Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
 О порядке уведомления муниципальными служащими администрации муниципального образования Киришское городское поселение Киришского муниципального рай...полностью>>
'Документ'
Програма економічного і соціального розвитку Лубенського району на 2011 рік (далі – програма) розроблена відповідно до Закону України “Про державне п...полностью>>
'Закон'
1. Считать необходимым завершить до 1 мая 2010г. обеспечение жильем нуждающихся в улучшении жилищных условий и вставших на учёт до 1 марта 2005г. вет...полностью>>
'Документ'
Хармс – писатель ХХ века. Его творческий метод – абсурд, т.е. нелепое, нелогичное, противоречащее здравому смыслу. Сначала это кажется смешным, забав...полностью>>

3 Глава Общие вопросы приватизации

Главная > Документ
Сохрани ссылку в одной из сетей:

Исполнители:

Подберезкин Алексей Иванович, доктор исторических наук;

Стреляев Сергей Павлович, кандидат политических наук;

Хохлов Олег Александрович;

Ястребов Ярослав Иосифович.

С О Д Е Р Ж А Н И Е

Вместо предисловия . . . . .………………………………… . .

3

Глава 1. Общие вопросы приватизации . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Глава 2. Национализация и приватизация в Западной и Восточной Европе ………………………………………………...........

Глава 3. Ситуация в России до начала приватизации и логика реформаторов ...............……………………………………………….....

Глава 4. Герои приватизации……………………………….................

Глава 5. Этапы и механизмы российской приватизации ...........….

Глава 6. Участие иностранного капитала в приватизации в России ……………………………………………………………….........

Глава 7. Попытки наведения порядка в процессе приватизации. «Первая ревизия» либеральных реформ ……………………….......

Глава 8. Выполнение задач приватизации

и ее социально-экономические последствия ……………...................

Послесловие ………………………………………………………...........

7

31

43

56

66

123

137

146

168

Вместо предисловия

Проблема подведения итогов приватизации актуальна не для одной лишь России. Хотя первые робкие попытки в нашей стране начались еще в 1990-е годы, подлинный пример в этом деле показали США. Еще в 1997 году в Штатах вспыхнул серьезный скандал по поводу деятельности на ниве российской приватизации экспертов из Гарвардского университета. Были выдвинуты настолько серьезные обвинения, что Гарвард постарался избавиться от некоторых из своих сотрудников, которые оказались замешаны в «русских делах».

Досталось тогда «на орехи» и российским приватизаторам от осведомленных американцев. Осведомленных в том смысле, что они, во-первых, отлично знают, что такое капитализм, а во-вторых, исходя как раз из этого знания, а так же и знания того, как прошли реформы в России, составили свое собственное представление о г-не Чубайсе и иже с ним:

«Пик неприязни пришелся на 1997 год, когда Чубайса и его команду не добивали только ленивые. Именно в то время вице-премьера неистово «мочили» Жанин Ведел в «Нью-Йорк таймс» и «Бостон глоб» и Питер Реддуэй в «Вашингтон пост». Его статья «Бойтесь русского реформатора» была перепечатана и в «Советской России», и в «Независимой газете». Профессор университета Джорджа Вашингтона и бывший директор Кеннановского института назвал Чубайса «авторитарным и нечистоплотным политиком», провоцирующим в силу своей прозападной ориентации ненависть русского народа к реформам и, соответственно, антизападные настроения».

(А. Колесников. Неизвестный Чубайс. Страницы из биографии. – М.: Захаров, 2003 г., стр. 156.)

Это был «первый звонок» из Америки для российских либерал-реформаторов и их заокеанских «советников». Но в тот раз демократической администрации Билла Клинтона удалось дело замять. И кто уже летом 1999 года, буквально накануне дефолта поехал просить деньги МВФ для российских олигархов? Все тот же Чубайс! То есть «мочили» его в Америке, «мочили»… А 4,5 млрд. долларов дали и не поморщились.

Однако в Америке «российские фокусы» все-таки безнаказанно не проходят. В 2000 году по инициативе Конгресса США было начато судебное расследование деятельности экспертов Гарвардского университета, которые составляли в Москве сверхвлиятельную группу консультантов Правительства РФ с самого начала реформ. Припомнили в Вашингтоне и то, что на помощь делу российской приватизации Гарвардскому университету было выделено 34 миллиона долларов.

