Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
Визначальною ознакою 2010 року є поширення тенденції до зменшення кількості справ і матеріалів*, що надходили для розгляду до Ковельського міськрайон...полностью>>
'Документ'
SPS Inc. Tilsonburg, штат Онтарио разработали новую систему литья, спроектированную специально для производства крупногабаритной продукции из пластик...полностью>>
'Лекция'
Непростым взаимоотношениям между наркотиками и криминальным поведением посвящена лекция профессора судебной психиатрии Б.К.М. Рааса (Нидерланды). В н...полностью>>
'Урок'
Эпиграф, портрет Н.В. Гоголя, репродукция Кукрыниксов «Чичиков в гостях у Коробочки», рисунок П.М. Боклевского «Настасья Петровна Коробочка» (2 вида)...полностью>>

Роль метафоры в развитии лексико-семантической системы языка и языковой картины мира (на материале английских и русских неологизмов) 10. 02. 19 - теория языка

Главная > Автореферат диссертации
Сохрани ссылку в одной из сетей:

На правах рукописи

Карпова Наталья Сергеевна

Роль метафоры в развитии лексико-семантической системы языка и языковой картины мира (на материале английских и русских

неологизмов)

10.02.19 – Теория языка

Автореферат диссертации на соискание ученой степени

кандидата филологических наук

Саратов – 2007

Работа выполнена на кафедре теории, истории языка и прикладной лингвистики факультета филологии и журналистики Саратовского государственного университета им. Н.Г. Чернышевского

Научный руководитель

доктор филологических наук

профессор Балашова Любовь Викторовна

Официальные оппоненты

доктор филологических наук

профессор Хижняк Сергей Петрович

кандидат филологических наук

доцент Дубровина Ирина Игоревна

Ведущая организация

Самарский государственный педагогический университет

Защита состоится « 7 » ноября 2007 г. в 14-00 час. на заседании диссертационного совета Д 212.243.02 в Саратовском государственном университете им. Н.Г. Чернышевского (410012, г. Саратов, ул. Астраханская, 83) в XI корпусе.

С диссертацией можно ознакомиться в Зональной научной библиотеке Саратовского государственного университета им. Н.Г. Чернышевского.

Автореферат разослан « 4 » октября 2007 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета Ю.Н. Борисов

В последние десятилетия метафора все чаще стала рассматриваться не как художественный прием или троп, а как средство номинации, как вербализованный способ мышления и способ создания языковой картины мира (Н.Д. Арутюнова). Как подчеркивает один из создателей теории концептуальной метафоры Дж. Лакофф, “метафоричность – это не достоинство и не недостаток мышления; это просто неизбежность. При использовании метафор лучше воспринимаются абстрактные понятия и чрезвычайно сложные ситуации” (Дж. Лакофф). Исследование процесса метафоризации в когнитивном и лингвокультурологическом аспекте, актуальное в современной лингвистике, неизбежно приводит к необходимости изучения той роли, которую играет метафора в формировании и функционировании языковой картины мира того или иного этноса.

Языковая картина мира представляет собой сложное и многоаспектное явление. Это связано с тем, что язык не развивается параллельно нашему сознанию. В нем отражено множество образов мира, в частности, картины прошлых эпох развития этноса, его культуры. Поэтому ряд исследователей считает, что “объективную картину мира для определенного хронологического периода можно получить лишь в результате выявления неологизмов этого периода” (Ж.Ж. Варбот).

“Языковая картина мира лингво-, или этноспецифична, т.е. отражает особый способ мировидения, присущий данному языку, культурно значимый для него и отличающий его от каких-то других языков” (Ю.Д. Апресян). Следовательно, специфику языковой картины мира, отраженной в его метафорической подсистеме, можно установить лишь на базе сопоставления разных, прежде всего – неродственных или неблизкородственных языков. Однако специального анализа крупных массивов метафор-неологизмов в сопоставительном аспекте до настоящего времени не проводилось. Это обусловливает актуальность и новизну настоящего исследования.

Предметом исследования является новая лексика, вошедшая в активное употребление за последние 20-25 лет и зафиксированная в словарях неологизмов, а также в письменных и устных текстах (научного, публицистического стилей и разговорной речи, сленга) английского (его британского варианта) и русского языков.

