знаками, развивающимися во времени, и значимость как чистая значимость, как элемент системы). Кроме того, именно благодаря понятию значимости снимается умозрительность принципа целостности языка, хотя отнюдь не упрощается его понимание.

Думается, что проблема сложности понимания механизма системы языка может быть отчасти снята благодаря интерпретации социологического аспекта понятия значимости. В качестве теоретического основания, в сопоставлении с которым возможна такая интерпретация, предположим социологическую концепцию Э. Дюркгейма и его понятие концепта.

На связь социологии Э. Дюркгейма и лингвистики Ф. де Соссюра указывает в предисловии к русскому изданию «Курса общей лингвистики» Н.А. Рождественский. Р. Барт остроумно отмечал, что «Соссюр был в большей мере социологом, чем Дюркгейм – лингвистом» [12]. Хотя влияние последнего на Соссюра не может быть вполне доказано, прочтение «Курса общей лингвистики» сквозь призму социологической концепции Дюркгейма открывает новые грани теории языка, снимает кажущуюся противоречивость гносеологического и социологического аспекта этой теории.

Суть социологической концепции Э. Дюркгейма состоит в том, что все «социальные явления должны изучаться как вещи, т. е. как внешние по отношению к индивиду реальности» [13]. Собственно социальное, с точки зрения Дюркгейма, можно описать с помощью следующих параметров:

  • реальность, образованная ассоциацией индивидов;

  • коллективность, которая свойственна каждому индивиду как специфическое внутреннее психическое состояние;

  • коллективные состояния, которые предшествуют каждому отдельному индивиду и складываются в результате комбинации индивидуальных вкладов.

Механизмы, обеспечивающие воспроизводство социального во времени, Э. Дюркгейм назвал общими понятиями или концептами. В отличие от чувственных представлений, концепты лежат вне возможностей индивидуального восприятия, вне времени и вне становления. Как пишет Дюркгейм, «можно подумать, что оно [общее понятие] лежит в иной, более ясной и спокойной полосе ума... Это способ мышления, который в каждый момент времени фиксирован и кристаллизован. В той мере, в какой оно есть то, чем должно быть, оно неизменно. Если оно и меняется, то не потому, что изменение лежит в его природе, а потому, что мы открыли в нем какое-либо несовершенство и что оно нуждается в исправлении. Система понятий, посредством которой мы мыслим в обыденной жизни, уже содержится целиком в словаре нашего материнского языка, ибо каждое слово выражает концепт» [14].

Заметим, в концептах нет ничего субстанционального или онтологического. Они образованы коллективными представлениями, а их общезначимость, ориентация на общие для сообщества людей задачи и цели обеспечивает постоянство воспроизводства в истории. Через освоение концептов происходит социализация индивидов, причем в ходе этого процесса не отрицаются особенности индивидуального мышления и поведения, но преломляются через коллективный опыт. В качестве средства выражения и трансляции социального Дюркгейм полагает язык. Действительно, «едва ли может быть сомнение в том, что язык, а следовательно, и система концептов, им передаваемая, составляют продукт коллективной работы. Язык выражает то, каким образом общество в своей совокупности представляет себе объекты опыта. А потому и понятия, соответствующие различным элементам языка, являются представлениями коллективными» [15].

Итак, если изложенные выше социологические идеи Э. Дюркгейма действительно имели влияние на Соссюра, то теория языка последнего становится более фундированной в социальном аспекте, поскольку, во-первых, язык оказывается заданным взаимодействием двух сущностных человеческих качеств: мышлением и социальностью; во-вторых, возникает возможность рассматривать язык не только как продукт социального, но и как его условие; в-третьих, поскольку язык изначально ориентирован на выражение коллективных представлений, он оказывается средством трансляции социального во времени, т. е. своеобразным кодом истории.

Подчеркнем, что задачей философской интерпретации является не повторение в новой понятийной форме чего-то уже имеющегося в другом месте, но сотворение совершенного нового знания, дающего полное представление о той или иной теории. В данной статье была предпринята попытка сопоставить теорию языка Ф. де Соссюра с гносеологией Р. Декарта и социологией Э. Дюркгейма. В результате, казалось бы, обособленные по содержательным и формальным признакам теории, предстали как необходимые составляющие сети интеллектуальных интеракций. Последовательность суждений обнаружила систему концептов, образующую основание интегративной науки о языке и синтез теоретической универсальности с универсальными интересами практики.