Но, похоже, куда больше эксперты этого университета заработали в России в процессе этой самой приватизации. Тут и игра на рынке ГКО, и создание первой в РФ управляющей компании, которую возглавила… невеста одного из американских экспертов, и многое другое. Американские эксперты были допущены к секретной информации Правительства России и смело использовали ее, так сказать, в самых разных целях.

При этом следует отметить, что при проведении американских программ помощи, специалистам, нанятым, по сути, американским правительством для этих целей в Гарварде, это самое правительство прямо запрещало заниматься каким-либо бизнесом в стране пребывания. Такие вот «кабальные условия».

Американские следователи и американский суд были беспристрастны. Не прошло и четырех лет, как вина экспертов была доказана полностью, а Гарвардский университет оказался под огнем критики за то, что его специалисты обманывали правительство. Гарвард, образно выражаясь, «рвет на себе одежды и посыпает голову пеплом».

Склонявшиеся по всякому в американских СМИ эксперты команды Чубайса г-н Хэй и г-н Шлейфер в июне 2004 года, похоже, на этот раз влипли серьезно. Речь идет о выплате ими и Гарвардом миллионов долларов в казну родного государства.

Республиканцы не зря вцепились в «гарвардский проект», как кот в кусок сырого мяса. Демократы в борьбе за победу своего кандидата Керри на выборах-2004 используют все, включая кинематограф и беллетристику. Как раз в июне 2004 года выпустил свои мемуары под названием «Моя жизнь» Билл Клинтон. Книга вызвала неслыханный ажиотаж. А это, разумеется, идет в копилку демократов и лично «дорогого товарища» Керри.

Но республиканцы тоже не лыком шиты. Именно летом 2004 года – накануне выборов следствие по делу «приватизаторов» оказалось завершено и передано в суд. Такая вот загогулина.

Вот тут-то и демократам, и Гарвардскому университету мало не показалось. И в самом деле, если демократы критикуют Буша за поддержку Владимира Путина и его действия по наведению порядка в России, то не потому ли, что у самих «рыльце в пушку»? Отдельное «спасибо» Биллу Клинтону, столь талантливо привлекшему внимание американского общества к деяниям его администрации в 1990-е годы.

Правда, демократы пытаются оправдываться тем, что помощь российским реформаторам начала еще республиканская администрация президента Буша-старшего, так как Билл Клинтон был избран главою американского государства лишь в ноябре 1992 года. Но это мало помогает, ибо республиканцы в этой ситуации выглядят как начинатели хорошего дела (никто ведь в США не утверждает, что идея приватизации в России – дело изначально «нехорошее»), а вот бяки-демократы и всякие махинаторы из Гарварда предстают не в самом лучшем свете.

Псевдоинтеллектуалов, которых американская Фемида взяла за шиворот, а равно и бывшую администрацию Клинтона, помимо прочего обвиняют в подрыве международного авторитета Соединенных Штатов. К тому же сегодня не 1990-е годы и Вашингтону нужна не слабая Россия Ельцина, а сильная Россия Путина. Поэтому и устроена Белым домом показательная «порка».

На этот раз Гарвард «потерял лицо» настолько, что ему не скоро удастся отмыться. Репутация подорвана со знанием дела. И это не считая миллионов долларов, которые придется вернуть в казну. А демократической партии долго придется отвечать и за поддержку «жуликов от приватизации», и за прежнюю политику в России. Во всяком случае, до выборов.

Так вот и вышло, что подведение итогов приватизации в Российской Федерации – это дело даже и не всенародное, а уже и международное. К тому же, раз за нечистоплотность в деле российской приватизации начали всерьез спрашивать с «фигурантов дела» даже уже и в Штатах, россиянам не пристало оставаться в стороне.

Материалы американского расследования на этот раз, так как дело, наконец-то зашло о возмещении огромного материального ущерба, очень могут пригодиться в Российской Федерации. Американские эксперты работали не просто в тесном контакте с либерал-реформаторами, а были их штатными сотрудниками, то есть хотя бы в ряде криминальных случаев бывшие российские шефы несут ответственность за действия своих бывших американских подчиненных.

Все зависит от самого российского общества. Если ему нужна правда о реформах 1990-х годов и «талантах» либерал-реформаторов, то итоги приватизации в России будут подведены. Во всяком случае, данная книга как раз и является одной из попыток подведения этих итогов.

Глава 1

Общие вопросы приватизации

п.1. Собственность, как она есть

Специфическая особенность России (как и ряда постсоциалистических стран) состоит в том, что ей пришлось не просто проводить приватизацию каких-то отраслей, но почти с нуля создавать систему новых экономических отношений, что породило и глубокую трансформацию социальных отношений и самого государственного устройства.