Таким образом, основу исследования составили единицы, функционирующие в литературных английском (британском варианте) и русском языках с привлечением единиц специальных терминологических систем, сленга, получивших распространение в разговорной речи, средствах массовой информации, в Интернете.

Объектом исследования стали метафорические новации английского (его британского варианта) и русского языков как семантическая и культурно-историческая категория.

Цель работы – выявить специфику формирования, функционирования, степень продуктивности метафор-неологизмов в английском и русском языках, а также значимость данных неологизмов для современных языковых картин мира английского и русского этносов.

Для достижения поставленной цели представляется необходимым решить несколько задач:

  1. установить состав и типологию метафор-неологизмов в английском и русском языках;

  2. выявить основные источники и модели метафоризации, используемые при формировании неологизмов в английском и русском языках;

  3. установить основные тенденции в развитии метафорических систем английского и русского языков, а также языковых картин мира британского и русского этносов;

  4. определить основные экстралингвистические и собственно лингвистические факторы, обусловливающие степень продуктивности метафорического способа наименования различных реалий в английском и русском языках.

Методологической базой исследования является положение о диалектической взаимосвязи языка, познания и культуры, их взаимной обусловленности.

Цель и задачи исследования определяют использование комплексной методики анализа материала, включающей современные дескриптивные методы системного анализа языковых явлений, различные когнитивные и лингвокультурологические методики анализа языка.

Материалом для исследования послужили данные толковых словарей современного английского и русского языков, словарей неологизмов, словарей и глоссариев современных понятий и терминов, данные анкетирования, проведенного автором в студенческих группах, группах программистов, банковских служащих и представителей рекламных агентств, а также записи разговорной речи, осуществленные автором, почерпнутые из Интернета www.wikipedia.ru, www.wikipedia.com, www.wordspy.com, www.macmillandictionary.com и др., выборки из российской и британской прессы: «Комсомольская правда», «Известия», «Российская газета», «Аргументы и факты», «The Times», «The Guardian», «Economist» и др. Общий объем рассматриваемых единиц составил в английском языке – 856 слов, в русском – 1005 слов.

Научная новизна исследования состоит в том, что в нем впервые описан метафорический блок новой лексики, включающий номинации всех частей речи. Комплексный подход к материалу позволил представить достаточно полную метафорическую картину мира в семантическом пространстве английского и русского литературных языков.

Теоретическая значимость работы обусловлена вкладом в общую теорию метафоры, а также в научное осмысление лексико-семантических неологизмов неблизкородственных языков, метафорической составляющей современных картин мира английского и русского языков. Проведенное исследование позволило установить наиболее регулярные модели метафоризации в английском и русском языках, а также систематизировать экстра- и собственно лингвистические факторы, влияющие на степень продуктивности и основные формы процесса метафоризации в неблизкородственных языках. Результаты исследования могут служить базой для дальнейшего анализа метафорических подсистем английского и русского языков.

Практическая значимость работы состоит в том, что выводы и конкретный лингвистический материал могут быть использованы в курсах общего языкознания, когнитивной лингвистики и лингвокультурологии, страноведения и межкультурной коммуникации, теории перевода, а также в лексикографической практике, в частности, при составлении глоссариев новых слов русского и английского языков.

На защиту выносятся следующие основные положения:

1. Метафоры-неологизмы занимают существенное место в формировании лексико-семантической системы как русского, так и английского языков. Основная причина использования таких единиц экстралингвистическая (развитие высоких технологий и их широкое использование во всех сферах жизнедеятельности, политические, экономические и социокультурные изменения в обществе). В обоих языках наиболее регулярно метафоры-неологизмы фиксируются в таких семантических сферах, как терминологическая и сленговая составляющая лексики высоких технологий, социальная, экономическая, политическая и общебытовая лексика.