Библиографический список и источники

  1. Дискуссия Поля Рикера с российскими исследователями / П. Рикер. Герменевтика. Этика. Политика. – М. : Academia, 1995. – С. 99-100.

  2. Гийом, Г. Принципы теоретической лингвистики / Г. Гийом. – М. : Прогресс, 1992. – С. 35.

  3. Там же. С. 36.

  4. Бюлер, К. Теория языка / К. Бюлер. – М. : Прогресс, 1993. – С. 15.

  5. Соссюр, де Ф. Курс общей лингвистики / Ф. де Соссюр. – М. : СоцЭкГиз, 1933. – С. 112.

  6. Там же. – С. 111.

  7. Мамардашвили, М.К. Сознание как философская проблема / М.К. Мамардашвили // Вопросы философии. – № 10. – 1990. – С. 14.

  8. Соссюр, де Ф. Курс общей лингвистики / Ф. де Соссюр. – М. : СоцЭкГиз, 1933. – С. 91.

  9. Там же. – С. 92.

  10. Хомский, Н. Логические основы лингвистической теории / Н. Хомский // Новое в лингвистике. Вып. IV. – М. : Прогресс, 1965. – С. 479.

  11. Барт, Р. Избранные работы: Семиотика. Поэтика / Р. Барт. – М. : Прогресс, Универс, 1994. – С. 520.

  12. Дюркгейм, Э. Самоубийство: социологический этюд / Э. Дюркгейм. – М. : Мысль, 1994. – С. 6.

  13. Барт, Р. Избранные работы: Семиотика. Поэтика / Р. Барт. – М. : Прогресс, Универс, 1994. – С. 520.

  14. Дюркгейм, Э. Самоубийство: социологический этюд / Э. Дюркгейм. – М. : Мысль, 1994. – С. 6.

  15. Дюркгейм, Э. Социология и теория познания / Тексты по истории психологии / Э. Дюркгейм. – М.: Изд-во МГУ, 1980. – С. 225.

УДК 327:94”19”

ПРОБЛЕМА РАЗОРУЖЕНИЯ: ИСТОКИ, ПРОБЛЕМЫ, ПЕРСПЕКТИВЫ

И.М. Шильдяшов

В статье исследуются зарождение идеи разоружения и процесс его развития. Изучен и освещен вклад России – СССР – России в вековое движение за мир и международную безопасность народов.

Многие международные аналитики (в том числе Стивен Роуч, Нателл Фергюсон) в своих работах предвещают в будущем наступление мирового военно-политического кризиса, крупномасштабной войны, ситуации, сходной с предвоенной угрозой накануне 1914-1918 гг. Американская контрразведка во главе с ЦРУ на полном серьезе разрабатывает (как это видно из периодической печати) различные сценарии развития возможных предвоенных событий. В числе причин международных осложнений, которые могут вылиться в военные столкновения, называются неравномерность экономического развития отдельных стран и даже континентов, полный контроль исламистов на Ближнем и Среднем Востоке, переход роли мирового лидера к Поднебесной, «Спираль страха» (так даже назван один из сценариев ЦРУ) – т. е. нагнетание напряженности на примере непрекращающейся гонки вооружений.

Встречаются описания и других причин возникновения военных конфликтов.

Последнее обстоятельство и определило предмет анализа в данной статье: идея и процесс разоружения, которые овладели умами и направляют деятельность политиков, дипломатов уже более ста лет, а с конца 40-х, послевоенных годов, – получили широкое распространение в народных массах всех стран мира.

На протяжении ХХ в. проблема разоружения была и остается центральной в международных отношениях государств и общественных неправительственных организаций. Такова она и в наши дни вне зависимости от того, что нет крупных международных конференций и совещаний о дальнейших путях разоружения. Но то, что в начале ХХI в. все более обостряется борьба с терроризмом, от которого исходит (пусть и потенциально) атомная и ядерная угроза, одно только это положение вещей постоянно напоминает и подтверждает актуальность проблемы разоружения для всего мирового сообщества. От ее разрешения в настоящее время, как и 100 и 50 лет назад, определяющим образом зависит судьба важнейших задач современности. Поэтому она в известной мере стала определяющей по отношению к глобальным аспектам мировой политики.

Чем объясняется центральное место политики разоружения?

Остановимся на двух основных и очевидных моментах, не требующих дополнительных доказательств.