Рассмотрение проблемы приватизации, а шире - построения рыночного (капиталистического) хозяйства в России требует некоторого обращения к истории. А именно - к периоду НЭПа, когда подобная проблема (фактически – частичный переход от социализма к капитализму) уже стояла именно перед Россией и была успешно решена. И, что самое парадоксальное, именно коммунисты во главе с Лениным, причем действительно настоящие коммунисты, не стеснявшиеся сравнения с якобинцами, осуществили тот великий проект. В то время как либерал-реформаторы, получившие теоретическую подготовку и материальную помощь с самого что ни на есть капиталистического Запада, даже и сегодня не приблизились к цели, заявленной ими полтора десятка лет назад.

Следует особо оговорить, что работа над проблематикой приватизации невозможна без ясного понимания такого феномена, как «собственность», ибо в принципе приватизация есть ни что иное, как передача из собственности государственной (термин «общенародная собственность» к рассмотрению в данном случае приниматься не будет) в собственность частную.

Можно любить или не любить К.Маркса, но проблема собственности разработана им достаточно подробно, на чем, собственно, во многом и сегодня основывается понимание этого феномена современными исследователями, тем не менее, не прекращаются то ли сознательные, то ли бескорыстные попытки нанести тень и на эту проблему. Сутью отношения собственности (а собственность это именно отношение, а не сами по себе «заводы, газеты, пароходы») является целый комплекс более частных отношений – управления, распределения, обмена и потребления, важнейшими из которых являются два первых.

Управление и распределение составляют неразрывную связь, ибо управление распределяется, а распределение управляется, то есть собственно их синтез и составляет суть отношения собственности.

Такой подход к пониманию феномена собственности помогает трезво взглянуть на рассматриваемые проблемы. В частности, помогает избавиться от некоторых заблуждений. К примеру, мифу о том, что приватизация должна способствовать повышению эффективности как отдельных предприятий и экономики в целом.

Вовсе не факт, что повышение эффективности каждого отдельного предприятия через его приватизацию является законом. Часть предприятий, к примеру, может быть морально устаревшими настолько, что их упразднение частным владельцем просто-напросто эффективнее, нежели их ликвидация через многочисленные бюрократические процедуры государства-собственника.

Более того, изменение экономической коньюнктуры понижает рентабельность и делает вчера успешное предприятие убыточным. Понятно, что поддержание его на плаву (в силу важности данного производства для общества) является делом государственной, а не частной заботы.

Не стоит выдавать гипотезу о большей эффективности приватизированных предприятий перед государственными только на том основании, что в это верит некое сообщество либералов. Российский опыт показывает, что эффективность как экономики в целом, так и многих предприятий снизилась вследствие приватизации.

Складывается впечатление, что существует определенная непроработанность проблематики приватизации и шире - проблематики развития отношений собственности, их взаимодействия, перемены и т.д. На это справедливо указывает российский исследователь Н.А. Абдуллаев:

«Экономическая теория собственности, отражающая ее особенности в современных российских условиях, нуждается в развитии. Завершение нынешнего переходного этапа должно привести не к устранению множественности форм собственности и многокомпанентности экономических отношений, а к закреплению и активному использованию синергетического эффекта на основе их взаимодействия.

Пока нет ясности в отношении того, какие формы собственности выступают в качестве переходных, а какие со временем должны исчезнуть или трансформироваться в определяющие».

(Н.А. Абдуллаев. Государство и собственность в переходной экономике. Вопросы теории и методологии. – М.: Дело, 2002 г., стр. 17).

Между тем непонимание сути отношения собственности во многом предопределило и те проблемы, что сказались ранее и сказываются сегодня. И здесь вновь стоит обратиться к Н.А. Абдуллаеву:

«В современной общественной российской литературе собственность в традиционном смысле трактуется чаще всего как юридическое понятие, которое отражает законодательное регулирование имущественных отношений. Ее экономическое содержание установлено менее четко, хотя его определение представляет собой важный аспект в исследовании ее сущности. Основополагающим является вопрос признания первичности ее экономического содержания и вторичности правового оформления».

(Там же).

Необходимость этого состоит уже в том, что процесс хозяйственного развития именно через понятие собственности предстает целостным через реализацию более конкретных отношений – управления, распределения, обмена и потребления. Именно в этом случае можно уйти от вульгарной трактовки собственности, как средства для наживы, столь упорно пропагандируемой в СМИ и в популярной литературе.