2. Продуктивность метафорических новаций связана с тем, что данный способ семантической деривации предполагает наличие хорошо осознаваемой внутренней формы. Это позволяет носителям языка четко обозначить основные концептуальные признаки, приписываемые именуемому явлению, и выразить отношение к нему. Вследствие этого метафоры-неологизмы становятся одной из форм репрезентации современных языковых картин мира британского и русского этносов. Кроме того, использование данного способа номинации при обозначении высокотехнологичных устройств и процессов позволяет человеку сделать «своим» мир высоких технологий.

3. Языковая картина мира, представленная в метафорических подсистемах английского и русского языков, антропоцентрична по своей сути. Во-первых, одной из самых продуктивных сфер метафоризации остается человек, прежде всего – в социально-политическом, профессиональном и межличностном аспектах. В английском языке акцент делается на толерантности, бесконфликтности и успешности личности; в русском языке – на эмоциональной и морально-нравственной оценке личности. Во-вторых, во внешнем мире метафорическую номинацию получают прежде всего реалии, значимые для социума в целом и конкретного человека в его повседневной жизни. В английском языке особое значение приобретает комфортный и здоровый образ жизни, сфера развлечений, в русском – экономические и социальные новации, конфликтность и криминализация общественной жизни. В-третьих, сфера высоких технологий в обоих языках олицетворяется: компьютер, сложные электронные устройства воспринимаются как личности, с которыми человек вступает в общение.

4. В качестве источников метафоризации исследуемые языки используют однотипные семантические сферы, типичные для метафорических систем исследуемых языков. Различия связаны в основном с выбором конкретных модулей сравнения при формировании метафорических производных. Специфические особенности связаны с укладом и традициями жизни двух народов.

5. В обоих языках реализуются сложившиеся модели, тем самым сохраняется преемственность метафорических систем исследуемых языков. Модификация некоторых моделей происходит главным образом за счет привлечения неологизмов в качестве источника метафоризации, активизации в этой функции таких семантических сфер, как экономика, финансы и массовая культура, а также внесения нюансов в способ осмысления называемого явления (особенно ярко это проявляется на материале русского языка). Хотя такие сферы в русском языке, как высокие технологии, экономика и финансы, массовая культура и индустрия развлечений, стабильно пополняются за счет английских калек, это не приводит к изменению регулярных моделей метафоризации: новые наименования достаточно естественно включаются в существующие модели.

6. В структурном плане в обоих языках преобладает субстантивная метафора, поскольку именно она выполняет основную функцию неологизмов – именование новых реалий. Известную роль в специфике метафорических подсистем играет структурная специфика английского и русского языков (например, аналитический характер английского языка обусловливает большое число частичных метафор, реализуемых с помощью сложных слов и устойчивых словосочетаний). В функционально-стилистическом аспекте наибольшей активностью отмечены такие «демократичные» составляющие национальных языков, как публицистика и сленг, причем в английском языке заметнее роль первой, а в русском – второго.

Апробация работы. Основные положения исследования в виде докладов излагались на Международных, Всероссийских и межвузовских конференциях в гг. Самара, Саратов, Северодвинск (2004 – 2007 гг.). Работа обсуждалась на заседаниях кафедры теории, истории языка и прикладной лингвистики Саратовского государственного университета (2004 – 2006 гг.). По теме исследования опубликовано 6 работ.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, двух глав, заключения, списка использованной литературы и трех приложений, содержащих глоссарии английских и русских метафор-неологизмов.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы диссертационного исследования, определяются цели и задачи работы, устанавливается научная новизна, методологические и теоретические основы диссертации.

В первой главе «Постулаты современной теории метафоры и неологизмов» рассматриваются проблемы изучения языковой картины мира как основы мировидения человека и метафоры как одного из средств формирования и функционирования языковой картины мира, а также теоретические основы изучения новой лексики.

Языковая картина мира – «это зафиксированная в языке и специфичная для данного коллектива схема восприятия действительности» (Е.С. Яковлева). Традиционно в лингвистике языковая картина мира, с одной стороны, противопоставляется научной, или концептуальной, картине мира, а с другой,– связывается с ней (Г.А. Брутян, Е.М. Верещагин, В.Г. Костомаров, Е.С. Кубрякова, Б.А. Серебренников, В.Н. Телия). Концептуальная картина мира представляет собой универсальное знание, формируемое на основе физического, чувственного и, что немаловажно, культурного опыта человека. Язык вербализует знание о национальной концептуальной картине мира, хранит ее, пополняет и передает из поколения в поколение (С.Г. Тер-Минасова). С одной стороны, в языке находят отражение те черты внеязыковой действительности, которые представляются релевантными для носителей языка; с другой стороны, носитель языка начинает видеть мир под углом зрения, подсказанным его родным языком, и сживается с концептуализацией мира, характерной для соответствующей культуры (А.Д. Шмелев).