Первый – миллионные жертвы человеческих жизней за все войны, особенно за две мировые войны ХХ в. – 60 млн человек. Еще более разорительными и кровавыми могут стать возможные ракетно-ядерные столкновения, если их не предотвратить.

Второй – социально-экономический. На вооружение расходуются неисчислимые и ни с чем не сравнимые средства, результат труда народов всех стран и прежде всего воюющих. Гонка вооружений, подготовка к войне и ее последствия – это всеобщее разорение, голод, нищета, болезни. Именно поэтому идея разоружения является главенствующей не только в деятельности политиков, дипломатов, политических и общественных организаций, их лидеров, но и всех народов мира, особенно Европы.

Зарождение идей разоружения и первые попытки поставить ее на обсуждение перед мировой общественностью восходят к концу ХIХ в. По инициативе левых политических сил она широко рассматривалась в печати и на общественных форумах, была объектом острых дискуссий марксистов, социалистов.

Серьезная озабоченность в связи с применением новых видов оружия, использовавшихся в войнах того времени, выражалась политиками и правительствами разных стран.

В 1899 г. по предложению России была созвана первая в истории международная конференция по разоружению в Гааге, в которой приняли участие представители 26 стран. Действенных результатов конференция не дала: империалистические правительства и правящие классы крупнейших держав мира не были заинтересованы в сокращении огромных прибылей, которые приносила гонка вооружений, а мировая общественность не имела большого опыта в плане ведения дискуссий по проблеме разоружения и достаточной аргументации в пользу мирного сосуществования стран и народов. Были приняты три конвенции. В одну из них – о мирном решении международных конфликтов – были включены три раздела: о сохранении всеобщего мира, о добрых услугах и посредничестве и о международных следственных комиссиях.

К началу первой мировой войны в коммунистическом и рабочем движении резко обозначились позиции марксистов и соглашателей-каутскианцев по вопросу предотвращения военной опасности. Марксисты (Ленин) стояли за разоружение империалистических армий, государств и их реакционных правительств. Каутскианцы и их последователи, особенно в германском парламенте, проголосовали за военный бюджет, т. е. за войну против разоружений. Таким образом, период с конца ХIХ в. до 1917 г. можно назвать первым этапом возникновения и постановки на мировой арене проблемы разоружения. Это время отличалось тем, что проблемы разоружения только обозначились, но уже нашли своих сторонников и противников.

Уже тогда большевики высказали свои предложения о невозможности перенесения идеи разоружения из сферы межгосударственных отношений в сферу социально-классовых.

В последующие десятилетия данная идея, на наш взгляд, в значительной мере могла определить исход поединка между Западом и Востоком в области разоружения и достижения разрядки международной напряженности.

Многие зигзаги и попятные шаги политиков Запада объяснялись тем, что коммунистический Восток мог использовать лозунг разоружения для свержения капитализма.

Второй этап борьбы прогрессивных сил за разоружение начался с принятия советским государством Декрета о мире от 8 ноября 1917 г. и продолжался до окончания второй мировой войны. К Декрету о мире примыкают значительные антивоенные, разоруженческие акции первого в мире социалистического государства на Генуэзской и Гаагской конференциях, на которых мощно прозвучал миролюбивый голос России.

В этот период Советский Союз боролся против войны, за разоружение не только на дипломатическом поприще, но и на фронтах второй мировой войны, разгромив военную машину гитлеризма, итальянского фашизма и японского милитаризма – смертельных ненавистников мира и самой идеи разоружения.

Второй этап борьбы за разоружение и против войны показал силу и мощь России-СССР, возможность сплотить все силы на планете в борьбе за мир.

С окончанием второй мировой войны (1945 г.) начался третий этап движения за мир и разоружение. Крупной акцией страны Советов в этом направлении стали предложения от сентября 1949 г. на IV сессии Генеральной Ассамблеи ООН о заключении Пакта Мира между пятью великими державами – СССР, США, Китаем, Великобританией и Францией. Тогда же начался сбор подписей под обращением Всемирного Совета Мира против агрессивных войн.

Но миротворческая идея была отвергнута не без помощи организаторов и вдохновителей блока НАТО, созданного, как известно, незадолго до этого (апрель 1949 г.).

Отличительная особенность третьего, послевоенного этапа борьбы за разоружение и разрядку международной безопасности состоит в том, что он был осложнен появлением и совершенствованием оружия массового поражения. В марте 1945 г. генералитет США испытал атомную бомбу, а в августе того же года применил ее при бомбежке городов Хиросима и Нагасаки, тем самым бросив мировой общественности и СССР новый вызов в гонке вооружений. Зловещий атомный, а затем и ядерный, более опасный гриб с 1953 года стали угрожать народам мира и прежде всего странам социализма.