Для простоты рассмотрения отношение собственности достаточно свести к отношениям управления и распределения, подразумевая, что два этих отношений покрывают собой и два других – обмен и потребление. При этом понятно, что управление и распределение взаимопроникают и что именно синтез этих отношений есть собственно отношение собственности. В то же время нельзя избежать и конкретной привязки этих отношений к конкретным хозяйственным процессам – управление соотносится с управлением производством, а распределение – с распределением произведенного продукта, материальных благ и услуг, потребляемых обществом.

При самом начале рыночных реформ отсутствие понимания того, что те, кто фактически управляют производством и распределением являются фактическими собственниками, способствовало их, по сути дела, бесконтрольной, со стороны государства и общества, деятельности. В результате, к примеру, благая цель передачи того или иного промышленного (или иного) объекта трудовому коллективу через его акционирование приводила к перетеканию прав собственности к фактическому владельцу (т.е. управленцу), становившемуся, таким образом, и формальным собственником.

Дело в данном случае не в правовой безграмотности населения. Последняя предопределена уже самим фактом перехода на иную базу социально-экономических отношений. И, если говорить серьезно, о правовом просвещении населения, как одной из основ экономических реформ, должны были озаботиться именно чиновники-реформаторы. Отсутствие даже малейших поползновений в эту сторону порождает определенные сомнения в их заинтересованности в том, чтобы в приватизации приняли участие широкие слои населения.

Однако проблема гораздо серьезнее. Проведение приватизации сопровождалось широкой рекламой рыночного (капиталистического и т.д.) способа хозяйственной деятельности при полном отсутствии даже минимальной информации о его общих принципах.

Но проблема стоит гораздо шире. Для того, чтобы определять перспективы развития экономики России и мировой экономики, нужно в первую очередь отдавать себе отчет в эффективности системы управления отечественным и мировым хозяйством, системы распределения продукта. Сейчас очень модно говорить о глобализации, как общей судьбе человечества. Но о том, что производство в условиях капитализма приобретает общественный характер, сказано еще в XIX в. и не только Марксом и Энгельсом.

Общество целиком оказывается втянутым в производственные (хозяйственные) процессы, объединяется хозяйственными процессами. Однако управление и распределение носят несправедливый характер вовсе не потому, что капиталисты «грабят» народ и это несправедливо. Просто управление и распределение сосредоточены в руках узкого слоя людей – хозяев и управленцев, в то время как производство носит общественный характер. Это и есть то знаменитое основное противоречие капитализма, о котором говорили и говорят марксисты – между общественным характером производства и частной формой собственности.

Следует учесть, что производство постоянно увеличивается, усложняется, растет и развивается рынок разнообразных товаров и услуг, растет давление системы производства на человека, общество, природную среду. Но управление и распределение остается в руках узкого слоя собственников и управленцев. Следовательно, управляемость системой хозяйства неминуемо сокращается как шагреневая кожа. Первым признаком этого явились циклические экономические кризисы, дикая эксплуатация пролетариата и бурный рост промышленных центров с невыносимыми условиями жизни эксплуатируемых масс и огромным количеством люмпенов.

Однако это было только начало. Было очевидно, что если не будет найдено кардинальных решений по преодолению основного противоречия – между общественным характером производства и частной формой собственности, то цивилизация, основанная на научно-техническом развитии, придет к какому-то серьезному краху. Не стоит отказывать в уме классикам марксизма. Энгельс уже в 1880-х годах писал, по этому поводу, что либо человечество преодолеет это противоречие, «либо вся современная цивилизация обречена на гибель».

Коммунисты видят выход в неизбежном обобществлении всех средств производства, соответственно, общественном им управлении и общественным же распределением продукта. Понятно, что у них в любом виде представителем общества выступал вновь созданный государственный аппарат (прежний госаппарат согласно теории социальной революции должен быть безусловно разрушен). Можно обвинить Маркса и Энгельса в том, что они не увидели явного противоречия в такой постановке вопроса, ибо «управляющий-распределяющий» и есть фактический собственник. Кстати, не совсем по этому поводу, но в том, что коммунизм неизбежно приведет к диктатуре бюрократии, их обвиняли политические оппоненты, в частности - Бакунин.

Однако вряд ли такие упреки в их адрес справедливы. Они поставили главную проблему своего (и последующего) времени, а решение ее должны были найти потомки. Конечно, Маркс и Энгельс до старости надеялись, что доживут до мировой революции (которая подразумевалась лишь в странах Запада, то есть Западной Европе и США с их тогдашним уровнем капиталистического развития). Россия, а тем более Азия в круг «всего цивилизованного мира», используя нынешний жаргон, не входили в принципе уже по уровню развития, характеру отношений собственности и т.п.