Антропоцентрический подход к языку в целом и к метафоре в частности, разрабатываемый современной лингвистикой и используемый в данной работе, позволяет рассматривать метафору как одну из форм фиксации национально-культурного наследия народа, а следовательно, одно из средств создания языковой картины мира.

Отмечая ассоциативность метафоры, исследователи признают сложность этого языкового феномена и сходятся во мнении, что семантическая двуплановость – это основная лексико-семантическая характеристика метафоры (Н.Д. Арутюнова, В.Н. Телия, Г.Н. Скляревская, Ю.Д. Апресян, Л.В. Балашова, А.А. Зализняк, Б.Л. Иомдин, В.П. Москвин). Практически общепризнанным становится взгляд на метафору как на компонент человеческого познания (Э. МакКормак, Е.В. Падучева). Исследователи подчеркивают, что, с этой точки зрения, метафора вездесуща и проявляется “не только в языке, но и в мышлении и действии. Наша обыденная понятийная система, в рамках которой мы мыслим и действуем, метафорична по самой своей сути” (G. Lakoff, M. Johnson). Таким образом, можно предположить, что метафоры-неологизмы наиболее полно отражают специфику концептуализации современного мира, отраженного в языковых картинах мира конкретных этносов.

Следует, однако, отметить, что в современной лингвистике нет однозначного мнения о природе и критериях выделения неологизмов. Общепризнанным является указание на экстралингвистические и внутрисистемные причины появления новых слов и новых ЛСВ. Большинство ученых придерживаются мнения, что основополагающим признаком неологизма является «обозначение нового» (Н.З. Котелова, Н.С. Никитченко, В.И. Заботкина, А.А. Брагина, Н.М. Шанский, E. Knowles, J. Elliott, J. Ayto). При определении неологизма, наряду с «обозначением нового», широко используется признак «новизны и свежести».

Временные рамки отнесения единицы к неологизмам с момента вхождения слова в язык колеблются от нескольких лет до нескольких десятилетий. Вопрос о восприятии носителями языка лексической единицы как «новой» и «свежей» также является дискуссионным, поскольку разные социальные и профессиональные группы могут неоднозначно оценивать ее статус (ср. восприятие многих экономических, компьютерных терминов экономистами, профессиональными пользователями компьютеров и представителями других слоев населения).

Поскольку в данной работе новые единицы рассматриваются в лексико-семантическом и лингвокультурологическом аспектах, то признак «свежести и новизны» восприятия не играет существенной роли и не учитывается при анализе материала. Под метафорами-неологизмами мы понимаем новые ЛСВ, а также сложные слова и словосочетания, образованные путем метафорического переосмысления отдельных компонентов или слов / словосочетаний, зафиксированные в языке за последние 20-25 лет. Данные единицы представлены либо в словарях неологизмов, либо в устных и письменных текстах – не менее 5 употреблений разными авторами.

Вторая глава «Метафоры-неологизмы как отражение современной языковой картины мира» посвящена сравнительному анализу метафор-неологизмов в русском и английском (британском варианте) языках с точки зрения их структурно-стилистических особенностей, семантических сфер, пополняемых за счет метафоризации и продуктивности метафорических моделей.

Наш материал подтвердил положение многих исследований (Т.А. Гуральник, Н.С. Никитченко, J. Algeo) о том, что метафора как способ семантического словообразования занимает достаточно прочное место в английском и русском языках. Именование новых реалий как основная функция неологизма обусловливает тот факт, что метафорические новации представлены преимущественно субстантивной лексикой в обоих языках (77,9 % от общего числа единиц – в английском, 66, 6 % – в русском). Глагольная метафора составляет 11,6 % в английском языке и 24,9 % – в русском. Адъективная и адвербиальная метафора насчитывает лишь 10,4 % в английском языке и 8,5 % – в русском.