В 1955 г. на Женевском совещании глав правительств СССР, США, Англии и Франции Советским Союзом был поставлен вопрос о сокращении вооружения и запрещении атомного оружия. В том же году СССР сократил свои вооруженные силы на 640 тыс. человек, в 1956 – на 1 млн 200 тыс. человек.

В 1957 г. наша страна внесла предложение в ООН о немедленном прекращении всех испытаний атомного и водородного оружия на 2-3 года.

В 1958 г. советские вооруженные силы были сокращены еще на 300 тыс. человек.

В последующие десятилетия проблема разоружения решалась под флагом разрядки международной напряженности. Генератором новых идей и организатором по их воплощению по-прежнему выступали советское правительство и дипломатия.

В 1977 г. по инициативе СССР Генеральная Ассамблея ООН приняла «Декларацию об углублении и упрочении разрядки международной напряженности».

В 1979 г. подписано соглашение между СССР и США об ОСВ-2 (второе после 1972 г.) по сдерживанию гонки вооружений и продолжению разрядки напряженности. Но достигнутые результаты еще не предоставляли гарантий мирного сосуществования и развития, не исключали возможность рецидивов войны, задержек в переговорах и движений вспять.

В 80-е годы США и руководящие круги НАТО вернулись к открытой политике усиления военной конфронтации и взвинчивания гонки вооружений. Тогда же была отложена ратификация договора об ОСВ-2.

Правящий класс Америки встал на путь «внедрения» политической демократии в другие страны. Говоря иначе, на путь агрессивного вмешательства в дела других стран с помощью военного вторжения, явного нарушения принципов ООН. Например, поведение США и НАТО в Корее, Вьетнаме, Югославии в 1999 г. и в Ираке (2003-2006 гг.) показало, что они и их союзники всюду поступают с другими государствами и народами грубейшим образом, нарушая их суверенитет.

Реакционные силы правящего класса Америки поставили своей главной целью достижение военного превосходства над СССР. Задача их внешней политики заключалась в «ускорении разложения советской системы». Последнее стало известно из официального документа, одобренного в 1950 г. президентом США Г. Трумэном. Из этого документа, рассекреченного в 1975 г., стало ясно, что США решили строить отношения с СССР на основе кризисной конфронтации, свидетельством чего явилась вся их послевоенная политика по отношению к Советскому Союзу, его друзьям и союзникам.

Опыт более чем столетней борьбы за разоружение и всеобщий мир, особенно за последние 60 лет, убедительно показал, что СССР-Россия и в целом человечество больше выигрывают в мирных делах тогда, когда линия разоружения и сокращения вооруженных сил выдвигается в качестве центральной, генеральной линии, вокруг которой группируются и решаются все другие проблемы. Тогда становится легче убедить в предстоящем успехе переговоров не только сомневающихся и колеблющихся политиков и дипломатов, но и противников мира и разоружения, как это было в 60-70-х гг. ХХ в.

Во второй половине 60-х гг. после длительных переговоров, неоднократных обсуждений на заседаниях Комитета 18-ти и Генеральной Ассамблеи ООН наконец был выработан и одобрен совместный проект (СССР, США, Англии) Договора о нераспространении ядерного оружия. Первого июня 1968 г. Договор был открыт для подписания в Москве, Вашингтоне и Лондоне, а 5 марта 1970 г. вступил в силу. Это явилось значительным событием в международной жизни. Договор открыл большие возможности для заключения других соглашений по ядерной проблематике.

В 1966 г. важная миролюбивая инициатива была выдвинута Организацией Варшавского договора. Политический консультативный комитет ОДВ принял Декларацию об укреплении мира и безопасности в Европе и предложил созвать общеевропейское совещание.

После продолжительных раздумий и проволочек правительства стран НАТО согласились на проведение консультаций и предварительных переговоров для выработки рекомендаций и повестки дня совещания, которое открылось в Хельсинки (Финляндия) 30 июня 1975 г. В нем участвовали президенты и главы правительств 33 европейских государств, а также США и Канады.