Идеи, высказываемые Марксом и Энгельсом в переписке с русскими народниками о «возможности крестьянского социализма» на базе русской деревенской общины были, увы, обычной политической провокацией: Россия рассматривалась как главный враг европейского прогресса, в борьбе с которым допустимы любые методы. Кстати, у Энгельса в его работе «Демократический панславизм» (1849 г.) есть весьма четкие мысли о «контрреволюциооных нациях» (термин Энгельса), против которых следует применить самый беспощадный террор.

Из той же работы и его знаменитая фраза: «Ненависть немцев к русским была и еще остается до сих пор первой революционной страстью немцев». Поэтому надежды на новую «пугачевщину» в России, которая-де поможет европейским революционерам в борьбе непосредственно в Западной Европе, были у классиков марксизма в период реформ Александра II очень сильны.

Но решению главной задачи труды Маркса и Энгельса послужили в огромной степени. И, как представляется, главным было обращение именно к сути проблемы – к пониманию отношений собственности именно как отношений управления и распределения в огромной мировой экономической системе. Это означало, что общество в каком-то виде должно получить возможность приобщиться к управленческим вопросам, пусть на самом общем уровне, равно как и к распределению производимых благ во всех его видах.

Понятно, что через участие государства в решении важнейших хозяйственных вопросов общество тоже в том или ином виде, так сказать, присутствует по определению. Но то-то и оно, что есть еще и обмен, и потребление. И если распределение для повышения того же потребления масс эксплуатируемых не работает, то о какой-либо реальной причастности народа к собственности говорить не приходится.

Таким образом, развитие капитализма было неизбежно связано с развитием институтов демократии. А поэтому и роль такого политического движения, как социал-демократии, в этом процессе невозможно переоценить. В дальнейшем же и опыт коммунистов в Советской России - опыт строительства социализма дал миру беспрецедентно богатый фактический материал по проблеме, материал небывалого экспериментирования на одной шестой части земной суши.

Заявлениям о принципиальной неэффективности государственной собственности советский опыт противостоит довольно серьезно. Уже одно проведение индустриализации в краткие сроки или создание таких отраслей, как космонавтика, которая соревнуется даже в нынешних условиях только с богатейшей страной мира – США, но никак ни с Великобританией, у которой ее просто нет, ни с Францией, которая может не так уж много, свидетельствует о серьезной претензии на эффективность.

Однако у советской экономики было свое основное противоречие – между общественным характером производства и государственной формой собственности. Государство, конечно, представляет общество. Но в первую очередь – интересы господствующего класса, каковым в советский период в России была партхозноменклатура. Именно последняя управляла и распределяла, а, следовательно, и реализовывала отношение собственности. Понятно, что это отношение было весьма специфическим, но ведь специфическим оно было и в Древнем Египте или Древнем Китае.

К сожалению, советский способ производства не исследован должным образом до сих пор. Тем не менее, можно с уверенностью сказать, что на примере не только Советского Союза и рухнувшей в Восточной Европе социалистической системы, но и современного Китая, что специфическим коллективным собственником, в основном, выступает партхозноменклатура. В то же время, определенное влияние на процессы управления и распределения, в значительной степени – на участии в потреблении оказывают и все другие слои, то есть, практически все общество через систему образования (при этом следует учесть, что не во всех социалистических странах, к примеру, образование было и есть бесплатно), здравоохранения, социальной защиты и т.п. участвует в организованном и четко регулируемом потреблении.

Тем не менее, противоречие между общественным характером производства и государственной формой собственности нарастало, что стало причиной сначала - реформ Хрущева, затем - «косыгинской реформы», попыток реформ Андропова и, наконец, «перестройки» Горбачева. При этом реально всегда стояли два главных вопроса: первое – демократизация общественно-политической жизни с привлечением к решению более-менее важных государственных вопросов широких слоев общества, второе – более широкое привлечение трудящихся к решению управленческих производственных вопросов.

Очевидно, что без постановки главного вопроса – об участии общества в управлении и распределении во всем объеме социально-хозяйственных задач, никакие реальные реформы не были возможны.