С точки зрения структурно-семантических характеристик метафоры-неологизмы в обоих языках представляют собой как новые ЛСВ отдельных лексем – полные метафоры по классификации В.Г. Гака (ср.: cookie ‘пароль в системах с удаленным доступом’ – зоопарк ‘компьютер, зараженный вирусами’), так и частичные, представленные сложными словами, устойчивыми словосочетаниями с метафорически переосмысленными отдельными компонентами (ср.: golden handcuffs ‘выплаты и бонусы, используемые для удержания сотрудника в компании’; dead tree edition ‘бумажная версия газеты или журнала, которые также публикуются в Интернете’ – деревянный рубль, заморозить цены).

Частичные метафоры в большей степени представлены в английском языке, что обусловлено его структурной спецификой. Аналитическая структура этого языка проявляется в следующем. В устойчивых словосочетаниях, сложных словах, образованных путем словосложения, сращения или слияния частей основ, метафоризации обычно подвергается одно из слов словосочетания или одна из основ сложного слова. Новое значение формируется у слова и словосочетания в целом, ср.: species barrier ‘иммунитет’ (букв.: барьер от представителей биологического вида), spyware ‘программное обеспечение, предназначенное для слежения за действиями пользователя: перехватывает почту, вводимую информацию, пароли’ (букв.: spy ‘шпион (-ить)’ + ware – финаль лексемы со значением ‘программное обеспечение’), stock parking ‘акции, переданные другому человеку, чтобы скрыть имя владельца’ (букв.: ценные бумаги + парковка), idea hamster ‘человек, постоянно предлагающий новые идеи’ (букв.: идейный хомяк), mail bomb ‘огромное количество сообщений, отправленных на один электронный адрес, в результате чего компьютер не может обработать полученные данные’ (букв.: почтовая бомба), lavender language ‘язык, манеры гомосексуалистов’ (букв.: лавандовый язык).

В других случаях в сложных словах и словосочетаниях переосмыслению подвергаются оба корня или оба слова словосочетания. Например, словосочетание sleeping policeman ‘искусственно созданное препятствие на асфальтовом покрытии дороги для ограничения скорости автомобилей’ (букв.: спящий полицейский) формирует новое значение на базе переосмысления как субстантива policeman (‘человек’ → ‘артефакт’ – на базе единства функций), так и атрибутива sleeping (‘пребывающий в состоянии сна’ → ‘неподвижный, лежащий’). Но таких полных метафор в системе сложных слов и устойчивых словосочетаний значительно меньше, чем частичных.

Глагольная метафора менее регулярно представлена устойчивыми словосочетаниями и сложными словами. При этом можно выявить следующую закономерность: глагольные словосочетания чаще формируются на базе полной метафоризации (переосмысление сочетания в целом), ср.: boil the ocean (букв.: вскипятить океан) ‘сделать что-то амбициозное’; come out of the closet (букв.: выйти из туалета) ‘открыто признаться в гомосексуальной ориентации’, сложные слова – на базе частичной метафоризации.

В русском языке полные метафоры отмечены большей степенью регулярности, представлены субстантивной и глагольной лексикой. Прилагательные, напротив, обычно не образуют самостоятельных новых значений, а функционируют в составе единых субстантивных словосочетаний. Это относится как к полной, так и к частичной метафоре, хотя частичная метафора является преобладающей (ср.: жареные факты, горячие точки, спящий режим). В этой связи нам представляется возможным рассматривать такие единицы в системе субстантивных метафор.

Русская глагольная метафора отмечена высокой степенью регулярности. Это проявляется, в частности, в том, что многие члены одного словообразовательного гнезда формируют однотипные новые метафорические ЛСВ. Так, значение, характеризующее состояние компьютера, при котором тот не отвечает на действия пользователя, фиксируется у таких однокоренных лексем, как: висеть, виснуть, подвиснуть, висяк, зависать, зависнуть. Примечательно, что одна модель метафоризации может охватывать не только глагольную, но и субстантивную лексику. Формирование единого по принципам метафоризации словообразовательного блока – характерная черта именно русского языка как синтетического с развитым словообразованием. Английскому языку (с его аналитической структурой) это не свойственно.