На общеевропейском совещании на высшем уровне принят Заключительный пакт, в котором, можно определенно сказать, все пункты документа с восторгом провозглашали и утверждали принципы взаимоотношений между государствами в послевоенный период (после второй мировой войны), суверенное равенство государств, неприменение силы или угрозы силой, нерушимость границ, уважение прав и свобод и т. д. За четкими, лаконичными формулировками Заключительного пакта стояли ценнейшие завоевания человечества, глубоко содержательные по смыслу и историческому предназначению. Но реальная политика ведущих политиков и дипломатов Запада в последующем год за годом низвергала все положительные и остро необходимые для народов, для истории пункты замечательного документа. Договор так и не был выполненным даже за прошедшие 30 лет. За ним осталась лишь пустая слава и пример возможного продуктивного сотрудничества Запада и Востока. И только.

Никакого движения вперед не произошло и на этот раз, как, впрочем, и после многих других заключенных и ратифицированных договоров и соглашений. Например: Договор от 1979 г. об ограничении стратегических наступательных вооружений; договоренность о том, что Америка не будет размещать в Европе ракеты средней дальности, если СССР демонтирует ракеты СС-20. Эти соглашения нарушены Америкой, которая в одностороннем порядке отошла от установленных по Договору ОСВ-2 лимитов и ввела в строй 131 стратегический бомбардировщик с крылатыми ракетами.

Эти действия, как и вся послевоенная американская политика, объясняются стремлением США оставаться самой могущественной страной в мире (об этом Д. Картером было заявлено в послании конгрессу от 1980 г.). Правящая элита Америки все предпринимала для того, чтобы на очередном этапе гонки вооружений не только остаться на вершине новейших военно-технических достижений (СОИ, нейтронное оружие и т. д.), но и непременно обескровить всю экономику своего главного международного конкурента – СССР. Она явно спекулировала и на российской идее вспомоществования бедным и обездоленным народам. Всему миру известно было, что СССР давал кредиты под 2-3%, в то время как богатая страна Дяди Сэма – не менее чем под 6-7% и получала приличные дивиденды. Щедрая российская душа не могла в таких условиях конкурировать с жадным и расчетливым империализмом. Вывод: наша политика должна быть не только щедрой и милосердной, но и тонкой, избирательной, не допускающей истощения государственной казны. Тем более, что в это же время Америка обогащается на такой же политической ниве.

Иногда действия нашей дипломатии приводили к явным ошибкам и негативным последствиям для страны. Например, в 90-е годы Россия неудачно присоединилась к антиюгославским санкциям, нацеленным против наших друзей – Сербии и Черногории; к антииракским санкциям (1991 г.), что подорвало влияние России в мире, не говоря о Ближнем и Среднем Востоке. Положение усугублялось и тем, что Ирак закупал у нас оружие и имел огромный долг (до 10 млрд долларов), выплата которого могла оказаться под сомнением (что впоследствии, к сожалению, и произошло).



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Программа дисциплины дпп. Ф. 03 История России 1917 1941 гг. Цели и задачи учебной дисциплины. Цели преподавания дисциплины. Федеральный уровень

    Программа дисциплины
    уметь рассматривать события и явления действительности в движении: отпрошлого к настоящему и будущему проанализировать те изменения в исторических представлениях,
  2. Власть» иИнститута социологии ран (12 ноября 2010 г.) Научный проект «народ и власть: История России и ее фальсификации» Выпуск 2 Москва 2011

    Документ
    Тощенко Ж. Т. — чл.-корр. РАН, акад. РАЕН, д. ф. н., проф., зав. каф. теории и истории социологии и декан социолог. фак-та РГГУ, гл. ред. ж-ла «СОЦИС»
  3. Программа учебной дисциплины история россии 050401 История, история с дополнительной специальностью

    Программа
    1.2. Квалификация выпускника – учитель истории, учитель истории и права. Нормативный срок освоения основной образовательной программы подготовки учителя истории, учителя истории и права по специальности 050401 История, история с дополнительной
  4. Учебно-методический комплекс по дисциплине История (название)

    Учебно-методический комплекс
    4. Просмотреть лекционные материалы и проставить название СВОЕЙ истории «История» или «История России», или «История Отечества», или «Отечественная история»
  5. История России с древнейших времен до конца XX века в 3-х книгах (1)

    Книга
    Третья книга из серии. "История России XX века" — очередной или затянувшийся «провал» в истории человечества или еще одна отчаянная попытка отстоять свои культуру, территорию, менталитет, свою веру как неотъемлемый элемент

Другие похожие документы..