Отсюда такой огромный порыв общества к демократии во время «перестройки». Необходимость демократии была очевидна, по сути дела, почти каждому, но ее необходимость формулировалась перестройщиками – представителями интеллигенции узко-корпоративно: как «право читать и говорить что хочется и ездить куда хочется». Безусловно, свобода слова весьма важна для демократии, но общество подразумевало нечто большее – участие в решении вопросов управления и распределения. И это действительно начало получаться, если вспомнить хотя бы историю с «переброской северных рек» и общей критикой Минмелиорации за нерациональное использование средств.

Однако очень быстро выдвинулись группы, которые принципиально отвергали государственную собственность и государственное влияние на экономику (как форму участия государства в собственности). Они получили в последствии прозвище «реформаторов» и «либералов». Казалось бы, «реформаторы» предлагают замечательные вещи: немедленную массовую приватизацию с созданием многомиллионного слоя новых собственников, конкуренцией и тому подобным.

Однако принципиальный отказ от государственного регулирования экономики означал именно то, что и было создано – олигархический капитализм, при котором участие общества в вопросах управления и распределения ничтожно. По сути дела, либерал-реформаторы со своим требованием «минимизации» государства предлагали отказаться от… демократии, ибо демократические институты суть институты государственные. Вместо демократических государственных институтов обществу была предложена обманка некоего абстрактного «гражданского общества», якобы абсолютно противостоящего государству, в то время как в реальности западных демократий свои интересы гражданское общество реализует в первую очередь через государственные институты, в то время как различные общественные, политические, корпоративные организации играют главную роль в самоорганизации общества. Идея же заменить влиянием последних государственные институты является утопией.

Однако же «либерал-реформаторы» навязывали обществу именно такие утопические идеи, требуя превратить государство в «ночного сторожа», а на деле добиваясь обезоруживания не только самого государства, но и всего общества для полной нейтрализации сознательного сопротивления своим разрушительным «реформам». Именно поэтому либерал-реформаторы быстро нашли поддержку у значительного слоя бывших партхозработников и получили кличку «необольшевиков». В реальности их действия привели к олигархическому, неконкурентному и неэффективному капитализму.

Нужен ли был России массовый частный собственник? Разумеется. Этот путь – одно из решений задачи участия общества в управлении и распределении. И в этом смысле, чем больше собственников – тем лучше.

Но, в то же время, именно это обеспечивает и массовое участие граждан в решении вопросов управления и распределения на уровне государства, ибо собственник даже самого малого предприятия, «предприниматель без образования юридического лица» и т.п. очень озабочены такими вопросами как налоги, экономическая и социальная политика государства, таможенные платежи и прочее. Стоит напомнить, что в Великобритании до второй половины XIX в. избирательным правом обладали лишь собственники имущества от определенного уровня («избирательный ценз»).

Таким образом, России действительно требовалась массовая приватизация с созданием миллионов мелких и средних собственников, а так же последующая приватизация известного числа крупных предприятий. Но, в то же время, ей требовалась твердая государственная власть, обеспечивающая законность как в отношении государственной, так и частной собственности, основанная на активном участии в решении вопросов управления и распределения всех слоев общества. Последнее вовсе не фантазия. Если бы в этом участвовали через демократические процедуры широкие слои мелкой и средней буржуазии, то рабочие и крестьянство неизбежно были бы вовлечены в этот процесс.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Общие положения Глава 2 Вопросы местного значения

    Документ
    Настоящий Устав в соответствии с федеральными законами и законами Самарской области регулирует отношения по организации местного самоуправления в городском округе Чапаевск.
  2. 1 Общие вопросы по ценообразованию в строительстве и порядку расчетов 3

    Документ
    Процесс рыночного обновления экономических отношений в строи­тельстве за последние годы в значительной степени затронул и вопросы сметного ценообразования и нормирования в строительстве.
  3. 1 блок (общие вопросы для всех специализаций)

    Документ
    Греческое слово "экономика" в буквальном переводе означает "искусство ведения хозяйства", древнегреческий писатель и историк Ксенофонт дал это имя "новой" науке.
  4. Как разработать бизнес-план 3 Общие вопросы регистрации малого предприятия 3 Как и где взять кредит

    Бизнес-план
    Бизнес план представляет собой всестороннее описание бизнеса и среды, в которой он действует, а также системы управления, в которой он нуждается для достижения поставленных целей.
  5. План: Введение Глава Общие положения о договоре подряда в гражданском праве > Понятие и разновидности договора подряда Элементы договора подряда > Содержание договора подряда

    Реферат
    Актуальность темы дипломной работы. Современное развитие отечественной экономики, предпринимательской деятельности требует производства все большего объема строительных, монтажных работ.

Другие похожие документы..