Достаточно разнообразной является и эмоционально-экспрессивная окраска неологизмов. Терминологические сферы пополняются нейтральными метафорами (ср.: church planting ‘создание церковной общины’ (букв.: посадка церкви) – ячейка памяти, денежная инъекция). Для разговорной речи и публицистического стиля в большей степени характерно наличие эмоционально-экспрессивных единиц (ср.: traffic evaporation ‘снижение плотности движения в мегаполисе’, show pony ‘внешне привлекательный человек, который любит быть в центре внимания’, low-hanging fruit ‘легко достижимая цель’– кормушка ‘место во властных структурах как источник личных доходов’, паленый ‘нелицензионный’, мультик ‘странный человек’). Следует отметить, что источником экспрессивных номинаций часто становятся внелитературные страты, прежде всего, жаргоны, где метафорической способ наименования является одним из самых продуктивных (Э.В. Балаян).

С точки зрения источника метафоризации, специфической особенностью русских метафор-неологизмов является большое число метафорических калек из английского языка, что связано с действием экстралингвистических факторов: развитие компьютерных технологий; процессы глобализации; ориентация на западную экономику, идеологию и культуру. Как показал наш материал, подобное явление встречается в разных функционально-стилистических сферах русского языка и носит принципиально системный характер. В частности, наиболее регулярно кальки используются в компьютерной терминологии и компьютерном сленге (ср.: оптическая мышь, всемирная паутина, обои ‘графическое оформление рабочего стола компьютера, мобильного телефона’, закладка ‘сохраненная в памяти компьютера ссылка на Интернет-страницу’, Междумордье ‘Интерфейс’). Подобное явление наблюдается и в политической, финансовой семантических сферах (ср.: бархатная революция, этническая чистка, голубые фишки, горячие деньги). Это не удивительно, так как именно в этих сферах Россия в последние десятилетия более всего ориентируется на Запад.

В британском варианте английского языка нами было зафиксировано много примеров неологизмов, заимствованных из американского варианта (прежде всего – через посредство СМИ, в том числе и Интернет), например: garage ‘музыкальный стиль’; sandwich generation ‘люди среднего возраста, у которых есть уже есть дети и живы родители’; techno-creep ‘постепенное проникновение высоких технологий во все сферы жизни’. Подобные примеры являются иллюстрацией того, что глобализация захватывает не только сферу политики и экономики, но и культуру и быт.

Как показал исследуемый материал, метафоры-неологизмы в большей или меньшей степени пронизывают все семантические сферы исследуемых языков. Но антропоцентрическая природа метафоры в целом, а также магистральная функция неологизмов – именовать все новое, что происходит в жизни человека, являются причиной того, что в обоих языках абсолютное большинство новых метафорических номинаций связано с глобальной сферой «Человек и общество».

Во-первых, данная сфера включает номинации «Человека как социального существа» – профессиональная деятельность, социальный статус, экономическое положение, идеологические и морально-нравственные характеристики личности (ср.: drug mule ‘курьер, перевозящий наркотики’; toy boy ‘молодой человек, любовник пожилой дамы’; crunchy con ‘консерватор; человек, озабоченный экологическими проблемами, проблемой натуральных органических продуктов’ – видеопират ‘бизнесмен, занимающийся изготовлением нелицензионной видеопродукции и торговлей ей’; челнок ‘мелкий торговец, лично закупающий и транспортирующий товар’; отвал ‘клиент, отказавшийся от обслуживания’; кирпичи ‘пассажиры маршрутного такси, едущие от конечной остановки до конечной’; ночная бабочка, метелка, грелка ‘проститутка’). Во-вторых, это номинации из сфер, непосредственно влияющих на повседневную жизнь человека и общества в целом, – экономики, политики и права (ср.: green shoots ‘первые признаки улучшения экономической ситуации после упадка’; hot money, grey pound ‘деньги пенсионеров’; social cleansing, ethnic cleansing, clear blue water / clear red water ‘идеологическое противостояние партий консерваторов и лейбористов’; Cambridge mafia, fringe party ‘малочисленная партия, созданная путем временного объединения на период выборов’ – галопирующая инфляция; обвал цен; денежные инъекции; мягкая валюта; разборка ‘выяснение отношений между криминальными структурами’; паровоз ‘обвиняемый по уголовному делу’).

К глобальной сфере «Человек и общество» примыкает сфера бытовых артефактов, используемых человеком в повседневной жизни, а также сфера высоких технологий, которая затрагивает деятельность всех социальных институтов и жизнь отдельного человека (ср.: candy bar phone ‘сотовый телефон’; snail mail ‘традиционная почта’; power dressing ‘одежда делового стиля’; memory hog в одном из значений ‘компьютерная программа, использующая большой объем памяти’; bug ‘ошибка в программе’ – раскладушка ‘сотовый телефон’; бермуды, бананы ‘брюки особого кроя’; бешеная табуретка ‘автомобиль «Ока»’; гроб ‘корпус компьютера’; задумчивый ‘медленно работающий компьютер’, крысодром ‘коврик для мыши’; Айболит ‘антивирусная программа Aidstest’).

В обоих языках представлены, хотя и менее регулярно, метафорические наименования человека в других ипостасях: «Человек как психическое существо» – эмоциональная и интеллектуальная сферы; «Человек как физическое существо» – внешние, половые, возрастные характеристики и т.п. (ср.: anorak, colourless ‘глупый, недалекий и скучный человек’; idea hamster ‘сообразительный и идейный человек’; stress puppy ‘тот, кто, невзирая на жалобы, хорошо справляется со стрессом’, wired ‘тот, кто постоянно пребывает в состоянии волнения и напряжения’; ice queen ‘красивая, но недружелюбная женщина’; flexitarian ‘вегетарианец, который время от времени ест рыбу, птицу или даже мясо’; meat tooth ‘тот, кто любит мясо’ – тормоз, дятел, ручник ‘глупый, недалекий человек’; закопченная ‘сильно загоревшая девушка’; перец ‘модно одетый молодой человек, обращающий на себя внимание’). В обоих языках метафоры этого типа выполняют в основном экспрессивную и оценочную функцию, сосредоточиваясь, прежде всего, в разговорной речи и сленге, используемом, например, в публицистическом стиле.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Интернет-дискурс как глобальное межкультурное явление и его языковое оформление 10. 02. 19 Теория языка

    Автореферат
    Защита состоится « 13 » ноября 2009 г. в __ часов на заседании диссертационного совета Д212.155.04 в Московском государственном областном университете по адресу: 105082, г.
  2. Антрополингвистические аспекты современной отраслевой терминологии (на материале терминологии железнодорожного транспорта)

    Автореферат диссертации
    Защита диссертации состоится « 03 » июня 2011 г. в 1130 часов на заседании диссертационного совета Д 212.155.04 при Московском государственном областном университете по адресу: 105082, г.
  3. Программа-минимум 36 кандидатского экзамена по специальности 10. 02. 19 «Теория языка» 36 по филологическим наукам 36 заметки. Размышления. Очерки 49 © 2008 г. М. У. Зубайраева 49

    Программа-минимум
    Новейшие географические и исторические известия о Кавказе, собранные Семеном Броневским Часть вторая. М., 1823. Цит. по: Ингуши. Научно-популярное издание.
  4. Рабочая учебная программа по дисциплине «лексикология» для специальности 031202 «Перевод и переводоведение» по циклу опд. Ф. 02. 3 (общепрофессиональные дисциплины) Очная форма обучения

    Рабочая учебная программа
    Теоретический курс лексикологии английского языка рассчитан на студентов второго и третьего курсов и призван познакомить будущих специалистов по переводу с особенностями лексической системы английского языка.
  5. Государственный образовательный стандарт высшего профессионального образования направление (4)

    Образовательный стандарт
    Нормативный срок освоения основной образовательной программы подготовки бакалавра по направлению 540300 Филологическое образование при очной форме обучения - 4 года.

Другие похожие документы..